Глава 18

Оля

— Не будь занудой. Мы просто обедали, между прочим, — не теряется мужчина, дружески похлопав Марата по плечу. — И не наседай на девочку, а то заберу ее себе.

— Ты бы шёл и занимался своими делом.

— Ладно-ладно, — смеется тот над грозным видом Мара, после чего шутливо подмигивает уже мне. — Оль, не ведись. Он на самом деле не такой.

— Иди, сказал! — рыкает Марат, отчего зам еще громче смеется.

Что за…?

По-моему, вообще не смешно!

— Я наверное с беззвучного телефон забыла снять, — начинаю объяснять причину, по которой не отвечала на звонки, и невольно тянусь к сумочке, чтобы проверить их наличие, словно Мар может врать и специально от нечего делать предъявлять мне претензию.

Один пропущенный… Хммм…

Я не успеваю выказать никакую реакцию, потому что Мар рявкает:

— В кабинет. Живо!

Затем разворачивается и идет туда сам, ожидая, что я беспрекословно последую за ним. Что я и делаю, в принципе.

Там он захлопывает дверь, и мы остаемся отрезанными от всего остального офиса.

Курицы в кабинете уже нет, что, несомненно, радует. Упёрлась наконец-то!

Но вот растущее недовольство Мара не радует вообще.

— Один звонок! Всего лишь один попущенный! Не два, не пять, не десять! Один, Мар!

— Оля, какого черта ты устроила сегодня?! Что это за срочное подписание отчетов и виляние бедрами?! Как это понимать, что ты без стука входишь ко мне в кабинет, когда я там не один, найдя на это какую-то вымышленную причину?!

— Я постучала! — недовольно дую губу, уперев руки в бока.

— Но не дождалась ответа! И на тот случай, если тебе что-то нужно, существует телефон и селектор, в конце концов! — рявкает мужчина, раздраженно ослабив галстук на шее.

— Она мне не понравилась! — выдаю правду, как она есть. — Наглая и невоспитанная. Секретуткой меня назвала! И почему я должна знать в лицо всех твоих «персональных» посетителей, которых можно пускать в твой кабинет в любое время даже тогда, когда тебя нет?! Я работаю всего-ничего!

— А проблем создаешь всего-огого! В твои обязанности не входит давать моральную оценку тем людям, которые сюда приходят.

— И как, по-твоему, я должна была поступить? Впустить ее? Я впервые в жизни ее увидела!

Нет, ну бесит! Вот он сейчас совсем не прав! Вымещает на мне какие-то левые и лишние эмоции!

Ну и я, конечно, вру, не впервые в жизни я ее увидела… Но это уже детали!

— Допустим, ты ее не впустила, но для чего нужен был дальнейший цирк, скажи-ка?

— Пффф… подумаешь, немного переборщила! — начинаю нервно ковырять кутикулу, посматривая исподлобья на злого Мара.

— Немного? Оль, я тебя предупреждал!

— Ну, прости! — хнычу, топнув ногой. — Просто завелась. Стерва эта меня завела. Больше так не буду! Клянусь всеми святыми, что не стану входить в твой кабинет без разрешения, и буду пускать всех незнакомых дам, когда тебя нет! — кладу одну руку на сердце, а вторую на телефон. — Клятва секретарши!

— Боже… Ребенок просто… — мужчина устало сжимает пальцами переносицу и качает головой.

А я про себя думаю «ага, но ты ведь целовал этого самого ребенка!»

— В общем, Оль, чтобы подобных представлений больше не было. И давай принимайся за работу. Отчеты я подписал, разошли куда нужно.

— Есть!

— Перестань!

— Есть, босс!

Мар снова вздыхает, но когда он опускает голову, я вижу тень улыбки на его губах, это греет сердце.

Значит, я его забавляю. Лучше так, чем раздражение или безразличие.

Но в целом, раздражение, наверное, тоже лучше, чем безразличие. Любые чувства лучше, чем их отсутствие.

Загрузка...