Танец против цепей

Глава 3

Ночной клуб встретил их гулом музыки, который тек словно живая река, наполняя пространство ритмом и энергией. Свет прожекторов разрезал темноту, отражаясь в искрящихся глаза танцующей молодежи, а волны баса сотрясали воздух, заставляя сердце биться в унисон. Люди вокруг танцевали, теряясь в движениях и звуках, как будто весь мир сузился до этого мгновения, где музыка и веселье правили миром.

Ольга замерла у входа, не решаясь сделать шаг вперед. Воздух здесь был густым и тяжелым, пропахшим потом, алкоголем, дымом сигарет и ароматом сладких духов.

Всего вокруг казалось слишком: слишком ярко, слишком шумно, слишком душно, слишком много возбужденных тел.

Она вжалась в стену, чувствуя, как короткое черное платье внезапно кажется на ней не просто нарядом, а костюмом для чужой, непонятной жизни. Ее сердце забилось быстрее, появилось желание сбежать, найти тишину и покой. Все таки Михаил был прав, эта жизнь не для нее, теперь не для нее… Она уже собиралась повернуться и быстро пройти через толпу к выходу, когда неожиданно почувствовала крепкую руку подруги, схватившую ее за запястье.

— Ну что ты встала, как в мавзолее? — перекрикивая музыку, усмехнулась Лиза, — Пошли давай!

Ольга растерянно поплелась за подругой, в то время, как Лиза мгновенно растворилась в этом хаосе и стала его частью. Ее светлые волосы блестели, переливаясь под мигающими огнями, словно сотканные из лучей. Каждый ее шаг был плавным, заводным, вокруг нее мельтешили силуэты, танцовщицы приветливо махали руками, бармен задорно подмигнул, казалось, все люди расступались перед ней, признавая ее неоспоримое обаяние.

Ольга вопросительно бросила взгляд на статного с военной выправкой мужчину, сопровождающего Лизу на протяжении всего пути. Он двигался на расстоянии, но не отставал ни на шаг.

— Ааа, не обращай внимание. Это моя “нянька”, — сказала Лиза, демонстративно закатывая глаза, — Папочка постарался.

Когда они подошли к бару, громкая музыка взорвалась новыми ритмами, создавая на танцполе настоящий хаос. Бармен, ловко двигаясь между бутылками и шейкерами, кивнул им в знак приветствия. Ольга с трудом взобралась на высокий стул, чувствуя, как подол платья задирается выше, чем она предполагала. Она инстинктивно потянула его вниз, пытаясь прикрыть оголенные колени.

— Расслабься! — закричала Лиза, после чего поставила перед ней бокал с разноцветной жидкостью, — Давай выпьем, за НАС!

— Я…, я не уверена, — прошептала Ольга, но под строгим взглядом подруги, всё же взяла бокал.

Ольга осторожно пригубила напиток и сделала несколько глотков. Сладкий, липкий вкус обжег горло, язык защипало, и вскоре по телу разлилось тепло, но оно не расслабляло, а, наоборот, обостряло ощущение собственной уязвимости.

Ольга напряженно сидела в кресле, сжимая холодный бокал в ладони и думала лишь об одном, как незаметно убежать от Лизы. Ей казалось, что все видят, что она лишняя, что ей здесь не место…

— А ну ка! Пошли танцевать! — скомандовала Лиза хлопнув в ладоши, ее бедра слегка покачивались в такт мелодии, а бокал оказался полностью пустым.

— Нет! — вырвалось у Ольги почти с мольбой, она обреченно посмотрела на Лизу и тихо прошептала, — Я не могу…

— Не можешь или не хочешь? — Лиза нахмурилась, в ее глазах мелькнуло раздражение, как всегда подруга предпочитала решать проблемы напором, — Оля, ты что, совсем забыла, каково это? Быть живой?

“Живой?” — хотела переспросить Ольга, но так и не смогла. Слово отдавало ядовитой горечью. Она уже и не помнила, что это такое, быть живой…

Щеки вспыхнули красными пятнами, Ольга в сотый раз за вечер пожалела, что поддалась уговорам подруги. Вновь захотелось встать и уйти — хоть домой, хоть на улицу, лишь бы не слышать этого смеха, не чувствовать десятки чужих взглядов, не ощущать себя чужой в мире, где ей нет места.

— Я изменилась…, — едва слышно сказала она.

— Нет! Оля! Нет! Это ОН тебя изменил, — Лиза со всей силы ударила кулаком по столу, послышался звон бьющегося стекла, — Ну же, Оль, ты ведь не монахиня…!

Внезапно, справа от них, раздался спокойный мужской голос с насмешливой ноткой:

— Эээй, дамы, что за шум, а драки нет?

Ольга испуганно повернула голову на звук. В полушаге от них, прислонившись к барной стойке, стоял высокий мужчина в простой черной футболке, натянутой на мощные плечи, и потрепанной кожаной куртке нараспашку. Он лениво крутил в руках бокал с янтарной жидкостью, бесцеремонно рассматривая спорящих подруг.

Его лицо показалось ей удивительно живым — с легкой щетиной, проседью у висков и глазами цвета грозового неба, в которых плескалась опасная и притягательная смесь интереса и насмешки.

— Спорить здесь, дело неблагодарное, — продолжил незнакомец, его взгляд скользнул по барной стойке, на которой блестели осколки от разбитого бокала, и остановился на Ольге. Не оценивающий, не похабный, а скорее изучающий, — У клуба свои правила: если звучит музыка, танцевать обязан каждый, — на последнем слова он шутливо отсалютовал стаканом.

Ольга растерянно моргнула, мужчина так легко вклинился в разговор, что она не сразу поняла, что он обращается к ним. Прежде чем она успела что — то понять, Лиза уже всплеснула руками, и ее раздражение мгновенно сменилось игривым азартом.

— Ооой, вот и подмога подоспела! — воскликнула она, грациозно разворачиваясь к незнакомцу, — Ты как раз вовремя, красавчик! Помоги мне уговорить эту буку, — Лиза обняла Ольгу за плечи, — она в самый разгар вечера отказывается танцевать. Причем не где то там, а в к- л — у - б- е! — воскликнула она, — Ты можешь себе это представить?

— Правда? — мужчина склонил голову набок, не отрывая от Ольги насмешливого взгляда, — Никогда бы не подумал.., — его губы дрогнули в легкой улыбке.

— Я давно не…., — начала Ольга, но незнакомец мягко перебил ее.

— Предлагаю пари…

— Пари? — недоверчиво переспросила Ольга.

— Именно, — кивнул он. — Если вы выходите и танцуете, то я угощаю вас коктейлем, если нет, то вы угощаете меня, — он поднял свой бокал, — Но предупреждаю, я пью только виски, дорогое.

С этими словами он медленно, почти небрежно, протянул ей руку, не для рукопожатия, а скорее как жест, скрепляющий договор. Ладонь была раскрыта в молчаливом приглашении.

Мысли в голове Ольги закружились каруселью: Соглашаться? Но ведь это безумие! Она не сможет…, но с другой стороны, что она теряет? Один танец и он уйдет или…, или она сможет просто постоять, чтобы он отстал от нее…

Девушка металась в нерешительности секунду, другую, чувствуя, как на нее выжидающе смотрят и Лиза, и незнакомец. Внутри все кричала “нет, это не правильно”, но что — то еще, давно забытое, слабо шевельнулось, упрямый огонек той, прежней Ольги, никак не давал проигнорировать мужчину.

“Просто пожму руку и сделаю вид, что согласна, нужно поскорей закончить этот нелепый разговор…”, — решила она.

— Ладно, — сдавленно выдохнула Ольга и, поборов последний приступ паники, положила свою ладонь поверх мужской.

Она ожидала короткое, деловое рукопожатие, но вместо этого пальцы мужчины сомкнулись вокруг ее руки, твердо, но не грубо. После чего, он мягко, но неумолимо потянул ее за собой, отрывая от стула. Девушка удивленно ойкнула, с трудом удерживая равновесие.

— Что?! Что ты творишь? — возмутилась Ольга, пытаясь вырвать руку, пока мужчина настойчиво вел ее в сторону танцпол.

На лице наглого незнакомца не отражалось ни малейшего намека на угрызения совести. В его глазах по прежнему плясали веселые искорки, а уголки рта сами собой поползли вверх, делая улыбку милой и притягательной.

— Как что? Помогаю вам выиграть пари, — сказал он, не сбавляя шага, — Или вы уже готовы купить мне виски?

За спиной раздался восторженный вопль подруги:

— Оля, давай! Ты должна надрать этому парню задницу!

Незнакомец вывел ее на край танцпола, где было поменьше людей и отпустил руку, но не отошел. Вместо этого он начал двигаться рядом: свободно, ненавязчиво, полностью сливаясь с музыкой. Ни грамма показухи, лишь удовольствие от ритма. Он то приближался, почти касаясь ее тела, то отступал, давая пространство. Его искренняя улыбка будто говорила ей:

“Смотри, ничего сложного, это же просто танец, лови музыку…”.

Ольга застыла, как вкопанная, чувствуя себя деревянной. Смущение нахлынуло новой волной, она нервно заозиралась по сторонам, словно ища шпиона, который следит за ними.

— Никто не смотрит, — шепнул мужчина, будто читая ее мысли, — Только я, смотри только на меня…

Девушка подняла глаза и увидела, как он танцевал: не для публики, для себя, для нее…

Взгляд теплый, чуть насмешливый, ободряющий. Он кивнул в такт музыке, приглашая попробовать. Ольга едва заметно покачала головой, но кажется этот странный мужчина не планировал сдаваться, по крайней мере не в этот вечер.

Он подхватил ее движение, танец стал чуть энергичнее, задорнее, словно он протягивал ей невидимую руку помощи и ей оставалось лишь одно — довериться ему и сделать шаг навстречу.

Быстрые шаги, легкий поворот бедра, простая связка. Она начала повторять, сначала неловко, запинаясь в собственных ногах, затем уверенней, свободней. Скованность постепенно таяла, уступая место странному, почти забытому чувству — радости от танца.

У барной стойки застыла Лиза с бокалом в руке. Улыбка коснулась ее губ, но вместе с ней кольнула и легкая ревность. Радость, что подруга оживает, и легкая грусть, что у нее не хватило сил вернуть ее к жизни, за нее это сделал таинственный незнакомец.

— Черт, — прошептала она, — Вот же сукин сын, смог…

Клубная музыка резко сменилась другой — тягучей, манящей, соблазнительной.

Незнакомец приблизился, его рука легла на ее талию, твердо, но бережно, давая опору. Ее ладони нашли его широкие плечи. Теперь вел он. Почти незаметный нажим, мягкий поворот, легкое движение корпуса, она отвечала, осторожно, словно училась заново чувствовать.

В какой то момент мужчина сделал шаг в сторону и мягким, но уверенным движением закрутил ее вокруг своей оси. Ольга, потеряв равновесие, вцепилась в его плечи, а он уверенно поймал ее, словно все заранее спланировал.

Их глаза встретились, и в этот миг мир вокруг растворился в бесконечном море тишины. Ни клуба, ни толпы людей, ни страха — остались только он и она. Именно в этот миг из ее груди вырвался сбивчивый, но такой настоящий смех, сначала от неожиданности, а потом от освобождающего ощущения полета.

Мужчина широко улыбнулся, искренне, полностью разделяя ее восторг. Смех повторился, звонче, чище, уже без стеснения, превращаясь в чистую радость, которая будто сбрасывала с ее сердца многолетнюю тяжесть.

Мужчина наклонился ближе, его дыхание коснулось ее губ:

— У тебя слишком грустные глаза для такого звонкого смеха.

Ольга вздрогнула, все веселье в миг улетучилось, оставив после себя щемящую, пронзительную пустоту и неловкость.

Слова незнакомца попали точно в цель: Грустные. Да. Всегда.

В медово карих глазах девушки заблестели слезы, готовые вот — вот сорваться из глаз, но в последний момент она смогла взять себя в руки, лишь крепко обняла себя за плечи, сглатывая ком в горле.

Повисла неловкая пауза.

Мужчина смутился, осознав, что сболтнул лишнего, а потому галантно, без лишней суеты, проводил Ольгу к бару, где бармен, будто соучастник спора, уже поставил перед ними коктейль.

— Ваш выигрыш, — с виноватой улыбкой сказал незнакомец, словно пытаясь загладить вину за свои последние слова.

Ольга робко улыбнулась в ответ, после чего тихо призналась:

— Я... давно так не смеялась, — это была первая по-настоящему честная фраза, сказанная ей за этот вечер.

— Зря, — он отхлебнул своего виски, — У вас для этого есть все данные.

Ольга сделала глоток, в этот раз напиток не обжигал, а согревал изнутри. Она почувствовала легкое головокружение, но не от алкоголя, а от неожиданного ощущения свободы. Мужчина наклонился чуть ближе, и его улыбка снова заиграла теплом:

— Кстати, меня зовут Андрей. Как-то несправедливо танцевать и не знать имен.

— Оль… — она уже собиралась произнести полное имя, когда вдруг позади раздался знакомый радостный голос.

— Вот это выдали! — Лиза буквально подлетела к бару, расталкивая людей локтями, — Оля, я думала, ты никогда больше так не станцуешь! Это было просто огонь!

Ольга растерянно улыбнулась, щеки еще пылали пунцовым румянцем.

— Не знаю, что на меня нашло…

— На тебя? Да наконец — то ты ожила, подруга! — Лиза шутливо ткнула её в бок, — Видела бы ты себя! Я чуть бокал не уронила!

Андрей усмехнулся, опираясь локтем на стойку, он с интересом наблюдал за ними.

— Кажется, мы только что разрушили миф о том, что танец, это не лекарство, — сказал он негромко.

Лиза хитро подмигнула ему, но тут же вспомнила что-то и нахмурилась.

— Слушай, пока ты там крутилась, у тебя сумка вся вибрировала. Я думала, может, кто-то важный звонит.

Она нагнулась, достала с барного стула Ольгину сумочку, приоткрыла её и, взглянув на экран, замерла.

— Эм… Пожалуй, зря я заглянула, — голос стал глухим, — Михаил.

Ольга вздрогнула, улыбка мгновенно исчезла с ее губ, она сгорбилась, быстро озираясь по сторонам, будто ища выход.

— Лиз, дай, — попросила она тихо, но так, что спорить было бессмысленно.

Экран вспыхнул новой порцией уведомлений:

«Ты где?»

«Почему не отвечаешь?»

«Если через пять минут не выйдешь на связь — я отправлю подручного домой.»

Руки девушки затряслись мелкой дрожью, в глазах пошла рябь. Все звуки вокруг как будто погасли, музыка, смех, даже собственное дыхание — всё превратилось в глухой звон.

— Господи, что этот козел о себе возомнил? — вырвалось у Лизы. — Он вообще больной?

Ольга не ответила, ее стеклянный взгляд застыл на экране, который уже давно потух.

— Мне нужно идти…., — будто опомнившись, она быстро убрала телефон в сумку.

— Оль, подожди, — Лиза шагнула вперёд, пытаясь её остановить. — Да пусть катится он к чёрту! Ты только начала дышать!

— Ты не понимаешь….

Андрей, всё это время молчавший, поднялся с табурета. Его глаза встретились с её глазами, в них мелькнуло что-то, похожее на тревогу и растерянное участие.

— Всё в порядке?

— Спасибо за танец, — сказала она едва слышно, — И… за смех.

Ольга схватила сумочку и быстрым шагом поспешила к выходу, толпа тут же поглотила её хрупкую фигуру, и через мгновение девушка исчезла.

Лиза молча проводила взглядом подругу, потом резко выдохнула:

— Вот и всё… — пробормотала она, больше себе, — Снова в клетку.