Ульрих чесал бороду и смотрел на новую божественную наковальню. Затем, он покачал головой и ласково провёл по ней ладонью:
— Не, никому тебя не отдам! Даже если попросят, даже если король… Ну, разве что, временно дам попользоваться. А если вздумает кто настаивать — сошлюсь на Гидраргирума!
Гном с ирокезом, который тоже рассматривал божественную наковальню, приподнял бровь:
— Сошлёшься на что?
Ульрих ткнул пальцем в направлении своего синюшного глаза, который опух ещё больше:
— Сошлюсь на то, что Гидраргирум мне глаз подбил, потому, эта наковальня — хоть и самая крутая из всех, но, всё-таки, компенсация. И, вообще… Пусть, кто попробует что-то против бога кузнечного дела сказать! Ни у кого из гномов даже и в мыслях такого не будет.
Гном с ирокезом усмехнулся:
— Это, да… Я думал, так легко не отделаешься. Гидраргирум лишь легонько рукой от тебя отмахнулся… А ты так полетел, что промелькнула мысль: “Вот, и конец Ульрику Чернобородому!” Ты ведь головой в паровой молот влетел!
На что Ульрих махнул рукой:
— Там, скорее, паровой молот сломался бы, а не моя башка. У меня живучести не меньше, чем силы. И я, ради такого сокровища, ещё десять раз готов так полетать!
Кузнец снова погладил поверхность наковальни и посмотрел на неё влюблённым взглядом.
Гном в зелёной шапочке, что стоял чуть позади, повернул голову к Бофуру:
— А, ты когда догадался, что он бог?
Тот, в ответ, покачал головой:
— Я и не подозревал!
— Как это? Ты же не с проста десять золотых на “уникалку” поставил!
Бофур пригладил свою ухоженную бороду:
— Не, про бога я был ни сном, ни духом. Я, просто, после жильных руд подумал, что это не двойник Гидраргирума, которых сейчас не мало развелось, а он — собственной персоной.
— А-а-а. Ну, тоже верно…
Вдруг все пятеро гномов замерли на месте, с глазами, упёртыми в одну точку.
Первым "отмер" рыжебородый:
— Я не брежу? У кого-то ещё есть дар от бога Гидраргирума?
Ульрих медленно покачал головой:
— Не бредишь. Мне тоже пришло ускорение выплавки руды на двадцать пять процентов, ускорение ковки и прочее.
Рыжебородый улыбнулся — впервые за последнее время:
— Ха! Да, у меня при Сефлаксе только плюс пять процентов на ускорение добычи было! Это ж, я на четверть быстрее работать буду. Вот это, да!
Гном в зелёной шапочке усмехнулся:
— Что, передумал переходить в кузнецы?
Рыжебородый посмотрел на наковальню.
— Мне добыча руды ближе. Но время от времени что-нибудь сковать на наковальне Ульриха я, конечно, не откажусь!
Кузнец посмотрел на гнома, затем, на наковальню и опять на рыжебородого:
— Ладно… вам разрешу иногда пользовать. Но, не больше пары часов в неделю — на каждого!
Бофур аж взревел:
— О-о-о! Вот это дело!
Гном в зелёной шапочке достал из инвентаря кружку пива и поднял её вверх:
— Предлагаю отметить это дело!
Остальные гномы одобрительно зашумели и подоставали кружки пива.
Ульрих ударил кулаком по наковальне, поднял свою кружку и крикнул:
— За Гидраргирума, нового бога кузнечного дела!
Гномы дружно гаркнули:
— За Гидраргирума!
И, чокнувшись с такой силой, что часть пива разлилась из кружек, запрокинули головы и выпили до дна.