Глава 4

– Ну, подумаешь, уши, – хмыкнул Стыцко, разглядывая лежащего в тени березы раненого незнакомца. – У моего соседа нос был яки горный хребет, а уж чуял он им буквально за километр. Бывало, жинка только напечет драников, а он уже с бутылью спешит. М-да… А живал-то он за три хаты от нас. А тут уши!

– Ну, не знаю, – буркнул Андрей, роясь в сумке раненого.

Из сумки появилось несколько полотняных мешочков, пара странных синих стекляшек, напоминающих маленькие линзы от очков, две резные шкатулочки и два матовых стеклянных шара размером с кулак.

– Так, вроде все, – пробормотал бывший разведчик, разложив все на расстеленном на траве брезенте.

– Ну что ты об этом, командир, думаешь?

Семенов пожал плечами, в задумчивости разглядывая разложенные вещи.

– Не знаю, чертовщина какая-то. Что он не из наших, понятно, но и на немцев не сильно похож, тем более те за ним охотились.

– Да что тут думать, командир, – встрял подошедший механик. – Сдадим его особистам, а там пусть разбираются, а вот трофей можем и оставить.

Он подобрал с брезента лежащую там саблю и, вынув клинок из ножен, махнул им, рассекая воздух.

– Ух ты, какая сабелька, да и сапожки у него ничего.

– А ну дай сюды, дитятко неразумное, – Стыцко перехватил запястье Евстафьева и буквально вырвал у того из руки клинок. – А то отрежешь себе что-нибудь.

– Ты что, Федор, ополоумел?!! – вспыхнул Виктор, потирая запястье.

Наводчик промолчал, внимательно рассматривая клинок, затем отошел в сторону и, подняв с земли сломанную ветку, подкинул ее вверх. Выждав момент, он рубанул летящую ветку саблей, развалив ту на две части, затем снова уставился на оружие.

– Добре, – наконец вынес он свой вердикт. – Славное оружие, большим мастером ковалось.

– А ты почем знаешь? – буркнул Виктор.

– Федор у нас потомственный кузнец, – хмыкнул лейтенант, принимая из рук того саблю и тоже рассматривая ее. – Так что, если он сказал, что это хорошая сабля, значит, хорошая.

– Вообще-то, командир, это не совсем сабля, – вставил Андрей. – Если я не прав, Федор поправит, насколько я знаю, сабля должна быть изогнута, а этот клинок прямой.

– Ну, туточки ты верно заметил, – улыбнулся Стыцко. – Я бы сказал, что это меч, но очень необычный, лезвие у него слишком узкое. Но это явно боевое оружие, и, судя по потертостям на ножнах и рукояти, им довольно-таки часто пользовались.

– Бред, – пробормотал Сергей. – Ладно, не будем гадать. Федор, собери все и убери куда-нибудь, а если что пропадет, я с тебя, Евстафьев, шкуру сниму.

– А что Евстафьев-то сразу? – обиделся механик.

– Знаю я просто твою патологическую тягу к трофеям. Кстати, рядовой Евстафьев, за самовольно оставленный пост вам два наряда вне очереди, и марш назад.

– Слушаюсь, товарищ лейтенант.

Андрей проводил глазами удалявшегося механика и, собрав разложенные предметы обратно в сумку, передал ту вместе с мечом Стыцко.

– Не нравится мне все это, командир, – Андрей нагнулся над раненым, проверяя повязку. От легкого прикосновения стрелка-радиста тот скрипнул зубами и застонал. – Но в любом случае не хочу я выдавать этого парня Особому отделу.

– Я тоже, – кивнул Сергей. – Но вдруг мы не правы и он засланный.

– Какой он засланный, – хмыкнул Андрей. – Командир, ты думаешь, я в разведке этих «засланцев» не насмотрелся, хоть убей, не похож он на фрица.

– Может, союзники?

Цветков пожал плечами. В это время раненый заворочался, застонал и вдруг резко сел, уставившись на стоящих рядом танкистов ярко-изумрудными глазами.


Дейнар уже несколько минут лежал с закрытыми глазами, прислушиваясь к разговору своих спасителей. Если бы не они, те странные воины в форме мышиного цвета едва не загнали его как раненого оленя. А их странное оружие, метающее маленькие стрелы… слава светлым богам, что у его спасителей оказалось подобное. Хорошо, что заметив присутствие и не почувствовав вражды к себе, он решил рискнуть, правда, где было его чутье, когда он, увидев отдыхающих незнакомцев, решил выйти к ним. Один из спасших его неожиданно принялся поправлять сползшую повязку на его плече, вызвав вспышку резкой боли, от чего следопыт непроизвольно застонал. Странный наконечник, засевший в плече, не давал покоя эльфу, пульсируя время от времени жгучей болью. Голова тоже ныла, но, как ни странно, не так сильно, хотя именно после удара в голову Дейнар потерял сознание. Страшно хотелось пить, решив, что притворяться дальше бессмысленно, а может, и просто опасно для здоровья, он резко поднялся и сел.

Стоявшие рядом люди недоуменно уставились на него. Дейнар огляделся. Он лежал в тени дерева, на подстеленной поверх травы не очень чистой ткани, шагах в пятидесяти от них возвышалось странное сооружение грязно-зеленого цвета, на котором сидел один из его спасителей. Следопыт поморщился от идущего со стороны строения запаха и повертел головой в поисках своей сумки, однако, не обнаружив ее, разочарованно вздохнул. В принципе, окажись он на их месте, поступил бы так же, но теперь ему нужна была сумка, а значит, придется попытаться их убедить.

Один из стоявших присел рядом и что-то спросил. Эльф прислушался. Нет, слова ему не были знакомы, и он покачал головой. Человек хмыкнул и вновь заговорил. Слова речи были явно другими, но и этот язык эльф не знал. Он сам попробовал несколько языков, даже сказал несколько слов на орочьем, но теперь его спасители уже качали головами и принялись о чем-то спорить.


– Блин, что это за язык такой? – почесал шлемофон Сергей, затем, чертыхнувшись, откинул его на спину.

– Как я понял, он пробовал говорить с нами на разных языках.

– А последние рычания тоже язык? И где же так говорят?

– Откуда я знаю, может, на Мадагаскаре.

– Где-где?

– Ладно, командир, не имеет значения. О, смотри, кажется, наш друг хочет пить.

Раненый жестами показывал, как наливают в кружку и подносят ее ко рту. Андрей кивнул и, смотавшись к танку, бегом вернулся с фляжкой, протянув ее незнакомцу. Тот кивнул и, взяв флягу, принялся ее откупоривать. Причем не отвинчивать, а именно пытаться вытащить пробку. Лейтенант со стрелком недоуменно переглянулись, и Сергей, отобрав фляжку, отвинтил крышку и снова протянул ту раненому.

– Елинус нак, – кивнул тот и жадно припал к фляге.

Напившись, он протянул флягу назад и, вздохнув, снова принялся жестикулировать.

– Ну и что он хочет теперь?

– Не знаю, но, кажется, догадываюсь, хочет свои вещи назад.

– Думаешь, это безопасно?

– Да брось, лейтенант, там, в сумке помимо безделушек и мешочков, на ощупь с травой, ничего и нет, кроме разве стеклянных шаров, но мы их просто вынем.

– А если там яд?

Андрей пожал плечами.

– Пусть травится себе на здоровье.

– Ладно, неси.

Получив сумку обратно, незнакомец улыбнулся и принялся проверять ее содержимое. Не обнаружив стеклянных шаров, он вопросительно посмотрел на лейтенанта, и тот кивнул на Андрея, державшего те в руках. Незнакомец снова улыбнулся и, выбрав из всего барахла синюю стекляшку, положил ее в рот и захрустел, под недоуменными взглядами танкистов. Затем вытащил одну из шкатулочек и, щелкнув невидимым замочком, открыл ее. Внутри обнаружился бурый порошок. Раненый аккуратно поставил ту рядом и жестом попросил Андрея помочь ему снять повязки. Стрелок вопросительно посмотрел на командира и, получив одобрительный кивок, принялся осторожно развязывать и снимать с раны бинты.

Раненый морщился, но терпел. Когда все бинты были сняты, незнакомец внимательно осмотрел рану со сгустками запекшейся крови на краях и, тяжело вздохнув, набрал щепоть порошка из шкатулочки и аккуратно посыпал его прямо на рану. Улыбнувшись, он закрыл коробочку и отложил ее в сторону. Неожиданно рана на его плече стала покрываться белой пеной, а глаза раненого сделали попытку вылезти из орбит, и он, вскрикнув, схватился за раненое плечо, но тут же с еще более громким криком отдернул назад и вдруг закатил глаза и упал на расстеленный брезент.

Андрей с растерянным видом кинулся к раненому, а Сергей со вздохом облегчения снял курок пистолета, который все время держал за спиной, с боевого взвода.

– Что с ним? – спросил лейтенант склонившегося над раненым стрелка.

– Кажется, без сознания, командир, – ответил Андрей. – И еще, эта дрянь, которую он сыпал на рану, кажется, заставила пулю выйти.

Цветков поднялся с колен и протянул лейтенанту ладонь, на которой лежала, покрытая белым налетом, пуля от немецкого автомата.


Ремонтная бригада из РТО (рота технического обслуживания) прибыла быстрее, чем ожидал лейтенант. Еще не стемнело, когда на поляну с поврежденным танком вырулил «Студебекер», привезший двух техников с газовой сваркой и запасной лентой трака.

Оставив раненого на попечение бывшего разведчика, Сергей отправился к прибывшим ремонтникам.

– Старшина Барчук, – представился один из них. – По приказу комполка прибыл для оказания техпомощи.

– Хорошо, – кивнул лейтенант, пожав руку сержанту. – А то мы тут застряли. Хотелось бы знать, надолго?

Техник пожал плечами и в сопровождении Сергея и подошедшего к ним Стыцко направился к танку. Несколько минут он разглядывал поврежденную машину и лишь качал головой, затем повернулся к ждущим его решения танкистам.

– Ну, я бы сказал, что все не так страшно, как выглядит, ведущие катки не задеты, а «лапти» мы вам быстро накинем, хотелось бы, конечно, заменить один из катков, в нем трещина, но это уже в расположении.

– Вот и ладненько, – вздохнул облегченно Сергей, он боялся, что будет хуже.

– Оставляю вам в помощь Стыцко, если понадоблюсь, я там, – он кивнул в сторону Андрея, сидящего рядом с раненым незнакомцем.

– Кого-то все же задело взрывом? – поинтересовался сержант.

– Да нет, уже после нарвались на несколько отбившихся фрицев, троих уложили, но и наш…

– Бывает, – согласился сержант, разматывая принесенные солдатом шланги резака.


Раненый так и не пришел в себя, когда подбежавший Стыцко доложил о завершении ремонта.

Задремавший, несмотря на какофонию ремонта, Сергей потянулся и, поднявшись, направился к ремонтникам, собиравшим в свете фар машины и танка свои инструменты.

– Закончили?

– Ну, можно сказать и так, – кивнул сержант, опираясь на бампер «Студебекера» и доставая грязными руками кисет. – До расположения дотянешь, а там доведем все до ума.

Лейтенант покачал головой, отказавшись от табачка. Помолчали.

– Сержант, одна просьба, у нас раненый, а в танке, сам понимаешь…

– Конечно, командир, в чем вопрос. Стели в кузове, я своему помощнику скажу, чтобы железки покомпактнее сложил.


– Андрей, с раненым и головой за него отвечаешь. Виктор, заводи и потихоньку за машиной, да не рви фрикционы, у нас один каток с трещиной, застрянем, будешь сам до дома толкать, все по машинам.

Сергей вспрыгнул на борт и, забравшись на башню, нырнул в люк на свое место.

– Не, вот ты, командир, скажи, мы сидим в огромной консервной банке, кругом пахнет солярой, да и мы не благоухаем духами, а комарам хоть бы хны, я пока в дозоре стоял, замучился, а тут, оказывается, не лучше, – раздалось в наушниках шлемофона, едва он воткнул штепсель.

– Рядовой Евстафьев, кончай болтать, поехали.

Танк дернулся и медленно пополз за двинувшейся машиной.


Дейнар очнулся от сильной тряски. Плечо горело, точно к нему приложили раскаленный клинок. Заклятие обезболивания практически не подействовало, да и «эльторикс» подействовал не так, как обычно. Он вздохнул и открыл глаза. Было темно, и эльф несколько минут моргал, привыкая к темноте ночи. Конечно, эльфы хорошо видят в темноте, по крайней мере, лучше людей, а уж кровь «темных», позволяла следопыту делать это еще лучше. Вскоре он уже довольно четко различал натянутый над собой качающийся от движения тент и, оглядевшись, понял, что находится в какой-то повозке. Вокруг что-то страшно гудело и рычало, а странно-мерзкий запах и постоянная болтанка заставляли мысли эльфа путаться. Он с облегчением опустил голову и только тут заметил смотрящего на него человека, сидящего на длинном ящике.

– Ну что, очухался? – спросил громко человек, в котором Дейнар узнал одного из своих спасителей.

– Дейнар, меня зовут Дейнар, – произнес следопыт, прислушиваясь к незнакомым словам, слетавшим с его губ. Кристаллы гернита, похоже, подействовали, хотя после заклинания обезболивания он уже ни в чем не был уверен.

– Дейнар? – человек удивленно вскинул брови. – Странное имя, английское?

– Нет, эльфийское, – из-за постоянного гула говорить приходилось почти криком.

– Не слышал о такой стране. Она где? В Африке?

Эльф покачал головой, хотя в такой тряске этот жест был явно излишним. Голова мотнулась, и Дейнар приложился обо что-то твердое.

Человек, нахмурившись, посмотрел на обмякшего эльфа и, нагнувшись над ним, похлопал того по щекам, приводя в чувство.

– Экий ты неловкий, – пробормотал он, когда тот открыл глаза, и уже громко добавил. – Головой-то сильно мотать не надо.

Эльф сделал попытку улыбнуться.

– Меня зовут Андрей, – представился человек, стараясь удержать равновесие на ящике при очередном скачке повозки. – Что ж они так едут, не дрова ведь в кузове.

Он поднялся и, перешагнув через лежащего, направился в глубь повозки. Скоро оттуда раздались удары по металлу и голос его спасителя, причем суть некоторых слов эльф так и не понял, с грустью подумав о том, что и гернит в этом мире действует не как обычно.

Вернувшись на свое место и убедившись, что раненый в сознании, Андрей снова устроился на ящике, положив на колени странную штуку, висевшую до этого на плече.

Эльф, улегшись так, чтобы поменьше трясло, задумался. Учитель, посылая его на различные задания, всегда говорил: «Если хочешь, чтобы тебе помогли, чтобы тебе доверяли, доверяй и ты тем, кто должен тебе помочь. Расскажи им все, что можешь рассказать, все, что не является секретом. Только тогда тебе будут доверять и ты сможешь добиться максимально задуманного тобой». Как ни странно, это необычное правило очень часто помогало Дейнару в его странствиях. А в этом мире ему, как никогда, были нужны союзники и друзья. Он находился здесь всего несколько часов, а уже получил серьезное ранение, все его навыки и умения оказались бесполезны перед странным оружием этого мира, с магией здесь тоже не все ясно, а что будет дальше? С чем ему придется столкнуться? Где искать артефакт и будет ли у него возможность вернуться? Эльф тяжело вздохнул и, взглянув на человека и убедившись, что тот не спит, принялся рассказывать свою историю, стараясь перекричать гул.


23 июля 1944 года войска 1-го Белорусского фронта освободили Люблин и стремительным броском вышли к Висле. Немцы, спешно укрепляясь, готовились к отражению форсирования, перебрасывая в район Магнушева и Пулав дополнительные дивизии. Ставка прекрасно понимала, что замедление наступления грозит если не провалом, то существенными потерями в живой силе, так как немцы не теряли времени, готовясь к обороне. И все-таки наступление пришлось приостановить для подтягивания отставших обозов и пополнения личного состава и техники. Кроме того, командование фронта в данной обстановке проявляло крайнюю осторожность, и, хотя 8-я гвардейская армия уже вышла к Висле, приказа на форсирование не поступало. В те же сроки, когда войска выходили к Висле, назревал кризис и на Брестском направлении. Завершалось окружение брестской группировки врага. 65-я и 28-я армии подходили к Западному Бугу севернее Бреста. Возможность потери Бреста сильно беспокоила немецкое командование, поражение на этом участке фронта означало выход советских войск напрямую на Варшаву и обход Восточной Пруссии с юга. Немецкое командование попыталось задержать развитие наступления Красной армии под Брестом. Для усиления обороны немцы стянули туда остатки 2-й и 9-й полевых армий. Перебрасывались немцами и части для усиления обороны Праги, предместья Варшавы, куда продвигалась с боями 2-я танковая армия. Итак, с одной стороны, шло очень ответственное наступление 2-й танковой армии, введена была в сражение 1-я Польская армия, с другой стороны, контратаки немцев севернее и северо-западнее Бреста и нарастающая опасность, что немецкое командование совершит попытку соединить разрубленные группы армий «Центр» и «Северная Украина».


– Сумасшедший дом, – мотнул головой Сергей, выслушав рассказ Андрея. – Я сплю, ущипните меня.

– Да не расстраивайся, командир, – Евстафьев спрыгнул с сеновала и потянулся. – Выспался, блин. Пойду, смотаюсь, поищу кухню, принесу что-нибудь, а то жрать охота.

Он пошарился в куче сваленных в углу полуразрушенного сарая вещей и, достав котелки, насвистывая, двинулся вдоль пустынной улицы.

В расположение ремонтной роты прибыли около трех ночи и, оставив танк вместе со Стыцко на попечение ремонтников, отправились на поиски места ночлега. Ремонтная рота полка Саблина расположилась на окраине села, хотя самого села как такового уже не существовало. От многих домов остались лишь обгорелые стены да полуразвалившиеся печи. Несколько уцелевших зданий давно уже были заняты, и друзья, поплутав в ночи, совершенно случайно наткнулись на полуразрушенный сарай с уцелевшей в нем копной соломы. Раненый эльф (как назвал незнакомца Андрей, правда, пояснив, что это не имя, а нечто типа расовой принадлежности) едва добрался до копны, как оттолкнул поддерживающего его стрелка и ничком рухнул на солому.

Лейтенант посмотрел вслед механику и, проведя рукой по небритой щеке, вздохнул.

– Блин, только таких сказочных проблем мне и не хватало. Маги, эльфы, королевства, этот, как его там – Мрак, – он мотнул головой. – Ладно, все потом. Мне надо к комполка на доклад, так что пойду искать штаб, а ты будь тут и… Ну да сам все знаешь.

Андрей кивнул и, подхватив автомат, плюхнулся рядом со спящим эльфом.


Поблагодарив водителя, подбросившего его до самого штаба, расположившегося в соседнем хуторе, Сергей оправил гимнастерку и, еще раз проведя рукой по не очень гладкому подбородку, направился к указанному водителем двухэтажному зданию, где сейчас располагался штаб. Пройдя по коридорам, увешанным немецкими плакатами, сейчас, правда, порядком изодранными, и заглянув в пустые кабинеты, он в конце концов остановил спешащего по коридору солдата.

У двери кабинета за широким письменным столом сидел секретарь комполка – капитан Егоров и ковырялся отверткой в установленном на столе телефоне. Лейтенант знал, что этот лысый долговязый капитан был приписан полковнику приказом сверху, и тот ему не слишком-то доверял. Но Егоров был инициативным и исполнительным подчиненным, причем иногда даже чересчур, и через некоторое время полковник смирился с этим назначением, правда, изредка подкалывая капитана тем, что давал ему странные поручения. Вот и сейчас, смотря на то, как тот ковыряется во внутренностях телефона, лейтенант усмехнулся. Наверняка полковник нашел этот аппарат в одном из помещений и приказал капитану его починить, а Егоров, со свойственным лишь ему энтузиазмом, взялся за это дело. Сергею было видно, что этот процесс приносит капитану чуть ли не физические страдания, но тот с упорством мученика копался во внутренностях старого аппарата.

– Здравия желаю, товарищ капитан.

– А, Сережа, – капитан со вздохом облегчения отложил отвертку. – Батя о тебе уже справлялся пару раз.

– Рванулись мы на фугасе, Семен Егорович.

– М-да, – произнес Егоров, доставая платок и вытирая им лысину. – Жарко тут что-то.

Он встал и открыл окно.

– Сейчас доложу, подожди.


– Здравия желаю, товарищ полковник. Разрешите доложить. Ваше задание выполнено. Хутор Штыбко взят. Уничтожено два танка противника.

– Вольно. Здравствуй, Сереженька, здравствуй, – Саблин сидел за столом и помешивал чай. – Садись уж, чего встал.

– Капитан, свободен, – махнул полковник Егорову. – Да кстати, ты там аппарат починил? Нет? Жаль, хороший ведь, англицкий, ты там, будь добр, поковыряйся еще чуток.

Капитан козырнул и, тяжело вздохнув, закрыл за собой дверь.

– Хороший он у меня помощник. Исполнительный, – Егоров улыбнулся и с шумом отхлебнул чай. – Ну, лейтенант, рассказывай, где задержался. Пехота-то мне еще вчера отрапортовала о твоем героизме.

– Товарищ полковник, во время продвижения от хутора Штыбко в указанную вам точку на лесном проселке подорвались на самодельном фугасе. Похоже, от партизан нам подарочек остался, – добавил он. – Высланная из части рембригада ликвидировала повреждения, к вечеру буду готов выдвинуться на указанные вами позиции.

Полковник хмыкнул и, встав из-за стола, достал из своей планшетки карту. Расстелив ее, он поманил к себе пальцем все еще стоявшего навытяжку лейтенанта.

– Где ты сейчас остановился?

Сергей склонился над картой и, найдя нужное место, ткнул пальцем.

– Ясно, – кивнул полковник. – Ладно, пока отдыхайте и приводите себя в порядок. С сегодняшнего дня поступаешь в распоряжение старшего лейтенанта Выборнина, его рота расположилась от вас неподалеку. Вот сходи и доложись.

– Так точно, товарищ полковник.

– Ладно тебе, – полковник взял чай и, отхлебнув, с улыбкой посмотрел на Семенова. – Кстати, это какой у тебя по счету?

– Двенадцатый и тринадцатый, товарищ полковник.

– Эх, наградить бы тебя надо, ну да ладно, после наступления. Все, свободен.


Заглянув по пути к своим в РТО, лейтенант узнал, что машина уже была передана экипажу, и пешком направился к месту их ночлега. «Тридцатьчетверка» стояла прямо посреди сарая, а Стыцко с Евстафьевым заканчивали крепление маскировочной сети. Андрей с эльфом собирали раскиданное вокруг сарая сено и оттаскивали его подальше.

Лейтенант, понаблюдав несколько минут за рабочей суетой вокруг сарая, улыбнулся своим мыслям и, подойдя к танку, постучал ладонью по броне.

– О, командир, – прокомментировал механик и, схватившись руками за ствол, спрыгнул вниз. – Экипаж равняйсь. Смирно. Товарищ лейтенант, разрешите доложить. В месторасположении боевой машины все в порядке. Личный состав занят маскировкой и обустройством.

– Вольно, Евстафьев, а что это наш гость, работой занят?

– Денис, что ли? Так он сам попросился.

– Почему Денис? – удивился лейтенант. – Он же вроде Дый… Дай… Дейнар, тьфу ты, что за имя?

– Вот-вот, мы его тут Денисом и окрестили, он вроде даже и не против.

– А не ты ли еще вчера его особистам хотел сдать? – усмехнулся Сергей, перемигиваясь с подошедшим наводчиком.

– Ну, то было вчера, – спокойно ответил механик.

Лейтенант рассмеялся и, выйдя из сарая, направился к добровольным сеноуборщикам. Андрей, заметив направляющегося к нему лейтенанта, бросил собранную охапку и, подхватив снятую гимнастерку, пошел навстречу.

– Ну, как поездка?

– Как всегда. Приписали к роте Выборнина, она здесь, где-то неподалеку должна базироваться.

Андрей кивнул.

– Наверное, это те, что вон там, в леске окопались, Виктор к ним на кухню бегал.

Сергей посмотрел в указанную Андреем сторону и, достав планшет, сверился.

– Да, похоже, ты тут останься за старшего, а я смотаюсь к новому начальству, доложусь.

Он вздохнул и посмотрел в сторону таскающего сено эльфа. Тот был в своей пятнистой одежде, которая теперь стала гораздо светлее и хорошо сливалась с фоном носимого сена, лишь шлемофон оставался неизменно черным.

– Интересная у него одежка, она что, расцветку меняет?

– Да есть чуток, – кивнул Андрей. – Нам бы такую в разведке, цены бы не было. Но самое интересное, командир, когда я его спросил, из чего они ее делают. Никогда не поверишь.

Он усмехнулся.

– Оказывается, они там у себя вывели специальный вид гусениц и те…

– Так, стоп! – Сергей поднял ладони перед собой. – Не хочу ничего знать и забивать себе голову, проблем и так хватает. К тому же, насколько я понял, вы уже записали его в члены экипажа.

– Ну, у нас ведь заряжающего по штату не хватает.

– Андрей, елки зеленые, ты сам-то понимаешь, что говоришь? А документы, а предписание? Под трибунал нас всех подвести хочешь? Да ты на его вид посмотри, а эти торчащие уши, как, как… Да хрен его знает как у кого, – Семенов махнул рукой.

– Ну не особистам же его выдавать, командир. Ты знаешь, что они с ним сделают? – тихо спросил Андрей.

Сергей внимательно посмотрел на радиста. Лицо того вытянулось, а кулаки сжались.

– Моего друга они только за то, что он упустил офицера, спасая шедшего с ним разведчика, к стенке поставили, а до этого мурыжили почти месяц. Когда его вели на расстрел, он был похож на старика, а ведь парню всего двадцать.

– Ясно, – лейтенант отвернулся. – Ладно, я попытаюсь что-нибудь придумать, поговорю с комполка. Со шлемом вы, кстати, хорошо придумали, только вот волосы… Он же на девчонку похож, тем более с его чертами лица. И, кстати, что это за повязка на лице?

– Повязка? – Андрей прищурился, рассматривая эльфа. – А, это платок. Дейнар сказал, что окружающие запахи ему неприятны, вот и завязал.

– Ясно. Значит, так. От себя его ни на шаг. Никаких Дейнаров, забудьте это имя и ему накажи. Теперь он Денис – Денис Филимонов.

– Почему Филимонов?

Сергей пожал плечами.

– Просто пришло в голову. Волосы остричь по уставу, одежду тоже подберите. Вон, Витя у нас щупленький, так пусть комбезами поделится. Все, я к ротному.

Он резко развернулся и через поле направился к месторасположению роты.


Рота Выборнина расположилась в лесополосе, примерно в двух километрах от села. Спросив у обедающих танкистов о месторасположении ротного, он около двадцати минут искал позицию его танка. Наконец на одной из машин, стоявшей под раскинутой над ней между деревьев маскировочной сетью, Сергей увидел нужный ему номер.

– Серега, ты ли это?!! – раздалось позади него.

Семенов развернулся и увидел идущего к нему Алексея. Обнялись.

– Блин, а я-то думал, ты ли или не ты. Мне со штаба по рации говорят, мол, принимай экипаж и твою фамилию. Я-то знал, что ты в этом полку служишь, но не ожидал, что просто в роли командира. Ты же был лучшим в нашем выпуске.

– Когда это было, – хмыкнул Сергей, переводя тему разговора. – А ты хоть знаешь, кто у нас комполка?

Алексей рассмеялся.

– Конечно. Я тоже сперва опешил. Саблин Николай Владимирович, он же жил выше тебя на этаж.

– Точно, – кивнул Сергей. – Помнишь, у него еще дочка была Настя. А когда его в 39-м забрали, думали, что все. Я удивился, когда встретил его.

– Помню, конечно, и Настьку помню. Кстати, не знаешь, как она?

Семенов вздохнул и развел руками.

– Я пытался расспросить полковника, но он лишь сказал, что сам ничего не знает. В сорок втором отправил их за Урал, письма сперва приходили, но вот уже год как нет.

– М-да.

Они помолчали.

– Ну да ладно. Ты-то какими судьбами?

– Да вот с пополнением прибыл.

Они проговорили полдня. Вспоминали довоенные годы, танковое училище. Вместе до войны, вместе в училище, и лишь распределение раскидало их в разные стороны. Как в песне: «на запад поедет один из вас, на Дальний Восток другой». Алексей уехал воевать под Москву, а Сергей сразу после училища попал в горнило Курской дуги, выжил чудом, несмотря на прямое попадание снаряда «тигра». Один из всего экипажа.

– Алеш, знаешь, вчера со мной приключилась чудная история. Расскажу, не поверишь.


Вечерело. Евстафьев, в очередной раз смотавшись до полевой кухни, раздал усевшимся в круг друзьям котелки. Только начали ужинать, как послышался звук мотора, и перед сараем остановился командирский «Виллис», из которого, опираясь на трость, вылез комполка.

– Экипаж, смирно! – скомандовал Семенов, вскакивая с бревна, на котором сидел.

– Сидите, сидите, ребятки, – махнул рукой полковник. – Я, так сказать, с неофициальным визитом к вашему командиру. Пойдем, дорогой, прогуляемся.

Он развернулся и, обогнув машину, отправился назад по дороге. Сергей бросил озадаченный взгляд на Андрея и, пожав плечами, направился следом.

– Хорошая ночь, Сережа, – начал полковник, останавливаясь и смотря вверх. – А главное – спокойная. А небо-то, смотри, какое звездное.

Сергей остановился и тоже посмотрел вверх, не понимая, куда клонит полковник. Небо действительно было звездным, звезды были крупные и яркие. Млечный Путь широкой дорогой протянулся по всему небосклону. Изредка по небу пробегал огненный росчерк падающей звезды. Сергей, как в детстве, завороженно смотрел на небо, не в силах оторваться и понимая, что за годы войны совсем забыл, как оно выглядит. На войне небо всегда угроза. Оно в любую минуту может обрушить на тебя ряды бомбардировщиков или выплюнуть стаю юрких истребителей. И даже в те минуты, когда оно обманчиво пусто и безмятежно, взгляд солдата автоматически ищет в нем парящего на высоте разведчика.

– Ладно, Сергей, – оторвал от созерцания звезд голос полковника. – Ко мне тут Алеша примчался и рассказал о твоем необычном госте. Если честно, то если бы я вас не знал вот с таких пор, когда вы еще под стол пешком ходили, отправил бы в госпиталь проверить на предмет контузии или что там еще. Так что давай рассказывай.

Сергей вздохнул и, мысленно обругав Алексея, принялся рассказывать необычную историю спасенного ими эльфа.

– Так, – сказал полковник, когда он закончил. – И ты предлагаешь поверить во всю эту чушь?

Лейтенант пожал плечами.

– Насколько я помню, эльфы – это что-то из сказок, такие маленькие существа вроде бабочек.

Сергей снова пожал плечами.

– Да нет, обычный человек, разве только уши чересчур длинные да бледный, как поганка. И черты лица. Как бы это сказать, – Сергей задумался. – Ну, короче, идеальные какие-то, вроде мужик, но лицо такое, с женскими чертами, не знаю, короче, как объяснить. Может, позвать его?

Полковник оглянулся. Они уже довольно далеко удалились от места стоянки.

– Хорошо. Зови.

Сергей кивнул и быстрым шагом направился назад.

– Денис, со мной к полковнику, – скомандовал он, косясь на сидящего в машине шофера.

Эльф отставил котелок с кашей, которую поглощал с мрачным выражением лица, и направился вслед за лейтенантом.

– Это он и есть?

Полковник обошел кругом остановившегося эльфа.

– Черт, даже лица толком не видно. Фонарик есть?

– А ты шлемофон сними.

– М-да, – через некоторое время констатировал Саблин. – Ладно, выключай. Действительно, уши у него забавные, особенно с этой стрижкой.

– А ты, парень, не обижайся, – обратился он к Дейнару. – Твою историю мне Сергей рассказал, теперь я хочу все услышать из твоих уст.

Эльф посмотрел на лейтенанта и, дождавшись его кивка, начал свой рассказ.

– Так, – полковник снова задумался. – Значит, у вас там тоже война.

Эльф кивнул.

– Не совсем, но по всем признакам Мрак готовит вторжение.

– И твой учитель, как его там?

– Лейнолас.

– Да, Лейнолас. Ну и имечко, – Саблин хмыкнул. – Так вот, он надеется, что с этой штукой, что где-то у нас, он сможет как-то повлиять на это?

Эльф снова кивнул, соглашаясь.

– А почему ты уверен, что этот артефакт где-то рядом? С таким же успехом он может быть в Австралии, например.

– Товарищ полковник, – вмешался Сергей. – Можно он вам покажет?

Дождавшись разрешения. Сергей отошел к стоявшей у обочины разбитой немецкой легковушке и, достав планшетку, развернул на капоте карту.

– Давай, Дейнар.

Эльф встал рядом и извлек из висевшей через плечо сумки шкатулочку, из которой вытащил два камушка. В темноте не было видно их цвета, но Сергей, видевший это действие днем, знал, что это красный и зеленый кристаллы. Эльф, тем временем положив оба камня на карту, принялся напевать, что-то на своем языке. Камушки вдруг засветились в темноте и задвигались по карте, но через несколько мгновений остановились.

– Вот, – кивнул Сергей. – Зеленый – это наше местонахождение, красный – местонахождение артефакта.

– Так, – полковник взял карту. – Посвети. Так, где-то в районе между Герволином и Седльце. Большой разбег.

Сергей кивнул.

– Дейн говорит, что у него есть то, что поможет определить, когда будем ближе.

– Так, ясно, – полковник задумался, потом повернулся к эльфу. – Ладно, парень, иди, мы тут перебросимся парой фраз с лейтенантом.

Подождав, пока эльф соберет свои камни и удалится как можно дальше, полковник повернулся к Сергею.

– Сережа, ты с ума сошел. Знаешь, что будет, когда разнюхают, кто он, – Саблин провел ладонью по шее. – И не у одного у тебя башка слетит, но и другим так достанется.

– Понимаю, – кивнул лейтенант. – Но, в конце концов, не сдавать же его особистам.

Полковник фыркнул и несколько минут молчал.

– М-да, парня действительно жалко. Как думаешь, если оставить у вас, справится?

– Думаю, да, – Сергей мысленно вздохнул от облегчения. – Он ведь, судя по всему, тоже из военных, думаю, втянется, а уши, если их не светить направо и налево… Да и всякое в этом мире бывает, я вон где-то читал о человеке с шестью пальцами, необычно, но и все.

– Может, ты и прав. Ладно, – полковник резко повернул назад. – С документами помогу, как вы его там назвали?

– Денис Филимонов.

– Ладно, пусть будет Филимонов Денис Сергеевич. Сергеевич в честь тебя, – пояснил полковник. – Ведь можно считать, что ты его второй отец. А насчет поиска артефакта, скажу одно, нашему полку приказано выдвигаться в сторону Варшавского направления, это как раз по пути. А дальше… как бог пошлет.

Загрузка...