Я пообещала, что тут поделаешь.
Мы зашли в магазин на углу, чтобы купить тёте Нине конфеты.
– Мам, тётя Нина вон те больше всего любит. – Я показала на плоскую коробку с сердечком.
Мама купила конфеты и положила их в сумку.
– Влада, ты только смотри, чтобы тётя Нина сразу всю коробку не съела.
– Хорошо, мам. Я этого не допущу.
– У неё и так чудовищный лишний вес.
Если честно, насчёт «чудовищного лишнего веса» я не уверена. Папа как-то сказал, что тётя Нина хорошо выглядит. Правда, мама тогда посмотрела на него как на сумасшедшего…
Мы зашли в парадную и потопали по лестнице: лифта в доме не было. Я впервые обратила внимание, что у перил с дракончиками широкие поручни. Наверное, по ним удобно съезжать…
– Мам!
– Что?
– Ты в детстве каталась на этих перилах?
– А ты как думаешь?
– Думаю, нет.
– Правильно думаешь. Потому что однажды я видела, как на них прокатилась тётя Нина. И чем это закончилось.
– Тётя Нина? Она же уже большая была, когда ты была маленькая.
– Мне в детстве казалось, что всё наоборот, – усмехнулась мама. – В общем, мне было шесть лет, а тёте Нине – двадцать один годик. Мы с ней пошли куда-то, тётя Нина взгромоздилась на перила и проехалась с ветерком… А я ей скорую вызвала.
Я повернулась к маме:
– Что случилось?
– Тётя Нина упала, ударилась головой и потеряла сознание. Но всё обошлось в итоге.
Я отвернулась и пошагала дальше. Так, маме было шесть лет… Как сейчас Рустаму, брату Замиры. Дети в таком возрасте ещё совсем мелкие. Я представила, как маленькая мама тормошила тётю Нину, металась, побежала домой, позвонила в скорую…
Бедная мама! Вот почему она такая тревожная. Всё из-за тёти Нины!
Наконец мы поднялись на пятый этаж.
Мама глянула на меня:
– Чего нахмурилась?
Я пожала плечами.
Мама вдруг обняла меня и прошептала:
– Сердишься на тётю Нину? Не надо. Она любит нас, и мы её любим. Тётя Нина такая, какая есть. Просто будь повнимательнее, когда ты с ней, хорошо?
– Хорошо.
Мама нажала на звонок, тётя Нина тут же открыла, заулыбалась, обняла маму, потом меня. Моя обида на тётю Нину растворилась.
Тётя Нина совсем непохожа на маму. Она крупнее, собирает волосы в хвост, носит длинные юбки, бусы и браслеты. Тётя Нина напоминает цыганку.
Мама отдала тёте Нине конфеты, и мы пошли на кухню пить чай. Тётя Нина достала три чашки, налила туда кипяток, но чайные пакетики положила только в мамину и мою. Мы нарезали и разложили по тарелочкам яблочный пирог.
– Влада, твой чай достаточно заварился? – спросила тётя Нина.
– Угу.
Тётя Нина для верности помотала пакетиком в моей чашке и переложила его в свою. Мама поморщилась.
– Нина, тебе денег не хватает? Я сто раз предлагала…
– Дело не в этом! – замахала руками тётя Нина. – Просто чего добру пропадать? Он ещё хороший… Оксана!
– Что? – вздохнула мама.
– Ты свой пакетик не выбрасывай. Положи вот на это блюдечко. Я его высушу и потом ещё раз заварю. Знаешь, главное, их полностью высушивать…
Мама кивнула и прикрыла глаза, но потом ничего, отошла. Думаю, всё дело в пироге: он был вкусным.
Минут через двадцать мама сказала:
– Влада, беги к друзьям. Ты по ним соскучилась, наверное.
– Ты что! – закричала я. – С Замирой и Димой мы ещё наговоримся, а ты уезжаешь на целых пять дней. Я с тобой побуду, пока ты здесь.
Когда мама стала собираться, я надела куртку и ботинки. Мы с друзьями заранее решили, что пойдём лепить снеговика. А то завтра обещают потепление – и вместо снеговика получится грязевик. Мама попрощалась с тётей Ниной, и мы стали спускаться по лестнице.
Коммуналка Замиры и Димы была на первом этаже. Мы с мамой обнялись, и, когда дверь парадной за ней захлопнулась, я нажала на звонок. Открыла Замира и бросилась мне на шею.
– Влада! Дима, Влада пришла!
Дима выбежал в коридор из комнаты, рванул к нам и замер. Кажется, он стесняется со мной обниматься.
– Привет, Димка! – закричала я.
– Привет!
С Димкой этим летом вышла необычная история.
Мы гуляли во дворе. Проходившая мимо соседка улыбнулась Димке и сказала, что он вырастет красавцем.
– Интересные новости, – протянула Замира.
Мы стали рассматривать Димку. Он покраснел.
– Чего пристали?
– Наверное, тётенька умеет предсказывать будущее, – заключила я.
С чего она это взяла? Димка как Димка. Обычный парень.
Я потом на всякий случай спросила про Димку у тёти Нины. Оказалось, что он и сейчас очень симпатичный мальчик. С правильными чертами лица, но главное – блондин с карими глазами. Красивое и редкое сочетание.
Хм… У Замиры волосы и глаза чёрные, у меня русые волосы и серо-зелёные глаза. Получается, это не такие красивые сочетания? Ладно, буду знать.
– Ну что, идём лепить снеговика? – спросила я.
– Мы сегодня ещё в маленьком дворе не убирались, – ответил Дима. – Пойдёмте сначала туда!
– Пойдёмте!
Окна моих друзей выходят во двор-колодец. И это очень необычный двор-колодец. В нём нет входов-выходов: попасть туда можно только через окна. Нехорошие люди с верхних этажей бросают в этот двор мусор, а ребята его убирают. Не хочется смотреть на помойку.
Я тщательно вытерла ноги, Замира выдала нам пакеты, и мы пошли в Димину комнату. В смысле в ту комнату, где живёт его семья. Диминых родных дома не было. Мы открыли окно, Димка сел на подоконник, перекинул ноги и спрыгнул. Замира – за ним. Я стартанула последней, спрыгнула, но не устояла на ногах и плюхнулась в сугроб. Ладно, будем считать, что план по падениям на ближайшие три дня выполнен.
Ребята помогли мне подняться, я отряхнулась, и мы разбрелись по двору в разные стороны. Окно оставили приоткрытым.
Я обошла свою часть двора, подобрала две обёртки от шоколадных батончиков. Направилась к друзьям и увидела в снегу что-то блестящее. Наклонилась, подняла фигурку размером с мизинец и отряхнула её от снега.
Это была старая, даже старинная ёлочная игрушка в виде ангелочка. Кажется, из фарфора, но лёгкая. Наверное, пустая внутри. Волосы и крылья ангелочка были покрыты металлом, похожим на золото. Или это и есть золото?
– Эй! – я помахала друзьям.
Замира и Димка подбежали ко мне.
– Что-то интересное нашла?
– Ага, смотрите.
– Какая красивая игрушка! – выдохнула Замира. – Её не могли выкинуть.
– Да! Скорее всего, она случайно из окна выпала.
– Ценная, наверное, – протянул Димка.
– Но мы же отдадим её хозяину? – спросила я.
Дима посмотрел мне в глаза.
– Не-а.
– В смысле?
– Мы её в ломбард загоним, а деньги поделим.
Я растерянно замолчала.
– Поверила? – усмехнулся Дима.
– Ничего не понимаю, – пробормотала я.
– Думаешь, раз мы нищеброды из коммуналки, то запросто возьмём чужое?
– Да с чего ты взял?
– А то мы не видим, как твоя мама на нас смотрит! Как на червяков!
Замира толкнула Диму в плечо:
– Прекрати!
– А что, я неправду сказал?
– Даже если и правду! Влада тут при чём?
Теперь Димка замолчал.
– На меня, если хочешь знать, многие так смотрят. Как будто я грязная или от меня воняет.
– Почему? – выпалил Дима.
Замира закатила глаза.
– Потому что я нерусская.
– А… Я и забыл… Кто это на тебя так смотрит?
– Ну, в классе никто, потому что ты со мной дружишь. А в школьной столовой, в магазинах, просто на улице – бывает.
– И как…
– Как я с этим живу?
– Ну да…
– Нормально живу. Мама мне давно объяснила, что это не стоит моих слёз. Надо найти побольше интересных дел и занятий, тогда будет не до ерунды.
Замира и правда столько всего успевает! И учится на пятёрки, и с братом сидит, и поёт, и в волейбол играет.
Дима покраснел.
– Влада, прости меня.
– Хорошо, – кивнула я.
– Давайте думать, как найти хозяина ангелочка, – сказала Замира.
– А что тут думать? – отозвался Дима. – Расклеим объявления в парадных, да и всё.
– Ты как старый дед!
– Почему это?
– А ты не в курсе, что у нашего дома есть чат?
– Слышал что-то… Только из него многие поудалялись.
– Почему?
– Мама говорит, там в основном болтуны сидят, которым поговорить не с кем.
– Из отдельных квартир? – улыбнулась Замира.
– Ага! У жителей коммуналок проблем с общением нет. Хочется поболтать – просто выйди на кухню.
– Тогда можно и в чат фото закинуть, и объявления расклеить.
– Не надо фото закидывать, – сказала я.
– Почему?
– Игрушку может забрать тот, кому она не принадлежит.
– Точно! – воскликнул Дима.
– Просто напишем, что во внутреннем дворе нашлась старинная ёлочная игрушка, – предложила я. – А того, кто придёт, расспросим как следует.
– Да, давайте так.
– У кого будем хранить игрушку? – спросила Замира.
– У Влады. Это ведь она нашла её. Ты согласна?
– Согласна.
– Тогда пойдёмте на помойку, – сказал Дима. – Мама просила мусор выбросить.
– А потом будем снеговика лепить?
– Да!
Мы подошли к Димкиному окну и по очереди забрались внутрь. Сняли ботинки, вышли из комнаты. Дима направился за мусорным ведром. У меня дзынькнул телефон. Я достала его из кармана и прочитала сообщение: «Влада, беги скорее к тёте Нине! Ищите мой паспорт. Я сейчас приеду. У меня поезд через сорок минут!»
– Ой!
– Что, Влада?
– Мама у тёти Нины паспорт оставила, а у неё поезд скоро. Я побегу.
– Беги, конечно.
Я обулась, выскочила из квартиры, бросилась вверх по лестнице, ворвалась к тёте Нине.
– Тётя Нина, вам мама написала?
– Да! Давай так: я буду искать паспорт здесь, в прихожей, а ты – на кухне.
Я скинула куртку и обувь, метнулась на кухню, положила ангелочка на подоконник, осмотрелась. На кухонном столе и разделочном столике паспорта не было. Может, упал? Я опустилась на пол, завертела головой. На полу паспорта тоже не было. Я вскочила на ноги.
Надо куда-то спрятать ангелочка! Если мама его увидит, то раскричится, что я поднимаю с земли всякую гадость. Куда его деть? Сейчас сюда ворвётся мама, станет открывать шкафчики, выдвигать ящики…
Я метнулась к подоконнику, схватила ангелочка, посмотрела в окно…
За окном была та самая ёлка, которую мама запретила наряжать. Ёлка росла совсем близко к дому, её макушка находилась на уровне тёти-Нининого окна, а в квартире было мало места. Вот тётя Нина и наряжала ёлку за окном. Для этого нужно было его открыть и немного высунуться.
У тёти Нины были даже специальные «уличные» шары – большие, пластиковые, блестящие. И самое главное, пустые внутри. Их можно было раскрутить на две половинки, положить что-то внутрь, а потом закрутить снова. Наверное, их сделали такими, чтобы прятать подарки.
Во двор въехало такси, резко затормозило. Из него выскочила мама и скрылась в парадной.
У меня осталось минуты две!
Я открыла окно, сорвала с ветки шар, раскрутила его, положила внутрь ангелочка, закрутила шар, повесила на ветку, закрыла окно.
Раздался звонок в дверь, и тётя Нина впустила маму.