Три жизни Тани

Глава 2, о незваных гостях

Очередной бесконечный день в компании фильмов, книг, звуков улицы из окна — Таня всегда просила маму не закрывать окно в теплую погоду. До второго этажа долетало множество голосов и сигналов, визг шин и рокот самолетов, стрекотание газонокосилки, смех детей. Эти звуки создавали иллюзию полноценного бытия, включенности в кипучую жизнь других людей. Тане страстно хотелось тоже куда-то спешить, чем-то заниматься, делать что-то хоть капельку нужное другим. И неделю назад у нее появилась такая возможность: психолог, работавший с ней долгое время после травмы, предложил ей пообщаться через скайп с юношей, которому ампутировали обе ноги.

— Танечка, честно скажу — он пытался совершить самоубийство, когда его привезли из больницы домой, — сказал психолог. — У него есть возможность научиться ходить на протезах — оба колена сохранены — но он не желает ничего слышать, безнадежно утонул в жалости к себе. Поговори с ним, ты удивительно стойкий человечек. Вдруг знакомство с тобой даст Никите новый стимул жить?

Таня сама не ожидала, что её так увлечет это новое дело — разговаривать по душам с тем, кто никого другого и слушать бы не стал, а вот её — её Никита слушал с широко раскрытыми глазами, потрясенно смотря на нее с экрана и чуть ли не каждую минуту переспрашивая:

— Два года живешь так? Как же ты живешь? А шансы хоть немного двигаться в будущем есть?

И Таня честно отвечала, что шансов нет и никакие протезы ей уже не помогут. Мама вначале была против таких бесед, боялась, что Таня сама глубже уйдет в себя, вынужденная постоянно произносить одно и то же «шансов нет», но потом признала, что ухудшения состояния дочери не наблюдается, скорее наоборот. И сегодня Таня раздумывала, стоит ли согласиться на предложение Никиты приехать к ней в гости: юноша обещал, что родители довезут его только до подъезда, а дальше он поднимется к ней на лифте сам, на коляске.

В замке неожиданно заскрежетал поворачивающийся ключ. Таня посмотрела на часы: до прихода соседки Антонины Ивановны оставалось еще три часа, папа уехал в командировку, а мама вернется только вечером, кто же это может быть? Неужели Наташа приехала из Москвы на последнюю неделю перед началом занятий в институте?

В прихожую вошло сразу несколько человек. Таня насторожилась и прислушалась: легкие шаги, шуршание платьев, шепотки знакомых голосов.

«Алиса с подружками пожаловала! Неужели мириться пришла? Неужели ей хватило ума сообразить, что я предотвратила её большую глупость?» — удивилась Таня.

К ней в комнату вошли три девочки: Алиса, Вика и Настя. Все три наряжены в красивые платьица и туфельки, с завитками локонов на головах. У первых двух выражение лиц торжествующе злорадное, у Насти — боязливое и запуганное. Алиса мигом шагнула к телевизору и выдернула шнур из сети — теперь гигантское чудо техники стало просто мертвым экраном, которое не оживишь голосовой командой. Таню лишили возможности позвонить кому-либо.

— Хорошая месть — оставить меня без средств связи, без музыки, книг, игр и фильмов, полностью наедине с собой, — оценила Таня.

— Ты наябедничала моему отцу! Из-за тебя наши родители как с ума посходили! — закричала Алиса. — У Нади с Катей смартфоны отобрали, выдали им кнопочные раритеты без возможности выхода в интернет и из дома одних не отпускают! Держат их под домашним арестом, все аккаунты в соцсетях поудаляли! Мой папаша после того, как сунул нос в мою переписку, притащил из части маячок, прикрепил его к моей серёжке и теперь всегда знает, где я нахожусь, и за снятие сережки обещал меня выпороть! А я имею право делать, что считаю нужным, без всякого пригляда, я уже взрослая!!!

— Мне столько нотаций прочитали, что на век хватит, — прошипела Вика. — И теперь родители каждый день просматривают мою переписку в ВКонтакте!

Алиса после этих слов подруги внезапно успокоилась и довольно ухмыльнулась:

— Только они не умеют просматривать то, что сразу удаляется из этой переписки, замечательно, да? Короче, раз ты во всем виновата, то в твоей квартире мы и встретимся с магами, ясно?

Таня посмотрела, как Настя боязливо втянула голову в плечи, и пожалела, что соседка Антонина Ивановна так и осталась в неведении относительно инцидента с девушками и спокойно выдала им ключи от ее квартиры. Уточнила:

— Вы пригласили своих шарлатанов в мою квартиру? Наглость, однако, причём противозаконная наглость.

— Наоборот, очень даже законная, — ухмыльнулась Алиса. — Ты же совершеннолетняя, так? Вот и будешь представлять интересы несовершеннолетних. К тебе нам ходить не запретили, так что у родителей не может быть никаких претензий: мы в гостях у их доверенного лица, и находимся под присмотром этого взрослого, совершеннолетнего человека, как они и хотели. Только из-за тебя Надя с Катей вынуждены остаться дома, их неизвестно сколько времени еще взаперти продержат! Они пытались улизнуть, но их Надькин старший брат перехватил.

«Не стоит надеяться на то, что Надя с Катей расскажут этому брату о замысле девчонок, они ведь „настоящие“ подруги и не „предадут“ своих», — прикинула перспективы Таня, смотря, как Вика закрывает окно, отрезая шум улицы и возможность позвать на помощь. Как никогда остро Таня ощутила свою полную беспомощность и зависимость от других, неспособность предпринять что-то самостоятельно. В висках начала стучать кровь, все сильнее и сильнее, а ей нельзя допустить сейчас панической атаки, нельзя впадать в бессмысленную истерику и биться в припадке, мелко сотрясаясь прикованным к постели телом. Сейчас ей надо держаться за настоящее, как-то вразумить глупых девчонок!

В дверь постучали.

— Не открывай! — прохрипела Таня. — Не имеешь права!

Алиса пренебрежительно хмыкнула и ушла в прихожую, две ее подруги-подпевалы побежали следом. Опять хлопнула входная дверь, к девичьим голосам добавилось два мужских. Один из этих новых голосов был сухой, высокий и безэмоциональный, он слышался редко, отрывистыми репликами: «Доброе утро», «Да», «Конечно», «Спасибо». Второй голос был басистый, раскатистый, подчеркнуто доброжелательный и исключительно радостный:

— Ах, какие красотулечки! Любому правителю впору будут, а, Клисс? Не промахнулись мы с тобой в поисках на этот раз, нашли удивительнейший мир с невероятными барышнями, да, Клисс?

После каждого «да, Клисс» делалась пауза и бесстрастный сухой голос выдавал краткое подтверждение слов товарища.

— Не передумали еще упасть в омут любви и страсти с невероятными красавцами, милые барышни? Не утратили желания жить во дворце в окружении всегда готовых угодить вам слуг?

— Разве кто-то может утратить такие желания? — жеманно рассмеялась Алиса.

Басистый голос как-то враз поскучнел, посмурнел:

— О, разные странные существа встречаются, кому-то лишь намекни про любовный приворот, так сразу всекосмическую полицию кличут. Мол, противоправное это действие, незаконное. А я так кумекаю: любовь выше любых законов!

В басистом голосе прозвучало столько пафоса, что прислушивающаяся Таня невольно поморщилась. А девчонкам сентенция понравилась, они дружно подхватили это изречение, доказывая его множеством «примеров из жизни», подхваченных, скорее всего, в тех же соцсетях.

— Ну, раз мне довелось-таки встретить удивительно рассудительных и умных девушек, готовых на всё ради встречи с любимым, то приступим. — Басистый голос утратил игривые нотки, стал сосредоточенным, деловым. — Это отдельное помещение и сюда никто в ближайший час зайти не сможет?

Да-да, никто не придёт, не переживайте.

— Отличненько, садитесь в круг за стол, выбирайте себе суженого по вкусу, а я займусь необходимыми приготовлениями.

Дальше Таня чутко вслушивалась в перемещения мужчин по большой комнате, пытаясь определить, чем они заняты. Воровать мужчины, похоже, не собирались — не было слышно выдвигаемых ящиков, стуков дверей шкафов, шаги просто шли по периметру комнаты, под аккомпанемент восторженных охов и ахов девчонок. Шелеста бумаги Таня не улавливала, суженые, скорее всего, выбирались по фотографиям в планшете. Наконец Алиса объявила, что их выбор сделан, до Тани донёсся хрустальный звон каких-то флаконов, после чего шаги по периметру комнаты возобновились.

— Хм-ммм… рядом находится живое мыслящее существо, — произнес басистый голос.

— Это соседи, — поспешно заверила Алиса.

— Нет, — сурово отрезал голос. — Соседи воспринимают эту квартиру, как чужое пространство, а это существо — как своё. Оно связано с этим пространством и автоматически будет перемещено вместе с вами. Девушки, я же предупреждал, что нужно отдельное жилое помещение, в котором не появятся другие!

На пороге комнаты Тани возникли двое: низенький круглый толстяк с улыбчивым лицом и ледяными голубыми глазами и невысокий субтильный тип с костлявой вытянутой физиономией. Толстяк при виде лежащей в постели Тани сощурил и без того узкие глазки, растянул пухлые губы в широкой улыбке и заворковал тем самым басистым доброжелательным голоском:

— И кто тут у нас? Ещё одна красавица? Отчего к гостям не выходишь, милая барышня?

— Ленится она, вставать не хочет, — встряла из-за его спины Алиса. Похоже, остатки совести она оставила за планшетом с фотографиями красавчиков.

— Мне и здесь неплохо, — холодно сказала Таня толстяку. — Это моя квартира и я вас не приглашала, так что будьте добры покинуть мою жилплощадь.

— Это действительно хозяйка помещения? — круто развернулся толстяк к Алисе.

— Да.

Толстяк посмотрел на Таню и неприятно осклабился. Потёр пухлые ладони и известил:

— Видите ли, ваши подруги получили ключ от этого помещения с полного согласия его собственников, в том числе — и с вашего согласия. Пусть молчаливого, не высказанного явно, но согласия, иначе они никак не могли бы пропустить сюда нас.

Да, ни родителям, ни Тане в голову не пришло отказать девушкам в посещениях и запретить Антонине Ивановне выдавать им ключ. Родители не думали, что Танино «предательство» воспримут именно как предательство и не захотят общаться с ней, а Таня все-таки надеялась, что девочки одумаются и поймут ее мотивы. Но сейчас важнее было уразуметь смысл сказанного толстяком, поскольку этот смысл ей совсем не нравился…

— Вам нужно особое приглашение, чтобы войти? Прям как нечисти, — сказала Таня.

Толстяк радостно закудахтал:

— Именно, милая моя, именно! Конечно, разрешение требуется не всегда, а лишь в особых случаях, таких, как сейчас. Только те, кого вы впустили в свой дом добровольно, имели право пригласить в него собственных гостей. И вот — они пригласили нас, так что, увы, мы вправе проигнорировать ваше несогласие с нашим присутствием в нём. И мы его гордо игнорируем!

— Она не помешает нам открыть портал? — поспешно уточнила Алиса.

— Нет, не помешает. Но, как я уже объяснял, она переместится вместе с вами, если, конечно, не захочет покинуть это помещение. Покинуть его самостоятельно, по доброй воле.

— Эм-ммм… — откровенно растерялись девчонки, переводя взгляд с парализованной девушки на дверь, в которую той предлагалось самостоятельно выйти. — Пусть остаётся, ладно?

— Вы желаете остаться? — с любопытством смотря на Таню, спросил толстяк.

— Можно сказать и так, — процедила та. Она действительно хотела остаться и выяснить, что происходит. — Итак, вы — нечисть?

Толстяк журчаще захихикал, его худой спутник хмыкнул.

— Нет, мы обычные люди, только что с магическими способностями, всего лишь, — заверил толстяк. — Нечисти как таковой не существует, милая барышня, любящая полежать в постельке. Просто ваш мир некогда тоже был магическим миром, его посещали разные расы, которые теперь считаются у вас персонажами сказок, не более того. Однако когда-то (очень давно) магия из вашего мира ушла, и вы постепенно деградировали и превратились в никому не интересную и не нужную планетку, исчезнувшую с космических карт, а сведения об иных расах остались у вас только в виде легенд и мифов. Нам очень повезло, что мы наткнулись в древних архивах на упоминания о вас, и еще больше повезло, что нынешние воспитанные на романах барышни мечтают не о гусарах, а об эльфах и вампирах. Исключительно повезло, что нынешние девушки такие… разумные, и не боятся ни магов, ни чертей, ни прочих нелюдей. И искренне мечтают о любви с представителями других пектилевых рас.

— Каких рас? — переспросила Таня.

— Пектилевых, то есть прямоходящих, имеющих одну голову, чётко выраженный массивный торс и четыре конечности. К таковым относятся люди, оборотни в одной своей ипостаси, эльфы, дроу, вампиры, драки и некоторые другие генетически близкие и совместимые с указанными видами расы.

— А есть и не пектилевые? — спросила Таня, мечтая протянуть время, дождаться прихода Антонины Ивановны и позвать на помощь: входная дверь была хлипкая, соседка должна была услышать ее голос, когда подойдет и нажмет на звонок.

— Есть, у вас будет шанс их увидеть. Девушка, у нас остаётся мало времени, так что предлагаю вам выбрать суженого, раз уж вы в любом случае отбываете в иной мир вместе с нами.

— К ней тоже кого-то приворожите? — спросила Алиса с таким возмущением, словно это её законного мужа предложили отдать Тане.

— Почему нет? Всякий имеет право на счастье, верно? — проворковал толстяк.

— Но… но… — запинаясь, выговорила Алиса.

— Две другие ваши подруги прийти не смогли, помните? Я рассчитывал на пятерых, а вас всего трое, так почему бы не устроить личную жизнь и этой девушки? Флаконов с зельем у меня ещё много.

— Девушка не желает, чтобы устраивали ее жизнь, — твердо отрезала Таня.

— Отчего же? — склонил голову к плечу толстяк. — Разве вы не мечтаете о большой и светлой любви?

Таня только глаза закатила и промолчала, а Алиса не смогла вынести мысли, что ее врагу предложат то же счастье, что и ей:

— Поступим проще и перейдем в другое помещение: у меня есть ключи от колясочной[1] нашего этажа. Там десять квадратов площади, а барахла немного: пара велосипедов и зимняя резина в углу сложена.

— Помещение должно быть жилое, только у него нужная аура, я же объяснял, — нетерпеливо ответил толстяк. — Причем очень желательно, чтобы в помещении постоянно проживали одни и те же существа, привязанные к своему жилью, напитывающие его своим душевным теплом.

«Только мне режет слух частая замена слова „люди“ на термин „существа“? — подумала Таня. — Очень странно изъясняется этот улыбчивый толстяк с холодным взглядом».

Вся группа нежеланных гостей вышла из ее комнаты и в зале разгорелась жаркая дискуссия на тему «Что делать?». То, что девчонкам не терпелось приворожить к себе фэнтезийного мачо, это было ясно, но и эти два прохвоста были заметно недовольны отсрочкой своих планов.

Знать бы еще, в чем заключаются эти их планы…

— Мы не можем отложить на потом и подобрать другую квартиру: Танька сегодня же растреплет обо всём нашим родителям и нас на цепь посадят, вообще никуда за порог не выпустят! — простонала Алиса.

— Проблема не только в этом: вы уже выпили свои приворотные зелья, а новые не так-то просто изготовить, — зло проворчал толстяк.

Повисло угрюмое молчание. Потом снова заговорил толстяк:

— Любого можно уговорить, надо лишь понять, что ему предложить. В крайнем случае, пойдет с нами без приворота, — сказал он, и вся компания вновь нарисовалась на пороге Таниной комнаты.

Таня насторожилась больше прежнего: «Они и впрямь собираются дружно меня уговаривать на приворот к эльфу-вампиру??? Чужаки оба явились, никто втихаря по полкам не шарит, так что…»

— Вы не воры! — вырвалось у Тани.

Ее слова позабавили толстяка, он радостно заквохтал, тряся пухлыми щеками:

— Нет-нет, мы не собираемся вас грабить, милая барышня! Мы пришли, чтобы исполнить ваши заветные мечты, а не чтобы вынести из помещения всё ценное.

Толстяк окинул комнату взглядом и насмешливо хмыкнул, словно его рассмешила сама идея, будто тут может быть нечто ценное. Вперед выступила Алиса, старательно приглушила ненависть в своем взгляде и умоляюще произнесла:

— Танечка, ты же видишь — это приличные люди, маги из другого мира! Я сама вначале не верила, а теперь верю. Смотри!

Она протянула вперед руку, разжала ладонь, на которой обнаружился небольшой красный медальон. Этот медальон вдруг засветился, из него повалил белесый туман, но не успела Таня испугаться, как из тумана сформировался большой шар, завис посреди комнаты, стал прозрачным, и в нем появилось движущееся объемное изображение.

— Это стереовизор, — с восторженным придыханием произнесла Алиса. — Круто, да? У нас на Земле такого нет, так что ты должна поверить! Смотри, это повелитель эльфов из каких-то там лесов, я его выбрала и его ко мне приворожили.

Перед Таней целился из лука в голубое небо один из самых красивых мужчин, что ей доводилось видеть: белокурый, синеглазый, черные брови вразлет, лицо выразительное, с твердым подбородком и высокими скулами. И у него в самом деле имелись необычно длинные остроконечные уши, частично скрытые вьющимися волосами. Мужчина выстрелил, и с неба на землю начала падать черная точка, быстро превращаясь в силуэт какой-то птицы. Из шара донеслись веселые приветственные крики, белокурого красавца начали хлопать по плечам другие прекрасные длинноухие юноши, что-то задорно крича ему на неизвестном певучем языке.

Потом перед Таней вереницей пронеслись короткие сценки с другими «женихами», под пояснения Алисы, кто это, но в эти пояснения Таня не вслушивалась, стараясь понять, в чём обман. Голографический экран, разворачивающийся из маленького медальона — техника и впрямь невиданная.

— Вы поверили, что мы из другого мира? — прервал Алису толстяк, наблюдавший за Таней.

— Или нужны дополнительные доказательства? Так за этим дело не встанет.

Толстяк вдруг взмыл вверх и завис в воздухе в метре от пола. Запустил хоровод из мерцающих огоньков в воздухе. Пролил небольшой дождик на голову Тани, а потом мигом высушил её волосы порывом теплого ветерка.

— Так что — верите? — спросил он, продолжая висеть в воздухе, плавно покачиваясь вперед-назад.

— Д-да, — выдохнула потрясенная Таня. Она действительно поверила, что перед ней маги из неизвестного чужого мира, а это означало, что Алиска вляпалась не просто в неприятности, а в неприятности космического масштаба! — Что вам нужно от девушек?

— Это им нужно, милая моя! — с показной обидой замахал руками толстяк. — Я всего лишь помогаю сбыться их мечтам!