Трофей темного генерала

Глава 4

Это он так шутит? Верно же? Я застыла перед ним как кролик перед удавом. Шестеренки в голове ускоренно закрутились. Может быть, это к лучшему? Не помнящий темный ведь лучше помнящего?

Лорд Рейс слегка сжал пальцы на моем горле поторапливая, судорожно сглотнул, моргнул медленно, словно завороженный…и мужская ладонь медленно поехала вниз, прямо к моей вздымающейся от непонятного напряжения груди…Это было так странно, умом я понимала, что должна его остановить, защищаться, в крайнем случае влепить пощечину, но почему-то этого не делала.

— Эй, хозяйка! — низкий мужской голос, прозвучавший со двора, выдернул нас обоих из странного транса. Рейс переменился вмиг, прищурился хищно, отточенным движением схватился за рукоять кинжала на своем поясе. И будто сам удивился этому движению. — Есть разговор!

Лицо темного приобрело совсем уж нехорошее выражение…Меня, конечно, трудно уличить в человеколюбии, но смотреть на то, как этот псих разделывает старосту и его прихвостней не было никакого желания.

— Постой, — я схватила его за плечи. — Постой! Тебе нельзя выходить! Никто из местных не должен о тебе знать. Я поговорю с ними, и они уйдут.

Темный склонил голову к плечу и уставился на мои губы. Я неосознанно их облизала и, кажется, зря…кадык лорда дернулся, и он подался вперед.

— Почему я должен слушать тебя? — вкрадчиво спросил он.

— Потому что… — я упрямо поджала губы. Время утекало сквозь пальцы, но ни одна внятная причина так и не пришла мне в голову. — Ты можешь мне доверять! Я вернусь и все тебе расскажу. Обещаю! Просто доверься.

Честно говоря, я сразу же пожалела о своих обещаниях. Теперь Райден точно знает: мне известно его прошлое, и сделать вид, что я просто мимо проходила не получится.

— Ладно, — в черных глазах мелькнул алчный блеск. — Иди.

Он нехотя убрал руки, но посторониться не спешил. Иди? Вот так просто?

— Жди здесь, — выдавила я, протискиваясь между ним и стеной. — И ничего не трогай.

Рейс никак не прокомментировал мои напутствия, лишь уголок губ дернулся в подобие улыбки. Я чуть не споткнулась от неожиданности. Он что…умеет улыбаться?

Так!Не отвлекаться! Надо собраться…Войти в роль, так сказать.

— Выходи, ведьма, — гаркнул громила-лесник, когда я была уже на пороге. Толкнула дверь, шагнула на крыльцо и едва не провалилась в дырку. Пришлось призвать все свое актёрское мастерство, чтобы удержать на лице грозную мину.

— Да не ори ты, всю удачу распугаешь, — елейно уточнила я и смело двинулась на мужчин. Сегодня их было пятеро. И все при оружии. Видать, сильно припекло. — Чё надо?

Мужики разом ощетинились и отпрянули назад. Потом все же спохватились и изобразили на лицах решительность и отвагу, один даже вскинул ружье. Я презрительно ухмыльнулась, хотя душа провалилась в пятки. Еще вчера мне даже десять таких не смогли бы причинить вреда…а сегодня я была обычной смертной.

— Ты нарушила наш договор! — выступил вперед староста. Легкая седина уже тронула его виски, но было видно, что он не брезгает физическим трудом. Скачет из койки в койку с такой прытью, что любой молодец позавидует, и стыда не знает. Хотя, вру! В последний раз, когда прибегал за настойкой от срамных болезней, даже слегка покраснел.

— Поясни.

— Тебе еще пояснять надо? — взъярился лесник. — Да ты оглянись-ка! Весь лес пожгла своей грязной волшбой! Зверье взбесилось и разбежалось в разные стороны.

— Да, — поддакнул староста, — на деревне куры передохли.

— Черное колдовство! — сплюнул под ноги громила.

— Ты, Олаф, на меня своих кур не вешай, — многозначительно протянула я. — Я здесь ни при чем. Лучше у доченьки своей спроси, как она додумалась на красную луну суженого вызывать.

— Ересь! — староста побелел, и голос его дрогнул. Зуб даю, знает о похождениях своей паршивки. — Не могла она…

— Могла, еще как могла, — я кивнула. Правда, добавлять, что дочурка в папочку пошла, не стала. — Вы мне еще спасибо сказать должны: я сумела обезвредить силу, что вобрал в себя черный круг. Иначе у вас бы не только куры передохли. Короче, повезло вам со мной.

Ох, кажется, перегнула с пафосом. Староста аж зубами скрипнул, остальные растерянно переглянулись.

— Да что вы ее слушаете? — неожиданно взбеленился незнакомый мне ранее тощий мужик и передернул затвор. — Пристрелим неверную, богоугодное дело же ж!

Я показательно проигнорировала психа. Но рожу запомнила.

— В общем, так. Дочку твою и других соучастниц я ради нашей дружбы проклинать не стану. Ты уж как-нибудь сам, — я строго взглянула в глаза старосты.

Голос мой был до крайности дружелюбен, поэтому я не сразу поняла, отчего так переменились в лице мужики. Даже громила покачнулся назад, словно едва сдержался от того, чтобы дать деру. Я скользнула взглядом по искаженным от ужаса лицам, обернулась через плечо и почти уткнулась носом в по-прежнему голую грудь Райдена Рейса. В этот раз не завизжала — прямо гордость за себя взяла.

Рейс подхватил меня за плечо, когда я все же дернулась от неожиданности. Кажется, еще немного и темный сделает меня заикой. Его прикосновение обжигало даже сквозь плотную ткань платья, но вопреки всему, что с нами случилось, дарило чувство защищенности. Уверена, Черный Генерал не даст пристрелить единственный доступный сейчас источник информации.

— Ты кто? — просипел староста, мелко отступая назад. Как и любому другому смертному ему было тяжело находиться рядом с темным. И это Генерал еще не в самой лучшей форме.

— Прекрати тыкать в нее оружием, — Рейс шагнул вперед, прикрывая меня, и угрожающе сощурился, презрительно разглядывая тощего. — Мне это не нравится.

От тона его голоса волоски на затылке встали дыбом. Воздух сгустился, потрескивая…

— Давайте все успокоимся! — любезно предложила я и сжала предплечье темного. Он застыл мраморной статуей, а рука под моей ладонью вмиг окаменела. — Не нужно делать резких движений!

Мои слова послужили спусковым крючком. Мужики слаженно дали деру. Я не винила их за слабость и не чувствовала себя победительницей.

— Здесь что-то случилось, — изрек темный лорд, внимательно разглядывая последствия нашего с ним ритуала.

Я запихнула свое ехидство поглубже и сдержанно кивнула. Он обернулся ко мне и подцепил пальцем подбородок, вынуждая смотреть в полыхающие тьмой глаза.

— Ага.

— Это забрало мою память? — вкрадчиво спросил он.

— Думаю, твою память забрал яд, которым тебя отравили. До того, как ты здесь оказался, — осторожно уточнила я.

— Яд, — медленно повторил Рейс, погружаясь в себя. — Меня предали…

Я судорожно сглотнула, ощущая, как сердце рухнуло в пятки. Неужели вспоминает? И снова тот же противный голосок в голове: не помнящий темный лучше помнящего?

— Это правда, — покопавшись в воспоминаниях, заключил темный. — Я чувствую, что ты говоришь правду.

— Угу, — промычала я, ощущая острую необходимость бежать куда глаза глядят. Рядом с полуголым темным было и страшно, и как-то томно. Коктейль этих чувств пробуждал во мне странную тягу, подстегивал желание, и острое необъяснимое чувство в груди нарастало с каждым мгновением.

— Значит, я пришел к тебе, будучи отравленным, слабым. Почему?

Хороший вопрос, кстати. Но внятного ответа у меня, понятное дело, не было. Я открыла было рот, чтобы свалить все на случайность и стечение обстоятельств, но темный неожиданно скользнул большим пальцем по моим губам, склонился ближе. Во взгляде его мелькнул такой всеобъемлющий голод, что даже меня проняло и бросило в жар.

— Ты моя женщина.

Это был не вопрос. Я растерянно моргнула и округлила глаза. Что он несет?

Жесткие губы смяли мои, сметая любое сопротивление, наглый язык по-хозяйски скользнул в рот…