Технарь

Глава 1

Фронтир. Неизвестная система. Планета № 34-КЕ-678-ТР

Семь с половиной дней назад.

Пиратская торговая станция клана Гран. VIP-уровень

Молодая красивая женщина, с очень умным и пронзительным взглядом, которую многие знали как Леди и буквально единицы осмеливались называть по имени Эрая, сидела и смотрела на только что полученное донесение от одного из своих агентов.

Это был младший диспетчер, контролирующий доки станции. Однако его полезность нельзя было недооценивать. Благодаря ему Леди всегда знала, какие корабли в данный момент времени находятся на станции. И последним ее заданием, которое получил диспетчер, было постоянное наблюдение за определенным транспортником, только сегодня прибывшим сюда.

Только что Эрая получила тот ответ, на который она и надеялась. Звучал он так:

«Интересующее вас судно покинуло станцию».

— Это мой шанс, — наконец решившись на что-то, тихо произнесла женщина.

Комбинация, которую она готовила уже более двух лет, все-таки сработала, и у нее появился реальный шанс рассчитаться с тем, кто и сделал ее тем, кем она стала. Человеком без чувств, которые ей выжгли практически в буквальном смысле этого слова.

Она поставила все на одну-единственную карту.

На того странного и непонятного наемника, техника и агента, которым он являлся и которого она встретила на своем пути. И если он не справится, то для нее это будет означать лишь одно. Смерть…

Прелат очень быстро вычислит ее прямую причастность к этому делу. А предательства он не простит. Тем более ее предательства. Лучшего его творения, как говорил он сам.

Лучшего творения, которое все-таки каким-то немыслимым образом смогло удержать свою личность от полного распада и со временем собрать ее в ту искалеченную и пылающую жаждой мести душу.

Тем более и отступать ей уже некуда, ведь маховик часов запущен. Первая часть ее плана была реализована. Осталось ввести в игру последнюю фигуру. И она постарается это сделать сейчас.

Решив так, женщина, отбросив все сомнения в сторону, развернулась в кресле и активировала устройство гиперсвязи.

Несколько секунд на визоре ничего не отображалось, но вот экран слегка посветлел и на нее с другого конца образовавшегося канала посмотрел пожилой человек, слегка полноватый, с добрыми и всепрощающими глазами.

Одет он был в рабочую мантию первосвященника.

— Я давно ждал твоего сообщения, — мягким обволакивающим голосом, который так и призывал довериться этому доброму и все понимающему человеку, произнес он. — Чем ты меня порадуешь в этот раз?

Но женщина очень хорошо знала об истинной натуре этого человека, и поэтому ее не обманули его благодушная и заботливая улыбка и мягкая речь.

Он был ужасен… Жесток. Коварен и хитер. Это был зверь, извращенец и садист под маской благочестивого и порядочного служителя престола.

И всю его извращенную и садистскую натуру она испытала на себе. Но ей нельзя было показывать своего отвращения к нему. Еще не время. И придет ли оно, Эрая не знала. А потому продолжала играть свою роль послушной и исполнительной куклы, которой и была в его глазах последние десять лет.

— Святейший владыка, — произнесла девушка покорным и почтительным голосом, — я вышла на того, кто, возможно, сорвал вашу последнюю операцию.

— Какую из них? — нахмурив брови, настороженно спросил у нее прелат.

Прелат не доверял никому, даже самым приближенным своим слугам и подчиненным. Наоборот, удара в спину он больше всего ждал именно от них.

Но несмотря на его реакцию, женщина спокойно ответила:

— «Гнев престола», — уверенно произнесла она то, о чем никто не должен был знать, и знание о чем она старалась скрыть уже больше двух лет.

— Откуда тебе вообще известно об этом проекте? — Удивился прелат; он не был доверчивым человеком, особенно когда это касалось его личных планов, курируемых непосредственно им самим. И поэтому его настороженность сейчас была вполне понятна.

Эрая заговорила сейчас о том проекте, к которому она ну никак не могла быть причастна и даже никак не могла узнать о нем, такой завесой тайны и секретности он был покрыт. Однако она все-таки знала об этом. Именно на этом ее знании, доставшемся ей с огромным трудом и сложностями, и строился весь ее план.

Правда, как это обычно и случается, хвост, который привел ее к нужной информации, попался ей совершенно случайно, через перехваченное сообщение одного из ученых, задействованных в этом проекте, которое должно было уйти к тем, кому оно станет интересным.

Сначала женщина хотела сдать предателя и заработать еще пару очков в глазах своего мучителя.

Но она не сделала этого. Эрая, разобравшись с тем, что попало к ней в руки, поняла всю секретность этого проекта и его масштабность.

И в конечном счете, эти ее выводы и натолкнули ее на тот план, что со временем в итоге она реализовала.

На первом этапе она через своих людей скинула эту информацию так, чтобы она обязательно попала к тем, кто наверняка ею заинтересуется и проявит интерес к подобной деятельности.

Таковыми были сполоты. Так что конечный адресат немного поменялся. Вернее, он приобрел большую определенность. Это был тот первый удар, что она хотела нанести.

Но что-то пошло не так. Скорей всего, и у прелата среди спецслужб Содружества были свои люди. Он узнал о готовящейся акции и поэтому предпринял собственные контрмеры.

Но девушку это устроило. Ей нужен был повод. Реакция на то, что там произойдет. Ее целью был не развал проекта, нет. Это было далеко не так. Ловушка расставлялась на того, кто в нем заинтересован.

Поэтому дальше она постаралась организовать утечку информации по этому проекту, передав ее фанатикам. Они должны были послужить катализатором событий уже на месте. Эти могли проникнуть куда угодно.

И они это сделали. Женщина точно знала, что проект сорван. Она не знала подробностей, но ей было досконально известно, что там, где он проводился, что-то произошло. И это произошедшее полностью перекрыло возможность дальнейшего проведения проходящих там исследований.

Но и это было лишь очередной вехой в ее многоходовой операции. Теперь ей нужен был лишь исполнитель ее последнего шага.

Еще четыре недели назад она нашла кандидата, который должен был справиться с этой задачей. Однако он без вести пропал около трех недель назад.

И каково же было удивление Эраи, когда этот ее кандидат внезапно объявился. Это было как удар судьбы, или тот знак, которого она ждала долгое время.

Заготовка на привлечение именно этого человека к участию в ее проекте была готова уже достаточно давно. С тех самых пор, как она поняла, что, возможно, именно он и справится с той непростой задачей, которую она для него подготовила.

Осталось только сделать так, чтобы все фигуранты, участвующие в финальной стадии ее собственного плана, оказались в одном месте и в одно и то же время.

Поэтому она сделала так, чтобы тот, кого называли «Технарь», появился в строго определенное время и в строго определенном месте. Для этого Эрае пришлось пойти на хитрость, и она заманила его друзей в сектор, к которому у службы прелата был какой-то свой особый интерес.

Чем он вызван, Эрая так и не смогла выяснить, но вот то, что там есть особая планета, которую охраняют, как некое сокровище, и стараются обеспечить ей чуть ли не идеальное прикрытие, отвлекая от этой небольшой планеты внимание, она знала наверняка.

Внимание самих наемников к этому сектору оказалось привлечь очень легко.

Вчера, как только она встретила Технаря на станции пиратов, женщина связалась со своими людьми в секторе нейтралов, и те пустили слух относительно той системы, где и должна была захлопнуться ловушка.

В информации упоминалось о том, что в выбранной ею системе находится одна из резиденций прелата и что он должен будет появиться там в ближайшем будущем.

Женщина даже не представляла, что наемники так быстро купятся на эту провокацию.

Но так оно и вышло. Видимо, у них были какие-то свои счеты с ее «начальством», коль они ухватились за эту тонкую ниточку.

Эрая знала, что у этого отряда наемников есть возможность привлечь для проведения своих операций космические силы нескольких пиратских кланов, но те этого не сделали. Похоже, они сначала хотели проверить полученную информацию.

Однако Эрае большего и не требовалось. Она была уверена, что оба их рейдера в том секторе наверняка перехватят.

Теперь осталось продолжить начатое.

В том, что агент службы разведки Королевства Минматар, этот человек, который уже несколько раз появлялся у нее на пути, устремится за ними следом, она совершенно не сомневалась. За этим проследят ее люди на станции нейтралов. Сейчас же оставалось главное. В этот сектор необходимо заманить самого прелата, и она прекрасно знала, как это сделать.

То, что при этом погибнет как сам агент, так и его команда, она не рассматривала. Это были те жертвы, на которые она без сомнения пойдет.

Но все готово к самому последнему удару.

Главное, ей нужно привлечь внимание прелата. И она это сделала.

Сейчас он смотрел на нее требовательным и жестким взглядом. И в нем не осталось того благодушия и доброты, которое несколько мгновений назад так и излучали его глаза.

Нет. На нее смотрел монстр в человеческом обличье, готовый замучить ради своих целей тысячи, сотни тысяч живых разумных существ. И поэтому Эрая пошла до конца.

— Владыка, — произнесла она, — вы все-таки меня недооцениваете. Не зря же вы считаете меня своей лучшей ученицей?

И она прямо посмотрела ему в глаза, а потом продолжила:

— Мне давно известно об этом проекте, но так как он не касается лично моей деятельности, я не проявляла к нему интереса.

— И чем же вызван твой интерес к нему сейчас? — глядя на нее и не отводя своего пронзительного взгляда, спросил прелат.

— Ничем, — честно ответила Эрая. Ведь и правда, этот проект сейчас для нее был уже совершенно бесполезен, он сыграл свою роль. Но вот интерес, проявленный прелатом к ее словам, подтвердил догадку женщины о его большой важности для него самого.

Прелат задумчиво продолжал смотреть на нее, потом медленно кивнул и сказал:

— Излагай, я слушаю тебя.

Эрая покорно склонила голову, а затем начала рассказывать.

— Недавно вы попросили меня завербовать агента Службы внешней разведки Королевства Минматар, его позывной «Технарь». Я докладывала о том, что встретиться с ним у меня не получилось, он постоянно был на заданиях, а потом пропал. Однако я успела навести о нем справки и подготовиться к любой, даже случайной встрече с ним. Правда, все это не понадобилось.

Прелат удивленно посмотрел на нее.

— Все верно, похоже, другие ваши агенты не сообщили вам об этом, но две недели назад он пропал без вести. Я сумела выяснить через членов его экипажа, что он предположительно погиб на их последнем задании.

И она прямо посмотрела в глаза прелата.

— Вот координаты сектора, где оно должно было проходить, — и Эрая переслала прелату координаты сектора, где должен был базироваться линкор последнее время, — вам ни о чем это не говорит? — вопросительно спросила она.

— Продолжай, — напряженно произнес прелат. И это непонятное беспокойство не ускользнуло от внимания женщины.

«Что-то не так, — поняла она, — либо я сейчас попала в самую цель, либо он только что раскусил все мои замыслы».

Но отступать было поздно. Игра началась.

— Дальше мне продолжить нечего… — ответила она.

— Что? — зарычал прелат, его лицо покраснело, но Эрая специально постаралась вызвать хоть какую-то его реакцию. Ей было необходимо понять, чего ей ожидать от этого разговора. И, похоже, она только что получила ответ на этот свой вопрос.

Прелат был в бешенстве. Он был настолько заинтересован в том проекте, что даже утратил контроль над своими эмоциями.

Поэтому Эрая уже совершенно спокойно и равнодушно продолжила:

— Все верно, дальше у меня не было бы никакого продолжения, если бы я сегодня, случайно, на этой самой станции не встретила этого самого агента.

— Ты уверена? — быстро спросил первосвященник.

— Так и есть. Я видела его собственными глазами.

Прелат задумался.

— Ты можешь сказать, куда он двинется дальше? — спросил священник Агарской империи.

Эрая кивнула, но в ответ произнесла другое.

— Нет, — сказала она и под удивленный и рассерженный взгляд прелата продолжила: — Но я могу сказать, где этот человек окажется в конечном итоге в ближайшую неделю-полторы.

И назвала координаты сектора, того самого, куда и заманила корабли из отряда наемника. Сектора, которым так дорожил по какой-то причине сам прелат.

— Откуда у тебя эта информация? — сразу поинтересовался тот.

— Этот агент встречался на станции с главами пиратских кланов, он искал некий сектор и в конечном итоге вышел именно на эти координаты. Что там, мне не известно, но я выкупила эти сведения у одного из капитанов, так как предполагала, что вы, возможно, проявите интерес как к этому человеку, так и к маршруту его дальнейшего следования. Правда, насколько я понимаю, он на некоторое время заскочит на станцию нейтралов, но не думаю, что там задержится надолго.

— Хорошо, я понял тебя, — и прелат потянул руку, чтобы отключиться. — Ты превосходно поработала, Эрая. Я думаю вознаградить тебя и перевести тебя к себе.

Женщина еле сдержалась. Она знала, что означает подобное предложение. Но, все-таки пересилив себя, она склонила голову и ответила:

— Всегда к вашим услугам, владыка. Я соскучилась по вам.

— Знаю, — резко и самодовольно ответил тот и вновь потянулся для отключения канала связи, но и в этот раз он остановился.

— Да, забыл у тебя спросить, — произнес он, — этот агент… Он был один, или с ним кто-то был?

Женщина задумалась. Эта оговорка была несвойственна прелату. Он никогда и ничего не забывал. А значит, это очередная проверка.

— Я видела лишь нескольких троглодитов, — ответила Эрая, — но по данным сканеров биологической активности на его корабле находился практически полностью укомплектованный экипаж.

Прелат кивнул.

— И никаких ученых? — спросил он.

Эрая лишь отрицательно покачала головой. Незачем лгать больше необходимого.

А то, что прелат поинтересовался какими-то учеными, могло означать только одно, он хотя бы частично поверил в ее историю, но в том-то и дело, что лишь частично.

— Ладно, — наконец, после некоторого раздумья, произнес он, — жди моего отзыва для тебя, скоро переедешь в столицу.

А потом, даже не прощаясь, отключился. Но Эрая этого даже не заметила.

«Получилось», — подумала она. То, что прелат заинтересовался той информацией, что она для него подготовила, не вызывало сомнений. Но вот насколько верны были ее выводы относительно важности того проекта, что был ею упомянут, она могла лишь догадываться.

И тут стоило доверять только своей интуиции, которая упорно твердила о том, что ее мучитель заглотил наживку.

Осталось лишь последнее. Тот самый удар, который раздавит это чудовище.

Эрая перешла в соседнюю комнату. Там у нее находился небольшой гиперпередатчик, который мог связать ее лишь с одним-единственным человеком.

Женщина села в кресло напротив визора голосвязи.

Прошло несколько долгих секунд ожидания. И потом на нее смотрит некто, чье лицо закрыто тенью, отбрасываемой плотным темным капюшоном.

— Проконсул, вы помните меня? — спросила женщина.

И лишь молчание в ответ на ее слова, и совершенно никакой ответной реакции. Но нет. Голова сидящего слегка наклонилась вперед.

— Я рада, — произносит Эрая. Она знает, что главным палачом в Империи был не прелат, а вот этот молчаливый человек, чье лицо всегда скрывает тень.

— Ваше предложение все еще в силе? — спрашивает она.

На этот раз в ответ она не увидела никакой реакции. Лишь молчание и тьма, смотрящая на нее.

— Я могу назвать вам точное место и примерное время, где в ближайшее время появится прелат.

Тьма и тишина. Но их наконец разрушает старый поскрипывающий голос.

— Говори.

— Примерно через полторы недели. Сектор… — И Эрая назвала координаты.

И опять молчание, которое нарушил все тот же поскрипывающий голос вечности:

— Надеюсь, в этот раз ты предоставишь более точные данные, чем были в прошлый раз.

И тот, кого Эрая назвала проконсулом, отключился.

Женщина же с непониманием посмотрела на потухший экран устройства гиперсвязи. Она не понимала, о чем сейчас говорил проконсул.

Данные, переданные ему и его фанатичным приверженцам, были достоверными. Она в этом была полностью уверена. Но получается, что это не фанатики сорвали секретный проект прелата. И тогда возникал закономерный вопрос: кто это сделал?

И женщина с удивлением посмотрела на все еще открытое сообщение о покинувшем доки станции транспортнике.

«Неужели это был он?» — подумала она. Теперь ей стала понятна и повышенная заинтересованность прелата в ее донесении, и его странные, уточняющие вопросы. Но главное, она теперь знала наверняка, что прелат обязательно будет в том секторе. Ловушка захлопнулась.

Фронтир. Система назначения.

Третья планета сектора.

Сейчас

Перегрузка сдавила грудь, но я не обращал на это внимания. Истребитель, который я использовал на данный момент, был устаревшей конструкции и мог не успеть вписаться в тот промежуток времени, что у меня был для незаметного сброса меня с транспортника.

На скрытное появление в секторе, где мы побывали пару дней назад и где повторно появились сейчас, я и не надеялся, слишком плотно его контролировали. Однако предыдущий наш быстрый, хоть и виртуальный, пролет сквозь эту систему дал мне возможность собрать так необходимые мне данные и придумать этот сумасшедший план по проникновению на искомую планету в этом секторе.

Все верно, сразу в место, где пропали мои товарищи, я соваться не стал. Ведь полными идиотами их я тоже не считал. А значит, они должны были действовать по нашей старой схеме проникновения в предположительно опасные секторы.

Думаю, и в этот раз они поступили аналогичным образом.

Только вот, коль они до сих пор не вернулись, есть у меня подозрение, что это их не спасло. А значит, план проникновения необходимо менять.

Нам повезло, что искомая система находилась, хоть и не на сильно оживленной, но все-таки на используемой торговой трассе. И как я понял, раскидав в окрестных секторах созданные из подручных материалов навигационные буи, корабли через этот сектор время от времени пролетали, при этом никаких препон они там почему-то не встречали.

Только вот, в конечном итоге, практически через сутки наблюдений я заметил странную закономерность. Все-таки не все суда покидали систему, за которой мы вели пассивную слежку.

И это наталкивало на определенные выводы.

Прикинув время пребывания и скорость кораблей, которые все-таки пролетели блокированный сектор, я вычислил интересную закономерность. Пропускали лишь транзитные суда, которые в секторе не задерживались, а сразу совершали разгон и последующий переход в гипер. Те же, что пребывали в секторе чуть дольше необходимого, мы больше не видели.

Выводы эти, конечно, были поспешные, слишком небольшая у меня на руках была выборка. Но я был достаточно сильно ограничен во времени и поэтому принял их за основу, от которой мне следует отталкиваться.

И как следствие у меня появилась насущная надобность провести активную разведку этого странного сектора. Нам было необходимо незаметно проникнуть в систему, быстро проскочить ее и при этом каким-то образом провести сканирование всей системы.

Однако сразу встали две проблемы.

Во-первых, полное сканирование сектора ну никак не уложится в отведенное время транзитного перелета. И во-вторых, на нашем транспорте это было невозможно сделать. Для этого дела он не подходил. А значит, нам нужен был корабль-разведчик, который и произведет сканирование местности, а потом передаст нам данные.

При этом мы должны были им пожертвовать, так как он не должен был достаться в руки тем, кто засел в подозрительной системе. Ведь если они поймут, что корабль управлялся автоматически, то это вызовет сильнейшие подозрения. Поэтому данный аспект мне тоже нужно будет учесть.

Сделав предварительные выводы, я приступил к реализации разведывательной операции.

Первым делом мне нужен был еще один корабль.

С этой целью нам вновь пришлось немного попиратствовать. И тут я поступил, как уже однажды до этого. Ловля на живца…

Я не хотел забирать корабль у честных торговцев, если тут, конечно, такие были. Захватили мы судно, которое само попыталось взять нас на абордаж.

Не знаю почему, но трюк с девушками, просящими о помощи, сработал дважды. И кто интересно говорил, что в одну и ту же воронку два раза бомба не падает, тут-то это сработало.

Так у меня появился еще один корвет. Правда, управлять им у меня было некому. Но, как я и рассчитывал, делать этого не потребуется. Система будет работать в полностью автоматическом режиме.

Первая половина следующего дня у меня ушла на создание мощного сканирующего устройства, которое за минимальное время пребывания в секторе сможет сделать для нас максимальную работу, и передатчика, который должен был фрагментарно скидывать все полученные данные.

Уходили они на приемник, находящийся в соседнем секторе, а вот с него еще через одну систему отсылались нам на корабль.

Потом я настраивал автопилот корвета и минировал его. Система самоуничтожения должна была сработать при абордаже или захвате судна, при нападении на него или при попытке наведения на корабль любого из типов глушащих полей, например для подавления его передачи или отключения прыжкового двигателя.

Следующим шагом я сделал несколько муляжей, которые должны были на сканере биологической активности отображаться как члены экипажа. Тем более и тела у меня для этого были. Бывшие владельцы данного судна. Особого сочувствия я, если честно, не испытывал. Да и не до него мне было. Слишком странная происходила история. И слишком уж свербело у меня под лопаткой, чтобы обращать на это внимание. И поэтому я торопился.

К тому же у меня складывалось острое ощущение того, что кто-то нас всех ведет в своей многоходовой партии, и только от меня и моей команды сейчас зависит, будем мы там пешками, фигурами или вообще сыграем в свою игру. Поэтому я не останавливался и работал на износ, печенкой чувствуя, как по крупице уходит отведенное мне время.

Это заставляло меня думать и продумывать все по нескольку раз. Проверять, не упустил ли я какой-то мелочи. Поняв, что большего мне уже не сделать, я закончил работу.

А дальше корабль ушел в полет. Прожил он чуть дольше пяти минут, ровно до тех пор, как до него добрались тяжелые истребители, выскочившие из скрытой и замаскированной в астероидном поле боевой станции, расположенной в этом секторе. Вот о ней-то никакой информации ни в одном из навигационных каталогов не было.

Так что свою миссию наш кораблик-смертник выполнил на все сто процентов.

Дальше был кропотливый анализ полученной информации.

Станция контролировала весь сектор. Он буквально был нашпигован навигационными буями и орудийными установками.

Но что меня сильно смутило, корабль, пока был в секторе, уловил слабый сигнал маячка с моего корабля, «Дикого Крафта».

Я специально задал проверку и поиск определенного модулирующего сигнала, по которому всегда смогу в пределах сектора разыскать свой корабль. Это было сделано мной еще в те времена, когда я обследовал секторы, а потом возвращался обратно. На сигнал было легко настроить автопилот.

И вот теперь этот маленький маячок сослужил мне такую полезную службу.

Только вот сигнал этот шел не со станции, как я предполагал первоначально. Его источник, а следовательно, и сам корабль или его обломки, находился на одной из планет в этой системе. Если говорить точнее, то это была третья планета сектора.

И это несколько упрощало мне задачу.

Не знаю почему, но мне показалось, что своих людей нужно искать где-то вблизи нашего корабля.

Почему я так решил, не могу сказать, но вариант проникновения на станцию я с этого мгновения перестал рассматривать полностью.

Не знаю, сыграла ли большую роль в принятии этого решения моя интуиция или понимание того, что к станции подобраться со стороны космического пространства таким макаром просто-напросто не удастся и что все равно придется придумывать некий другой способ, а там он был только с какой-либо из планет. И на той, как минимум, был более подготовленный к бою корабль.

Так что я стал рассматривать вариант скрытого проникновения именно на ту планету, где сейчас находился маячок «Дикого Крафта». Проанализировав полученные данные сканирования, я выявил любопытную аномалию, образованную гравитационным полем планеты. Сканирующие системы не просматривали ее совершенно. А если подобные данные получил и мой разведчик, то и со стороны станции она должна была выглядеть не лучшим образом.

Именно этот гравитационный луч, идущий со стороны станции, я и решил использовать для приземления.

Осталось дело за малым. Нужен был оптимальный расчет подлета к нему и то, как я вообще смогу попасть на планету.

И вот тут-то я и вспомнил о так и пылящемся у нас в трюме малом истребителе. Дальше всё уже было делом техники. Рассчитать маршрут. Внести необходимые поправки в траекторию движения корабля.

Увидев получившуюся разгонную траекторию, я понял, что она, несомненно, вызовет подозрения своей странной извилистостью. С этим было необходимо что-то делать.

После проверки данных сканирования мне на ум пришла бредовая идея.

«А что, если замаскировать разгонную траекторию под траекторию, идущую по гравитационным полям крупных космических объектов. Пусть подумают, что мы используем эти поля для разгона».

Сделать это было не сложно. Но вот любой здравомыслящий человек, да и не человек тоже, задаст себе такой простой вопрос: а зачем все это сделано?

И поэтому им нужно заранее дать ответ на него.

И как это сделать? Хоть и не просто, но возможно.

Нужно замаскировать выхлопы двигательной установки так, чтобы они явно указали на то, будто наш прыжковый двигатель поврежден.

У тех, кто контролирует сектор, в этом случае будет достаточно времени, чтобы заметить нас, проанализировать наше поведение и маневры и прийти к «правильному» выводу. Главное, чтобы они не начали стрелять по нам сразу же по прибытии. Но тут как повезет, как я уже говорил, у меня было недостаточно данных для точной оценки контролирующих этот сектор сил.

Ну а дальше все было просто.

Я подготовил истребитель к сверхбыстрым маневрам и его пролету сквозь атмосферу планеты. Правда, для этого истребитель в значительной мере потребовалось переоборудовать и переделать. Теперь он больше напоминал спасательную капсулу. Но в таком виде он больше подходил для той цели, для которой теперь и предназначался. Его задача заключалась лишь в моей доставке на планету. Большего от него пока не требовалось.

Правда, сделать он это должен был максимально быстро, и при этом я еще должен был каким-то образом выжить.

Поэтому мне пришлось пожертвовать огневой мощью этого маленького кораблика, но при этом нарастить защитную броню истребителя, превратив его в некий аналог бронированного яйца.

На следующем шаге я проинструктировал команду. В прыжок они должны уйти немедленно. И уйдут они на несколько секторов отсюда, в одну не часто посещаемую систему. Там они дожидаются нас месяц. Если мы к тому времени не объявимся, летят в сектор нейтралов.

Как оказалось, пилотскую лицензию имел еще Тракс. Так что он вполне должен был справиться с управлением транспортником.

И вот сейчас я один, нахожусь в этом секторе. Никто меня отговаривать не стал, хотя, судя по взглядам, они понимали, что в большинстве случаев мой план — это билет в один конец. Но вот именно, что в большинстве.

Было еще и то мизерное меньшинство, на которое я и надеялся.

Именно поэтому меня несколько секунд назад и сбросили с транспортника, во время пролета через обнаруженную космическую аномалию, образованную полем планеты.

И вот сейчас я упорно стараюсь не дать выкинуть меня из этого непонятного гравитационного колодца, ведущего прямо в сторону одного из уже виденных мною континентов внизу.

Как показала практика, эта чертова гравитационная аномалия, в которой я оказался, очень сильно затрудняла пилотирование, приборы практически не слушались. Пришлось все перевести на ручной режим управления. Однако тут со мной начала играть свои шутки огромнейшая перегрузка, причиной которой, как я понимаю, и был этот гравитационный колодец, через который я сейчас летел.

Хорошо хоть подтвердились мои выводы, и эта аномалия давала возможность оставаться незамеченным и скрытно приземлиться на нужной мне планете.

Поэтому у меня просто не было никакого другого выхода, кроме как воспользоваться ею. Иного пути попасть на планету я не видел.

Вот я приближаюсь к самой планете. Вот она уже на расстоянии вытянутой руки. Ощущение такое, будто только протяни ее и дотронешься до этого голубого шарика, который стремительно несется к тебе навстречу.

Преодоление атмосферы планеты истребитель после того, как я немного поработал над ним, теперь должен был выдержать, по крайней мере в голой теории.

«Вот это мы сейчас и проверим», — включая дополнительное ускорение, подумал я.

Хоть торможение корабля давно включено, однако этот гравитационный колодец с огромнейшей скоростью продолжает гнать меня вниз.

Я приготовился к сильнейшему удару. Никакие компенсаторы не смогут поглотить ту инерционную бомбу в виде моего столкновения с плотным, по сравнению с вакуумом космоса, воздухом, что отделяет меня от планеты. Да еще и на такой огромнейшей скорости.

Инстинкт заставляет сжаться и покрепче ухватиться за штурвал, но вот знания и рефлексы, вбитые в меня базами знаний, наоборот перевели все мое тело в расслабленное и какое-то желеобразное состояние. Я почувствовал себя живым и думающим студнем.

Но, к моему удивлению, так и перегрузки было пережидать гораздо проще. Казалось, что, надавишь в одно место, инерция сквозь тело одной сплошной волной проходит и уходит куда-то вдаль, даже не оставляя последствий.

И вот он удар.

«Черт!» — Чувствую кровь во рту.

Даже студень почувствовал боль от такого столкновения, но зато именно этот инерционный взрыв и заставил истребитель затормозить. И теперь он уже самостоятельно, управляемый автопилотом, направляется в сторону сигнала маячка.

«И еще раз черт, — встряхиваюсь я, — мне туда нельзя».

Быстро беру управление истребителем в свои руки.

«Приземлюсь где-то в окрестностях, поблизости от маячка, но чтобы истребитель не заметили, придется прижаться к самой поверхности планеты», — параллельно комментирую я свои действия, при этом достаточно уверенно управляя этим легким боевым агрегатом.

И это тоже вызвало еще один приступ удивления. Мне казалось, что от моих костей и мелкого раздробленного крошева не должно было остаться при таком-то ударе, но почему-то я отделался только лишь многочисленными синяками и кровоподтеками.

«Да щеку вот прикусил, — вспомнил я о железистом привкусе крови во рту. — Неужели этот странный настрой, заданный мне опытом, полученным из баз знаний по выживанию, настолько перестроил мое сознание и помог пережить эту гравитационно-инерционную бомбу?»

После чего я непроизвольно потрогал голову, забыв, что ее закрывает шлем. Но, к своему еще большему удивлению, без всякого на то сопротивления дотронулся до кожи.

«Не понял», — и я посмотрел на руки, на которых по идее должны были быть надеты летные перчатки, но и их не было.

«Это чего такое?» — оглядываю себя и в изумлении понимаю, что вся амуниция распалась на какую-то мелкую крошку, которая постепенно отваливается и оседает вниз.

«Что за черт?» — никакого объяснения происходящему я дать не могу. Все, что было на мне, превратилось в мелкую пыль. И ладно бы это только касалось одежды, но я только сейчас заметил, что нет и ремней, которые удерживали мое тело. Плюс сидел я не в гравикомпенсационном кресле, а на его металлическом остове.

«Вот почему я испытывал эти непонятное неудобство», — несколько запоздало всплыла догадка в моей голове, хотя тело стало ощущать этот непонятный дискомфорт, как только мы преодолели атмосферный слой планеты.

Но это ничего не объясняло.

Оглядываю остальную кабину. Если структура корабля начала распадаться, то и ему лететь не долго. Однако все остальное оборудование корабля было на месте и вроде бы даже функционировало так, как и должно было.

Решив не рисковать, максимально прижимаюсь к поверхности и лечу над каким-то странным лесом.

«Черт, насколько же велики эти деревья», — получив данные приборов сканирования, пораженно смотрю я на показания приборов, а потом перевожу свой взгляд на обзорный экран. Каждое из них под сотню метров. Да по сравнению с нами, наши земные гиганты, например секвойи, придорожный кустарник.

Выбрав направление на пеленг своего маячка, устремляю истребитель в глубину леса. Так я смогу продвигаться еще незаметнее. Хоть и придется лететь на малой скорости, но меня точно не смогут обнаружить под защитой этого гигантского леса.

Пробив верхний слой листвы, лечу вперед.

Все. Я на месте. Дальше приближаться опасно. До места назначения двадцать километров, при нормальной скорости порядка двух часов бегом.

Но мне придется нести груз.

Выбираю место для посадки, однако понимаю, что у подножия этих исполинов мне не сесть. По показаниям датчиков здесь одно сплошное болото.

Высматриваю любое удобное или хотя бы частично приспособленное под посадку моего истребителя место.

«Ага», — вижу что-то большое, плотность поверхности достаточная, чтобы выдержать вес моего кораблика.

Про мой и говорить нечего.

Вот туда и направляюсь. И еле успеваю отвести истребитель в сторону, когда эта самая поверхность вдруг выпрыгивает из воды, стараясь гигантской такой пастью заглотнуть мой кораблик.

«Да ну его нафиг, эту поверхность», — решаю я и поднимаюсь выше.

Ветви в кронах деревьев не уступают по размеру их стволам. Но, по крайней мере, на мой взгляд тут несколько более безопасно, чем внизу.

Вот и достаточно широкая ветвь. Там я и опускаю истребитель.

Вылезать из него пока рано. Проверяю показания приборов внешнего контроля.

Воздух очень сильно насыщен кислородом, множество необычных и неизвестных органических и химических примесей. Но миниатюрный респиратор обеспечит приемлемое дыхание. Необходимое количество элементов для преобразования их в пригодную и привычную для нас атмосферу в местном воздухе присутствует и даже с избытком. Так что с дыханием проблем не будет.

Дальше. Никакого побочного внешнего воздействия данные органические соединения на человека оказать не должны. А то костюма с абсолютной степенью защиты у меня теперь нет. Есть только запасной комплект из спасательного набора.

Вытаскиваю его и быстро переодеваюсь.

Он хоть и не обеспечивает стопроцентной защиты от воздействия окружающей среды, но зато создан из гораздо более крепкого и прочного материала. Так что для путешествия по неизвестной планете он подходит гораздо лучше.

Дальше уже идет стандартный комплект диверсанта и десантника. Два ручных бластера, плазменная винтовка. По сотне комплектов заряда к ним. Большой десантный нож. Еще один, на всякий случай. Несколько десантных плазменных гранат. Большего на транспортнике не было, а закупаться я не стал. Ну зачем в космосе плазменные гранаты? Корабль на части разнести?

Так что я сейчас был рад и тому, что мы захватили со станции.

Теперь дальше. Самое важное.

Еда и вода. Их распихиваю по всем карманам своего костюма. Должно хватить больше чем на несколько месяцев, если на одного. Но еще столько же положил в рюкзак. Вода — это обеззараживающие таблетки, жидкость можно использовать абсолютно любую, в которой содержится хотя бы небольшая доля водорода и кислорода.

И последнее. Не знаю, зачем я это потащил с собой, но упаковываю переносной инженерный комплекс и портативный тестер. Они очень долго служили мне, не раз спасали и помогали, и поэтому я взял их с собой.

Я не знал, что меня ждет тут на планете. И именно поэтому взял это оборудование. Если оно и не пригодится мне, то хоть послужит счастливым талисманом.

Все. Я готов. Откидываю крышку люка.

Корабль наполняется гомоном обычного леса. Странным и незнакомым. Но вполне живым.

Это то, чего я не слышал уже очень давно. Живые звуки проникают в сознание. Я как бы проваливаюсь в странный и обволакивающий меня шум.

То ли это его необычное звучание, то ли это так сказалось на мне долгое пребывание в космосе или на искусственных станциях, где не было даже намека на живой и такой наполняющий силой, настоящий гомон леса и его жизни, но я застыл на некоторое время, покоренный этим звуком, разговором природы, который окружил меня.

Я прочувствовал лес. Оценил его. И к своему немалому изумлению сам стал частью этого одного большого мира.

Только вот я еще не нашел своего собственного места в этом громадном живом доме, обители сотни тысяч живых существ.

— Пора в дорогу, — произнес я и сам поразился тому, как мой голос, подстраиваясь под шелест и шум листвы, меняя тональность, произнес эту, казалось бы, простую и обычную фразу.

Закрываю истребитель. Маскирую его собранными в округе ветвями и листьями. Для чего это делаю, не понимаю, возвращаться сюда я не собираюсь. Но почему-то знаю, что именно так я и должен поступить.

Так корабль не будет нарушать гармонии этого места своей чужеродностью.

«Пора», — еще раз, но уже мысленно повторяю я.

Это место не приемлет пустых звуков.

И неслышимой тенью я двигаюсь вперед. Туда, где должен находиться маячок, установленный на мой «Дикий Крафт».

Час спустя.

Лес

Уже пройдено чуть больше трети пути. Пришлось вилять, перебираясь с дерева на дерево. Однако внутреннее чувство направления и карта, составленная нейросетью, не дают мне сбиться с правильного пути.

Иду осторожно. Хищников пока не встречал. Но следы различных животных замечал повсюду.

И только я об этом подумал, как что-то заставило меня посмотреть в сторону.

Ничего. Листья и ветви. Дальше зеленоватая мгла. Но именно оттуда чувствую пристальное внимание к своей персоне. Неравнодушное и ожидающее.

Не похоже на интерес хищника к добыче. Эмпатия подсказывает, что это просто какое-то ожидание — пройду мимо или придется биться за территорию.

Разворачиваю голову в сторону ощущаемого взгляда и отрицательно качаю ею из стороны в сторону, а потом так же спокойно продолжаю путь дальше.

Взгляд еще долго сопровождает меня. Казалось бы, он давно должен был отстать. Но я четко ощущаю его на своей спине. Все тоже спокойное ожидание.

Будто такие, как я, частые гости в этой местности и с ними периодически приходится сражаться, отстаивая свое право на эти владения.

Это меня и настораживает.

Интуиция и эмпатия уже давно стали второй частью моей натуры, поэтому я привык им доверять. А следовательно, там кто-то полуразумный, и он уверен, что уже встречал похожих на меня.

И неожиданно, как подтверждение моих мыслей, меня отвлекает какой-то странный, дисгармонирующий с общим окружающим фоном, звук, похожий на каркающий клекот, такое вот непонятное сравнение породило мое сознание. И он доносится откуда-то снизу.

Двигаюсь по направлению источника звука. Неожиданно понимаю, что и взгляд, который все это время следовал за мною, сместил свой центр интереса туда же.

Подползаю к самому краю ветви. Звук раздается сильнее и слышится более четко.

«Враги, — неожиданно раздается в моем сознании, — буду убивать».

Проходит еще несколько мгновений. И потом возникает еще одна мысль:

«Одному не справиться. Их много. Будем убивать вместе?»

Я изумленно смотрю на странное существо, внезапно материализовавшееся прямо передо мной будто из воздуха. Оно напоминает огромного варана, только вот гораздо большего размера, и покрыто чешуей, отдающей странным, слегка зеленоватым цветом. Но при этом моя нейросеть утверждает, что это металл.

Кроме того, у него множество шипов и пасть, усыпанная сотней мелких, но при этом очень острых зубов.

«Враги?» — возникает еще одна мысль в моем сознании.

«Откуда он знает, что я его понимаю?» — сам у себя спрашиваю я. И непроизвольно киваю головой.

«Я нападу первым», — только и сообщает это непонятное существо, а потом буквально на моих глазах опять растворяется в воздухе. Однако теперь я замечаю его слабое колыхание.

Нейросеть все-таки успела уловить и просчитать необходимые параметры. Но это что-то нереальное. Идеальный камуфляж.

Между тем звуки раздаются еще ближе.

Теперь я понимаю, что это несколько вездеходов устаревшего армейского образца. Двигаются мне навстречу.

Бронированные. Но есть уязвимые места. Нужно только знать, куда стрелять.

Даже не представляю, как этот непонятный варан собирается расколупывать их, но, похоже, делать ему это не впервой.

Готовлю к бою плазменную винтовку. Вниз мне все равно быстро не слезть, так что поддержу атаку этого существа сверху.

Что еще? Он прав. Для меня тут на данном этапе все враги.

Не знаю, что тут произошло, но именно тут пропала моя команда. И эти вездеходы куда-то направляются или откуда-то едут. И их цель явно больше подходит тому жителям Содружества и его миру, с которым я привык иметь дело, чем обитателям этой необычной планеты или этого странного леса.

А поэтому мне нужен как минимум источник информации. И это не обязательно должен быть кто-то живой. Хватит и данных, полученных с захваченного оборудования.

Додумать я не успел.

Неожиданно, даже скорее внезапно, передний вездеход от сильнейшего удара в борт завалился на бок. Осталось еще три.

«Так я не понял, он что, воспринимает бронетранспортёры, как своих противников, или тех, кто сидит в них?»

Но ответа у меня не было. Зато появились цели. Нет все-таки он знает о тех, кого в них перевозят.

Из машин высыпала группа бойцов. Заняли оборонительную позицию, но пока не открывают огня. Не видят противника. Ждут.

«Агарцы. И почему я не удивлен?» — констатирую я, рассмотрев вооружение бойцов и их форму.

Замечаю колыхание воздуха у следующей машины. Туда же нацеливает свои орудийные башни последний транспортер.

А вот теперь и моя очередь. Башни — это и есть слабые места этих гробиков на колесах, вернее гравиподушках.

Огонь! Я быстро расстреливаю весь правый фланг. Теперь все орудийные установки машин с этой стороны выведены из строя.

Не знаю, поймет меня это странное существо или нет, но мысленно произношу:

«Нападай только с той стороны, откуда ударил в первый раз». Смотри-ка понял, удивился я, заметив, как колыхание сместилось с одного фланга на другой.

Ну и мне пора, а то по моей огневой точке уже начали стрелять. Хорошо, что сразу сместился намного вперед.

Так, что мне доступно отсюда?

Вижу как «варан» постепенно переворачивает вездеходы на бок, не давая им восстановить свою устойчивую форму. Лежат уже три. Остался последний.

Так. Агарцы внизу открыли беспорядочную стрельбу по всем направлениям. Несколько раз, как я видел, попали в моего союзника. После очередного попадания он стал менее активен. Видимо, бластеры и для него представляют определенную угрозу.

Это хорошо, что мы напали с разных сторон, иначе, если бы бойцы снизу укрылись за бронетранспортерами, мы бы их не смогли выкурить оттуда, даже если бы очень захотели.

«Ладно, хватит рассуждать. Напарник вовсю воюет, а я прохлаждаюсь».

«Варан» выступал в роли основной наступающей силы, я же служил огневой поддержкой и прикрытием.

Первый. Второй. Третий. Четвертый.

Так, бойцы внизу быстро сообразили, что идет точечный отстрел, после чего оперативно перегруппировались и вновь укрылись за вездеходом, но уже с противоположной от меня и «варана» стороны.

Чтобы выбить их оттуда, мне нужно проползти вперед. Это я и сделал. Но мне нужен был толчок. Мешал один из броневиков, хотя за ним никого не было, но он перекрывал цели.

«Сбей вот это в сторону», — и я представил лежащий на боку второй вездеход. И «варан» меня понял правильно. Мелькание воздуха, и машина отлетает на несколько метров влево.

А вот теперь мой выход.

И я не давая никому опомниться, быстро произвожу еще семь выстрелов.

Паника в рядах агарцев и сокрушительный удар «варана», который внезапно материализовался прямо посреди их рядов. Через несколько мгновений в болоте уже нет живых людей.

Не успел я отойти от побоища внизу, как буквально перед моим лицом прямо из воздуха появилась ощерившаяся морда «варана».

«Хорошая битва», — произнес он, а в том, что это со мной общается именно «варан», я больше не сомневался.

И зверюга мгновенно исчез. Ни здравствуй тебе, ни до свидания.

Хотя нет, опять мою спину стал буравить уже знакомый ожидающий взгляд.

«Ладно, это не мое дело. Мое там внизу».

И я посмотрел на перевернутый транспорт и трупы агарцев.

«Ну и за что я тут воевал? — слезая с дерева вниз, подумал я. — Вот сейчас это и узнаем».

Заглядываю в первую машину. Приборная панель разнесена вдребезги. Тут мне узнать ничего не получится. Иду дальше.

Вторая машина тоже не подлежит восстановлению. Ей досталось еще больше.

Третья. Тут получше. Можно даже что-то раскопать в ее портативном искине.

А вот последняя, она полностью цела. Даже никаких повреждений. Только лежит на левом боку и все.

Подключаюсь к приборной панели. Ага. Есть карта планеты и ближайших окрестностей.

Странно, на всей планете нет ни одного блокпоста или какого-то поселения. Но тогда куда они направлялись?

Проверяю маршрутный лист. Так, одна точка находится где-то в глубине леса — и до нее порядка трехсот километров. А вот вторая точка примерно совпадает с тем самым местом, где мною был запеленгован сигнал маячка. Однако по их же карте в том месте ничего нет. И это странно. Но я нашел совпадение координат уже из двух совершенно независимых источников, а значит, мой путь лежит туда.

Еще раз проверив все машины, я собрал то, что можно было использовать, закинул себе в рюкзак и двинулся в путь.

Меня ждало место, которого не было на их картах, но которое почему-то пользовалось повышенной популярностью.

Что у них там? Это мне и предстояло выяснить.

Примерно то же время.

Линкор «Возмездие»

— Граф, вы выяснили? — полноватый человек с добродушным лицом и мягким взглядом обращался к главе экспедиционного корпуса. — У вас на линкоре в состав экипажа входили троглодиты?

— Да, милорд, — ответил полковник, — но они пропали. Никаких следов их нынешнего местопребывания нами обнаружено не было.

— Понятно, — кивнул полноватый человек, — значит, они могли быть как раз с вашего корабля. Чем они занимались? — немного подумав, уточнил он.

— Утилизация сырья. Младший обслуживающий персонал. Вольнонаемные, — отрапортовал полковник. Он не понимал, почему именно к пропаже этих существ проявили столь повышенный интерес.

— Вся бригада состояла из троглодитов? — напоследок спросил тот, от кого сейчас зависела судьба графа и его людей.

— Нет, — отрицательно помотал головой полковник, — к ним по заявке прикомандировали одного молодого человека.

— Да, — хмыкнул прелат, а это был именно он, — и чем же он должен был у них заниматься?

— Он технарь, — просто ответил граф и хотел добавить еще что-то, но не успел.

— Таких совпадений не бывает, — задумчиво проговорил прелат, а потом как-то уж очень пристально вгляделся в лицо графа.

— У вас будет возможность реабилитироваться, — наконец произнес он, — через два дня заберете меня из столичного сектора.

И отключился.

Граф же изумленным взглядом посмотрел на потухший экран системы гиперсвязи.

Прелат до этого никогда не менял своего решения. Что же случилось сейчас? И почему его так смутила фраза о том, что тот парнишка какой-то технарь? Кроме того, граф не успел сказать самого важного, что мальчишка наверняка давным-давно мертв. С тех самых пор, как его пути пересеклись с учеными из исследовательского отдела. Но, видимо, прелата это не интересовало.

«Посмотрим», — решил граф и, развернувшись к своему навигатору, скомандовал.

— Проложить курс в столичный сектор Империи.

Глава 2

Фронтир. Неизвестная система. Планета № 34-КЕ-678-ТР

Два часа спустя.

Окраина леса

Ошибиться с точкой назначения, вернее, тем местом, куда я и должен был попасть, оказалось очень сложно. И в этом я убедился, придя туда.

Судя по всему, это был один из скрытых планетарных форпостов, о которых мало кто знает на территории Содружества. И он сейчас располагался прямо передо мной. Именно где-то тут и должен был находиться наш корабль, маячок которого я отследил.

Только вот визуальный осмотр местности, вернее поверхности самого плато и тех видимых построек, что были снаружи, мне ничего не дал.

Корабли я не смог обнаружить. Ни нашего, ни рейдера Гиана Нека.

Значит, они или по крайней мере один из них находились где-то под поверхностью плато, но не очень глубоко. Иначе я бы не уловил сигнала нашего судна.

И все это достаточно сильно усложняло дело. Получается, что мне нужно будет проникнуть не просто на территорию базы, но и на ее подземные уровни. И сколько их там может быть, сейчас очень сложно сказать.

А если говорить о самом форпосте в целом, по крайней мере о видимой его части, то расположен был этот футуристический бастион Агарской империи, построенный в этом мире, на огромном каменном плато, где предположительно агарцы и устроили свою замаскированную военную базу. Ну как, замаскированную. По всей видимости, скрывала базу от пассивного и активного поискового сканирования некая маскирующая пелена, представленная в виде раскинутого над ней энергетического поля.

Только подобравшись достаточно близко к самому форпосту, я смог визуально заметить, что над ним явно просматривалось какое-то энергетическое образование, напоминающее купол. Похоже, оно и выполняло все маскировочные функции этого фортификационного сооружения, что располагалось на этом плато.

Правда, излучение моего маячка оно не смогло заглушить, но тут другой случай. Эта частота не использовалась для переговоров или каких-то иных целей, и поэтому обычно по ней не производили пеленг и поиск объектов. Именно из-за этой невостребованности данного типа излучения я и решил его использовать.

Так что тут все было вполне объяснимо.

Но вот то, что этот объект все-таки был полностью незаметен из космоса или при пролете через атмосферу планета и с воздуха, а возможно, и передавал о себе ложную информацию, я был более чем уверен.

Во-первых, доказательством этому мог послужить и мой собственный полет на истребителе. И хоть я сам пролетал немного в стороне от этого объекта, но он все равно должен был попасть в зону действия сканеров дальнего обнаружения боевого кораблика, на котором я находился. Однако этого не произошло, хотя у того сканирующие системы достаточно мощные для его типа кораблей. Все-таки это боевой малый истребитель, а те нередко использовали как разведывательные корабли, и поэтому подобную функциональность в них закладывали изначально.

Ну и во-вторых, все дело было в захваченных картах поверхности планеты, которые я нашел в памяти бортовых искинов вездеходов. Они были сделаны уже настоящими кораблями-разведчиками, исследовавшими эту планету, и оснащены они были еще более мощными системами сканирования, чем те, что были установлены на моем небольшом истребителе.

Но и там, на этом месте ничего обозначено не было. Вернее это было не так. Само плато, на карте присутствовало. Но вот никаких построек на нем не было. Хотя, конечно, можно было бы предположить, что карту сделали до постройки базы.

Однако я специально проверил дату обновления данных, в нее залитых, и они были получены не так уж и давно, а вот для возведения подобного форпоста потребуется никак не меньше пары-тройки месяцев.

Вот и выходит, что это энергетическое поле, раскинутое над базой, не позволяет сканирующим излучениям проникнуть внутрь и получить правдивую картинку того, что находится и скрыто под ним. И это только одно из моих предположений насчет свойств этого маскирующего барьера.

Было и второе.

В дополнение, наличие подобного купола было плохо еще и тем, что он, кроме всего прочего, похоже, выполнял еще и защитные функции, оберегая этот форпост от внешней агрессивной среды. А то, что тут такая была, я совершенно не сомневался.

Сам видел, как местные жители (это я о «варане», животным его язык не поворачивался назвать, больно разумными были его действия и поступки) не очень радостно встречали незваных гостей, обосновавшихся на этой базе.

Кроме того, я практически сразу предположил, что поле не сплошное, ну, или может быть избирательно отключено на каком-либо его участке. В этом я убедился чуть позже, понаблюдав за той самой дорогой, вдоль которой после боя в лесу и пришел по направлению к этой базе и по которой обратно сюда же, видимо, возвращались перехваченные мною и тем необычным зверюгой вездеходы.

Благодаря этому я заметил, что в поле есть небольшие локальные области, где оно временно отключается. Так, например, было и в том месте, где дорога пересекала купол.

Со стороны базы на территорию леса как раз выезжала парочка вездеходов, в тот самый момент, когда я только подобрался к этому плато поближе и стал следить за происходящим у его основания.

И с того места, где я устроился, спрятавшись среди ветвей возвышавшихся тут, на окраине леса, деревьев, мне было прекрасно видно, как энергетическая пелена, отделяющая базу от всего остального лесного массива, в это мгновение образовала локальный пробой, относительно небольшой по своей площади, располагавшийся прямо на уровне дороги, идущей по направлению к лесу.

«Что-то мне это совсем не нравится», — пробормотал я, настороженно посмотрев в сторону купола, и пополз вперед, стараясь подобраться чуть поближе к кромке леса. Подозревая самое худшее, я подлез практически к самой границе энергетического барьера, прикрывающего плато и базу.

«Так и есть», — с огорчением подумал я, разглядывая слегка голубоватую пелену, находящуюся от меня менее чем в десяти метрах.

Купол плотно накрывал как саму базу, так и плато, на котором она располагалась, и уходил вниз, до самой земли или той болотистой жижи, которую можно было рассмотреть у подножия лесных гигантов. И это было плохо. Под барьером проскользнуть у меня не получится.

И, как итог, прямых и быстрых вариантов проникнуть на территорию базы я пока с ходу не видел. Поэтому начал искать какое-то обходное решение.

Плато было очень большим, и, чтобы обойти его полностью, мне потребуется никак не меньше пары недель и то — по самым моим оптимистичным прикидкам. Однако я не знал, есть ли у меня это время или нет.

Даже не так, здраво рассудив, я решил исходить из предпосылки того, что этого времени у меня нет.

Во-первых, этого времени может не быть у моих друзей. И во-вторых, рано или поздно найдут пропавшие вездеходы, где будет очень сложно не заметить боевые отметины, оставленные плазменным оружием, ну, или на станции слежения, находящейся тут в системе, смогут сопоставить факты и догадаются о том, что кому-то все-таки удалось проникнуть на планету, и тогда у меня останутся буквально считанные часы на проведение всей операции.

Но есть и свои положительные стороны. Тут в лесу меня будет очень сложно разыскать.

Правда, базу и находящихся на ней пленников (будем исходить из того, что они все еще живы и их держат именно тут) в этом случае начнут пасти очень плотно, и вероятность незаметно подобраться к ним будет стремительно нестись к нулю. И тогда мне даже на такое вот расстояние, как сейчас, не дадут приблизиться не то что к пленникам, но и к самой этой базе. А потому этот вариант я отложил на крайний случай, если ничего не удастся придумать за сегодняшний день.

Действовать-то нужно в любом случае.

Однако, если я продумаю и промедлю хотя бы неделю или даже несколько дней, составляя планы о том, как бы мне проникнуть на эту базу, тогда как, возможно, всего в паре часов пути есть уже готовое решение для моей задачи, например, в виде перекоса самого плато, выступающего за пределы купола или естественной пещеры, ведущей куда-нибудь на территорию, находящуюся под энергетическим щитом, то все это будет равнозначно бесцельно потерянному времени.

Но и более тщательно обдумать ситуации и главное, разведать ближайшие окрестности, после чего постараться разобраться в обстановке, не будет для меня лишним.

И потому для начала претворения первого этапа своего плана, называемого «предварительная рекогносцировка на местности», в жизнь я забрался на одно из окраинных деревьев и стал осматривать близлежащие окрестности.

Пару часов спустя

Я, конечно, не верил, что решение отыщется именно тут и именно сейчас, но почему бы этому не случиться?

Однако, ползая по окраине леса, ничего интересного я так заметить и не смог. Так что можно считать, что ничего подобного не произошло.

Все работало против меня.

Энергетический купол плотно прикрывал базу агарцев. Вообще, у меня складывалось впечатление, что он уходит даже под поверхность земли. Чего, в общем-то, нельзя было отрицать или утверждать с полной на то уверенностью.

Но и потраченным это время зря я назвать не мог.

Пока я тут отирался, у меня возникла одна идейка, правда, она мне не очень понравилась, но, по крайней мере, эта идея позволила бы мне проникнуть на территорию форпоста. Только вот в этом случае возникал один такой маленький и незначительный нюансик, как то, что уже через несколько минут на всей базе станет известно о том, что кто-то посторонний проник на ее территорию, а может, и не узнают. Тут все зависело от случая, на который мне придется положиться.

Но ничего другого, кроме этой самой идеи, мне в голову не пришло.

А если исходить из теории общего или хотя бы частичного перекрытия энергетическим полем и подземных объёмов базы, то получается, что сквозь этот купол мне не пройти, как минимум в тех местах, где это не предусмотрено специально. И тогда перспектива поиска мест проникновения за границу энергетического периметра тоже не кажется такой радужной.

Правда, на текущий момент мне была уже известна по крайней мере одна ближайшей подобная точка проникновения. И ее мне уже точно не придется разыскивать.

И этой точкой была дорога, по которой периодически сновали вездеходы.

За то время, что я наблюдал за форпостом, его территорию покинуло четыре группы боевых десантных машин, и три из них уже вернулись. Осталась последняя. Вернее, та самая, первая, которую я и видел при своём подходе сюда.

Идея была дурацкая. Но что-то мне подсказывало, будто именно такая, совершенно идиотская затея, тут и сработает. А потому, быстро пособирав свои вещи, я ринулся в обратную сторону, по направлению к чаще леса, туда, где остались брошенные мною вездеходы агарцев.

Мне сейчас необходим именно тот, что был в относительно целом и рабочем состоянии. Для меня главным было, чтобы он ездил и им можно было управлять. И когда я просматривал его бортовой искин сразу после боя, то не заметил никаких особых отклонений или проблем в этом плане.

Так что я решил рискнуть.

Сколько у меня было времени до возвращения той первой команды, я не знал. Но если я не успею и это будут не они, то мне просто придется затаиться на время в чаще леса и дождаться кого-нибудь еще. Здесь было не особо принципиально то, кто все-таки протащит меня на территорию базы.

Через полтора часа быстрого бега я оказался на месте боя.

«Черт, — подумал я, — ну и где этот „варан“, когда он так нужен?»

И огляделся вокруг.

Присутствия взгляда того странного существа не ощущалось.

Начал обшаривать окрестности в надежде наткнуться на него.

Правда, с его умением маскироваться и внезапно исчезать или появляться, это практически безнадежное дело, но вот ощущение взгляда-то я чувствовал прекрасно, так что надеялся все-таки разыскать местного обитателя.

Только вот его все не было.

Я уже пошел по второму кругу, когда все-таки дождался именно того ощущения чьего-то присутствия за своей спиной, которого так долго ждал.

«Наконец-то», — обрадовался я и посмотрел в сторону какого-то подлеска, стараясь выделить «варана» на общем фоне. Только вот что-то у меня выходило несколько не то, что я ожидал.

Или меня обманывало зрение и настройки нейросети, которые приспособились к параметрам обнаружения зверюги, или там сидел какой-то монстр раза в два крупнее того, что я разыскивал. И этот монстр сейчас несколько равнодушно рассматривал меня.

«Вот это я попал, — пришла первая мысль в мою голову, — искал одного монстра, а случайно напоролся на другого. Ну, а мой варан-то где?»

Ответа не было.

Блин, а без него весь план летел к черту.

Посмотрев на это равнодушное существо, все так же разглядывающее меня, я решил.

«А, будь что будет. Ведь и тут не имеет особого значения, кто согласится мне помочь. Только вот согласится ли?»

Но делать было нечего, и поэтому я мысленно обратился к тому существу, что сейчас следило за мной.

«Мне нужна помощь», — свою мысль-просьбу я постарался донести именно до этого громадного монстра, скрывающегося в густой чаще.

Все то же равнодушие и какое-то даже пренебрежение долетели до меня со стороны леса.

«И почему ты ждешь моей помощи?» — неожиданно пришел ко мне ответ.

Так, это уже диалог. И что мне ответить?

Ах, да. Примерно то же, что мне сказал и варан.

«У нас с тобой общий враг, и одному мне с ним не справиться».

Жду. Напряжение.

Чувствую, что равнодушие отступило, теперь существо проявило интерес.

Опа. Замечаю шевеление.

«Ни черта себе!!!» — ошарашенно осознаю я настоящие размеры того гиганта, что разговаривал со мной. Оказывается, в подлеске было не само существо, там находилась лишь его голова.

«Это чего такое?»

Отступать от знакомства с этим монстром стало уже поздно.

В мою сторону из леса начал выбираться натуральный дракон, какими я их всегда себе представлял. Огромный, около тридцати метров в длину и порядка семи метров в высоту. Кожа, к моему удивлению, была вовсе не темно-зеленого или темно-коричневого цвета, чтобы ее проще было замаскировать на фоне леса, а темно-синего. И, похоже, это не кожа вовсе, а какие-то своеобразные костяные пластины или чешуя.

Биология была моим слабым местом, особенно ксенобиология, как-то не думал я даже, что мне придется знакомиться и общаться с существами, которых и на картинках изображают не всегда правильно.

Это я о драконах вообще. Если это дракон, конечно.

Так вот, у него была огромная голова и такая же огромная пасть. Мощные лапы, и было их не четыре, как можно было подумать, хотя о чем тут думать, однако, приглядевшись, я насчитал их почему-то семь. То ли одной не хватало, то ли так и должно было быть.

Спину и все локтевые сгибы украшали гигантские шипы, почему-то отсвечивающие металлическим блеском. Ну, а на конце хвоста была такая громадная круглая пупырчатая булава, тоже отсвечивающая металлом.

Вот и думай после этого, а что же это за существо такое? Уж в нашей истории я точно такого не помню. Да и от легендарных драконов этот монстр все-таки в значительной степени отличался. Например, тем, что никаких пресловутых крыльев у него не было и в помине, да и двигался этот необычный дракон гораздо более сноровисто, чем можно было подумать, глядя на его огромное тело.

Ну, и кроме всего прочего, он мог становиться невидимым или как вариант практически идеально сливаться с окружающим его пространством.

Так что уверен, это очень опасное существо. А судя по тому, что я с ним еще и общаюсь, то оно, кроме всего прочего, и разумное.

«Опаснейший противник», — сделал я вполне обоснованный и прямо-таки напрашивающийся вывод.

Теперь по крайней мере было понятно, почему тут сейчас нет моего «варана», я и сам бы не захотел встречаться с такой вот образиной.

«Ты и сам-то враг», — резко прозвучало в моей голове.

И я прямо перед собой увидел огромные глаза-блюдца, смотрящие мне в душу, гипнотизирующие и пытающиеся что-то прочесть во мне.

«Конец», — было моей следующей мыслью, но ничего не произошло.

Дракон, смотрящий на меня, все еще медлил.

«Не враг, — вдруг удивленно прошелестело в моем сознании, — хоть вы и похожи внешне, но ты другой».

И глаза еще пристальнее всмотрелись в меня.

Правда, не успел я на это еще ничего ответить, как он сам же и заговорил. Только вот мне почему-то показалось, что он в этот самым момент то ли говорил сам с собой, то ли общался с кем-то еще, находящимся за пределами моего поля зрения.

Не понятно.

Однако это существо точно говорило. И эти слова наверняка не были предназначены мне.

«Он похож на них, значит, он может проникнуть за барьер и отключить его».

Несколько мгновений тишины.

«Нет. Я не знаю, что ему нужно».

Еще небольшая пауза.

«Постараюсь».

Похоже, этот дракон и вправду с кем-то общался, и они сейчас как раз и решали мою дальнейшую судьбу.

«Так что тебе нужно?» — вдруг, будто приняв какое-то решение, спросило у меня существо.

«Э-э-э⁇» — вопрос прозвучал для меня несколько неожиданно, но я все равно ответил, правда несколько не так, как собирался первоначально.

Я ведь слышал то, о чем этот дракон говорил с кем-то, вот и решил использовать то, что мне стало известно, в качестве еще одного аргумента.

«Мне нужно, видимо, то же, что и вам, — и я махнул рукой себе за спину. — Мне необходимо проникнуть на территорию плато и освободить своих друзей, а также отключить этот самый барьер».

«Ты сможешь отключить его?» — Глаза дракона не отрывались от меня.

«Мне придется это сделать, иначе оттуда не выбраться», — просто ответил я.

«Понимаю», — и это странное существо задумалось, глядя на меня.

Прошли минуты. В этот раз я не слышал, чтобы оно с кем-то общалось, но почему-то был уверен в этом.

И вот, наконец, это существо, или вернее сказать, эти существа, приняли какое-то решение.

«Что нам нужно сделать?» — впервые дракон сообщил о том, что он не один.

Полтора часа спустя.

Командный пункт секретной базы № 345670

(базы, которой нет и у которой нет названия)

— Капитан, — доложил оператор одного из постов наблюдения, — по северному направлению замечен один из наших транспортов. Он на максимальной скорости мчится к въезду на территорию периметра базы.

Коренастый поджарый человек подошел к тактической карте местности.

— Что у нас там? — спросил он.

— Из рейда вернулась седьмая группа, и как раз сейчас они проходят кордон. Этот вездеход несется туда же.

— Кто-то из отстающих? — уточнил капитан.

— Секунду, — ответил оператор, — нет, это бронетранспортер разведывательного управления, они отбыли еще утром. У них свой график разведывательных рейдов и свои маршруты следования. Мы не должны были с ними сегодня пересечься.

— Так, что он тут делает? — удивленно посмотрел на оператора капитан. — И почему он один? Да еще и несется как сумасшедший? И где все остальные машины?

— Нет данных, — отрапортовал офицер поста слежения, сверившись с поступившими показаниями, — системы сканирования не обнаружили другой транспорт в пределах доступного радиуса. Только этот вездеход. Мы пытаемся выйти с ним на связь, но водитель не отвечает.

Однако не успел оператор закончить свою фразу, как сквозь треск и шум начал прорываться сигнал, получаемый с несущегося вездехода.

— Связь есть, — радостно доложил молодой парнишка-связист, повернувшись к своему начальнику, и перевел на главный визор сообщение, полученное с несущегося к базе вездехода.

— Это рядовой Вогн, на нас напали. Вся группа уничтожена. Ухожу от преследования. Оборудование частично повреждено. Управляю транспортом в ручном режиме. Сигнал маячка «свой-чужой» не работает.

И вновь звучит только что полученное сообщение.

— Странно, — протянул капитан и еще раз посмотрел на карту, — о каком преследовании он говорит?

И показывает на совершенно ничего не отображающую карту.

— Мы успеем его перехватить до въезда на территорию базы? — спросил он, повернувшись в сторону поста слежения.

— Нет, — отрицательно помотал головой оператор, — очень неудачное время. На такой скорости он успеет проскочить вслед за въезжающим сюда транспортом.

— Плохо, — еще раз протянул капитан и наконец посмотрел в сторону нежданного гостя, объявившегося на базе. Он обратился к стоящему тут же майору, прибывшему на базу несколько часов назад со станции слежения, находящейся в секторе.

— Это как раз то, о чем вы и предупреждали нас? — спросил он у своего коллеги.

— Не знаю, — медленно ответил майор, глядя на карту, — вы можете проверить его по базе. Среди ваших сотрудников есть этот человек?

Ответа долго ждать не пришлось.

— Да, это он, — подтверждает оператор.

— Хорошо, — протянул майор, все еще краем глаза наблюдая за картой и за всем происходящим.

Вдруг он резко подошел ближе к ней и, ткнув пальцем немного назад и обернувшись в сторону капитана, спросил:

— А это что за тарк?

Тот только сейчас обратил внимание на еще одну точку, очень быстро передвигающуюся позади несущегося в сторону купола вездехода.

Оператор тоже обратил внимание на странную аномалию.

— Это какой-то биологический объект. Невероятные размеры, — ответил оператор как майору, так и посмотревшему на него капитану, — и похоже он пытается нагнать вездеход.

Майор кивнул, будто это подтверждало какие-то его мысли.

— Вот вам и ответ, почему он, — и майор кивнул в сторону несущегося вездехода, — мчится в сторону купола как полный псих, ведя транспорт на полностью ручном управлении, не разбирая дороги. Его гонит страх и ужас. Этот парень очень хочет жить, вот и держится за свой единственный шанс, — и, сделав шаг в сторону таблицы с выведенными показателями характеристик преследующего вездеход объекта, он добавил: — Взгляните на параметры этого существа, да оно размером со средний космический корабль. А какие скоростные параметры!

И майор развернулся в сторону капитана, также наблюдающего за этой странной погоней.

— Сколько вездеходов было в их группе? — спросил он.

— Четыре, — быстро ответил вместо капитана оператор поста слежения.

— Значит, скорее всего все остальные уже мертвы, — произнес флотский офицер. А потом поглядел на быстро приближающийся к куполу транспорт.

— Он успеет добраться до базы, прежде чем попадет в лапы этого зверя?

— Если ему ничего не помешает, то да, — согласился капитан, проверив какие-то показания и сверив их со скоростными характеристиками преследующего вездеход монстра.

— А купол выдержит подобную атаку? — продолжал расспрашивать его майор.

Тут капитан развернулся в сторону офицера, отвечающего за работоспособность энергетического барьера.

— Что скажешь? — уточнил он у него.

— Выдержит, если процентов на десять повысить мощность на нужном участке, — ответил ему тот.

— Хорошо, — кивнул капитан и распорядился: — Тогда выполняйте.

Сам же между тем махнул рукой своему офицеру службы безопасности.

— А мы пока пойдем и поговорим с нашим беглецом; пока его не утащили к себе его же собственные начальники, нужно узнать, кого это он притащил к нам на своем хвосте и что там у них произошло?

— Можно мне с вами? — спросил у него майор.

Капитан пару мгновений смотрел в спокойное лицо флотского, а потом кивнул головой, соглашаясь.

— Я не против, идемте, — сказал он.

Три минуты спустя.

Блокпост у въезда на базу

— Вон он, — и капитан указал на несущийся в сторону купола вездеход, — приготовиться, — отдал команду он находящимся тут же бойцам в бронекостюмах. Кроме них подъезд к блокпосту контролировало четыре стационарные вышки с находящимися там орудийными установками.

— Пока никого не видно, — доложил ему офицер службы безопасности.

«Странно», — удивился капитан, мы должны были уже увидеть преследователя, но его все нет.

И поэтому он связался с оператором поста слежения.

— Как далеко от нас находится преследователь? — спросил он у своего офицера, который сейчас следил за происходящим из командного центра.

— Не более восьмисот метров, — доложил тот, — преследователь сейчас находится прямо напротив вас, идет строго за вездеходом, практически нагнал его.

Капитан в удивлении взглянул вперед. Вот он вездеход, но позади него никого нет. Да и локальные системы обнаружения никого засечь на могли.

— Это что, — спросил он, поворачиваясь к майору, — глюк системы слежения.

— А что? — уточнил тот.

— По показаниям приборов преследователь сейчас не более чем в восьмистах метрах от нас, уже даже ближе.

— Но там никого нет, — так же ничего не понимая, посмотрел на него майор.

— Вот и я о том же, — протянул капитан.

Они оба видели — как сами, так и по показаниям системы слежения блокпоста — приближающийся вездеход, но ничего или никого другого тут больше не было.

Прошло еще несколько секунд. Но картина так и не поменялась.

Транспорт с бешеной скоростью несся вперед, уже практически достигнув въезда на базу, в то время как преследователя все не было. Между тем с базы сообщали о том, что он на месте.

— Может, лучше перекрыть базу? — спросил капитан у майора.

Тот отрицательно покачал головой.

— Слишком странная и непонятная ситуация. К тому же базу теперь можно перекрыть в доли секунды, сейчас нам не мешает находящийся по ту сторону дороги транспорт, а одним вездеходом мы можем пожертвовать в любом случае. Но и выяснить, что же все-таки происходит, мы должны.

— Согласен, — кивнул, подтверждая слова майора, капитан и приготовился встречать уже практически влетающий в ворота небольшого забора вездеход.

— Быстрее, закрывайте купол, — это последнее, что успел проорать водитель транспорта, перед тем, как его машину подбросило ввысь и он влетел в открытые ворота, оказавшись на территории базы.

Вездеход швырнуло с такой силой, что он взлетел метров на пятьдесят вверх, а потом рухнул вниз, крышей приземлившись на какое-то строение. Только на это никто не обратил внимание. Ведь именно сейчас охрана и те, кто находился на блокпосту, смогли увидеть того самого преследователя.

Он появился лишь на одно мгновение, врезался в мгновенно возникший перед ним энергетический купол, отлетел назад, а потом так же внезапно исчез, растворившись в воздухе.

— Оно все еще тут? — почему-то шепотом спросил капитан, непонятно к кому обращаясь.

— Нет, по показаниям датчиков это существо отходит в сторону леса, — доложил ему оператор с командного пульта.

Капитан, немного успокоившись, кивнул. И стал оглядывать площадку, находящуюся перед блокпостом. Они опять ничего не видели.

Автоматика почему-то не среагировала на появление этого монстра, хоть она сама и не регистрировала его присутствие, однако можно было наводиться по показаниям, передаваемым с поста слежения командного пункта, там-то это существо смогли обнаружить, только вот почему-то даже в этом случае орудийные башни не сработали и остались неактивными. Казалось, будто они, так же как и люди, не видели это странное существо, которое загнало вездеход на базу. Ну а сами люди просто не успели среагировать на появление этого монстра.

— Кто это был? — пораженно спросил капитан, разглядывая кромку леса.

— Не знаю, — честно ответил ему майор, — но кажется, я знаю того, кто может дать нам хоть какие-то ответы.

И они вместе посмотрели вниз, где как раз из машины вытаскивали ее водителя. Того самого рядового Вогна. На удивление, совершив такой полет, тот все еще был жив.

— Смотри-ка, какой живучий парень, — усмехнулся майор, глядя на то, как рядовой потряхивает головой, пытаясь прийти в себя.

И офицер направился в сторону выхода, ведущего наружу из блокпоста, в направлении стоящего молодого парня. За ним двинулись капитан и офицер службы безопасности.

«Черт. Черт. Черт… Какой же дурацкий план. Какая дурь, мне в голову стукнула, когда он пришел мне в голову?»

Эти мысли посетили меня, когда я, уже раз пять ударившись головой, смотрел сквозь лобовое окно, как ко мне приближается крыша какого-то здания.

«Черт», — еще раз вспомнил я свой разговор с драконом. Главным условием было, чтобы местные поверили в то, что он и вправду пытался меня убить. После такого полета в этом сомневаться бы не пришлось.

Однако я вообще-то предупредил его, что желательно, чтобы и я во время его выступления выжил. На что, мне это невероятное существо с обычным своим равнодушием и спокойствием ответило:

«Ты выживешь».

Вот в данный момент я как-то очень сильно сомневался в этом. И как-то не к месту сейчас пользоваться тем самым способом, что помог мне пережить удар об атмосферу планеты, когда я приземлялся на нее. Слишком уж необычно будет выглядеть абсолютно обнаженный человек, выбирающийся из помятой и покореженной машины. А потому придётся довериться своему телу и тем обычным инстинктам и знаниям, которые были вбиты в него базами знаний, помимо того странного, но действенного способа.

Чувствую, как тело опять расслабилось. Но в этот раз никакого ощущения того, будто я превратился в живой и думающий студень. Нет, просто сознание и разум максимально расслабили все мои мышцы, и мое тело максимально вжалось в водительское сиденье. Казалось, будто я занял собой каждую его впадинку или повторил каждый его изгиб.

А вот и он. Удар.

Дух выбило из меня капитально.

Последнее, что я сознал, так это сильнейший удар головой обо что-то, а потом и боль, затопившую мое сознание. Хотя нет, была и последняя мысль. И она меня не очень порадовала.

«Идиот. Ремни безопасности. Нужно было пристегнуться».

Именно поэтому меня знатно приложило о приборную панель вездехода.

«Идиот», — вот на такой радостной ноте я и отрубился. А потом темнота.

— Эй, парень, очнись, ты там живой?

Слышу голос. Он разрывает сознание, бьет по ушам. Хотя разумом-то я понимаю, что говорят достаточно тихо.

Пытаюсь открыть глаза. Это, казалось бы, простое действие вызывает новую вспышку боли, и мою голову вновь разрывает целой серией взрывов.

Непроизвольно раздается чей-то жалобный скулеж.

«Блин, — где-то на задворках сознания начинает очухиваться мое собственное „я“, — это же мой скулеж, это мой стон», — доходит до меня.

— Он жив, — все тот же голос не оставляет меня в покое, — тащите его.

Чувствую, как кто-то подхватывает меня под руки и начинает куда-то тянуть.

Странно, но именно эти сторонние действия, производимые с моим телом, мобилизуют мой организм, и боль постепенно начинает отступать. Нет, она не проходит, ее просто глушит какое-то непонятное чувство. Некая мантра, или фраза, которая бьется в моей голове.

«Боли нет. Смерти нет».

И так до бесконечности.

Вот меня положили на что-то твердое. Осторожно потрогал ладонью.

«Ага, это земля».

Движение рукой не вызвало никаких негативных последствий, поэтому я осмелел и открыл глаза.

Свет больно резанул, но это была не та боль, которую я чувствовал еще мгновение назад. А поэтому я, уже не обращая внимания на стучащие в висках отголоски, от которых, я понимаю, мне еще очень долго не избавиться, встаю на ноги.

— Эй, лежи, — вижу, как ко мне подходит какой-то детина в камуфляже, — медик сказал, что тебе еще, как минимум, неделю отлеживаться.

— А! — и я махнул рукой. Это движение почему-то усилило боль. Но сознание ее победило повторением заветных слов.

Только вот их было теперь так много, что они стали мне мешать адекватно соображать и реагировать на окружающую обстановку, а потому я непроизвольно потряс головой, пытаясь как-то уменьшить их повторение. И то ли мое это действие помогло, то ли желание, чтобы эти слова не мешали мне, то ли боль отступила и эти мантры мне были не нужны, но их не стало.

Оглядываюсь и вижу как в мою сторону направляется тройка явно выделяющихся на общем фоне людей. И выделялись они хотя бы тем, что среди них было как минимум два старших офицера. Только вот человек с нашивками капитана был вроде как из наземных войск, тогда как майор явно относился к космическому флоту.

«Похоже, начальство пожаловало по мою душу», — понял я, стараясь вытянуться по струнке смирно.

На мне была форма одного из бойцов, ехавших в вездеходе, так что формально я теперь принадлежал к регулярным войскам. А тут достаточно строго относились к субординации и военному уставу.

Только вот во время этого действия мое лицо скривилось в такой гримасе боли, что подошедший капитан сразу скомандовал:

— Вольно, рядовой, не напрягайся. Тебе здорово досталось. — И он посмотрел в направлении вездехода, из которого меня только что вытащили.

Мне это тоже стало интересно. Я как-то даже и не обратил внимание на состояние машины, когда пришел в себя. И вот только сейчас догадался взглянуть на вездеход.

«М-да-а… — мысленно протянул я, глядя на металлическую пародию на сплющенный блин, — это мне крупно повезло, что я сейчас могу передвигаться на своих двоих».

Как будто подслушав мои мысли, майор медленно произнес, обращаясь ко мне:

— Тебе крупно повезло, рядовой. Выжил сейчас. Похоже, ты единственный, кто спасся в лесу. Так что давай сделаем так, чтобы все это не было зря. Нам нужен доклад о том, что произошло. Потом тебя проводят на базу и доставят в медотсек. Ну и уже там ты встретишься со своим непосредственным начальством. Они уже интересовались твоим состоянием. Но сначала тебе придется задержаться тут и поговорить с нами.

— Слушаюсь, — козырнул я на агарский манер. Благо такая информация была в моей базе.

— Что вы хотите знать? — спросил я у офицеров.

— Я бы сказал «все», — усмехнулся майор, — но прекрасно понимаю, что о целях вашего нахождения в лесу ты нам вряд ли расскажешь, а поэтому нам бы хотелось знать, что случилось с вами по дороге и кто это был? — И майор указал в направлении леса, где скрылся дракон и откуда прибыл я.

Я задумался.

Нужна была настолько невероятная история, в которую они бы поверили безоговорочно. А поэтому я посмотрел на офицеров.

— Чтобы ответить на ваш вопрос, мне придется раскрыть цель нашего разведывательного рейда. Однако сейчас это уже не имеет никакого значения. Цель была ложной. Нас подставили.

И я, вроде как решившись, посмотрел сначала на одного, а потом и на второго.

— Нашей целью была проверка информации о разумности местных жителей, тех, кого мы считаем животными.

После чего посмотрел на удивленно взглянувшего на меня капитана.

— Разумные? — спросил он.

— Да, — кивнул я, — к нам поступила такая информация, и мы должны были проверить это. Стало известно, что местные каким-то образом научились использовать захваченное у нас плазменное оружие. Именно это мы и должны были подтвердить или опровергнуть. Наши спутники слежения обнаружили зону с повышенной биологической активностью на планете, вот туда мы и направились. Она и была нашей целью.

— И что? — майор даже с каким-то любопытством взглянул мне в лицо.

— И ничего, — пожав плечами, ответил я. — они животные. Прибыв на место, мы в этом убедились еще раз. И хотели доложить об этом сразу же, прибыв на место. Однако у нас не было такой возможности. Местом обнаружения биологической активности оказалась сильнейшая магнитная аномалия, и связаться оттуда с базой было невозможно.

И я вроде как понуро вздохнул.

— Это и стало первым признаком, на который следовало обратить внимание. По-моему наш инженер это и сделал, доложив о своих подозрениях командиру группы, но уже было поздно.

— И что за подозрения? — спросил третий офицер в чине лейтенанта и с нашивками, указывающими на его принадлежность к службе безопасности.

— Они были простыми, — ответил я, — как мы смогли получить хоть какие-то данные о том, что могло твориться в зоне этой магнитной аномалии. Ни одно сканирующее излучение не должно было пробиться туда. Но эти данные откуда-то к нам поступили, и нас отправили на их проверку. Но и это было не все.

И я, покряхтывая, развернулся и потопал к лежащему на крыше вездеходу.

— Господа, пожалуйста, подойдите сюда.

После того, как офицеры подошли ко мне, я продолжил:

— Как я и сказал, мы ничего не обнаружили. Только небольшую стаю каких-то местных существ. Поняв, что связаться с базой мы не можем, было принято решение отправиться назад. Только вот отъехать мы от того места далеко не успели.

И я показал на следы плазменных выстрелов, которые были оставлены мною на правом борту броневика.

— Мы попали в подготовленную засаду. И стреляли в нас далеко не местные «разумные животные», — эти слова я выделил особо, — это были люди, одетые в тяжелые боевые скафандры. Кроме того, им подчинялись какие-то странные существа. О таких я даже никогда не слышал. Они исчезали в никуда и появлялись из ниоткуда. Сканеры броневиков их не могли обнаружить. И эти существа в мгновение ока разбросали все наши машины. Те, кто перевернулся, им не повезло. Но наш вездеход очень удачно отбросили в сторону, и мы, врезавшись в дерево, не перевернулись, хоть и полулежали. Нужно было поставить машину на ходовую ось, а для этого пришлось выбраться из нее. Вот тогда-то мы и увидели нападавших. Они скрывались в кронах деревьев и начали наш отстрел сверху.

И я вздохнул.

— Вот и получилось, что со стороны леса на нас насели эти монстры, а с деревьев напали боевики, вооруженные плазмоганами. Мы с парнями удачно перевернули транспорт, и я забрался внутрь, чтобы завести его, они же должны были меня прикрывать, а потом последовать за мною. Но тут прямо посреди нашей группы возник один из этих монстров и в мгновение ока уничтожил всех, просто разорвав или растоптав их. Я же вручную, так как автоматика была повреждена, подал всю энергию на силовую установку и на двигатель и рванул оттуда.

На этом месте я замолчал.

— Я сам видел, как с деревьев спускались бойцы в боевых скафандрах. Как раз тогда за мной по следу и пустили одну из этих тварей, но мне нечего было терять, и я рванул напрямик, прямо в сторону базы. Я знал, что где-то здесь есть пропускной пункт. По дороге сделал запись и включил ее на постоянное повторение, чтобы не отвлекаться от управления броневиком. Я хоть этого монстра и не видел, но чувствовал, что он мчится где-то за мной. А потому все время гнал вперед. — И я посмотрел на офицеров, а потом, оглянувшись в сторону базы, тихо добавил: — И я очень хотел бы встретиться с тем, кто подкинул нам эти данные.

Майор и капитан переглянулись.

— Спокойно, солдат, — произнес капитан. — Тут все гораздо серьезнее, чем ты можешь представить.

И он задумался.

— Значит так, — немного помолчав, сказал он, — твоему руководству мы пока сообщим, что ты погиб.

На это я удивленно и возмущенно вскинул брови.

— Поверь, так нужно и уж точно так будет лучше для тебя.

Безопасник согласно кивнул.

— Уж точно, проживешь подольше, — прокомментировал он.

— Все верно, — согласился майор, а потом продолжил: — О том, что произошло, никто не должен знать, иначе спугнем предателя. Сейчас тебя доставят на базу, но не просто так, а под видом одного из моих раненых подчиненных. Мы поместим тебя в закрытый корпус, там обычно содержат пленных, но ты уж извини, это все делается для твоей собственной безопасности. Ну, а дальше мы постараемся вычислить предателя. Данные о вашей миссии и полученном задании есть, так что мы точно сможем узнать, кто выдал вам распоряжение, ну а через него, я думаю, мы раскрутим эту ниточку и дальше.

Я кивнул, соглашаясь с логичностью вывода капитана.

— Понял вас, — ответил я ему.

— Ладно, тогда тебя сейчас отвезут на базу, отлеживайся, — и капитан махнул рукой тому самому детине.

— Сержант, доставь его в пятый сектор. Пусть местные медики осмотрят его.

— Так точно, — козырнул тот и указал мне в направлении транспорта, на котором мы и должны были отправиться на базу.

Уже когда мы шли в сторону небольшого броневичка, меня нагнал вопрос майора, который практически все время молчал и за все время моего рассказа так и не задал ни одного вопроса.

— Рядовой, — произнес он, — а откуда вы умеете управлять вездеходом, да еще и в ручном режиме?

Я задумался, а потом ответил, мысленно усмехнувшись:

— До того, как попасть в армию, я хотел быть обычным техником и не очень долго работал «технарем» в одной из бригад мусорщиков. Так что управление транспортом мне знакомо. Особенно тем, что управляется вручную. На дорогие машины у нас просто-напросто не было денег, и работали мы на том, что могли собрать сами.

И я честными глазами посмотрел в лицо этого дотошного майора. Почему он задал именно этот вопрос, ведь вся моя история была шита белыми нитками, но он почему-то придрался именно к управлению вездеходом в ручном режиме.

— Понятно, — между тем сказал мне майор, — можете идти.

Я кивнул, и мы направились в сторону ожидающего нас бронетранспортера. Однако до тех пор, пока мы не сели в машину и не тронулись в путь, я ощущал на своей спине пристальный и пронзительный взгляд этого подозрительного офицера, которому тут, на базе, вроде как было и совсем не место.

— Что скажешь? — капитан посмотрел вслед скрывшемуся транспорту, который увез единственного выжившего.

— Слишком невероятно, чтобы быть правдой, и слишком глупо, чтобы это оказалось ложью, — пожал майор плечами. И задумчиво обошел перевернутый вездеход.

— Это и вправду следы от выстрела плазменных винтовок? — спросил он у капитана.

Тот подошел ближе.

— Да, — кивнул офицер, — без сомнений.

Майор лишь молча прошел дальше.

— В его деле есть информация о том, что он раньше работал техником? — неожиданно спросил майор у безопасника.

Тот быстро проглядел что-то на собственном искине и потом отрицательно покачал головой.

— Нет, — ответил он, но потом добавил: — Однако информацию о предыдущем опыте работы по не основному профилю своей текущей деятельности не обязательно предоставлять при заключении контракта.

Майор кивнул. Он тоже знал это. Однако что-то его все еще беспокоило. Он уже в который раз обошел вокруг раздавленного вездехода, когда его взгляд наконец остановился напротив раскуроченной панели управления, видимой сквозь выбитое лобовое окно. И разбита эта панель была явно не ударом. Ее кто-то преднамеренно разобрал, хоть и постарался это сделать так, чтобы придать своей работе вид нанесенных внешних повреждений.

И зачем же это сделано?

— Помогите мне, — не зная, что он там хочет найти, попросил майор, пытаясь пробраться в перевернутый вездеход. Он не боялся грязной работы и, когда этого требовали обстоятельства, выполнял ее сам. Например, как в этом случае. Да к тому же он не был уверен в том, что тут найдется еще один специалист его уровня.

Двое солдат спустили майора вниз, помогая пробраться внутрь вездехода. Шевелиться было очень сложно.

Майор даже не понимал, как этот молодой парнишка вообще тут смог выжить.

«Да его должно было раздавить между сиденьем и крышей», — ошарашенно оценил офицер тот небольшой зазор, где, по его мнению, обязан был находиться боец в момент нападения животного. Тем более он и сам видел его с вышки через боковое окно. Так что парень должен был однозначно погибнуть при ударе о землю.

Однако этого почему-то не произошло. И этот факт тоже смутил майора. Хоть он и понимал, что это просто дело случая или банальное везение, однако все равно у него это стечение обстоятельств вызывало сильнейшее подозрение.

— Что у тебя там? — раздался неожиданный голос капитана, наблюдающего за ним сверху.

— Пока не знаю, — пробормотал себе под нос майор, пролезая дальше к приборной панели. И вот она перед ним.

«Вскрыта и профессионально», — сразу оценил майор, ведь он и сам был дипломированным инженером. Но подобное мог провернуть и простой техник, что соответствовало тому, о чем рассказывал им этот Вогн.

Однако покоя майору не давало то, а зачем же это все-таки сделано?

И слегка сдвинув сторону пластинку, мешающую заглянуть внутрь контрольной панели, он услышал странный щелчок.

«Что это?» — И это было последней мыслью майора.

Сильнейший взрыв разнес вездеход и находившийся рядом блокпост на части. Буквально сровняв эту местность с землей.

Выживших среди находившихся тут людей не осталось. Ну, а на базе между тем раздался сигнал тревоги.

«Все-таки по-тихому пробраться не удалось», — подумал едущий в направлении медсектора станции боец, которого сопровождал гигант-сержант.

Глава 3

Фронтир. Неизвестная система. Планета № 34-КЕ-678-ТР. Секретная база

Сразу после прогремевшего взрыва

— Что это? — оглянувшись назад и резко остановив вездеход, при этом закрутив его вокруг своей оси, спросил у меня сержант.

В результате столь внезапного торможения наш бронетранспортёр немного не доехал до ворот, ведущих в какое-то не слишком большое строение.

И сейчас, когда машина остановилась, этот гигант, обернувшись в ту сторону, откуда мы приехали, с удивлением глядел на то место, где еще несколько минут назад находился блокпост, а буквально только что — не прошло еще и пары мгновений — расцвел огромный цветок огненного взрыва, ударная волна от которого здорово тряхнула наш вездеход.

— Не знаю, — постаравшись, ответить как можно более искренне, произнес я. Это было не сложно сделать, ведь и я сам не ожидал, что кто-то так быстро полезет проверять внутренности приборной панели того транспорта, который доставил меня на эту базу.

Но это было только начало. А потому, продолжая играть, я, сделав удивленными расширившиеся глаза и со страхом посмотрев на сержанта, спросил, слегка понизив голос и дрожащей рукой указывая в сторону произошедшего взрыва:

— А вы уничтожили того монстра, что гнался за мной?

Сам при этом думал: «Ох, переигрываешь, парень! Станиславского на тебя нет».

Но, видимо, сержант был не слишком большим ценителем искусства. А потому он сначала несколько настороженно посмотрел на меня, а потом совсем немного повернул голову в направлении блокпоста.

— Нет, — не очень понимая, к чему я клоню, но тем не менее чуть ли не шёпотом ответил он.

И его вопросительный взгляд вновь уперся в мое лицо.

— А что? — спросил сержант.

— Так это нападение, — резко воскликнул я в ответ на заданный гигантом вопрос. — Нужно было уничтожить ту тварь. Ведь за ней могли идти остальные или еще кто-то похуже нее.

И я с напряженным лицом посмотрел на приборную панель связи.

— Нам необходимо как можно быстрее предупредить начальство о том, что сейчас осталось на базе, о произошедшем на блокпосту. Они должны знать, что противник, вероятнее всего, уже прорвался сквозь энергетический купол и сейчас находится где-то тут, а возможно, уже двигается в их сторону.

И я махнул рукой в направлении взрыва. Я не давал водителю подумать о том, что подобный взрыв должны были зарегистрировать все датчики безопасности станции. Мне нужно было, чтобы он отвернулся и начал действовать.

Сержант проследил за моим движением и немного отвернулся в сторону, а потом развернулся обратно и посмотрел на меня.

Не знаю, что бугай увидел в моих глазах, но, заметив это, он кивнул головой и быстро потянулся к портативной консоли связи, удобно подставляя мне под удар свою шею и затылок.

Резкий выпад вперед — и обмякшее тело гиганта заваливается на приборную панель.

«Прости, парень, но теперь ты жертва нападения», — произношу про себя я и, достав свое оружие, делаю два выстрела из бластера, переключив его на минимальную мощность. Сейчас гигант был ранен в плечо и ногу.

Обе раны не смертельны, но достаточно наглядно говорят о причине, по которой сержант оказался в таком плачевном состоянии, а также в полной мере указывают на тот способ нападения, в результате которого можно было получить подобные ранения.

Так ко мне, когда я доставлю его в местный госпиталь, будет гораздо меньше вопросов. Мне важно отвлечь от себя внимание и устроить небольшую панику в том заведении, где я окажусь, ну а если это получится, то и на всей базе.

А наглядный пример, который я привезу с собой, многих заставит поверить мне и совершать необдуманные поступки и ошибки.

Перетащив бессознательное тело на свое место, я забрался на водительское сиденье и, запустив двигатель, двинулся дальше. Тут, видимо от тряски, сержант очнулся и застонал.

«Э, так не пойдет, — решил я, глядя на него, — он мне в сознании и адекватно соображающий совершенно не нужен».

А поэтому, для верности, я еще раз приложил его хорошенько по затылку, так, чтобы он случайно очень не вовремя не пришел в себя.

Еду дальше.

Вот и открывающиеся ворота.

Въезжаю внутрь.

Вижу бегущих ко мне охранников и еще каких-то людей.

Ладно, с охранниками понятно, встречать подозрительный транспорт — это их работа. Правда, выполняют они свои обязанности из рук вон плохо.

Знал бы, что все повернется именно так, уже давно сам напал на них, но, к сожалению, я не был уверен, что и дальше все будет так же легко.

Перевожу взгляд на остальных людей. С ними не все так просто. Зачем они здесь? Да еще и в таком количестве. Не понятно. Буду разбираться с этим по мере необходимости.

Сейчас меня больше интересовала охрана. Присмотревшись к их форме, я понял, что это вообще не регулярная армия, а просто какие-то сторонние наемные служащие, выполняющие охранные функции.

Это вызвало еще большее недоумение. Откуда такие кадры на секретном объекте?

На них одет не камуфляж, а другая форма, больше смахивающая на странную церемониальную одежду. Если у них и был какой-то боевой или армейский опыт, то это было или очень давно, или только лишь в теории.

В общем, все как и у нас, в охрану берут тех, кто туда идет, а не тех, кому там действительно место.

Хотя на этой базе я подобного встретить не ожидал. Видимо, именно сюда набирали и еще по какому-то критерию, о котором я пока не догадывался.

Странным было еще и то, что только немногие из охранников были вооружены, имеется в виду нормально вооружены, обыкновенным стрелковым ручным оружием, а не чем-то иным. Ведь у большинства из них были только электрошоковые дубинки и хлысты. Другого оружия я почему-то не заметил.

Хотя тут, конечно, это могло бы быть вполне логично, если предположить, что это их стандартное облачение. Ведь мне не слишком хорошо было известно о том, что другое я должен был увидеть в таком месте, где держат пленников…

Тем более черт его знает, что тут за тюрьма.

По крайней мере, именно так я понял из тех слов капитана, что он сказал, когда направлял меня сюда.

Правда, если бы местные были вооружены хотя бы слабыми ручными бластерами, то я был бы гораздо спокойнее. Ведь в этом случае они бы в моих глазах действовали в соответствии со вполне стандартными стереотипами и вели себя так, как и полагается охранникам. А чего можно ожидать от этих странных ряженых, я не знал и поэтому заранее решил относиться к ним с некоторой степенью повышенной настороженности.

«Черт его знает, чем можно заразиться от этих чумных», — почему-то подумал я, глядя на них. И перевел свой взгляд на других людей.

Остальные встречающие меня господа и дамы выглядели уже более обычно. Все они были или в рабочих комбинезонах, или в халатах тех или иных научных подразделений. Медики, физики, биологи. И что непонятно — астронавигаторы. Хотя последние чаще всего предпочитают вести свои работы в открытом космосе, где они могут проверять свои теории на практике.

И уже одно это наталкивало меня на определенные мысли. Но я пока отложил их в сторону.

Так вот эти, последние, выглядели уже относительно гораздо более нормально, чем все остальные, хотя бы внешне.

Правда, медиков почему-то тут все равно было больно уж много. Гораздо больше, чем всех остальных. Складывалось впечатление, что именно они и играют главную роль в этом непонятном исследовательском центре.

«Может, это еще и какая-нибудь спецлаборатория?» — предположил я, но вот для каких исследований мог понадобиться подобный странный состав ученых, я не понимал. И еще я не понимал, а на черта они все сейчас находились именно тут…

Не меня же они встречали?

Мне так показалось, что тут сейчас собрались чуть ли не все местные работники и служащие, включая последнего лаборанта или робота-уборщика.

В общем, черт его знает что тут творится.

И в этот бедлам я как раз сейчас и хотел влезть по собственному желанию. Тем более настало время действовать и пошевеливаться, а то встречающие уже совсем близко.

А поэтому я резко откидываю крышку люка в сторону и выскакиваю прямо под те немногочисленные дула нелепо одетых охранников, что были вооружены, и, указывая руками в сторону кабины вездехода, ору:

— У меня раненый! На пропускной пост совершено нападение! Они скоро будут здесь! Вы должны были слышать сигнал тревоги.

Ну как его можно было не услышать, если он до сих пор не умолкал и разрывал барабанные перепонки своим противным перезвоном.

Но я говорил так, будто не замечаю воя сирен. Да к тому же я был более чем уверен, что всем сотрудникам базы уже давно должны продублировать по нейросети сообщение о том, что объявлен «красный код», ну или какая у них тут принята аббревиатура, обозначающая повышенную степень опасности, связанную с угрозой их собственной безопасности.

Там, конечно не будет дано никаких подробностей, но, по крайней мере, они должны были знать, что тут происходит что-то необычное и требующее их повышенного внимания и осторожности.

И судя по их перепуганным и испуганным лицам они это прекрасно знали. И это было хорошо. Ведь это их знание мне было так необходимо. Только вот какое-то бестолковое и странное поведение местных меня постепенно начало смущать. Но что уж поделать, я влез в это замершее людское болото, и мне не оставалось ничего другого, как продолжать играть свою роль. И стать самой громкоголосой лягушкой в этом тихом омуте.

И, как следствие, я вновь начинаю тыкать руками то в сторону броневика, то в сторону открытых ворот.

— Заблокируйте их, они могут добраться до нас. Их много, и с ними какие-то вооруженные люди. Если они направятся сюда, то будут тут примерно через полчаса-час.

Наконец один из охранников сообразил, о чем я им кричу и чего же все-таки от них хочу, и быстро рванул в сторону раскрытых створок огромных въездных дверей; подбежав к ним, он достаточно споро закрыл их.

Но вот остальные люди так и не сдвинулись с места. Они лишь недоуменно переглядывались между собой.

Поняв, что я чего-то не догоняю, я вновь посмотрел на столпившихся передо мной «мнимых охранников», стоявших совершенно безучастно с растерянными и ошарашенными лицами.

— Помогите мне, — крикнул я двум наиболее крепким из них и, оглянувшись назад, направился обратно к машине. — Нужно вытащить раненого, которого я привез, — сказал я, пролезая внутрь.

Выбранные мною люди, даже не оспаривая моего права раздавать им хоть какие-то приказы, подошли ко мне и начали выполнять то, что мне было нужно.

Спокойные, флегматичные, покладистые и исполнительные. Как только они поняли, что от них требуется, и стали выполнять мои приказы, при этом они превратились во вполне вменяемых исполнителей, относительно той безвольной массы, которой были буквально секунду назад.

Поняв, что они меня слушаются и выполняют все мои приказы, я им кивнул и, забравшись внутрь вездехода, подтащил к выходу тело сержанта, после чего передал им его на руки.

— Его нужно отнести или отвезти в медицинский отсек, — вновь распорядился я, глядя на встречающих. В голову ко мне закралось невероятное предположение. Я, если честно, даже поверить не мог в подобную удачу.

— Да, конечно, сейчас, — ответил один из людей, одетый в халат медицинского работника. И махнув рукой кому-то в толпе, споро подбежал к бессознательному телу сержанта.

— Мы заберем его с собой в госпиталь, — быстро осмотрев полученные сержантом повреждения, сообщил мне медик.

Возразить на это мне было нечего, да и не нужно мне это было.

— Хорошо, — кивнул я. А потом наблюдал за тем, как гиганта положили на носилки и потащили куда-то в сторону внутренних помещений.

«Так тут есть и подземные уровни», — осознал я, когда увидел, что медики с носилками зашли в гравитационный лифт. Что не удивительно. Строение небольшое, а тут еще и тюрьма должна где-то быть.

Вот двери лифта закрылись, и носилки с медиками и лежащим на носилках телом скрылись из моего поля зрения.

В воздухе между тем все явственнее ощущается напряженность и острое чувство страха и неуверенности, исходящее от толпы, что стоит передо мной.

Разворачиваюсь в сторону охранников, ученых и медиков и еще раз оглядываю их.

Люди растерянно стояли вокруг и смотрели на меня с непонятным ожиданием и надеждой.

«Чего-то я вообще ничего не понимаю из того, что тут происходит», — глядя на них подумал я.

Похоже, тут в принципе не было никого из офицерского или командного состава, кто мог бы взять на себя ответственность в критической ситуации или принял на себя хотя бы какое-то временное управление этой разрозненной встретившей меня толпой.

Ну да ладно. Нужно попытаться понять, что это за странное место, где нет ни одного начальника, ну а самое главное, воспользоваться тем, что все так удачно складывается.

И поэтому, пока здесь нет остальных, необходимо брать власть и управление этой толпой в свои руки. Это тот шанс, который нельзя упустить. Ведь сейчас я могу сам воевать против эфемерного противника, которого придумаю и которым запугаю всех остальных. Ну а это мне позволит в свою очередь манипулировать людьми, так, как мне это будет нужно. Но сначала необходимо узнать, а где же все местные «большие дяди»…

— Значит так, — обратил я внимание на толпу смотрящих на меня людей, — где местное руководство, кому я могу доложить о происходящем снаружи?

— Э-э, — вышел вперед немного смущенный бородатый благообразный дядечка, — фактически, ну и теоретически, если рассматривать текущую ситуацию с юридической точки зрения, да и практической тоже, эмпирически, с большой долей вероятности, на текущей момент…

Речь этого мужчины была слишком долгой, и потому, остановив его, я обратился к одному из молодых парней, стоящих немного в стороне. Он как раз был одним из навигаторов.

— Что он хочет сказать? — спросил я у него.

— На текущий момент самым главным на нашем объекте является профессор Реус, — ответил мне тот.

— Понятно, — кивнул я, — и где же он?

Парень усмехнулся и кивнул в сторону того самого благообразного дядечки.

— М-да, — протянул я, — еще кто-то из командования или начальства тут есть?

Мужчина, которого оказывается звали Реус, выступивший до этого чуть вперед, несколько скис, услышав мою последнюю фразу.

Парень же отрицательно помотал головой.

— Не понял? — тут я действительно удивился. — Как так?

— Сегодня должен прибыть прелат, и все руководство находится на боевой станции в секторе, дожидаясь его прилета. Только потом они вернутся обратно.

— Что, — не поверил я, — абсолютно все?

— Ну, это же прелат, — и в голосе парня зазвучали такие неподдельные нотки восхищения, а глаза засверкали преданностью и обожанием. Такие же отношение передавалось и его эмоциональным полем. И ладно бы таким был только он. Все присутствующие буквально боготворили прелата и молились на него.

Теперь, по крайней мере, мне был понятен отбор кандидатов для работы на этом объекте. Тут осели одни фанатики. Но это даже хорошо, подобными личностями управлять и манипулировать гораздо проще, главное постараться стать их «гласом божьим», ну или тем, кому они готовы будут поверить.

— Ладно, — кивнул я им, — нужно приготовиться к обороне. Теперь мы хотя бы можем предположить причину этого «внезапного» нападения именно сегодня и сейчас.

А потом посмотрел на паренька.

— Необходимо сообщить наверх о произошедшем. У вас есть возможность связаться с командным центром?

— Да, — кивнул парень, — но только ни у кого из нас нет доступа к консоли связи. Слишком низкий у нас допуск.

— Плохо, — посмотрел я на него, — а тех, у кого он есть, я так понимаю, сейчас тут нет и все они там, — и я ткнул пальцем вверх, — на станции.

Молодой астронавигатор подтвердил мое предположение, кивнул головой.

— Плохо. Очень плохо, — пробормотал я, — снаружи враги. Выбраться и добраться до основной базы и командного пункта, я предполагаю, мы не успеем. Я точно видел то, что какие-то монстры уже проникли на территорию базы. Таким образом, рано или поздно они появятся тут. Но вот когда, нам не известно.

— А почему им интересны именно мы? — спросил профессор.

Я посмотрел на него в ответ и жёстко произнес:

— Мы с вами им не нужны. Им нужен прелат. А куда и зачем он прилетел?

— С инспекцией, — практически мгновенно ответил мне профессор, — и забрать пленников.

— Вот, — кивнул я, — а где эти самые пленники?

— Тут, — пожав плечами, как само собой разумеющееся, ответил один из охранников, — на третьем уровне.

— Так где, в конечном итоге, должен появиться прелат? У кого не будет возможности сообщить о своем захвате? Кто не может покинуть пределов своего строения, если произойдет нападение на базу?

— У нас, — пораженно и обреченно прошептал профессор.

— И есть еще один момент, — решил подлить я масла в огонь; эта мысль пришла мне в голову только что, но почему бы ее не озвучить, — а как противники узнали об особенностях работы вашего объекта и о том, что все ваше руководство сегодня будет на станции? Как они смогли так вовремя выбрать время, чтобы напасть на нас?

Профессор стоял и молча хлопал глазами.

Я же, глядя ему прямо в глаза, процедил сквозь зубы:

— У вас тут завелась крынса[4].

— Предатель, — прошелестело в толпе.

И люди начали переглядываться, с подозрением смотря друг на друга.

— Мне кажется, — сказал я им всем, — что теперь вы прочувствовали ту жопу, в которой мы с вами оказались?

— Да, — очень тихо произнёс профессор.

Все замолчали. Если бы я хотел узнать, что такое гробовая тишина, то вспомнил бы именно этот миг. Но его разорвал слабый голос из толпы.

— И что нам теперь делать? — задал мне вопрос тот самый молодой парень.

М-да, как же легко манипулировать людьми, если им окончательно промыли мозги и они просто-напросто, забыли, что это значит — думать собственной головой.

Я сделал вид, что задумался, а потом, подождав секунд тридцать, проговорил:

— Придется готовиться к обороне этого объекта.

— Что? — удивленно смотрит на меня профессор. — К обороне?.. Но у нас нет боевого опыта, что мы сможем сделать?

Посмотрев на него, я решил, что излишний пафос будет тут вполне уместен, и поэтому сказал:

— Умереть во славу Империи, императора и прелата, а также доказать свою преданность.

Но потом, заметив их испуганные лица и готовность впасть в панику, решил немного сбавить накал.

— А они? — и я показываю на охранников. — Они-то на что? Правда, оружия у нас, как я вижу, маловато.

И я пожимаю плечами, как бы говоря — «но что уж есть». Однако мне быстро отвечают:

— С оружием проблем не будет, тут есть склад вооружений. Однако у нас есть другая проблема…

И профессор посмотрел в сторону охраны.

— … с людьми, — закончил он. А потом добавил, глядя на них: — Это хорошие и преданные патриоты. Но я не уверен, что и у них есть этот самый боевой опыт, который нам так необходим сейчас. Они больше пригодны для содержания пленников и пассивного контроля базы.

— Еще хуже, — пробормотал я.

И тут мне в голову пришла идиотская идея, но коль тут натуральная, сплошная и беспросветная страна «идиотия», то может, именно ее здесь и стоит озвучить.

— А у ваших пленников этот опыт есть? — и я взглянул на охранников. — Это скажете? Это воины или так, обычный шлак?

— Что? — на меня посмотрели с изумлением. Да что там с изумлением, посмотрели как на полного дебила.

Однако у меня был свой ответ на этот их вопрос. И поэтому я ответил:

— Вы уж простите, но кто из вас предатель, мне не известно. И доверять я могу только себе. Информацию о том, что пребывает прелат, я получил только что. И о пленных узнал примерно тогда же. А вот прелату о них сообщил кто-то и сделал это заранее. И не удивлюсь, что это простая подстава. Ловушка, чтобы заманить сюда его преосвященство. А те, кто сейчас содержатся в вашей тюрьме, это вообще левые люди, которые ему совершенно не интересны. Просто первые попавшиеся, которых схватили и подсунули вам, чтобы привлечь его и одновременно отвлечь ваше внимание. Подумайте, ничего ли на это не указывает? — И я вопросительно посмотрел на тех, кто стоял сейчас напротив меня.

Стоит дать людям лишь основу, а детали вселенского заговора и его межгалактический масштаб они придумают и вообразят уже сами, что у нас и произошло.

— Ну, — протянул кто-то из охраны, — нам почему-то их сплавили со станции, хотя должны были держать именно там. Оттуда бы их и забрать было гораздо проще. Да и помещений, подготовленных для содержания пленных, у нас не много. Но почему-то было сделано именно так.

— Вот, — кивнул я, — это как раз то, о чем я говорил. А если вы подумаете, то наверняка вспомните и еще кучу различных мелочей, которые бы и составили общую картину.

— А ведь и точно, — вдруг воскликнул другой охранник, — помните, ведь нам было строго-настрого запрещено общаться с ними и входить в их камеры.

— Все верно, — согласился я, — здесь все вообще понятно. Вдруг вы усомнились бы в том, что они действительно те, кто нужен прелату, и постарались это выяснить самостоятельно.

Правда, глядя на это стадо фанатиков с промытыми мозгами, я очень сомневался в том, что они, в принципе, способны хоть что-то делать самостоятельно, без прямого на то приказа, но сказать-то об этом я мог. Пусть почувствуют свою значимость и полезность в деле, которое они не совершили. Все люди в мечтах герои и спасители мира. В этом плане местные фанатики ничем не отличались ото всех остальных.

Тут, отвлекая меня от размышлений, очень вовремя прогремел еще один взрыв, который я не планировал и который был точно устроен не мною. Даже не знаю, что это рвануло за пределами здания, где мы находились, однако бабахнуло так, что эхо взрыва мы услышали даже тут.

И это дало мне возможность перевести тему в нужное русло.

— Хватит болтать. Там идет бой, а мы еще не готовы. — И я показал в направлении лифта. — Первым делом идем на склад и вооружаемся. Потом к пленным. С ними буду говорить только я. Вы можете присутствовать, но молчите и держите их все время на прицеле. Я пообещаю им свободу в обмен на помощь нам. Но запомните… — И я поглядел на местных фанатиков. — Ложь неверному не есть ложь. Так что если нам придется опять засунуть их в камеру, мы сделаем это.

Мои последние слова были встречены одобрительным гулом. Видимо, именно они окончательно убедили людей в верности моего плана.

— Главное, старайтесь не лезть вперед. Пусть лучше воюют и умирают наши вынужденные «наемники», чем это будете вы. Лучше сами контролируйте их. Нам важно продержаться до тех пор, пока на командном пункте не поймут, что тут что-то произошло, и не пришлют подкрепление. Кстати, есть какие-то контрольные сроки?

— С нами связываются каждые три часа, в это время на месте должен быть оператор связи.

— Тогда одного следует отправить туда немедленно, — отдал я приказ, — вдруг с нами попытаются установить внеочередной сеанс связи.

Профессор кивнул, но убежал куда-то в сторону один из охранников.

— Ладно, — произнес я, — с этим мы все решили, теперь дальше, — и я хотел еще что-то сказать, но тут кое о чем вспомнил и решил уточнить один очень важный вопрос, ответ на который следовало узнать сразу же. — Через какое время ближайший сеанс связи?

— Еще один час и двадцать семь минут.

— Вот, — кивнул я, — все не так страшно, нам нужно продержаться всего лишь это время, возможно, чуть больше.

А сам подумал о другом:

«Значит, за эти полтора часа мы должны успеть свалить отсюда, и желательно не только из этой тюрьмы, но и с самой базы и планеты… Черт, на такой грандиозный план может оказаться маловато времени, — сделал вывод я. — Особенно если учесть присутствие в системе столь важного сановника, как прелат. Ведь и прибыть он должен был не на прогулочной яхте, а на чем-то гораздо более серьезном. Но ничего. Прорвемся», — подумал я, вспомнив то, ради чего и оказался тут.

Моя команда, мои друзья и Лея. Я приперся на эту планету ради них. И вряд ли меня остановит такая мелочь, как какой-то долбаный прелат.

«Вперед, пора действовать», — подогнал я себя и двинулся вперед.

Толпа фанатиков последовала за мной.

База. Лаборатории. Тюремный уровень.

Пятнадцать минут спустя

— Что это за шум? — спросила Лея у Нары.

Всех девушек, что попали в руки к агарцам, сразу, как только их перевели со станции сюда, на планету, стали держать в отдельной камере. И Лее не могла для себя решить, хорошо это или плохо. Она понимала, что не хочет повторения того, что произошло там, в их общей камере, на станции, где их держали первоначально.

Если будет кто-то убит, она не сможет себе этого простить. Они не знали, были ли среди них раненые или погибшие. Последнее, что помнила девушка, это как она падает на пол вниз, в том самом отсеке, где их изолировали.

Их корабли очень быстро взяли на абордаж. И это не удивительно. Они не ожидали встретить тут в системе боевую агарскую станцию, полностью контролирующую этот сектор.

После того, как их схватили и перевели на станцию, то поместили в один большой загон для рабов. Его же тут, похоже, использовали и как камеру для пленных.

Девушке, да и остальным, было не понятно, как они смогли так проколоться, но складывалось странное впечатление, будто их тут уже ждали. Они точно знали, что прямо перед их прибытием в сектор через него прошел небольшой торговый караван.

Так что они без особых опасений прыгнули сюда по своей обычной схеме проникновения внутрь звездных систем. И так глупо угодили в расставленную ловушку.

Среди скопления астероидов их ждали несколько звеньев тяжелых и средних истребителей, а также активированная глушилка, не позволяющая совершить следующий прыжок. Так что в результате они оказались в большом загоне для рабов. Их хоть и разоружили и изъяли все ценное, но не разделили, держали вместе.

Они еще не успели толком переговорить между собой и выбрать общую линию поведения, перед тем как их поведут на допросы, как к ним в загон ввалилась толпа разгоряченных мужчин. Намерения у них были вполне понятные. Местные вояки явно хотели поразвлечься за их счет. И жертв они выбрали вполне определенных.

Вояки, даже не глядя на происходящее вокруг, схватили Лею, Нару и еще нескольких девушек из экипажа второго корабля и потащили их к выходу.

Однако дорогу им преградил отец Нары, пытаясь остановить насильников. Но тем было не до разговоров. В него сразу же выстрелили из параллизатора или слабого бластера, Лея не разобрала с того места, где она находилась, и Корг мгновенно отключился, свалившись вниз. Ну а дальше уже началась свалка.

На вояк со станции напал сержант и члены абордажных команд с обоих корветов. Импульсивное и необдуманное решение. Лея это понимала сейчас. Но тогда она об этом не подумала. Они хоть и не быстро, но сумели разоружить своих противников и захватили кое-какое их оружие. Но это принесло им только временную победу на очень короткое время.

Во-первых во время потасовки было ранено несколько членов экипажа, включая и отца Нары. И во-вторых, уже через несколько секунд, видимо, как только информация о бунте среди заключенных дошла до рубки управления, отсек с загонами для рабов изолировали, и в помещение закачали какой-то газ.

Ну, а дальше Лея уже ничего не помнила. Следующим ее воспоминанием было то, как она и остальные девушки очнулись в этой камере. Тут они провели уже несколько дней. К ним никто не заходил.

Из разговоров за дверью, которые они смогли подслушать, выяснилось, что сейчас они находились на какой-то базе на одной из планет в системе. Только вот где, девушки так и не смогли узнать. На все попытки контакта или разговора им никак не отвечали. Кормили только один раз в день через автоматический податчик еды.

И вот сейчас этот необычный шум…

Девушка понимала, что для них это могло означать примерно то же, что было и на станции, но она не хотела, чтобы из-за нее опять пострадал кто-то из ее друзей. Лея уже поняла, что церемониться с ними особо не будут. Однако и сдаваться она не собиралась. Девушка решила, что будет сопротивляться до последнего. Благо, сейчас ее сопротивление и то, что может последовать за этим, скорее всего, никто не увидит. Правда, с тех пор как они попали сюда, ими почему-то и не интересовался никто особо.

Только вот сейчас…

Она осторожно подкралась к двери. Хоть те и были с практически полной звукоизоляцией, но с ее отменным слухом она могла различить разговор, если тот происходил непосредственно перед их камерой.

И вот что она услышала…

— Это здесь? — спросил кто-то.

— Да, — ответил другой голос, — в одну из камер мы поместили женщин, во вторую — мужчин.

— Понятно, — произнес первый говоривший, — нам нужны мужчины. Женщины, скорее всего, не подойдут, среди мужчин людей с боевым опытом найти проще.

— Да. Согласен с тобой.

Лее почему-то первый услышанный голос показался знакомым. Но из-за того, что он был очень тих, девушка не смогла понять, кому он мог принадлежать.

Какие-то знакомые интонации или нотки в голосе присутствовали, но кто это, она так разобрать и не смогла.

Через пару мгновений Лея смогла расслышать, как открылась дверь соседней камеры.

— Эй вы, — вновь раздался первый голос, — мне нужен тот, кто будет говорить от имени всех вас.

После нескольких секунд молчания Лея услышала хоть и чересчур тихий и очень слабый, но узнаваемый голос дяди.

— Вы можете говорить со мной.

Почему ей показалось, что голос Корга прозвучал в это мгновение несколько удивленно, Лея так и не поняла?

— Нара, — тихо прошептала она, — твой отец в порядке, я его слышу. Он с кем-то разговаривает.

Впервые с того времени, как они оказались в плену, на лице ее двоюродной сестры появились хоть какие-то эмоции.

— Спасибо, — так же тихо сказала она Лее. За что ее благодарила Нара, девушка не поняла, но она взяла ее за ладонь, слегка сжала и стала слушать дальше.

— Мы готовы рассмотреть ваше освобождение в обмен на помощь нам, — сказал тот первый, неизвестный.

— Что за помощь? — спросил Корг.

— Нам нужны мужчины, — начал отвечать неизвестный, но почему-то знакомый голос, — имеющие боевой опыт и способные держать оружие в руках. — Немного подумав, этот неизвестный добавил: — На базу совершено нападение.

Видимо, в этом месте он что-то заметил в глазах Корга, а потому спокойно или даже презрительно произнес:

— Не обольщайтесь. Я не так глуп, как вам бы того хотелось. Перед тем, как выдать вам оружие, я надену на вас рабские ошейники. И как только вы захотите напасть на меня, то умрете. Они все будут завязаны именно на меня и мое здоровье. Любой ущерб мне означает вашу смерть. Смерть всех, на кого надеты эти ошейники. Как я уже говорил, взамен обещаю отпустить тех, кто будет сражаться на нашей стороне, и произойдет это, как вы понимаете, только в случае нашей победы. Другого шанса получить свободу у вас не будет.

Некоторое время Корг молчал.

— Сколько вам нужно людей? Мы все умеем держать оружие в руках.

— Все, так все, — видимо, говорившему с отцом Нары было совершенно все равно, сколько людей встанет на их сторону, — ошейников у меня хватит на всех.

И уже дальше.

— Выходите по одному и вставайте лицом к стене. Как только я надену ошейник, отходите на двадцать шагов вправо и становитесь чуть дальше по коридору.

Прошло около пяти минут.

— Все? — спросил все тот же голос.

— Да. — Это уже Корг.

— Хорошо, — и, видимо, обращаясь к кому-то из своих, — раздайте им оружие. Не переживайте, если хоть кто-то осмелится даже просто направить его в вашу сторону, они все умрут. Они прекрасно это понимают.

— Вы ведь это понимаете, — почему-то выделив свои следующие слова, повторил голос, — все и разом.

Корг сначала молчал, а потом все-таки ответил:

— Да.

Еще несколько мгновений тишины. Какое-то шуршание.

— Проверьте заряд и убедитесь в боеготовности оружия… — Снова этот голос.

Странно. Лее показалось, что в нем появилась какая-то усмешка. Хотя она и не видела говорившего, но почему-то поняла, что тот сейчас как-то горько усмехнулся.

Откуда?

И вдруг раздались звуки выстрелов. Разом. Слитный залп, раздавшийся в коридоре.

— Молодец. Быстро сообразил, — послышался все тот же голос.

А потом прозвучал ответ Корга:

— Пришлось.

— Девочки там…

И Лея услышала, как щелкнул магнитный засов на их двери. Вот она начала открываться.

— Макс⁈ — изумленно произнесла девушка, еще даже до того, как дверь раскрылась полностью.

Она наконец поняла, чьи интонации так сильно напоминал ей этот слегка хрипловатый голос. И даже не ожидая от себя такой реакции, рванула вперед, обняв спокойно стоящего на пороге парня, прижалась к нему всем телом.

— Я же говорил, что не нужно за ним возвращаться, — проворчал вошедший вслед за человеком сержант, глядя, как слезы текут по щеке Леи, — такие, как он, даже у тарка в пасти устроиться смогут.

Но Лея ничего этого не слушала. В ее голове билась одна только мысль: «Живой. Ты живой. И ты пришел за мной».

И будто услышав ее мысли, парень, которого она обнимала, тихо сказал ей на ухо:

— Да, я пришел за тобой.

Я стоял и обнимал Лею. Не хочу ее отпускать. Она моя, никому ее не отдам.

— Эй, а я, — раздалось из-за спины девушки, и я почувствовал, как нас обнял еще кто-то.

Поднимаю взгляд немного вверх и натыкаюсь на смеющийся взгляд Нары.

— Так-то лучше, а то захапал только ее, — произносит она, — мне тоже хочется, чтобы и меня обняли.

Не знаю, долго бы мы так простояли, но тут нас опять прервало не слишком вежливое кряхтение.

— Слышь, Технарь, надеюсь, ты понимаешь, что пока еще не время? — раздался голос сержанта.

«Да, понимаю», — мысленно отвечаю ему я, но как же мне не хочется разжимать объятия и отпускать ее. Или их?..

Но он прав, это нужно сделать.

Я через силу разжимаю обьятия и делаю шаг назад, непроизвольно гладя обеих девушек вдоль талии.

— Ты прав, — отвечаю я пожилому креату, — сейчас не время.

И показываю на их ошейники.

— Идите сюда. Эту мерзость нужно снять. С пульта контроля в командном пункте их тоже могут активировать. Так что всё нужно сделать как можно быстрее…

Сержант кивает и делает шаг в мою сторону.

Я быстро расстегиваю ошейник Леи, прикладывая к нему свой палец. Это не тест по отпечатку пальца, а тест по ДНК. Замок был запрограммирован именно на мою ДНК.

— Следующий, — произнес я.

Снял я все ошейники еще быстрее, чем надел. На это у меня ушло гораздо меньше пяти минут, которые я потратил на их одевание. Пришлось пойти на эту хитрость, чтобы убедить фанатиков выдать оружие моим людям.

Они хотели привязать контроль к искину базы, но я не согласился, сославшись на то, что и предатель может иметь у нему доступ.

Это убедило профессора, и привязку ошейников сделали на меня.

Вот так я и освободил своих товарищей, да еще и вооружил их вполне капитально. К тому же у меня были коды доступа от оружейной комнаты, куда нам все равно придется еще раз наведаться, там помимо оружия были еще и бронекостюмы. Их тоже, как я надеялся, должно было хватить на всех.

— Сейчас идем на два уровня вверх. Там есть склад оружия. Подбираем себе снаряжение и двигаемся дальше.

— Какой у тебя план? — спросил у меня Корг, когда мы подходили к гравилифту.

— Освободить вас, — усмехнулся я ему в ответ.

— И?.. — уточнил он.

— И все, — пожал я плечами, — я не надеялся и до этого пункта дожить. Но коль уж так получилось, то будем действовать дальше. Как говорили мои далекие предки, «война план покажет».

— Хм, — протянул сержант, идущий рядом, — вообще-то так говорили наши предки, до их вступления в Содружества.

— Ну, — сказал в ответ я, — значит, у нас общие предки… — И еще раз усмехнулся.

— Ага, — улыбнувшись, ответил мне пожилой креат, — если судить по твоим диким и безрассудным поступкам, то очень на это похоже.

Договорить он не успел, так как мы как раз дошли до складских помещений.

Я быстро ввел код доступа, и мы вошли внутрь.

— Экипируйтесь… и выходим!

И сам стал облачаться в подходящую мне броню. Потом вооружился двумя парами бластеров, закинул за спину тяжелую бластерную винтовку и распихал по карманам запасные обоймы к своему вооружению, а также несколько противопехотных и плазменных гранат.

— Не забудьте взять с собой сухие пайки, воду и медикаменты, не известно, сколько нам сидеть на этой планете еще придется, — добавил я уже перед самым выходом и первым забил попавшийся мне в руки рюкзак провизией, дезинфицирующими таблетками, флягами с жидкостью и наборами первой помощи.

Оглядев своих людей, понял, что они уже готовы выступать, так же как в общем-то и я.

— Хорошо. Двигаем наверх, — сообщил я им, — у входа припарковано несколько вездеходов. Мы все должны разместиться в них.

Люди лишних вопросов не задавали.

Я выдвинулся в сторону гравилифта, остальные последовали за мной. Уже на нулевом, самом верхнем уровне мы нарвались на команду местных охранников. Те даже не успели среагировать на наше появление, как их быстро обезвредили.

Мы начали продвигаться к выходу из этого бункера не бункера, в общем какого-то научного исследовательского объекта. Когда мы шли по верхнему уровню, меня нагнал Корг и спросил:

— Что это за сигнал тревоги, ты в курсе? Он звучал еще до того, как мы сбежали… а это значит, что он никак не связан с нашим побегом. Похоже, это что-то серьезное, коль сигнал тревоги так долго не прекращается и постоянно напоминает о себе.

И креат вопросительно посмотрел на меня.

— Это сообщение о том, что на базу напали, — пожал я плечами и продолжил двигаться дальше, направляясь к выходу.

— В смысле, это твои союзники, или ты просто влез сюда под шумок, и не опасно ли там, снаружи? — Отец Нары от меня не отставал.

Я остановился и посмотрел на него.

— Не переживай. Никакого нападения нет.

— Как это так? — удивленно взглянул он на меня в ответ.

— Местные думают, — начал объяснять я, опять двигаясь вперед, — что на базу совершил атаку какой-то неизвестный отряд, тогда как это был всего лишь я, и к тому времени, как произошло это вымышленное нападение, я уже прочно обосновался тут на базе. Так что реально с этими событиями меня можно связать лишь по косвенным уликам.

И я усмехнулся.

— Но я надеюсь, им пока не до этого.

Корг задумчиво посмотрел в мою сторону и лишь молча кивнул.

Сержант, который слышал весь этот наш разговор, только молча продолжил следовать за мной.

Вот мы у выхода. Память и нейросеть меня не подвели, разблокировав двери и открыв их, мы увидели с десяток вездеходов.

— Так, — сказал я своей команде, — наш корабль, судя по данным моего жучка, где-то там.

И я указал на возвышающееся вдали здание.

— Первая задача — это проникнуть туда и захватить наши корабли.

— Нам это ничего не даст, — хмуро пробормотал подошедший к нам Гиан Нек, командир «Тумана», — взгляните наверх. Это защитно-маскировочный купол «пелена». Нам его не пробить.

— Все верно, — согласился я с ним, — это и есть наша вторая задача. Нужно его отключить.

Он кивнул, однако на этом не остановился.

— Только это все равно не решит нашей проблемы. Нам не дадут просто так взлететь, даже если мы отключим купол. Местная малая авиация или артиллерийские установки собьют нас еще на разгоне.

— И тут ты прав, — опять поддержал я его, — однако здесь я заручился кое-какой поддержкой. Главное, мы должны отключить купол, ну а дальше, гарантирую, местным уже будет точно не до нас.

— Понятно, — кивнул офицер с «Тумана», — тогда вперед?

И он вопросительно посмотрел на меня.

Честно говоря, мне очень хотелось уходить всем вместе, но я понимал, что проникнуть на базу и добраться до генератора силового поля мне в одиночку будет гораздо проще. А потому я ответил:

— Да, только вы займетесь кораблями, а я в это время отключу данное поле.

Заметив, что Лея собирается мне что-то возразить, я сказал:

— И это не обсуждается.

Она насупилась, а потом резко ответила:

— И не надейся, что я улечу без тебя.

Я в ответ ей усмехнулся.

— Очень надеюсь на то, что вы меня все же дождетесь.

Девушка опять лишь резко махнула копной своих длинных волос.

— Тогда вперед, — скомандовал я, и мы рванули к припаркованным тут же бронетранспортерам.

Через двадцать минут мы были на месте.

Сигнал с нашего «Дикого Крафта» шел отсюда. Туда я и направил своих людей. Сам же, следуя своей интуиции и знаниям, полученным из баз, связанных с устройством подобных укрепрайонов, двинулся в направлении неприметного такого технического вентиляционного люка.

Свежий воздух нужен всем. Особенно в таких разветвленных подземных строениях, как эта военная база.

Спускаюсь, вернее скатываюсь вниз. Так, где-то тут должно быть боковое ответвление, куда мне и нужно залезть.

Еле успеваю схватиться за пролетающие с неимоверной скоростью скобы металлической лестницы, вделанной в стену. Залезаю туда. Пыльно. Грязно. Какой-то осклизлый мусор. Но мне нужно двигаться вперед. Дальше должен быть фильтр.

Ага, вот он. Вырезаю в нем проход и лезу вперед.

Все, я на месте. Подо мной решетка. Она ведет на технический уровень. Где точно установлен генератор силового поля, мне не известно. Но если он и есть, то находится где-то тут. Поэтому я резко ударяю рукой и, выбив решетку, спрыгиваю вниз.

Приседаю, оглядываюсь. Предосторожность оказалась излишней. Тут никого нет. Только робот уборщик несется в мою сторону.

Так. О появлении мусора сейчас станет известно. И если кто-то просмотрит снимки, сделанные роботом, то увидит меня.

Нужно уходить… Это я и делаю. Иду вдоль по коридору, просматривая надписи на стенах и дверях комнат.

О! Как раз то, что я и ищу. Силовые агрегаты.

Вхожу внутрь.

Тут двое техников.

— Парни, — обращаюсь я к ним, — вы что, не слышите тревогу. Поголовная эвакуация. Бои уже идут тут, над нами. Так что быстро в сторону космопорта валите.

Те не очень уверенно переглядываются между собой.

— Быстрее, — поторапливаю я их, — сейчас тут будет противник, и вы не успеете.

Тот, что был постарше, кивнул и, поднявшись, направился к выходу. А вот второй оказался более подозрительным и потянулся к визору видеосвязи.

— Нужно сообщить главному инженеру о том, что мы покидаем пост, — сказал он.

Ну что же, я давал им шанс, позволяя уйти. Теперь уже ничего не поделаешь.

Два выстрела — и два тела падают вниз.

Подхожу к контрольной панели. Блин, не все так просто. Поле, оказывается, нельзя отключить. Тут даже подобного функционала не предусмотрено.

Что тогда можно сделать?

Просматриваю различные доступные опции. О! Вот это подойдет.

«Перевод в тестовый холостой режим работы».

Можно задать длительность, но не более сорока минут. К тому же, чем еще хорош этот метод, по всем тестам оборудование будет полностью исправным и не перейдет в автоматическом режиме на резервный силовой контур. И как результат, мне нет необходимости искать этот самый второй силовой генератор. Достаточно внести корректировки в режим работы этого модуля, что я и сделал.

Переход на холостой ход будет осуществлен через три минуты. Учитывая это, нужно валить с базы.

Запускаю программу и бегу к выходу.

Черт, а вот команду боевиков в полном облачении я встретить прямо у входа в вентиляционный люк не ожидал.

Ну ладно, что поделаешь, придется идти через них.

Вскидываю винтовку. Три первых выстрела за мной. Их я и успел сделать, пока бойцы не среагировали на мое появление. Еще одним выстрелом я выбил командира отряда. Зря они так любят выделять свой статус. Противнику так проще дезориентировать группу и на время лишить ее лидера.

Раздалась ответная беспорядочная стрельба.

Я откатился за угол коридора и на выходе отправил в полет пару плазменных гранат — тут не корабль, беречь особо нечего. И потом, пропустив ударную волну, с бластерами рванул резко обратно.

Еще четыре выстрела — и быстро вперед. Добить тех, кто еще жив.

Оглядываюсь, кругом одни трупы. Эмпатия на это указывает наверняка.

Хорошо. Минирую пару тел их же собственными гранатами и зарядами от бластеров. Забираю себе целую бластерную винтовку. И после этого влезаю в вентиляционный люк. Его тоже на всякий случай заминировал. Но сделал все так, чтобы взрывной волной ударило в сторону люка, а не в направлении вентиляционной шахты.

Пинок в спину мне не нужен. Ведь лезть придется высоко.

Поднимался я гораздо дольше, чем спускался.

Пять минут, как уже должен был отключиться купол, а я только подобрался к выходу из вентиляционной шахты.

Осторожно выглядываю наружу.

Дело плохо.

Мои хоть и засели у зданий, где находились наши суда, но попасть внутрь до сих пор не смогли.

«Неужели Вир не смог взломать замок?» — задался я вопросом. Не понятно, но пока это отошло на второй план.

Я оказался за спиной у половины противников. Нужно как можно дольше, не выдавая своего местоположения, нанести наибольший урон. И кстати, есть и еще кое-что.

Я помню последние слова дракона.

«Когда отключишь поле, подумай обо мне и скажи „готово“».

Я в деталях представил огромные блюдца-глаза этого непонятного и нереального существа и мысленно произнес: «Готово!»

Все, свою часть сделки перед местными жителями я выполнил. Теперь осталось и самим свалить отсюда.

Аккуратно вытаскиваю винтовку, укладываю ее на край того парапета, за которым лежу. Дальше вытаскиваю все гранаты, у меня их восемь. Выставляю на них таймер на двадцать секунд и быстро раскидываю за спиной у противника.

А теперь вниз.

Девятнадцать… Двадцать…

Снаружи раздается длинная серия взрывов.

Пора. Быстро выглядываю наружу. Ага. Три выстрела, и на землю падают еще три трупа.

Противник понял, что его зажали в клещи, и стал организованно отходить в сторону одного из зданий.

Так, если им позволить там окопаться, то они перекроют нас и не позволят попасть внутрь пакгаузов, где находятся наши суда. А поэтому нужно им помешать.

Оглядываюсь. А почему нет?

И начинаю расстреливать один из бронетранспортеров. Казалось бы, бесполезное занятие. Только не в том случае, когда пытаешься пробить его уязвимую точку, напротив места хранения энергетических ячеек.

Еще два взрыва, и транспорт разносит на части. Чем не большая осколочная граната?

Задело практически всех противников.

А теперь вперед, нельзя дать им очухаться.

И я выскакиваю из своего укрытия.

— Быстро, к ним, — отдал приказ своим и указал в сторону оглушенных бойцов противника.

Мои сразу сообразили, в чем дело, и уже через несколько минут живых среди агарцев не было.

Подбегаю обратно и смотрю на Корга.

— Почему вы еще не там? — спрашиваю я у него, показав на пакгаузы.

— Еще пара минут, — вместо него ответил Вир, — они удаленно успели перекодировать замок, до того как я его вскрыл. Сейчас этого сделать некому, я его изолировал от внешнего управления, но повторно вскрыть не успел.

Тянутся долгие минуты ожидания…

— Готово, — сообщает щуплый креат и хочет открыть двери.

Но его останавливает сержант. Оттаскивает того в сторону и кивает на вход бойцам из абордажных команд. Те мгновенно проникаю внутрь. Там раздается несколько выстрелов.

— Чисто, — долетел до нас возглас одного из них.

Мы входим внутрь.

Оба корабля тут. На что я в общем-то надеялся, но не очень рассчитывал.

— Быстро, занять свои места. Уходим отсюда.

Все разбежались по местам приписки.

— С нами хочет связаться Гиан, — сообщила мне Лея, когда мы находились уже в рубке «Дикого Крафта».

— Давай, — кивнул я ей.

— Ты не забыл о том, что нам не взлететь? — спросил он у меня.

— Нет, — ответил я, — помощь уже на подходе.

И я не лгал. Только что в моей голове прозвучал голос дракона: «Мы близко».

И буквально через несколько секунд я услышал удивленный возглас Леи:

— Что это?

Она пораженно смотрела на обзорный экран корабля, который транслировал показания системы сканирования.

Я подошел поближе.

Со всех сторон на базу неслись какие-то живые биологические объекты различной массы и размера. И были их тысячи, десятки и сотни тысяч.

Я хмыкнул. Ну а чего я ожидал от драконов?

— Наши союзники, — серьезно ответил я девушке, а потом скомандовал: — Всем на взлет.

А еще через несколько секунд оба корабля покинули орбиту планеты.

— Он сдержал слово, — произнесло одно из существ, похожих на дракона.

— Да, — ответило другое, выглядящее несколько иначе, которое больше напоминало огромную медузу, только почему-то висело в воздухе, — но у него не было выбора. Это нужно было и ему.

— Но он сделал то, что не смогли сделать мы. Мы должны отблагодарить его. Больше никто не сможет захватить нашу планету и сектор.

— Ты в этом уверен? — спросил второй дракон.

— Нет, — ответил первый, — но теперь мы знаем того, кто может нам помочь.

— Да, — согласилось второе существо, — и что ты ему хочешь предложить?

— Я еще не придумал, но к следующей нашей встрече у меня будет ответ.

— Тогда я подожду, — и медуза растворилась в воздухе.

А дракон поднял глаза к небу, где только что растворились и пропали из вида две маленькие точки.

«И я тоже буду ждать», — подумал он. И лег вдоль толстой ветки огромного дерева, опуская голову на переднюю пару лап.

«Я умею ждать», — закрыв глаза, решил дракон и тоже растворился в воздухе.

Глава 4

Фронтир. Неизвестная система

Открытый космос.

Тридцать минут спустя

— И что дальше? — спросила у меня Лея, когда мы покинули атмосферу планеты и вышли в открытый космос.

— Нам нужно где-то отсидеться. О том, что нам удалось сбежать, скоро станет известно и тут, на станции. А с нее они полностью контролируют весь сектор, и значит, выбраться из этой системы у нас так просто не получится. Это очевидно.

Девушка, соглашаясь со мной, кивнула. Остальные молчали. Тут и так было все понятно.

Я же в продолжение своей речи подошел к навигационной карте.

— Мною не зря был выбран именно этот маршрут, вот, — и я указал на небольшую луну, которая вращалась вокруг планеты, — мы сейчас находимся в ее тени, и пока наши корабли следуют параллельно ее курсу, нас не смогут обнаружить.

И я обвел относительно безопасный участок прохождения траектории движения этого небольшого естественного спутника планеты.

— Находясь здесь, мы невидимы для них, — пояснил я. Только вот это было не все, а потому я продолжил:

— Правда, в относительной безопасности мы будем находиться что-то около четырех часов. Потом луна постепенно уйдет на противоположную сторону планеты, и там нас смогут засечь или со станции, или с разбросанных по сектору навигационных буев.

После этого я обозначил на карте те автономные сканеры пространственного объёма, координаты которых мне были известны.

— К тому же у нас нет возможности связаться со вторым кораблем. Как только мы начнем переговоры, нас запеленгуют.

И я снова постучал по обозначению буев.

— Слишком хорошо они обложили сектор, чтобы пропустить даже закрытую передачу.

После чего я прошелся и вновь посмотрел на визор навигационного искина.

— Однако, Гиан опытный капитан, и я надеюсь, что он не станет делать таких глупых ошибок. Как мы видим, сейчас он следует за нами и полностью повторяет все наши манёвры.

Лея, да и остальные тоже, вслед за мной, посмотрели на маршрут следовавшего за нами рейдера и кто просто кивнул головой, а кто и подтвердил мои выводы словами.

— Да, похоже, так оно и есть, — произнес Корг, отец Нары.

Я кивнул ему в ответ.

— Однако, — сказал я, глядя на тактический экран, — согласовать наши дальнейшие действия и разработать некий план побега нам все же необходимо. Кое-что я уже придумал. Но нам необходимо переговорить со вторым кораблем.

И я постучал по маркеру, отмечающему местоположение «Тумана».

Если подумать, то у нас был один выход. Коль уж мы не можем разговаривать удаленно, тогда нам необходимо переговорить с глазу на глаз. А для этого или мы, или они должны оказаться на нашем корабле.

Можно, конечно, воспользоваться челноком, но это дополнительный риск. Челнок проще засечь, на него не установлена система маскировки и глушения сигналов. Однако если мы будем находиться на поверхности луны, то это чуть лучше замаскирует наше местоположение и нас дольше будут искать. Конечно, если они сразу не вычислят подобную неподконтрольную им зону, которая тут есть со стороны планеты. И сразу не нагрянут сюда. Но тогда нам мало что поможет. Поэтому подобный факт мы примем лишь как данность и будем исходить из того, что о нашем текущем местонахождении они пока ничего не знают.

Так что вариант с приземлением на спутник планеты, был наиболее выгодным и оптимальным для нас.

Решив все так, я обратился к сидящей в капитанском кресле креатке:

— Лея, сейчас, оставаясь в тени луны, садись на нее. Сходим-ка мы в гости к нашим союзникам на их корабль. Нужно договориться о дальнейших совместных действиях.

— Поняла, — сказала девушка, и наш корабль направился в сторону приближающегося каменного шара.

Рейдер Нека последовал за нами. Тот быстро сообразил, что ему необходимо делать.

Рейдер «Туман».

Двадцать минут спустя

— Так, — собрал я наш небольшой военный совет, — что мы имеем на текущий момент?

И я вывел первые данные.

— У нас с вами осталось порядка трех с половиной часов до того момента, как на станции засекут наше присутствие.

— Да, — подтвердил Корг, — с этим и так все ясно.

— Хорошо, — сказал я, — тогда сразу перейду к нашему плану.

И вывел ту небольшую зарисовку, над которой трудился, пока Лея сажала корабль на планету.

— Наша главная цель — это покинуть сектор, — начал я говорить, смотря на всех остальных.

— Угу, — хмыкнул сержант, — как будто мы и сами этого не понимаем. Только вот это проще сказать, чем сделать.

Я кивнул.

Их боевой настрой, который я видел, мне уже нравился. Не чувствовалось в моей команде подавленности и обреченности, хотя положение наше, честно говоря, было аховое.

— И мешает нам это сделать?.. — задал вопрос я, будто не замечая ехидных высказываний пожилого креата. После чего посмотрел на стоящих напротив меня людей, ожидая ответа. Я старался подвести их к тому, что нам придется сделать.

Это, конечно, сумасшествие, но другого плана я не видел. Хотя тут уже и не такое случалось.

Так что если и существовал шанс выбраться отсюда живыми и здоровыми, то заключался он именно в таком сумасбродной, отчаянном, безбашенном и нестандартном плане.

Корг усмехнулся, похоже, отец Нары догадался, чего я добиваюсь, и решил мне немного подыграть.

— Тут все просто, — сказал он, — мешает нам тот металлический шарик, что висит в этом секторе. Некоторые его называют «боевой оборонительной станцией».

— Все верно, — согласился я с ним, закрывая глаза и слегка наклонив голову в знак благодарности, а потом продолжил: — Вот именно поэтому нам и нужно устранить это главное препятствие.

— Чего? — оторопело посмотрел на меня сержант. — Ты предлагаешь захватить или разрушить станцию?

Вот тут уж усмешка растянула мои губы.

— Не все так глобально, — улыбнувшись, ответил я ему, — нам не нужна вся станция.

И поглядев на своих товарищей, я веско закончил:

— Достаточно вывести из строя главный контрольно-диспетчерский пост и его дублирующий модуль.

— Хм, — протянул сержант, — а вот теперь становится интересно. Мы тебя внимательно слушаем.

— Значит, так, — произнёс я, перенеся картинку со своего персонального искина на тактический визор, — действовать мы будем так…

Боевая станция.

Пост оперативного реагирования

— Капитан, — обратился лейтенант службы контроля космического пространства к дежурному офицеру, — мы засекли какой-то непонятный объект искусственного происхождения в районе одной из лун тридцать третьего сектора зоны особого контроля.

— Зона особого контроля, — задумчиво повторил за лейтенантом офицер.

Без внимания любые странности, происходящие вокруг этой планеты, они не могли оставить. Поэтому капитан стал действовать в соответствии с выданной ему инструкцией, отдавая приказ.

— Какова степень угрозы объекта?

— Судя по показаниям датчиков, он не представляет никакой опасности. Это что-то, напоминающее большой контейнер.

— Контейнер? — удивился офицер.

— Так точно, — подтвердил лейтенант.

— Откуда он мог там взяться? — задал сам себе вопрос дежурный поста оперативного реагирования Но на этот вопрос ему никто не ответил.

Капитан посмотрел на дежурного оператора.

— Отправьте туда два истребителя, — отдал приказ он, — пусть проверят, что это.

— Есть, — четко и по-уставному быстро проговорил лейтенант и мгновенно связался с летной палубой.

— Необходимо направить дежурную двойку разведчиков для проверки подозрительного объекта в районе сектора тридцать три.

— Да, — вспомнил капитан, — если будет такая возможность, нужно доставить этот объект на станцию.

— Понял, — отрапортовал оператор и передал дополнительные указания.

Открытый космос.

Зона особого контроля. Сектор тридцать три.

Двадцать минут спустя

— Первый, я — второй, — доложил пилот малого истребителя-разведчика, — вижу объект.

Небольшой кораблик практически вплотную подлетел к достаточно большому ящику. Обычно подобные контейнеры использовались для транспортировки органов для трансплантации.

— Это контейнер для трансплантации органов, — убедился в верности своих подозрений пилот, заметив маркировку на одной из сторон крутящегося в космосе ящика, и доложил об этом своему напарнику.

— Откуда он тут вообще взялся? — удивился ведущий.

— Вот и я задаю себе тот же вопрос, — согласился с ним второй, — сканеры не нашли никаких кораблей поблизости. С планеты он сюда попасть уж точно не мог. Ну а больше никаких вариантов я не вижу. Разве что он тут уже давно болтается, а наши сканеры заметили его только сейчас. Но в это как-то слабо верится.

И пилот, крутящийся на истребителе возле контейнера, замолчал.

Но это было не все. Видимо, это был парень с достаточно хорошим воображением, так как практически сразу он выдал еще одну версию.

— Хотя сюда его могло забросить и через гиперпространство, в результате неудачного полета какого-нибудь корабля или, вообще, какого-либо секретного эксперимента.

Напарник сразу заметил, как разгорелись глаза второго пилота после его же собственных последних слов.

— Опять ты завел эту свою песню, — проворчал первый пилот, — ну не пройдет обычный предмет сквозь гипер, тем более такой хрупкий и не имеющий специальной защиты, той, что установлена на кораблях. Ты же прекрасно знаешь теорию. А если там, — и главный в двойке неопределенно покрутил рукой в воздухе, — произойдет какая-то авария, то вообще ничего не останется.

И он посмотрел на своего перевозбудившегося от любопытства напарника.

— Оставь это, — строго сказал первый второму.

— Да понял я, — с неохотой согласился тот и вновь облетел вокруг контейнера, будто стараясь рассмотреть, а что же там внутри. Хотя все датчики указывали на то, что контейнер пуст и в нем ничего нет, но пилот не успокаивался. Ему казалось, что ну просто не мог так необычно сам материализоваться тут из вакуума совершенно обычный контейнер.

— Интересно, — пробормотал пилот, просматривая показания искина. Но в этот момент его отвлек главный.

— Эй, там. Нам пора. С базы уже пришел запрос на возврат. Я доложил о нашей находке. Так что забудь, разбираться с ним будем уже не мы. Наше дело было узнать, что это, и доставить контейнер на базу. — И еще немного посмотрев на изображение крутящегося в космосе контейнера, добавил: — В общем, хватит тут прохлаждаться и фантазировать. Цепляй его магнитными захватами и потащили на базу.

— Выполняю, — грустно ответил второй.

И они, подлетев к этому большому ящику, закинули на его стенку магнитные захваты.

— А теперь полетели обратно.

И два маленьких истребителя, на фоне плетущегося за ними контейнера, направились в сторону базы.

Корабль «Дикий Крафт»

— Невероятно, — пробормотал Корг, — но у этого таркового везунчика и в этот раз все получилось.

И он удивленно посмотрел на три удаляющиеся точки.

Оба их корабля были накрыты маскирующим полем, которое генерировал силовой модуль рейдера, и поэтому истребители не смогли обнаружить замаскированные суда с практически полностью отключенным оборудованием, находящиеся на поверхности луны.

Провернуть это получилось благодаря тому, что Макс что-то сделал с их генератором маскировочного поля, и теперь он выдавал тройную мощность и по своему радиусу воздействия накрыл оба их судна.

Только вот вытянуть такую нагрузку генератор мог не больше часа. Но большего им и не требовалось. Через сорок минут их и так обнаружат, в любом случае. Зато благодаря тому, что эта модернизация позволила скрыть оба корабля, их вечно влезающий во все дырки командир смог провернуть свою невероятную авантюру.

Это уже нельзя было назвать точным расчетом. Человек будто заранее знал о том, как поступят агарцы в этой ситуации. Макс даже с количеством и типом кораблей, которые они пошлют сюда, не ошибся. И теперь оставалось надеяться лишь на то, что он не ошибся и в остальном.

— Он справится, — услышал Корг тихий шепот со стороны Леи, которая напряженно следила за тактическим экраном их рейдера.

— Да, — а это уже произнесла его собственная дочь, которая сидела рядом со своей сестрой, — он сделает это. И ты знаешь, почему.

Креат как раз развернулся в их сторону и застал тот момент когда Нара посмотрела в глаза Лее.

«А ведь она, похоже, тоже что-то испытывает к этому вездесущему парнишке, — вдруг осознал Корг, наблюдая со стороны за напряжёнными лицами обеих девушек. — Интересно, как он выкрутится в этом случае?»

Эта, не к месту всплывшая в его голове мысль почему-то заставила креата улыбнуться. Он вспомнил то, как девушки обрадовались появлению их молодого лидера там на планете. Корг прекрасно знал как Лею, так и Нару, чтобы понять всю серьёзность сложившейся ситуации. Правда, она у него почему-то не вызывала никакого волнения.

«Может, ему все-таки рассказать о наших обычаях, — задумался старый политик. Но посмотрев на тактический экран, где была отмечена станция, контролирующая сектор, решил, глядя на Нару и Лею: — Хотя об этом еще рано говорить».

И Корг переключился на более серьезный настрой. Ведь пока они смогли осуществить только первую часть этого безумного плана сумасшедшего парня. Правда, почему-то именно безумные идеи, выдаваемые этим непонятным парнишкой, как правило, и воплощались в жизнь.

«Поговорю с ним после того, как мы выберемся отсюда», — дал себе слово креат и начал готовить корабль к бою.

Макс сказал, что это, возможно, потребуется.

Боевая станция. Доки.

Двадцать минут спустя

Истребители пришвартовались в свои стояночные гнезда. После подъехал погрузчик, на который их пилоты и погрузили доставленный только что контейнер.

— Куда его? — спросил любопытный второй пилот.

— Да известно куда, — пробормотал водитель погрузчика, — в исследовательское управление. Им тоже стало интересно, что вы за штуку притащили и откуда она могла тут появиться.

— Понятно, — протянул пилот, наблюдая за тем, как в направлении выхода, ведущего к гравитационному лифту, двинулся грузовой транспорт, — надо бы и мне посмотреть, что там такое, — пробормотал он и, воровато оглядевшись, бросился следом.

Прошло не больше сорока секунд, как он ввалился в туннель, ведущий по направлению к гравилифту.

— Это чего тут произошло? — резко остановившись, он посмотрел на остановившийся посреди коридора погрузчик и развалившуюся коробку, которой раньше был контейнер. Но ответа на свой вопрос он так и не получил. Зато чересчур любопытный пилот получил прикладом ручного бластера, который приложился к его затылку.

— Быстро, — скомандовал боец, одетый в бронекостюм, который прятался в нише стены, как раз за спиной лежащего без сознания пилота, — нам туда.

И сам направился в один из боковых туннелей. За ним последовала еще пятерка таких-же, как и он, бойцов, облаченных в тяжелые десантные доспехи.

Боевая станция

Вот мы и на станции. Чего я, собственно, даже и не ожидал. План, честно говоря, был бредовый, но он сработал. Они купились на нашу приманку и клюнули на нее.

И теперь я и несколько лучших бойцов, которых отобрал сержант, быстро бежали по коридору станции.

— Помните, вы должны обезвредить личный состав основного поста контроля этой жестянки до того, как они успеют перевести ее на полностью ручное управление и поднять тревогу, — напомнил я сержанту.

Тот, не став никак комментировать мои слова, лишь просто кивнул мне на это.

Нам придется разделиться. И сделать это нужно по двум причинам.

Во-первых, если станцию перевести на ручное управление, а это можно сделать только из основного или дублирующего оперативно-командного центров, то тогда нам придется брать под контроль каждый резервный командный пункт, даже самый маленький. А их на этой станции порядка сотни. Плюс, в этом случае можно управлять всеми орудийными установками с их собственных систем управления. Что тоже не добавляет нам шансов вырваться из системы. Нас просто расстреляют.

И самое плохое. В ручном режиме можно сбросить всю авиацию, прямо из доков. И как только будет дан сигнал тревоги, так и произойдет. А это полный провал. Сектор для нас будет полностью перекрыт. Слишком много техники на этой станции. Каждым уголком мы управлять не сможем, слишком нас мало.

Но был и второй вариант. И это во-вторых. Нужно отключить основной и дублирующий контрольные центры, а также взять под свое управление головной искин станции.

Этим я и должен был заняться. Тогда все управление станцией будет осуществляться из одного места.

Правда, сделать это не просто. Головной искин взломать очень сложно, и я не уверен, что мне хватит отведенного времени, а потому мне будет необходимо подключиться к нему напрямую и через внутренний интерфейс управления перевести его под свой контроль.

Это не взлом в прямом смысле этого слова. Я произведу частичное обнуление и сброс данных, чтобы вписать вместо них нового пользователя с административным доступом. После этого можно уже будет работать.

Следующим шагом будет второй контрольный пост. Его мне придется просто-напросто уничтожить, это самый быстрый способ вывести его из строя.

Все, мы на месте. Отсюда у нас у каждого своя дорога.

— Вам туда, — показал я сержанту нужный коридор, — схема типовая, так что мои наброски, что я сделал для вас, должны практически полностью соответствовать действительности.

Пожилой креат кивнул и, молча развернувшись, двинулся в указанную сторону. За ним последовали еще четверо бойцов из абордажников. Больше взять не получилось. В большой контейнер влезло только это количество людей. Основную его часть занимал маскировочный модуль, снятый с «Тумана». Он должен был показать, что в том ящике, где мы дожидались, пока за нами кто-нибудь прибудет, ничего нет.

Судя по всему, так и произошло. Никакой биологической активности внутри контейнера они не обнаружили. Иначе нас бы расстреляли еще в космосе. Ну или, по крайней мере, относились гораздо более серьезно к обеспечению безопасности, при нашей доставке сюда.

Сейчас же мы оказались там, где я и планировал. И теперь мне нужно было как можно быстрее добраться до основного интерфейса управления головным искином. А сделать это можно было как обычно только через технические шахты, которые пересекали и проходили сквозь эту станцию во всех направлениях.

Черт. Как же больно падать с такой высоты. Зато я очень быстро оказался именно там, где мне и нужно было.

Оглядываюсь вокруг. Это инженерный отсек. Пока здесь никого нет, да, по идее, тут никого и не должно быть.

Но вот грохот, устроенный мною, сложно было не заметить, и поэтому сюда уже должен кто-то нестись.

Быстро перемещаюсь ко входной двери. И очень вовремя. Она как раз распахивается передо мной, и в помещение вбегает человек в форме службы безопасности, а сразу за ним — кто-то в инженерном комбинезоне.

— Это отсюда, — говорит инженер безопаснику.

Договорить я им не даю. Быстро выглядываю в коридор и, убедившись, что там никого нет, стреляю в спину. Не очень по-джентльменски, но устраивать дуэль у меня нет ни времени, ни желания. После этого блокирую вход в инженерный отсек.

Так. Теперь займемся искином. Быстро просматриваю маркировку.

Хм. А неплохая модель. Современная. Только вот куплена у Королевства Минматар. Зря это они приобретают высокотехнологичное оборудование у своих вероятных противников.

Благодаря допускам, полученным мною вместе с моей должностью в Службе внешней разведки Королевства, мне даже особо ничего придумывать не придется. Только подключиться к интерфейсу и ввести нужную последовательность команд, повышающих мой статус до административного.

Перепрограммировать искин у меня получается буквально за пару минут. Все, теперь станция находится под нашим контролем, по крайней мере, в плане ее автоматического управления.

Первым делом блокирую все шлюзы и переходы. Мне не нужно, чтобы по станции кто-то шатался или покинул ее пределы. Беру под контроль все автоматические орудийные башни, разбросанные в секторе.

Дальше. Проверяю нет ли в системе кораблей разведчиков или патрульных.

Парочка есть. Выдаю обоим кораблям задание проверить самые удаленные уголки сектора, проложив новые маршруты следования, так что они еще неделю не появятся тут в центральной области. Это позволит нашим рейдерам вовремя подойти к станции, когда я им отдам такой приказ.

Можно было бы, конечно, их уничтожить, но не стал этого делать. Пока мне лишняя кровь не нужна.

Ну, а сейчас быстро на дублирующий пост. Оттуда можно полноценно управлять станцией, даже минуя контроль головного искина. Выстроил себе свободный коридор, ведущий прямо на нужный уровень. Нужно подняться на два этажа. Проверил по сканеру системы жизнеобеспечения. Так, есть биологические объекты по пути. Все скопились в одном месте, где-то посередине. Похоже на какой-то контрольно-пропускной пункт. Зачем он нужен посреди станции, мне не понятно.

Все, тут я закончил. Надо выдвигаться. Хотя нет, перед этим нужно связаться с сержантом и дать ему отмашку, чтобы он начал действовать.

— Искин наш. Датчики слежения отключены. Можете начинать.

— Понял, — ответил тот.

И я услышал, как он отдал приказ выдвигаться своим парням.

«Ладно, пора выдвигаться и мне», — скомандовал я себе и побежал в нужном направлении.

На все про все у меня ровно полторы минуты.

Отсчет пошел. Первый поворот. Гравилифт.

Выскакиваю в коридор. Сорок метров вперед. И там как раз этот самый пост.

Вскинув оружие, перекатом выкатываюсь из-за угла. И оказываюсь за спинами четырех вояк, которые, похоже, несколько удивились, когда за их спинами ни с того ни с сего открылась мощная дверь.

Теперь понятно, для чего они тут. Этот пост, судя по всему, охранял коридор, ведущий к дублирующему командному центру.

«Нечего рассусоливать», — подгоняю я себя. И делаю четыре выстрела.

Так, тела лежат. Система безопасности не должна среагировать на это нападение, так как я ее отключил.

После этого я быстро промчался по коридору. Двери, ведущие в командный центр, разблокированы. Забегаю внутрь. Минирую, не зря я набрал столько плазменных гранат. Станция — это не корабль, тут ими можно пользоваться без особых опасений.

«Готово», — еще раз проверил и вычислил зону поражения. Да, после взрыва на восстановление командного центра уйдет не меньше трех дней, мне этого достаточно.

Я теперь обратно. Заблокировать двери.

К посту. Заблокировать вторые двери.

Пора. Активирую мины. И быстро назад.

За спиной раздается мощный взрыв, прилично тряхнувший пол коридора, по которому я бежал.

Через минуту я возвращаюсь обратно в инженерный отсек и опять блокирую все двери и переходы. Связываюсь с сержантом.

— Как у вас дела?

— Основной центр наш, — отвечает он.

— Хорошо, тогда блокируйте двери, сейчас, как только местные сообразят, что на станции что-то произошло, первым делом они попытаются прорваться к вам. Я перекрыл все основные шлюзы. Но есть такие дырки, через которые можно пролезть в обход основной системы. Так что будьте наготове.

— Принято, — кивнул пожилой креат.

— Хорошо, — согласился я, — я же вызываю наших. Как только они прибудут на станцию, то я выстрою для вас маршрут, и мы выдвинемся в направлении дока, где они сядут.

После этого я отключился и начал просматривать информацию по докам станции, где бы я смог безопасно посадить один средний корабль.

«Туман» по моей команде уйдет в гипер. За нами же прилетит «Дикий Крафт». Я, конечно, хотел, чтобы все было наоборот, девочками я рисковать не планировал, но как обычно меня никто не слушал.

Лея, глядя на меня злющими глазами, сказала, что в гипер без меня не уйдет. Поэтому и пришлось поменять план. Незачем было рисковать двумя кораблями.

Так. Есть. Резервный док. Недалеко от основной группы. И никого нет поблизости. Со стороны станции я его практически полностью блокировал. Значит, пора.

Подключаю систему связи.

— Это Технарь. База под контролем.

Большего передавать не следовало. На кораблях и так знают, что делать.

Вот в направлении станции, судя по данным системы сканирования, выдвинулся один корабль. Пропускаю его через все запросы «свой — чужой». И веду по лучу к нужному доку.

«Туман» тем временем уже покинул сектор.

Хорошо. «Крафт» на станции.

— Лея, — связался я с креаткой, — держите док под контролем, хоть я его и обезопасил, но все же.

Теперь пора пообщаться с сержантом.

— Корабль на месте, — сообщил я ему, — минируйте командный пост и отходите. Маршрут следования я вам сбросил.

— Понял, — лаконично ответил тот. И через пару минут они покинули заминированное помещение. А еще примерно через минуту датчики станции зафиксировали прогремевший взрыв, однако сигнала тревоги не было. Я его отключил.

После этого я проследил, как сержант с парнями добрался до нашего корабля.

Все, этот маршрут блокируем.

«Пора и мне на выход», — подумал я и уже собрался отключиться от искина, когда все-таки обратил внимание на сообщение систем слежения.

— Черт, — пробормотал я, — как же я мог забыть…

И посмотрел на выведенные показания. В систему постепенно, корабль за кораблем, выныривал целый флот. Знакомый флот.

Правда, это мало что меняло, кроме наших планов.

— «Крафт», — связался я со своими, — планы меняются.

— В чем дело? — обеспокоенно спросила Лея, глядя на меня.

— У нас тут нарисовался один важный гость, — ответил я ей.

— Кто? — почему-то напряженно спросил у меня Корг, вклинившись в наш разговор.

Я помолчал, а потом ответил:

— Прелат.

Глава 5

Фронтир. Неизвестная система

Боевая станция

— Он прилетел за нами, — с какой-то внутренней уверенностью произнес отец Нары, глядя на меня.

— За нами? — удивился я, посмотрев на него в ответ. — Да какой у него интерес может возникнуть именно к нам? Мы птицы не слишком уж высокого полета, чтобы он лично заинтересовался нами и объявился тут, желая засвидетельствовать нам свое почтение.

Я, конечно, мог предположить, что у этого деятеля из Агарской империи могут появиться личные вопросы непосредственно именно ко мне. Однако, для того чтобы их задать, он хотя бы элементарно должен был заранее узнать о том, что именно я появлюсь в этом секторе и что именно мне необходимо было задавать эти самые вопросы.

А перед ним я не успел так сильно засветиться. Была, конечно, слабая и тонкая ниточка, которая могла привести ко мне. Этой ниточкой была та наша случайная встреча с его агентом, леди Эраей, на станции пиратов. Но и в этом случае вряд ли можно было гарантированно предсказать мой дальнейший маршрут. Я и сам тупо его не знал на тот момент, а узнал о нем лишь появившись в системе нейтралов.

Тем более я точно знал, что на тот момент, как мы покинули нейтральный сектор, леди Эрая все еще должна была находиться на станции клана Гран. А уж проследить хоть какую-то мою прямую связь с произошедшими на линкоре, появившемся в этом секторе, событиями Эрая точно не смогла бы, чтобы потом сообщить об этом прелату и навести его на мой след.

Слишком разные сферы влияния и интересы должны быть у агента прелата, на постоянной основе внедренного в клан пиратов, и у глубоко засекреченной лаборатории, занимающейся чуть ли не лично курируемыми прелатом исследованиями, чтобы Эрая могла быть в курсе тех изысканий, которые проводились на линкоре. А если она не могла о них знать, то и не могла бы никак связать меня с ними и привлечь к моей персоне внимание своего начальника.

Конечно, в плане полного бреда или некой случайности, с минимальной вероятностью возникновения, такое развитие событий отбрасывать нельзя, но все равно мне как-то в это очень слабо верится. Именно поэтому сейчас я и был очень удивлен той уверенностью, с которой Корг говорил о причинах появления тут этого вездесущего господина.

Слишком часто что-то в последнее время пересекались наши с ним пути-дорожки. Так что я был склонен поверить больше в очередной фортель судьбы, чем в его сознательное прибытие именно сюда и именно по наши души.

Хотя, конечно, есть и еще один вариант. Возможно, просто мне не все известно?

И что-то сейчас прямо в ухо подсказывает мне, что этот хитрый креат далеко не все рассказал мне в свое время. Особенно это касается моего старого вопроса о том, а знаком ли кто-то из них с этим самым прелатом? Получается так, что кое-кто все-таки знаком. И это далеко не шапочное знакомство.

— Тебе есть, что сказать мне, или есть что-то, что я должен сейчас знать? — спросил я, глядя прямо ему в глаза.

Корг некоторое время медлил с ответом, при этом что-то напряженно обдумывая. Потом, наконец решившись, он произнес:

— Он не должен получить в свои руки Лею, — твердо сказал креат, поглядывая на девушку, и практически сразу добавил: — Этого не должно произойти ни в коем случае.

Та огромными глазами посмотрела в его сторону. Я этого, конечно, не видел. Однако я увидел, как расширились ее зрачки и как на экране конференц-связи ее лицо повернулось немного в сторону, остальное додумать не составляло труда.

— Почему? — спросила она у своего дяди. Видимо, и сама Лея не знала причин, почему прелат может заинтересоваться именно ею, а не кем-то иным.

Корг опять на некоторое время замолчал. Я уже не ожидал услышать ответа, когда он все-таки произнес:

— Этот человек, — и он явно не имел в виду меня, — напрямую связан со смертью твоих родителей, — сказал он Лее.

Глаза девушки стали еще больше. Однако, похоже, это было еще не все, потому как Корг продолжил:

— Но главное, — и, судя по всему, в этот самый момент креат прямо посмотрел на свою племянницу, — он точно сможет узнать, кто ты, как только увидит тебя или как только данные о тебе попадут к нему в руки. Ты слишком похожа на свою мать, чтобы этого нельзя было не заметить и не обнаружить. И уж точно, он узнает меня. Слишком хорошо мы были с ним знакомы в свое время. А информацию о нас ему должны были передать, как только наши корабли взяли на абордаж и нас самих посадили в камеру. Скорее всего, именно поэтому нас и перевели со станции на планету. И, я уверен, что именно поэтому он сейчас находится тут, в секторе.

Это, конечно, все очень интересно, только вот я, если честно, ничего не понимаю.

То, что креаты и прелат как-то связаны, теперь и ежу понятно, но вот в чем заключается эта связь, а главное, почему он может проявить такой повышенный интерес именно к Лее, мне все еще было не известно. И поэтому мне необходимо было прояснить именно этот вопрос.

— Кхм, — привлек я к себе внимание, — а можно посвятить и меня в эту вашу историю? — спросил я у него и у посмотревшей на меня девушки, — а то, как-то так оказалось, что, похоже, все в курсе того, о чем сейчас идет речь, и лишь один я тут не пришей кобыле хвост.

— Чего? — оторопел от моего сравнения креат, а потом резко взмахнул головой, будто сбрасывая неуместные сейчас мысли, и сказал: — Не думаю, что сейчас есть на это время.

— Ну, а все-таки, — решил настоять я, что-то кажется мне, что в этот раз у меня есть прекрасная возможность услышать нечто очень занимательное, — если постараться быть максимально кратким? Мне же нужно понимать, что грозит Лее и от чего нам нужно ее уберечь…

Корг задумался, потом он, по-видимому. что-то спросил у девушки и уже находящегося рядом сержанта, затем еще немного помолчав, наконец, вновь обратил на меня свое внимание.

— Если быть кратким, то Лея — единственная дочь последнего короля старой династии Таолов.

Теперь с напряжением на меня смотрел не только он, но и все остальные. Особенно девушка. Ее глаза прямо-таки впились в меня, пытаясь по моему лицу понять мое отношение к этому сообщению.

Только вот никакой особой реакции у меня не было. Возможно потому, что о предыдущей династии я знал только из баз данных.

И поэтому я постарался вспомнить все, что мне было известно по этому вопросу.

К своему стыду, знал я не очень много.

Это предыдущая правящая династия Королевства Минматар. Был жесточайший кровавый переворот, когда практически всю правящую верхушку не просто свергли, а в буквальном смысле этого слова вырезали.

Кто был инициатором этого действа, до сих пор не понятно. По факту, если бы в смене правящей династии был заинтересован кто-то непосредственно, то уже на следующий день в Королевстве объявился бы новый король и это место уже было бы занято. Но этого не произошло.

Королевский трон очень долго пустовал. Если я ничего не путаю, то следующие несколько лет никто просто-напросто не осмеливался взять власть в свои руки. Люди боялись той кровавой резни, что была учинена. Ведь ее причин так и не смогли выяснить.

Когда к власти ломится маньяк, сметающий все на своем пути и оставляющий за собой горы трупов и море крови, это хоть и пугает, но вполне осознаваемо и понятно. Но вот когда есть трупы, есть кровь, но нет того самого маньяка, на которого это можно списать, люди начинают искать причину подобного.

И это нагоняет нереальный страх, ужас и непонимание. Нет ничего хуже неопределенности. И нет ничего хуже той кровавой неопределенности, которая несет за собой необъяснимые смерти и непонятный жуткий террор.

Ведь всю королевскую семью списали, а причин подобной резни выяснить так и не удалось. Хотя, конечно, некоторых из родственников монарха так и не смогли обнаружить ни среди живых, правда этих практически не осталось, ни среди опознанных трупов, которых было целое море.

Однако никто из них так и не проявился со временем, и их также отнесли к погибшим во время «багрового переворота», как тот стали называть, из-за его кровавых событий.

По крайней мере, о другой версии случившегося и того, что происходило тогда на самом деле, мне не было ничего известно.

С тех пор прошло уже несколько лет, и часть истории позабылась. За это время Королевство очень сильно утратило в своих владениях и авторитете, оно превратилось во второстепенное государство, уступив свои позиции Агарской империи и Республике Корпораций.

Фактически с того самого момент, да и по нынешнее время, оно перестало занимать лидирующие позиции в Совете Содружества, как это было ранее. В государстве наступил период анархии и неразберихи. От Королевства отделилось множество колоний, которые провозгласили себя самостоятельными государствами, и хоть многие из них и не вошли в состав Содружества как его полноценные члены, но зато они попали под протекторат тех или иных крупных государств, его основателей.

Если смотреть в этом плане, то тут больше всего подсуетились торгаши. Эти никогда не упустят свою выгоду.

И если бы я искал виновных резни, то подумал бы именно на них. Однако все это лежит слишком на поверхности, чтобы сделать какие-то определенные выводы.

И эта неразбериха и развал государства продолжались до тех пор, пока объединённая палата лордов Королевства чуть ли не обычным тупым общим голосованием выбрала нового главу государства и водворило его на королевский трон. И теперь это был не абсолютный монарх, а фактически избираемая и выдаваемая должность, даже не пожизненная и тем более не наследуемая. Хорошо хоть обязательную смертную казнь в конце срока правления не предусмотрели, как это практиковалось в одном из небольших государств Содружества.

Реально же сейчас власть в стране принадлежала в большей мере палате лордов и в несколько ограниченном разрезе различным фракциям. Они хотя постепенно и сумели восстановить некоторую часть своего былого могущество, но все это было в основном благодаря военной и технической мощи государства, доставшейся им в наследство от предыдущего правления. Большего они сделать не смогли. Того своего влияния и величия, что было при их последней правящей династии, так Королевству добиться и не удалось.

И, похоже, этого еще очень долго не произойдет.

И все это крутилось, как сообщалось в базах, вокруг странной ауры власти, уверенности, верности выбора и непонятного умения не совершать ошибки, которую приписывали всей семье старой правящей фамилии.

Конечно, на мой взгляд, это полный бред, ведь династию все-таки свергли, значит, этот король где-то ошибся, причем по-крупному, но тот факт, что при их правлении Королевство постоянно процветало и было одним из основных столпов Содружества, никуда не девается.

К тому же, пока я перебирал известные мне сведения о бывшей королевской семье государства Минматар, в памяти всплыло несколько слухов о необычайной жестокости и жесткости последнего монарха.

Но тут я ничего сказать не могу.

Такие или подобные слухи и байки ходили буквально при каждом поколении их предков об одном из членов королевской семьи. Так что эти слухи я вообще за основу брать не стал.

Тем не менее, обдумав все полученные из баз знания, я переключился на прерванный разговор и уже совершенно новым взглядом посмотрел на девушку, смотрящую на меня с каким-то странным чувством ожидания и затаенной печали, которые просматривались в ее глазах.

— Значит, ты Лея Таол? — глядя прямо в глаза девушке, задумчиво спросил я у нее.

Не знаю, чего они хотели услышать или увидеть, но волшебные глаза Леи, в которых можно было утонуть, остались для меня точно такими же и после того, как я узнал о том, кем был ее отец.

— Да, — чуть ли не с вызовом, ответила она мне.

Я слегка наклонил голову, принимая ее слова.

— А вы, выходит, Корг Таол и Нара Таол, бывший премьер-министр королевства и его дочка? — больше утверждая, чем спрашивая, произнес я, глядя на них.

Корг лишь молча кивнул, соглашаясь со мной.

— Тебя что-то не устраивает? — Что за непонятная обида мне послышалась в голосе Леи?

— Да нет, — честно ответил я ей, искоса поглядывая и на остальных, а потом, пожав плечами, добавил: — Просто до этого мне никогда не приходилось общаться с кем-то, в ком течет королевская кровь.

— Что и все? И тебе нечего больше сказать? — как-то задумчиво посмотрев на меня, спросил у меня Корг. — Тебя больше ничего не интересует?

— Да нет особо, — чисто в русском стиле ответил я.

— Хм, — протянул он.

Похоже, его несколько удивила моя спокойная реакция на их такое «тайное и страшное» признание, и это заставило креата посмотреть на меня уже в новом свете и совершенно иным взглядом. Только вот что он там увидел, я пока не понимал.

«Неужели в этом моем отношении к ним есть что-то необычное?» — я так и не смог оценить его ответной реакции. Это заставило меня еще раз посмотреть на Лею, потом на Нару и, наконец, на ее отца.

— Ну и как тебе? — неожиданно задал креат очередной вопрос.

«Та еще напряженная и ожидающая удара компания, — усмехнулся я, глядя на них, — и чего они так опасаются-то?»

Так и не поняв этого, я лишь улыбнулся, а потом искоса посмотрев на слушающих меня членов некогда правящей семьи Королевства Минматар, спокойно ответил:

— Да вроде все нормально, люди как люди. Хотя нет… — и я замолчал, выдерживая паузу.

Лея насторожилась, явно ожидая подвоха. И правильно сделала.

— Некоторые еще и чересчур симпатичные.

Уточнять я больше ничего не стал.

Однако Корг, только взглянув на меня, сразу улыбнулся и произнес:

— Это он уж точно не обо мне, — после чего он подмигнул, похоже, кому-то из девушек одним глазом.

«Хотя почему это они слегка потемнели обе?» — задумался я, глядя на них. Ну да ладно, потом постараюсь разобраться в этом.

— Это точно, — согласился я с ним. И как-то разом переключился на абсолютно серьезный и деловой тон. — Только вот я все равно хочу знать, что у вас произошло, — сказал я, глядя прямо в глаза Лее, — и знать я должен абсолютно все.

— Да, — тихо произнесла она в ответ и наклонила голову.

— Я понял, — также добавил Корг, слегка наклонив голову.

— Договорились, — кивнул я, после чего задумчиво произнес: — таким образом, получается, что прелат как-то связан со всеми теми событиями? И если исходить из ваших слов, то он не просто с ними связан, а оказал какое-то прямое влияние. Ведь не просто так ты упомянул родителей Леи.

— Все верно, — подтвердил мои выводы Корг.

Я еще раз кивнул.

— И он не должен добраться до нее.

— Да, — еще раз подтвердил мои слова креат, который раньше был премьером одного из сильнейших и влиятельных государств Содружества, — до нее и до Нары, — немного подумав, добавил он, — ведь и в моей дочери течет кровь Таолов, хоть она не так и сильна в ней, как в общем-то и во мне.

Я вгляделся в лица обеих девушек.

— Не доберется. Ни до Леи, ни до Нары, можешь быть спокоен. Уж это я пообещать тебе могу.

Он удивленно посмотрел на меня в ответ.

— Твоя уверенность мне нравится, — проговорил Корг, — однако, насколько я его знаю, он никогда не перемещается в одиночку и должен был притащить у себя на хвосте целую флотилию.

— Так и есть, с ним целый флот, — подтвердил я его слова. И я передал им на корабль полученные системой слежения данные.

— Ты его хорошо знаешь, — сказал я Коргу, — с ним прибыла целая флотилия. И она уже практически полностью перешла в этот сектор.

— Тогда ты должен понимать, в каком положении мы оказались, — глядя на меня, серьезно произнес креат, — даже трети кораблей, не считая флагманского, хватит на то, чтобы разнести эту станцию в клочья.

Я улыбнулся. Не знаю, кто это сказал, но это работает. Если тебе страшно, то смейся — и страх уйдет. Ну, или, по крайней мере, тебе самому так покажется.

А поэтому я, еще раз посмотрев на полученные данные, сказал:

— Я это прекрасно осознаю, — согласился я с ним, — но он выбрал не тех, на кого ему следовало нападать.

— И что нам делать? — сразу заговорил сержант, переходя к сути вопроса.

Я еще раз усмехнулся.

— Коль у нас тут появились нежданные гости и они уже направляются в нашу сторону, то пора бы их встретить со всем нашим гостеприимством и радушием.

— У тебя есть план? — напрямую спросил Корг, глядя на меня.

— Не то чтобы это можно было бы назвать планом, но так, кое-какие наметки на него. И основан он на одном сюрпризе для наших гостей. Очень неприятном. Но здесь мне нужна будет помощь Вира. Он готов поработать?

— Без проблем, — к нашей беседе мгновенно подключился щуплый креат.

— Тогда будем действовать так…

— Это нереально, — произнес Корг после того, как человек изложил им свою идею, — только полный идиот поверит этому.

— Не скажи, — вдруг произнес до сих пор молчавший тролл, который когда-то давно был одним из лучших психоаналитиков Содружества, — ты не поверишь, но именно этот его бредовый план и может сработать. Я, конечно, не знаю, откуда у него столько информации о флагмане этой флотилии и ее командующем, но если психологический портрет им составлен верно, то его предложение вполне может сработать.

— Но как? — удивленно посмотрела на Крада, а так звали тролла, Нара. — Это же полный бред. Почему они должны поверить ему и его словам?

— А вот тут-то все как раз и сработано на таком высоком уровне, что я до сих пор теряюсь в догадках, почему никогда раньше не слышал об этом молодом человеке.

— Да о чем ты? — пожилой креат, сержант, который сейчас должен был выступить лишь в роли пассивного зрителя, хотел услышать больше конкретики.

— Судите сами, — и Крад показал на тактический экран рейдера, — даже мне, далекому от командования такими значительными силами троллу, понятно, что мы в очень неравных условиях и положение у нас не то что критическое, да у нас нет ни единого шанса не то что на победу, здесь впору считать хотя бы наши миллионные шансы на элементарное выживание. И то у нас их не будет. Да нас в мгновение ока превратят в пыль вместе с этой самой станцией.

И тролл постучал руками по поручню кресла, в котором он сидел.

— Но он, — и Крад ткнул пальцем в изображение отрешенного лица Макса, — предлагает пойти совершенно иным путем. У нас нет ни единого шанса при прямом противостоянии. Но никто не сказал, что именно это наш единственный путь. Он выбрал другой. И этот путь называется «блеф». Не важно, во что веришь ты сам, главное, во что верят твои противники. И если они увидят перед собой исполина, то они поверят в это. Осталось только этого исполина им показать. Чем, как я понимаю, сейчас и занимаются Макс с Виром.

После чего тролл повернул голову в сторону щуплого креата, корпевшего над экраном своего визора.

— Нам же остается только ждать и верить в то, что тот монстр, которого они сумеют изобразить, будет достаточно правдоподобен, чтобы в него поверили и другие. — И он перевел взгляд на тактический экран.

Сейчас все зависело лишь от двух существ: гениального хакера, который сидел поблизости от него, и того, кто все это задумал. Кем был последний, Крад для себя так и не решил. Но судя по тому, в какие авантюры влезал последний, он больше всего тянул на махинатора. Но махинатора с большой буквы.

И тролл невольно посмотрел в сторону Леи — чем-то характер и задачи, которые ставил перед собой этот странный и все еще непонятный ему человек, напоминали отца девушки. Ведь и тот когда-то был гениальным махинатором. Только вот чем все это закончилось, тролл прекрасно помнил.

«Подождем», — подумал он.

Ведь было и еще кое-что, что все-таки разнило того, кто когда-то представился им «Технарем», и отца девушки.

Слишком все-таки этот парнишка был не похож на того, о ком только что подумал тролл. Ведь слишком разными оба эти разумных были в своих решениях. И вот теперь они могли оценить, чей подход к решению поставленной перед собой цели был более жизнеспособным.

— Началось, — резко произнесла Лея, и все разом посмотрели на главный экран рейдера.

«Началось, — согласился с ней тролл, — вот он, момент истины».

Линкор «Возмездие»

— Господин полковник, — обратился дежурный связист к графу Тренгу, — что-то странное происходит с системой связи.

— О чем вы? — удивился пожилой, но еще очень крепкий и жилистый мужчина с волевым лицом бывалого военного, сидящий в кресле капитана корабля.

— Мы получаем прямое сообщение, адресованное нам, однако его источником является сама наша рубка, — и связист вывел запрос на соединение на головной экран рубки управления линкором. — Разрешить подключение? — уточнил он у Тренга.

Полковник уже устал удивляться странностям, произошедшим с ним за последнее время, а потому он лишь просто кивнул головой, давая свое согласие.

— Связь установлена, канал открыт, — доложил связист, и подключил передаваемую картинку.

— Добрый день, — раздалось с экрана, — давно мы с вами не встречались.

Полковник сидел и смотрел на молодого парня, обратившегося к нему.

Уверенность, властность и привычка отдавать приказы так и сквозили в каждом жесте, слове и манере общения этого молодого человека, хоть при этом и казалось, что говорит он обычными обыденными фразами. Да и произнес он всего одну-единственную фразу, при этом практически не шевелясь и не жестикулируя. Так почему при взгляде на него складывалось именно такое впечатление? Полковник ответить на этот вопрос не мог.

— Добрый день, — не стал грубить глава целой флотилии, что волею судьбы оказалась тут и сейчас, какому-то непонятному парню. Он не мог понять, кто этот человек и как он смог с ним связаться. А поэтому он поинтересовался тем, что следовало выяснить в первую очередь.

— Разве мы с вами знакомы?

Парень с экрана улыбнулся.

— Ну как же, вы разве уже забыли?

И будто этот молодой человек натянул на лицо очередную маску.

— Господин начальник. Неужели не узнали? Техник я. Из младших. Макс Полтинник.

И парень с экрана вновь растянул губы в насмешливой улыбке.

Полковник резко обернулся в сторону сидящего чуть поодаль Георга.

— Он? — только и спросил Тренг.

— Да, — быстро кивнул тот ему в ответ, подтверждая слова говорившего.

— Вижу, вы меня вспомнили, — вновь раздалось с экрана.

Просто так этот вроде как считающийся погибшим техник воскресать бы не стал. А поэтому и на связь он вышел не только для того, чтобы еще раз представиться, поздороваться и напомнить им о своем существовании.

Осознав это, полковник перешел сразу к делу, ведь ничего иного пока ему не оставалось.

— Что вам нужно? — спросил он, глядя на того, кого раньше знал под именем Макса Полтинника.

— Чтобы вы и ваш флот быстро и без вопросов покинули этот сектор, — будто эта просьба была сущей мелочью, произнес мнимый техник.

— И больше ничего? — усмехнулся в ответ командующий флотилией.

— Да нет, — пожал плечами парень, — разве что вы труп прелата выбросите за борт.

Понимание того, что этот восставший из мертвых нагловатый парень знает о том, что на борту находится прелат, почему-то совершенно не удивило Тренга. Если честно, чего-то подобного он и ожидал.

— И у нас есть какие-то веские причины последовать вашему, так сказать, «совету»? — спросил полковник, глядя на техника. Хотя теперь было понятно, что этот парень такой же техник, как и сам Тренг звезда голосериалов.

— Например это, — спокойно произнес молодой человек ему в ответ.

И практически мгновенно, сразу после его слов, резко вырубился свет в рубке, а потом заморгало тусклое освещение, работающее после переключения энергетической системы на резервный генератор.

— Что это? — ошарашенно огляделся вокруг полковник. Он видел, что им с его консоли управления потеряна связь с головным искином и теперь он совершенно не управляет своим кораблем.

И, судя по изумленным лицам его подчиненных, сидящих тут же, контроль над кораблем или отдельными его функциями утратил не только он. Это же подтвердили и следующие слова того, кто когда-то назвался Максом Полтинником.

— Отсеки заблокированы, — начал перечислять парень, спокойно смотрящий на происходящее в рубке линкора с экрана визора систем связи (она, кстати, не отключилась), — охранные дроиды переведены в режим защиты от абордажа, и все, кто не пройдет проверки по отклику «свой — чужой», будут ими восприниматься как враги. Все навигационные, двигательные и управляющие системы отключены или блокированы. По линкору передается сообщение о запрете перемещения. Доки и орудийные шахты изолированы от внешнего проникновения. Вся авиация поддержки законсервирована.

И парень посмотрел на них с экрана визора.

— Мне продолжать дальше? — спросил он, переведя взгляд и вглядевшись в глаза полковника. Теперь там сверкала все та же сталь, что Тренг заметил в этом человеке еще в начале их разговора.

— Не нужно, — ответил тот.

— Я рад, что мы с вами быстро разобрались в ситуации, — кивнул этот непонятный парень, — как вы понимаете, теперь ситуация несколько изменилась.

— Вы о чем? — посмотрел на говорившего Тренг.

— Теперь я уже не предлагаю вам покинуть сектор, да и про прелата мне пока сказать вам нечего, — и этот Макс пожал плечами, — как оказалось, он может потребоваться нам живым.

— Что с остальным флотом? — поинтересовался полковник. Он нес ответственность за свою флотилию, но сейчас, оказавшись изолированным в своей командной рубке на этом линкоре, превратившимся для них в огромную мышеловку, он никак не мог повлиять на дальнейшую судьбу остальных кораблей.

Парень на некоторое время задумался.

— У меня всего один вариант, который я могу вам предложить, — сказал он, посмотрев прямо в глаза Тренга, — эти корабли мне не нужны. И если они будут находиться в этом секторе или как-то помешают мне, то я буду вынужден их уничтожить. Сейчас все они так же контролируются моими людьми. Однако мне нет необходимости плодить лишние жертвы, тем более в таком количестве. Поэтому я готов открыть для вас широковещательный канал, а также позволить вашим кораблям уйти из этой системы, разблокировав им ограниченный запуск навигационных искинов и прыжковых двигателей. Координаты точки прыжка я вам выдам заранее. Те, кто попытается ввести другие прыжковые координаты, будут немедленно уничтожены. Это мое единственное для вас предложение.

Полковник понимал, что большего в этой ситуации он добиться не сможет, особенно если этот человек говорит правду. А сомневаться в этом не приходилось, слишком многое указывало на правоту слов неизвестного.

— Я согласен, — особо не раздумывая, произнес в ответ Тренг. Это был тот шанс, который он мог дать своим людям, и он не хотел его терять, даже если это в конечном итоге окажется ловушкой.

Только вот он почему-то поверил этому человеку, с которым его уже дважды свела судьба. Теперь он был уверен, что те недавние события, произошедшие у него на линкоре, напрямую связаны с этим «младшим техником». И если все было, как он предполагал, то и их встреча в этом секторе далеко не случайна. Как и тот, казалось бы, проигрышный бой, во время которого они сцепились со сполотами.

Теперь Тренг почему-то не сомневался, что и там была организована операция с двойным, если не тройным дном. Этот непонятный человек не солгал.

Уже через пару минут мнимый техник сообщил о том, что полковнику разрешена голосовая односторонняя передача. И тогда же он переслал ему координаты сектора назначения.

— Что там находится? — спросил Тренг, в общем-то не рассчитывая на ответ. Но он его получил.

— Не знаю, — честно сказал парень, глядя на него, — все что мне известно о нем, так это то, что этот сектор отмечен как необитаемый и оттуда ваши корабли, если они не забыли заправиться, смогут за месяц добраться до ближайшей границы Агарской империи.

— Понятно, — кивнул головой Тренг. Он не ожидал даже этого. Парень оставил всем его подчиненным реальный шанс на выживание. И уже это говорило о том, что ему и вправду не нужны лишние жертвы.

— Спасибо, — тихо произнес старый солдат, — я этого не забуду.

После этого было сообщение, которое он передал всем капитанам своей бывшей флотилии. Текст они согласовали с этим самым Максом. Тот не хотел лишней паники или самодеятельности среди капитанов других судов, а потому полковник должен был передать им лишь свой приказ перейти в другой сектор и выдать его координаты. О дальнейших действиях его подчиненные должны были догадаться сами, когда прибудут на место, если, конечно, они хотели выжить.

Но Тренг не сомневался в них. Он, в большинстве своем, подбирал хороших офицеров. И был уверен, что они правильно оценят свое положение и выполнят его приказ.

Теперь же оставалось лишь ждать. Только вот чего, полковник не знал.

Однако человек сказал о том, что скоро сюда должны прибыть те, кто хотел бы пообщаться с прелатом лично. И уже именно они будут решать дальнейшую судьбу линкора и его экипажа.

Сам же мнимый техник свою миссию выполнил. По крайней мере, так сказал он сам.

А потом этот человек отключился и исчез с экрана. И потекли долгие часы ожидания.

Боевая станция

— Невероятно, — Корг ошарашенно смотрел на показания систем сканирования, — их суда покидают систему. Они купились. Но как?

И он повернулся к Виру, сидящему за своей консолью управления.

— Видимо, наш парнишка умеет убеждать, — хмыкнул тот в ответ. И ввел какие-то новые команды.

— Тарк, — произнес он, поглядев на показания датчиков, — два корабля остались тут, в секторе.

Но потом он проверил еще что-то.

— Да, он прав, так и нужно поступить, — видимо одобряя какие-то действия человека, прокомментировал их штатный хакер, следя за данными на своем искине.

— Что там? — это спросила у него Лея.

О том, что происходит в секторе, можно было узнать лишь через данные, передаваемые Максом, или через Вира, который тоже подключился к системам связи и сканирования станции.

— Два эсминца. Они направляются в сторону линкора. Видимо, что-то смутило их в отданном приказе, или они ему просто не поверили, или еще какая-то причина, но двигаются сейчас они в его направлении, при этом постоянно пытаясь связаться с ним и со станцией. Пока мы перехватываем их сигналы. Нельзя, чтобы головной искин линкора активировался и вышел из тестового режима, пытаясь ответить на них. Пока идет тестовый прогон, он изолирован. Это же мы сделали и со всеми остальными искинами корабля. Мы не смогли получить полный доступ к искинам и перехватить управление ими. Слишком там сложная система защиты, нашего доступа хватило только на ограниченный перечень инженерных мероприятий. Зато, благодаря предусмотрительности Макса, — и как он только это смог провернуть, — мы можем проводить их постоянно.

— А что он сделал? — это спросила Лея.

— Но при чем тут эсминцы? — одновременно с нею удивилась Нара.

— Мы не смогли запустить полное тестирование систем, ведь корабль сейчас находится в автономном рейде, — начал отвечать Вир, глядя на девушек, — поэтому нам пришлось пойти на хитрость. — И он посмотрел на Лею. — Вот тут-то и выяснилось, что у Макса есть младший инженерно-технический допуск к системам линкора. Только вот откуда он у него, не спрашивайте, я не знаю.

И он перевёл свой взгляд на других слушающих его людей.

— После подключения мы немного смухлевали, я даже не знал о такой дыре в их системе защиты, и подсунули ему данные, будто он сейчас находится на техническом обслуживании.

На некоторое время Вир замолчал, вводя какие-то данные на свою консоль.

— Так вот. У этого режима есть несколько ограничений. И самое важное для нас — это то, что он полностью не воспринимает любую деятельность, происходящую внутри корабля, считая ее ремонтной. При этом им полностью игнорируются все внешние раздражители и сигналы. Но если так случится и что-то или кто-то опровергнет эту информацию, то все системы линкора вновь мгновенно прервут свой текущий статус тестирования и перейдут в штатный режим работы. А одного линкора подобного класса за глаза хватить, чтобы разнести весь этот сектор и нашу станцию на мелкие кусочки. Вот и думайте.

— Но эсминцы? Что с ними-то не так? — все еще не понимала девушка.

— Они пытаются связаться с головным кораблем. А это и есть те внешние сигналы или воздействие, от которого мы должны защитить линкор. Ведь для активации системы связи нужна полноценная работа головного искина. Ту нашу разовую передачу, что совершал их главный, мы пустили через вспомогательное оборудование, потому там мощности и едва хватило только на голосовой ряд. Правда, такой тип сигнала был выгоден и нам самим, но это к делу не относится. Ну а в нашем случае, как только потребуется его немедленная полноценная работа, он, естественно, прервет тестирование. Ну, а дальше, вы понимаете что случится.

— От нас не останется и мокрого места, как сказал Макс когда-то, — угрюмо пробормотал сержант, а потом уточнил: — Так что он делает с этими кораблями? Почему ты сказал, что он правильно поступил?

— А, это, — и Вир вывел на головной тактический экран рейдера новую карту, — смотрите сюда. Макс все правильно рассчитал и уже заранее стал стягивать к линкору автоматические орудийные башни, маскируя их под различные астероидные поля, разбросанные вокруг. Тем самым он организовал некую заградительную линию, вернее даже зону. Командиры эсминцев еще не до конца осознали, правильно они поступили или нет, а потому осторожничают и продвигаются в сторону линкора достаточно медленно. И как раз сейчас они по очереди проходят участок, подготовленный к их встрече.

— Но орудийные башни не слишком опасны для этого типа судов, — быстро оценив задумку, сказал Корг.

— Все верно, — согласился с ним Вир, — только это не для них, а для их судов поддержки. А вот для самих кораблей Макс подготовил кое-что другое.

После чего он похлопал ладонью по карте.

— Со стороны станции по ним ударит несколько торпед.

И он выделил на карте небольшую область.

— Осталось лишь дождаться того момента, когда оба эсминца войдут в зону уверенного поражения.

Не успел Вир договорить, как из той точки, где они находились, в направлении летящих кораблей агарцев отправилось порядка двух десятков торпед.

— Только вспомни тарка… — быстро произнес он и добавил: — Сейчас нужно оградить линкор от случайных выстрелов и повышенного количества отправляемых ему запросов на открытие канала связи. Иначе мы провалим все дело. Первым займется Макс, ну а переговоры за мной.

И сухощавый креат с головой погрузился в работу.

Остальным лишь вновь оставалось наблюдать за ним и ждать. Ждать завершения очередного шага в бредовом плане их командира. Плане, который почему-то, несмотря на все препятствующие ему события, и не думал проваливаться.

Открытый космос

Резко и пронзительно завыл сигнал тревоги, ударив по ушам и заставляя встрепенуться. Никто сразу не смог определить причин подобной тревоги, особенно командир этого судна. Он беспомощно уставился на экран своего рабочего искина, пытаясь разобраться в ситуации, но это было не так просто, как оказалось.

Тут все было не так, как он предполагал, когда с радостью соглашался на этот пост.

— Капитан, — отвлек капитана эсминца взволнованный голос. Это закричал совсем молодой мичман, только недавно поступивший на службу. — Регистрирую старт двадцати двух торпед класса «Разрушитель».

Капитан приподнялся в кресле и испуганно посмотрел на тактическую карту, где теперь были ясно видны выпущенные торпеды.

— Они что там, совсем сбрендили? — оторопел такой же молодой, как и сам мичман, капитан эсминца «Миссия Тора». Он только недавно получил под свое командование этот современный и усовершенствованный корабль. Пост же достался ему как наследнику одного из древних аристократических родов. Тут подсуетился его отец и просто выкупил для него эту должность. Так он мог гораздо быстрее подняться по карьерной лестнице. Особенно если за его плечами будет настоящий боевой опыт.

И вот теперь этот молодой капитан, столичный щеголь и ловелас, который до сих пор лишь щеголял своей офицерской формой в модных столичных клубах, салонах или на балах, наконец понял, что этот опыт не достается просто так, его не приобретешь за деньги своего отца. И они теперь ему тут ничем не помогут. Тем более ведь был приказ немедленно покинуть сектор, но столичный пижон его проигнорировал. Он не знал, чем был тот вызван, и хотел выяснить это лично, при общении с командующим эскадрой.

В этом не было никакой подозрительности, просто этот туповатый парень считал себя чуть ли не ровней полковнику и полагал, что тот просто обязан все досконально объяснить ему, практически доложить.

«Пусть другие ведут себя как тупые жлаки», — подумал он, когда увидел, как все остальные, даже не оспаривая приказа командующего, покидают сектор. Сам же он остался и попытался связаться с линкором, однако тот не отвечал на его запросы и не выходил на связь.

И вот теперь эти торпеды. Даже до такого недалекого человека, каким был этот разбалованный молодой пижон из столици, дошло, что граф Тренг, похоже, как мог, пытался спасти своих людей. И теперь этот шанс для капитана эсминца «Миссия Тора» был упущен.

— Не хочу, — прошептал он, глядя на то, как к их кораблю несется армада торпед, — не хочу.

И беспомощно оглядевшись вокруг, сел в свое кресло. Его поглотила волна ужаса и страха.

Торпеды неслись, чтобы забрать его жизнь. Его, наследника древнего и славного рода, одного из самых завидных женихов столицы.

Его…

Вдруг молодой красавчик из столицы ощутил сильнейший удар в челюсть, который резко встряхнул его голову и отбросил вниз.

— Молокосос, — проворчал старший помощник, презрительно глядя на свалившегося на пол каюты пацана. Этот пожилой офицер был из низов и поднялся до своего нынешнего статуса, пройдя все ступени службы во флоте. В его глазах этот щеголь не кем иным и не был.

Тот под его взглядам сжался и попытался отползти куда-то под приборную панель управления кораблем.

Старпом презрительно скривился и, оглядевшись вокруг, стал быстро раздавать приказы.

— Слушать сюда, у нас еще есть время. Всю энергию силовых щитов на левую полусферу. Объявить сброс малой авиации.

Его уверенность через твердый голос и четкие команды передалась и остальному экипажу, находящемуся в рубке.

— Малые истребители покинули корабль, — доложил один из офицеров.

— Обозначить цель для истребителей, — произнес старпом, проверяя данные, — задать главный приоритет на перехват торпед противника.

— Выполнено, — отрапортовал тот же офицер.

— Хорошо, — кивнул взявший в свои руки управление эсминцем старший помощник, — активировать систему противоракетной обороны.

— Три секунды, — доложил оператор поста контроля.

— Принято, — кивнул старпом и тут же обратил внимание на резкое изменение ситуации на тактическом экране. Со стороны ближайших астероидных полей по мечущимся у бортов эсминцев малым истребителям открыли огонь автоматические турели.

— Вот тарк, они нас зажали, — и он поглядел на сосредоточенные лица подчиненных, теперь это были его люди, — так они нам не смогут помочь.

Старпом сразу сообразил, что задумал противник. Он ведет отстрел вырывающихся вперед малых судов, способных сбить торпеды, при этом сам эсминец будет не в состоянии защититься от такой лавины тяжелых ракет. Нужен был другой вариант.

Офицер оценил текущее положение на поле боя. Второй находящийся вблизи них корабль первым должен был попасть под ракетный залп. Это и натолкнуло его на определенную мысль.

— Проложить маршрут по встречному вектору движения ко второму эсминцу, — скомандовал он.

Навигатор даже не стал никак отвечать или комментировать, а просто приступил к заданию новых координат движения.

— Готово, — доложил он через пару минут.

— Вижу, — подтвердил старпом и продолжил говорить: — Как только окажемся прикрыты телом второго корабля, задать ускорение перпендикулярно к вектору его движения, при этом просчитай смещение относительно этого эсминца.

Некоторое время навигатор лишь смотрел на пожилого офицера, но тут до него дошел весь смысл заданного маневра.

— Вы хотите использовать его как живой щит?

— У тебя есть другое предложение? — жёстко спросил старпом.

— Никак нет, — ответил тот.

— Тогда выполняй, — скомандовал настоящий космический вояка, который прекрасно понимал, что выжить обоим кораблям не удастся и, если можно, пожертвовав одним, спасти другой, он пошел на это не задумываясь. И если бы пришлось превратить в щит именно их эсминец, он тоже сделал бы это без колебаний. Таким его воспитал флот. Преданным Империи и своему командиру.

А тот приказал им покинуть этот сектор. Почему он не вмешался тогда, когда этот столичный идиот отказался исполнить приказ полковника, старпом не знал. Но теперь он прекрасно понимал, что то сообщение графом Тренгом было передано им всем не зря. Он пытался вывести из-под удара своих людей, сам же при этом оставаясь тут в системе.

Офицер проследил, как навигатор просчитал и ввел траекторию нового движения судна.

— Вернуть все малые истребители на борт, — приказал он. А потом вновь посмотрел на навигатора. — Ввести переданные с линкора координаты, и уходим отсюда. Граф не зря дал нам эту возможность.

И он жестко посмотрел в глаза молодому и строптивому офицеру, который тем не менее прекрасно выполнял свои обязанности и прекрасно понимал, что же сейчас тут происходит, в отличие от сжавшегося в углу аристократишки. Глядя на это упрямое лицо, старпом увидел свое собственное отражение и понял, кто станет следующим командиром этого эсминца, а возможно, когда-нибудь поведет в бой и свою флотилию. Только вот для этого им сначала нужно выжить.

— Начать разгон, — скомандовал он.

Ну, а в секторе между тем остались не успевшие вернуться обратно малые суда поддержки, обреченный эсминец и молча наблюдающий за этой трагедией громадный линкор.

Боевая станция

— Все, — произнес Вир, отрываясь от экрана, — один эсминец уничтожен, второй — совершил очень грамотный маневр уклонения, использовав первый как некий буферный щит, и ушел в прыжок. Ну, а с разной мелочью разберутся автоматические турели.

— Замечательно, — не очень веря в то, что у них все получилось, посмотрев на него, спросил Корг, — ну а что дальше? Мы тоже покинем сектор?

Вир посмотрел на него, хотел что-то сказать, но не успел ответить.

— Вы покинете, — неожиданно раздалось со стороны экрана, и это обращался к ним человек, их командир, который сейчас находился в центре боевой станции и канал связи с которым все еще не был разорван.

— Что? — вскинулась Лея, она сразу сообразила, что говорится именно только о них. Вернее, только об их корабле.

— Ты же обещал, — со слезами и детской обидой в голосе очень тихо произнесла она, обращаясь к Максу.

— Не все обещания сбываются, к сожалению, — так же тихо ответил ей тот и перевел свой взгляд на Вира, — я так понимаю, самого главного ты им так и не рассказал? — спросил он у щуплого креата.

Все изумленно посмотрели в сторону невысокого хакера.

— О чем он говорит? — подойдя к нему и заглянув прямо в глаза, спросила у того Лея.

— Ну, — и Вир немного смущенно отвел взгляд в сторону, — если мы оставим линкор без контроля, то он перейдет в штатный режим работы. А это не позволит нам покинуть пределов этого сектора, они сразу обнаружат нас.

— Не понял, — протянул сержант, — и чем нам это грозит? Ведь линкор и так находится уже под нашим контролем.

— Да, — кивнул Вир, — но главное в этом, что только пока. — И поглядев на всех остальных, он тихо добавил: — Так оказалось, что инженерный канал обслуживания для линкора установить можно только со станции и поддержать его можно лишь отсюда. А это значит, что как только мы покинем пределы станции, то мы потеряем контроль и над кораблем.

И немного помолчав, он все так же тихо произнес:

— Кто-то должен остаться тут и контролировать линкор. И этот кто-то должен обладать инженерными сертификатами и допуском. А такой среди нас всего лишь один.

И щуплый креат опустил голову.

— Мы не смогли придумать ничего другого, и он сам так решил, — закончил говорить Вир, кивнув головой в направлении экрана, с которого за ними наблюдал человек.

— Нет, — прошептала Лея, зажав ладошкой рот, — ты же обещал. Обещал!

И она со слезами на глазах посмотрела на спокойно ответившего на ее взгляд человека.

— Да, обещал, — тихо произнес он, но потом с какой-то нежностью и мягкостью в голосе, добавил: — Обещал, что ни ты, ни Нара не достанетесь прелату. И я сделаю все, что от меня потребуется, чтобы сдержать это обещание.

И он взглянул на Корга.

— Я заблокировал ваш отсек, — сказал очень спокойным и ровным голосом Макс, — это на тот случай если вы решите не бросать меня. Уходите. Не дайте пропасть моим трудам зря.

И тот, кого называли Технарем, еще раз взглянул в глаза Лее.

— Пожалуйста. Очень прошу. Есть вещи, которые дороже любой жизни. И тем более моей собственной. И для меня это вы. Поэтому я не дам погибнуть вам, если у меня есть такая возможность. Я не дам погибнуть тебе и Наре. Улетайте отсюда, пожалуйста.

Сержант да и остальные пораженно смотрели на человека, который собственноручно подписал себе смертный приговор тем, что остался тут.

— Хорошо, — неожиданно холодным, безжизненным голосом произнесла Лея и, как какой-то робот, подошла к пилотскому креслу. — Я выполню эту твою просьбу.

После чего девушка начала готовить их рейдер к старту.

— Только запомни, — вдруг резко выкрикнула она, — если ты погибнешь, я тебя возненавижу и все твои труды все равно пропадут. Ведь я сама прострелю себе голову. Запомни это. Запомни!

И она разрыдалась. А потом все так же резко, будто стряхивая наваждение, вскинула голову, вытерла щеку рукой и ввела последние команды предстартовой готовности.

— Так что я буду ждать тебя у нас базе, — тихо закончила она, включая двигатели корабля.

Нара осторожно подошла к своей сестре и на физическом уровне почувствовала, какая сильная волна отчаяния и боли тянется от нее в сторону горящего экрана, с которой на нее смотрел молодой парень. Девушка осторожно приобняла свою сестру за плечи и, переведя взгляд на экран, добавила:

— Мы обе будем тебя ждать.

Молодой человек посмотрел на них, казалось, он впитывает каждую черточку лиц обеих девушек, пытаясь запомнить их как можно тщательнее.

— Я буду помнить об этом, — глядя на двух сестер, ответил им парень, — я всегда буду помнить об этом.

И как только он произнес эти последние слова, док открыл шлюзовые ворота.

— Вам пора. Прощайте, — сказал парень.

— Идиот, — неожиданно вспылила Нара, — до свидания, идиот ты тупой.

Макс улыбнулся.

— Простите. До свидания.

После этого корабль вылетел в открытый космос, покинул пределы контроля станции и ушел в прыжок.

Все это время за улетающим рейдером наблюдал маленький человек, который сидел в самом сердце станции, посреди огромных вычислительных искинов.

— До свидания, — тихо произнес он.

Глава 6

Фронтир. Неизвестная система

Боевая станция

«Ну вот я опять и один…» — Грусти не было, я прекрасно осознавал необходимость того шага, на который решился. Нужно было вытащить девочек из этого сектора, и я это сделал.

То, что нам не выбраться всем и сразу, я понял, как только смог подключиться к линкору.

Особенности инженерного интерфейсного канала таковы, что их нельзя перенести или привязать к какому-либо иному объекту, где отсутствует внешний интерфейсный инженерный модуль. А такие, что было понятно, есть только на сверхтяжелых судах, вроде того же линкора, или на крупных космических объектах, таких, как эта боевая станции или, например, космические ремонтные верфи.

Так что я сделал то, что сделал. И сделал это так, как считал возможным и лучшим на тот момент. Главным для меня сейчас была безопасность Леи и Нары. Ее я и обеспечил, как смог. И коль мне пришлось обеспечить ее такой ценой, то что же, не мне выбирать способ оплаты. Свобода и жизни девочек для меня стоят несоизмеримо дороже.

Теперь же осталось дело за малым: самому каким-то образом выбраться отсюда, ну или постараться придумать еще что-то.

Я стал обдумывать то положение, в котором оказался, прокручивая ситуацию и рассматривая ее с множества различных точек зрения.

И это вогнало меня в некий своеобразный транс. Часть моего сознания по-прежнему управляла станцией и контролировала тестовые прогоны оборудования линкора, но вот вторая его часть начала составлять какую-то невероятную и нереальную цепочку причинно-следственных связей, о которых я никогда бы в жизни не подумал.

И началось все очень издалека.

Как когда-то сказал один мой лектор, когда специально задал нам задачу, не имеющую решения, — так он хотел подшутить над нами и посмотреть на то, как долго мы провозимся над нею, пока не поймем всей ее ошибочности, — для правильного решения любой задачи нужны возможности, верные исходные данные и ресурсы, чтобы реализовать задуманное и найти необходимое решение.

Конечно, решение может не уложиться в отведенное для этого время, но это означает лишь то, что одного из ресурсов, в том числе и времени, при постановке конечных целей и реализации различных этапов решения этой задачи нам не хватило, или мы просто на просто не рассмотрели все доступные нам возможности.

Правда, тогда же он уточнил, уже после того, как мы практически полтора часа просидели над ее условиями, что кроме всего прочего нужно четкое понимание цели, которая достигается в процессе решения. Ведь любая задача направлена на точную конкретизацию цели и если она не видна, то мы получим решение ради самого решения, а оно может стремиться к бесконечности.

И мы должны уметь четко разделять эти категории поставленных перед нами задач и вопросов, те, что могут иметь решение и на которые можно найти ответ в данном конкретном случае и именно для нас, ведь они подводят нас к какой-то определённой цели, и те, которые не имеют такого решения или ответа.

Даже у той задачи, без фактического решения, лично для нас было верное логическое завершение. И оно было очень простым, мы должны были понять, что эта задача является ловушкой и она не имеет решения.

Ну, а у преподавателя была другая цель и, соответственно, другая задача. Сама задача заключалась в том, что ему было необходимо выделить среди нас тех, кто избежит расставленной им ловушки. И она приводила его к конкретной цели, так как оказалось, что он подбирал нужных ему людей, для работы в определенном проекте.

И как следствие, в качестве решения он выбрал такой вот своеобразный тест. И это было еще одним постулатом, который мы должны были осознать. Заключался он в том, что задача для одних может быть решением для других. И все это зависит от первоначально поставленной цели.

Если исходить из всего этого, то какая у меня сейчас цель?

На ум сразу приходит только то, что мне необходимо покинуть этот сектор. Чаще всего явно обозначенная цель и является основополагающей.

И коль других целей у меня пока нет, именно эту мы и примем за основу.

Дальше. Следующий постулат — это правильно выделить ту задачу, которую мне требуется решить для достижения поставленной цели. И тут все определяют те возможности, что у меня есть в наличии, и те ресурсы, до которых я могу дотянуться.

И что у меня есть, чтобы осуществить эту, такую нужную, но такую нереальную для меня проблему?

Задав себе этот вопрос, я понял, что в общем-то путей для отхода, которые для меня и являлись теми возможностями, что позволяли покинуть этот сектор, у меня в общем-то как таковых сейчас особо и нет. По факту, это лишь то ограниченное множество судов, которые пришвартованы в доках и которыми я могу воспользоваться.

Однако захват любого из них в конечном итоге сопряжен с раскрытием моего присутствия именно тут, на станции, и, как конечный итог, с потерей контроля над линкором, ведь мне рано или поздно все равно придется покинуть пределы этой станции.

А поддерживать установленный канал я могу только отсюда, такова специфика инженерно-технических интерфейсов. Но тем не менее это уже что-то, ведь корабль мне будет необходим в любом случае. Сам я без него никак не смогу покинуть пределов этой системы. Корабль и является, следовательно, одним из обязательных исходных условий для любого плана побега и обязательным ресурсом любой возможности, позволяющей достигнуть поставленной передо мной цели.

Но это лишь одна определившаяся величина, которая мне потребуется. А если смотреть в общем, то в итоге у меня получается замкнутый круг.

Я не могу улететь со станции, так как должен оставаться на ней, чтобы продолжать контролировать линкор, но и тут я бесконечно оставаться не могу, так как рано или поздно на линкоре все-таки сообразят, что весь этот спектакль с мнимым перехватом управления над ним одна сплошная фикция. И тогда мне будет необходимо срочно сматываться отсюда. И я даже знаю, как это сделать. У меня, пока я нахожусь тут на станции, есть прекрасная возможность захвата какого-нибудь судна.

Подготовить идеальные условия для проникновения на борт и перехвата управления любого из кораблей на станции и того, чтобы я смог покинуть потом ее пределы, не составит большого труда. Особенно с тем уровнем доступа, который у меня сейчас был к управляющим системам этого стационарного космического объекта.

Вот вновь и всплыл один из главных ресурсов, под названием «корабль». Поэтому не став откладывать в долгий ящик, я решил обозначить для себя тот, которым потом воспользуюсь.

Просмотрев реестр кораблей, я довольно быстро выбрал для себя один скоростной и маневренный перехватчик с дальностью прыжка в тридцать секторов, которым можно было воспользоваться, чтобы покинуть этот сектор.

Грузы на нем не повозишь, но если потребуется очень быстро доставить кого-то на большое расстояние, то это будет просто незаменимое судно. Ну, или кому-то потребуется откуда-то сбежать. Суть использования этого корабля не меняется. Быстро и далеко… Да и по своим размерам он оказался не очень большим.

Его, с небольшой потерей грузового объёма, можно будет пришвартовывать на «Дикий Крафт», используя тот как матку-носитель, хотя этот перехватчик и сам является полноценным космическим кораблем.

В общем, выбранное судно мне понравилось, и я уже не сомневался, что воспользуюсь именно им в случае побега. Только вот выбор подходящего мне средства побега так и не подводил меня к поставленной цели.

Как только я покину станцию, система слежения линкора сразу меня обнаружит. А обнаружив, с этого сверхтяжелого корабля не составит труда уничтожить или захватить любой корабль малого или среднего класса.

Вот круг и замкнулся.

Но обозначив, казалось бы, циклические условия того имеющегося множества разноплановых задач, что требовали моего решения, я четко выделил для себя ту единственную из них, которая позволяла разорвать этот замкнутый круг и достигнуть поставленной передо мной цели, а именно: покинуть эту систему.

И вся загвоздка была в данном случае в зависшем неподалеку от станции боевом сверхтяжелом корабле.

«Нужно что-то решать с линкором, вот та основная задача, которую я должен решить на текущий момент», — конечно, эта мысль не была верхом гениальности, но она точно обозначила ту внешнюю преграду и угрозу, которую мне следует устранить, чтобы у меня появилась реальная возможность однозначно достигнуть поставленной перед собой цели.

Теперь мне нужно было определиться со списком ресурсов и возможностей, что у меня были для решения этой, уже конкретно поставленной, задачи.

Первое. И самое главное. У меня есть опосредованный ограниченный доступ к системам управления линкором. И поэтому мне необходимо исходить именно из этого ограниченного перечня действий, которые положены по должностным инструкциям младшему техническому персоналу моего уровня и направленности.

Второе. Менее значимое, но тем не менее… Я обладаю полным доступом ко всем системам станции.

Третье. Это человеческий ресурс. По факту, он у меня ограничен лишь мною.

Ну и четвертое. Это время. Точное его количество, отведенное мне для решения поставленной задачи, не известно, но то, что этот временной отрезок сильно ограничен, я не сомневался.

Что еще? С ходу я пока не могу ничего больше добавить. Но это и не важно, корректирующие поправки никто еще не отменял и ими до полного решения можно вполне пользоваться.

Итак, что я могу?

Первым делом проверяю доступные опции по прямому управлению линкором. И этот перечень операций должен быть полнофункциональным, чтобы я точно смог его реализовать.

Проверяю и вижу.

Так, я был младшим техником и отвечал в основном за двигательные и фильтрационные установки различного типа, ничего более серьезного я обслуживать не мог. Но с ними я мог работать как основной обслуживающий и технический персонал.

Что мне это даст?

«Думай», — и я вновь посмотрел на выведенное меню. Мой взгляд зацепился за одно своеобразное меню.

«Интересно, технический монтаж и демонтаж оборудования», — просмотрел я очередной пункт своих должностных обязанностей. Правда, тут же была пояснительная сноска.

«Производится только в период планового или внепланового ремонтного обслуживания судна».

Вот именно эта сноска меня и натолкнула на следующую мысль.

По факту, сейчас все искины корабля, благодаря нам с Виром, и считали, что корабль находится на внеплановом обслуживании. Как раз этот режим и позволил нам запустить их тестовые прогоны, парализовав всю автоматику линкора.

Так, берем на заметку и смотрим дальше.

«Время выполнения от двух до семи дней», — это тот предварительный расчет, который выдает система, при запуске подобного типа обслуживания корабля.

«А ведь этот пункт позволяет мне полностью обездвижить линкор», — усмехнулся я. Правда, какая польза в этом случае будет лично для меня?

Системы вооружения и дальнего обнаружения так и останутся полностью функционирующими и работоспособными, а это для меня ничего не изменит. Я как не могу сейчас, так и не смогу в будущем покинуть станцию.

Хоть фактически линкор и не сможет перемещаться в пределах сектора, а также запустить разгонные двигатели для совершения прыжка, но сбить любой корабль, покинувший пределы станции, он сможет без особого труда, как, впрочем, и разнести ее саму на мелкие кусочки. Ведь он находится достаточно близко для этого. В зоне уверенного поражения из любого типа своего вооружения.

Что еще?

Даже если сам линкор и не сможет улететь отсюда, то это в любом случае смогут сделать некоторые средние суда, находящиеся на его борту.

Проверяю дальше.

«Хм. А ведь у меня более высокий приоритет по обслуживанию всех систем головного корабля, включая и его вспомогательную авиацию, — подумал я, — следовательно, я смогу провести демонтаж не только двигательных установок линкора, но и средних судов».

Остальные меня не интересовали, так как на них не были установлены прыжковые двигатели и они бы не смогли самостоятельно покинуть пределы системы. Правда, эти небольшие кораблики будут представлять угрозу для станции, ведь они смогут высадить сюда десантные группы, но во-первых до этого нужно додуматься, а во-вторых, это уже вопрос десятый.

К тому же с малой авиацией эффективно смогут воевать автоматические турели, разбросанные тут в секторе.

Дальше, как я могу использовать то, что линкор на некоторое время задержится тут?

И тут меня осенило.

Я вспомнил тот дополнительный постулат, о котором нам упоминал лектор, когда обьяснял суть происходящего и те причины, по которым он нам задал свою задачу.

Любое решение для одного, может быть задачей для другого. Все упирается в те цели, что вы себе поставили. И тут как нужно думать не о том, как мне покинуть этот сектор, а искать того, кто сам заинтересован в том, чтобы этот линкор его не покинул. Ведь у меня есть возможность на ограниченное время задержать корабль тут, в системе. То самое время, которое может потребоваться не мне лично, а кое-кому другому, чтобы прибыть сюда.

Казалось бы, безвыходная ситуация стала просматриваться в другом свете. Нужно было не определять задачи, которые необходимо решить, а обозначить правильно поставленные цели и найти тех, кто мог их себе поставить.

Надо бы все это проверить.

Все ресурсы станции в моем распоряжении, включая и гиперсвязь.

Если не выгорит, буду думать дальше.

Центральная система Королевства Минматар

Глава внешней разведки Королевства Минматар сидел в своем кабинете и просматривал очередные донесения.

Его агенты из разных источников докладывали о повышенной активности разведывательного управления Агарской империи.

«Что же задумал прелат, коль его люди развили такую бурную деятельность?» — задумался пожилой креат.

Донесения поступали как с территории самой Империи, так и из различных уголков нейтрального космоса и Фронтира.

Из задумчивого состояния его вывел стук в дверь.

— Что у тебя? — спросил полковник, обращаясь к своему вошедшему в кабинет адъютанту. Тот несколько замялся, но потом все-таки ответил:

— Господин полковник, агент Технарь просит соединить вас с ним напрямую.

— Кто? — оторопел старый разведчик.

Вот только этого неугомонного человека, которого даже смерть не смогла прибрать в свои чертоги и о котором буквально несколько дней назад у него был серьезный разговор с посланниками сполотов, ему сейчас и не хватало.

— Что у него и почему он не передал донесение по стандартной схеме? — спросил разведчик у своего помощника.

Хотя откуда тому было знать; полковник и сам понимал, что человек не стал бы ломиться к нему, не имея на то веских оснований.

Но его адъютант ответил:

— Я и сам задал ему этот же вопрос, на что он ответил, — и молодой, но неглупый помощник посмотрел на полковника, — что вы бы и сами не захотели, чтобы о том, что он сообщит вам, узнал кто-то еще. Тем более, если это будет кто-то из тех, кому этого знать не положено, в принципе.

И адъютант посмотрел на полковника.

— Поэтому я все-таки и решился побеспокоить вас. До сих пор этот человек не совершал таких грубых ошибок, чтобы сделать предположение о том, что в этот раз это лишь простая его прихоть.

— Я тоже придерживаюсь того же мнения, — согласился с ним полковник, — так что подключай.

И сел обратно в кресло.

«Что же ты приготовил мне на этот раз?» — сам себе задал вопрос старый разведчик.

Услышанный ответ оказался еще более невероятен, чем он ожидал.

— Добрый день, — поздоровался с ним молодой парень, чье лицо он видел до сих пор лишь только в его же личном деле, — полагаю, мне представляться не нужно. Вы меня и так знаете.

«А он нагловат», — мысленно усмехнулся полковник и кивнул.

— Есть такое дело, — произнес он в ответ и добавил: — Ко мне же можешь обращаться «господин полковник».

Немного помолчал.

«А почему бы и нет?» — еще раз усмехнулся он.

Чем-то импонировал ему этот парнишка с какой-то захудалой станции на окраине Фронтира, который неожиданно для всех оказался втянут в очень серьезные разборки четырех государств Содружества.

И что самое странное, вопреки отсутствию у него специализированной подготовки, обычному самому невысокому уровню образования, средним, даже посредственным персональным данным и всем прогнозам и ожиданиям его агентов и аналитиков, он до сих пор не то что не погиб, даже больше — с каким-то непонятным упорством, везением и удачей он выбирался из всех ловушек и неприятностей, в которые попадал, при этом выполняя все поставленные его группе задачи.

Даже не так, он сделал гораздо больше, чем окончательно убедил полковника в том, что не только в их специализированной академии нужно искать себе новые кадры, иногда случайные самородки попадаются и на помойке. Например, такие вот, как этот Технарь.

А потому…

— Или можешь обращаться ко мне «Старик»… — неторопливо произнес разведчик. — У нас, как ты понимаешь, не очень приветствуется другой тип обращений.

— Я понял вас, господин полковник, — ответил парнишка, но, заметив вопросительный взгляд своего начальника, он поправился: — Понял тебя Старик.

Пожилого креата очень удивила та легкость, с которой этот его подчиненный переключился на совершенно иной тип общения.

«Многого мы о нем не знаем», — понял он, глядя на экран визора связи.

— Так что у тебя ко мне? — спросил полковник, обращаясь к своему агенту.

Парень не стал тянуть, видимо, его поджимали какие-то сроки или обстоятельства.

— Я могу вам сообщить координаты местонахождения прелата, но появиться там вы должны в течении двух суток.

Новость не то что удивила полковника, она поставила его в тупик.

— Откуда?.. — только и спросил он.

Парень лишь просто пожал плечами.

— Так сложились обстоятельства.

И он вновь посмотрел на своего руководителя.

— Так вам интересна эта встреча?

— Естественно, — быстро взяв себя в руки, ответил полковник. — Сообщи количество кораблей, которые прибыли вместе с ним, и кидай координаты.

— Один линкор, — ответил Технарь на вопрос о количестве судов, которые прибыли с прелатом.

И эта цифра сразу насторожила полковника.

Всем была известна просто маниакальная трусость этого государственного имперского чиновника и его чрезмерная забота о собственной безопасности. И такого просто не могло быть, чтобы он перемещался где-то, да еще и, судя по тому, что его дорожка пересеклась с этим парнишкой, по территории Фронтира, без усиленного сопровождения, на одном лишь линкоре.

— А ты ничего не попутал, парень? — просто спросил он у своего агента. Ну не верилось разведчику в то, что это может быть прелат.

— Нет, — уверенно покачал тот головой, — линкор «Возмездие», командующий — граф Тренг.

Теперь стало что-то срастаться.

Полковник кивнул. Он прекрасно знал, о ком сейчас идет речь, но, немного поразмыслив, он понял, что тут опять что-то не сходится.

Граф Тренг был командующим одним из экспедиционных корпусов, и в его подчинении была целая флотилия кораблей, кроме флагманского линкора, о котором сейчас шла речь, там было еще порядка пятидесяти судов, начиная от линкоров поменьше и заканчивая малыми фрегатами.

— Так там Тренг, вместе со своим флотом? — уточнил он.

— Нет, — отрицательно покачал головой парень, — сейчас нет. Он здесь был вместе со своим флотом, но сейчас линкор находится тут в гордом одиночестве. Подчиненный же Тренгу флот практически весь покинул сектор, несколько эсминцев осталось в системе, но они были уничтожены.

Полковник ничего не понимал.

Похоже, агарцы нарвались на какого-то сильного противника и отступили. Но с кем они воевали, и не произойдет ли подобного столкновения между этим противником и судами Королевства Минматар?

— Почему отступил флот? — спросил полковник.

— Ну, — парень усмехнулся, — я их об этом попросил.

Последние слова этого человека вообще не укладывались ни в какое логическое объяснение.

— Рассказывай, — приказал ему полковник.

Но тот, к его удивлению, лишь отрицательно покачал головой.

— Не сейчас. Нет времени. Флота в секторе нет, линкор не может перемещаться, у него демонтированы маршевые двигатели и кое-что снято с прыжкового. Поэтому он не сможет покинуть этот сектор еще как минимум двое суток, это наверняка.

После этого тот, кто носил позывной «Технарь», передал координаты сектора и тактические данные по текущему состоянию.

— Здесь же находится боевая станция, но она для вас безопасна. Сейчас станция находится под моим контролем. Но вот линкор только обездвижен. Нужно быть готовыми к возможному сопротивлению с его стороны. — И парень, помолчав, уточнил: — Так вы сможете прибыть сюда за указанное время?

Полковник быстро проверил указанные координаты.

— Тарк, — проворчал он.

Поблизости от указанного сектора не было ни одного флотского соединения, ни их собственного, ни принадлежащему кому-то из их союзников. Хотя…Так, судя по данным, это были сполоты.

— Да, — обратился он к агенту, смотрящему на него с экрана, — буквально в четырех секторах от вас находится небольшая база сполотов, они смогут прибыть к вам за несколько часов. Только вот связаться с ними достаточно сложно. Однако я постараюсь успеть. Жди.

— Не нужно, — прервал полковника парень, — сполоты, значит. — И он опять на несколько мгновений замолчал, а потом продолжил: — Я сам свяжусь с ними сам. Спасибо.

И парень отключился, оставив бывалого вояку в недоумении. Он как появился внезапно, так и пропал. Человек-невидимка. Только вот эта невидимка в последнее время слишком уж часто стала попадаться на глаза полковнику. Да и его эти странные недомолвки про исчезнувший флот графа Тренга, уничтоженные суда, захваченную космическую станцию.

А как иначе он мог получить над ней полный контроль? Или то, что линкор обездвижен.

Полковник не сомневался, что это дело рук этого пронырливого парнишки, но все равно оставался вопрос «как?». Как он все это смог провернуть?

Его люди годами пытались подобраться как можно ближе к этому законченному параноику из Агарской империи. Тот окружил себя настолько плотным кольцом истинных и преданных фанатиков, что все попытки внедрения в его окружение проваливались в самом начале.

И тут появляется из ниоткуда этот парень и буквально с первых дней их дорожки с прелатом постоянно пересекаются.

Вот и сейчас. Это как апофеоз финальной битвы, устроенной для них судьбой.

И как эпохально и грандиозно это выглядит. Один маленький человек против мощи и силы целой Империи.

И, судя по тому, что сейчас слышал полковник, счет пока, как это ни парадоксально, был в пользу этого самого маленького человека, который оказался тем самым камешком, о который, возможно, сломается хорошо отлаженный механизм громадной машины.

И на результат этого противостояния полковник никак повлиять не мог. Оставалось только ждать. Даже если сейчас он снарядит экспедицию в тот сектор, то флот не успеет туда добраться. Но он может сделать другое…

— Соедини меня с посольством сполотов, — произнес разведчик, обращаясь к своему адъютанту.

Интересно, что имел в виду парень, когда сказал о том, что сам свяжется с ними. Насколько знал полковник, сполоты не пользовались стандартными устройствами гиперсвязи и для того, чтобы можно было пообщаться с ними, необходимо либо организовать личную встречу, либо воспользоваться их собственными услугами для этого.

«Так что он имел в виду?» — подумал разведчик. Но додумать он не успел, ему пришло сообщение от помощника.

— Посол сполотов готов поговорить с вами, — сообщил тот.

«Что-то больно быстро», — подумал полковник и включил визор устройства связи.

— Добрый день, — произнес сполот, глядя на пожилого креата, и сразу перешел к делу. — Ваш агент уже вышел на нас. Мы готовим флот.

И почему полковник был совершенно не удивлен, услышав все это? Может, потому, что это пообещал сделать тот, кто пока еще ни разу не нарушил своего слова?

Неизвестный сектор.

Боевая станция

«Значит, сполоты», — подумал я, доставая из внутреннего кармана бронекостюма их устройство для связи с неким «ментооператором центра распределения», о котором за всеми этими делами успел уже немного позабыть.

Вот на меня смотрит все та же матовая темная поверхность небольшого устройства, напоминающего наш планшет.

«Включись», — отдал я мысленную команду.

Поверхность слегка посветлела.

«Установить канал связи», — иду уже проверенным методом.

Жду пару мгновений.

И на меня смотрит все то же симпатичное лицо девушки, которую я видел уже однажды.

— Добрый день, — все так же спокойно и обыденно здоровается она, — я вас слушаю, с кем вас соединить?

Еще через мгновение девушка добавляет:

— Или же вас соединить с предыдущим абонентом? У вас на текущий момент в банке памяти зарегистрирован только один контакт.

Опа. Они, оказывается, ведут некий учет входящих и исходящих соединений. Но это и хорошо.

— Да, соедините меня с предыдущим абонентом, — попросил я девушку.

— Подождите несколько мгновений, — отвечает она, — абонент находится в зоне действия одного из ретрансляторов.

И буквально в ту же секунду изображение девушки исчезает и на меня смотрит удивленное лицо Гаары.

— Опять ты? — спрашивает она у меня. Правда, в этот раз кроме удивления в ней видится еще и какое-то странное недоумение. — Я передала твоим знакомым то сообщение, о котором ты просил, сразу же как только мы поговорили с тобой, — сказала она мне.

— И я очень рад тебя видеть, — ответил я, — а за то, что передала моим друзьям весточку обо мне, отдельное спасибо. Я знаю об этом.

И я слегка наклоняю голову.

— Только в этот раз у меня к тебе совершенно другая просьба, — продолжаю говорить я, — прости, что беспокою тебя еще раз, но кроме тебя мне опять не к кому обратиться.

Девушка почему-то внимательно слушает меня, не перебивая, хотя и кажется, что она не очень-то рада нашему разговору. У меня вообще складывается такое впечатление, что она слушает меня лишь потому, что это какая-то ее обязанность, которую заставили выполнять Гаару помимо ее же воли.

Ну да ладно, главное, чтобы она выполнила мою просьбу или передала мои слова тем, кто их действительно готов будет выслушать.

— Так вот, — начал говорить я, — не могла бы ты как-то связать меня с вашим послом или кем-то, кто курирует вашу службу внешней разведки. Уверен, что подобные господа у вас есть.

И без того огромные слова девушки стали еще больше.

— И это все? — даже несколько оторопело спросила она у меня.

Никакой насмешки или пренебрежения в ее голосе сейчас я не услышал, лишь неподдельное изумление.

— Да, это очень важно. И для вас, возможно, в том числе.

Гаара как-то задумчиво посмотрела на меня. Не знаю, что она увидела, но как-то обреченно вздохнув, сказала:

— Подожди и не отключайся.

И девушка пропала на некоторое время.

Экран их устройства так и остался светлым, даже не думая переходить в тот необычный режим ожидания, который я имел возможность наблюдать когда-то.

Ждать пришлось не очень долго. Буквально через минуту экран разделился на две части, и теперь на меня с него, кроме самой девушки смотрел еще и сполот, который тогда на их корабле представился послом.

— Добрый день, молодой человек, — достаточно приветливо поздоровался он, — как я понял, у вас к нам какое-то дело, или вы по тому вопросу, который мы недавно обсуждали с вашим начальством?

«Не понял, что за вопрос? — удивился я. — И почему именно я должен был обратиться к ним из-за него?»

Ответ напрашивался один. Тот разговор, который состоялся у этого посла и, как я понял, Старика, напрямую касался меня. Но это совсем другая тема. Сейчас не об этом.

— Нет, — ответил ему я, — об этом я хотел бы переговорить с вами несколько позже. Сейчас же я связался с вами по другому поводу.

И я посмотрел в бесстрастное лицо этого похожего на обычного аграфа мужчины. Только вот я точно знал, что ни он, ни девушка на второй половине экрана аграфами не были.

Это отдельная раса потомков Древних, и, как мне известно из баз, они считаются чуть ли не их прямыми наследниками, ведь именно сполоты сберегли большую часть технологий той исчезнувшей расы наших прародителей.

Только внимательный взгляд и никаких вопросов. Мне предоставили право самому вести разговор и рассказать именно то, что я хотел и считал необходимым.

Ладно, к этому я готов.

— Я так понял, что у вас есть некоторые вопросы, которые вы бы хотели задать главе агарской службы внешней разведки, господину, которого многие именуют прелатом.

— И почему ты сделал такой вывод? — заинтересованно спросил у меня посол.

— Ну, хотя бы потому, что именно его люди совершили тогда нападение на ваш корабль, или потому, как он заманил ваши корабли в ловушку в одной небезызвестной системе, — ответил ему я.

— Так это вы и были той группой поддержки, что предупредила наши суда, — сразу смекнул посол.

Я лишь кивнул на это.

— Понятно, — произнес сполот, — да, твое предположение верно, мы бы хотели пообщаться с прелатом при личной встрече.

— Хорошо, что вы скажете на то, если я вам ее организую?

М-да, похоже, удивляться умеет не только Гаара, но и этот серьезный господин, представляющий интересы сполотов на территории Содружества.

— Где и когда? — даже не пытаясь убедиться в том, говорю ли я правду или нет, глядя мне в глаза, быстро спросил он.

Я продиктовал ему координаты сектора, в котором сейчас находился.

— Мне известно, что недалеко от этой системы базируется ваш флот, — поясняя, сказал я, — поэтому я и обратился к вам с этим предложением.

— Да, это понятно, — и сполот на некоторое время исчез с экрана.

— Он связывается с командующим, чтобы передислоцировать корабли в указанный тобою сектор, — произнесла Гаара, посмотрев на меня, — это займет некоторое время.

— Да, я догадался, — ответил я девушке.

Мне показалось, или она и вправду посмотрела на меня с некоторым интересом.

Вспомнив, что еще не рассказал все, что хотел, я быстро проговорил:

— Да, вы еще должны знать. В секторе находится боевая станция, но для вас она не представляет угрозы, станция сейчас полностью под моим контролем. Прелат же сейчас на линкоре, который находится в этом секторе. У линкора повреждены двигатели, как маршевые, так и прыжковый. Так что корабль обездвижен. Но вот системы вооружений и защиты у него полностью работоспособны. И вам это следует учитывает. Линкор «Возмездие», класса «Подавитель».

Девушка кивнула. И тоже исчезла с экрана, но уже через секунду вернулась.

— Флот в секторе будет примерно через шесть часов. Как мы поняли, сам ты находишься там же.

— Да, — согласился я с Гаарой.

— Тогда свяжись с ними, как только они прибудут в сектор.

— Без проблем, — ответил я ей.

Девушка посмотрела на меня.

— Ты не понял, свяжись так же, как и со мной сейчас.

— А, — протянул я, — но тогда мне нужно знать, кого вызвать.

— Меня, — ответила девушка, — я уже направляюсь в твою сторону.

Я удивленно посмотрел на нее.

— Честно говоря, я думал, что ты где-то в другом месте, — произнес я, глядя на нее.

— Это так, — кивнула она, — но наши корабли работают на других принципах, и потому в указанном секторе я буду вовремя.

— Понял, — кивнул я ей в ответ, — тогда буду ждать.

— Хорошо, — ответила девушка и хотела уже отключиться, когда я вспомнил о том, что хотел узнать у них сразу, как только сообщил им о своем предложении.

— Прости, — сказал я, — но почему вы так безоговорочно поверили мне? Даже не потребовали от меня никаких доказательств того, что мои слова правда?

Гаара некоторое время смотрела на меня, а потом неожиданно улыбнулась. И улыбка очень сильно преобразила ее лицо, превратив ее из просто красивой девушки в невероятную красавицу.

Почему-то в этот момент та немного смутилась и покраснела, а потом все-таки ответила.

— Ты так и не понял, что за устройство к тебе попало? — скорее утверждала, чем спрашивала она.

Я лишь пожал плечами в ответ.

— Это, как я понял, какое-то ваше устройство мыслесвязи.

Девушка опять улыбнулась.

— Практически угадал, — произнесла она, а потом продолжила: — Только это не устройство мыслесвязи. Это мыслепередатчик. И мысли лгать не могут. То, что ты думаешь, то мы и слышим, так же как и в обратную сторону. Так что нам и не нужно никакого свидетельства правдивости твоих слов. Мы и так знаем, что ты нам не солгал.

И она еще раз улыбнулась.

— Нужно быть осторожнее с теми устройствами, свойства которых тебе до конца не известны.

— Ну, — хмыкнул я, — если так жить… То мы бы так и сидели в пещере и околачивали шкуры мамонтов дубинами.

— Сравнение, конечно, необычное, — сказала Гаара, — но я тебя поняла. А теперь мне пора. И до встречи.

— Да, — согласился я, — до встречи. И удачи вам.

Девушка кивнула.

— Это тебе удачи.

После этого она отключилась. Вот теперь этот мыслепередатчик потемнел и приобрел свой первоначальный матовый свет. Канал со сполотами был оборван.

И как обычно все уперлось в то, что оставалось ждать. Ждать, пока они не доберутся сюда.

Неизвестный сектор.

Боевая станция.

Шесть часов спустя

Вот и первые корабли.

За время ожидания я подготовил план по захвату выбранного перехватчика, осталось лишь реализовать его.

Маршрут до нужного дока был проложен, все коды доступа перебиты и настроены только на меня. Лишние отсеки изолированы, чтобы мне не встретиться с каким-нибудь праздношатающимся.

Так что на то, чтобы оказаться на корабле, мне потребуется не больше пяти минут. Плюс еще минут пять, и я уйду в прыжок. И прощай этот сектор и планета, с ее странными обитателями!

Так. Судя по результатам сканирования, это сполоты. Хотя кого я тут еще ожидал в это время.

Пришли вовремя. С момента нашего разговора с послом и Гаарой прошло ровно шесть часов.

Появились они тут тютелька в тютельку.

Нужно связаться с девушкой.

Проделываю те же самые манипуляции, пара мгновений общения с оператором — и вот передо мной красивое лицо сполотки.

«Смотри-ка, не улыбается, а все равно кажется очень симпатичной, — думаю я и опять вижу, как покраснели щеки Гаары. — Вот же чертов мыслепередатчик», — чертыхнулся я и, виновато посмотрев на девушку, произнес:

— Прости, не привык еще общаться через это устройство.

Она странным взглядом посмотрела на меня, а потом улыбнулась.

— А теперь представь, что кто-то живет с этим всю жизнь. Плохо, когда нет никаких тайн и ты не можешь остаться со своими мыслями наедине. — И она опять улыбнулась. — Но ты не переживай, поэтому и нужна мыслезащита или ментальные техники по контролю сознания. Все это помогает в общении, особенно с незнакомыми людьми. Ведь ты не слышишь моих мыслей.

Я покопался в своей голове. И правда, я воспринимал наше общение как простой разговор.

— Вот именно, — кивнула Гаара, — я позволяла услышать тебе только то, что тебе и предназначалось.

— Понятно, — кивнул я ей и перевел свой взгляд на карту сектора.

Что-то на мой взгляд кораблей они притащили не очень много, да и если рассортировать их по классификации судов Содружества, то прибыло всего несколько фрегатов да пара эсминцев.

Подобный флот не страшен даже этой станции, не то что боевому, сверхтяжелому линкору.

Но если сполоты посчитали именно это для себя приемлемым, то стало быть, так оно и есть, но поинтересоваться все-таки стоило.

— Вы уверены, что такими силами справитесь с этим линкором? — уточнил я у Гаары.

— Все в порядке, — улыбнулась девушка, — если бы кораблей было больше, то мы, конечно, пригнали бы сюда нечто более внушительное, но так как мы бвли ограничены во времени, то здесь появились самые быстроходные суда. Однако ты не переживай, их суммарная огневая мощь в два раза перекрывает орудийный залп из всех орудий линкора подобного класса. Так что при прямом противостоянии мы разберем это судно за несколько минут, особенно с теми повреждениями о которых ты сообщил.

— Понятно, — кивнул я и спросил: — И что вы планируете делать дальше?

— Десант, — просто ответила девушка, — сейчас наши маги настроят телепортационные арки на различные уровни линкора, и мы пошлем туда абордажно-десантные команды.

— Хм, будут жертвы, — посмотрел я на нее.

— Этого не избежать, — пожала плечами Гаара, — мы же не знаем точного местоположения прелата, чтобы отправить группу захвата именно туда.

— А ведь это идея, — ответил я, — вам не нужен весь линкор, можно захватить только прелата.

И я быстро открыл канал связи.

Линкор «Возмездие»

Прошло уже несколько томительных часов изнурительного ожидания, с тех пор как линкор перешел под контроль группы этого неизвестного, которого они знали под имением Макс Полтинник. То, что это чей-то агент, полковник Тренг совершенно не сомневался. Но вот на кого он точно работает, тот предположить не мог. Не было никаких отсылок на его непосредственное руководство и цели, которые те преследуют.

Графу не было известно ни о судьбе его эскадры, ни о их собственном будущем. Его люди уже явно впали в уныние, они все это время пытались восстановить контроль над судном, но пока все их попытки были тщетны.

Как сказал инженер, это какой-то новый тип удаленного управления и он еще с подобными разработками не сталкивался. И поэтому раскусить его, для того чтобы вернуть управление себе, он и его подчиненные пока не смогли.

— Полковник, — неожиданно разорвав гнетущую тишину, царящую в рубке управления, обратился к нему оператор поста связи, — простите, но тут опять запрос на подключение канала. Все точно так же, как и в прошлый раз.

Тренг удивленно посмотрел на экран. Он, честно говоря, уже не надеялся услышать или увидеть своего бывшего техника, но кроме него связаться с линкором было некому.

— Соединяй, — распорядился полковник, стараясь придать лицу спокойное и равнодушное выражение.

— Добрый день, — раздался с экрана все тот же знакомый голос, — а я к вам с предложением и по делу.

И парень посмотрел прямо в глаза полковника.

— Я слушаю вас, — тот понимал, что просто так этот человек с ним связываться бы не стал. Видимо, что-то у них пошло не так, и поэтому парню и его команде пришлось поменять свои планы.

— Мне поступил приказ уничтожить ваше судно, — честно признался парень, глядя прямо в глаза графу, — однако меня самого он по некоторым причинам не устраивает. Но и нарушить я его не могу. Вернее, не могу это сделать без веских на то оснований. И поэтому у меня и, соответственно, у вас есть кое-какой выход.

И этот мнимый техник посмотрел куда-то в сторону. Графу показалось, что он отговаривает кого-то от чего-то. Через пару мгновений тот, кого они знали как Макс Полтинник, опять вернулся к разговору.

— Мне больше нужен прелат, чем ваша смерть. И я гарантирую вашу жизнь, если вы мне его выдадите. — Парень замолчал на некоторое время, а потом продолжил: — Я гарантирую вам частичное восстановление контроля над вашим судном, если вы сообщите мне, где сейчас точно находится прелат.

Тренг несколько опешил.

— Разве вы и так этого не знаете? — удивился полковник.

Парень посмотрел на него.

— Я прекрасно это знаю, — ответил он, — но мне нужно другое. Я должен получить эти сведения от вас, и сделать я это должен под протокол.

Тут-то до Тренга и дошло. Парень предлагает завербовать его, и тогда поводом оставить их линкор нетронутым будет нахождение на его борту агента, работающего на этого парня. А если этот агент еще и высокопоставленный военный, который и сам по себе представляет немалую ценность, то вопрос в этом случае снимется сам собой.

Но тогда…

— Да, — будто поняв то, о чем подумал сейчас Тренг, произнес бывший техник, — вы навсегда должны будете покинуть пределы Агарской империи. На ее территории вас будут считать предателем. Слишком многое будет указывать на это. Решать вам. Прелат или жизни ваших людей.

И агент, теперь граф в этом убедился еще больше, выжидающе посмотрел на полковника.

Тренг оглядел присутствующих в рубке офицеров. Все молчали, с напряжением ожидая его решения. От его следующих слов будут зависеть их жизни и их смерти.

— Мы уйдем с вами, — неожиданно произнес молодой лейтенант, тактик-аналитик, которому, возможно, светило достаточно хорошее будущее на флоте, — это равноценный обмен. Если мы примем его предложение, то всех присутствующих, независимо от поста и должности, все равно обвинят в предательстве. — И он показал на себя. — Я готов пойти на это.

Тренг благодарно кивнул ему, а потом обратно повернулся в сторону экрана.

— Седьмая гостевая палуба. Покои для высокопоставленных персон.

— Вы приняли правильное решение, граф Тренг, — произнёс агент неизвестного государства. И помолчав, добавил: — Ну а теперь заключительный этап. Мои люди уже у вас на корабле. Сейчас они произведут захват, и вы можете быть свободны. Только…

И в этот момент парнишка впервые улыбнулся за все время разговора.

— Я немного перестарался, пытаясь перестраховаться, и сейчас у вас на линкоре демонтированы две трети двигательных установок, как на самом корабле, так и на судах вспомогательной авиации. Кроме того, сняты некоторые модули с прыжкового двигателя.

Глаза полковника расширились.

— Восстановление и ремонт судна займут у вас примерно неделю.

Полковник посмотрел на своего главного инженера, тот с недоумением пожал плечами.

— Понятия не имею, — честно ответил он.

Между тем с экрана вновь заговорил парень.

— Все, мы уже закончили. Корабль полностью ваш. Вам отключили систему огневой защиты и обороны, но это на тот случай, чтобы вы не наделали глупостей по горячке. Думаю, с ее восстановлением вы тоже справитесь достаточно быстро.

И парень, о чем-то подумав, видимо соображая, все ли он сказал, закончил:

— Теперь, пожалуй, все. Я рад, что вы приняли правильное решение. Не уверен, что мы с вами еще когда-нибудь встретимся, но чем тарк не шутит, так что удачи вам, господа.

И этот непонятный агент отключился.

— И что теперь? — спросил инженер у Тренга.

— Не знаю, — пожал тот плечами, — но он еще ни разу не нарушил своего слова.

И буквально в это же мгновение подключились все системы линкора, и рубка запестрила сообщениями о тех или иных неполадках.

— А он и вправду перестраховался, — глядя на результаты ускоренной диагностики, произнес инженер, — мы хоть и не развалимся на части, но без капитального ремонта нам отсюда не выбраться. Придется нам на время перебраться на эту станцию.

И он кивнул на карту.

Но полковник не слушал его. Он наблюдал за кораблями, которые находились тут же, поблизости, в секторе.

«Сполоты», — сразу узнал он принадлежность судов по их характеристикам.

«Так вот те, на кого работает этот парень», — понял полковник.

Все-таки там. в секторе, это была не их собственная ловушка, а подстава, на которую прелат клюнул и теперь он поплатился за это. Но как идеально все было просчитано и спланировано. И даже не верилось, что это все мог провернуть всего один человек. Человек, которого они считали обычным технарем.

Боевая станция. Фрегат «Верный»

Все. Разговор закончен.

Сполоты сработали даже оперативное, чем я ожидал. Они произвели захват прелата и реальное отключение рабочих искинов корабля буквально за пару минут.

Как я понял, телепорт по известным координатам открывается за несколько секунд. Ну, а дальше, через него проходит диверсионная группа.

Ба-бах. И дело сделано. Был искин, отвечающий за орудийные установки и защиту линкора, и нет его. Так же и с захватом прелата. Пара минут — и он в руках десантников. Правда, как они узнали, тот ли это человек, что им нужен, или нет, я так и не понял, но Гаара уверила меня, что дело сделано.

И теперь я, разорвав канал связи с линкором, несся в сторону дока, где находился выбранный мною перехватчик. Проблем по дороге не предвиделось. Маршрут рассчитан точно, перед тем как отправиться в док, я проверил, что никого нет.

И вот я на месте.

Предстартовая готовность. Несколько минут полета, и я швартуюсь к кораблю сполотов.

Ласковая волна накрывает меня.

«И я рад тебя видеть», — обращаюсь я к кораблю, после чего выхожу из своего перехватчика. В доке меня встречают Гаара и ее отец.

— Добрый день, — поздоровался я с ними.

Девушка лишь улыбнулась мне и слегка наклонила голову.

— Добрый, — посмотрев на меня, без особых эмоций в голосе произносит ее отец и потом добавляет: — Идем, нам нужно уходить отсюда, у нас график.

После чего. резко развернувшись, он направляется в сторону капитанской рубки. Помнится, и мы когда-то один раз ходили этим маршрутом.

Я вопросительно смотрю на девушку.

— Его уже некоторое время мучают дурные предчувствия, а он неплохой интуит, так что ему стоит доверять в этом вопросе.

И только девушка произносит эти слова, как раздается сигнал тревоги.

— Предчувствия сбылись, — констатирую я и бегу вслед за сполоткой. Вот мы влетаем в рубку.

По идее, мне тут не место, но меня никто не выдворил за ее пределы, поэтому я и остался. Останавливаюсь и смотрю на тактический экран.

— Ну, а это еще кто? — бормочу я, разглядывая огромные темные корабли неизвестной модификации.

Один, второй, третий. Ровно семь штук. Все не меньше линкора. И они плотно перекрыли все семь прыжковых зон, которые были в этом секторе, а наталкивало это на вполне определенные мысли.

— Интересно, за кем из нас они прилетели?

Ответа у меня на этот вопрос не было, но я прямо печёнкой чувствовал, что очень скоро получу его.

Глава 7

Фронтир. Неизвестная система

Корабль сполотов «Верный»

Блокировали нас капитально, это я понял сразу, и буквально через мгновение об этом же доложил один из офицеров отцу Гаары.

Между тем, тяжеловесы противника, дождавшись появления всех своих кораблей в секторе, начали неспешный разгон и продвижение в нашу сторону.

Это их планомерное движение стало сжимать кольцо вокруг нас, суда противника сейчас равномерно продвигались к центру системы. Вернее, двигались-то они в сторону линкора, станции и фрегатов сполотов, но тем не менее, кольцо это все равно сжималось именно вокруг наших кораблей. Почему-то станцию корабли игнорировали.

«Видимо, сбежать-то ей некуда, вот они и не беспокоятся об этом», — горько усмехнулся я, глядя на тактический экран.

А вообще положение-то у нас складывалось очень серьезное.

«Если они не изменят своего маршрута, то подойдут к нам примерно через сорок минут», — сориентировался я по тем данным, что передавала тактическая карта сектора.

И при таком тактически верно выстроенном маршруте движения они уж точно сумеют перехватить все корабли, особенно если учесть, что на этих громадинах, размер которых превышал линкор, наверняка есть еще и своя вспомогательная авиация. И не удивлюсь, если там пришвартовано даже несколько тяжелых кораблей, типа тех же фрегатов.

«Плохо дело», — оценка ситуации не радовала.

Если попытаться прорваться к какой-то одной прыжковой зоне, то, во-первых, все просто физически не успеют перейти в гипер, и, во-вторых, суда противников передвигались таким образом, чтобы каждый из них мог прикрыть своего ближайшего соседа.

Если мы разом ударим в одну точку, то два, а то и три соседних тяжелых мастодонта, — я даже класса подобных судов не могу назвать, не предполагал, что такие вообще существуют, да еще и летают, — разобьют всю нашу небольшую эскадру вдребезги.

Что мы можем сделать?

«Так. Стоп, — остановил я свою поспешную мысль, — как-то раз сполоты буквально на моих глазах попадали уже в аналогичную ситуацию, и насколько я понимаю, хоть свои корабли они и сдали противнику, вернее их обломки, но самих сполотов на них уже не было. Не с этим ли связано то спокойствие, с которым все они воспринимают нависшею над нами угрозу?»

Это нужно выяснить.

А поэтому я быстро подошел к креслу, в котором сидела девушка.

— Гаара, прости, что отвлекаю? — обратился я к сполотке. — Был один раз, тогда в секторе, когда ваши суда попали в ловушку, я точно знаю, что трупов ваших соотечественников среди обломков подорванных кораблей так и не нашли.

И я показал себе за спину.

— Я уже несколько раз слышал тут у вас про телепорты. Не с этим ли это связано? И сейчас, в случае необходимости, вы сможете уйти тем же способом?

Гаара посмотрела в мою сторону и, немного подумав, ответила:

— Ты прав. Наши маги пользуются подобной технологией по переносу живой и неживой материи. Но она не очень хорошо развита. Мы достаточно точно научились открывать однонаправленные порталы только на относительно небольшие расстояния или при помощи магов-мастеров по пространственному перемещению в специально подготовленные для этого портальные арки. В тот раз нашим людям просто повезло, недалеко от места проведения операции располагалась одна такая, на самом пределе дальности, но они смогли ей воспользоваться.

— И?.. — задал я ей вопрос, подозревая неладное.

Девушка слегка пожала плечами.

— Если бы мы могли пользоваться порталами, то для перемещения использовали бы в основном их, но наши технологии в этом плане еще не настолько хорошо развиты, и потому мы до сих пор предпочитаем использовать левиафанов, — и Гаара с любовью погладила поверхность приборной панели управления кораблем.

«Так вот, как они сами называют свои корабли», — между делом подумал я. Это название мне понравилось, ведь их суда очень сильно отличались от всех остальных, известных мне. Они были живыми.

Но лучше сейчас не отвлекаться.

— В этом случае выходит, что поблизости нет ни одной арки, куда бы вы смогли открыть портал? — сделал вполне очевидный вывод я. — И поэтому вы не сможете туда переместиться.

— Да, — спокойно кивнула головой девушка.

— Плохо, — протянул я, — думал, вы спокойны именно из-за того, что у вас есть возможность отступить в любой момент, оставив после себя только взорванные корабли.

— Нет, — отрицательно покачала головой Гаара, — у нас вообще не принято столь явно выражать свои эмоции, как это происходит у всех остальных людей. И ты должен понимать почему.

И она внимательно вгляделась мне в глаза.

«Блин, точно, они же могут читать мысли», — вспомнил я о том, как мысленно комментировал свое отношение к Гааре.

М-да. Надо как-то сдерживаться. Девушка опять сильно покраснела.

«Угу, а говорит еще, что они не так явно выражают свои эмоции, — почему-то мне это даже понравилось, что она ничем не отличается от всех остальных девушек, — смутилась, совсем как маленькая».

Гаара покраснела еще больше.

— Перестань, — попросила тихо она, — другие тоже слышат твои мысли. Ты думаешь слишком громко.

«Ну не парадокс. Думаешь слишком громко», — никогда бы даже не представил, что думать можно громко.

— Прости, — извинился я перед Гаарой, — не привык еще общаться с вами. Это гораздо сложнее.

— Да, я понимаю, — кивнула она. И немного помолчав, продолжила: — К тому же, — и девушка, будто только что не было этого смущения и ее просьбы, мгновенно переключилась на серьезный, деловой тон и сказала, — это не совсем корабли, это левиафаны.

Я вопросительно посмотрел на Гаару, так как это ее второе пояснение мне ничего особо не сказало, я даже не понял, к чему она сейчас это произнесла.

— Мы не бросаем своих левиафанов. Пилот всегда останется вместе с ним. Я не смогу телепортироваться. Мы ментально повязаны к ним, это обусловлено особенностями управления нашими кораблями.

А вот это уже гораздо хуже.

Теперь я понял, о чем она говорит. Тогда, в секторе, сполоты подорвали свои суда. Но, похоже, там были именно обычные корабли, а это нечто более ценное и значимое для сполотов.

И бросить своего левиафана Гаара не сможет просто физически там или по каким-то моральным причинам, но факт остается фактом, она останется на корабле в любом случае.

Я хотел предложить несколько другой вариант, но, похоже, для некоторых он не подойдет, в данном случае — для Гаары.

А девушку я тут оставить, вернее, даже бросить не мог. Придется шевелить мозгами дальше.

Хорошо, оставим пока телепортацию на потом, хотя это пока наш единственный козырь, который я вижу и который мы можем воспользоваться в будущем. Правда, чтобы его отыграть так, чтобы он принес пользу, с ним стоит разобраться получше. Но сделать это нужно не сейчас.

Сейчас же для большего понимания ситуации и составления дальнейшего плана действий мне необходимо получить как можно больше информации и не только о возможностях сполотов, о которых я имею лишь отдаленное представление, но и о нашем противнике, а точнее об этих самых кораблях.

В моей голове зашевелилась кое-какая мыслишка, напрямую завязанная на те возможности сполотов, которыми они обладали. Однако первым делом мне нужно срочно узнать, что это за гиганты такие.

Только вот лично я так и не понял, чьи же это суда и кому они могут принадлежать. Слишком необычная форма и огромные размеры.

А потому обратился с этим вопросом к девушке, которая сейчас что-то сосредоточенно рассматривала на экране одного из мониторов.

— Вы знаете, что это за корабли? — спросил я у Гаары, указывая на тактический экран. — Мне подобная конфигурация и класс судов не известны.

— Нет, — отрицательно помотала она головой, — нам это тоже не известно. Я как раз сейчас пытаюсь пробить их по нашей общей базе знаний. Возможно, кто-то когда-то упоминал подобные суда. Но пока ничего нет.

И Гаара немного обескураженно посмотрела на меня.

— Даже не знаю, — удивленно проговорила она, — меня это как-то настораживает. Наша база более полная, чем у других государств Содружества. Однако даже в ней я не смогла найти никакой информации об этих судах. И если там нет такой информации, то значит, что ранее мы с ними просто не встречались.

И Гаара еще раз взглянула на экран.

— Хотя это и странно.

Я же подумал о другом. Есть и еще один вариант, который не учла девушка. О таких кораблях нет никакой информации еще и потому, что ее просто некому предоставить. После встречи с ними не остается свидетелей.

И вот это развитие событий заставило меня мобилизоваться еще больше.

— Плохо, — пробормотал я, оценивая наши шансы. И еще раз взглянул на карту.

— Не зная, с чем или кем имеешь дело, сложно выявить уязвимые места и точки, по которым стоит бить.

— А ты собрался с ними сражаться? — удивилась сполотка.

— Не знаю, — честно признался я.

Вообще-то я бы предпочел свалить отсюда, не влезая в драку с этими мастодонтами, но нужно быть готовым к тому, что боя с этими кораблями не избежать. И все сделанные мною выводы указывают на то, что этого, похоже, никак избежать нам не удастся.

Я еще раз поглядел на экран. Так, общая диспозиция ясна.

Цель — свалить живыми из сектора. Препятствуют этому неизвестные суда, то, что это вероятный противник, я особо не сомневаюсь.

Хотя сполоты почему-то предполагают, что это не так. На чем основана эта их уверенность, я не понимал.

Следовательно, необходимая задача — устранить препятствие, мешающее покинуть сектор. Препятствием являются эти самые гигантские корабли, неспешно приближающиеся к нам.

Имеющиеся у меня возможности, по устранению этих громадин, и доступные ресурсы для решения поставленной задачи пока не определены. И все упирается опять в то, что мне не хватает информации. Если ее нет у сполотов и у меня, то нужно подойти к этому с другой стороны.

Мне необходимо постараться определиться с целью появления этих супертяжеловесов тут, в секторе, и размотать клубок в обратную сторону.

Каковы причины прибытия этих кораблей в систему?

Это позволит мне понять, возможен ли диалог с ними и какую тему стоит затронуть, чтобы его не оборвали сразу.

А причин я вижу всего три. Агарцы, сполоты или сама эта система. Торговлю я отбросил сразу.

Для мирного транспорта эти корабли слишком уж хорошо вооружены, и не зря они блокировали всю систему. Значит, им нужно что-то более конкретное.

Если рассматривать саму систему, тут есть только один вариант. Они стараются скрыть какую-то ее тайну. И тогда будет проведена зачистка всех неугодных судов и свидетелей. Что, в общем-то, ничем не отличается от всего остального, за одним маленьким нюансом.

Если бы они захотели это сделать, то уже давно открыли бы огонь. Уничтожить нас для них, даже с такого расстояния, не составит особого труда. Наоборот, это даже более безопасно.

Отсюда вывод. Им нужен кто-то конкретный. И этот конкретный нужен им, как минимум, живым. Значит, будут точечные удары и абордаж.

И только если они не смогут захватить искомый объект, то в этом случае, будет произведена полная зачистка сектора. Хотя, судя по тому, что об этих кораблях никому не известно, то выбраться из сектора они не дадут никому.

«Фигово. Все варианты указывают на уничтожение свидетелей. Значит, это наиболее вероятный вариант развития событий и исходим из того, что боя с ними не избежать, — понял я, — при этом первоначально будет штурм, и только в случае, если мы его отобьем или они получат искомое, именно тогда за нас и примутся всерьез».

Но все равно, чтобы планировать свои дальнейшие действия, мне нужно больше информации. И хорошо бы ее получить хоть каким-то способом.

Сполоты о кораблях и их владельцах не знают, как и я сам. А следовательно, о них не известно ни аграфам, ни в Королевстве Минматар.

Тут есть еще агарцы и сами эти суда.

Так. Агарцы. Вообще-то есть кое-кто, кто очень сильно выделяется из всех находящихся в этом секторе. Он наиболее значимая персона. И если однажды за ним прислали целый флот одни люди, то почему бы этого не сделать другим. Значит, предположим, что им так же, как и всем остальным, нужен прелат. И вероятно, пока живой. Или они не начинают атаки, пока не определятся с местом его точного нахождения.

Хотя нет. Он нужен точно живой. Если бы он им был не нужен, тут давно летали бы одни мелкие обломки и осколки кораблей.

«Тогда, — и я вновь посмотрел на Гаару, — сполоты и их козырь. Живой прелат. Те, кому он нужен. Интересная получается последовательность».

И я прокрутил в голове промелькнувшую у меня сумасшедшею идею.

«А ведь может выгореть. Только теперь все нужно точно рассчитать и сыграть очень чисто».

— Гаара, вы можете связаться с ними? — быстро спросил я у девушки, указывая на экран.

— Зачем? — удивилась она.

— Ну. Во-первых, — ответил я, глядя на карту, — это позволит нам узнать возможную цель их прибытия, если, конечно, они захотят сообщить нам об этом, во-вторых, это позволит нам хотя бы примерно разобраться с тем, в какую сторону копать, пытаясь определить принадлежность этих судов к тому или иному государству или союзу. И наконец, третье, в этом случае мы сможем несколько потянуть время, что даст нам больше возможностей для подготовки.

Про самое главное я не сказал. Интуиция подсказывала мне, что почему-то мне очень важно увидеть все своими глазами, не знаю почему я в этом был уверен, но это знание так и засело в моем сознании.

Между тем в моих словах сполотку заинтересовало другое.

— Подготовки к чему? — уточнила Гаара.

— Не знаю, — пожал я плечами, — однако, судя по тому, как серьезно настроены эти господа, я уверен, что она нам точно может понадобиться.

Я не понимал, почему она не замечает вполне очевидного факта, того, что, скорее всего, нам уже подписали смертный приговор и мы отсчитываем свои последние минуты. И соответственно говорить этого тоже не стал. Успеется… Но я должен рассказать об этом ее отцу, он должен знать и понимать, что нас ждет.

Надеюсь, мы сможем спасти девушку, когда начнется мясорубка. Мне нужна будет их помощь. Если мой план сработает, то без них, вернее их магов, мне не обойтись.

— Хорошо, — кивнула Гаара и подошла к своему отцу, капитану «Верного».

Начался недолгий разговор. Было видно, что ее отец недоволен тем, что она побеспокоила его из-за меня, и против моего предложения. Вернее просьбы.

Однако девушка начала убеждать его.

Тот что-то ей ответил, потом посмотрел на меня.

— Чего ты хочешь этим добиться? — обратился капитан Нек ко мне с вопросом.

— Мне нужна информация — ни у вас, ни у меня ее нет. Отправная точка эти корабли. Получив хоть что-то, можно рыть дальше.

По сути я сказал то, что хотел.

— Это не аргумент, — произнес капитан, глядя на меня в ответ.

— Согласен, — кивнул я, — а жизнь вашей дочери, является аргументом для вас?

Не хотелось мне говорить этого вслух, но коль этот Нек оказался таким упертым сполотом, придется действовать, немного нарушая правила. И бить по больному.

Глаза Гаары увеличились.

«Нет. Ну реально, они что не понимают, что корабли противника нас отсюда не выпустят?» — удивился я, глядя на нее.

Видимо, все-таки понимают. Так как отец девушки подобрался и исподлобья взглянул на меня.

— Ты о чем? — быстро спросил он. Похоже. я чего-то опять не понимал. Но, видимо, и у него был какой-то свой план, в который он не хотел посвящать девушку.

Однако мои последние слова разрушили его. И это очень сильно его разозлило.

Я взглянул капитану прямо в глаза и, чтобы убедиться в правильности своих выводов, задал ему вопрос.

— Как вы думаете, каким образом можно сохранить в тайне существование таких вот колоссов? — спросил я, указывая на тактический экран левиафана.

Большего не требовалось. Тот кивнул головой, показывая, что прекрасно меня понял.

Нек хоть и был странным, и я ему, похоже, не сильно нравился, но дураком он далеко не был. И то, о чем я сказал, для него не являлось чем-то неизвестным. Он уже и сам подумал об этом. А потому он прямо взглянул мне в глаза.

— Что тебе нужно кроме связи с ними? — сразу спросил он.

Я не стал затягивать с ответом, и так уже потеряно много времени.

— Логирование и запись переговоров, эта информация может мне потребоваться в будущем, — попросил я.

— Ведется постоянно, — ответил капитан и, поняв, что больше мне добавить нечего, распорядился:

— Открыть соединение.

После чего он отошел немного в сторону и приглашающе махнул рукой, указывая на свое место.

Дредноут «Немезида»

— Проконсул, — произнес человек, одетый в темный блестящий костюм, с небольшой эмблемой в виде косы на правом лацкане. Обращался он к высокому мужчине в черной рясе с натянутым на лицо капюшоном. Под капюшоном скрывалась тьма, из которой поблескивали лишь темные, практически черные, зрачки и видны были белки глаз с красной радужкой.

На груди этого неизвестного также была нанесена немного похожая эмблема, только вот она была гораздо крупнее и изображала несколько больше, чем та, что была на лацкане у говорившего. Ведь на ней косу держал кто-то, одетый в похожую рясу с капюшоном. Больше ничего не указывало на хоть какую-то связь между говорившим и слушающим его. Первый еще напоминал человека, но вот от второго тянуло прямо могильным холодом.

Тот, кого назвали проконсулом, молча повернулся к первому и вопросительно взглянул на него.

Поняв, что его услышали, офицер произнес:

— Они пытаются связаться с нами.

— Сполоты? — прозвучал глубокий и какой-то леденяще-холодный голос, — странно, они бы не пошли на это. Это не в их характере. Они не ведут переговоров с возможным противником.

— Так, может, это не сполоты? — сделал предположение человек в форме.

— Вполне возможно, — кивнул неизвестный в капюшоне и вновь отвернулся, посмотрев на экрана пульта управления.

Офицер подумал, что он зря побеспокоил проконсула, когда тот неожиданно и все так же холодно-равнодушно и отчужденно произнес:

— Соедини, я хочу посмотреть на того, кто желает поговорить со мной, — и он чуть ближе подошел к большому экрану.

Мгновение, и экран системы связи ожил, а на проконсула посмотрел молодой парень.

— Добрый день, — вежливо произнес этот человек, глядя на него с экрана.

То, что это не сполот, сомнений не вызывало, проконсул мог отличить тех с первого взгляда.

Он ненавидел всей душой всех тех, кто был отличен от человека, и эта ненависть не позволяла скрыть истинную сущность любого перворожденного, даже если бы он выглядел внешне или даже внутренне, как обычный человек.

Так вот, говоривший был человеком. И это удивило проконсула, хоть он и не пытался его выразить. Да он и забыл, как это делается. Его лицо под маской тени так и осталось совершенно равнодушным и бесстрастным.

Между тем говоривший молодой парень продолжил:

— Я так понимаю, вы прибыли за прелатом? Есть ли у нас возможность договориться с вами?

Проконсул даже не стал задаваться вопросом, о чем же хочет договориться этот неизвестный. Для него это и так было понятно. Тот хочет выторговать для себя жизнь.

— Меня радует ваша догадливость, — ответил тот, чье сердце давно уже перестало биться, — но единственное, что я могу вам пообещать, это быструю смерть, после того, как вы передадите моим людям того человека, которого вы только что упомянули.

— Спасибо, именно это я и хотел услышать, — ответил ему парень. И благодарно наклонив голову, отключился.

Проконсул задумчиво посмотрел на потухший экран.

Этот человек что-то задумал, только вот сам проконсул не видел никой выгоды от того, что тот сейчас узнал.

«Или было что-то, что я упустил?» — тень сомнения заскреблась у него на душе. Хоть это и было невозможно. Души у этого мертвого палачаи давно уже не было.

— И что ему было нужно? — удивленно посмотрел офицер на отключившийся визор системы связи.

— Увидеть меня, — спокойно ответил тому проконсул, а потом равнодушно добавил: — Прелат на корабле, с которого велась передача; как только захватите его, этот фрегат сполотов необходимо уничтожить самым первым.

— Так точно, — отрапортовал офицер и метнулся к своей рабочей консоли.

Проконсул же своими равнодушными мертвыми глазами смотрел на приближающиеся обреченные суда, находящиеся в этом секторе. О тайном оружии Империи никто не должен был знать.

Но ему так и не давал покоя вопрос: «Зачем был нужен этот бессмысленный разговор?»

Левиафан сполотов «Верный»

— Ну, и что тебе дал этот разговор? — спросил, глядя на меня, Нек.

Как мне показалось, такие же мысли сейчас были и в головах остальных сполотов, которые присутствовали в рубке.

Я пожал плечами.

— Я узнал то, что хотел, и даже больше.

Нек удивленно посмотрел на меня в ответ.

— Что ты мог узнать, этот неизвестный не произнес и пары фраз.

— Да, — согласился я с ним, — он сказал очень мало. Но главное он нам все-таки сообщил. Это люди, и они не собираются оставлять нас в живых, а еще им нужен прелат.

— Хм, — протянул капитан, — а как ты вообще узнал о том, что они прибыли именно за ним?

— Никак, — усмехнувшись ответил я, — просто ткнул пальцем в небо. Это наиболее значимая фигура из тех, что находится в этом секторе. Он может быть интересен не только вам, но и кому-то еще. И почему бы этим кем-то не быть тем, кто сейчас находится на этих кораблях.

— Но я не пойму, чем тебе помог разговор с этим неизвестным?

Я помотал головой.

— Он помог не мне. Он должен помочь всем нам.

Капитан удивленно посмотрел на меня. Я показал на приближающуюся к нам махину.

— Первое, — и я загнул первый палец, — пока они знают, что прелат находится у нас, а об этом они уже наверняка догадались, то огонь, по крайней мере массированный, по нам никто открывать не будет. Дальше…

И я загнул второй палец.

— Будет десант, они постараются захватить его живым, но лучше до этого не доводить, а сделать все несколько по-иному. Я не знаю, как все правильно организовать, это зависит от некоторых обстоятельств и условий, которые вы мне еще поясните. Да, и пригласите мага, который открывает порталы.

— Хорошо, — так и не поняв, к чему я клоню, кивнул головой Нек.

Посмотрев на вошедшего в рубку сполота, я продолжил:

— А теперь перейдем к делу. И это третье.

После чего я обратился по-видимому к тому самому магу.

— Поясните. Каким способом вы можете создать портал? Какова максимальная дальность его действия? Какие условия должны быть соблюдены? — И взглянув на вошедшего, я закончил: — Вы же каким-то образом проникли на линкор, при захвате прелата. Значит, это возможно. Вот я и хочу понять, как это сделать.

Маг посмотрел на капитана, спрашивая его разрешения на то, чтобы ответить мне. И только дождавшись ответного кивка, он начал рассказывать, вернее задавать уточняющие вопросы.

— То, что вы хотите узнать, имеет слишком общий характер, чтобы ответить вам однозначно, — произнес он, — если вам нужны какие-то точные ответы, то я готов ответить на более конкретные вопросы.

— Понял, — кивнул я в ответ, — тогда так. Начнем с того, что мне необходимо знать.

И я посмотрел на приближающиеся корабли.

— Вы сможете создать порталы на них? — и я указал рукой в направлении карты.

— Нет, — отрицательно покачал головой маг, — пока корабли движутся, это сделать невозможно.

— Так, — сказал я, — давайте предположим, что эти гиганты не покинут текущего радиуса их нынешнего месторасположения, относительно наших кораблей, и будут неподвижны, тогда вы сможете создать телепортационные каналы до них?

Сполот посмотрел на карту, что-то прикинул на небольшом устройстве, которое было надето у него на руке, а потом ответил:

— Да, — произнес он, — только вы должны понимать, что для создания мобильной портальной арки точка привязки обязательно должна находится на стационарном объекте, ну или наши скорости должны быть скомпенсированы, чтобы точно учесть расстояние до объекта. И этого не избежать.

— Это понятно, — протянул я, соглашаясь с ним, а потом задал следующий вопрос: — И сколько времени они должны находиться на месте?

Маг задумался.

— Точно я сказать не могу. Но порядка десяти минут, чтобы наверняка привязать координаты арки к какой-то точке.

Теперь пришла моя очередь задуматься над тем, что я услышал.

«Десять минут это очень долго и нам не подходит, нужно искать какой-то способ сократить это время».

— Есть возможность как-то уменьшить время привязки портальных координат к месту перехода? — спросил я у мага.

— Есть, — подтвердил он, — можно обойтись без построения ментальной модели объекта. Но тогда необходимо заранее знать, куда должна быть привязана портальная арка.

Это уже что-то.

И я повернулся к Неку.

— Прокрутите запись нашего разговора, — попросил я его.

— Так вот для чего она тебе была нужна, — догадался капитан, — не знаю, поможет ли это, — и посмотрев в сторону мага, добавил: — Пусть тебе более подробно расскажет специалист.

Тот подошел ближе к экрану и стал внимательно всматриваться в запись.

— Нет, — ответил он, — по ней не получится составить ментального отпечатка. Вернее можно, но погрешность перехода будет слишком большой.

— Плохо, — грустно посмотрел я на изображение неизвестного в капюшоне. Я-то надеялся на то, что можно будет скакнуть туда.

Так. Стоп. Что-то мне и кто-то говорил похожее. А, Гаара. Что-то о том, что можно перейти по некой уже установленной метке.

В том случае, когда зажали сполотов, это была уже рабочая, стационарная арка. Но может быть, ее можно чем-то заменить?

— Есть еще идея, — обратился я к магу, — переход по маячку. Это возможно?

— Хм, — и маг на некоторое время отключился от реальности, обдумывая мою идею, — в принципе это возможно. Нужен какой-то рабочий артефакт, к которому я смогу привязать метку динамических координат. Но мне нужно точно знать, когда координаты считать рабочими.

«Артефакт» и «точно знать». Это и натолкнуло меня на следующую мысль.

— Это подойдет? — произнес я, вытаскивая из внутреннего кармана мыслепередатчик.

Как только Гаара увидела то, что я показал магу, она сразу подошла ко мне и резко спросила:

— Что ты задумал?

— Подставу, — ответил я ей.

Мысли быстро зашевелились в моей голове, выстраиваясь в логичную картинку.

«Главное, чтобы сработало», — было два тонких момента, которые я не мог никак предсказать или учесть.

Между тем маг осмотрел артефакт.

— Да, я смогу прикрутить к нему нужный ментальный модуль, — сказал он, — только все равно останется вопрос с тем, как я узнаю, что это рабочие координаты.

— Я сообщу об этом.

Маг не спрашивал как.

Он прекрасно знал, что за устройство я ему передал, поэтому и вопросов о том, как он узнает, что текущие координаты рабочие, у него не возникло.

— Я понял, — только и произнес он, глядя на меня. И начал колдовать над мыслепередатчиком, усевшись прямо на пол в рубке управления кораблем. То, что ему требовалось сделать, он и так прекрасно знал.

На меня же обратил внимание Нек. Как я и говорил, он был далеко не глупым сполотом и потому сразу раскусил мою задумку.

— Ты хочешь отправиться туда с прелатом, чтобы навести нас на них.

— Все верно, — кивнул я, зачем отрицать очевидные вещи.

— Но ведь это всего один корабль, а их семь, — и капитан показал на экран тактического искина.

— Да, я знаю, — согласился я с ним, — но у этих кораблей есть одна важная особенность.

И я взглянул прямо в глаза Нека.

— Какая? — спросил он.

Вместо ответа я повернулся в сторону приборной панели.

— Хорошо, а теперь посмотрите туда, — и я показал на остальные корабли. — Чем они все отличаются от первого?

Нек быстро смекнул, к чему я клоню.

— Ничем. Они одинаковые.

— Все верно. И это четвертое. Внутреннее расположение помещений там с большой долей вероятности точно такое же, как и на том корабле, который с нами связался. Чтобы открыть порталы на остальные суда, вам нет необходимости что-то искать. Нужно лишь соотнести полученные координаты с пространственным положением остальных судов.

И я показал на метки уже практически приблизившихся к нам гигантских кораблей-мастодонтов.

— Так вот что ты задумал… — теперь-то весь план в полной мере смог осознать и капитан, и все остальные.

— Да, — согласился я, кивая ему.

— Только есть одна маленькая проблема, — раздался голос мага у меня из-за спины, — я не смогу открыть портал, пока эти суда двигаются, даже если мне будут известны точные координаты.

— А они остановятся, — спокойно ответил я ему, — хоть и на недолгое время, но точно все замрут на месте.

— Зачем? — удивился он.

— Чтобы уничтожить нас, — как нечто само собой разумеющееся, произнес я, — они остановятся, замрут на месте, в тот самый момент, когда они будут готовы открыть по нам огонь. Ведь тот, с кем мы общались, обещал уничтожить наши корабли одним залпом. А для этого необходимо провести точную наводку.

Нек внимательно посмотрел мне в глаза.

— Ты это предусмотрел сразу, когда только разговаривал с ним? — почему-то спросил он меня.

— Нет, — отрицательно покачал я головой, — это был лишь один из немногих вариантов, но именно он имеет наибольшие шансы на успех в нашей ситуации.

— Понятно, — кивнул сполот.

— Хорошо, — сказал я, а потом добавил: — И в этот момент вы должны нанести по ним упреждающий удар. Одновременно на всех кораблях открыть порталы и взорвать их. И это пятое.

Я даже не заметил, как сжал руку в кулак.

— Это позволит уничтожить их одним быстрым и точным ударом.

И я хлопнул кулаком о ладонь.

— Только остался последний вопрос, — и я поглядел на мага, — вы сможете передать скорректированные координаты других кораблей противника и открыть нужное количество порталов за столь небольшое время.

— Мы справимся, — уверенно ответил маг, — внести необходимые поправки не составит труда. Главное, чтобы у меня были исходные координаты, которые я смогу принять за точку отсчета, для будущей корректировки. А открытие портала, при столь точно полученной точке привязке, происходит достаточно быстро. Мне, да и другим магам потребуется не больше пары секунд.

— Тогда нужно приступать, — кивнул я ему и посмотрел на капитана Нека, — готовьте заряды, ну и того, кто со мной поедет к ним в гости, а то без этого господина меня просто не пустят.

Он посмотрел на меня и кивнул головой. После чего отдал распоряжение одному из сполотов.

Я же взял в руки мыслепередатчик и активировал его.

— Мы близко, — заметив, что я делаю, произнесла Гаара, — не нужно связываться через оператора. Мысленно представь меня и пожелай связаться со мной.

— Спасибо, — поблагодарил ее я и сделал так, как она предложила. Сработало, и даже гораздо быстрее, чем я ожидал.

Девушка кивнула, подтверждая, что слышит меня. Ее движение продублировалось и на моем устройстве.

Я спрятал его во внутренний карман.

— Так оно не отключится? — уточняя, спросил я у нее.

— Пока кто-то из нас не разорвет канал, — ответила Гаара, — или ты не пожелаешь выключить его.

— Понял, — и я хотел спросить отца девушки, куда мне направляться или подождать тут, пока не приведут прелата. Но неожиданно в моем сознании возникла волна сильнейшей озабоченности. И это были точно не мои чувство.

Оборачиваюсь и смотрю в сторону девушки, которая стоит недалеко от меня.

— Но ведь на одном из кораблей будешь находиться ты сам, — вдруг тихо произнесла она, наконец осознав, что я предлагал подорвать судно, на котором буду находиться сам.

Хм. А вот это я не предусмотрел. Хотя нет, почему?

И поглядев на нее, я ответил.

— Не обязательно, — сказал я, — ведь вы можете открыть не один портал, а два и второй привязать к какому-нибудь другому месту, например, к этой планете. А потом забрать меня с ее поверхности. — И я указал на навигационную карту сектора. — Через этот второй портал я и уйду. Только вы должны дать мне немного времени, чтобы я смог добраться до него. Не уверен, что это будет так просто. Слишком странный этот незнакомец, с которым я разговаривал, чтобы сбрасывать его со счетов.

— А если у тебя не получится? — так же тихо спросила девушка.

— Значит, мне не повезло, — просто пожал я плечами. Не знаю, но опять сожаление и грусть.

— Постарайся, — голос мысленный, вслух этого Гаара точно не произносила, но я ее явственно услышал, — ты необычный, и с тобой мне интересно. Не хочу, чтобы ты погиб.

— Да я и сам этого не хочу, — улыбнувшись, мысленно ответил я девушке.

Она улыбнулась мне в ответ и кивнула головой.

— У нас все готово, — отрывая нас от разговора, произнес отец девушки.

Я кивнул и направился к выходу.

— Значит, пора начинать, — сказал я ему в ответ. И вышел в коридор, ведущий в сторону дока. Не люблю я долгие прощания, тем более в таком ненадежном деле.

«Удачи, — неожиданно прозвучало мысленное пожелание Гаары в моем сознании, — постарайся не погибнуть. Нам…» — И она резко прервалась.

Видимо, девушка хотела сказать еще что-то, но так и не произнесла этого. Вместо этого она еще раз повторила:

«Удачи».

«Спасибо, — мысленно ответил я, — она мне очень пригодится».

«Надеюсь, мы еще с тобой встретимся», — сказала она.

«Не хорони меня раньше времени, — усмехнулся я, идя по коридору, — и да, я тоже надеюсь на нашу следующую встречу».

Я вошёл в док.

Лететь на неизвестный корабль я должен был на небольшом спасательном суденышке, которое мне предложили сполоты.

Прелат уже сидел на заднем сиденье.

Полноватый невысокий человек, с холеным, капризным и каким-то противно лоснящимся лицом подленького человечка, который всегда готов ударить в спину.

И чем он нагонял такой ужас на окружающих? Что в нем такого?

Не знаю. И узнавать не хочу.

Видимо, он хотел что-то сказать мне. Но слушать его у меня не было никакого желания.

Он лично для меня не представлял никакого интереса. У меня были свои дела и свои проблемы, которые занимали меня, и отвлекаться на что-то постороннее я совершенно не собирался. Особенно на этого слизняка, вот идеальное для него сравнение.

А поэтому, даже особо не заморачиваясь, размахиваюсь и резким ударом вырубаю его. Пусть полежит. Так мне будет гораздо спокойнее.

Дредноут «Немезида»

— Проконсул, — офицер связи удивленно посмотрел на стоящего у экрана человека в темной сутане, — с одного из кораблей сполотов стартовала спасательная шлюпка, которая направляется в нашу сторону. Не вооружена. На борту два пассажира. Судя по биометрическим показателям, это два человека.

— Хм, — протянул тот, от кого стыла кровь даже у его подчиненных, — интересно. Они пытались выйти с нами на связь? — задал вопрос проконсул.

— Нет, — отрицательно помотал головой офицер, — просто летят в нашу сторону и все.

— Любопытно, — протянуло существо, чья жизнь уже давно должна была закончиться. Хоть он и высказал словесное выражение проявленного интереса, однако его голос при этом так и остался холодным и равнодушным, как сама смерть, которой он служил и которую олицетворял в своем лице.

— Не пытаются связаться, значит. И чего он добивается?

Было видно, что рассуждает этот человек сам с собой и ему не требуется чье-то участие. Однако об этом не знал тот самый офицер, который передал ему эту новость.

— Простите, проконсул, вы о чем?

Капюшон, из-под которого выглядывала тьма, спокойно развернулся в сторону посмевшего перебить ход мысли того, с кем боялся связываться даже сам император. Холодные глаза равнодушно посмотрел на заговорившего с ним.

Мелкая дрожь пробрала офицера под этим взглядом, противный липкий пот мгновенно выступил у него на лбу.

— Простите, — тихо прошептал он, попятившись назад, — я не хотел вас побеспокоить.

Однако ничего не произошло, проконсул лишь так же равнодушно смотрел на него.

— Не о чем, — наконец, ответил он, — а о ком.

И посмотрев на экран, где была выведена тактическая карта сектора и где к ним приближался небольшой кораблик, он произнес:

— Что же задумал тот мальчишка? — И посмотрев на офицера, спросил: — На борту точно нет никакого оружия?

— Так точно, — быстро отрапортовал тот, — там даже топлива залито ровно столько, чтобы долететь до нашего корабля, и все. Они даже этот кораблик не смогут использовать как бомбу. Там ничего нет. Тем более мы постоянно ведем его и можем уничтожить в любую секунду.

— Нет, — отрицательно помотал головой проконсул, — а вы уверены, что один из тех двоих — это не прелат. А мне пока он нужен живым.

— Простите, — произнес офицер, — я не подумал об этом.

— Все верно, — согласился с ним проконсул, — а он подумал. И поэтому их летит двое. Он понял, кто нам нужен, и он догадывается о том, что прелат нам нужен живым. А значит, мы не будем уничтожать ни этот спасательный кораблик, ни остальные суда. Ведь мы не знаем точно, на котором из них находится прелат. Мы можем только предполагать это…

И он опять замолчал.

— Они тянут время. Но зачем? Ведь как только эти двое попадут на наш корабль, я сразу смогу определить, прелат это или нет.

И он вновь посмотрел на офицера.

— Приготовиться. Торможение. Уничтожить их корабли сразу по моему приказу.

И проконсул посмотрел на уже приблизившийся к ним небольшой спасательный бот. Вот он швартуется.

— Тарк, — прошипел голос, и в нем появилась некоторая доля удивления, чему поразился даже сам говоривший, — а он не так глуп.

На визоре отображался док и два каких-то непонятных человека. Из-за сильных помех не удавалось разобрать, кто это.

Парень не пытался скрыть своего присутствия на дредноуте. Только вот он не хотел, чтобы поняли, кого он привез.

«Зачем ты тянешь время, мальчишка?» — опять задумался проконсул.

— Ведите его сюда, — отдал он приказ. Личной встречи он не боялся, как и смерти. Ведь сложно убить того, кто и так уже давно мертв. Только вот знали об этом сущие единицы.

Прошло не больше трех минут, обстановка совершенно не изменилась.

Корабли сполотов замерли на своих местах. Их противники уже давно готовы были уничтожить те одним залпом и только ждали одного-единственного приказа.

И все сейчас зависело от какого-то мальчишки, который вел какую-то свою непонятную игру.

«Зачем тебе время, глупец?» — уже в который раз спросил сам у себя проконсул. Этот вопрос не давал ему успокоиться.

И вот их пленников вводят к ним в рубку.

«Что-то тут не так», — понимает проконсул.

На лице парня удовлетворение.

— Сова, открывай, Винни-Пух пришел, — произносит этот непонятный человек странную фразу.

И тут до проконсула доходит — ему не нужно было время. Все это было подстроено. Ему нужно было другое. Чтобы им заинтересовался именно он. Чтобы проконсул проявил к нему интерес и постарался понять, что же тот затеял.

А все было просто бутафорией, ему необходимо было попасть в сердце имперского дредноута.

— Ог… — хотел отдать приказ он. Однако было уже поздно. Прямо перед ним расцвела какая-то сияющая арка. И из нее вылетел контейнер метрового размера. Не успел он это осознать, как огненный цветок взрыва затопил всю капитанскую рубку их корабля.

«Что это?» — только и успел подумать он.

Следующей мыслью, пока сгорала, растворялась в плазме взрыва его плоть, была мысль о том, что он так и не увидел смерть этого мелкого человечишки. Он вообще не заметил, куда тот делся. Но он не мог сбежать, он был тут, на корабле.

А потом проконсул умер. Умер окончательно и бесповоротно.

Ведь единственным способом, который позволял упокоить этого вечного немертвого без возможности его повторного воскрешения, было полное уничтожение его материального носителя вместе с матрицей сознания, которая в нем размещалась. Что и произошло под напором раскаленной плазмы.

И этот материальный носитель сознания, который веками пересаживался из одного тела в другое и был истинной сущностью проконсула, в которую он превратился около двух тысячелетий назад и который позволял существовать ему в том виде, который он и принял.

В виде ожившего трупа.

Этот носитель был уничтожен, стерт с лица вселенной, от него не осталось даже праха, лишь страшные сказки и ужасные воспоминания.

Про душу проконсула можно было не переживать, ведь у нежити, служившей императору веками, уже давно ее не было.

И все это случилось по вине простого человека, который за своим стремлением выжить и спасти своих друзей даже не заметил такой мелочи, как разрушение одного из основополагающих столпов Агарской империи. Той мертвой и равнодушной силы, на которой Империя держалась тысячелетиями.

Проконсул так и не увидел, что произошло с остальными кораблями, тогда как их постигла та же самая участь. Ведь приказа на открытие огня им так никто и не отдал.

И буквально через мгновение после первого огненного цветка пространство сектора окрасилось еще от шести сильнейших взрывов. Хотя тишину вечного космоса это никак нарушить не могло.

Космос жил и существовал своей непостижимой и вечной жизнью.

Планета.

Где-то в центре лесного массива

Не знаю, как мне удалось вырваться, но я, еще даже не увидев открывающейся арки портала, метнулся в нужную сторону. И буквально в то же мгновение, когда я уже провалился в нее, меня догнала сильнейшая ударная волна.

Все это длилось буквально доли мгновений, я представить не мог, как это мое сознание умудрилось за такой короткий промежуток времени ухватить столько разрозненных фактов. Даже не так, это была не взрывная волна, это было облако раскаленной плазмы, накатившееся на меня. Я видел, как оно разъедало, поглощало внутренности корабля.

Огонь. Плавящаяся фигура в черной сутане, пустым взглядом уставившаяся в огненный смерч.

И я, летящий спиной вперед.

«Все, — подумал я, — на этом и окончен мой путь. Я немного не успел».

Огорчения или печали не было. Лишь огромное сожаление.

«Я так и не смогу сдержать своего обещания», — и тут я потерял сознание.

А потом мгновенное, резкое пробуждение.

Я опять почувствовал себя живой мыслящей субстанцией. Студнем. Как это сучилось тогда, при прохождении истребителя сквозь атмосферу планеты. Только в этот раз все тело кроме всего еще и переполняла боль. Но я отключаю сознание.

«Боли нет», — скомандовал я себе. Сейчас нельзя отвлекаться на нее. Я не знаю, сколько провалялся тут без сознания.

Слегка приподнимаюсь. Руки будто сделаны из свинца. Шевелить ими неимоверно сложно. Но я заставляю себя это сделать. Нельзя находиться внизу, но я застрял на одной из ветвей. Это уже хорошо.

Так, следующий шаг. Оглядываю себя.

Так и есть. Абсолютно обнажённое тело. Даже не осталось никакого маслянистого пепла, что покрывал тело в прошлый раз. Ничего нет.

Хотя нет, это не так. Что-то давит в правый бок.

Перекатываюсь и смотрю вниз. Невероятно, это артефакт сполотов.

И хоть по экрану прошла трещина, но он почему-то горит не темно-матовым цветом отключенного и сломанного устройства, а серым цветом режима ожидания.

«Установить связь», — командую я и представляю лицо улыбающейся Гаары. Это был самый яркий образ девушки, который смогло воспроизвести мое сознание.

Я забыл о том, что нужно работать через оператора, но этого и не потребовалось. Прошло буквально несколько секунд, как экран посветлел.

— Макс, живой, — неверяще посмотрела на меня девушка, как только сообразила, кто с ней связался. — Мы думали, что ты погиб, — быстро заговорила она. — Где ты? Тебя уже нет несколько дней? Тебя не смогли обнаружить в точке привязки портала, мы проверили ее и окрестности несколько раз.

И она наконец посмотрела на меня более внимательно.

— Что с тобой, где твоя одежда?

— И я рад тебя слышать, — усмехнулся я на этот шквал вопросов, — прости, но я знаю не больше твоего. Я очнулся буквально несколько минут назад. И как был в таком вот виде, так и связался с тобой. Все что у меня есть, это мыслепередатчик. — И немного подумав, уточнил: — Вы можете его как-то засечь?

— Конечно, сейчас, — и девушка отвернулась, переговариваясь с кем-то, находящимся поблизости от нее, а потом удивленно повернулась обратно и посмотрела на меня.

— Макс, — пораженно произнесла Гаара, — ты сейчас вообще не на той планете, где должен был оказаться, так далеко маг не смог бы открыть телепорт, тебя должно было закинуть на ближайшую к нам планету, а ты находишься на третьей планете в секторе. Держись. Мы уже летим на твой пеленг. Скоро мы будем у тебя.

И почему я не удивился, когда она сказала про третью планету. То-то я думаю, что местность вокруг больно знакомая. Похоже, мне кто-то помог не скопытиться во время того взрыва, вытащив с корабля в самый последний момент.

Оглядываюсь вокруг. Силы с удивительной скоростью восстанавливаются, будто я нахожусь в регенерационном комплексе.

Вокруг никого нет, я даже почувствовать никого не могу. Да и не следит сейчас никто за мной.

Но я все равно, слегка наклонив голову, тихо произношу:

— Спасибо.

Через час за мной прибыл корабль.

Сполоты предположили, что из-за взрыва настройки телепорта исказились и меня закинуло несколько дальше, чем должно было. И мне очень повезло, что я оказался на поверхности планеты, а не где-то в ее недрах.

Моего обнаженного вида никто так объяснить и не смог, я же о своих подозрениях никому рассказывать не стал. Слишком странными и невероятными они были. Два раза — это уже не просто совпадение. Не хватало только еще одного раза, для полной уверенности.

Левиафан сполотов «Верный»

— И куда ты сейчас?

Мы с Гаарой стояли рядом с моим кораблем.

— К нам, на базу, меня там ждут, — ответил я девушке. Я видел, что она что-то хочет сказать, но ее постоянно останавливает что-то.

— Удачи, — произнесла девушка и протянула мне небольшой кулон, — возьми, это на память от меня. Это тот же мыслепередатчик, только личный. Он настроен только на тебя. Я не знаю, как ты вообще смог первоначально активировать свой, да к тому же в том состоянии, что он был после взрыва, он, в принципе, не должен был функционировать. Тот раз, когда ты связался со мной с планеты, вытянул из него всю энергию и разрушил артефакт. Так что вот, — и она еще раскрыла ладонь, — это на случай, если ты захочешь со мной связаться.

— Спасибо, — ответил я.

«Странная она, по ней совершенно не видно, какие эмоции она испытывает. Холодна и отчуждена, как обычно».

Только вот странный легкий румянец на щеках не давал поверить моему дару эмпата.

Девушка волновалась. И хоть она держала себя в руках, ее же собственное тело выдавало ее.

— Мы еще увидимся? — спросил я у Гаары.

— Не знаю, — честно ответила девушка и потом, немного наклонив голову, произнесла: — Вообще-то меня ранее приписали к вашей группе, мы должны были работать вместе. Только…

— Что? — несколько удивившись ее последним словам, спросил я.

— Меня поначалу это очень выводило из себя и бесило… — ответила она, — я не могла понять, почему меня передали под твое начало.

— И что? — усмехнулся я. — Сейчас ты изменила свое мнение?

Девушка очень серьезно посмотрела на меня.

— Нет, я так и не поняла, почему это сделали. Только…

И она опять замолчала.

— Только что? — из нее все как клещами вытягивать приходится.

— Ты меня больше не бесишь, — очень тихо ответила девушка и развернулась. После чего отвернулась.

— Тебе пора, — сказала она.

— Хорошо, — кивнул я, но пока лезть в свой перехватчик не стал, — подожди. Ты же сказала, что тебя перевели в мою команду, так получается, что мы еще наверняка встретимся?

— Да, я так сказала, — ответила Гаара, — только в этом нет больше необходимости, и меня отозвали обратно в столицу. Поэтому я не знаю.

И она вновь наклонила голову. А потом вдруг неожиданно посмотрела на меня и задала совершенно странный вопрос, выбивший меня из колеи.

— Прости, Макс, — спросила девушка, — а тебе нравится имя Пердон?

— Что? — удивился я. — Пердон? Точно?

И посмотрев в ее очень уж серьезные глаза, честно ответил:

— Я бы своего ребенка так не назвал. Прости, но у меня с этим именем плохие ассоциации.

— Понятно, — задумчиво произнесла девушка, — почему-то именно так я и подумала.

И она отвернулась, собираясь уходить обратно на свой пост, но потом вдруг резко развернулась, шагнула ко мне навстречу и не очень умело прижалась к моим губам своими мягкими и нежными губами. Я почувствовал вкус каких-то лесных ягод.

— Я слышала, что именно так у вас желают удачи, — слегка отстранившись и сильно покраснев, прошептала она, глядя мне в глаза, и потом, сделав такой же быстрый шаг назад, развернувшись, даже не ушла, а убежала в сторону капитанской рубки.

Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать.

Я еще некоторое время постоял и задумчиво поглядел ей вслед. А потом, вздохнув, залез в кабину своего перехватчика. Мой путь лежал в систему нейтралов.

— Прощайте, — прошептал я, — и надеюсь, до встречи. Я ее буду ждать.

А потом покинул док. Прошло еще несколько минут, и я совершил прокол пространства, переходя в гипер.

Все, скоро я буду дома.

Эпилог

Неизвестная планета

— Я смотрю, ты смог его все-таки отблагодарить? — спросило существо, похожее на медузу, только вот парило оно в воздухе, а не плавало в море.

— Нет, — отрицательно помотал головой гигантский дракон, — это был не я.

— Что? — удивилось первое существо. — Как это так?

— Это он сам, — ответил дракон, — не знаю, как такое возможно, но он один из нас.

И оба странных мыслящих разумных такой странной формы на некоторое время замолчали, обдумывая сказанное драконом.

— Тогда мы тем более должны вернуть ему долг, — наконец приняв какое-то решение, посмотрела медуза на дракона. — Ты что-то придумал?

— Еще нет, — ответил тот, — но я придумал нечто другое.

— Что? — и колыхание медузы на ветру усилилось. В ее понимании, именно так должны были выражать свой повышенный интерес подобные существа.

— Работу, — ответил дракон и растворился в пространстве, не оставив после себя даже намека на то, что он только что тут был.

Перехватчик.

Несколько часов спустя

«До выхода из гиперпространства осталось несколько секунд», — радостно посмотрел я на показания приборов контроля.

Яркая вспышка, и вот он открытый космос.

Провожу сканирование окружающего пространство, чтобы сориентироваться в секторе.

«Не понял, — удивленно подумал я, разглядывая данные, выданные системой сканирования и дальнего обнаружения. — А где все?»

Сектор был девственно пуст. Несколько систем, и ничего более. Ни кораблей, ни станций, ни переговоров, ни запросов от систем автоматического обнаружения или сигналов, получаемых с автономных навигационных буев. Ничего.

«Это что, та самая миллионная доля погрешности при вычислениях?» — слегка заторможенно соображаю я и быстро начинаю проверять конечные координаты по текущему положению звезд.

«Не понял», — теперь я действительно ничего не понимал.

Навигационный искин упорно утверждал, что я оказался именно там, куда и хотел попасть.

«И чего это? Где все?»

Неожиданно сканер ожил.

«Зарегистрирован корабль неизвестной модификации», — смотрю на показания.

Таких я точно никогда не видел, но что-то в нем мне не давало покоя. Что-то такое, что заставляло постараться вспомнить.

Хоть я и не изучал в специализированных базах, но что-то похожее все-таки видел.

Но что? Голова заработала с бешеной скоростью.

И тут как молния. База «Артефакторика». Единственный найденный на окраине Содружества частично уцелевший корабль прародителей. И его изображение.

И сейчас система внешнего наблюдения перехватчика передает мне практически точно такое же изображение. Только вот этот корабль не имеет никаких внешних повреждений. Он абсолютно цел. И сейчас этот корабль летит прямо в мою сторону.

Древние.

Я ошарашен и с удивлением смотрю вперед. Откуда они тут?

Или я задал неверный вопрос. Это не они тут, это я тут?

Откуда я тут и как здесь оказался?

И вдруг как ответ на мои вопросы в моем сознании раздается глубокий женский голос:

«Это патрульный крейсер империи Дааг, идентифицируйте себя…»

И что мне ответить и как?

Вздыхаю и так же мысленно отвечаю:

«Макс Полтинник. Исследователь. Позывной „Технарь“».

«Принято. Добро пожаловать на территорию Империи»