Глава 2. Тихоня

– Салют, парни…

Тот, кого называют Акулой, подходит поздороваться с отморозками.

– Салют, бро!

Члены банды приветствуют Акулу. Они хлопают его по рукам и выглядят довольными встречей, несмотря на то, что на подошедшем парне нет чёрной банданы. Но ублюдки держатся с ним как со своим человеком. Парень высокий. Чёрт побери, он такой высокий, что мне придётся задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Но мне не приходится этого делать. Он подходит ко мне и наклоняется сам.

Тёмные, почти чёрные глаза застывают напротив моих. Я замираю, словно парализованная. Кажется, в глубине его глаз пляшут дьявольские смерчи, образуя глубокие и опасные воронки. Я знаю, что не должна пялиться на отморозка, но просто не могу оторвать взгляда от его лица – сурового, резкого, сложенного из ломаных линий. Но всё равно красивого. Даже чересчур.

Эй, разве у ублюдков не должны быть отвратительные, уродские лица, зверские рожи, при одном взгляде на которые сердце уходит в пятки? Но сейчас моё сердце начинает биться в утроенном ритме. Потому что незнакомец приближает своё лицо к моему так, что я могу сосчитать его длинные, тёмные ресницы. И родинки. Все до одной. Крохотные, тёмные родинки, рассыпанные по его лицу, как угольные крошки.

Пухлые, дерзкие губы парня кривятся в ухмылке, а потом он наклоняется и… втягивает запах моего тела. Нет, блин, он реально нюхает мою шею, едва не проводя по ней носом. Его горячее дыхание обжигает кожу. Я чувствую мяту и отдалённый душок алкоголя. Едва не падаю в обморок.

– Чувствуешь? – спрашивает он и скалится, глядя на ублюдка, держащего меня.

– Чё? – туповато переспрашивает он.

– От неё не смердит страхом. Потому что её брат – конченый псих. И если он узнает, что вы позабавились с его младшей любимой сестрёнкой, он подвесит вас за яйца. Всех, – медленно обводит взглядом подонков. – По очереди.

– Чё за чувак? – интересуется главарь банды.

– Ты знаешь её? – «Акула» небрежно кивает в мою сторону. Поднимает руку и треплет меня по щеке. Подушечки его пальцев шершавые и немного царапают кожу. Он обхватывает меня за подбородок, поворачивая лицом к главарю. – Нет. Ты её не знаешь. Она из другого района. Покруче нашего… В общем, – он усмехается и отпускает меня, отступая в сторону. Отходит к моему «Форду» и небрежно плюхается задом на капот. – Развлекайтесь. Я засеку время!

– Не понял…

Парень в красной майке начинает заметно нервничать и пошмыгивает носом.

– Она не ответила на звонок, – пожимает плечами парень. – Говорю же, брат – конченый псих, следит за ней. Через пять минут он найдёт вас…

– Если он следит за своей сестрёнкой, что она забыла в нашем районе? – резонно интересуется главарь.

– Иногда овечки сбегают из загона, а потом злой пастух загоняет их обратно, верно? – спрашивает Акула, глядя мне прямо в глаза.

Я не сразу понимаю, что он… спасает меня. Но потом поспешно киваю и выдавливаю из себя:

– У б-б-брата очень тяжёлая рука… – судя по каменным выражениям лиц членов банды, моя речь их не очень-то впечатлила. Я решаю добавить красок. – Он умеет бить, не оставляя следов. Но внутренности превращаются в кровавое месиво…

Акула насмешливо вздёргивает смолянистую бровь, в тёмных глазах загораются жаркие искры. Но больше он ничем не выдаёт своего веселья.

Парни из банды переглядываются. Мне кажется, что они не слишком хорошо осведомлены о том, что происходит за пределами этого района. Возможно, я всего лишь нарвалась на мелких сошек – так называют тех, кто не представляет из себя ничего серьёзного. Но это для остальных членов банды. Для меня даже один из этих подонков кажется смертельно опасным.

– Ладно, – главарь прячет нож и нервно дёргает плечом. – Погнали. Кидай девку!

– Но как же попробовать тёлку, а? Один круг, ну? – с надеждой спрашивает тот, что уцепился в мои волосы.

– Пробуй её сам. Но, в случае чего, мы тебя не знаем! – быстро говорит толстый и ныряет в тачку банды. – Лучше завалимся в бар и снимем стрипуху на ночь!

– Эй, парни! Вы куда? – кричит ублюдок. – Да вдруг он нам лапши навесил? – не унимается подонок, крепче хватая меня за волосы.

– Решай сам! – главарь садится за руль и машет. – Бывай, Акула!

Колёса бандитской тачки начинают пробуксовывать на месте, вызывая дикий рёв. Подонок не выдерживает и бросает меня, кинувшись к тачке, медленно отъезжающей прочь.

– Эй, я с вами!

Под дружный гогот отморозков, сидящих внутри, тачка сдаёт назад. Ублюдок забирается в салон, и машина срывается с места, обдав меня таким количеством едких выхлопных газов, что я едва не задыхаюсь.

Я думаю, что легко отделалась. Очень легко. Но, развернувшись лицом к парню по кличке Акула, цепенею от страха. На его губах играет жуткая ухмылка, а глаза горят, как полыхающие звёзды.

– Итак, что хорошая, маленькая, чистенькая тихоня… делает в нашем криминальном квартале?

С каждым шагом он сокращает расстояние между нами. Я понимаю, что нужно бежать. Но понимаю это слишком поздно, когда он распластывает меня по металлу старого «Форда» и прижимается ко мне своим крепким раскачанным телом.

Хулиган поднимает руку и заправляет выбившуюся прядь волос за ухо.

– Как будешь платить за спасение, милашка?

Мой язык прилип к нёбу. Я не могу вымолвить ни единого чёртового слова. Даже помычать не могу, и сдвинуться в сторону тоже не получается. Я могу только наблюдать, как глаза парня становятся ближе и ближе. Он топит меня в этой глубокой черноте, обволакивает и лишает воли.

Его горячее дыхание опаляет губы, запуская электрические искры по всему телу…

Загрузка...