Соколова

С шефом мы вроде сработались, в чем я очень, если честно, сомневалась. Похоже и с котиком я нашла общий язык — и тут сработала житейская мудрость, что путь к мужчине лежит через желудок и не важно, что этот мужчина ходит на четырех лапах и имеет хвост.

Неизбежно приближались экзамены и мне нужно было отпроситься. Но почему-то боязно, так как профессор все-таки непредсказуемый человек.

— Арсений Геннадьевич, — я зашла в кабинет шефа с его расписанием на следующий день. — У меня завтра два экзамена. Можно мне завтра взять отгул?

— Нет. — Быстро и сухо ответил профессор, а я даже слово не могла выдавить из-за негодования. Как это нет? Мы же договаривались.

— Отгул вам не нужен. — Решил все-таки объясниться мужчина, а я уже мысленно придумала, что с ним за такое сделать и вспоминала форму заявления на увольнение. У-у-у тиран. — На первый экзамен я вас отпускаю, после обеда жду вас в офисе. А от своего экзамена я вас освобождаю, вернее ставлю «пять». Давайте зачетку.

— Как освобождаете? Как «пять»? Но я же ничего вам не отвечала. Я не хочу так.

— Все студенты мечтают об автоматах и оценках на халяву. Скажешь нет?

— Нет. Я готовилась. И хочу сдавать со всеми. Мне не надо поблажек.

— Как же с тобой сложно. Почему ты такая упертая? — Прорычал профессор. Достал, что-то из своего портфеля и швырнул на стол. Билеты. Это были билеты на завтрашний экзамен.

— Прошу мадам, вытягивайте. Но из-за своего ослиного упрямства ты будешь отвечать не на один билет, а три. — Девушка от злости засопела, но билеты вытянула. И она оказалась везунчиком, потому что вытянула в рандомном порядке три первых билета. Тему одного она еще и в дипломной работе своей затрагивала, так что изучила широко и может на дополнительные вопросы отвечать без страха.

— Да, Соколова, ты просто любимица судьбы. — На что девушка только фыркнула, потому что она так не считает. Свеж еще в памяти ее первый рабочий день, ее странные отношения с профессором, который еще ее шефом оказался, да и котик, о котором она всю жизнь мечтала, явно мечтал о другой хозяйке. — Время на подготовку вам надо, студентка Соколова? — Съязвил шеф.

— Не нужно. Я готова. — Пока я отвечала на последний билет, Арсений Геннадьевич, что-то написал в зачетке.

— Все, Соколова, достаточно. — С этими словами он захлопнул зачетку и протянул мне. — Вот зачем было кому-то что-то доказывать и терять время — своем и мое? Я же сказал, что поставлю «пять» и не за красивые глаза, хотя они у тебя действительно красивые. — Я залилась краской. Вот же ж гад за смущал и еще виноватой выставил. Чую, что в конце своего монолога он, что-то попросит, вернее потребует, а точнее — поставит перед фактом. — Я просто был уверен, что ты знаешь мой предмет и разбираешься в нем на отлично. И к тому же я видел твою дипломную работу.

— Вот я же говорила гад. А раньше этого он не мог сказать? — Поэтому, — продолжил мужчина, — ты сейчас собираешься, и мы идем в ресторан на ужин. Мы с тобой сильно задержались, и я жутко голоден. Тут как раз есть отличный ресторанчик неподалеку. — Мужчина не спрашивал, а просто поставил перед фактом, поэтому я молча пошла собираться. Я уже начала думать, а не было ли это заранее все спланированно продуманным профессором. Он знал, как я отреагирую на оценку без экзамена. И теперь вывернул все так, что я виновата, что задержала его и должна теперь ему услугу. Вот же ж… хитрый лис... и гад.

* * *

В последнее время профессор изменился — стал чуть спокойнее и очень часто стал ко мне проявлять галантность и «невзначай» касаться. Вот как сейчас: в лифт пропустил, в машину посадил, при входе ресторан дверь открыл, стул отодвинул. И при этом постоянно чего-нибудь касался. Не сказать, что это мне не нравилось. Нравилось и очень, но я же понимаю, чего он добивается — затащить в меня койку, а потом как добьется может еще уволить, если не понравится вдруг или чтобы не питала никаких иллюзий на его счет. А может и сделает постоянной любовницей. Ни один из этих вариантов мне не подходит, а тот, что подходит мне не за что не светит — жить долго и счастливо с одним человеком это не про него. Мне кажется. Но может я конечно и ошибаюсь. То, что вокруг него вьются много женщин, это еще ничего не значит, потому что о его романах с преподавателями или студентками я не слышала. Хотя я ж не слушаю сплетни. Но мне кажется такое я б уже услышала. А там кто знает. Но Арсений Геннадьевич 30-летний красивый богатый холостяк ведь не спроста… или я ошибаюсь?

Загрузка...