Глава 5

На годовщину смерти короля Каверия в столице случилось открытие нового работного дома для сирот. Здание для него перестроили из дамского корпуса, принадлежащего дворцу вдовствующей королевы. Ее Величество громко объявила, что дам ей хватит на весь остаток короткой человеческой жизни, а вот сироток пригреть надобно. Совсем младенцев в приюте не было. Крепкие, жилистые мальчишки лет семи-восьми, девочки чуть помладше и… серьезные строгие воспитатели, готовые лепить из закаленных улицами умов и душ то, что требовалось королеве.

Для начала леди Вероника вспомнила, чему тридцать лет назад учили молодых дворян в ее родной стране. Даже выписала с родины несколько учебников и книг. Изучила, покачала головой и составила свой собственный план. Мальчишек учили фехтованию, верховой езде, плаванью и борьбе без оружия.

– Строевых офицеров у моего сына хватает, – решила королева, навестив парад с королем Лерианом, – мне же требуются люди ловкие, сообразительные и преданные.

Знаниями, впрочем, беспризорников тоже не обделяли, но старались у каждого развить индивидуальный талант. Кто-то лучше всего метал ножи, кто-то по запаху мог определить яд, кому-то легко давались слова, а кому-то тонкое искусство лести.

Юных полукровок и оборотниц тоже учили. Среди танцев и поэзии прятались работа с холодным оружием, фокусы, тайнопись и дешифровка. Пластинки веера в один миг становились оружием или отмычкой, в корсетах прятались стилеты, а в юбках – крепкие лестницы и тайные послания. В общем, Ее Величество растила для себя стайку крепкозубых и когтистых зверьков, способных на многое ради благополучной жизни.

Поначалу на увлечение вдовствующей королевы никто особо не обращал внимания. Подумаешь, машут мальчишки палками, а девчонки занимаются танцами и вышиванием. Дюжина новых камеристок и лакеев во дворце просто растворится, как сахар в кипятке.

Однако через пару лет королева Вероника внезапно собрала своих подопечных и отправилась на богомолье.

Первопредок не поощрял лени, поэтому возле его капищ находились богадельни, в которых выросшие сироты и одинокие вдовы досматривали угасающих, принимали роды или просто лечили всех приходящих. В этих нищих домах было море практики для подопечных королевы. Младенцы, старики, калеки… Мыть, перевязывать раны, просто выслушивать тех, кого никто не желал слушать – все это было школой терпения для юных оборотней и полукровок. А вечерами, когда дневные труды утихали, королева собирала их в храмовом зале и рассказывала дивные истории, страшные, добрые, поучительные – и все абсолютно правдивые.

К тому времени, как подопечные немного подросли, в столице привыкли к тому, что вдовствующая королева всегда прячется под вуалью, появляется в окружении подростков и полукровок и бывает лишь на крупных мероприятиях, позволяя невестке и сыну блистать. Мало кто знал, что королева не сидела в своем дворце, а путешествовала по стране.

Объявит «месяц траурных песнопений по дорогому супругу», запрет в покоях пяток подопечных и сборник храмовых гимнов и спокойно уедет, нацепив простенькую личину. Девушкам – отдых от бесконечных тренировок, комфортная жизнь за магической печатью и королевские разносолы на завтрак, обед и ужин. Королеве – возможность своими глазами увидеть, как живут оборотни, в чем нуждаются, и где королевская власть ослабла под давлением родоначальников и клановых старшин.

Правда, когда внуку исполнилось восемь, а внучке три, вдовствующая королева стала чаще встречаться с семьей сына. Приезжала на чаепития, дарила небольшие, осмысленные подарки. Теперь ее фигура не угрожала власти сына, и можно было присмотреться к внуку, направить будущего владыку к пониманию некоторых причин и следствий. Невестка, конечно, ворчала – бабушка привозит новинки из человеческих земель, а вот король Лериан порой сам садился рядом с наследным принцем, чтобы рассмотреть действующую модель воздухолета или точную копию фрегата.

Понемногу Вероника влилась в ежедневную жизнь большого двора, но как частное лицо. Бабушка. Правда, на иллюзию возраста и полноты уходило немало амулетов и магических сил, но оно того стоило. Увядающая человечка никому не казалась опасной.

* * *

Ежегодная летняя поездка в загородный дворец была нудным и длинным мероприятием. Король предпочел бы унестись туда верхом, но длинный обоз из придворных, нянек, слуг и утвари растягивался на милю, а сама поездка – на пару дней.

Вдовствующая королева обычно ехала отдельно. Ее двор перемещался быстро, а в пустой «парадной» карете болталась парочка придворных дам, наказанных за мелкие провинности. Но на этот раз королева Вероника поехала с их величествами сама. Просто звезды так сошлись – накануне белая лиса угодила в ловушку и сломала лапу. Дворцовый лекарь наложил повязку, камеристка раздобыла массивную трость из черного дерева с серебряным набалдашником, и пришлось королеве-матери путешествовать вместе со всеми.

Такая дорога неимоверно утомляла королеву. Пыль, жара, выгоревшая на солнце трава по обочинам… Вдруг среди травы что-то мелькнуло. Повинуясь интуиции, королева дернула витой шнур, приказывая кучеру остановиться. И когда охрана приблизилась к окну, желая знать, чем вызвана остановка, Вероника скомандовала:

– Помогите мне выйти!

Ее подхватили под руки и поставили на утоптанную до каменной твердости землю.

– А теперь вернитесь чуть-чуть назад и обыщите траву. Там кто-то есть.

– Слушаемся, Ваше Величество! – отозвались стражи.

Загрузка...