Связь

Глава 16

Пробуждение было легким, сознание вынырнуло из забытья легко, без остаточной головной боли, разбитости или ощущения недосыпа, так она просыпалась в детстве, дома. Тогда сон уходил легко, и она чувствовала себя отдохнувшей и готовой к новым свершениям. День начинался, мама готовила завтрак, а отец в это время, был уже на полях. Аль с братом завтракали и бежали на школьный автобус, который уже поджидал их на повороте. Потом это легкое ощущение после сна куда-то ушло, во времена учебы в университете постоянно над ней весел Дамоклов меч — очередных зачетов, экзаменов и просто хронического безденежья, вечной проблемой на что купить очередное оборудование по сброшенному преподавателями списку, на что купить одежду, униформу на практику в орбитальный госпиталь, да и просто еды.

Со службой на Меченосце, забот только прибавилось, первое время Аль сильно переживала как ее примет команда, и она уже готовилась к тому, что на нее как и в университете будут коситься. Потом, когда она поняла, что команда настроена благодушно, добавилось беспокойство о сути их отношений с капитаном Меченосца. Очередной игрушкой Эррика она становиться не хотела. Отношения закончатся, а служба будет продолжаться и вот как будет вести себя капитан после завершения романтических отношений не известно. Затем, когда она поняла, что капитан по неведомым ей причинам настроен серьезно, добавились новые переживания. Она прислушивалась к себе, но никак не могла понять, нужны ли ей эти отношения. В глубине души Аль знала, что с Эрриком ей некомфортно, она никогда не могла до конца расслабиться, хоть немного перестать следить за тем, что она говорит, куда смотрит, как сидит или стоит. А когда стало понятно, что Эррик намеревается жениться на ней и уже не продлевать контракт со своей женой, стало совсем тоскливо. Прибавилась очевидная бессонница, сон был поверхностным, казалось, окликни ее и она тут же встанет с кровати, но встанет разбитая и недовольная жизнью. Рядом Эрриком, она никак не могла нормально выспаться, его было много и он был везде, ей катастрофически не хватало места, на его казалось бы большой кровати.

Сейчас, сладко потянувшись, Аль вдруг поняла, что так хорошо не высыпалась со времен средней школы. До этого на пиратском корабле она, как правило, проваливалась в сон от усталости и нервного перенапряжения. Сон был похож на глубокую и темную яму, сновидения если и были, то были тяжелыми как камни, а после сна она часто испытывала тягостное чувство. Открыв глаза, Аль осмотрелась, в каюте она была одна. Поднявшись с кровати, она направилась в санблок. Принимая ионный душ, к сожалению, с настоящей водой, на корабле были проблемы, Аль вдруг вспомнила вчерашнее. Вспомнив, что именно сделал Капитан, вспомнив его прикосновения, Аль вспыхнула, под нейтральной температурой душевого обдува, стало вдруг жарко. Быстро закончив с утренним моционом, Аль поспешно оделась и вышла из каюты. Необходимо было встретиться с Капитаном и поговорить с ним, хотя, что именно она будет ему говорить, ей было не понятно. Идя по коридорам корабля в сторону рубки, воспоминания нахлынули с безжалостными подробностями. Вспомнилось все — его прикосновения и губы, такие сухие, но такие горячие, жар, исходящий от его тела, так близко лежащего от нее самой. Добило яркое, подробное воспоминание, напомнившее все ощущения испытанные ею, когда Мейт захватил ее мизинец губами. Хотелось провалиться от стыда, потому что она прекрасно помнила то узнаваемое томление испытанное ею в этот момент. Нет, это были не так называемые бабочки в животе, это было желание. Стыд и злость на саму себя зашкаливали, такого стыда она не испытывала даже тогда когда наконец решилась на первую близость с мальчиком младшего курса в университете. Пришлось остановиться и отдышаться, если она не успокоится, не приведет свои чувства в порядок, Мейт все поймет. Он уже научился подробно считывать ее эмоции и чувства. И то, что она почувствовала сейчас, вспоминая произошедшее, ей демонстрировать Капитану категорически не хотелось.

Немного придя в себя, она продолжила путь к рубке. Около рубки она немного сбавила темп, и уже тихо ступая по металлическому полу корабля, приблизилась к командному пункту вплотную. В рубке находился сам Капитан и второй помощник. Аль не стала обозначать свой приход и тихо наблюдала за работой в рубке. Капитан и второй помощник тихо переговаривались между собой. Что-то было неуловимое в том, как Капитан двигался в рубке, как его сильные пальцы скользили по приборам панели управления. Аль знала его, знала до мельчайших подробностей, даже не работая с ним после травмы в медотсеке, она знала и помнила, что в нижней части живота, справа у Капитана бугристый, уродливый, короткий шрам. Можно предположить, что эту рану он получил каким-то даже не колющим, а рубящим оружием. А около левой ключицы у него родинка, это тоже она помнила. Она помнила все, и его грубые руки, которые причиняли столько боли, и его сильное, выносливое тело. Но как это ни странно вчерашнее помнилось куда более ярче. И его нервное, а потом и вовсе испуганное — «Аль?» тоже она помнила, хотя хотела бы забыть. Потому что эти такие разные воспоминания будоражили и не давали ей возможность выбрать какой-то один верный путь поведения и отношения к Капитану.

Капитан обернулся, словно что-то услышал. Увидев Аль, он напрягся, не зная как поступить, что сказать или сделать, боялся вспугнуть.

— Капитан, нужно бы поговорить.

Пилота просто выдуло из кресла. Они остались в рубке вдвоем.

Мейт молчал, не решался, что-то сказать, он даже не смотрел прямо на Аль, ее тон, слова, и эмоции — холодная решимость, дали ему понять — она все помнит и ей явно не нравится произошедшее. Молчание затягивалось, Капитан нервничал, паника внутри него нарастала, не выдержав, он сказал:

— Я не знал что сделать, ты проснулась и испугалась, и я …

— Я прошу тебя, замолчи. Я не хочу знать, что побудило тебя, что ты хотел этим добиться. Я просто хочу быть уверена, что больше ты так не сделаешь. Испугана я или нет, зла ли я на тебя. Независимо от того что произошло, ты больше не должен так делать. Я должна быть уверена в этом.

— Хорошо, я обещаю.

Немного помолчав, Аль сказала:

— Пора будить первого спасенного, и поместить следующую пациентку в капсулу. Я думаю, что ты, как Капитан корабля, должен присутствовать при этом.

Капитан внутренне расслабился, неприятная для них тема была закрыта, общение вернулось в привычное, надежное, рабочее русло, в котором оба чувствовали себя уверенно.

— Согласен, подожди я вызову помощника, нельзя оставлять рубку пустой.

В медотсеке находился Бейт, который подремывал в кресле у рабочего стола. Мейт проходя мимо брата, на пути к капсуле, толкнул носком своего ботинка ножку кресла. Кресло дернулось — Бейт проснулся. Аль привычно работала с капсулой, выводила нужную программу. Визуально уже было видно, как меняется лицо пожилого представителя расы «эльфов» в капсуле. От полностью расслабленного, до лица омраченного признаками пробуждения. Всего через минуту мужчина открыл глаза. Глаза впечатляли, пронзительного водинисто-голубого цвета, они отличались от человеческого глаза. Радужка была значительно больше радужки представителя Земли, коей была сама Аль, и заполняла практически семьдесят процентов глазного яблока. Мужчина повернул голову в сторону Аль, и она сдержано, приветливо улыбнулась ему. Проявление эмоций у «эльфов» было сродни человеческим. Улыбка не воспринималась как угроза или оскорбление. Мужчина напряженно вглядывался в лицо Аль, затем взгляд переместился дальше на Мейта и его брата. Вот тут представитель «эльфов» заметно напрягся. Аль обернулась и оценивающе посмотрела на братьев, да было от чего напрячься. Поношенная, явно с чужого плеча одежда, на Мейте старый без знаков отличия китель, и форменные брюки с тяжелыми военными ботинками на ногах. Бейт был одет аналогично, единственное, на нем был не китель, а простая футболка, с дыркой на левом рукаве. Неудачливые перевозчики или пираты. Этот вывод напрашивался сам собой. Крышка капсулы отъехала в сторону, мужчина, молча поднялся и сел.

— Добрый день, меня зовут Елена и я врач, а это, — указав на Мейта рукой, — капитан корабля на котором мы с вами находимся, и его брат.

— Мейт шагнул вперед и протянул мужчине руку для рукопожатия, по принятой во многих мирах традиции.

— Мейтон Аль-Кон, — представился Капитан. — А это соответственно Бейтон Аль-Кон.

— Инрид Инво, можно просто Инво.

— Как вы себя чувствуете? — спросила Аль, — Вы можете пересесть на кушетку, необходимо поместить в капсулу одну из ваших спутниц, им тоже необходима медицинская помощь.

Инрид Инво, послушно встал и пересел на кушетку, было очевидно, что столь небольшое усилие далось ему с трудом. Аль с Бейтом привычно отработали знакомый ритуал с одной из освобожденных девушек. Открепили ремни, подвели гравиносилки к капсуле вплотную и переложили девушку в капсулу. Аль настроила программу, закончив, ставшую уже привычной работу, Аль повернулась к Инрид Инво, который, продолжал молча наблюдать за происходящим.

— Вы сможете пройти с нами в кают компанию? Или поговорим здесь? — спросила Аль Инво.

— Я смогу дойти, — просто ответил Инрид Инво.

Капитан, Бейт, Аль и «эльф» молча, пересекли несколько коридоров корабля от медотсека до кают компании. В кают компании, Инрид Инво расположившись на одном из старых и потрепанных диванов сказал:

— Наша родная планета готова будет заплатить вам, если вы доставите меня и моих спутниц домой.

Капитан не успел ничего спросить как Аль расположившаяся напротив «эльфа» спросила:

— Для начала расскажите нам кто вы и как вы попали в плен?

Инрид Инво усмехнулся и ответил:

— Ну да, нужно хорошо знать, кто оказался в гостях на Вашем корабле, чтобы объективно назначить цену.

Аль, Капитан и Бейт молчали. Эльф был вынужден продолжить:

— Девушка, что вы сейчас поместили в капсулу, единственная наследница правящего дома планеты Райкаль, я ее родной дядя, вторая девушка компаньонка, представительница древней и очень богатой семьи Райкаля.

Капитан, сдержанно вздохнул, но ничего не сказал. Инрид Инво продолжил:

— Вы можете назначить цену Капитан, я думаю, даже самые смелые ваши запросы смогут быть исполнены.

Капитан продолжал молчать. Он посмотрел на Аль. Аль решилась и сказала:

— Нам не нужны деньги.

Инрид Инво удивленно вскинул брови.

— Так что же вам нужно?

— Помилование.

Капитан и его брат замерли. Когда «эльф» предложил назначить цену, в голове закрутились цифры и нули, представилось, что можно будет бросить ремесло, продать еще не достроенный корабль и тихо жить до конца жизни в комфортных условия на отдаленной от первых миров планете. Аль пошла дальше, запросила то, о чем они не могли и мечтать.

— Помилование? — переспросил Инрид Инво. — И вам тоже, молодая леди?

— Нет, — односложно ответила Аль, но потом продолжила, — я не нуждаюсь в помиловании, только команда. До недавнего времени я сама была пленницей на этом корабле, и была захвачена с корабля Службы.

— И вы просите помилование для них? — удивленно протянул Инрид Инво.

— Да.

«Эльф» надолго задумался и замолчал, Капитан и Бейт не стаскивающиеся ранее с «эльфами» в момент выхода в Сеть, думали, что Инво просто взвешивает за и против. На секунду Инво вынырнул из Сети и спросил у Капитана:

— Назовите категорию розыска, в которой находитесь вы и ваша команда?

— Третья, — ответил Капитан.

«Эльф» опять отключился от внешнего мира, но, уже не надолго. Буквально через три минуты его взгляд обрел ясность и, посмотрев на Капитана в упор, Инрид Инво сказал:

— Я думаю, вопрос может быть решен положительно, с условием, что вы доставите нас троих в целости и сохранности на Райкаль.

Внутри Капитана, что-то сжалось, и натянулось как взведенная пружина. Капитан переглянулся с братом и коротко кивнул ему в знак согласия и принятия утвердительного решения. Повернувшись к Инрид Инво, Капитан сказал:

— Помилование для всей моей команды.

— Да, именно так.

— Что же, — ответил Капитан, — заключим сделку.

За последующие десять минут Капитан и Инрид Инво обсудили подробности и все нюансы. Оставалась вероятность того, что помилование не состоится, и тогда Капитан и вся команда, на тот момент сдавшаяся властям понесет заслуженную кару. Но переглянувшись с Аль, Капитан увидел, как она коротко кивнула в знак того, чтобы он соглашался и после этого уже не смог устоять. Произнеся ритуальные и знаковые слова, означающие заключение сделки во всех разумных мирах, Капитан выдохнул и откинулся на спинку дивана. Потом, он слабо вникал в слова Инрида Инво, рассказывающего истории об их пленении и условиях жизни у пиратов. Пришло осознание того, что сейчас произошло. Появился, пусть и призрачный и пока не ясный шанс на то, что он и его люди станут свободными, смогут отойти от ремесла пиратов. Пусть это не искупит того, что сделал он, не вернет убитых им и его командой людей, не изменит того что произошло в грузовом отсеке его корабля. Но возможно, в своей новой жизни он получит шанс искупить свою вину.

Инрид Инво в это время закончил свое повествование и внимательно вгляделся в Капитана, затем медленно перевел взгляд на Аль:

— Занятно… Капитан вы сохранили способность к Связи? Причем такой сильной. — Инрид Инво замолчал, но потом еще раз внимательно всмотревшись в Аль сказал, обращаясь к Капитану: — Капитан, а вы знаете, что Райкаль имеет необходимые разработки, и мы можем помочь вам. Вы хотите стать снова свободным? Мы можем разрушить Связь. И это совершенно ничего не будет вам стоить, считайте это мой Вам подарок.

Аль, не понимающая причин побудивших «эльфа» высказать такое предложение Капитану, после того как он и его подопечные сами побывали в плену у пиратов, внутренне сжалась от нахлынувшего страха.