Тигр в моей голове 2

Глава 20. Пора становиться взрослым

Белоснежная яхта с парусами возвращалась из Италии в Сухуми. Члены команды, удобно расположившись на просторной палубе, подставляли довольные лица палящим солнечным лучам.

— А теперь расскажите нам, что вы там с Анатолием придумали насчет Беатриче? — спросил Гвоздь вроде как непринуждённо.

— Это все придумал Анатолий, — начал Петрович, — он был уверен, что Тускулани хотят похитить Беатриче и вывезти ее на расправу в Италию. Именно для этого приехала ее двоюродная сестра, и по данным людей отца Беатриче, прибыли в Россию их люди. И как показали последующие события, он был прав. А уехать, оставив ее тут под такой угрозой, он не мог.

Поэтому, когда мы вернулись из тайги, он поехал к Беатриче и изложил ей свой план. Он был таков. Беатриче, под благовидным предлогом, должна была покинуть свой дом и приехать в сопровождении своей сестры и охраны в заранее оговоренное место. Этим местом был выбран местный гипермаркет. Ровно в двенадцать часов, она должна была отойти в женский туалет. Там сбросить: все маячки, кнопки, телефон и сумку. Под подоконником был подкинут шприц с остатками снотворного. Все это она оставила в кабинке, а сама вылезла через окно туалета на задний двор, где ее ждали мы с Анатолием и Маша. Оперативно загрузившись в машину, мы отвезли девушек ко мне домой, а сами на самолет, на котором вылетели в Сочи. Вот почему мы не поехали с вами на микроавтобусе.

— А с чего вы решили, что Толик был прав? — спросил Док.

— Хах… Догадаться было не сложно. На заднем дворе Беатриче поджидали не только мы. Сидим мы значит в своем авто, и, вдруг, подъезжает машина, а в ней двое иностранцев. Они смотрят на нас, а мы на них. Мы вышли, вышли и они. Все сразу все поняли не издав ни одного лишнего звука. Но вытащить пистолеты они не успели, так же, как и моргнуть своими итальянскими глазенками. Мы их мигом уложили на землю, связали и бросили в багажник их же машины. Тут появилась Беатриче и спросила, что происходит. Мы ей популярно объяснили, что это ее похитители. Кстати сказать, только тогда она окончательно убедилась в необходимости инсценировать собственное похищение. Ведь согласилась она не сразу. Беатриче с Машей мы отправили ко мне домой, а сами с Анатолием и гостями поехали в лес, где и побеседовали с ними тет-а-тет так сказать. Без свидетелей. Провели тактический полевой допрос.

Парни «охотно» рассказали, что родились и выросли в России, но теперь — граждане Италии. За то, что они — благодаря Тускулани — так быстро получили итальянское гражданство, они должны были должок отработать — похитив Беатриче. При них мы нашли ее фотографию и шприц с наркотиками. Потом они должны был вывезти девушку на побережье Черного Моря и передать эвакуационной группе, на каком-то специально присланном корабле. А уже те вывезли бы ее в Италию.

— Здорово придумано! — одобрил Рябой. — И они поверили в ее похищение?

— Тускулани точно поверили! Их агент — двоюродная сестра Беатриче — тут же улетела обратно в Италию. Они видно ждали, когда ее привезут на корабль. Ну а пока ждали ее, они дождались нас! — усмехнулся Охотник, слушавший рассказ Петровича.

— А что стало с похитителями? — спросил Док.

— Думаю их нескоро найдут, — сплюнул в море Петрович, — а если найдут, они уже ничего никому не скажут. Иуды.

— Собаке — собачья смерть! — согласились все члены группы.

— Ну малой, если и после этого Беатриче нам откажет, то тут уже даже я не знаю, что делать, — рассмеялся Охотник, когда они растянулись на палубе яхты, где загорали вместе с остальными ребятами.

— Славная была охота, — проурчал Тигр, — мне понравилось. Нам нужно также будет мажоров уделать. Никто про них не забыл?

— Вот ты, усатый, во вкус вошел, — Охотник задумался, — нет, с мажорами мы разберемся по-другому. Но не менее эффектно. Не будем торопиться.

— Наверное, Бетти отругали родители. Ведь она им не сказала, что это инсценировка, — переживал за девушку Анатолий.

— Вот ты чудак-человек. Я ему об одном, а он о другом переживает. Ты неисправим, — вздохнул подполковник. — Ладно, скоро все увидим.

Обратная дорога заняла неделю. Все остановились в доме Петровича. Отметили удачное завершение дела и получили полный расчет от Анатолия. Утром начали прощаться. Когда тройка разъехалась, взяв с Петровича слово, что если будет намечаться что-то подобное они первые в числе кандидатов, стал прощаться и Анатолий.

— Я могу приехать к тебе в гости? — смеясь просила Маша.

— Конечно. И ты и твой папа. Только не говорите маме, что знаете о том, что я сын Бати, — попросил их юноша, — она очень этого стесняется. Ведь она была замужем.

— Не переживай, мы все понимаем, — кивнул Петрович.

— Тогда мне пора! — и Анатолий, пожав руку старому снайперу и обнявшись с Машей, сел в свою Сузуки и отправился домой. Подъехав к дому, он увидел во дворе маму. Та развешивала выстиранное белье. Услышав шум мотора, она обернулась, и, увидев сына выходящего из автомобиля, бросилась к нему, обняла и заплакала.

— Мамуля, все хорошо. Я вернулся, живой и здоровый. Ну не плачь.

— Не звонил, ничего не сообщал, я просто извелась! Не жалеешь ты меня совсем. Вот умру, узнаешь как жить без мамы, — упрекнула она его.

— Виноват, но у меня не было другого выхода. Больше такое не повторится, — пообещал ей Анатолий.

— Знаю, что врешь, но такова наша женская доля — ждать своих мужчин. Ладно, — мама вытерла глаза, — идем я тебя покормлю. Да, приходила недавно Беатриче и забрала свои вещи. Почему-то попрощалась со мной.

— Мамуль, я смотаюсь быстро к ней? Туда и обратно! Хорошо? — и юноша, не дожидаясь разрешения, сел в машину и направился к дому Беатриче. Женщина только печально вздохнула провожая взглядом отъезжающий автомобиль сына.

Подъезжая к дому Свиридовых, юноша увидел широко распахнутые ворота особняка и несколько грузовых трейлеров с раскрытыми задними дверями. Повсюду сновали грузчики, которые выносили из дома мебель и упакованные ящики, загружая все в фуры.

— Что тут вообще происходит? — удивился Анатолий.

— А что не понятного? Мебель и статуи вывозят. Весь вопрос почему и куда? Сейчас узнаем! — отозвался Охотник.

Юноша припарковал свою машину и направился в дом. Войдя во двор через открытые ворота, он увидел одного из охранников.

— Здравствуйте! Что случилось? — обратился он к нему.

— Привет, Анатолий, — узнал его мужчина, — ты здорово загорел! Уезжают хозяева. Так жалко! Теперь снова нужно работу искать.

— А кто-то из них остался?

— Да, Шеф в доме.

— Тогда я пройду?

— Конечно! Я тут уже и не охраняю, а только за погрузкой слежу.

Анатолий поднялся на крыльцо пропуская снующих туда сюда рабочих. Войдя в дом, он увидел, что статуй уже нет, занавески и ковры исчезли. Дом опустел, сжимая сердце от непонятно откуда нахлынувшей тоски. Поднявшись на второй этаж, он направился в кабинет хозяина дома. Тот сидел за рабочим столом и подписывал какие-то документы.

— Здравствуйте, — поздоровался он с отцом Беатриче.

— Анатолий! — хозяин дома вскочил с кресла, и, подойдя к нему, крепко пожал руку. — Как я рад Вас снова видеть… живым и здоровым! Но Ваша идея с инсценировкой похищения Бетти стоила нам с женой нескольких лет жизни.

— Иначе было нельзя. Я уверен, что в Вашем окружении был и, возможно, есть крот, работающий на семью Тускулани. И это не Лаура. Все должно было выглядеть очень достоверно, включая ваши с супругой переживания, — пояснил Охотник, — а что происходит и где Бетти?

— Садитесь, — отец девушки указал жестом на стоящее возле окна кресло и сам сел в соседнее.

— Анатолий, — чуть помедлив начал он, — не буду ходить вокруг да около. Наша семья возвращается обратно Италию. Жена, Беатриче и Микеланджело уже улетели. А я закончу с формальностями, погрузкой мебели, и тоже завтра-послезавтра улетаю.

— Как? Я думал, что после всего того, что произошло с вашей семьей и особенно с Беатриче, она, да и Вы, больше никогда туда не захотите возвращаться! Это все равно, что вернуться жить в многоэтажный дом, где до сих пор живут соседи или их родственники, которые убили или надругались над членами вашей семьи! — удивился подполковник.

— Не все так драматично, — рассмеялся отец Беатриче, — вон евреи, после Холокоста, вернулись в Германию, и прекрасно себя там чувствуют! А мы чем хуже? — он стал серьезным. — Анатолий, жить в Италии моя мечта с детства. С тех пор, как я увидел в учебнике истории Древнего Мира — за пятый класс — цветные иллюстрации из жизни Древнего Мира!

— Но современная Италия, а особенно современные итальянцы, к большому сожалению, имеют очень мало общего с Древним Римом, — возразил старый диверсант.

— И это верно, — мужчина встал и стал расхаживать по кабинету, — а природа? А зелень? А синее небо? А прекрасное море? А воздух? А атмосфера непрерывного праздника? Вы же там были и сами все видели!

— Боюсь, когда я там был, мне было не до любования местными красотами, — буркнул Охотник.

— Да! Я и моя семья Вам очень благодарны за то, что Вы сделали для нашей семьи. Мы видели по телевизору итальянские новости. Все, кого это касалось в Италии, прекрасно всё поняли. Мне сразу стали звонить и приглашать вернуться.

— Это с чего?

— А с того, что две с половиной тысячи лет Тускулани правили в Италии и никто не мог им противостоять! — голос мужчины стал торжественным и даже преисполненным гордости. — И только семья Свиридовых, смогла им отомстить. И не просто отомстить, а полностью уничтожить! — он опомнился и добавил: — Ну в смысле с Вашей помощью, конечно! И поэтому нас приглашают обратно, не как приживалок и холопов в прихожую нобилей и дворян! Нет! А как равных себе, за один стол с ними! — глаза новоявленного нобиля горели нездоровым блеском.

— Вы так в этом уверены? — усомнился Охотник, но увидев как изменилось лицо собеседника, добавил: — Но Вам конечно виднее. А как же Беатриче?

— А что Беатриче? — пожал плечами ее отец. — Она почти всю жизнь прожила в Италии, и по сути больше итальянка, чем россиянка. Там ее друзья. Круг общения. А после всего, что произошло, ее акции на брачном рынке пошли резко вверх! — он перешел на торжественный шёпот. — Мы приглашены на обед к самим Орсини! А у них подрастает сын ее возраста. Это великая честь!

— Рад за нее. И за Вас. И да, за Орсини тоже, — сухо ответил подполковник.

— Анатолий, — улыбнулся отец Беатриче, — давайте откровенно! У вас с ней не было никаких шансов! Ну Вы и сами это понимали. Вы же умный человек. И она это понимала не хуже остальных. Она у меня девочка не глупая. Да! — воскликнул мужчина, постучав сомкнутыми пальцами себя по лбу. — Забыл совсем. Она же оставила Вам флешку с видео, — он потянулся к верхнему выдвижному ящику своего стола и извлек оттуда небольшую флешечку, — Вот! Берите, потом послушайте.

— Хорошо, — только и смог произнести Охотник, еле сдерживаясь, чтобы не сказать хозяину кабинета все, что он думает: о нем, об их итальянском успехе и обо всем остальном. — Давайте тогда вернемся к нашим делам. Вот список моих расходов для проведения операции, успешное завершение которой так помогло взлететь вам по аристократической лестнице в Италии. Когда я смогу получить потраченные мною деньги?

— Ого! — отец Беатриче посмотрел на переданный ему список и тут же поменялся в лице. Теперь оно не выражало восторга, а лишь подобие сожаления. — С этим пока будут проблемы.

— Не понял? — напрягся подполковник. — У нас был уговор.

— Конечно. И я от него не отказываюсь, — не стал спорить мужчина, — но сейчас у меня нет таких денег. Они все ушли на этот неожиданный переезд, в котором, отчасти, виноваты и Вы сами, — он наигранно улыбнулся. — Точнее, они есть, но не наличными и не здесь. Я уже перевел все свои деньги из российских банков обратно в Италию. Поэтому предлагаю сделать так. Я улетаю в Италию, все там налажу, а потом на эту карту, которую я заказал специально для Вас, переведу всю указанную Вами сумму. И что особенно важно, Вы получите легальные деньги, которые сможете легально тратить! Ну что, договорились?

— А у меня есть другой выбор? И, кстати, когда я ориентировочно их получу? Если в договорённости нет конкретных цифр и дат, это не договорённость, а просто намерения.

— Давайте так! В течении двух месяцев! Вас устроит?

— То есть до двадцатого октября этого года я получу свои деньги, — уточнил старый диверсант.

— Я надеюсь, что да, — кивнул отец Беатриче.

— Давайте не надеяться, а делать. Думаю, что осенний Рим мне тоже понравится, — в упор глядя в глаза мужчине, жестко произнес Охотник. С лица хозяина кабинета сползла улыбка.

— А Вы изменились, Анатолий, — сухо произнес он.

— Все течет, все меняется. Ну что, тогда мне пора, — юноша поднялся с кресла, — желаю Вам и Вашей семье всего самого наилучшего на вашей новой родине, — и он протянул руку нахмурившемуся Свиридову.

— Ну и Вы тоже, если будете в Италии, заходите к нам в гости. Мы будем рады, — неискренне откланялся ему мужчина.

— Покорнейше благодарю. Жду свои деньги. Прощайте. Подождите! Я совсем забыл. Вот, передайте это Вашей дочери! — и Охотник протянул пакет, в котором лежали: медальон, который он снял с шеи Марка Тускулани; трусики Беатриче и ее фотография из комнаты в подвале виллы.

— Что это? — откровенно недоумевая, свёл брови отец девушки.

— Последние следы того, что с ней произошло. Я хотел отдать их лично, но, видимо, не судьба. Теперь точно все, — ответил подполковник и твердым шагом покинул кабинет. Ему вслед задумчиво смотрел отец Беатриче.

— Ну и что вы обо всем этом думаете? — спросил своих единоголовников Охотник, когда они покинули особняк.

— Он испугался, когда ты сказал ему про осенний Рим. Очень сильно испугался, — первым откликнулся Тигр. — Мне одному показалось, или нас и правда решили… как это у вас бандерлогов говорят? Кинуть на бабки, о!

— А я ничего не думаю. Откровенно признаться, не ожидал, что Беатриче так поступит со мной. Даже не дождалась, чтобы попрощаться, — грустно вздохнул Анатолий.

— Малой, законы жизни не объедешь! Это только в сказках нищий женится на принцессе, а Золушка выходит замуж за принца. В реальной жизни, принцесса выходит замуж за принца! Например, из рода Орсини! Ну ничего. Ты… точнее мы, в таком возрасте, что количество закрывающихся дверей еще гораздо меньше количества вновь открывающихся. Скоро они сравняются, а потом останется только одна открытая дверь, — вздохнул старый диверсант.

— Какая? — вмешался Тигр.

— Дверь на тот свет! Эта дверь всегда открыта, — рассмеялся Охотник. — Предлагаю посмотреть, что за послание нам оставила эта новоявленная итальянская принцесса, а потом решим, что делать дальше.

Приехав домой, они пообедали, чтобы не обижать маму, а потом закрылись в своей комнате. Вставив флэшку, принялись смотреть видео файл. На экране появилось улыбающееся лицо Беатриче.

— Здравствуй, Толик! Спасибо тебе за все, мой верный рыцарь, что ты для меня сделал. Когда я увидела по телевизору новости из Италии и узнала, что этого мерзавца, его дружков и деда Тускулани больше нет, у меня гора свалилась с плеч! Я с облегчением осознала, что все, наконец-то, закончилось! Папа сказал, что теперь мы можем вернуться в Италию, и я, признаюсь честно, вся горю от нетерпения. Я так соскучилась: по Риму, по нашему дому, по своим друзьям и подружкам!

Она остановилась, и, задумчиво взглянув куда-то в сторону, продолжила:

— Толик! У нас все равно ничего не получилось бы. Я долго копалась в себе, пытаясь найти хоть малейшие признаки того, что я испытываю к тебе тёплые чувства. Но нашла там только: благодарность, дружбу, но не любовь! Прости, но ты не герой моего романа и не мужчина моей мечты! Извини меня за это, но сердцу не прикажешь! И ещё… Думаю, ты и сам понимаешь, что всегда будешь напоминать мне весь тот ужас произошедший со мной. Ведь я полностью тебе открылась. А я хочу забыть об этом навсегда, как о страшном сне! Который был, но прошел. И жить дальше. А ещё стать счастливой. Вот такая я неблагодарная!

Девушка нервно хихикнула, а потом продолжила.

Но я уверена, что ты меня простишь. Может быть не сейчас, а значительно позже! Найдешь девушку своей мечты, достойную тебя и сразу отпустишь прошлое, а главное обиды связанные со мной! Они сразу же будут казаться незначительными и даже смешными. А через много лет, может быть мы и встретимся. Ведь никто не знает наперёд, что нам уготовано. Ты будешь со своей счастливой семьей, а я со своей. У нас будут дети. И мы вспомним о приключениях нашей далекой юности. С теплом и легкой грустью.

Прощай, Толик! И будь счастлив!

Беатриче поцеловала кончики пальцев своей правой руки, коснулась ими экрана, и отключила запись.

В комнате юноши еще долго было тихо. Так же как и в его голове, пока первым не опомнился представитель кошачьих:

— Все равно она много ела, и рано или поздно, если бы нас и не разорила, то стала бы толстой и некрасивой! — попытался он утешить юношу.

— Умеешь ты, полосатый, найти нужные слова! — рассмеялся Охотник. — Малой! Лучше ужасный конец, чем ужас без конца! Вот так прямо, откровенно и без двусмысленностей и глупых надежд!

— Ее отец приглашал нас в гости в Италию, — с робкой надеждой произнес Анатолий.

— Дурака не включай! — строго ответил старший товарищ. — Да нас на порог эти нобели новоделанные не пустят! Будем в дворницкой со слугами обедать и спать! Предлагаю, эту историю считать успешно завершенной и начать думать, как нам жить дальше!

— А если он не отдаст наши деньги? — спросил Тигр.

— Ну тогда поедем в Италию и накажем этого дурака. Чай не первый раз! — уверено произнес Охотник.

— Батя! Можно Вас попросить? — обратился к нему Анатолий.

— Можно! Поедем его наказывать прямо сейчас? Я только за!

— Нет! Если он не вернет эти деньги, мы не будем его наказывать и ему мстить. Не хочу унижаться. В конце концов, я же ему сам это первый предложил, — произнес твердо юноша.

— Да, предложили мы ему сами, но он согласился! Ладно, пусть тебе, Малой, это послужит хорошим уроком.

— Каким же это? — поинтересовался хищник.

— Не нужно никогда мешать чувства и бизнес! Иначе все именно так и заканчивается! Ни чувств, ни бизнеса! — назидательно произнес Охотник. — Ну что, Малой, вот и закончилось твое последнее лето детства. А заодно и юность. И не смотря на то, что учиться тебе еще целый год, пора становиться взрослым!

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ