Техника и вооружение 2013 03

Отечественные бронированные машины 1945-1965 гг.

М. В. Павлов, кандидат технических наук, старший научный сотрудник

И. В. Павлов, ведущий конструктор

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» №5-9,11,12/2008 г., №1-5,7-11/2009г., №1-12/20Юг., №1-12/2011 г., №1-5,7-9,11-12/2012г., №1,2/2013 г.

Сборку первого опытного образца танка ИС-7 (машина №01) закончили 8 сентября 1946 г. Однако к заводским испытаниям машины приступили только 25 сентября 1946 г. из-за выявления большого количества вопросов, требовавших отработки конструктивных решений, низкой степени готовности комплектующих узлов и агрегатов, разрабатывавшихся смежными организациями, отсутствия отлаженных связей между заводами для изготовления деталей по кооперации.

Отсутствие 130-мм пушки С-70 с механизмом заряжания и неготовность системы электроприводов управления вооружением с основными агрегатами, дистанционной системы управления спаренной пулеметной установкой, системы «Штурм», оптического дальномера, командирского прибора наблюдения-прицела, а также приборов ночного видения вынудили начать заводские ходовые испытания танка без башни с вооружением.

В моторно-трансмиссионном блоке танка был использован один из двух дизелей ТД-30 мощностью 882 кВт (1200 л.с.), изготовленных к этому времени заводом №500 МАП (г. Москва, Тушино).

К этому моменту на НИИБТ полигоне завершились испытания обстрелом двух комплектов корпуса и башни ИС-7 (испытания прошли в периоде 8 августа по 11 сентября 1946 г., председатель комиссии – генерал-майор танковых войск И.К. Романов, члены комиссии – подполковники П.Г. Бурцев, Л.М. Грачев, Бурыгин, Бирюков и заместитель главного конструктора А.С. Ермолаев. – Прим. авт.). Результаты этих испытаний оказали существенное влияние на дальнейшую судьбу этой машины.

При испытании каждый корпус с башней монтировался на специальном приспособлении. Отсутствие ходовой части (катков, балансиров и гусениц) компенсировалось установкой на приспособлении с каждой стороны по одному вертикальному листу толщиной 30 мм, на расстоянии равном ширине колеи танка.

Обстрел корпуса велся как отечественными бронебойными снарядами калибров 152 (пушка-гаубица МЛ-20), 122 (пушки Д-25 и А-19) и 57 мм (ЗИС-2), так и немецкими бронебойными снарядами калибра 128 и 88 мм из трофейных артсистем. Один выстрел по корпусу был произведен 122-мм осколочно-фугасным снарядом.

При обстреле башни применялись бронебойные снаряды калибра 128 и 122 мм. После 83 попаданий в корпус было обнаружено полное разрушение его сварных соединений.

К основным недостаткам броневой защиты танка ИС-7 выпуска 1946 г. относились:

– рекошетирование снаряда от носа корпуса в «зев» между корпусом и башней (был разрушен подбашенный лист корпуса);

– недостаточная бронестойкость нижнего пояса бортов;

– недостаточная прочность сварных швов;

– слабое крепление кормового листа;

– недостаточная прочность в задней части борта башни (отрыв крыши по сварке).

Таким образом, испытания показали, что снарядостойкость корпуса и башни не соответствовала заданным ТТХ.

Комиссией было рекомендовано:

– устранить «зев» между корпусом и башней;

– усилить защиту нижнего пояса брони;

– улучшить соединение и стыки броневых листов;

– усилить крепление кронштейна направляющих колес;

– усилить крепление кормового откидного листа.

Результаты этих испытаний использовались при отработке окончательного варианта броневой защиты нового тяжелого танка. В связи с рекомендациями комиссии, проводившей испытания обстрелом, коллектив ОГК под руководством Ж.Я. Котина был вынужден приступить не только к частичной переработке броневой конструкции корпуса и башни танка, но и всего проекта машины в целом.

При этом наряду с предложениями комиссии НИИБТ полигона, производившей обстрел корпусов и башен, были использованы и собственные наработки. Так, еще в июле 1946 г. в процессе согласования с НИИАВ MB вопросов габаритов арстистемы и конструкции механизма заряжания конструкторами Н.И. Чирцовым и Ф.Г. Коробко были разработаны два новых варианта башни танка ИС-7 – №2 и №3 (с учетом того, что вариант башни №1 находился в производстве на Ижорском заводе. – Прим. авт.), с укороченной на 130 мм носовой частью и уменьшенной на 150-200 мм общей высотой башни. В связи с уменьшением длины носовой части башни, увеличением углов наклона ее лобовой и бортовой брони перископическая часть прицела с гироскопической коробкой отодвигалась назад на 150-200 мм, что позволяло значительно укоротить окулярную часть прицела.

Оба представленных варианта отвечали требованиям по бронестойкости лобовой и бортовой проекции башни, а также обеспечивали лучшую обзорность с места командира танка и позволяли увеличить размеры рабочих мест заряжающих и командира (в районе плеч) более чем на 100 мм по сравнению с вариантом башни №1. Достигнутая экономия массы башни вариантов №2 и №3 по сравнению с вариантом № 1, составляла 458 и 497 кг соответственно. При этом общим недостатком обоих вариантов башен являлось уменьшение высоты боевого отделения с 1749 до 1600 мм.

Башня конструкции Н.И. Чирцова (вариант №2) обеспечивала нормальный монтаж и демонтаж пушки, была взаимозаменяема с башнями изготавливаемых опытных образцов (т.е. с башней варианта №1), а ее отливка осуществлялась по отработанной технологии. К ее недостаткам относились: нетехнологичная крыша, увеличенная высота линии огня, а также относительно тяжелая и слабая по противоснарядной стойкости качающаяся бронировка пушки.

Схема расположения снарядных поражений при обстреле башни танка ИС-7 («Объект 260»). 1946 г.

Башня, предложенная Ф.Г. Коробко (вариант №3), имела оригинальную обтекаемую форму лобовой части, увеличенную жесткость и стойкость передней части бортовой брони башни (ввиду отсутствия съемной крыши), перспективное решение по установке артсистемы 218* , меньшие массу качающейся бронировки и площадь выреза в лобовой части башни и, как следствие, – увеличенную стойкость лобовой проекции. Кроме того, командирская башенка крепилась не на болтах, а приваривалась к крыше башни.

Недостатками данного варианта являлись: усложненный монтаж и демонтаж пушки в полевых условиях (но в заводских условиях – вполне возможный), затрудненная установка коробки передач, увеличенная масса верхнего погона опоры башни (на 200 кг) и более сложная технология обработки погона, а также значительные напряжения, испытываемые опорой башни и ее крепежными болтами (крайними) при выстреле.

В результате, в октябре 1946 г., в соответствии с предложениями комиссии, полностью переработали конструкцию башни, устранили «зев» в лобовой и бортовой частях башни и обратную кривизну верхних кромок башни; крышу башни выполнили за одно целое с ее корпусом, а имеющиеся на крыше люки поставили «в четверть». Кроме того, увеличили до 60 мм толщину крыши над рабочим местом механика-водителя, изменили конструкцию кронштейна направляющего колеса (увеличили толщину и надежность крепления), усилили крепление верхнего кормового листа (вместо крепления к корпусу через планки стал фиксироваться непосредственно к основной броне, диаметр крепежных болтов увеличили с 24 до 33 мм), а также удлинили петли верхнего кормового листа (со 180 до 328 мм) и усилили их крепление постановкой гужонов.

К частично выполненным предложениям комиссии относились:

– выравнивание толщины стенок башни в горизонтальных сечениях по всей длине ее бортов и изменение толщины кормы башни (вместо 75 мм под углом 30° от вертикали была запроектирована броня переменной толщины – от 98 до 42 мм, располагавшаяся под углами от 5 до 80‘). Однако, несмотря на достигнутое увеличение снарядостойкости кормы башни, она уступала стойкости ее бортов;

– увеличение наружной кромки нижней части верхнего бортового листа корпуса на 30 мм с изменением угла наклона с 38 до 50° от вертикали. Однако полное приращение кромки до угла наклона верхней части гнутого бортового листа (63’) выполнено не было, так как дальнейшее увеличение кромки вело к выходу ширины корпуса танка за железнодорожные габариты на 63 мм;

– устранение «зева», образуемого башней с подбашенным листом, но без увеличения толщины последнего;

218* Артсистема «накрывалась» башней, что в данном варианте также не обеспечивало особого уменьшения высоты линии огня, но в дальнейшем, при увеличении диаметра погона и изменении конструкции жалюзи, высота линии огня могла быть значительно уменьшена.

Схема расположения снарядных поражений при обстреле корпуса танка ИС-7 («Объект 260»). 1946 г.

– усиление конструкции соединения нижних бортовых листов со средними за счет введения цельного гнутого бортового листа. Тем не менее, несмотря на повышенную бронестойкость нижней части гнутого бортового листа, она все же уступала бронестойкости его верхней части. Кроме того, прочность литой конструкции кормы корпуса была ослаблена по сравнению с гнутым бортом из-за наличия соединения кормовой отливки с бортами и недостаточной поперечной жесткости кормы корпуса;

– упразднение в конструкции днища корпуса наклонных листов и введение редана толщиной 20 мм, располагавшегося под углом 72°от вертикали и высотой 160-180 мм. Толщина переднего листа днища осталась без изменений, а повышенная прочность крепления блоков подвески – недостаточно стойкой к воздействию снарядов;

– усиление прочности соединения нижнего лобового листа с бортами корпуса (соединение «в четверть» с двумя штырями). Крепление верхних лобовых листов с нижним осталось без изменений, шиповое соединение со штырями не вводилось.

В дальнейшем предполагалось:

– повысить броневую защиту кормы башни до стойкости ее против 88-мм бронебойных снарядов с начальной скоростью 1000 м/с под курсовым углом 135°, с последующей проверкой обстрелом на полигоне;

– крепление механизмов, приборов и боеукладки производить только к крыше и днищу ниши башни;

– пересмотреть конструкцию крепления механизма поворота башни в сторону резкого повышения прочности крепления;

– проработать вопрос коренного изменения конструкции крепления башни на корпусе, исключив возможность разрушения конструкции опоры при воздействии снарядов в горизонтальном и вертикальном направлениях;

– проверить прочность соединения нижнего лобового листа корпуса с верхними и бортами при обстреле вновь изготовленного первого корпуса измененной конструкции;

– увеличить толщину подбашенного листа не менее чем до 45 мм;

– изменить конструкцию соединения гнутых бортов с кормовой частью в сторону усиления прочности этого соединения и ввести дополнительную поперечную жесткость корпуса в кормовой части. Увеличить толщину литой части кормы корпуса, доведя ее бронестойкость до стойкости гнутых бортов;

– увеличить толщину передней части днища до 30 мм (с проверкой обстрелом первого, изготовленного корпуса);

– пересмотреть конструкцию крепления боеукладки, оборудования и щитков в направлении снятия их крепления с основных бронедеталей корпуса и перенесения на днище и крышу корпуса;

– с целью уменьшения поражаемоести экипажа, а также ослабления действия звуковых волн при ударах снарядов о броню проработать вопрос изоляции членов экипажа от соприкосновения с броней башни и корпуса путем введения специального покрытия внутренней стороны основных бронедеталей в районах расположения их рабочих мест;

– отработать вопрос защиты корпуса и башни от воздействия кумулятивных снарядов и гранат.

Переработка конструкции броневой защиты и проекта танка ИС-7 не сказалась на продолжении дальнейших испытаний его первого и сборке второго опытных образцов.

Отсутствие к моменту завершения сборки первого опытного образца 130-мм пушки с механизмом заряжания конструкции НИИАВ объяснялось как необходимостью доработки технического проекта артсистемы, так и несогласованностью вопросов проведения ее полигонных испытаний.

Согласно ТТТ на 130-мм танковую пушку С-70, она предназначалась для уничтожения тяжелых танков и артиллерийских установок противника на дальности 3000 м, разрушения броневых колпаков ДОТов и бронированных амбразур, а также уничтожения живой силы противника. Боеприпасы пушки С-70 должны были быть унифицированы с боеприпасами 130-мм полевой пушки АРВГК 219* .

В качестве основного прицела предполагалось использовать телескопический прицел типа ТШ-45с переменным увеличением. Для обеспечения стрельбы с закрытых огневых позиций применялся боковой уровень. При этом горизонтальная наводка орудия осуществлялась по угломерному кругу, связанному с нижним погоном башни и командирским прибором наблюдения.

Скорости вертикальной наводки пушки при использовании ручного привода должны были составлять 1 град./с, при электроприводе – от 0,02 до 3 град./с.

С пушкой должен был быть спарен пулемет ленточного питания обр.1943 г. В состав обслуживающего вооружение расчета входили три человека: наводчик и два заряжающих.

К основным конструктивным требованиям относились:

– минимальные габариты казенной части орудия и установка его в башне с диаметром опоры в свету 2000 мм;

– свободный монтаж орудия в башню через амбразуру или крышу башни без разборки и снятия частей;

– введение люльки обойменного типа, цапфы с игольчатыми подшипниками (для смазки направляющих вкладышей должен быть обеспечен удобный доступ экипажа);

– возможность установки и снятия цилиндров противооткатных устройств внутри башни;

– использование в подъемном механизме пушки, помимо электропривода, еще и ручного дублирующего;

– наличие автоматического механизма продувки канала ствола пушки после выстрела с гидравлическим дозатором (питание сжатым воздухом должно производиться от специального компрессора);

– наличие механизма заряжания (на усмотрение КБ давалась возможность выбора типа механизма (пружинный или гидропневматический) и его конструктивной схемы (одно- или двухтактная);

– приведение пушки к углу заряжания при ее нахождении на больших углах возвышения (более 12’);

– установка телескопического прицела относительно оси цапф пушки с точностью +5 мм, с условием обеспечения запаса войсковой выверки ±7 т. д.;

– взаимное расположение механизмов наводки, окуляров прицела и дальномера должно быть выполнено с учетом существующих антропометрических данных;

– возможность дополнительной регулировки высоты окуляра прицела и сиденья наводчика для удобства его работы.

На техническом совещании, состоявшемся в НИИАВ MB еще 11 марта 1946 г. и посвященному вопросу совместного изготовления с ЛКЗ узлов пушки С-70, было принято следующее решение:

– НИИАВ MB изготавливает и подает к 1 августа 1946 г. на ЛКЗ 130-мм танковую пушку в собранном виде (с гальваноспуском) с подъемным механизмом без электромотора, механизмом заряжания, креплением по-походному (в башне), а также с комплектом ЗИП и принадлежностями;

– Кировский завод производит следующие агрегаты и работы, связанные с установкой и обслуживанием пушки: установочные части под монтаж пушки (игольчатые подшипники, качающаяся бронировка и наружное походное крепление), установку телескопического прицела, спаренного и зенитного (крупнокалиберного) пулеметов, электромотора подъемного механизма пушки, воздушной системы (для обеспечения продувки канала ствола пушки после выстрела и работы механизма заряжания), а также монтаж электрооборудования для обслуживания пушки и укладку снарядов в корме башни в местах, свободных от механизма заряжания.

Для проведения заводских испытаний пушки С-70 и механизма заряжания ЛКЗ к 1 июля 1946 г. должен был предоставить в адрес НИИАВ MB серийный танк ИС-2 с башней от ИС-7 под установку 130-мм танковой пушки с механизированным заряжанием.

Кроме того, в связи с намеченным Арткомом ГАУ ВС увеличением габаритов снарядов и гильзы к 130-мм танковой пушке С-70, НИИАВ MB просило изменить ранее согласованные габариты башни. Ориентировочно требовалось поднять крышу башни на 90 мм, а ширину и длину кормы башни увеличить, соответственно, на 50 и 75 мм. Более точное определение этих размеров предусматривалось после утверждения Арткомом ГАУ КА элементов выстрела. При этом утвержденные габаритные чертежи осколочных и бронебойных 130-мм выстрелов надлежало выслать в адрес ЛКЗ не позднее 20 марта 1946 г.

Наряду с изменением габаритов выстрелов, ГАУ ВС также потребовало обеспечить для пушки С-70 углы вертикальной наводки в пределах от -7 до +20° и предусмотреть установку третьего спаренного пулемета калибра 14,5 мм. Поскольку к этому времени практически все группы сборочных единиц пушки С-70 в НИИАВ MB были запущены в производство, то введение вышеперечисленных изменений привело к изготовлению заново двух групп артсистемы (люлька и подъемный механизм), что отразилось на сроках ее изготовления и поставки на ЛКЗ.

Выполненные в ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ изменения в конструкции установки и в механизме заряжания привели к росту не только габаритов и массы данных элементов, но и башни в целом. Общий прирост массы по машине составил свыше 1000 кг. Это определило невыполнение основного параметра машины по боевой массе, указанной в ТТЗ, утвержденном СНК СССР. Поэтому, учитывая серьезность положения, Ж.Я. Котин обратился к В.Г. Грабинус просьбой при переработке узлов артсистемы С-70 и механизма заряжания не выходить за пределы ранее согласованных масс как пушки (3650 кг без бронировки), так и механизма заряжания (300 кг).

Технический проект 130-мм танковой пушки С-70, разработанный НИИАВ MB согласно постановлению СНК СССР №350-142 от 12 декабря 1946 г. был рассмотрен на совещании Арткома ГАУ ВС 21 июня 1946 г. Выявились некоторые отступления от ТТТ:

219* Артиллерия резерва Верховного Главнокомандования.

Чертеж башни измененной конструкции танка ИС-7 («Объект 260»), 1946 г.

– снижение начальной скорости бронебойного снаряда из-за уменьшения нарезной части ствола на 160 мм (по сравнению со 130-мм пушкой С-26);

– ограниченные углы наводки – от -3 до+15’(вместо предусмотренных по ТТТ – от -7 до +20’);

– недостаточная скорость вертикальной наводки пушки от электропривода – от 0,05 до 3,5 град./с (вместо требуемой от 0,02 до 3 град./с);

– возможность механизированного заряжания без приведения к углу заряжания только для углов возвышения пушки от -3 до +8” (по ТТТ требовалось до+12“);

– применение сварки в соединениях отдельных деталей накатника и, как следствие, отсутствие для них разъемных соединений;

– недостаточная глубина лотков механизма заряжания, что могло привести к выпадению снаряда из лотка при стрельбе сходу.

Тем не менее, по результатам рассмотрения и обсуждения представленного технического проекта совещание приняло решение о целесообразности выпуска опытных образцов пушки С-70 с отдельными отклонениями от ТТТ и предложило НИИАВ MB в процессе их изготовления исправить выявленные конструктивные недостатки.

Несколько позже, 29 июня 1946 г. состоялось техническое совещание конструкторов ЛКЗ и НИИАВ MB по вопросам габаритно-массовым характеристикам пушки С-70, механизма заряжания и башни танка ИС-7. На совещании вновь отмечался ряд недостатков:

– увеличение объема гильзы на 0,5 л и удлинение осколочно-фугасного снаряда на 100 мм привело к росту массы артсистемы, а также габаритов и массы механизма заряжания и, в результате, – к увеличению габаритов и массы башни танка более чем на 1000 кг по сравнению с ранее согласованными характеристиками.

– несмотря на проведенные НИИАВ MB мероприятия по уменьшению массы качающейся части пушки С-70 на 150 кг и механизма заряжания на 50 кг, масса системы С-70 с механизмом заряжания (и башни в целом) являлась все же завышенной по сравнению с утвержденной постановлением СНК СССР №350-142;

– ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ не получили от НИИАВ MB вовремя рабочие чертежи системы С-70 и механизма заряжания, что не дало возможности закончить макет и выпустить рабочие чертежи боеукладок в корме башни.

Принятое техническим совещанием решение обязывало НИИАВ MB выслать все указанные чертежи в адрес ЛКЗ не позднее 5 июля 1946 г., а 8 июля 1946 г. отправить на ЛКЗ недостающие расчетные данные по расходу воздуха (для продувки системы и обеспечения работы механизма заряжания). Данные по характеристике гальваноспуска пушки С-70 (время срабатывания, сила и направление тока) и по расчету люфтов подъемного механизма следовало представить ЛКЗ 5 июля 1946 г.

В свою очередь, ОГК филиала Опытного завода № 100 и ЛКЗ совместно с НИИАВ MB предлагалось разработать стопор походного крепления артсистемы внутри башни, для чего НИИАВ MB на периоде 10 по 31 июля 1946 г. откомандировывало на ЛКЗ своих конструкторов.

1 июля 1946 г. прошло совместное техническое совещание представителей конструкторских бюро ЛКЗ и НИИАВ MB по вопросу изменения ограждения пушки С-70 в связи с уменьшением габаритов башни. В протоколе совещания отмечалось:

– завышенная масса системы С-70 и механизма заряжания конструкции НИИАВ MB (как следствие, и башни в целом) против утвержденных ТТТ постановлением СНК СССР №350-142 потребовала проработки массовой характеристики машины. Предпринятая конструкторскими бюро ЛКЗ и НИИАВ MB попытка уменьшения массы боевого отделения без переделки узлов механизма заряжания, гильзоотражателя пушки и башни не дала необходимых результатов;

– для уменьшения массы башни и повышения ее бронестойкости, ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ выполнил новую компоновку башни с уменьшенными габаритами установки артсистемы, что позволило уменьшить габариты башни по высоте и ширине, а также подать пушку назад на 90 мм относительно существующего варианта. Это позволило уменьшить высоту башни на 120 мм, ширину ее кормовой части – на 200 мм и длину носовой части – на 125 мм, а также улучшить бронестойкость башни, уменьшить неуравновешенность и ее массу в целом. Для реализации данного решения было необходимо уменьшить на 90 мм расстояние от оси башни до центра цапф пушки за счет переделки ее гильзоотражателя. Изменение конструкции задней части гильзоотражателя поручалось НИИАВ MB;

– окончательное согласование технических вопросов между конструкторскими бюро НИИАВ MB и ЛКЗ надлежало произвести не позже 15 июля 1946 г. (к указанному сроку НИИАВ MB командировало на ЛКЗ своего представителя);

– срок выпуска рабочих чертежей по переделке ограждения системы -15 июля 1946 г.

Окончательное утверждение технического проекта 130-мм танковой пушки С-70 для изготовления опытных образцов состоялось 9 июля 1946 г. на частном совещании у председателя Арткома ГАУ ВС (генерал-лейтенант артиллерии А.Ф. Горохов). На это совещание от НИИАВ MB были представлены 49 листов чертежей общих видов и частей пушки, пояснительная записка и расчеты внутренней баллистики, моноблока ствола на прочность и противооткатных устройств. Несмотря на все предыдущие решения и согласования, проект имел следующие отклонения от ТТТ Арткома ГАУ ВС (№3415):

– баллистический расчет был выполнен без учета флегматизатора, а путь снаряда по каналу ствола укорочен на 1 калибр (относительно 130-мм пушки С-26) и, вследствие этого, получение заданной по ТТТ начальной скорости снаряда не обеспечивалось на величину около 1%;

– не разработан и не предусмотрен механизм для сбрасывания лапок экстрактора;

– расчетное время срабатывания электроспуска составляло 0,5 с (согласно графику скорострельности) вместо требуемого по ТТТ – 0,1 с;

– углы наводки по вертикали находились в пределах от -3 до +15° (вместо требуемых по ТТТ от -7 до +20°) 220* ;

– скорость вертикальной наводки пушки с использованием электропривода составляла от 0,05 до 3,5 град./с вместо требуемой от 0,02 до 3 град./с;

– не разработан вариант подъемного механизма с несамотормозящейся червячной парой;

– механизированное заряжание без приведения к углу заряжания обеспечено для углов возвышения пушки от -3 до +8° (по ТТТ необходимо до+12-);

– в проекте не представлена установка телескопического прицела и не проработано взаимное расположение маховиков механизмов наводки и окуляра прицела.

– расчетная часть проекта выполнена в недостаточном объеме: отсутствуют основные расчеты на казенник и ствол в целом, люльку, дульный тормоз, подъемный механизм. Не исследована возможность наложения 122-мм ствола с начальной скоростью снаряда 1000 м/с.

Кроме того, в предлагаемой конструкции пушки отмечались следующие недостатки:

– ручной спуск неудобен для пользования;

– крепление сектора подъемного механизма к люльке двумя болтами ненадежно;

– накатник разработан со сварными соединениями, что противоречит постановлению СНК СССР №2920-859 от 17 ноября 1945 г. и не удовлетворяет требованиям войсковой эксплуатации и ремонта;

– из общего времени продувания канала ствола, равного 2,42 с, на продувание после экстрактирования гильзы приходится только 0,42 с;

– стопор походного крепления пушки не обеспечивает необходимой быстроты подготовки орудия к бою (1-2 с) и неудобен для использования;

– глубина лотков механизированного заряжания недостаточная: при стрельбе сходу возможно выпадение снаряда из лотка от резких боковых толчков и при боковых кренах танка;

– усилие на рукоятке привода механизированной боеукладки при подаче снаряда с верхнего лотка на нижний велико (расчетное значение – 24,4 кгс).

Однако, несмотря на это, частное совещание у председателя Арткома ГАУ ВС в своем решении рекомендовало допустить изготовление опытных образцов танковой пушки С-70 со следующими отклонениями от ТТТ ГАУ ВС:

– наименьшая скорость вертикальной наводки от электропривода – 0,05 град./с;

– возможность механизированного заряжания, без приведения к углу заряжания, в секторе от -3 до +8°;

– использование экстракторов без механизма для сбрасывания их лапок.

Фактический объем доработки перечисленных механизмов устанавливался после их проверки при испытании опытных образцов пушки. При этом НИИАВ MB в ходе выпуска рабочих чертежей и изготовления опытных образцов предлагалось исправить следующие отступления от ТТТ и конструктивные недостатки:

– обеспечить начальную скорость снаряда равную 900 м/с, а также углы вертикальной наводки пушки, заданные в ТТТ (№3415);

– переработать крепление сектора подъемного механизма к люльке;

– ввести резьбовое соединение частей накатника для обеспечения промывки и чистки цилиндров;

– увеличить время продувки ствола после экстракции гильзы до 1,5 с;

– улучшить стопор походного крепления и уменьшить время на перевод пушки в боевое положение;

– обеспечить работу механизма заряжания при стрельбе сходу (устранить возможность выпадения снаряда из лотков) и уменьшить усилие, необходимое для подачи снаряда с верхнего лотка на нижний, до 10-12 кгс.

В течение июля 1946 г. НИИАВ MB должно было доработать на макетах механизм заряжания, установку прицела и расположение механизмов наводки пушки, а также устройство продувки канала ствола после выстрела. Помимо этого НИИАВ MB предлагалось:

– уточнить расчетом время срабатывания электроспуска;

– спроектировать подъемный механизм с несамотормозящейся червячной парой;

– исследовать возможность наложения 122-мм ствола с начальной скоростью бронебойного снаряда (масса 25 кг) 1000 м/с.

Расчеты и необходимые чертежи по всем этим вопросам должны были быть представлены в Артком ГАУ ВС к 1 августа 1946 г.

Согласно договоренности между НИИАВ MB и ЛКЗ, заводские испытания 130-мм танковой пушки С-70 в комплексе с механизмом заряжания должны были производиться в башне танка ИС-7, установленной на серийном ИС-2. Однако эта машина к 1 июля 1946 г. в распоряжение НИИАВ MB предоставлена не была, что также вызвало задержку в отработке опытных образцов 130-мм танковой пушки С-70 и отправке их на ЛКЗ.

Неготовность серийного ИС-2 с башней ИС-7 под установку пушки С-70 объяснялась тем, что к моменту выпуска опытного образца этой артсистемы Ижорским заводом все четыре башни танка ИС-7 выпуска 1946 г. уже изготовили и отправили, согласно постановлению СНК СССР №350-142, на ЛКЗ для сборки опытных образцов машины и на НИИБТ полигон для испытания обстрелом.

В связи с тем, что сборка опытных образцов танка на ЛКЗ уже началась, директор завода А.Л. Кизима и главный конструктор Ж.Я. Котин в начале августа 1946 г. вышли на министра вооружения Д.Ф. Устинова и председателя Арткома ГАУ ВС генерал-лейтенанта А.Ф. Горохова с предложением произвести установку и монтаж артсистемы С-70 с механизмом заряжания непосредственно на Кировском заводе с помощью бригады монтажников, откомандированной из НИИАВ MB. Кроме того, ввиду задержки в получении комплекса вооружения рекомендовалось отправлять в адрес ЛКЗ уже готовые отдельные агрегаты. В первую очередь – наиболее трудоемкие в монтаже и отладке, как, например, механизм заряжания.

В результате опытный образец 130-мм пушки С-70 (№1) с механизмом заряжания поступил на ЛКЗ только 29 сентября 1946 г. До отправки артсистемы в Ленинград она прошла испытания отстрелом в объеме десяти выстрелов в присутствии представителей Министерства вооружения и военной приемки Арткома ГАУ ВС. При приемке пушки с механизмом заряжания на ЛКЗ было обнаружено отсутствие двухстороннего рычага подачи снарядов и гильз, болтов для крепления подъемного механизма и медной трубки для продувки канала ствола после выстрела (отсутствующие детали доставили на ЛКЗ 7 октября 1946 г.). После приемки пушку с механизмом заряжания отправили в сборочный цех для монтажа в башню танка ИС-7 (машина №01).

Фактически пушка С-70 (№1) представляла собой макетный (некондиционный) образец, изготовленный по первоначальному проекту, утвержденному Арткомом ГАУ ВС 21 июня 1946 г. 221* 9 октября перед установкой пушки в башню танка ИС-7 ее взвесили. Масса пушки с качающейся бронировкой и кожухом в сборе составила 4236,1 кг (из них: масса пушки с кожухом в сборе – 3952,3 кг, масса качающейся бронировки-283,8кг).

Представленный вместе с пушкой механизм заряжания конструкции НИИАВ MB имел пневматический привод и был ориентирован на работу от воздушной системы с давлением 2,5 МПа (25 кгс/см² ). Данная конструкция отличалась большими габаритами и массой. Для отработки и проверки боеукладки и механизма заряжания по просьбе главного конструктора Ж.Я. Котина и разрешения председателя Арткома ГАУ ВС генерал- лейтенанта А.Ф. Горохова на ЛКЗ с ГАКП ГАУ ВС (г. Ленинград, Ржевка) были выделены пять осколочно-фугасных гранат (черт. 2-3446) и пять бронебойных снарядов (черт. 2-3462), приведенных к нормальной массе (с охолощенными взрывателями), а также десять гильз (с охолощенной капсюльной втулкой) от танковой пушки С-70.

При монтаже пушки С-70 в башне машины выявилась необходимость создания больших удобств для экипажа, обслуживающего артсистему, и усиления пулеметного вооружения. Для этой цели предлагалось произвести следующие изменения по пушке С-70:

– ввести откидное (вверх) ограждение;

220* Впоследствии это требование ГАУ ВС было снято, поскольку согласно ТТХ, утвержденной постановлением СНК СССР №350-142 от 12 февраля 1946 г., были заданы углы наводки пушки в вертикальной плоскости от -3 до +15°.

221* Последующие опытные образцы пушки С-70, изготовленные уже в 1947 г., по просьбе Ж.Я. Котина были переконструированы под размещение строенной установки пулеметов: двух 7,62-мм РП-46 и одного 14,5-мм КПВ-44.

Заводские испытания танка ИС-7 («Объект 260») выпуска 1946 г.

Механизм заряжания танка ИС-7 («Объект 260») конструкции НИИАВ MB.

– перенести узел продувки канала ствола вниз под люльку для возможности установки над орудием 14,5-мм пулемета;

– произвести приварку по сторонам люльки установочных кронштейнов для двух 7,62-мм пулеметов.

С соответствующими предложениями Ж.Я. Котин 26 октября 1946 г. обратился к начальнику НИИАВ MB генерал-полковнику В.Г. Грабину и председателю Арткома ГАУ ВС генерал-лейтенанту А.Ф. Горохову. При этом изменения предлагалось выполнить уже на втором и третьем образце пушек С-70, подлежащих поставке на ЛКЗ в соответствии с постановлением СНК СССР №350-142 от 12 февраля 1946 г.

В процессе заводских ходовых испытаний (после установки башни с вооружением) первый опытный образец 2 октября 1946 г. подвергся взвешиванию на 100-тонных весах ЛКЗ. Масса машины составила 64950 кг (масса боекомплекта была компенсирована укладкой двух литых болванок массой 2 т). Повторное взвешивание танка состоялось 24 ноября 1946 г. Он был полностью укомплектован и заправлен топливом, смазкой, охлаждающей жидкостью, за исключением установки обогревателей, сидений в башне, электромотора и амплидина подъема пушки, командирской башенки, боекомплекта и системы «Штурм». Общая масса отсутствовавших систем, агрегатов и узлов составила 2170 кг. Дополнительно на танке были уложены: подкачивающий насос для двигателя ТД-30, насос-дублер для коробки передач, дополнительная опора коробки передач, механический дублер сервомеханизма, дополнительные щитки (для электрооборудования двигателя ТД-30), добавочный брезент, два баллона со сжатым воздухом, две стальных болванки, опора пола старой конструкции, дополнительный трос, масса которых составила 2345 кг (с учетом загрязненности танка, на которую отвели 350 кг). В результате масса машины достигла 65922 кг 222* .

Поскольку представленный вместе с пушкой С-70 механизм заряжания, разработанный НИИАВ MB и приводимый в действие от пневмопривода, имел большие габариты и массу, в ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ самостоятельно выполнили конструкцию механизма заряжания по типу, применявшейся в корабельных башенных установках. Этот механизм заряжания, действующий от электропривода, имел меньшие габариты и, соответственно, собственную массу. При проектировании механизма заряжания также были учтены результаты полигонных испытаний башни обстрелом и замечания комиссии ГБТУ ВС, что позволило использовать его в последующих опытных образцах танка ИС-7 выпуска 1947 г.

Что касается пулеметного вооружения, то вместе с установкой артсистемы на танке ИС-7 (машина №01) были смонтированы: зенитная пулеметная установка КПШ калибра 14,5 мм, дистанционная пулеметная установка спаренных 7,62-мм пулеметов ШКАС (в кормовой части башни), а также пять 7,62-мм пулеметов ШКАС, один из которых был спарен с пушкой, а четыре (с дистанционным управлением) находились в специальных коробах: два – перед маской пушки, и два – на надгусеничных нишах.

Разработку схемы дистанционного управления наводкой турели ЗПУ и изготовление ее опытного образца выполнил филиал Опытного завода №100, поскольку из-за несвоевременного подписания договора с ВЭИ МЭП на ее создание работы в данном институте были прекращены.

Создание дистанционной спаренной пулеметной установки 7,62-мм пулеметов ШКАС было поручено ОКБ-15 (ведущий инженер – А.Н. Журавлев). Однако к 11 декабря 1946 г. на ЛКЗ для рассмотрения поступили только ее рабочие чертежи и принципиальная схема электропривода. Дальнейшую деятельность по данной установке ОКБ-15 приостановило в связи с предъявлением со стороны ГАУ ВС в ноябре 1946 г. новых ТТТ. Кроме того, работу перенесли на 1947 г. с возможностью ее возобновления после согласования ТТТ на установку и пулемет. Тем не менее, переработанные чертежи общих видов и узлов установки с принципиальной схемой электропривода ОКБ-15 должно было представить на ЛКЗ до 30 декабря. Помимо ОКБ-15, к созданию электрооборудования привода установки был привлечен ВЭИ МЭП, который обязался изготовить его к 1 октября 1947 г.

В связи с задержкой в изготовлении сторонними организациями дистанционной пулеметной установки для своевременного выполнения правительственного задания по танку ИС-7 ОГК филиала Опытного завода и ЛКЗ в инициативном порядке спроектировал и изготовил силами своей лаборатории опытный образец синхронно-следящего электропривода и саму пулеметную установку. При этом в конструкции установки использовались отдельные элементы аппаратуры и электромашин иностранного производства, в частности, от авиационной турели «Глен-Мартин».

Первоначально в лаборатории управления огнем филиала Опытного завода №100 были выполнены исследования привода турели «Глен-Мартин» с целью определения пригодности аналогичной аппаратуры для дистанционной пулеметной установки танка ИС-7. После лабораторных испытаний было установлено, что параметры электрических приборов турели соответствовали требуемым условиям.

Одновременно провели работу по составлению и исследованию схемы дистанционной пулеметной установки с амплидинным приводом. Собранная действующая схема, опробованная в стендовых условиях, позволила выбрать необходимые параметры элементов с повышенными скоростями горизонтальной и вертикальной наводки.

В результате был спроектирован синхронно-следящий электропривод с использованием амплидина (электромеханического усилителя ЭМУ) и потенциометров кругового вращения, без электронного усилителя, с питанием всей схемы от бортовой сети танка, и изготовлен его макет. При сборке макета также использовались имевшиеся в наличии электромашины и аппаратура импортного производства. Однако применили лишь те узлы, которые к этому времени осваивались или уже были освоены в серийном производстве отечественной промышленностью.

Электропривод обеспечивал наводку пулеметов следящим методом, при котором углу и скорости поворота прицела командира (люка командира) соответствовали угол и скорость поворота турели.

Испытания электропривода прошли на специальном стенде «прицельная станция – турель».

Прицельная станция представляла собой диск с зубчатым венцом, смонтированный на шариковой опоре. В качестве исполнительной использовали самолетную турель «Глен-Мартин», на которой установили потенциометры грубого и точного отсчета, а также тахогенератор. На

неподвижном погоне крепился лимбе реохордой контроля, на подвижном погоне – редуктор поворота с исполнительным электромотором.

В процессе испытаний электропривода определялось качество работы отдельных элементов и всей схемы по следующим разделам:

– работа схемы грубого отсчета;

– работа схемы точного отсчета;

222* С учетом превышения массы башни на 300 кг, допущенной при ее производстве.

Механизм заряжания танка ИС-7 («Объект 260») конструкции ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ.

Прицельная станция для испытания приводов дистанционной спаренной пулеметной установки танка ИС-7 («Объект 260»).

– статическая точность привода (точность отработки угла рассогласования осей оружия и прицела);

– точность слежения (величина угла рассогласования между осями оружия и прицела при вращении турели).

Работа электропривода по схеме грубого отсчета проверялась поворотом задающей станции и турели в различных секторах окружности.

При повороте на углы ±90°, ±180° и 360° сбоя турели относительно задающей станции не наблюдалось. Отработка углов первоначального рассогласования происходила по наименьшему углу, с максимальной скоростью, которая была установлена равной 47,5 град./с при частоте вращения вала исполнительного электромотора поворота турели 3000 мин-1 и напряжении на его якоре 60 В.

Работа точного отсчета проверялась замером углов рассогласования между осью канала ствола и осью прицела, при движении установки с различными скоростями и замером точности отработки угла поворота турели, заданного прицельной станцией.

Статическая точность привода определялась замером углов поворота задающей станции и турели. Разность угла поворота прицельной станции и угла поворота турели давала величину неточности работы привода.

При проверке совместной работы грубого и точного отсчетов грубый отсчет включался при достижении на точном отсчете скорости, превышавшей скорость турели, которая соответствовала номинальной перебросочной. Напряжение на якоре амплидина в момент разгона достигало 75 В.

Во всем диапазоне скоростей наводки, от минимальной до максимальной, угол рассогласования между турелью и задающей станцией не превышал углов зоны нечувствительности грубого отсчета.

Испытания макета синхронно-следящего электропривода дистанционной пулеметной установки с амплидином и потенциометрами кругового вращения подтвердили возможность использования для опытной танковой дистанционной пулеметной установки схемы испытанного электропривода, который обеспечивал наводку на цель оружия турели синхронно-следящим методом с точностью 0,5° со скоростью до 22 град./с и точность отработки угла рассогласования в пределах 0,1°.

Однако основные характеристики были сняты на несовершенных стендах, имевших значительный механический люфт редукторов потенциометров кругового вращения и тахогенераторов, а также переменный момент сопротивления повороту турели, превышавший расчетный момент сопротивления повороту танковой турели.

Кроме того, конструкция стендов, не позволила снять характеристики электропривода при установившихся скоростях поворота. Полученные величины углов рассогласования между задающей станцией и турелью соответствовали только переходным режимам работы привода. В результате была исключена возможность определения добротности привода – отношения скорости поворота турели к углу рассогласования, с целью сравнения испытанного макета электропривода с существующими электроприводами авиационной турели.

В процессе испытаний были выявлены следующие элементы аппаратуры, требовавшие усовершенствования:

– потенциометры кругового вращения – с целью уменьшения габаритов, повышения надежности контактной системы щеток. Они должны были иметь равномерную обмотку, а также специальный разъем штепсельного типа для надежного и быстрого монтажа;

– редукторы потенциометров кругового вращения необходимо было выполнить безлюфтовыми, с минимальным числом шестерен.

Дальнейшие работы по совершенствованию макета синхронноследящего электропривода продолжили в 1947 г. с целью создания опытных образцов электроприводов танковой дистанционной установки с пулеметами различного калибра и комплектации для вооружения последующих опытных образцов танка ИС-7 и проведения их детальных лабораторных и полигонных испытаний.

Что касается вооружения, установленного на первом опытном образце танка ИС-7 (машина №01), то из-за использования некондиционной 130-мм танковой пушки С-70 и недоработанности механизма заряжания их испытания стрельбой на скорострельность и прочность не проводились. Не были подвергнуты испытаниям отстрелом в 1946 г. и зенитная пулемет

ная установка с 14,5-мм КПШ, и дистанционная пулеметная установка с двумя 7,62-мм пулеметами ШКАС.

Необходимо отметить, что в октябре 1946 г. в ГБТУ ВС и ГАУ ВС было принято решение о замене пулеметов конструкции Б.Г. Шпитального (ШКАС и КПШ) пулеметами конструкции С.В. Владимирова и В.А. Дегтярева. Эта работа поручалась филиалу Опытного завода №100 и НИИАВ MB 223* . ТТТ на создание новой спаренной установки 130-мм пушки С-70 с крупнокалиберным пулеметом КПВ-44 исполняющий обязанности начальника ГБТУ ВС генерал-майор инженернотанковой службы Г.В. Павловский утвердил 8 октября 1946 г.

Применение 14,5-мм пулемета КПВ (вместо7,62-мм ШКАС) вспарке со 130-мм пушкой С-70 должно было обеспечить экипажу танка возможность поражать легкие бронированные цели, автотранспорт и личный состав противника на дальностях 1000-2500 м. В соответствии с выданными ТТТ в ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ полностью переработали боевое отделение машины, разместив в нем более мощное пулеметное вооружение -строенную с пушкой С-70 установку, состоявшую из 14,5-мм крупнокалиберного пулемета КПВ-44 и двух 7,62-мм пулеметов РП-46.

Отказ от 7,62-мм авиационных пулеметов ШКАС был вызван тем, что стрельба из них велась специальными патронами, имевшими усиленную обжимку пули в гильзе, капсюль, отличный от капсюля винтовочного патрона, и более прочную гильзу. При стрельбе же из пулемета ШКАС обычными винтовочными патронами имело место значительное количество трудно устранимых задержек, связанных с выпадением пули, деформацией гильзы и разрывом патрона в зубчатке. Между тем танковые подразделения, входившие в состав общевойсковых соединений, обеспечивались боеприпасами из общеармейской системы снабжения. В этих условиях введение специального патрона на снабжение танковых войск являлось недопустимым. Кроме того, пулемет ШКАС имел недостаточно массивный ствол, который не мог обеспечить длительную непрерывную стрельбу из пулемета (одно из основных требований к танковому пулемету), а его эксплуатация в отличие от авиации, осуществлялась в условиях значительного запыления (что могло повлиять на безотказность работы его автоматики при стрельбе).

Что касается 14,5-мм крупнокалиберного пулемета КПШ, то по условиям компоновки зенитно-пулеметной установки, он был расположен в ней с поворотом вокруг оси канала ствола на 90°, что привело к ухудшению условий его эксплуатации. Кроме того, при движении танка по пересеченной местности возникали вибрации зенитно-пулеметной установки, в результате которых у пулемета КПШ открывалась крышка короба.

Несмотря на проведенную доработку, осуществленную в ОКБ-15 под руководством Б.Г. Шпитального, на последующих опытных образцах танка ИС-7 от использования 7,62-мм пулеметов ШКАС и 14,5-мм пулемета КПШ (зенитного)отказались.

Помимо 7,62-мм пулеметов РП-46, исполняющий обязанности начальника ГБТУ ВС генерал-майор инженерно-танковой службы Г.В. Павловский предложил использовать на танке ИС-7 пулемет СГ калибра 7,62 мм, рекомендованный в то время ГАУ ВС и ГБТУ ВС для вооружения образцов бронетанковой техники. СГ обеспечивал длительную непрерывную стрельбу в количестве 500 патронов и был проверен в условиях войсковой эксплуатации (в пехоте). Он имел ленточное питание (правое), рассчитанное на стрельбу обычным винтовочным патроном, экстракцию стреляных гильз влево и мог крепиться в установке под любым углом поворота вокруг оси канала ствола (что обеспечивало возможность изменять направление питания пулемета и экстракции гильз). В дальнейшем предполагалась модернизация пулемета в направлении создания второго типа с левым питанием и правой экстракцией.

223* ЦАКБ MB должен был представить ЛКЗ 130-мм пушку С-70 с двум я кронштейнами, рассчитанными для установки как 7,62-мм, так и 14,5-мм пулеметов.

Исполнительная турель для испытания приводов дистанционной спаренной пулеметной установки танка ИС-7 («Объект 260»).

Однако на техническом совещании в ОГК ЛКЗ по вопросу установки пулеметного оружия калибров 14,5 мм и 7,62 мм на артсистеме С-70 для танка ИС-7 («Объект260»), состоявшемся 31 октября 1946 г., предпочтение все же было отдано 7,62-мм пулемету РП-46. При требуемом размещении вооружения пулемет РП-46 по сравнению с СГ отличался более надежной работой автоматики (экстракция гильз), а его боевые и эксплуатационные характеристики были аналогичны пулемету П.М. Горюнова.

Пулеметы РП-46 предполагалось устанавливать на амортизаторах, оснастить их электроспуском и механизмом перезаряжания. Все необходимые переделки пулемета в соответствии с общей компоновкой установки пулеметного вооружения осуществлял НИИСПВА MB, руководствуясь ТТТ, выданными Управлением стрелкового вооружения ГАУ ВС.

Монтаж спаренного 14,5-мм крупнокалиберного пулемета КПВ-44 предусматривалось производить над орудием с разворотом его от нормального положения на 80". На пушке пулемет крепился жестко, без амортизаторов, с обеспечением регулировки мест его крепления для выверки оси канала ствола пулемета с осью пушки. Возможность разборки внутренних частей пулемета КПВ-44 для осмотра и чистки его без демонтажа с мест крепления обеспечивалась за счет выфрезеровки в казеннике пушки С-70 специального паза (не глубже паза, предназначавшегося для установки механизма продувки). Взвод и перезарядка спаренного пулемета КПВ-44 осуществлялись вручную – за имевшуюся ручку перезаряжания (штатную); для производства выстрела устанавливался электроспуск.

КПВ-44 имел ленточное питание (емкость ленты от 50 до 100 патронов), лента – металлическая, отделяющаяся звеньями после 10 выстрелов. В боекомплект к спаренному пулемету КПВ-44 входили 700 патронов. Стреляные гильзы должны были собираться в гильзоулавливатель емкостью на 250 патронов, а отработанные ленты – в специальные ящики (лентоулавливатели).

Для стрельбы из пулемета предполагалось использовать штатный прицел пушки и электромагнитный и механический спусковые механизмы. Кнопка электромагнитного спуска должна была совмещаться с кнопкой электроспуска пушки, ауправление механическим спусковым механизмом – выведено на рукоятку механизма поворота башни.

Выделяемые при стрельбе из пулемета и пушки пороховые газы предполагалось отсасывать из башни (была поставлена задача по проработке вентиляции боевого отделения) или минимизировать их концентрацию за счет герметизации самого пулемета КПВ-44.

Проект и рабочие чертежи спаренной установки артсистемы С-70 и 14,5-мм пулемета КПВ-44 ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ выпустил к концу 1946 г.

Строенная установка пулеметов КПВ-44 и РП-46 для танка ИС-7 («Объект 260»). Проект.

При использовании 14,5-мм пулемета КПВ-44 в составе дистанционно управляемой зенитной установки предполагалось применение пружинных амортизаторов, механизма автоматической перезарядки и электроспуска. Разработку механизма электроперезарядки и электроспуска также выполнял НИИСПВА MB в соответствии с общей компоновкой всей дистанционной и спаренной установки ОГК ЛКЗ и по ТТТ, выданным им Управлением стрелкового вооружения ГАУ ВС. Для уравновешивания зенитной установки относительно оси цапф по мере расхода патронов надлежало изучить вопрос о возможности компенсации неуравновешенности за счет экстрактируемых гильз.

Необходимо отметить, что ТТТ, выданные Управлением стрелкового вооружения ГАУ ВС на разработку механизма электроспуска и перезарядки пулеметов РП-46 и КПВ-44, предусматривали создание для обоих пулеметов как электромеханической, так и электропневматической перезарядки.

Одновременно Управление стрелкового вооружения ГАУ ВС (начальник – генерал-майор инженерно-артиллерийской службы Дубовицкий) в соответствии с постановлением Совета Министров СССР №1540-687 от 10 июля 1946 г. разработало для танка ИС-7 новые ТТТ для создания зенитно-пулеметной установки с дистанционным управлением под 7,62-мм и 14,5-мм пулеметы. 6 ноября 1946 г. эти ТТТ для согласования были разосланы в Министерство транспортного машиностроения, НТК ГБТУ ВС, Техническое управление Министерства вооружения и ЛКЗ.

Разработка установки нового пулеметного вооружения танка ИС-7 велась уже применительно к башне новой конструкции, к изготовлению опытного образца которой Ижорский завод приступил в ноябре 1946 г. 224*

Согласно ТТТ, данная зенитно-пулеметная установка предназначалась для стрельбы по воздушным и наземным 225* целям. Стрельба из установки должна была вестись с пульта управления командира танка с использованием синхронного электропривода и прицела (по наземным целям – перископического, по воздушным – коллиматорного типа), связанного с пулеметами. Углы наводки по вертикали составляли от -7 до +80° (в секторе ±45° по курсу башни – от 0 до +80°), по горизонтали – 360°. Наводка пулеметов по вертикали осуществлялась с помощью поворота рукоятки прицела в вертикальной плоскости, а по горизонтали – поворотом подвижного основания люка командира. При этом электроприводы установки в двух плоскостях должны были быть независимыми друг от друга и иметь кнопочное включение. Скорость наводки установки должна была изменяться в пределах от 0,25 до 25 град./с, с возможностью ее увеличения до 60 град./с.

Пулеметы предполагалось оснастить устройствами электроспуска, электромеханической или электропневматической перезарядки (при наличии механического перезаряжания и спуска пулемета). Кнопки автомата перезарядки, сигнальные лампы готовности оружия к стрельбе и включения установки в бортовую электросеть танка, счетчик оставшихся патронов предполагалось вывести на специальный щиток. Кнопка электроспуска располагалась на рукоятке прицела. Кроме того, установка должна была иметь сигнал о рассогласовании визирной линии прицела и оси пулемета (рассогласование – не более 2,5 т.д.).

Для исключения самообстрела корпуса и башни танка установку предполагалось оснастить механизмом блокировки. В походном положении стопорение установки производилось при 0° (по курсу танка). Емкость магазин-коробок, устанавливавшихся на пулеметах, должна была составлять не менее 250 патронов для пулемета калибра 7,62 мм и 50 патронов для 14,5-мм пулемета. Сбор стреляных гильз производился гильзоулавливателем, емкость которого соответствовала боекомплекту пулеметов.

Аналогичные требования были разосланы Управлением стрелкового вооружения ГАУ ВС и для разработки строенной зенитно-пулеметной установки, состоявшей из двух 7,62-мм пулеметов и одного пулемета калибра 14,5 мм.

Эскизный проект такой строенной установки для усиления огневой мощи пулеметного вооружения танка ИС-7 ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ выполнил к концу 1946 г.

Согласно проекту строенная зенитно-пулеметная установка располагалась снаружи, на башне танка, в ее кормовой части, на специальном основании и включала: качающуюся часть с пулеметами, вращающийся станок с механизмами наведения и патронными ящиками, а также неподвижное основание. На качающейся части в общей люльке, на амортизаторах монтировались три пулемета: один КПВ-44 калибра 14,5 и два РП-46 (правый и левый) калибра 7,62 мм. Пулеметы РП-46 имели эксцентриковое устройство для выверки их по мишени в горизонтальной и вертикальной плоскостях.

В казенной части люльки располагался электромеханический перезарядник, обеспечивавший перезарядку пулеметов при задержке в стрельбе. Для обеспечения минимального перегиба патронных лент на всех углах возвышения центр качания люльки был выбран вблизи пулеметных питателей. Качающаяся часть относительно цапф уравновешивалась с помощью специального груза.

Управление строенной пулеметной установкой осуществлялось с пульта командира танка. Углы наводки качающейся части по вертикали составляли от -7 до +80°, а скорость наводки – до 60 град/с. На зубчатом секторе люльки имелись механические ограничители вертикальных углов и контакты конечных переключателей, а на стреле люльки было предусмотрено крепление для коллиматорного прицела.

Качающаяся часть установки своими цапфами, посредством наметок, монтировалась во вращающемся станке. Внутри станка размещался механизм вертикальной наводки и два потенциометра (сельсина) грубой и точной наводки со своими приводами. На передней стенке станка располагались: электромотор механизма вертикальной наводки и тахогенератор, а внизу слева – поворотный механизм установки со своим электромотором и тахогенератором. Внизу, с правой стороны станка, находились потенциометры грубой и точной наводки поворотного механизма.

Поворотный механизм обеспечивал установке углы поворота по горизонту 360° при скорости наводки до 60 град./с. В электроприводах использовались электродвигатели типа ДУ-400 с частотой вращения вала 4000 мин-1 и мощностью 0,4 кВт.

Кроме того, на вращающемся станке были закреплены патронные ящики с крышками: с наружных сторон – два ящика для пулеметов РП-46 на 250 патронов каждый; впереди – один ящик на 150 патронов для пулемета КПВ-44. Приемники пулеметов соединялись с патронными ящиками гибкими рукавами, которые обеспечивали подачу патронов при стрельбе на всех углах возвышения и склонения.

Для всех механизмов установки (подъемного, поворотного, спускового механизма и механизма перезарядки) были предусмотрены дублеры для ручного управления установкой, а для учета оставшихся патронов – специальные счетчики. Кроме того, на вращающемся станке имелось устройство для установки сидения наводчика. Для предохранения наводчика от действия пороховых газов при ручном обслуживании установки стволы малых пулеметов были удлинены с помощью специальных надставок.

Неподвижное основание установки с помощью двух быстросъемных пальцев крепилось к проушине, приваренной к корме башни танка. На штыре неподвижного основания монтировался верхний станок, вращавшийся на двух конических подшипниках. Также на штыре располагались кольца электрического ВКУ и токонесущая магистраль. Неподвижное основание имело зубчатый венец, по которому обкатывалась коренная шестерня поворотного механизма. На зубчатом венце устанавливались механические ограничители углов поворота.

Установка имела следующие габариты: длина – 1520 мм, ширина – 780 мм, высота – 980 мм. Масса установки должна была составлять 150 кг, но (как показала выполненная проработка) она не могла быть соблюдена, и без бронирования, защиты от влаги и пыли превышала 300 кг. При выполнении требования по защите установки 15-мм броней от осколков и пуль ее масса достигала 500-600 кг. Надежная защита от пыли и грязи установки также оказалась невозможной.

Значительные габариты и масса установки, ее уязвимость и сложность стали основными причинами отказа для ее дальнейшей проработки, изготовления опытных образцов и использования на танке ИС-7.

Несмотря на то, что в течение 1946 г. ОГК филиала опытного завода №100 и ЛКЗ совместно с ВЭИ МЭП был решен ряд сложных, принципиально новых вопросов по разработке схемы и аппаратуры управления электроприводов наводки вооружения, ни один из запланированных к изготовлению комплектов данной аппаратуры не был до конца года установлен в опытном образце танка ИС-7 (машина №01).

По состоянию на 10 декабря 1946 г. один комплект аппаратуры электропривода башни и орудия находился в процессе лабораторной регулировки и по своим показателям примерно удовлетворял ТУ, однако окончательные ТТХ системы могли быть определены лишь после проведения полных лабораторных испытаний.

На совещании представителей ЦКБ ВЭИ и ОГК ЛКЗ, состоявшемся 10 декабря 1946 г., было принято совместное решение:

– первые лабораторные испытания аппаратуры провести на ее втором комплекте;

– учитывая, что аппаратура удовлетворяет основным показателям ТУ, считать возможным окончательно отработку первого комплекта аппаратуры произвести непосредственно в танке ИС-7;

– третий комплект аппаратуры испытать в лаборатории ВЭИ по сокращенной программе испытаний, то есть только с целью проверки ТУ, но без снятия характеристик и осциллограмм;

– регулировку четвертого комплекта аппаратуры в лаборатории не производить. Аппаратуру по принятой схеме не регулировать (из-за вносимых заказчиком изменений в ТУ). Переделку аппаратуры, связанную с предъявлением новых ТУ, провести в 1947 г.

Первую попытку установки комплекта аппаратуры автоматизированного электропривода конструкции ВЭИ в танке ИС-7 (машина №02) в период с 23 декабря 1946 г. по 20 января 1947 г. предприняла бригада института под руководством А.И. Клянчина (ответственный исполнитель от ВЭИ). Аппаратуру привода полностью смонтировали в танке, провели отладку и опробовали схему привода вертикальной наводки пушки, а также плавность и диапазон скоростей наводки в вертикальной плоскости. Кроме того, проверили работу привода поворота башни от амплидин-генератора, установленного вне танка. Однако доводку приводов завершить не удалось по причине частых выездов машины на ходовые испытания и отсутствия установки амплидин-генератора горизонтальной наводки непосредственно в танке (эту работу должен был выполнить ЛКЗ).

Только к 30 декабря 1946 г. ВЭИ сдал ЛКЗ первый комплект аппаратуры и машин для автоматизированного управления наводкой башни и орудия танка ИС-7. Работы в этом направлении, выполненные в 1946 г., позволили в дальнейшем для опытных образцов танка ИС-7 выпуска 1947 г. создать полностью отработанные электроприводы наводки пушки.

Спроектированный и изготовленный к концу 1946 г. прибор управления выстрелом «Штурм», который обеспечивал независимо от пушки наведение стабилизированной призмы прицела на цель, автоматическое подведение пушки к стабилизированной линии прицеливания при выстреле и автоматический выстрел, тоже был испытан в танке ИС-7 выпуска 1946 г., но уже в 1947 г. Разработку прибора и выпуск рабочих чертежей выполнил ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ при консультации НИИ-49, а изготовление его трех опытных образцов – завод №212 МСП. В конце 1946 г. первый опытный образец прибора управления выстрелом «Штурм» был направлен в Морской научно-исследовательской институт №1 для отладки и испытаний. В результате этой работы был накоплен положительный опыт по проектированию гироскопических приборов и создан новый прибор управления выстрелом.

Что касается прицела основного оружия, то к концу сентября 1946 г. СКБ-2 при заводе №393 MB разработало, а завод изготовил два опытных образца танкового прицела ТШ-46.30 сентября 1946 г. эти прицелы прошли приемо-сдаточные заводские испытания и были приняты ЛКЗ. В одном из прицелов оправа верхней призмы была установлена на подшипниках трения, во втором – на шарикоподшипниках. Прицелы имели сменное увеличение 3,75 и 7,5х и поле зрения 19 и 9,3’; масса прицела составляла 24 кг.

Одновременно с мероприятиями по повышению броневой защиты танка ИС-7 изучались вопросы по предотвращению последствий заброневого действия различных типов снарядов и, в частности, взрыва боекомплекта, связанного с воспламенением пороховых зарядов гильз артиллерийских выстрелов. С этой целью 12 ноября 1946 г. ГБТУ ВС выдало ЛКЗ ТТТ на разработку и изготовление опытного образца «мокрой» боеукладки, которая предусматривалась для всех гильз боекомплекта. При этом в «мокрой» боеукладке должна была применяться жидкость с низкой температурой замерзания и имевшая невоспламеняющийся состав (на 1 кг пороха предусматривалось 2 л жидкости).

При создании боеукладки такого типа предлагалось учесть опыт применения аналогичной конструкции в американских танках М4А2 и М24, прошедших испытания на НИИБТ полигоне летом 1946 г. Однако, по заявлению главного конструктора ЛКЗ Ж.Я. Котина, особых причин для внедрения «мокрой» боеукладки не было, а вопрос о снижении пожароопасности и воспламенения боекомплекта в танке ИС-7 был решен за счет применения в 130-мм боеприпасах гальванических втулок и гальванозапала пушки С-70, а также установки противопожарного оборудования с автоматически действующими термоэлектрозамыкателями, срабатывавшими при температуре 100-110°С.

Сборку второго опытного образца танка ИС-7 (машина №02) на ЛКЗ завершили 25 декабря 1946 г. До конца года он прошел контрольнообкаточный пробег в объеме 36 км. На машине также был установлен моторно-трансмиссионный блок с двигателем ТД-30 (№01 -05) и механической трансмиссией 226* , а в башне – макет пушки С-70.

Первый опытный образец танка ИС-7 (машина №01) до конца 1946 г. прошел 900 км.

За период проведения заводских ходовых испытаний двух опытных образцов танка ИС-7 (машины №01 и №02) в течение 1946 г. вышли из строя четыре двигателя ТД-30 из пяти, изготовленных для ЛКЗ заводом №500 МАП, которые перед установкой в танки прошли стендовые испытания. Конструктивная отработка опытных образцов дизелей ТД-30 проводилась ЛКЗ совместно с заводом №500 МАП путем согласования чертежей и непосредственного технического контакта в работе. Параллельно отрабатывался двигатель ТД-30 с приводным центробежным нагнетателем. Тем не менее, с 28 декабря 1946 г. для проведения дальнейших испытаний ЛКЗ располагал единственным двигателем на два танка. Остальные четыре двигателя требовали либо капитального, либо среднего ремонта.

Проведенные в 1946 г. заводские ходовые испытания опытного образца танка ИС-7 (машина №01) позволили выявить следующие недостатки и дефекты его основных узлов и агрегатов:

По двигателю ТД-30:

– полную непригодность регулятора топливного насоса, изготовленного заводом №500 МАП для работы в объектовых условиях;

– недостаточное давление масла в главной магистрали: падение давления с 0,59 до 0,39 кПа (с 6 до 4 кгс/см² ) и даже до 0,19 кПа (2 кгс/см² );

– заклинивание двигателя из-за раскручивания гайки пальца прицепного шатуна;

– неработоспособность муфты свободного хода амплидина;

– выброс значительного количества масла в выпускные коллекторы двигателя из-за увеличенной подача масла в системе смазки турбокомпрессора и неудовлетворительной работы лабиринтного уплотнения;

– необходимость снятия водяного насоса и привода спидометра для монтажа (демонтажа) моторно-трансмиссионного блока, что приводило к выходу из строя прокладки между верхней и нижней половинками корпуса насоса и к засорению привода тахометра; как следствие, это вызывало подтекание воды по разъему корпуса насоса и требовало промывки привода тахометра;

– ненадежную работу маслоуказателя, установленного на масляном баке. Кроме того, контроль за уровнем масла в процессе эксплуатации оказался затруднен из-за его неудачного расположения;

– отсутствие полной выработки топлива из топливных баков. В процессе испытаний было установлено, что после полной заправки баков вырабатывалось всего лишь 50-60% топлива, а затем требовалась дозаправка топливной системы, так как прекращалась подача топлива в двигатель и он начинал глохнуть. Указанный дефект снижал запас хода танка при движении по твердой грунтовой дороге до 100-120 км. При этом заправка топливной системы обычным способом (заливка баков через воронку) не обеспечивала полного заполнения топливных баков, особенно бортовых. Сам процесс занимал много времени, поскольку проходные сечения заливных топливопроводов не обеспечивали достаточно быстрого отвода топлива от заливной горловины. По мере заполнения системы топливом процесс заправки замедлялся и под конец становился настолько медленным, что не удавалось полностью залить все бортовые баки;

– наличие значительных люфтов и упругих деформаций в отдельных элементах цепного привода подачи топлива;

– неудобное расположение ручного подкачивающего топливного насоса «Альвейер»;

– образование трещин в сварочных швах расширительного бачка системы охлаждения из-за его жесткой установки на впускных коллекторах двигателя и вибрации последнего в процессе работы;

– отсутствие системы подогрева. При вынужденной остановке двигателя в условиях низких температур окружающего воздуха требовалось сливать охлаждающую жидкость из системы охлаждения и держать машину на прогреве;

– сложная конструкция системы слива охлаждающей жидкости. Сливной кран, установленный в боевом отделении, приводил к его излишнему загромождению;

– загроможденность шиберной перегородки из-за установки топливного фильтра в боевом отделении.

Помимо перечисленных недостатков, отмечалась большая сложность и трудоемкость работ при монтаже (демонтаже) моторно-трансмиссионного блока в машину даже при наличии в цехе ЛКЗ мощных и подвижных подъемно-транспортных средств. В полевых условиях эти монтажнодемонтажные работы были бы еще больше затруднены. А наличие большого количества трубопроводов в системах обеспечения работы двигателя (смазки, охлаждения, топливной) и их сложное взаиморасположение в моторном отделении препятствовали нормальному доступу для его ремонта и осмотра в процессе эксплуатации.

Требовалось также произвести конструктивное изменение крепления крыши над двигателем и жалюзи, чтобы их монтаж и демонтаж производились отдельно и независимо друг от друга, а также сделать один или два люка (в надмоторной крыше) для обеспечения свободного доступа и осмотра верхней части моторной группы.

Для облегчения и сокращения времени производства монтажнодемонтажных работ предлагалось упразднить имевшееся крепление блоков радиаторов к моторным балкам при помощи сварки, а также болтами, соединявшими жалюзи с моторной крышей через добавочные козырьки блоков, и ввести самостоятельное и независимое, вполне надежное крепление. При этом необходимо было крепление кронштейна опоры продольной тяги привода рычага переключения передач перенести с картера двигателя на постоянный мостик днища корпуса танка.

Учитывая перечисленные недостатки, дизель ТД-30 был признан не отвечающим требованиям эксплуатации в танке и нуждался в проведении доводочных работ с последующими стендовыми испытаниями и отладкой. Однако по инициативе руководства завода №500 МАП (директор – М.Ф. Каноненко, главный инженер – В.В. Чернышев, главный конструктор – В.М. Яковлев) дальнейшие работы по двигателю ТД-30 и выпуску опытной партии были прекращены.

Необходимо отметить, что одним из новых решений в силовой установке танка стало применение в топливной системе мягких топливных баков из специальной прорезиненной ткани, которые выдерживали избыточное внутреннее гидравлическое давление 49 кПа (0,5 кгс/см² ) и были устойчивы к воздействию дизельного топлива в течение длительного времени.

В системе воздухоочистки был использован инерционный масляный фильтр, обеспечивавший предварительную грубую и тонкую очистку воздуха от пыли.

Предварительная очистка воздуха осуществлялась с помощью фильтрекса с автоматическим удалением пыли из бункеров при коэффициенте очистки 0,9-0,95. Тонкая очистка производилась масляным фильтром, имевшим самоочищающуюся проволочную набивку. Масляный фильтр был снабжен масляным резервуаром емкостью 5,5 л, поглощавшим пыль в количестве 10-12 кг. Перед установкой в танке ИС-7 фильтр прошел стендовые испытания, на которых проработал 63 ч при запыленности воздуха 1,0 г/м³ и 30 ч при запыленности воздуха 2,5 г/м³ без обслуживания.

В целях дальнейшего совершенствования очистки воздуха от пыли в ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ был спроектирован инерционный сухой (матерчатый) фильтр, состоявший из двух ступеней очистки: предварительной – фильтрексом и тонкой – матерчатым элементом фильтра. Этот фильтр имел эжекционное удаление пыли из бункера посредством энергии отработавших газов и предназначался для применения в последующих опытных образцах танка ИС-7.

За время проведения испытаний для двух опытных образцов ИС-7 в тепловой лаборатории филиала Опытного завода №100 были проведены работы по доводке вентиляторной системы охлаждения дизеля ТД-30. Так, например, состоялись испытания вентиляционных крыльчаток с электромоторами МВ-10 и МВ-15 на повышенных скоростных режимах, испытания блоков малогабаритных радиаторов при повышенных температурах охлаждающей жидкости в системе – порядка 110- 120‘С.

В лаборатории танкового электро-радиооборудования филиала Опытного завода №100 для системы охлаждения машины прошли испытания электроагрегаты переменного тока – трехфазные электродвигатели, амплидинный и зарядный генераторы, изготовленные заводом «Электрик» и ВЭИ.

Велись и другие работы, направленные на повышение эффективности системы охлаждения дизеля ТД-30. Еще в июле 1946 г., ввиду сложности и трудоемкости производства электромеханических приводов системы охлаждения двигателя ТД-30, а также значительных затрат мощности на их привод, главный конструктор Ж.Я. Котин поставил исследовательской группе ОГК филиала Опытного завода №100 и ЛКЗ задачу по созданию эжекционной системы охлаждения танка ИС-7.

Путем теоретических расчетов была установлена реальная возможность решения этой задачи, проведен расчет установки эжекторов для танка ИС-7 и исследована возможность ее размещения в МТО машины.

Первоначально для выяснения основных положений, характеризующих работу газовой струи и ее возможностей, провели исследования эжектора паровозного типа на стенде с двигателем В2-ИС. Это позволило дать ориентировочную оценку затрат мощности дизеля на эжектор.

Кроме того, были проведены испытания серийной самоходной установки, на которой вместо вентилятора был установлен примитивный эжектор 227* . Результаты испытаний подтвердили возможность решения поставленной задачи и полную приемлемость эжектора с эксплуатационной точки зрения. Помимо этого были организованы и проведены в большом объеме исследования рабочего процесса эжекторов на моделях. По результатам выполненных исследований была изготовлена и прошла испытания на стенде эжекторная установка для танка ИС-7. Однако из-за отсутствия радиаторов все испытания осуществлялись не с натурными образцами, а с моделями.

Принципиальным достоинством эжекторной системы охлаждения являлась большая стабильность в части теплорассеивающей способности по сравнению с вентиляторной системой охлаждения при работе на малых частотах вращения коленчатого вала двигателя, особенно на режиме максимального крутящего момента. Кроме того, эжекторная установка представляла собой прекрасный глушитель для двигателя.

С целью принципиального решения вопроса о применимости эжекторной установки для обслуживания танковой системы охлаждения были проведены испытания эжектора на самоходной артиллерийской установке ИСУ-152 («Объект 242»), Перед монтажом эжекторной установки с САУ были сняты: серийный вентилятор системы охлаждения с кожухом и уплотнениями на входе воздуха, также жалюзи на выходе воздуха из радиаторов. Кроме того, улучшили уплотнения на выходе воздуха из радиаторов и заменили паровой клапан системы охлаждения клапаном, обеспечивавшим возможность работы системы с большей температурой охлаждающей жидкости (до 120’С). На место жалюзи над радиаторами разместили приемную камеру с эжекторной установкой.

Испытания САУ «Объект 242» с эжекторной установкой прошли в период с 21 по 27 сентября 1946 г. Они подтвердили целесообразность использования эжекторной установки в системе охлаждения двигателя. Спроектированный вариант эжекторной установки обеспечивал более высокую (на 10%) свободную мощность для трансмиссии, чем для электромеханического привода. Полученные результаты в дальнейшем были использовании для окончательного проектирования и создания эжекционной системы охлаждения танка ИС-7, успешно прошедшей испытания в 1947-1948 гг.

224* Новая башня имела исправленную конфигурацию и была переработана под размещение в ней 130-мм пушки С-70 со строенной установкой пулеметов: одного 14,5-мм пулемета КПВ-44 и двух 7,62-мм РП-46.

225* Легкобронированные и небронированные цели, противотанковые средства (бронебойщики) и личный состав противника (пехота).

226* Первоначально на втором опытном образце танка ИС-7 (машина №02) предполагалось установить спарку двигателей 2В16 и электромеханическую трансмиссию. Однако к моменту сборки машины спарка двигателей 2В16 еще проходила стендовые испытания, а электромеханическая трансмиссия находилась в стадии разработки.

227* Полное обеспечение работоспособности системы охлаждения в качестве задачи на тот момент не ставилось.

САУ ИСУ-152 («Объект 242») с экспериментальной эжекторной установкой системы охлаждения.

Схема экспериментальной эжекторной установки системы охлаждения.

По трансмиссионному блоку:

– излишнее усложнение приводов управления коробкой передач, которое способствовало возникновению различных дефектов;

– фактическое отсутствие второй передачи. Коробка передач имела небольшой разрыв между первой и второй передачами, обуславливавший малый коэффициент использования мощности двигателя на этих передачах, а также неудачный выбор места второй и третьей передач в общем диапазоне. В результате исключалась возможность трогания танка с места на третьей передаче, а трогание на второй передаче происходило при напряженном тепловом режиме работы главного фрикциона;

– отсутствие доступа к отдельным узлам и агрегатам трансмиссионного блока при их обслуживании без демонтажа всего блока из машины и его дальнейшей разборки;

– невозможность установки и крепления сервоприводов трансмиссионного блока и главного фрикциона без демонтажа других, не связанных с ними элементов, например, кожуха главного фрикциона;

– неудачное расположение и конструкция масляного насоса коробки передач, требовавшие для обеспечения его нормальной работы повышенного уровня масла в коробке передач, который приводил к сильному барботажу и перегреву масла выше 115- 120‘С;

– неработоспособная конструкция плунжерного масляного насоса коробки передач и сомнительная целесообразность его введения;

– частые течи масла в наружных трубопроводах, которые не могли быть устранены без демонтажа трансмиссионного блока из танка;

– невозможность длительной работы дублирующего устройства трансмиссионного блока (по расходу электроэнергии);

– малая величина угла поворота рычагов управления меду правым и вторым положением (6"), приводившая при совершении длительного плавного поворота к незаметному переходу рычага через первое положение во второе, и, как следствие, – к резкому повороту при полностью заторможенной гусенице;

– отсутствие необходимого уплотнения вала главного фрикциона, в результате чего масло из коробки передач попадало в главный фрикцион, замасливало диски трения, вызывая его пробуксовку и сгорание феродо;

– низкое качество трущихся поверхностей дисков трения главного фрикциона, и как следствие – наряженный тепловой режим работы;

– быстрое срабатывание и смятие упоров регулировочной гайки главного фрикциона;

– несоответствие величины хода нажимного диска главного фрикциона заданному ТУ (5-5,5 мм вместо 7-7,5 мм);

– затрудненная регулировка главного фрикциона из-за отсутствия хорошего доступа к месту регулировки и необходимого инструмента;

– невозможность замены тормозных лент без демонтажа из танка трансмиссионного блока;

– недопустимые удельные давления -до 2,9-3,9 М Па (до 30-40 кгс/см² ) и высокая температура перегрева остановочных тормозов – до 600’С;

– перенапряжение грузового вала коробки передач;

– высокое напряжение изгиба в эвольвентных шлицах вала водила бортового редуктора;

– прорыв перегородки между секциями масляного радиатора системы смазки коробки передач и системы смазки двигателя ввиду значительного давления масла в системе смазки коробки передач. В результате перекачивания всего объема масла из коробки передач в систему смазки двигателя происходил отказ в работе системы гидросервоуправления трансмиссией;

– заедание золотников системы гидросервоуправления трансмиссией из-за наличия в масле металлических или неметаллических мелких частиц;

– невозможность управления машиной при отказе системы гидросервоуправления трансмиссией из-за очень больших усилий на рычагах управления.

Кроме вышеперечисленных недостатков, требовалось устранить ряд других мелких дефектов: нарушение стопорения пальцев сателлитов планетарного ряда коробки передач, образование наклепа в шлицевом соединении шестерни первой передачи, подтекание масла по плоскостям прилегания агрегатов трансмиссионного блока (сервомоторы, лючки и т.д.); следовало также исключить нагромождение всевозможных трубопроводов и кранов, идущих ктрансмиссионному блоку, изменить кронштейны оттяжных пружин тормозных лент, чтобы они обеспечивали необходимую жесткость опоры пружины и установку равномеоного зазооа ленты по всей окружности барабанов.

По ходовой части:

– грунтозацепы траков не обеспечивали достаточной устойчивости машины от бокового скольжения и на поворотах, при движении с боковым креном она шла юзом;

– нарушение связи между втулками шарниров траков гусеницы из-за сжатия резиновых колец, в результате гусеница с РМШ начинала работать как обычная гусеница с ОМШ;

– самоотворачивание гаек пальцев траков с РМШ;

– наличие остаточной деформации резиновых колец шарнира, затрудняющей свободную разборку и сборку гусеницы в процессе эксплуатации;

– быстрое истирание задней опоры механизма натяжения гусеницы из-за задевания его гусеницей (после 20-30 км пробега стенка опоры истиралась на 1/3-1/2 своей толщины);

– недостаточная прочность обода опорных катков, которая приводила к их поломкам и образованию в них трещин как по окружности, так и в радиальном направлении. После пробега в объеме 900 км вышло из строя 14 ободов катков. Наибольшее количество поломавшихся ободов работали по внутренней стороне беговой дорожки гусеницы;

– истирание крышек балансиров внутренними ободами опорных катков;

– войлочные сальники опорных катков не обеспечивали достаточного уплотнения от проникновения грязи и воды к их подшипникам;

– излом разрезной трубы балансира второй левой подвески;

– значительный износ упорных буртов балансиров опорных катков, за исключением третьего правого и второго – четвертого левых балансиров.

Отмечалось также, что быстросъемное соединение кривошипа направляющего колеса с корпусом не обеспечивало его свободного демонтажа в случае изгиба оси кривошипа при ударе о препятствие.

Литые траки с РМШ гусеницы танка ИС-7 выпуска 1946 г.

Схема работы внутренних ободов опорных катков танка ИС-7 при движении по профилированному булыжному шоссе.

В целом, по принципу работы гусеница с РМШ показала себя вполне работоспособной. Однако по результатам испытаний требовалось выполнить доводочные работы по увеличению механической прочности отдельных элементов и, в первую очередь, соединения резиновых колец с металлическими втулками, а также стопорения гаек пальцев траков.

Совместно с НИИ МРП и заводом РТИ (г. Ленинград) филиал Опытного завода N9100 осуществил подбор рецептуры резины и разработал технологию производства обрезиненных втулок. Окончательную отработку технологии изготовления РМШ с определением его основных параметров филиал Опытного завода в 1947 г. провел на специально спроектированных для этих целей стендах.

Помимо гусениц с литыми траками и РМШ, в ходовой части танка ИС-7 выпуска 1946 г. впервые в отечественном танкостроении были применены индивидуальная двухвальная торсионная подвеска, выполненная по схеме «торсион в трубе», и опорные катки большого диаметра с внутренней амортизацией, работавшие при больших нагрузках.

Кроме того, спроектировали ряд вариантов подвесок, опытные образцы которых прошли лабораторно-ходовые испытания как на серийных танках, так и на первом опытном образце. В результате был создан рычажно-поршневой амортизатор двухстороннего действия, размещавшийся в пустующем объеме балансира, обеспечивавший, по расчетным данным, хорошую степень гашения угловых колебаний корпуса. Опытный образец такого амортизатора на ЛКЗ изготовили к концу 1946 г. После проведения стендовых испытаний и отработки конструкции его предполагалось устанавливать на последующих опытных образцах танка ИС-7 в 1947 г.

Необходимо отметить, что в 1946 г. для танка ИС-7 в лаборатории танкового электро-радиооборудования филиала Опытного завода №100 на основе серийной радиостанции 10РК без увеличения ее габаритов разработали дуплексную коротковолновую радиостанцию, обеспечивавшую переговоры как по обычному телефону, без переключения с приема на передачу и обратно. Действующие макеты дуплексной радиостанции прошли лабораторные и полевые испытания.

Обширные материалы, полученные в ходе проектировании, изготовления и ходовых испытаний первых двух опытных образцов танка ИС-7 выпуска 1946 г. (а также при обстреле двух комплектов корпусов и башен.

– Прим. авт.), активно использовали при совершенствовании конструкции танка, к изготовлению новых опытных образцов которого приступили уже в конце 1947 г.

Продолжение следует