Свой чужой муж

Глава 18

Уже вечером, после сытного ужина, когда я мягко напомнила Денису, что ему пора уезжать, а мне нужно укладывать Никиту, мужчина решительно отрезал:

— Я хочу сам его уложить.

— Денис, тебя никто не ограничивает в общении с ребенком. Но уже много времени. И с тобой он разыграется. И ему будет тяжелее уснуть. А мне вставать рано.

— А куда ты поедешь?

— У меня деловая встреча.

— А Никита?

А малыша мне приходится брать с собой в таких случаях, не все проверенные развивающие занятия проходят в подходящее для меня время. Хорошо, что это не официальное мероприятие, а всего лишь обсуждение материалов с поставщиками. Небольшие объемы для них мало привлекательны. Но на фирме пока не фыркают, потому что в их отделе сбыла сидит моя подруга.

— Он со мной поедет.

— Зачем? Тань, ну ты скажи, если тебе нужно, я всегда могу с ним побыть. Зачем же ребенка с собой тащить?

— Нет, все нормально, я привыкла. Да и ты ведь занят постоянно. Особенно утром.

— Танюш, — он неожиданно преодолевает разделяющее нас расстояние, оттесняет меня к столу и кладет ладони на столешницу по обе стороны от моих бедер. И приближает ко мне лицо. — Я могу остаться до завтра. Это же удобнее будет. Утром встанешь, спокойно соберешься...

— Да мы сами справимся, не переживай.

Пытаюсь выбраться из кольца его рук, но не тут-то было.

— Тогда я его буду к себе забирать на ночь. Имею право. Накормить и переодеть смогу. А очень скоро, у меня оставаться начнешь и ты.

— Денис, зачем ты так? К чему лишние иллюзии?

— А для Никиты они не лишние. И для меня тоже.

Он наклоняется еще ближе, а я отворачиваюсь, на что Денис в очередной раз со смехом заявляет:

— Трусиха.

Сначала, когда он узнал всю правду о сыне, он бушевал и бесновался. Частенько отпускал неуместные замечания и колкости, а теперь — нет. Он стал такой внимательный и мягкий. Как ручной тигр. Огромный, опасный, смелый и своевольный зверь. В то же время он ластится, но гладить против шерсти не позволяет.

— Если хочешь побыть с ним завтра, я не против. Но тебе придется рано приехать.

— Я у тебя останусь.

— Не перегибай. Я не приглашала.

— Ну как скажешь. Буду незваным гостем. Ничего потерплю. Мне не привыкать. Можешь не стараться, я сегодня не уйду.

— И где ты будешь спать?

— Хотелось бы рядом с тобой. Но тогда мы не уснем всю ночь, и свою важную встречу ты благополучно проспишь.

Он неожиданно скользит губами по моей щеке, ниже и ниже, вдоль шеи. Языком проводит по плечу. Отодвигает в сторону вырез домашней футболки.

А я даже не думаю его останавливать. Я так часто в последнее время ловлю на себе его чуть затуманенный взор, что мне хочется самой приблизиться, дотянуться до твердых губ и ответить на настойчивые поползновения страстно и полностью отдавая себя.

Но вместо этого я лишь задаю отстранений вопрос:

— А тебе на работу утром не надо?

— Нет. Теперь есть, кому там заправлять. Кстати говоря, они с Алесей теперь вместе.

— С кем?

— С Колей. С которым они встречались давно.

— Подожди, — я сбрасываю с себя наваждение, пытаясь разобраться. — Подожди. С Колей...

— Да, Долоховым. Еще до меня дело было.

— Я помню. Но она сказала, что они расстались, и он уехал.

— Там все запутано, на самом деле. Колян — та еще темная лошадка. Но он теперь полноправный владелец компании и наряду со мной принимает решения.

— Правда?

— Да.

— А как так вышло?

— Это долгая история. Как-нибудь потом расскажу.

— Когда?! — что же с Алесей происходит? Со мной она уже никогда не поделится.

— Когда ты мне скажешь, что больше не хочешь меня отталкивать.

— Денис, мы же уже все обсудили несколько раз. Я не против вашего общения с Никитой. И я даже рада, что у него есть ты, но мы с тобой...

— Ты все равно будешь моей. Хочешь ты этого или нет. И я вас заберу рано или поздно.

Он невесомо касается моего предплечья и ведет подушечкой пальца ниже. Берет в свою огромную руку мою ладонь, разворачивает к себе тыльной стороной и нежно целует, проводя языком по коже. Он знает, что это очень чувствительное место.

Я тут же вырываюсь, стараясь не обращать внимание на огненный след от поцелуя.

— Я настаиваю, чтобы ты уехал.

— А что так? — шепчет на ухо и продолжает обжигать горячим дыханием. — Боишься снова не устоять?