Техника и вооружение 2014 11

Боевые машины Николая Александровича Астрова

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» №9/2014 г.

Легкий танк Т-50, принятый на вооружение 16 апреля 1941 г., осваивался производством с большими задержками. Согласно постановлению от 25 июня 1941 г., заводу №37 следовало прекратить сборку танков Т-40 и незамедлительно приступить к изготовлению Т-50. Однако возможности завода были абсолютно непригодными для выпуска танка такой степени сложности. Номенклатура и типоразмер большинства деталей Т-50 не соответствовали аналогичным элементам легких танков («легких» по названию, но «малых» по существу), изготавливаемых на заводе №37. Увеличивать производственные площади, усиливать несущие конструкции цехов, переоснащать станочный парк, проводить реконструкцию предприятия в Москве в военных условиях было абсолютно бесперспективно.

Первое, на что решился Н.А. Астров, стало срочное проектирование нового легкого танка с применением основных узлов и агрегатов серийного танка Т-40. Предполагалось значительно усилить вооружение и бронирование, а также окончательно отказаться от плавучести, поскольку заложенные в конструкцию Т-40 параметры плавучести на фронте не оправдали возлагавшихся надежд.

Проектные работы выполнялись ударными темпами. За две недели проект нового легкого танка был завершен. Одновременно в опытном цеху под руководством начальника цеха, опытного (как подчеркивал Н.А. Астров) мастера Г.Ф. Антонова собирали первый образец. На нем установили 20-мм автоматическую пушку ТНШ, спаренную с пулеметом ДТ. Бронебойный снаряд пушки имел высокую начальную скорость – 815 м/с.

Корпус танка Т-60 изготавливался из катаной брони с применением электросварки. Лобовым листам был придан рациональный угол наклона. Толщины гомогенной брони составляли 15-20 мм, при этом боевая масса машин первых серий равнялась 5,8 т. С октября 1941 г. броневую защиту танка усилили до 25-35 мм, а его боевая масса возросла до 6,48 т.

Компоновка Т-60 в основном была аналогична компоновке Т-40. В верхнем лобовом листе в районе места механика-водителя была выполнена рубка. В среднем лобовом листе справа для доступа к главной передаче трансмиссии имелся прямоугольный люк с крышкой, крепящейся болтами. В нижнем лобовом листе находилось отверстие для заводной рукоятки двигателя, закрываемое бронекрышкой. Башню восьмигранной формы сместили к левому борту. Толщина брони – 25 мм, угол наклона – 25' к вертикали. Для установки пушки в передней стенке башни была сделана прямоугольная ниша, которая закрывалась броневым щитом, закрепленным на маске пушки.

Легкий танк Т-60. Внизу – вариант танка с усиленной броневой защитой.

На Т-60 использовался двигатель ГАЗ-11 модели 202. Основной пуск двигателя осуществлялся заводной рукояткой. Использовать электростартер разрешалось либо в бою, либо если двигатель был хорошо прогрет. Для этого служил предпусковой подогреватель, работавший при помощи бензиновой паяльной лампы. Необходимо подчеркнуть, что подогреватель на отечественном танке был применен впервые. В дальнейшем все легкие танки и САУ конструкции Н.А. Астрова снабжались такими подогревателями.

Главный фрикцион и 4-ступенчатая коробка передач были новой конструкции – типа ГАЗ-51. В состав трансмиссии входили: карданный вал, коническая главная передача, два бортовых многодисковых фрикциона с ленточными тормозами и два однорядных бортовых редуктора. Ходовая часть – типа Т-40. Частично применялись литые обрезиненные опорные катки со спицами.

В отличие от Т-40, место механика-водителя было снабжено броневой рубкой с откидным щитком в переднем листе. Для посадки механика-водителя и командира-стрелка в крыше рубки и в крыше башни имелись люки с бронекрышками.

По мнению Н.А. Астрова, танк Т-60 должен был с успехом заменить Т-40. Но, поскольку постановление от 25 июня 1941 г. оставалось в силе, Н.А. Астров вместе со старшим военпредом на заводе В.П. Окуневым решил обратиться (письмо за двумя подписями) непосредственно в ЦК ВКП(б) к И.В. Сталину, минуя ведомственные и правительственные инстанции. В письме они изложили все обстоятельства, обосновывавшие целесообразность выпуска танка Т-60 на заводе №37 вместо Т-50. Письмо доставили в приемную Кремля и незамедлительно передали Сталину.

Узнав об этом, зампред Совнаркома СССР и одновременно нарком среднего машиностроения В.А. Малышев (в его ведении находился весь танкопром) уже на следующий день приехал на завод №37 (об этом автору этих строк рассказывал лично Николай Александрович). Ознакомившись с опытным образцом Т-60, Малышев пришел к выводу о полной обоснованности позиции Астрова в этом вопросе. При этом он предупредил:«Только смотрите, – или грудь в крестах, или голова в кустах». И в постановлении правительства от 16 августа 1941 г. о военно-хозяйственном плане на IV квартал и об увеличении выпуска танков вместо Т-50 фигурировала новая марка – «Т-60». На втором экземпляре постановления стояла виза Н.А. Астрова.

Производство 10 тысяч танков Т-60 планировалось осуществлять в Москве (завод №37), в Харькове (ХТЗ) и в Горьком (ГАЗ). Однако начавшаяся эвакуация заставила пересмотреть этот план.

На конструкторский отдел завода №37 внезапно «свалился» большой дополнительный объем работы. Прежде всего, требовалось заново оформить чертежно-техническую документацию по Т-60 для передачи ее на новые производства, выпустить многие сотни калек чертежей. Этим в первую очередь занялись конструкторы и чертежники отдела. Работали круглосуточно.

Московский завод №37 летом-осенью 1941 г. был единственным поставщиком фронту легких танков Т-40, а затем Т-30. Там же в опытном цеху изготовили установочную партию танков Т-60. Но на освоение серийного выпуска танков в Москве времени не было. Возникла необходимость создавать и осваивать новые производственные мощности в восточных регионах страны.

Наиболее готовым в кратчайшие сроки приступить к серийному выпуску танков Т-60 являлся Горьковский автозавод, поэтому вышло предписание отправить на ГАЗ в качестве эталонного образца одну из изготовленных новых машин. Поскольку в условиях массовой эвакуации заказать железнодорожную платформу было практически невозможно, Астров решил сам, сев за рычаги, вместе с механиком-водителем из опытного цеха, перегнать танк из Москвы в Горький своим ходом, без машины сопровождения, без оформления пропусков и без охраны, поочередно меняясь с водителем.

Действительно, менее чем через сутки танк стоял у ворот автозавода. В пути ни на одном КПП их не задержали, а лишь благожелательно открывали дорогу. Не случилось ни одной поломки. Время в пути составило примерно 14-16 ч.

Легкий танк Т-60.

Легкий танк Т-70.

В октябре 1941 г. было решено эвакуировать завод №37 в г. Свердловск. Там на базе завода «Металлист» (Нефтепрома) путем слияния нескольких производств (КИМ, Подольский им. Орджоникидзе и др.) образовали новое предприятие – завод №37 на Урале, а главным конструктором назначили Н.А. Астрова.

В ночь на 16 октября (навсегда запомнившаяся дата авральной эвакуации Москвы) все, кто мог и был способен покинуть столицу в связи с немецким наступлением, устремились на восток. И Николай Александрович на грузовике, нагруженном конструкторскими, технологическими, архивными и прочими документами, с группой коллег выехал в г. Горький на автозавод.

Он хорошо понимал, что переезд из Горького в Свердловск прервет задуманную и уже начатую работу по «спариванию» новых двигателей в единый силовой агрегат, по дальнейшей модернизации машин и пр. Поэтому, когда накануне отъезда в Свердловск Н.А. Астров неожиданно получил распоряжение директора ГАЗа Н.К. Лоскутова покинуть отправлявшийся эшелон и вернуться на завод, он с некоторыми колебаниями подчинился. Вскоре такое решение одобрил нарком С.А. Акопов. В итоге Николай Александрович остался на ГАЗе и в ноябре 1941 г. был назначен заместителем главного конструктора завода А.А. Липгарта по танковому производству.

Спустя полгода правильность выбора Н.А. Астрова нашла убедительное подтверждение. Завод №37 на Урале, выпустив более одной тысячи танков Т-60, в июле 1942 г. прекратил их производство. В связи с немецким летним наступлением и приближением фронта к Сталинграду СТЗ (Сталинградский тракторный завод) выбывал из числа поставщиков Т-34 фронту. Чтобы компенсировать сокращение выпуска, на производство средних танков был ориентирован завод «Уралмаш» в Свердловске. Для изготовления комплектующих деталей и узлов Т-34 и поставки их «Уралмашу» было решено задействовать завод №37, прекратив постройку там танков Т-60, упразднив номер завода и возвратив ему прежнее наименование. Таким образом «Металлист» вместе с заводом им. Воеводина (также находившемся в Свердловске) переподчинили «Уралмашу» на правах филиалов.

Производство танков Т-60 в период 1941-1942 гг. осуществляли заводы ГАЗ, №37 (Свердловск), №264 и №38. Завод №38 в г. Кирове был создан на базе местного завода-изготовителя железнодорожных подъемных кранов им. Первого мая и влившегося в него эвакуированного ограниченного коллектива и части цехов Коломенского машиностроительного завода им. Куйбышева.

Всего выпустили более 6000 танков Т-60.

В конце октября 1941 г. Н.А. Астров в конструкторско-экспериментальном отделе (КЭО) ГАЗа приступил к разработке нового легкого танка, вооруженного 45-мм пушкой. В его конструкции предполагалось в максимальной степени использовать узлы и агрегаты Т-60. Как главному конструктору Николаю Александровичу было совершенно очевидно, что без существенного увеличения мощности моторной установки дальнейшее развитие легких танков практически невозможно. Но в 1941 г. увеличение мощности серийно выпускаемого двигателя путем его форсирования представлялось трудно решаемой задачей, только на отдаленную перспективу.

Более реальным предполагалось решение задачи путем создания двух автономных приводов от двух двигателей с КП, каждый на свою гусеницу. Для уверенного прямолинейного движения требовалось лишь соединять двигатели между собой через фрикционные муфты. Как вспоминал Н.А. Астров, подобная схема виделась вполне оптимальной еще до войны, в Москве. Но тогда всеобъемлющих испытаний не проводилось, и скрытый порок такой схемы выявился позже.

После четырех неудачных попыток установить в легкий танк два двигателя Н.А. Астров предложил последовательное прямое соединение двигателей «гуськом», передавая мощность, развиваемую задним двигателем, через соединительную муфту на хвостовик коленвала переднего работающего двигателя. И такая «спарка», состоящая из двух двигателей ГАЗ-М1, была создана на заводе №37 накануне войны.

Теперь, в ноябре, первый вариант спаренного агрегата двух двигателей ГАЗ-11 был изготовлен в металле и поставлен на стенд. Вскоре выявилось, что важную роль играет жесткость резиновых «бочоночков» в соединявшей двигатели упругой муфте. Не доверяя приборам, подбор жесткости (упругости) осуществлял сам главный конструктор – Липгарт, оценивая жесткость резины, вдавливая в нее ногтя руки. Слишком мягкие резинки пропускали жесткие удары в междумоторном соединении, а слишком жесткие – приводили к перегрузке коренных подшипников двигателей. Искали середину.

Обнаружили, что взаимное расположение коленвалов никакой роли не играет.

Надежность 4-ступенчатой коробки передач оказалась недостаточной, пришлось заменить ее на коробку ЗИС-5, сделав новый вторичный вал и изменив рычаг переключения передач. Эта коробка имела четыре передачи вперед и одну – назад.

Легкий танк Т-70.

Легкий танкТ-70М.

Опытный легкий танк ГАЗ-70 – прототип Т-70.

Легкий танк Т-70М.

Доработали и вентилятор системы охлаждения, и его привод – внедрили шестеренчатый привод вместо клиноременного.

Одновременно разрабатывали раму, на которой монтировался силовой агрегат в сборе, устанавливавшийся в корпус танка на резиновых подушках. Силовой агрегат ГАЭ-203 состоял из двух двигателей ГАЗ-202 (ГАЗ-70-6004 передний и ГАЗ-70-6005 задний) суммарной мощностью 140 л.с. Главный фрикцион – двухдисковый, полуцентробежного типа.

От силового агрегата поиск новых конструктивных решений распространился на всю трансмиссию, а затем и на ходовую часть. Количество опорных катков ходовой части танка увеличили до пяти на борт.

Конфигурацию корпуса существенно изменили. Верхний лобовой лист толщиной 35 мм установили под углом 60’. Нижний лобовой лист был толщиной 45 мм. В верхнем листе находился люк механика-водителя с броневой (откидной вверх) крышкой, снабженной смотровым прибором (с щелью, закрытой триплексом на машинах первого выпуска). В нижней части справа, как и на Т-60, был выполнен люк для доступа к главной передаче трансмиссии.

В одноместной граненой башне с толщиной брони 35 мм установили 45-мм танковую пушку обр. 1932-1938 гг. с вертикальным клиновым затвором. С пушкой был спарен 7,62-мм пулемет ДТ. Углы наводки по вертикали – от -6" до +20°. Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 3600 м, максимальная – 4800 м. Боекомплект пушки состоял из 90 выстрелов (на машинах первого выпуска – 70 выстрелов). Механизм поворота башни – ручной шестеренчатый; он располагался слева, а подъемный механизм – справа от командира. Прицелы – телескопический или перископический (частично), а также механический. В крыше башни имелся входной люк командира танка. В бронекрышке был смонтирован перископический смотровой прибор кругового обзора.

Большая длина и масса силового агрегата, усиленные узлы и агрегаты других систем, а также более мощная броневая защита привели к возрастанию боевой массы (по сравнению с Т-60) танков первых выпусков до 9,2 т (позже -до 9,8 т).

Таким образом, задуманный в октябре 1941 г. существенно модернизированный легкий танк, получивший марку Т-70, по параметрам вплотную приблизился к танку Т-50. В январе 1942 г. был готов первый опытный образец. Ведущим инженером машины являлся В.А. Дедков. После устранения выявленных недостатков новый танк был поставлен на производство на заводах ГАЗ и №38 (г. Киров).

С сентября 1942 г. начался выпуск усовершенствованного танка Т-70М с усиленной ходовой частью (увеличены ширина катков и гусеницы и пр.), а также с увеличенной толщиной лобовой брони (до 45 мм). Теперь боевая масса танка составила 10 т. При мощности силовой установки 140 л.с. его максимальная скорость достигала 45 км/ч.

Танки Т-70/Т-70М собирались до середины 1943 г. Всего цеха покинули 8,3 тыс. таких машин.

За разработку конструкции Т-70 и его последующее совершенствование в 1943 г. Н.А. Астрову, А.А. Липгарту, В.А. Дедкову и другим конструкторам ГАЗа присудили Сталинскую премию II степени.

Легкий танк Т-90.

Легкий танк Т-80.

Легкий танк Т-80.

Танк Т-90, создание которого велось под руководством Н.А. Астрова с сентябре-октябре 1942 г., мог рассматриваться как мобильное средство ведения прицельного пулеметного огня по наземным и воздушным (зенитным) целям, действующее в тесном взаимодействии с другими легкими танками.

На танке, выполненном на базе Т-70М, установили открытую сверху и смещенную к левому борту башню, вооруженную спаренными 12,7-мм пулеметами ДШКТ. Отсутствие бронекрыши в восьмигранной башне, выполненной из 35-мм катаной брони, обеспечивало свободное наблюдение за воздушными целями и ведение по ним огня. Сверху она могла закрываться брезентовым тентом.

Углы наводки пулеметов составляли от -6‘ до +85'. Использовался коллиматорный прицел для зенитной стрельбы и телескопический – по наземным целям. Прицельная дальность составляла 3500 м, максимальная – до 7000 м.

Во второй половине 1942 г. – первой половине 1943 г. работа по совершенствованию танка Т-70М проводилась в нескольких направлениях. Так, появились конструкции литой, а затем двухместной сварной башни, что позволило освободить командира танка от функций наводчика. Численность экипажа возросла до 3 чел. Увеличение объема башни потребовало введения дополнительных смотровых приборов. Слева от пушки располагался наводчик, справа – командир- заряжающий. На крыше башни над местом командира располагалась неподвижная командирская башенка с входным люком, закрывающимся крышкой, снабженной перископическим смотровым прибором кругового обзора. Над местом наводчика выполнили люк, также закрывавшийся откидной крышкой. Перед ним размещались перископический смотровой прибор и коллиматорный прицел с откидной бронировкой. Прицелы наводчика остались теми же, что и на Т-70.

Кроме того, коллиматорный прицел использовался для стрельбы по воздушным целям или по верхним этажам зданий.

Сварную башню выполнили многогранной, с увеличенными углами наклона передних листов толщиной 45 мм. К бортам башни были приварены поручни.

Углы вертикальной наводки 45-мм пушки обр. 1938 г. составляли от -8" до +65°. С пушкой был спарен пулемет ДТ. Дальность стрельбы прямой наводкой достигала 3600 м, максимальная – 6000 м. Боекомплект пушки состоял из 94 выстрелов.

На танке применили силовой агрегат увеличенной мощности. Форсированные 6-цилиндровые двигатели ГАЗ-80 развивали мощность 85 л.с. каждый. Пуск осуществлялся либо с помощью двух электростартеров, либо ручной заводной рукояткой.

Броневую защиту корпуса усилили путем замены бронелистов бортов толщиной 15 мм на 25-мм листы. В результате боевая масса танка возросла до 11,6 т.

Танк был принят к производству как Т-80 на Мытищинском заводе №40 10. После выпуска 81 машины производство легких танков было прекращено.

Опытная самоходная установка СУ-71.

Самоходная установка СУ-76 (СУ-12).

Самоходная установка СУ-76М (СУ-15).

Самоходная артиллерия к началу Великой Отечественной войны в Красной Армии практически отсутствовала. Задача повышения подвижности артиллерии путем создания самоходных установок непосредственного сопровождения и огневой поддержки пехоты и танков вышла на первый план во второй половине 1942 г. Однако полное решение поставленной задачи не могло быть достигнуто без значительного увеличения количества орудий войсковой артиллерии, буксируемых тягачами. Артиллерийские тягачи, состоявшие в предвоенные годы на вооружении в относительно небольшом количестве, постепенно выбывали из строя. Производство гусеничных тракторов как сельскохозяйственного назначения, так и «артиллерийских» модификаций на тракторных заводах ЧТЗ и СТЗ было прекращено с целью высвобождения производственных мощностей для выпуска танков. Конная тяга, широко использовавшаяся перед войной в «легкой» артиллерии, дальнейших перспектив применения не имела.

Из создавшейся ситуации выход виделся в разработке легких самоходных артиллерийских установок на гусеничной базе, вооруженных пушками вплоть до калибра 76,2 мм. Эти машины должны были сопровождать и поддерживать огнем стрелковые (пехотные) части, а также в определенных условиях вести борьбу с легкими и средними танками и САУ противника. Вместе с тем, становилось актуальным создание легкобронированных и небронированных гусеничных артиллерийских тягачей – шасси универсального назначения. Государственный Комитет обороны своим постановлением от 19 октября 1942 г. обязал ряд заводов промышленности к 1 декабря 1942 г. изготовить опытные партии таких машин.

В КЭО ГАЗ работа в этом направлении под руководством Н.А. Астрова развернулась еще летом 1942 г. В итоге была предложена конструкция универсального шасси с параллельно расположенными двумя двигателями ГАЗ-202 у правого борта при заднем размещении ведущих колес. С использованием этого шасси в ноябре 1942 г. изготовили опытный образец самоходной установки СУ-71 с 76,2-мм пушкой ЗИС-З образца 1942 г., смонтированной в неподвижной броневой рубке, размещенной над кормовой частью корпуса. Боевая масса машины достигала 8 т.

Одновременно с СУ-71 проектировалась СУ-72 с 37-мм автоматической зенитной пушкой 61 К, смонтированной на тумбе. Изготовили один опытный образец боевой массой до 7,5 т.

Но дальнейшие работы в этом направлении были прекращены в связи с принятием на вооружение самоходной установки СУ-76 (СУ-12), созданной на заводе №38 под общим руководством С.А. Гинзбурга – начальника конструкторского отдела Наркомтанкопрома, прикомандированного к заводу. Главным конструктором завода являлся М.Н. Щукин.

СУ-76 была также вооружена 76,2-мм пушкой ЗИС-З, установленной в броневой рубке. Боевая ось орудия опиралась на подшипники, закрепленные на переднем листе рубки. Жесткость опоры обеспечивалась посредством двух дополнительных связей с бортами корпуса. Корпус машины был закрытого типа – с бронекрышей над рубкой.

В верхнем лобовом листе имелся люк для механика-водителя (аналогично Т-70). Для посадки экипажа (4 чел.) и загрузки боекомплекта использовалась двустворчатая дверь, выполненная в верхнем кормовом листе рубки. Наводчик размещался слева от пушки, командир и заряжающий – справа.

Пушка была снабжена панорамным прицелом, обеспечивавшим возможность ведение огня прямой наводкой и с закрытых позиций. Дня наблюдения за полем боя в крыше рубки размещался перископ-разведчик, имевший шкалы измерения углов для корректировки стрельбы. Прицел наводчика для стрельбы прямой наводкой – штатный ЗИС-З. Кроме того, имелась панорама Герца, а также три сменных смотровых зеркальных прибора. Углы наводки пушки по вертикали составляли от -2,5" до +25”, по горизонтали – ±15°.

Броневая защита выполнялась из листов толщиной от 7 до 25 мм, а нижний лобовой лист корпуса и лобовой лист рубки были толщиной 35 мм. Все листы, кроме бортового, получили рациональные углы наклона.

Боекомплект состоял из 60 выстрелов. В него входили осколочно-фугасные, бронебойно-трассирующие, кумулятивные и другие снаряды.

Силовой агрегат включал два двигателя ГАЗ-202, установленные параллельно вблизи левого и правого бортов корпуса. Расположение ведущих колес – переднее.

СУ-76 прошла государственные испытания и была принята на вооружение постановлением ГКО от 2 декабря 1942 г. До конца года успели выпустить 26 машин, в первом полугодии 1943 г. их производство продолжилось.

К сожалению, в период активных боевых действий на Северо-Западном направлении в марте 1943 г. выявилось несовершенство конструкции трансмиссии СУ-76. В частности, массово выходили из строя коробки передач. Первое подозрение в виновности пало на производство автозавода, изготовившее неработоспособные коробки передач. Конструкция автомобильной КП ГАЗ-MM для установки в СУ-76 переработке не подвергалась, т.е. оставалась серийной. Несущественные отклонения от утвержденных техусловий, часто встречающиеся при массовом выпуске машин, безусловно, могли иметь место в случае с СУ-76 (отклонения в твердости рабочих поверхностей шестерен, разностенность картеров коробок передач и пр.). Но принципиального значения эти отклонения не имели и обычно укладывались в установленный допуск.

Н.А. Астров срочно выехал на завод в г. Киров. В цеху он снял гусеницы с машины, т.е. освободил трансмиссию от нагрузки, включил первую передачу, довел число оборотов двигателей до устойчивого и … разрушил картер правой передачи.

Причину происходивших поломок можно было объяснить динамическими, ударными нагрузками в цепи «двигатель – коробка передач – соединительный вал – коробка передач – второй двигатель». При неудачном сочетании работы двух двигателей, кинематически жестко соединенных через коробки передач, в которых зацепления шестерен осуществляются с зазорами, возникновение неравномерности вращения и соударения – явление вполне закономерное. И проявляется оно наиболее жестко на первой передаче и передаче заднего хода.

Решение этой серьезнейшей проблемы виделось только в изменении схемы соединения двигателей. Практически это означало применение разработанной Н.А. Астровым схемы последовательного соединения двигателей в силовой агрегат. Обо всем этом он доложил на заседании, которое вел первый зампред Совнаркома СССР В.М. Молотов.

К середине мая 1943 г. в тесном взаимодействии с заводом №38 Н.А. Астров занимался совершенствованием машины, а в июне на ГАЗе изготовили опытные образцы самоходной установки СУ-76М (СУ-15), главным отличием которой от СУ-12 завода №38 стал новый силовой агрегат (по типу Т-70).

76,2-мм пушка теперь устанавливалась на поперечной балке, но по схожей схеме. Первый опытный образец отличался круговым бронированием боевого отделения и наличием крыши, а второй был выполнен без крыши и с облегченной задней стенкой боевого отделения, поскольку в ТТТ была задана боевая масса не более 10,5т (СУ-76 – 11,2 т). Для этого также уменьшили толщину нижнего лобового листа корпуса (до 30 мм) и переднего листа рубки (до 25 мм). Кроме того, в боекомплект СУ-76М с апреля 1943 г. включили подкалиберный снаряд, способный пробивать броню толщиной до 100 мм. Углы вертикальной наводки изменились – от -5° до +15”. Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 4000 м, а максимальная – 12100 м. Скорострельность – до 20 выстр./мин.

При боевой массе 10,5 т и мощности силового агрегата 140 л.с. максимальная скорость СУ-76М достигала 41 км/ч.

Всего за период Великой Отечественной войны выпустили 12,6 тыс. СУ-76 и СУ-76М. Для сравнения: количество изготовленных САУ всех типов (легких, средних и тяжелых) за военные годы составило 22,5 тыс. единиц.

В конце 1944 г. на вооружение приняли последнюю серийную САУ периода войны – ЗСУ-37, разработанную на базе СУ-76М. Ее вооружение составляла 37-мм автоматическая зенитная пушка 61К обр. 1939 г., установленная во вращающейся на тумбе, открытой сверху башне. До конца боевых действий на заводе №40 выпустили 12 таких машин.

Самоходная установка СУ-76М.

1943-й год стал переломным в судьбе легких танков. Налаженный выпуск танков Т-70 становился менее оправданным по мере нарастания крупносерийного производства средних Т-34 (их выпуск к концу 1943 г. достиг 71% вместо 51% в 1942 г.). «Расстановку сил» изменило и появление на советско-германском фронте зимой 1943 г. нового немецкого тяжелого танка «Тигр», возможность противостояния которому со сторону Т-70 не стоило даже рассматривать. Выход из создавшегося положения виделся прежде всего в повышении могущества танкового вооружения, в частности, в увеличении калибра артсистем, устанавливаемых на легких машинах. Необходимо было и усиление их броневой защиты. Но сдерживающим фактором по-прежнему оставалась ограниченная мощность имеющегося силового агрегата.

В марте 1943 г. конструкторы ГАЗ под руководством Н.А. Астрова предприняли еще одну попытку создать универсальное шасси для семейства легких машин различного назначения. Предусматривался сравнительно легкий монтаж модуля боевого отделения в кормовой части корпуса. В мае была изготовлена самоходная установка СУ-74 (СУ-74А), в которой нашли применение многие узлы и агрегаты танка Т-70. Корпус машины был полностью бронирован. Толщины брони достигали от 6 мм до 15-25 мм. Листы устанавливались с рациональными углами наклона.

На СУ-74 применили 6-цилиндровый форсированный автомобильный карбюраторный двигатель ЗИС-16Ф мощностью 104 л.с. В ходовой части использовались шесть опорных катков (на борт). В качестве основного вооружения была установлена в рамке пушка ЗИС-З обр. 1942 г.

Унифицированное шасси СУ-74 предполагалось также в качестве базы для артиллерийского тягача, ЗСУ и ряда других машин. Но переднее расположение двигателя вынуждало увеличить высоту линии огня, что вело к неприемлемому увеличению габаритной высоты машины. Дальнейшего развития это шасси не получило.

В июне 1943 г. под руководством Н.А. Астрова была спроектирована самоходная установка СУ-74Б (СУ-57Б) с более удачной компоновкой. Силовой агрегат и всю трансмиссию теперь разместили в кормовой части корпуса. Использовался двигатель ЗИС-16Ф.

Боевое отделение и место механика-водителя (совмещенные) располагались в передней части машины. Корпус был полностью бронирован.

В качестве основного вооружения была установлена в рамке 57-мм танковая пушка ЗИС-4. Углы наводки по вертикали составляли от -5’ до +14', горизонтальный сектор обстрела – 36'. Дальность стрельбы прямой наводкой достигала 4000 м, максимальная – 8400. Боекомплект – 72 выстрела. Бронебойный снаряд пробивал броню толщиной 85 мм под углом 60" на дальности 500 м.

Сравнительно небольшая высота линии огня (1300 мм) при значительном вылете ствола привела к возникновению опасности утыкания ствола в грунт. Боевая масса машины была 9,5 т, что при ограниченной мощности двигателя (104 л.с.) не обеспечивало необходимого уровня подвижности (максимальная скорость – 40 км/ч). Кроме того, надежность форсированного двигателя оказалась низкой.

Одновременно была создана самоходная установка СУ-74Д (СУ-76Д). Но при внешней схожести с СУ-74Б она имела ряд принципиальных отличий. Так, при расположении силового агрегата в кормовой части корпуса трансмиссионное отделение, совмещенное с отделением управления, размещалось в передней части корпуса. Над местом командира в крыше боевого отделения справа была установлена командирская башенка с вращающимся перископическим смотровым прибором. Таким же смотровым прибором располагал и механик-водитель, размещавшийся впереди справа. Слева от пушки находились наводчик и заряжающий.

В качестве основного вооружения применялась 76,2-мм танковая пушка Ф-34 обр. 1940 г. Углы вертикальной наводки – от -5’ до +14°, горизонтальный сектор обстрела – 27“. Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 4000 м, максимальная – 12000. Боекомплект включал 71 выстрел. Броневую защиту СУ-74Д в отдельных местах усилили до 35 мм.

По продольной оси симметрии установили 4-цилиндровый двухтактный дизель GMC-4-71 мощностью 110 л.с., в сборе с главным фрикционом (сцеплением) и пятиступенчатой коробкой передач. Максимальная скорость машины достигала 36 км/ч.

Усиленные вооружение и броневая защита делали эту самоходную установку весьма передовой в своем классе – легкой категории по массе (боевая масса – 11,6 т). Но бесперспективность применения американского дизеля, поставляемого по ленд-лизу, не позволила принять машину к производству и на вооружение.

Схема общей компоновки самоходной установки СУ-74.

Опытные самоходные установки СУ-74Б и СУ-74Д.

В период с 4 по 22 июня 1943 г. немецкая бомбардировочная авиация еженощно совершала массированные налеты на г. Горький. Как вспоминал Н.А. Астров, налет начинался в 23 ч 40 мин и продолжался до 5 ч утра. При этом неоднократно применялись осветительные бомбы, медленно спускавшиеся на парашютах.

В результате бомбардировок возникало множество пожаров. Погибло немало заводчан, серьезно пострадало оборудование, были нарушены коммуникации, электроснабжение и связь, разрушены жилые дома. Вышло из строя около 50 производственных корпусов и сооружений завода. В том числе был разрушен цех, выпускавший колеса для 1,5-тонного грузового автомобиля ГАЗ-MM. Отгрузка машин прекратилась.

Такое положение не могло продолжаться долго без принятия срочных мер. Для ликвидации последствий бомбардировок и восстановления завода была создана правительственная комиссия. По решению ГКО, фронтам действующей армии поступила директива организовать в прифронтовой зоне сбор колес, снимаемых с аварийных, не подлежащих восстановлению машин. Наркомат путей сообщения обязывался обеспечить немедленную доставку колес на автозавод. Там, после выбраковки и восстановительного ремонта, колеса повторно устанавливали на выпускаемые грузовики.

За 100 дней напряженной работы последствия бомбардировок были устранены, и директор завода И.К. Лоскутов доложил правительству, что завод полностью восстановлен. Теперь все усилия заводчан были направлены на освоение и расширение выпуска СУ-76М, а производство танков Т-70М полностью прекратилось.

В самоходной установке ГАЗ-75, разрабатываемой под руководством Н.А. Астрова в 1943 г., была предпринята попытка одновременного значительного увеличения мощности вооружения и броневой защиты. Эта машина, имевшая толщину лобовой брони полностью закрытого корпуса порядка 50 мм и лба рубки – 82 мм, оснащалась установленной в рамке 85-мм танковой пушкой Д-5С-85, подготовленной для перевооружения танка Т-34.

Трансмиссия располагалась в передней части машины, силовой агрегат – в корме. Он состоял из спаренных форсированных двигателей ГАЗ-80 суммарной мощностью 170 л.с., что позволяло машине развивать максимальную скорость до 30 км/ч при боевой массе 14 т.

В ходовой части, в основном аналогичной СУ-76М, увеличили длину опорной поверхности гусениц, а вместо поддерживающих катков применили полозья. Для уменьшения величины приседания при стрельбе на подвеску задних опорных катков установили специальные стабилизаторы, вследствие чего обеспечивалось выключение подвески. Предусматривалось также торможение отката машины: для этого на задних опорных катках закрепили дополнительные зубчатые венцы, зацеплявшиеся с траками гусениц и тормозившиеся при выстреле.

Боевое отделение размещалось в средней части корпуса: слева от пушки располагались наводчик и заряжающий, а справа – механик- водитель и командир. На крыше рубки находилась командирская башенка с перископическим смотровым прибором,закрепленным во вращающейся крышке люка. Такие же смотровые приборы имелись у механика-водителя и наводчика.

Водитель мог вести машину по-боевому при нижнем положении сиденья и, наблюдая за местностью через открытый люк рубки, при верхнем положении.

Опытный образец машины собрали в 1944 г. Максимальный угол возвышения орудия составлял +15”. Сектор горизонтальной наводки ограничивался устойчивостью машины, поскольку при углах в пределах 20-30° от продольной оси при стрельбе наблюдались ее недопустимо большие перемещения. Кроме того, ГАЗ-75 оказалась перетяжеленной, а ее маневренность оставляла желать лучшего.

В конце 1943 г. на базе СУ-76М создавалась самоходная установка СУ-85А, основным отличием которой являлась установка 85-мм танковой пушки Д-5С-85А. Относительно продольной оси корпуса она была смещена влево, как и на СУ-76М. Угол вертикальной наводки увеличили до +18°. Использовались телескопический прицел и панорама Герца. Дальность стрельбы прямой наводкой составляла 3800 м, наибольшая – 13600 м. Практическая скорострельность достигала 11 выстр./мин. Боекомплект состоял из 42 выстрелов. Броневой корпус и броневая рубка были сварены из листов толщиной от 6 до 25 мм, а подвижная бронировка пушки – 35 мм.

Суммарная мощность силового агрегата (два двигателя ГАЗ-80) достигала 145 л.с. Максимальная скорость СУ-85А составляла 40 км/ч.

Конструкция ходовой части полностью заимствовали от СУ-76М. Правда, подвеску крайних катков усилили дополнительными листовыми рессорами, а вместо поддерживающих катков применили полозья.

Боевая масса машины достигала 12,3 т, экипаж состоял из 4 чел.

Опытные самоходные установки СУ-85А и СУ-85Б.

Опытная самоходная установка ГАЗ-75.

В ходе испытаний опытного образца СУ-85А были выявлены недостаточная устойчивость машины и длительные затухания колебаний корпуса после выстрела. Частично недостатки машины устранили во втором опытном образце – СУ-85Б, разработанном в конце 1944 г. На машине установили опытную 85-мм пушку ЛБ-2, снабженную дульным тормозом: ее откат был менее жестким по сравнению с Д-5С-85А. Осуществили и другие улучшения конструкции: полностью забронировали корму рубки, увеличили боекомплект до 43 выстрелов, а мощность силового агрегата ГАЗ-80 довели до 160 л.с. Боевая масса СУ-85Б составляла 12,4 т, максимальная скорость – 43 км/ч.

В апреле-мае 1945 г. опытный образец прошел испытания. По своим боевым качествам СУ-85Б превосходила ранее разработанные самоходные установки и была рекомендована к принятию на вооружение. Но в связи с окончанием военных действий на производство она не ставилась.

На этом работа конструкторов под руководством Н.А. Астрова по самоходным установкам на ГАЗе была завершена.

Окончание следует

Использованы фото из архивов автора, В. Изъюрова и М. Павлова.