Луис Ламур Темный каньон

Посвящается Кэтрин

Глава 1

Только на закате Джим Колберн добрался до лагеря, где укрылась его банда. Он был не один. Рядом скакал долговязый парень, узкобедрый, широкоплечий, но очень худой. Старый армейский кольт, болтавшийся на поясе, казался слишком велик для него.

Джим соскочил с седла и пристально оглядел приятелей, сидящих у костра.

— Это Гейлорд Райли, — представил он и тоном, не терпящим возражений, добавил: — Поедет с нами.

Продолжая помешивать бобы, Пэрриш поднял глаза, но ничего не сказал. Вивер собрался возразить, но, взглянув на Колберна, который в их шайке был признанным лидером и отличался крутым характером, решил промолчать, хотя и разозлился. Какого черта в самом деле! Сколько времени они работают вчетвером. Никого со стороны. Брались только за то, что наверняка могли выполнить своими силами. И вот на тебе! Кио бросил окурок и носком сапога вдавил его в землю.

— Привет, парень, — сказал он.

Ели молча. Когда ужин закончился, Райли встал и помог Пэрришу убрать посуду. Никто не проронил ни слова, пока Колберн не снял сапог и, потирая ногу, не заговорил сам:

— Я попал в переделку. Он меня вытащил.

На заре, проверив, нет ли поблизости незваных гостей, они тронулись в путь. Четыре опытных, матерых грабителя, съевших, как говорится, пуд соли вместе, и костлявый юнец на дохлой кляче. Кио — худощавый с виду, медлительный; Пэрриш — коренастый и молчаливый; Вивер — экспансивный, резкий, в то утро особенно злой; и Джим Колберн — их вожак и мозговой центр, прекрасно владеющий оружием, впрочем, как и все они.

Присутствие постороннего явно раздражало Вивера, но он молчал. Всадники остановились у ручья на окраине города.

— Разделимся, как всегда, — произнес Колберн. — Пэрриш останется с лошадьми. Вивер и Кио пойдут со мной.

Не повернув головы, Вивер спросил:

— А что будет делать этот?

— Он встанет у того большого тополя и подождет там, пока, возвращаясь, мы не проедем мимо. Если начнется пальба — прикроет нас.

— А выдержки хватит?

— Хватит! — Гейлорд смерил Вивера взглядом, но тот проигнорировал его ответ.

— Что ж, ты еще, слава Богу, никогда не ошибался, Джим, — сказал он.

И банда въехала в город.

Райли спешился, где ему указали, и сделал вид, что подтягивает подпругу у лошади. С этого места хорошо просматривалась улица, пустынная в столь ранний час. Банк находился в двухстах ярдах.

Когда Колберн, Вивер и Кио вышли из дверей и вскочили на лошадей, на улице по-прежнему не было ни души.

Бандиты проскакали полпути до того тополя, где их ждал Гейлорд, когда из банка с криками выскочил его владелец, в руках он держал ружье, которое тут же вскинул, чтобы выстрелить.

Гейлорду представился шанс, и он им воспользовался: прицелившись в перекладину коновязи перед банком, выстрелил. Во все стороны полетели щепки, и банкир ошалело кинулся назад, к дверям, чтобы укрыться.

Как только его новые товарищи пронеслись мимо, парень тоже вскочил в седло и помчался за ними. В этот момент на улицу начали выбегать люди.

Потом в городе долго шли споры: одни утверждали, что налетчиков было трое, другие точно знали, что четверо. Человека, укрывшегося под тополем в конце улицы, не заметил никто. Те же, кто видел парня, скачущего вслед за шайкой, скорее всего, подумали, что он пытается догнать грабителей.

Первую милю они неслись во весь опор, стараясь уйти как можно дальше. Увидев дюжину бычков, пасущихся у дороги, Райли сделал крюк и погнал их за скачущей четверкой, чтобы затоптать следы. Примерно через милю, выехав к ручью, налетчик отпустил бычков, и вся компания вошла в воду и направилась вверх по течению. Поднявшись по ручью с полмили, беглецы свернули к холмам. Преследователи так и не нашли их следов.

Добыча оказалась небольшой, и Вивер высказал недовольство, когда Райли досталась равная со всеми доля.

Кио сунул свои деньги в карман и грустно произнес:

— И чего мы не убили этого банкира?

— А какая в том надобность?

Эти четверо давно были неразлучны. Они вместе охотились на бизонов на равнинах западного Техаса, вместе перегоняли скот для таких компаний, как «Шанхай Пирс», «Гейб Слотер» и «Гуд найт». Сделать первый шаг за черту, которая отделяет законопослушных граждан от тех, кому закон не писан, их побудил обман при расчете.

Был среди подрядчиков некто Тоуб Вестон. Пользуясь небрежным отношением ковбоев к деньгам, он стал беззастенчиво надувать их, прикарманивая каждый раз по нескольку долларов. Эти доллары разожгли его аппетит, и он уже обсчитывал каждого, кто на него работал, за исключением Деуса Конрона, который являлся его крепкой правой рукой. Время от времени некоторые работники, умеющие считать, возражали. Если не удавалось их утихомирить словами, в ход пускалось оружие. А жадность Вестона все росла.

Когда Колберн, Кио, Вивер и Пэрриш нанялись к нему, они ничего о нем не знали. Только через четыре месяца, разобравшись в несложной арифметике Тоуба, решили расстаться с ним.

И тут выяснилось, что вороватый подрядчик обсчитал каждого из них на кругленькую сумму. Получалось, что два месяца ковбои трудились за здорово живешь. Парни предъявили счет Тоубу. У того не нашлось аргументов доказать, что все расчеты правильны, и тогда на сцене появился Деус. Кио, как и другие, был готов поспорить с этими двумя, но не с четырьмя ружьями, нацеленными на бунтовщиков из окон дома Вестонов.

— Не стоит поднимать шум, — остановил разгневанных друзей Колберн, и они уехали.

Укрывшись в горах, выжидали три недели и, когда Тоуб Вестон отправился в город в парадном черном костюме, поняли: их час настал. Ковбои внезапно появились на дороге из-за скал и забрали у своего обидчика то, что им причиталось, но в последнюю минуту решили, что накажут его по заслугам, если отберут все. Что и сделали.

Так все началось. И это случилось много лет назад. С тех пор они совершили много ограблений, и успех каждого зависел от тщательности подготовки и слаженности действий. Они мало говорили, потому что понимали друг друга не то что с полуслова — с полувзгляда. В их группе не было чужаков, пока Колберн не привел Гейлорда Райли.

Налет на дилижанс, следующий в Черный каньон, обычное для них дело, произошел через три недели после того, как к ним присоединился Райли.

На этот дилижанс частенько нападали. Возницы уже хорошо знали все опасные места и, минуя их, готовились дать отпор. Но Джим Колберн перехитрил всех. Он остановил дилижанс в чистом поле, на ровной как стол местности, где не было укрытий и никто не ожидал налета.

Фургон, не спеша движущийся по дороге, поднимавший облачко пыли, возница заметил за милю. Когда фургон приблизился, стало ясно, что им правил худой долговязый парень в фермерской соломенной шляпе, рядом с ним сидел закутанный в одеяло старик. Парень придерживал его рукой, чтобы тот не свалился.

Дилижанс замедлил ход, чтобы разъехаться с фургоном, и тут старик поднял слабую руку, сигналя вознице остановиться.

Он остановился, и высокий парень помог старику спуститься на землю. Один из пассажиров вышел поддержать пожилого человека, и тогда старик выхватил из-под одеяла шестизарядный револьвер.

Еще двое нападающих скатились из-под брезента, — злополучный дилижанс был ограблен бандитами еще раз. Позже по крайней мере двое из пассажиров утверждали, что простоватый парень — пленник из фермеров. Со своим фургоном и шляпой он никак не мог быть налетчиком. И выглядел очень напуганным. Или им так показалось.


Райли мало говорил и охотно брал на себя любые хозяйственные заботы, но его присутствие явно раздражало Вивера. Слоняясь по улице в Брэдшо, изучая тамошний банк, Вивер неожиданно сказал Кио:

— Надоел мне этот молокосос, зачем только Джим привел его?

— Он неплохой парень, оставь его в покое.

— Что-то в нем действует мне на нервы, — настаивал Вивер, — он нам не нужен.

— Не трогай его, — посоветовал Кио, — а то тебе накрутят хвост.

— Хо! — ответил Вивер презрительно. — У него еще молоко на губах не обсохло.

Кио стряхнул пепел с сигареты.

— Гейлорд настоящий ганфайтер.

— Он? Да я его…

— Будешь убит.

Вивер разозлился еще больше, но теперь его удивил Кио. Он был не дурак в этих делах, а кое в чем более сведущ, чем другие.

— Почему ты так говоришь?

— А ты понаблюдай за ним. Он следит за каждым движением, и его правая рука всегда свободна. Когда он берет что-нибудь, то делает это левой рукой. Приглядись.

Ворча, Вивер с ним согласился.

Когда банда пересекала границу, чтобы погулять на награбленное, Райли покупал напитки, но никогда не пил и вообще денег тратил мало. Вивер обычно спускал все за несколько дней, и Пэрриш тоже. Никто из них особой бережливостью не отличался.

Однажды утром, в трех милях от Ногалеса, в Соноре, Вивер вылез из-под одеяла весь разбитый после пьянки. Пэрриш готовил еду, Райли чистил ружье. Колберна и Кио не было.

— Вчера я слишком много принял — башка разваливается… — простонал он. — Пэрриш, нет ли у тебя чего-нибудь выпить?

Пэрриш отрицательно помотал головой, а Райли повернулся к своему скатанному одеялу и выудил бутылку.

— Опохмелись, — улыбнулся он, бросая ее Виверу.

Вивер вытащил пробку и отпил.

— Спасибо, Малыш, выручил.

— Возьми ее, — сказал Райли, — ты вчера так набрался, что я подумал, это тебе сегодня пригодится.

Позже, когда Райли уехал, Вивер заметил:

— Может, я несправедлив к парню?

— Конечно. С ним все в порядке, — ответил Пэрриш, передавая другу чашку кофе, — он хороший парень.

Вивер еще глотнул из бутылки, заткнул ее пробкой и спрятал. Казалось, он обдумывал слова Пэрриша.

— Вот именно, — наконец произнес он вслух, — в том-то и беда, что он хороший парень.

Загрузка...