Глава 6 Алина

Таганайская Зона. Златоуст


– Огонь!

Опытные оперативники мгновенно рассредоточились, и на вывалившую из-за угла толпу истребителей обрушился град свинца. Бойцы АПБР работали четко, слаженно, с полужеста понимая друг друга, и четко делили между собой секторы обстрела. Ну и конечно же, стрелять старались из укрытий: Таганайская Зона успела уже напомнить всем, что такое оранжевоглазые вожаки истребителей и как метко и далеко они способны извергать исключительно едкое и ядовитое содержимое своих слюнных желез.

Научники тоже предусмотрительно нырнули за брошенные автомобили, благо на стоянке возле златоустовского вокзала их хватало, и оттуда тоже время от времени раздавались выстрелы. Слева оглушительно грохнуло, и занялся пламенем микроавтобус – это сработал пиромант, один из «лояльных», включенных в отряд по инициативе Прохоренкова.

Передовая группа мутантов была сметена свинцом и пламенем, но Алина нисколько не обольщалась первым успехом. Примерные данные о возможном количестве истребителей в превращенном в город-призрак Златоусте не очень-то настраивали на оптимистичный лад. А все новые и новые мутанты, появляющиеся с разных сторон, вовсе заставляли ее веру в лучшее стремиться к нулю.

Сзади послышался шорох, Алина резко развернулась, и дуло ее автомата уставилось прямо в лоб Эдуарду.

– Вашу налево, док, нельзя же так подкрадываться!

– Учту на будущее, – серьезно кивнул Прохоренков. – Но мне нужен живым один из оранжевоглазых.

Алина аж глазом дернула от неожиданности.

– А больше вам ничего не нужно? Может, телепортацию на Мальдивы организовать?

– Это подождет. – Научник был непробиваем. – А вожак истребителей нужен прямо сейчас.

– За каким… То есть для чего он вам?

– Несколько срочных экспресс-тестов. Возможно, это поможет всему отряду.

Капитан Хомчик внутренне застонала. Дурацкая ситуация! Формально командиром сводного отряда является она, но на самом деле вся экспедиция затеяна для того, чтобы научники разобрались со своими заморочками. Так что если Прохоренкову что-нибудь надо, сколь бы бредовым его требование ни выглядело, ей, Алине, остается только выполнить эту просьбу-приказ.

Оперативница в сердцах сплюнула и скосила короткой очередью двух истребителей, слишком близко подобравшихся к ее укрытию. А затем спросила:

– «Лояльного» дадите?

– Нет проблем, – последовал мгновенный ответ.

* * *

Вообще все с самого начала пошло вкривь и вкось. Алина вовсе не собиралась заходить в Златоуст. Честно говоря, даже бескрайняя Топь с ее высокой ментальной активностью, аномалиями и неизвестными опасностями казалась меньшим злом по сравнению с кишащим мутантами мертвым городом.

Но Эдуард неожиданно уперся. Ему почему-то позарез надо было зайти в Зону именно со стороны Златоуста. Ну как «почему-то». Он объяснил даже, только Алина мало что поняла из его сумбурной и в изобилии пересыпанной специальной терминологией речи. Там было что-то про «как можно более широкий спектр биоэнергетической активности», «различные векторы трансформации биосферы» и «взаимодействие энергии Обломка как с естественной, природной средой, так и с территорией, существенно переделанной под себя человеком».

Алине так и хотелось стукнуть научника по голове чем-нибудь тяжелым, чтобы переключить его на человеческий язык. Правда, последний свой аргумент он привел практически на нем:

– В Краснотайгинске основной удар Обломка пришелся по городу, и необходимо сравнить результаты воздействия здесь и там.

В общем, капитан Хомчик пожала плечами и согласилась, о чем пожалела довольно скоро: мутировавший «гарнизон» погибшего Златоуста развязал на людей настоящую охоту. Стаи прыгунов сменялись толпами истребителей, и не было ни одного квартала, который дался бы отряду без боя…

* * *

Всего с отрядом шли трое «лояльных» – псионик, кинетик и пиромант. Двое последних уже успели неплохо показать себя в бою. Что же до первого, Алина не вполне понимала, какой от него толк – кому он здесь собирается мозги сворачивать? Истребителям? Так они у них и без того набекрень. А псионическое подчинение на них все равно не действует… вроде. Впрочем, Эдуард же представлял списки своей группы на утверждение полковнику Гнедому, и раз тот утвердил, значит, в присутствии псионика есть какая-то пока непонятная ей сермяга.

Но Алине сейчас было не до того: отряд занял оборону в здании вокзала, обложенный капитально превосходящими силами истребителей. А тут еще и дополнительная задачка подоспела: взять живым рыжеглазого плевуна, так его налево! Понятно, что псионик тут бесполезен, как и пиромант, для которого задача «взять живым» невыполнима в принципе. Оставался кинетик. Вот он точно не помешает.

Группу захвата Алина подобрала быстро: Тимур, Кирилл и Павел, лучшие в ее отряде. С ними кинетик Федор и она сама, конечно: посылать своих ребят на подобную авантюру, оставаясь в укрытии, – это было не в ее характере.

Стрельба почти затихла: истребители после первых потерь больше не перли дуром на автоматы, а только скапливались вокруг, делая редкие вылазки, – похоже, умнеют, сволочи! Да и апэбээровцы экономили патроны: экспедиция, по сути, только началась, а боеприпасов успели потратить как на небольшую войну.

Хомчик оценила обстановку. Площадь, на внешних границах которой скопились истребители, была забита автомобилями, среди которых выделялся застывший жутковато уродливым склепом обгоревший остов автобуса. Скрываясь за машинами, можно было добраться до него, а там уж и до истребителей рукой подать – появится шанс произвести захват. Хомчик безмолвно указала на него своей команде, сделала рукой знак «вперед», пригнулась и побежала к нему.

Слева пахнуло жаром, словно дракон дохнул. Отвлекающий маневр заработал – «лояльный» пиромант постарался от души. Хомчик даже удивилась его мощи: вроде раньше «лояльные» пожиже были… Правда, она слышала об усилителе способностей, над которым работали научники, а теперь убедилась в этом воочию. Что ж, похоже, они не зря свой хлеб едят…

Так, еще один мегафакел, под прикрытием которого поднялись в атаку бойцы с левого фланга, имитируя попытку прорыва. Если истребители отреагируют так, как ожидается… Затрещали автоматы, по ту сторону площади зашевелились мутанты. Ну, сейчас начнется… Где же рыжеглазые? Давайте, твари, выманивайтесь, ну же!

Выманились. Но совсем не так, как рассчитывала Алина, – хлынули всей толпой, как приливная волна. От атакующих тварей мгновенно зарябило в глазах. Навстречу лавине мутантов полетели гранаты, затем ударила еще одна струя пламени, и все – пиромант иссяк. Те бойцы, что имитировали прорыв, метнулись обратно под прикрытие автомобилей, но не все успели. Одного бойца настигли ядовитые плевки вожаков, а значит, он в течение ближайшего получаса сделается трупом. Алина сжала зубы, гася крик, полный боли и бессильной ярости. А уже через полминуты она и ее группа внезапно из засадного полка превратились в передовой. Более того – их окружили. Капитально.

– В автобус! – рявкнула Хомчик, понимая, что на открытом месте от них быстро оставят рожки да ножки.

Мгновенно подчинились все, даже «лояльный», – скелет автобуса давал хоть какое-то укрытие от ядовитых плевков и мог служить импровизированным укреплением. Не фонтан, конечно, но лучше, чем ничего. Следующие минуты боя остались в памяти Хомчик кошмарными обрывками, полными крови, криков, грохота очередей и разрывов гранат. Разлетелись в стороны истребители, попавшие под удар кинетика… короткая очередь в упор разнесла в клочья искаженную желтоглазую рожу мутанта… совсем рядом разъедал металл плевок одного из рыжеглазых… ножи бойцов рубили пальцы мутантов, вцепляющиеся в стальные рамы окон… тварь, едва не схватившую Алину в дверях, отправил в толпу собратьев внушительный пинок Кирилла… Совсем близко мелькнули в толпе оранжевые глаза одного из вожаков… и Алину вышибло из режима боевой машины. Она от души, до хруста костей, шибанула прикладом сунувшуюся в окно оскаленную желтоглазую физиономию мутанта и схватила за руку кинетика… Это потом она уже поняла, как рисковала, – он запросто мог в горячке боя чисто рефлекторно шибануть ее своей Силой. Полетела бы так, что мало не показалось. Но обошлось…

Успела ему указать на рыжеглазого, и тут же оба резко пригнулись, уходя от очередного плевка… Удар! Алина, которая в этот момент всаживала очередь в двух мутантов, сунувшихся в двери автобуса, поначалу даже толком не поняла, что произошло. Просто вдруг что-то мелькнуло в воздухе, и рыжеглазый исчез. Этот рыжеглазый. Остальные-то остались. Тимур словил плечом ядовитый плевок и едва успел сбросить куртку, пока слюна истребителя не прожгла ее насквозь и не добралась до тела. Хомчик хотела было спросить кинетика, что он такое сделал, но тут твари полезли на очередной приступ их автобусного редута, и ей резко стало не до того.

* * *

«Подарок» прилетел, когда Эдуард Прохоренков, и без того человек не слишком оптимистичного склада, уже начал терять остатки надежды. Внешне он этого никак не показывал – покер-фейс при любых обстоятельствах. Характер нордический, твердый, в порочащих связях не замечен. Окружающие порой считали, что он сделан из цельного куска льда, по какой-то странной аномалии не тающего даже жарким летом. Все, что он чувствовал, кипело внутри, как в чугунном котле с глухой крышкой, и его содержимое никого не касалось. Такого принципа Прохоренков придерживался всегда и сейчас не собирался делать исключение. Кому какое дело, что он уже тридцать пять раз проклял себя, что настоял на походе через город. Проклял, хотя и считал себя правым, – такой вот парадокс. Прокурор и адвокат в одном лице. Он по-прежнему считал, что соваться сразу в порожденную Обломком квазиразумную Топь было бы ошибкой. Большой ошибкой… Ну а как тогда назвать то, во что они вляпались сейчас? Постоянные уличные бои и, наконец, котел окружения. Один убитый и двое раненых. Это пока. А если он ничего не придумает, в ближайший час потери экспедиции станут стопроцентными, притом что к выполнению главной задачи они даже не приступали.

Вожак истребителей нужен как воздух, и нужен живым. Молодец все-таки Алина – хоть и посмотрела на него как на психа, но пошла добывать «языка». Только сейчас она там, в автобусе, в смертельной ловушке, а он ни черта не может для нее сделать без этого долбаного мутанта. Да и как боец он никудышный – ни стрельбе, ни рукопашному бою не обучен.

Это было похоже на выстрел из катапульты – что-то живое и отдаленно напоминающее человека по баллистической траектории прилетело со стороны осажденного автобуса и грохнулось на асфальт у самого входа в вокзал. Явно кинетик сработал. Эдуард сперва не поверил своим глазам. А когда поверил, гаркнул во всю мощь своих легких:

– Тащите его сюда!

Двое научников кинулись выполнять, а три бойца прикрывали их из автоматов. Мутант, а в том, что это он, сомневаться не приходилось, был без сознания и, похоже, со множественными переломами, но его здоровье волновало Прохоренкова в последнюю очередь. Его устроит, если тварь проживет достаточно, чтобы осуществить парочку экспресс-тестов.

Вожака истребителей затащили в здание вокзала, сковали ему руки за спиной и надели на него респиратор, чтобы не вздумал плеваться. Очнувшийся было мутант от всех этих манипуляций снова вырубился – хоть у истребителей болевой порог был выше человеческого, но и он имел предел.

– Берите у него ЦСЖ, – скомандовал помощникам Прохоренков. – Три стандартные порции. И кровь из вены. Двадцать миллилитров.

Огляделся и наткнулся взглядом на псионика, наблюдавшего за процессом с напряженным любопытством. Встретившись с ним глазами, Эдуард кивнул:

– Да, Рома, твой выход. Готовься.

Глаза псионика словно мгновенно промерзли до дна, но кажущаяся слегка болезненной полуулыбка с его неподвижного лица так и не сошла. Он тоже кивнул – мол, понял, – и отошел в сторону, снимая куртку.

А Эдуард занялся собственными приготовлениями. Этот план родился далеко не сейчас, на нервяке постоянных боевых столкновений, а в тишине лабораторий. Но в том-то и дело, что «в поле» ничего испытано не было. Проверка этой идеи была одной из причин, по которым Прохоренков хотел пройти через Златоуст. Но Алине Хомчик он об этом, разумеется, не сказал. И не скажет, потому что реакцию оперативницы на подобную новость представить несложно. Но все должно было сработать – просто обязано! Ибо он, Эдуард Прохоренков, поставил на это жизнь, и не только свою.

– Все готово, Эдуард Андреевич, – подошел Василий, постоянный, уже почти восемь лет как ассистент Прохоренкова.

– Приступим.

Все дозы были давно и точно отмерены: ЦСЖ, кровь мутанта, катализатор, пси-корректор и антинова. Этот коктейль мог выдержать только «лояльный», да не абы какой, а «разогнанный». Пусть красноярское отделение АПБР и было уничтожено, но их разработки по созданию усиленных «лояльных» сохранились. На их основе и вел свои исследования Эдуард. И для данной операции псионик был идеальным кандидатом.

– Настройся, Рома, – скомандовал Прохоренков «лояльному». – Режим ментальной мимикрии.

– Принято, – бесцветным голосом отозвался псионик.

– Кровь.

Первая инъекция пошла. Дозировка была не единственным важным фактором – временные промежутки между инъекциями значили как минимум не меньше. Отсчет времени вел сам Эдуард. Четко, хладнокровно, не отвлекаясь ни на что, словно и не трещали рядом автоматные очереди, не гремели взрывы и не слышались крики.

– ЦСЖ.

Эту ответственную инъекцию Эдуард взял на себя. Точность, скрупулезность, аккуратность… Так, готово, время пошло…

– Катализатор.

Дальше наступает самое важное.

– Рома, готов?

Молчаливый кивок.

– Режим «гаммельнский крысолов».

«Лояльный» снова кивнул. Идеальный подопытный… Нет, все же партнер. Без его доброй воли ничего бы не было. Вакцина с присадкой – хороший кнут, но не совершенный. Некоторые «лояльные» срывались… Так, выдержать паузу…

– Пси-корректор.

Наступал первый тонкий момент. В крови «лояльного» бурлила гремучая смесь, которая даже для его могучей иммунной системы была тяжким испытанием. Если хоть чуть-чуть промедлить с пятой, заключительной инъекцией… Время!

– Антинова.

Уфф, кажется, получилось. Но это лишь полдела. Второй тонкий момент – взаимодействие с реальными мутантами.

– Рома, «дудочник».

Псионик поднялся со стула и двинулся к пленному мутанту. Того только что привели в себя инъекцией стимулятора. Истребитель задергался, несмотря на скованные руки и наверняка сильнейшую боль от переломов, а в его оранжевых глазах вспыхнула… нет, это не показалось Эдуарду – почти собачья преданность. Неужели сработало? Нет, Прохоренков был уверен, что все рассчитал правильно, но природный пессимизм гундел в голове вечное «ничего не выйдет!». А оно взяло и вышло. Все эти вещества и пси-режимы преследовали одну-единственную цель – превратить псионика Романа для истребителей не просто в вожака, а в супервожака, в альфа-особь. И похоже, таки превратили.

– Ты так играл, ты был артист, и вот настал твой бенефис, – едва слышно пробормотал себе под нос Эдуард, затем повернулся к «лояльному» и произнес: – Вперед, Рома. Покажи им!

* * *

В какой-то момент этого страшного боя Алина немного отстраненно удивилась, что из защитников автобуса до сих пор никто не погиб. Понятно, что это – вопрос времени и стремительно пустеющего боезапаса, а также усталости. Настанет миг, когда количество всего этого перейдет в качество, и их просто разорвут на куски. Всех до единого. Пока они еще держались благодаря периодически вспыхивающим со стороны вокзала факелам пироманта и ударам кинетика, но и «лояльные», Алина знала, не железные. Оба наверняка на пределе. По серому лицу кинетика Федора это было хорошо заметно.

«Как глупо! – пронеслось в голове Хомчик, в то время как ее руки уже на чистых рефлексах всаживали пулю за пулей в головы озверелых тварей, которые как одержимые лезли на приступ их раздолбанного и обугленного автобусного форта. – Сдохнуть в самом начале, так толком ничего и не успев!»

А потом вдруг все закончилось. Как-то сразу и резко. Словно кто-то большой и крутой топнул ногой и гаркнул: «А ну, цыц! Развоевались тут!» Больше никто не лез на окна и двери автобуса, не штурмовал вокзал, в котором оборонялись остальные. Почему? Да что это за хрень вообще?!

Алина осторожно выглянула из окна и увидела невероятное: от здания вокзала по площади на восток не торопясь шел «лояльный» псионик. Кажется, его звали Роман. А истребители не только не нападали на него, но и расступались перед ним, смыкались за его спиной и следовали за ним чудовищной свитой, словно он был их верховным командующим и непререкаемым авторитетом. Они разом потеряли интерес к людям. Постепенно площадь очищалась от мутантов, и вот уже их остались единицы, да и те стремились пристроиться в хвост здоровенной колонны.

Ошарашенная Алина вышла из автобуса и подошла к тоже вышедшему наружу Прохоренкову, хладнокровно наблюдающему за этим безумным шествием.

– Вашу налево, док, какого черта происходит?!

– Вы слышали о гаммельнском крысолове, Алина?

Хомчик нахмурилась было, но потом ее глаза расширились от изумления.

– Он их уводит? Но как?!

– Для этого мне и нужен был рыжеглазый мутант.

После минутной паузы, когда к ним уже присоединился весь отряд, а хвост колонны мутантов окончательно втянулся в улицу Аносова и стал удаляться в восточном направлении, Алина поняла, что подробностей не услышит, и задала следующий вопрос:

– И куда он их ведет?

– Карту разведанных аномалий помните?

– Ну?

– В районе санатория «Локомотив» у нас что?

– Кислотное озеро и, чуть дальше, Провал, – ответила Алина, начиная понимать.

– Ну вот.

– И что он их… всех?

– Не только этих, – глухо отозвался научник, и от его улыбки у опытной оперативницы мороз пробежал по коже. – Он их зовет. Со всего города.

Следующая минута оказалась заполнена потрясенной тишиной. Нарушила ее Хомчик, с трудом разлепив губы:

– Вы страшный человек, док.

Загрузка...