Глава 3

– Удивительно все-таки, что он так вот заснул, – проговорила боярыня, когда мы, возвращаясь из детской, спускались по лестнице в гостиную. – Я понимаю, что чай на успокоительных травах помог, но рядом с вами он смог абсолютно расслабиться.

– Такое бывает после сильного стресса, когда нервная система восстанавливается, – ответил я.

Возле дверей гостиной, замерев, стоял дворецкий.

– Антон, принеси вино белое и закуски, – приказала Морозова и снова повернулась ко мне: – Удивительно другое, – улыбнулась она, – Никита давно не плакал при посторонних. Даже при мне теперь это редкое явление. Он держит себя в руках. Несмотря на то что ему всего восемь, он старается соответствовать должности главы рода. Даже… сегодня… – тихо проговорила она и вздохнула, – даже пережив весь этот ужас, он держался! Изо всех сил он старался не показывать слабости слугам! Но полностью открылся вам. – Боярыня снова улыбнулась.

Когда мы вошли в гостиную, боярыня села на софу и жестом предложила мне сесть в кресло, стоящее рядом.

– Я рад, что сумел оказаться полезным, – спокойно ответил ей.

В этот момент в гостиную вошел дворецкий с подносом, на котором стояли бутылка вина, два пустых бокала и многоярусная тарелка с закусками: кубиками сыра разного вида, тарталетками с креветками, крохотными помидорами и еще чем-то неопределяемым на вид.

– Вы же не откажете мне в своей компании? – многозначительным взглядом посмотрев на бутылку, спросила боярыня.

– Ну что вы, как я могу отказать такой гостеприимной хозяйке? – улыбнулся я.

На ее лице мелькнула полуулыбка. Проследив за тем, как дворецкий наполнил бокалы, она проговорила:

– Антон, оставь нас.

Поклонившись, старик молча удалился, прикрыв за собой двустворчатые двери.

– Ну что ж, позвольте выпить за вас, Аскольд, – подняла она бокал. – За то, что по воле богов вы оказались в нужном месте и в нужное время!

– Благодарю, Екатерина Алексеевна! – кивнул я. Хрустальные бокалы звякнули, соприкасаясь, и мне на язык упали первые капли терпкого напитка. Вкусно! Этот вечер уже не первый раз тешит мою гедонистическую натуру.

Поглотив пикантную тарталетку, я расслабленно откинулся на спинку кресла. Жить хорошо! А хорошо жить, как тут говорят, еще лучше.

Боярыня с любопытством рассматривала меня, о чем-то размышляя. Спустя двенадцать секунд молчания она наконец заговорила:

– Вы необычный человек, Аскольд. Сложно поверить, что вы семнадцатилетний простолюдин.

– Почему же? – усмехнулся я.

– Например, потому, что сегодня вы убили двух человек. Отъявленных мерзавцев и преступников! – злобно прошипела она и тут же спокойнее продолжила: – Но тем не менее двух человек. Не похоже, что вы переживаете об этом. Как и о том, что сейчас пьете вино с регентом боярского рода.

– А зачем мне переживать об уже случившемся? – спросил я, снова потянувшись к бокалу. – Ситуация требовала действовать наверняка, чтобы ни одна случайная техника или пуля не задела беззащитного ребенка.

Она улыбнулась и благодарно кивнула.

– И все-таки вы самую малость ошиблись, – хмыкнул я. Выражение лица боярыни стало удивленным, – кое-что после стычки с теми бандитами я чувствую.

– И что же?

– Облегчение. От того, что их телами занялся ваш род и мне не придется придумывать, как отделаться от полиции.

Морозова на миг в удивлении округлила глаза, а затем усмехнулась.

– Возможно, вам удалось бы все списать на самооборону, но… – Она помрачнела и вздохнула. – Хорошо, что все хорошо закончилось.

Подняв бокал, она припала к нему пухлыми губами и выпила за один присест сразу больше половины. Все-таки сегодня эта женщина испытала сильное потрясение.

– Спасибо, Аскольд, – еле слышно пробормотала она в мою сторону. – Если бы не вы… Если бы вас рядом не было…

Она сжала губы и потянулась к красивой бутылке. Но я опередил ее и сам разлил остатки содержимого по бокалам.

– Галантно, – улыбнулась боярыня и потянулась рукой куда-то под стол. Через несколько секунд дверь в гостиную распахнулась. – Антон, еще вина, – глянув на дворецкого, велела женщина. Затем снова перевела взгляд на меня. На дне ее карих глаз я видел давнюю тоску по сильному плечу.

– За то, чтобы все страшные ситуации разрешались наилучшим образом, – произнес я тост.

Боярыня грустно улыбнулась, зазвенел хрусталь, мы выпили и одновременно потянулись к закускам. Она случайно заделала мою ладонь, но руку, как смущающаяся школьница, не отдернула. Напротив, продлила этот момент на пару секунд.

– Хороший тост, – проговорила она, наконец положив закуску в рот. – Хороший, но наивный.

– Отчаяться легко, – парировал я. – Сложно не сдаваться, несмотря на трудности. Сложно продолжать бороться, находясь в безвыходной ситуации. Сложно верить в лучшее, когда вокруг тебя мрак.

– Хм… – Она склонила голову набок. – От многих подобные слова звучали бы как пустой пафос. Но вам почему-то удается говорить это так, что мне хочется верить. Что ж, за то, чтобы слова не расходились с делом.

Мы допили остатки вина из первой бутылки, и как раз в этот момент вернулся молчаливый дворецкий с новой бутылкой, очередной порцией закусок и чистыми бокалами. Наполнив их, он бесшумно растворился, не забыв закрыть за собой двери.

– И я ведь понимаю, о чем вы… – пробормотала боярыня, покачивая вино в своем бокале. – Я прошла через это. Через этот ужас! – вскинула она голову, поморщилась и снова припала к бокалу. – Я знаю, каково чувствовать, что твой род умирает. На моих глазах тогда, четыре года назад, в глупой войне один за другим умирали члены моего рода… Все, что мне оставалось, – верить. Верить в то, что мой ребенок переживет войну… И… Аскольд… сегодня я испытала тот же ужас… – Она задрожала и тихо заплакала, потянувшись ко мне, как утопающий тянется схватить спасательный круг. Я пересел к ней на софу и заключил в крепкие объятия.

– Теперь все в порядке, – проговорил уверенно. – Твой сын жив, а род будет существовать и впредь.

Рывком поставив бокал с недопитым вином на стол, она повисла у меня на шее.

– Все это время я была сильной! Все видели меня сильной! Я старалась изо всех сил ради рода! Думаешь, я хотела быть регентом! – Отстранившись, она посмотрела мне в глаза. – Нет! Любая женщина хочет быть тылом сильного мужчины! А не сильным мужчиной! Я… я… – Она вновь притихла и уткнулась носом мне в грудь. – Я счастлива, что ты оказался рядом, Аскольд, – прошептала она, пока я гладил ее по волосам. – Сами боги послали тебя мне на помощь… Я… – Она вновь чуть отстранилась и заглянула мне в глаза.

– А ты с честью справилась со своим долгом, – улыбнулся я.

Она обворожительно улыбнулась в ответ и провела ладонью по моей щеке. Я, потянувшись вперед, накрыл ее губы поцелуем. Екатерина замерла, но через секунду ответила со всей своей накопленной страстью. Перекинув ногу, она оказалась на мне. Обнимая ее одной рукой, я скользнул пальцами по пуговицам на платье. Они располагались на спине – такое платье самостоятельно ни снять, ни надеть. Однако я был рад помочь боярыне.

Когда проблема пуговиц была решена, женщина охотно стянула лиф платья к поясу, обнажив плечи и красивую грудь в белом кружевном нижнем белье. Прежде чем я успел расстегнуть ее бюстгальтер, Екатерина стащила с меня футболку…


В телефоне зазвенел будильник. Я быстро потянулся к нему и выключил звук.

– Хм, куда ты в такую рань? – сонно улыбнувшись, поинтересовалась Катя. Закинув на меня длинную ножку, боярыня прижалась ко мне всем своим обнаженным телом.

– Нужно съездить домой, переодеться и ехать в школу, – буднично ответил я, глядя на покрывало, скрывающее прекрасные изгибы моей новой подруги.

– Школу? Хах… школьник. А вчера вечером и ночью ты вел себя как взрослый опытный мужчина, – ответила она, не сводя с меня игривого взгляда. – Воспользовался беззащитной подвыпившей женщиной. И не один раз!

– Ну-ну, не нужно клеветы, – улыбнулся я. – А то ведь и я могу сказать, что властная боярыня воспользовалась зеленым школьником.

– Зеленым? Ха! И еще раз ха! И вообще, тебе семнадцать, так что уже по всем законам можно.

– Ну тогда и еще разок можешь воспользоваться. – Прикинув, что утренней пробежкой можно пожертвовать, я поцеловал ее в губы. Главное – не забыть, что времени не особо много.

Спустя сорок минут мы с боярыней сидели вдвоем в столовой за завтраком. Забавно было видеть ее в домашнем махровом халате. В ранние утренние часы, когда в доме были только наиболее близкие Слуги, боярыня могла себе позволить расслабиться.

– Я вот все раздумываю над твоей наградой, – ковыряясь ложкой в каше, проговорила она.

– Да брось, – отмахнулся я. – Я получил свою награду. Я ведь уже говорил тебе вчера. А после этого получил еще одну. – Я многозначительно посмотрел в ее сторону.

Чуть прищурившись, Катя хитро улыбнулась и покачала головой.

– Наглец! Самовлюбленный наглец! – проговорила она. – Я не твоя награда. Я лишь использовала тебя, чтобы снять стресс.

– Совсем недавно ты говорила иное, – усмехнулся я.

– И что? – выпятила она свою прекрасную грудь. – Могу я хоть иногда побаловать себя и побыть просто женщиной? А просто женщинам дозволено болтать всякое.

– Ты не просто женщина, – улыбнулся я. – Ты красивая и добрая женщина, на которую можно положиться.

Она отвела взгляд, а на ее щечках вспыхнул румянец.

Правда, ненадолго. Через три секунды Катя посмотрела на меня и произнесла:

– Я могу сделать тебя Претендентом.

Серьезно? Она додумалась до этого? Совсем расслабилась рядом со мной. И… Будь все иначе, я, может быть, и согласился бы. Но после вчерашнего «семейного» ужина втроем, после ее исповеди, когда мы остались вдвоем, да и после того, что последовало дальше… это для меня недопустимо.

– Нет, – спокойно ответил я. – Спасибо.

– Нет?.. – округлила она глаза. – Ты отказываешься от такого блестящего шанса?

Я тяжело вздохнул и покачал головой:

– Катя, ты на своих плечах тащила целый боярский род. Делала все, чтобы он выжил. И теперь хочешь сделать меня Претендентом? Допустим, найти двух глав аристократических родов, которые поддержат тебя, не составит труда. Но тебе придется подробно расписать причину. И что ты напишешь? Спас главу рода? Да, это деяние. Но, поступив так, ты распишешься в том, что твой род не способен защитить главу. Не хмурься. Я так не считаю. Но так посчитают ваши недоброжелатели. А они у вас есть. Кто-то же заставил «медведей» напасть на Никиту.

– Так ты знаешь, что это были бандиты из «Белого медведя»? – изумленно выпалила она.

– Да, – отмахнулся я. – Узнал одного из них.

– Откуда вообще ты их знаешь?

– Мои ребята недавно бились с ними. Но то, что я с этим связан, – секрет. – Я внимательно посмотрел на нее.

– Я поняла, – кивнула боярыня. – А то, что вчера произошло…

– Секрет твоего рода, – хмыкнул я. – О чем я тебе недавно и сказал, отказавшись от Претендентства.

Она улыбнулась:

– Какие нынче мудрые школьники пошли… Так! Все! Я и дальше буду считать, что ты просто прикидываешься школьником. А на самом деле ты взрослый и сильный мужик!

– Думай что хочешь, – усмехнулся я. А затем посерьезнел. – Но раз уж мы заговорили о делах… После вчерашнего – «медведей» уже нет?

Боярыня Морозова недовольно скривилась:

– Если бы. Подробностей я не знаю, только сегодня начну разбираться, но вчера, когда мои ратники прибыли в «Белый медведь», там никого, кроме персонала, не было. Проверили другие точки – и там пусто. Очевидно, узнав о провале операции, бандиты спешно покинули квартал. Теперь будем искать их по всему городу, если не по всей стране.

– Ясно. Если что, у них есть залетный Наставник, явно принадлежащий к какому-то роду. Я предполагаю, что его приставили к «медведям» заранее, чтобы залегендировать перед получением какого-то важного груза.

– Важного груза? – оживилась Катя.

– Не знаю какого, не знаю когда, – огорчил ее я. – И все это лишь мои догадки. Но! – Я многозначительно посмотрел на нее. – Распиливание активов «медведей» моим ребяткам было бы интересно провести. Своими силами, разумеется. Так что если будешь копать, решишь действовать, то бандитами можем заняться и мы.

– Под моим негласным покровительством?

– Разумеется, – кивнул я.

– Что ж, поняла. Но обещать ничего не буду, – коварно улыбнулась Катя. – Ты сам оставил выбор награды для тебя на мое усмотрение. Но скажи, как называют себя твои ребята?

– Да никак не называют, – хмыкнул я. – Но заседают они в баре «Белка».

Она задумчиво кивнула, принимая полученную информацию. Хотя если бы я ей ничего не сказал, она бы и так все узнала. Скорее всего, ее служба безопасности уже в курсе, с кем у «медведей» недавно был конфликт.

– Кстати, мне вот любопытно… что там с мальчиком, из-за которого вчера и произошел весь сыр-бор?

Катя нахмурилась и внимательно посмотрела на меня.

– А как ты думаешь, что я с ним сделала? – сухо спросила она.

– Учитывая то, что ты обещала сыну? – невозмутимо уточнил я. – Думаю, ты приставила к мальчику и его семье наблюдателей. Может, даже кто-то из твоих людей с ними поговорил.

Она поджала губы и покачала головой.

– Как же так? – удивленно воскликнула боярыня Морозова. – Ты видишь меня насквозь?

– Ага, будто бы ты без одежды, – улыбнулся я.

– Наглец! Я не об этом! Но… в общем-то, ты угадал. Мой человек был у них вчера. Поговорил с матерью и ребенком. По словам матери, она ничего не знала. Ну а этот мелкий гаденыш, Миша, плача и рыдая, рассказал, что это его отчим подговорил проверить на храбрость друга. – Боярыня сжала зубы и яростно сверкнула глазами. – Он же и позвонил мальчику, когда тот вышел из кафе и должен был встретиться в той арке с моим сыном. Подозвал его к себе в соседний двор. Там мальчика, лежащего на земле, потом и разбудила местная бабулька. Телефона при ребенке уже не было. А отчим домой не вернулся. За домом мы наблюдаем, но вряд ли кто-то придет убивать Федоровых.

– Ясно, – кивнул я, отметив для себя, что боярыня лукавила, когда говорила, что подробностей не знает. Без надзора дела рода она не оставляла. А как я уеду, и вовсе займется ими всерьез.

Какое-то время мы ели молча. Когда перешли к десерту, Екатерина проговорила:

– И все-таки меня поразило, как легко ты отказался от моего предложения Претендентства. Но… было приятно, что ты подумал о моем роде.

– Ну а как же, – хмыкнул я. – А что до Претендентства, то не забивай голову. Несколько месяцев погоды не сделают, – сказал я, не став объяснять, что глупо становиться Претендентом с голой задницей. У меня из активов сейчас лишь грязные деньги, а из затей – возня с преступниками. Всему свое время.

– Несколько месяцев? – удивилась она.

– Я собираюсь выиграть имперский турнир, – пожал плечами. – Кстати, если хочешь умножить свой капитал, можешь поставить на меня на школьном этапе. Но только после меня там, говорят, коэффициент будет плавающий.

– Ты настолько уверен в своих силах?

– А ты во мне сомневаешься? – улыбнулся я.

– Нет. Но, насколько мне известно, в твоей школе учится и прошлогодняя чемпионка округа.

– Чемпионка округа? – не понял я.

– Охо-х, ну хоть в чем-то ты не осведомлен… – улыбнулась она. – Позволь объяснить. Москва же большой город? Так что у нас нет чемпиона города, в финальный этап проходят четыре представителя столицы. И ваша девочка в прошлом году прошла на финальный этап турнира. Она представляла Юго-восток.

– О… – задумчиво протянул я. – Так Царица лицея еще круче, чем я предполагал.

– Ну? Уже испугался?

– С чего бы? – отозвался я.

Покончив с завтраком, я на прощанье поцеловал боярыню. Выходить провожать меня в халате она не стала. Перед крыльцом особняка меня уже ждала машина с водителем. Катя не дала мне заказать такси – мол, дурной тон уезжать от высокородных хозяев подобным образом.

Загрузка...