Ты. Моя. Жена

— Можно вопрос? — киваю. — Почему ты передумал подписывать с ней брачный договор? Это же твоя гарантия, что через полгода ваш развод пройдёт гладко.

— Не знаю. — пожимаю плечами. — Это же она была тогда, на вечере.

Не понимаю на что я надеялся, но подписывать с ней договор с точными датами нашего брака и дополнительными условиями, не хотелось. Мне нравится, как она осваивается в моём доме. Каждое утро видеть её заспанное личико. Не знаю, как так получается, но просыпаюсь я всегда с ней в обнимку.

Только последний инцидент выбивает почву из-под ног…

— Ты в неё…

— Костя. — обрываю его на полуслове. — Закрыли эту тему.

— Хорошо. Так, а сейчас почему ты здесь?

Вкратце рассказал ему про Боталова. Он немного помолчал и перевёл тему.

Последний бой заканчивается, но из моей головы никак не уходят мысли про Асю. Еду на работу, чтобы переключится. Ни хрена, всё равно думаю о ней. В итоге всё-таки получается погрузится в работу, но после обеда в кабинет заходит Костя. Протягивает мне флэшку, да ещё и с таким серьёзным лицом.

— Посмотри. — садится. — Это касается Аси. Самое первое видео.

Не раздумывая вставляю флэшку в ноут. Запускаю проигрыватель и застываю.

— Там были камеры. — добавляет Костя.

Действительно были, а я о них напрочь забыл.

Внимательно всматриваюсь в каждую мелочь. Вижу свою Асю, как она отступает, оглядывается. Как появляются её первые слёзы. Хочется разорвать этого смертника, особенно когда хватает её за руку, а она вырвавшись чуть не падает. Но самое паршивое это их диалог. Она боится его, обращается на «вы». Конец разговора меня просто загоняет в тупик. Она не хочет будущей свадьбы, аргументирует всё моей сделкой с её отцом. Вижу, как моя девочка начинает трястись, когда тот уверенно заявляет, что сможет договорится со мной. Ну в этом я сомневаюсь. Не отпущу, хотя бы пока во всём сам не разберусь.

— Я домой. — сообщаю Косте, забирая с собой флэшку.

В машине немного успокаиваюсь. Зайдя в дом, сталкиваюсь с обеспокоенной Валей.

— Ты приехал. — тяжело вздыхает. — У вас всё в порядке.

— Ты о чём? — хмурюсь.

— Асенька так плохо выглядит… бледная… от еды вот отказалась…

Срываюсь с места не дослушав женщину. Подходя к двери останавливаюсь, слыша голос девушки.

— Ася Альбертовна… Кайсарова. — спокойно говорит, а внутри меня довольный собственник соглашается с её словами.

Кайсарова. Ася Кайсарова. Ну хорошо же?

Тихо захожу в комнату и рассматриваю своё хрупкое создание…

— Да, хорошо. До встречи.

Она поворачивается и будто замирает на пару секунд. Теперь я понимаю о чём говорила Валя. Вижу её опухшие, красные, глазки. Слегка растрёпанные волосы.

— Привет. — силится улыбнутся, но у неё это плохо получается. Подходит к комоду, берёт папку, протягивает её мне. — Вот, ты забыл.

Если честно, плевать я хотел сейчас на работу. Её состояние меня волнует куда больше.

Беру из её рук папку и вижу, как её потряхивает. Второй рукой дергаю на себя, обнимаю, крепко прижимая к себе. Облегчённо выдыхаю, когда чувствую её так близко.

Откидываю папку на кровать.

Утыкается носом в мою грудь, вдыхая мой запах и неожиданно выдаёт, дрожащим голосом:

— Где ты был ночью? — чувствую, как её пальчики на спине сильно сжимают мою рубашку.

Не ожидал услышать от неё такой вопрос.

— Ревнуешь? — у меня вырывается нервный смех.

Ревнуют, когда любят. А для неё это фикция…

Молчит, сильнее прижимаясь ко мне. Слышу всхлип на своей груди, который она тут же пытается подавить. Немного теряюсь от такой реакции. Пытается отстранится, но я не даю ей этого сделать, крепче прижимаю к себе.

Застываю, слыша её дрожащий шепот в свою грудь:

— Ревную…

У меня будто весь воздух забрали и чувствую ведь, что не врёт. Даже не думал, что услышу от неё такой ответ. Беру её лицо в свои ладони, всматриваюсь в заплаканные глазки, размазываю слёзы по щекам, большими пальцами. Она так доверчиво смотрит…

Снова обнимаю.

— В спорт зале. — запоздало отвечаю на её вопрос. — Грушу порвал. Представляешь?

Задирает голову, упираясь подбородком в мою грудь.

— Правда? — улыбается.

Киваю. Её улыбка сходит, и она снова прячет лицо на моей груди.

— Я боялась, что ты не приедешь… — шепчет. — Вчера, ты совсем не о том подумал. Я не хочу замуж за Боталова. Просто…

— Я видел запись вашего вчерашнего разговора. — признаюсь. — Прости, что не выслушал.

Глава 17. Ася

Ася

Нехотя открываю глаза от стука в дверь. Не могу понять, что происходит. Знакомый запах заполняет легкие. Снова пытаюсь погрузится в сон, но спустя пару секунд распахиваю ресницы, начиная осознавать происходящее. Я лежу на груди Миши. Его руки крепко обнимают меня…

Как… я же засыпала одна…

Но сейчас так хорошо, спокойно…

— Михаил Николаевич. — не сразу узнаю тихий голос Инны Борисовны.

Женщина снова стучит. Чувствую, как Миша начинает просыпаться. Хочу отстранится, чтобы не мешать, но мужчина не даёт. Целуя в макушку, шепчет хриплым голосом:

— Ещё рано, спи…

Задираю голову, встречаясь с его заспанным лицом. Боже, какой он красивый… Улыбка сама появляется на моих губах.

Хочется дотронутся до его щеки своими пальчиками… Чувствую, как его тело напрягается и тут же понимаю, что мне не просто хочется, а я уже глажу ладонью его щёку. Одёргиваю руку, испуганно тараторя:

— Прости… я…

Пытаюсь подобрать слова и в этот момент он притягивает тыльную сторону моей ладони к своим губам и коротко целует.

— Всё хорошо. — улыбается. Он выглядит таким довольным, будто в лотерею выиграл.

И снова этот стук…

Миша, чертыхаясь себе под нос, поднимается с кровати.

— Что случилось? — твёрдо спрашивает, открыв дверь.

— Там приехал Константин…

— Понял. — обрывает женщину. — Сейчас спущусь.

— Хорошо. — еле слышно ответила Инна Борисовна и муж закрыл дверь, так и не пустив её во внутрь. Хотя я уверена, что ей было интересно…

Сажусь, обнимая свои колени.

— У тебя что-то случилось? — тихонько спрашиваю, когда он заходит в гардеробную.

— Вот сейчас и узнаю. — доносится до меня его ответ.

— Миш, мне нужно будет сегодня отъехать. — осторожно начинаю. — Я договорилась вчера о собеседовании.

Мужчина вновь появляется перед моими глазами, только уже в деловом образе.

— Ты уезжаешь? — в моём голосе слышна грусть. Между нами всё так непонятно… Я элементарно запуталась…

— Да, но я на связи. — приближается к кровати. — Конечно поезжай, только возьми с собой кого-то из охраны.

Киваю. Он наклоняется, быстро чмокая меня в макушку.

После его ухода я уже не смогла заснуть. Переодеваясь, заметила, что боль от побоев проходит и я уже не чувствую такого дикого дискомфорта. Она стала терпимой…

После завтрака начала собираться на собеседование, предварительно предупредив охрану о выезде.

Сегодня на удивление прохладно, чувствуется как лето заканчивается. Решаю одеть брючный костюм, т. к. синяки и ушибы ещё не сошли…

Уже собираясь выходить, мой телефон начинает звонить. Замираю, когда на экране высвечивается: «Отец».

— Да. — настороженно проговариваю, отвечая.

— Ася, почему так долго? — возмущается, чувствую его злость даже через такое, большое, расстояние.

Молчу… Ведь понимаю, что он не стал бы звонить просто так…

— Я говорил вчера с Тимуром. Он не хочет ждать год. — обыденно произносит. К моим глазам подступают слёзы. Сажусь на край кровати. — С Михаилом получится встретится только через пару дней. Тебе нужно подготовить его к разговору. Чтобы на встрече он с радостью согласился на расторжение вашего брака. — чувствую влажные дорожки на щеках. — Ты меня слушаешь?

— Да. — испуганно выдыхаю.

— Ты меня поняла?

— А если он не согласится? — спрашиваю дрожащим голосом.

— Он согласится. — яростно чеканит. — Других вариантов быть не может. На кону большие деньги. И ты должна сделать всё для этого. Поняла?

Молчу. Утро так хорошо начиналось. Не хочу, чтобы Миша соглашался на эту сделку. Рядом с ним я чувствую себя… счастливой… Может мне стоит во всём признаться Мише и открыто рассказать о своих чувствах?

Да, мы ещё не привыкли друг к другу. Но я не хочу его терять. Только не так…

Слёзы безвольно катятся по лицу.

Даже если он меня не любит, мне нужно хотя бы время… Я не хочу обратно к отцу. Не хочу, чтобы Боталов стал моим мужем.

Осознаю только одно, необходимо уговорить Мишу мне помочь, чтобы он согласился немного потянуть время. Хотя бы пару месяцев…

— Ася. — выплёвывает моё имя. — Ты меня поняла? — злобно чеканит.

Не могу ничего сказать. Он поймёт, если я солгу. Теряюсь. Не нахожу ничего лучше и просто сбрасываю вызов.

Меня всю трясёт от переизбытка чувств… Никак не могу прийти в себя…

Ну может же случится сбой связи? Смотрю на время. Через пару минут нужно выходить. Иду в ванную и пытаюсь привести себя в порядок, судорожно втирая слёзы с лица.

Отец звонил ещё несколько раз, но я не взяла трубку…

Страшно? Безумно…

Но придя в это место, где так много деток… Страх отступает.

— Вам действительно интересна эта работа? — спрашивает Юлия Дмитриевна, заведующая детского сада.

— Да. — улыбаюсь. — Я люблю детей.

— Ваш муж не будет против? — осторожно спрашивает. — Не поймите меня неправильно, но у нас небольшие зарплаты, а…

— Простите, — перебиваю, понимая к чему клонит женщина. — Но я люблю свою работу. Меня нисколько не смущает зарплата. Мой муж не против.

Внимательно всматривается в мои глаза.

— Хорошо. — улыбается. — Со следующей недели, сможете приступить к работе?

— Да. — киваю несколько раз. Не могу поверить, что я буду снова заниматься любимым делом. — Конечно.

— Отлично, тогда я с вами ещё свяжусь относительно расписания. Документы?

— Да. Всё взяла.

Оформляем необходимые бумаги. Юлия Дмитриевна сообщает, что пропуск я получу в первый рабочий день. Счастливая выхожу на улицу. Сажусь в машину.

— Домой? — спрашивает водитель.

— Нет. — качаю головой, вспоминая о приёме у Юрия Эдуардовича. — Нужно заехать в одну клинику.

Называю адрес.

— Может лучше в больницу Михаила Николаевича? — с сомнением спрашивает Виктор.

У Миши есть клиника?

— Нет. — выходит как-то чересчур твёрдо, решаю сгладить, смягчая тон. — Там нет моего врача. — улыбаюсь. — Это дело комфорта.

В любом другом случае, я бы поехала в клинику мужа, не задумываясь… но не сейчас. Я не знаю, как объяснить ему свои побои…

В клинике быстро нахожу нужный кабинет. Стучу, открывая дверь. Испуганно замираю, увидев его…

— Проходи. — серьёзным голосом произносит Юрий Николаевич.

Глава 18. Ася

Ася

Не могу сдвинутся с места, словно вросла в пол. Он приближается ко мне, по позвоночнику пробегает неприятный холодок.

— Ася, не зли меня. — сквозь зубы проговаривает отец.

Что он вообще здесь делает? Как узнал?

Дёргает меня за руку, заставляя всё же зайти в кабинет. Морщусь от боли, ощущая его захват.

— Выйди. — смотрит на Юрия Эдуардовича. — Мне нужно поговорить с дочерью.

Тот смиряет отца недоверчивым взглядом, но всё же поднимается из-за стола.

— Только поговорить. — произносит, серьёзно смотря ему в глаза. — Без фанатизма.

Отец молча кивает, а врач покидает кабинет.

— Это что сегодня было? — недовольно спрашивает, сверля меня взглядом. — Ты забыла, как нужно себя вести?

Отрицательно мотаю головой. Его пальцы сильнее сжимаются на моём предплечье. Страх пропитывает каждую клеточку моего тела.

— А мне кажется забыла… — криво усмехается. — Так я напомню.

С силой толкает меня к столу, теряю равновесие и ударяюсь спиной об угол. Из глаз скатываются слёзы. Оказывается, я успела отвыкнуть от такого обращения…

Он снова приближается.

— Н-не н-нужно. — заикаясь шепчу, голос словно пропал.

Он злится. Сильно. Мне кажется, его раздражителем являюсь именно я… Хватает за волосы, заставляя смотреть ему в глаза.

— Ты уговоришь Кайсарова, — зло шипит сквозь зубы. — Разорвать брак преждевременно. И в следующем месяце выйдешь за Боталова. Ты поняла меня?

Слёзы хаотично катятся по моему лицу. Я будто теряю способность говорить… Но одно осознаю абсолютно точно, я не буду уговаривать Мишу разводится…

Шипит, не дождавшись моего ответа:

— Дрянь. — отшвыривает меня к креслу. Не удерживаю равновесия, падаю, переворачиваясь через него.

Боль за секунду пронзает всё тело.

— Ааааа… — тихо скулю, глотая слёзы. Начинаю дрожать, чувствуя холод от пола.

Тёмная фигура отца склоняется надомной, но я не могу сфокусироваться. Из-за слёз всё плывёт перед глазами.

— Ты. Меня. Поняла? — чеканит.

— Да. — практически беззвучно выдыхаю ответ.

— Вот и молодец.

Отец выходит из кабинета, оставляя меня лежать на полу. Боль не даёт возможности даже пошевелится. Мои глаза сами закрываются.

Сквозь пелену слышу, как чертыхается Юрий Эдуардович. Меня перекладывают на что-то мягкое.

— Ася, Ася… Очнись… — вырывает из сна голос врача, ощущаю удары по моим щекам. Незнакомый резкий запах, заставляет прийти в себя. — Ася. Кайсаров. — протягивает мне телефон. — Тебе нужно ответить.

Беру свой смартфон из его рук и подношу к уху.

— Да.

— Ты сейчас где? — ёжусь, слыша серьезный голос мужа.

— В больнице. — пытаюсь сдерживать себя, но голос всё равно дрожит. Снова эта ужасная боль, а ещё спина… жутко болит.

— Это я уже знаю. Витя ждёт тебя почти час. Телефон, когда он звонил, ты не брала. Не сказала к какому врачу. Официально на приём ты не записана. Вот он и набрал меня, испугавшись.

— Прости. — шепчу, всеми силами сдерживая поток слёз. — Пришлось пройти обследование, поэтому задержалась. Я хочу дождаться результатов…

— Мне приехать? — его голос становится мягче, заботливее.

— Нет, всё хорошо… Я дождусь результатов и поеду домой…

— Точно?

— Да. Не переживай.

— Хорошо. — немного расслабляется. — Сегодня вечером у нас будут гости. Дамир с Алисой и Игорь. Спонтанно получилось.

— Поняла.

Мы заканчиваем разговор и до меня потихонечку доходит, что я даже не представляю, как подняться… Не говоря уже о вечерних гостях…

— Не вставай. — строгий голос врача, заставляет вспомнить что я здесь не одна. — Обследование сегодня, мы тебе действительно проведём.

Проходит почти час с того момента как меня начали осматривать, делать необходимые манипуляции. Мне кажется, что в момент укола, я даже не чувствовала, как игла входит в кожу…

Юрий Эдуардович тяжело вздыхает, рассматривая мои снимки.

— Значит так, Ася. — сосредоточенно начинает. — Обезболивающее скоро повлияет на твоё состояние, но его действие продлится от трёх до шести часов. Постарайся уснуть, пока его воздействие на твой организм не закончится. У тебя несколько новых гематом и трещина в ребре. Может возникнуть дискомфорт в области грудной клетки. Старайся не делать глубоких вдохов. Иногда может казаться что воздуха не хватает, в таких случаях главное стабилизировать дыхание и не паниковать. Может возникнуть головная боль. Это нормально. Я тебе выпишу новые болеутоляющие. Обязателен постельный режим и дыхательная гимнастика. Послезавтра приезжай снова ко мне на приём, нужно будет следить за тем, чтобы не возникло осложнений.

Киваю и всё же пытаюсь подняться, с ужасом осознавая, что самой мне крайне сложно что-то сделать.

— Почему вы ему сказали, что я буду у вас? — обиженно шепчу, когда врач помогает мне встать на ноги. Слёзы снова срываются с глаз.

— Мы вчера с ним виделись, и я случайно обмолвился. — произносит с сожалением. — Я не знал, что он сюда заявится. Даже не думал, что он тебя ударит, — признаётся Юрий Эдуардович. — Зная, что тебе придётся возвращаться к Кайсарову.

Стою с трудом, чувствую боль в спине. Мужчина протягивает мне таблетки, проговаривая каждое слово, как маленькому ребёнку:

— Начнёшь приём с завтрашнего дня. Там есть инструкция. Если что, звони.

Молча киваю, понимая, что звонить не буду. Вряд ли я приду сюда снова. Буду придерживаться рекомендаций и всё пройдёт… надеюсь…

Еле дохожу до машины, медленно сажусь в салон. Радует, что водитель этого не видит, т. к. сосредоточенно разговаривает с кем-то по телефону и замечает меня, когда я захлопываю дверь.

— Теперь домой? — спрашивает.

— Да. — еле слышно произношу, откидываясь на спинку сидения.

Чувствую себя полностью разбитой, всё тело жутко болит. Обезболивающее начинает действовать, но медленно…

К тому моменту как мы приехали, боль немного поутихла, и я смогла самостоятельно выйти из машины, не издав ни звука.

Зайдя в дом, услышала из гостиной повышенные тона и всхлипы.

Хотела пойти полежать, отдохнуть… но иду в сторону знакомых голосов, отдаляясь от лестницы.

— Я не хотела, правда. — говорит Варя, глотая слёзы.

Хорошая девушка, младше меня всего на пару лет. Имеет маленький недостаток, у неё постоянно всё валится из рук, особенно когда она нервничает. Не умеет врать, это сразу видно. Её запредельные доброта и искренность, перекрывают все недостатки.

— Ты, уволена. — чеканит Инна Борисовна, смотря на девушку.

В кресле замечаю ещё одну персону. Ну конечно, как же без Лики.

— Что здесь происходит? — спрашиваю, стараясь сделать свой голос максимально строгим. — Инна Борисовна, с этого дня, без моего личного согласия, вы не имеете права увольнять людей.

— Это входит в мои обязанности. — зло шипит.

— Не спорю. Но теперь свои решения, касательно этого вопроса вы будете согласовывать со мной. Какая причина увольнения Варвары.

— Она разбила статуэтку. Между прочим, даже если она год будет работать бесплатно, не сможет покрыть её стоимость.

— Значит увольняем и Лику?

— За что это? — вскакивает со своего места возмущённая девушка.

— Ну как же, мне рассказали, что в прошлом месяце вы разбили вазу. Стоимость, которой, даже спустя два года своей работы, не смогли бы покрыть.

Лика обиженно скрещивает руки на груди, слышу её тяжёлое дыхание. Спасибо Вале, которая успела донести до меня несколько интересных фактов, относительно этой персоны.

— Инна Борисовна, — обращаюсь к женщине. — Как-то несправедливо вы поступаете. Двойные стандарты. Варя остаётся.

— Но… — пытается возразить женщина.

— Обсуждению это не подлежит.

Устала… Боль практически невыносимая. Ещё чуть-чуть и потекут слёзы по щекам. Понимая, что мне может понадобится помощь, мягко обращаюсь к девушке:

— Варя, пойдём со мной.

Она сразу оказывается рядом, когда мы подходим к лестнице, тихо произносит:

— Спасибо… что заступились… — её глаза начинают блестеть от слёз. — Я правда не хотела.

— Я знаю. — устало улыбаюсь, опираясь на перила, чтобы подняться.

В комнате, девушка помогает мне лечь, не задавая лишних вопросов. Предупреждаю что вечером у нас будут гости и нужно сообщить об этом Валентине.

— Никому не говори о моём состоянии. — прошу её. — Я отдохну и всё пройдёт.

— Хорошо. — кивает как заведённая. — Если что-то будет нужно, вы только скажите.

— Спасибо. — улыбаюсь. — Можешь идти.

Почти сразу засыпаю. Просыпаюсь, когда в нос ударяет знакомый запах мужского парфюма…

Глава 19. Ася

Миша сидит на краю кровати.

— Ты как? — мягко спрашивает.

Медленно сажусь рядом с ним, ощущая, что обезболивающее всё же подействовало и двигаться стало намного легче.

— Нормально… — мой голос предательски дрожит. Мне так хочется его обнять… Укутаться его ароматом.

Начинаю рассматривать пол, а из глаз катятся слёзы…

Чувствую на себе внимательный взгляд.

— Ася, ты чего? — успокаивающе касается ладонью моего лица, заставляя посмотреть на него.

— Миш, я не хочу с тобой разводится. — шепчу, смотря в тёмные мужские глаза. Он немного хмурится, сдвигая брови, морщинка между ними становится более резкой. Убирает руку. Вся сжимаюсь внутри, мне становится страшно… Но я уверена в своих чувствах и лучше расскажу сейчас, чем вообще не скажу. — Не через месяц, не через полгода… Даже через десять лет, хочу быть рядом с тобой. — слова даются мне с трудом, голос предательски дрожит, а слёзы продолжают хаотично катится по лицу. Но я смогла сказать… признатся себе и ему. — Ответь сейчас, пожалуйста, честно. — он молча кивает. — Ты ко мне хоть что-то чувствуешь? — мне кажется, я сейчас жалко выгляжу, поэтому поспешно добавляю, стирая ладонью слёзы. — Если нет, я пойму.

Молчит… Не могу разобрать его эмоций. Я боюсь жалости… особенно от него. От Миши мне хочется получить иные чувства…

Если расскажу ему про отца, он просто пожалеет меня… Да, сейчас, я вроде жду от него честного ответа, но боюсь… а вдруг он будет отрицательным?

Отвожу глаза, не выдерживая его тяжёлый взгляд.

И на что я только рассчитывала? Разве ему подходит такая девушка, как я? Но я хотябы попыталась…

Рассматриваю свой телефон на прикроватной тумбочке.

— Ася, посмотри на меня. — внутри всё сжимается. Превращаюсь в крохотный комочек, когда слышу его строгий голос. Судорожно вздыхаю, успокаиваясь. Поворачиваю к нему голову.

Мужские тёплые ладони оказываются на моей шее, большие пальцы мягко стирают влагу с щёк. Муж внимательно всматривается в мои глаза. Прикрываю веки, ожидая его ответа.

Замираю, когда чувствую, как его губы нежно касаются моих. Слегка теряюсь, приоткрывая рот и Миша сразу углубляет поцелуй, становясь более напористым. Кладу свои ладошки ему на плечи. Всхлипываю, чувствуя резкую боль, когда он крепко обнимает меня за талию, притягивая ближе.

— А ты думала, я тебя отпущу через полгода? — интересуется, прерывая поцелуй. Открываю глаза, встречаясь с его омутами.

— Не отпустишь? — у меня снова катятся слёзы.

— Теперь уже точно нет. — усмехается, стирая большим пальцем влагу с моего лица. — Когда первый раз тебя увидел, понял, что моя. А когда ты за меня замуж вышла, тут уже всё… Попала ты, Ася… Кайсарова. — улыбаюсь ему в ответ. Внутри столько эмоций, целый ураган. И с ним рядом так хорошо, спокойно, тепло… безопасно… — Только я хочу, чтобы ты мне рассказала, как так получилось, что ты согласилась выйти замуж за незнакомого человека? — его пальцы сильнее впечатываются в мою талию. Больно, но пока терпимо. Из глаз всё так же катятся слёзы. — И этот Боталов…

Нас прерывает Мишин телефон.

— Да. — тяжело выдыхает, убирая ладонь с моей шеи. — Понял.

Заканчивает разговор.

— Гости прибыли. — мягко говорит, поглаживая рукой мою талию. — Но мы к этому разговору ещё вернёмся. — серьёзно добавляет.

— Хорошо. — шепчу.

Мужчина встаёт, а я осознаю, что мне крайне трудно это сделать, после того, как его рука побывала на моей талии. Нужно на что-то опереться.

— Идём?

Стук в дверь и появившаяся Варя, мне не дают ответить:

— Извините, но гости уже ожидают.

Как же она вовремя. Выдыхаю, думая, как поступить.

— Мы знаем. — отвечает муж.

— Миша, ты иди, я скоро подойду. — его бровь слегка приподнимается. — Я быстро умоюсь и переоденусь.

— Хорошо. — кивает. Наклоняется, коротко целуя мои губы. — Жду внизу.

Мужчина покидает комнату, а Варя подбегает ко мне.

— Давайте я вам помогу.

Девушка приносит нужную одежду. Нервничает, видя с каким трудом мне даются движения. Помогает подняться с кровати.

— Дальше я сама. Спасибо.

— Вы уверенны? — с сомнением спрашивает.

— Да. Иди вниз.

Варя уходит. Я кое-как натягиваю тоненькую водолазку и зауженные бежевые брюки. Одеваю обычные балетки, так как на каблуках просто не выхожу весь вечер. Да и к тому же, я так понимаю, это дружественные посиделки, а не деловая встреча.

Спустившись, сразу попадаю в кольцо рук мужа.

— Они же думают, что у нас фикция… — шепчу, встречаясь с Мишиным взглядом.

— Нет. Они знают, что брак настоящий.

— Ты сказал, что…

— Я сказал то, что им нужно знать. — обрывает. Чувствую его дыхание на своём лице и мои щёки сразу же начинают гореть. — К тому же они ещё на свадьбе поспорили.

— О чём?

— Когда брак перестанет считаться фиктивным. — улыбается как мальчишка.

Касаюсь пальчиками его щеки, он с интересом наблюдает за моими несмелыми действиями:

— И кто выиграл?

— Я. — за спиной раздаётся знакомый мужской голос. Поворачиваюсь, но Миша руки так и не размыкает. Довольный Игорь поднимает бутылку вина. — Идёмте.

Как только я встречаюсь с Алисой, она крепко меня обнимает, освобождая от рук мужа. Боль снова становится сильнее, но радует, что действие обезболивающего пока не закончилось.

Валя всё приготовила, стол уже накрыт. Весь персонал отпустили до завтрашнего дня.

Мужчины остаются в гостиной. А Алиса утаскивает меня на кухню.

Узнаю, что, когда она находилась у нас, была беременна и сейчас у них с Дамиром растёт сын. Своему мужу про меня, она пока ничего не рассказала. И если честно, меня это радует.

— Ну а ты как? — спрашивает, закончив отвечать на мои вопросы.

Не хочу ей врать, но и правду рассказывать пока тоже не готова…

— Нормально. — отвечаю, пытаясь переключить её интерес куда-то в другое русло. — Чай или кофе?

— Давай чай.

Встаю. Поворачиваюсь к ней спиной, начиная колдовать над напитком.

— Это… что у тебя? — слегка заторможено произносит девушка.

Глава 20. Ася/Михаил

Ася

— Это… что у тебя? — слегка заторможено спрашивает девушка, тут же оказываясь позади меня. Поворачиваюсь к ней, понимая, что водолазка немного подскочила, и на спине была видна небольшая полоска, а я и не почувствовала. — Синяк… — шепчет, смотря с ужасом в глазах. — Это Миша?

— Нет. — испуганно мотаю головой.

— А кто тогда? Больше ведь некому. Что-то случилось, и ты просто боишься мне рассказать? Ну конечно, он же здоровый мужчина. — делает поспешные выводы. — Халк может нагнать страх.

Она выскакивает из кухни, пытаюсь её догнать, но эта жуткая боль не позволяет двигаться с нужной скоростью.

— Миша… — доносится её возмущённый тон из гостиной. Захожу в комнату. — … Как так можно?

— Алиса, — окликаю девушку, дрожащим голосом. — Это не он.

— И что? — фыркает. Я понимаю, она пытается меня защитить. Но блин, как же не вовремя! — Как вообще он такое допустил?

— Он не знает. — слёзы подступают к глазам.

Алиса резко замолкает. Зато остальным теперь нужны объяснения.

— О чём я не знаю? — серьёзным тоном спрашивает. Черты его лица заостряются. — Ася, о чём она говорит?

Молчу… Я просто растерянно молчу, не зная, что ему ответить.

— Алиса просто неправильно всё поняла… — пытаюсь выкрутится.

— Ася, там явно немаленький синяк. — тараторит, а когда понимает, что ляпнула, виновато опускает глаза.

Миша хмуро осматривает меня. Вижу, как на его лице начинают играть желваки.

— Я просто ударилась. — стараюсь спокойно произнести слова, но голос предательски срывается.

— Ася. — требовательно произносит.

Я прекрасно осознаю, что он хочет услышать полный ответ. Но я не хочу ему врать, да и не умею.

— Что? — спрашиваю, будто ничего не понимаю.

— Какой синяк? Откуда? — рычит сквозь зубы, приближаясь.

— Просто ударилась. — повторяю.

— Вот не верю, что просто.

— Миша, — встревает Алиса, становясь между нами. — Ты что не видишь, она уже дрожит от твоего свирепого вида.

А ведь и правда, сейчас он похож на свирепого медведя.

— Почему ты её так защищаешь? — вклинивается Игорь.

— Потому что, если бы не она, я бы здесь не стояла! — вскрикивает.

— Ты о чём? — интересуется Дамир, подходя к девушке.

— Это она меня вытащила из подвала. И если кто-то из вас, считает, что она хочет заработать на этом браке, я в это совершенно не верю. — уверенно заявляет, а мои глаза наполняются слезами.

Так вот что обо мне думают… а чего я обижаюсь? Со стороны всё так и выглядит.

— Если бы она была настолько меркантильной. — продолжает Алиса. — То не спасала бы совершенно незнакомую девушку, отдавая ей свои последние деньги. Ася, — поворачивается ко мне. — Прости. Я просто испугалась за тебя.

Киваю, делая несколько быстрых шагов назад. В надежде убежать отсюда и неожиданно ударяюсь спиной о косяк.

— Мммм… — сдавленно скулю, морщась. Делаю через чур глубокий вдох и моё горло раздирает кашель. Слёзы начинают катится по лицу.

Не замечаю, когда Миша оказывается рядом и одним рывком поднимает меня на руки.

Боль пронзает всё тело, его руки упираются в самые болезненные места, рёбра и бедро…

— Отпусти меня, пожалуйста. — шепчу, глотая слёзы.

Аккуратно опускает меня на диван, откидываюсь, на мягкую спинку.

— С твоей спиной что-то не так. — резюмирует Алиса, садясь рядом. Немного поворачивает меня. — Прости.

Приподнимает край водолазки на спине.

— Ого. — поражённо выдыхает…

Миша

Смотрю на спину Аси, а внутри, словно что-то обрывается.

Перевожу взгляд на остальных… Да все в шоке! И это мягко сказано. Алиса обратно опускает водолазку.

В моей голове всплывают моменты, когда Ася просила держать её не сильно крепко. Как у неё проступали слёзы, когда прижимал к себе.

Ей было больно… Я делал больно своей хрупкой девочке.

— Откуда? — спрашиваю, садясь рядом. Ася медленно поворачивается ко мне. Обхватываю её лицо ладонями. Слёзы девушки катятся по моим рукам. — Ася, кто это сделал? — немного давлю голосом, но заметив, как её зрачки испуганно расширяются, тут же смягчаюсь. — Девочка моя, мне нужно знать.

— П-пообещай, что н-ничего не сделаешь этому ч-человеку. — тихо просит, заикаясь от слёз.

Не сделаю… Как же! Голыми руками разорву эту гниду.

— Не могу обещать. — честно отвечаю.

— П-пообещай, что ничего не с-сделаешь ему хотя бы ф-физически. — слёзы сильнее текут, голос дрожит. Умоляюще смотрит, впиваясь пальчиками в мои предплечья. — Вдруг, ты не с-сможешь остановится? Он этого п-просто так не оставит. — опускает глаза. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — признаётся, еле слышно.

Моё хрупкое создание не за этого утырка переживает, а за меня. Осознание этого внутри всё выворачивает, особенно когда вижу её состояние… меня словно через мясорубку пропускают.

— Хорошо. — киваю. Найду другие способы. — Я к нему и пальцем не притронусь. Расскажи мне, откуда это у тебя.

Судорожно выдыхает, встречаясь со мной взглядом.

— Скажем так, — горько усмехается, сквозь слёзы. — У моего отца свои методы воспитания.

Опускает глаза, начиная рассматривать свои пальцы.

— Только спина? — спрашивает, сидящая на быльце дивана Алиса.

Замираю, ожидая ответ Аси. Отрицательно мотает головой.

— Где ещё? — сдавленно уточняю, сдерживая в себе целое торнадо.

— Самые сильные в области спины и на бедре. Мелкие синяки уже почти сошли. — тихо тараторит, всхлипывая. — В ребре трещина.

Просто охренел.

Как вообще можно поднять руку на девушку? На дочь?

— За что? — рычу, сквозь зубы.

Она немного подаётся вперёд, отпускаю её лицо. Ася утыкается носом в мою грудь.

Всхлипывает и шёпотом выпаливает, как узнала, что отец хочет её продать, как избил её из-за моего пиджака в тот вечер. Как запер в подвале, когда она проявила неуважение, по отношению к Боталову… и как обошелся с ней сегодня в больнице…

— Когда я была в подвале, — настороженно произносит Алиса, вытирая слёзы. — Там был… отпечаток…

Все замирают. Тело моей девочки содрогается, она сильнее льнёт ко мне. Аккуратно прижимаю её к себе, стараясь не причинить боль.

— Это было давно. — шепчет дрожащим голосом, но все слышат.

— А после того как ты мне помогла…

Начинает Алиса, но Ася её перебивает:

— В шесть утра меня выволокли из постели и после… — запинается, что-то обдумывая. — После разговора с отцом я просидела там почти пять дней. Каждый день он напоминал мне как плохо я поступила… предала его… — надрывно всхлипывает. — Потом приехала Лидия Степановна, поругалась с ним и забрала меня из подвала. — тихо добавляет. — Это был не первый раз, но он входил в число самых запоминающихся. Мне месяц было запрещено куда-либо выходить, даже с охраной. О работе и вовсе пришлось забыть…

Немного поднимает голову, утыкаясь носом в мою шею. Её дыхание постепенно приходит в норму.

— Всё будет хорошо. — шепчу ей в волосы.

— Я вызову врача. — говорит Игорь, выходя из гостиной.

— Давай я отнесу тебя в комнату? — предлагаю Асе, она просто кивает. Аккуратно беру её под колени и под спину. — Обхвати меня за шею, спине будет легче.

Послушно обвивает мою шею руками.

Осторожно поднимаю Асю с дивана и несу в спальню.

Глава 21. Ася

Ася

Бережно укладывает меня на кровать и замирает над моим лицом, упираясь одной рукой в подушку, а другой начинает стирать слёзы с моих щёк.

— Потерпи, моя девочка, скоро приедет врач. — его слова так согревают. — Если хочешь, вместо меня с тобой побудет Алиса.

Думает, мне будет некомфортно в его присутствии?

— Нет. — мотаю головой, цепляясь пальчиками за его плечи. — Побудь ты… Мне с тобой спокойнее.

Я нуждаюсь в нём… Мне хочется, чтобы Миша обнял… поцеловал… Но я не хочу, чтобы он делал это из жалости.

— Что ты ко мне чувствуешь? Я тебе нравлюсь? Даже такая? — спрашиваю на выдохе. Он уже отвечал… Знаю. Но мне до сих пор не верится. Смотрю с надеждой в его глаза. — Только честно. — добавляю еле слышно.

— Что значит «Даже такая»? — хмуро уточняет.

— Проблемная… — характеризую себя, одним словом.

— Ася. Ты мне нравишься любая. — расплывается в улыбке. Смотрит с такой нежностью, что моё сердце начинает стучать как ненормальное. — Очень.

— Правда? — в неверии переспрашиваю.

— Да. — кивает. — Как я уже говорил, никуда не отпущу. Какие бы сложности не возникали. Запомни. — серьёзно смотрит. — Ты. Моя. Жена.

Киваю, соглашаясь со всеми его словами, а затем тихонечко прошу:

— Поцелуй меня.

Сразу же его губы нежно касаются моих… Обнимаю его за шею, зарываясь пальчиками в короткие волосы. Вспыхиваю, когда чувствую, как мягко его рука исследует моё тело, боясь сделать больно.

Вот сейчас сомнений никаких нет. Он мой. Мой… муж.

Спустя полчаса приехал врач, Миша не отходил от меня. Я чувствовала, как его охватывала злость и страх за меня, когда он увидел, все старания отца. Доктор ничего нового не сказал, но наблюдаться я буду исключительно в Мишиной клинике. Врач сделал укол. Муж ушёл провожать его и гостей, которые до сих пор, ждали внизу. А я, даже не заметила, как провалилась в сон.

Просыпаюсь уже утром… Миши рядом нет, зато на соседней подушке лежит огромный букет.

Аккуратно сажусь, чувствуя сильную боль. Беру цветы, вдыхаю приятный запах. Из глаз катятся непрошенные слёзы.

— Ася, — не заметила, когда мужчина успел зайти в комнату. — Что случилось? — в один момент оказывается рядом, внимательно впиваясь в меня взглядом. — Где болит?

— По какому поводу цветы? — всхлипываю.

Мужчина садится рядом, берёт моё лицо в свои ладони.

— Без повода. — хмыкает, пытаясь понять мои эмоции. — Ты из-за них? Не понравились? — интересуется, слегка хмурясь.

— Нет. — мотаю головой. — Понравились. Очень. — улыбаюсь. — Просто…

— Что?

— Мне последний раз, дарили цветы в детстве… на день рождение. А просто так и без повода… никогда…

Стыдно признаться, но это так. После смерти мамы, отец даже мои дни рождения перестал отмечать, хотя, няня всегда готовила для меня торт и поздравляла. Отец говорил, что не считает этот день особенным…

Миша наклоняется ко мне и нежно целует. Пропитываюсь его ароматом…

— Теперь каждый день буду дарить тебе цветы. — улыбается.

— Зачем? — спрашиваю, явно с круглыми глазами.

— Просто так. — шепчет в губы.

Нас прерывает звонок моего телефона, беру его с тумбочки.

— Отец… — произношу, поднимая испуганный взгляд на Мишу.

— Значит так. — сразу становится серьёзным. — Отвечай на звонок. Ставь на громкую. Разговаривай с ним как обычно. Я рядом.

Киваю, делая так как он говорит.

— Здравствуй.

— Ася, ну как? Мозги на место встали? — зло интересуется. Молчу. — Ты думаешь, что будешь нужна ему больная? Он не захочет возится с фиктивной женой. — тело охватывает дрожь, от его агрессивного тона. — Ты с ним говорила?

— Нет. — шепчу, чувствуя, как Миша обнимает меня. Поднимаю на него глаза. Мандраж исчезает.

— Ты должна поговорить, сегодня. Завтра у меня с ним встреча. — неужели Миша согласился. Он ведь обещал, что не тронет его? — Если ты этого не сделаешь и Боталов будет недоволен… то через полгода, когда время сделки закончится, — зло чеканит, начиная угрожать. — Ты у меня встать не сможешь. — осознаю, что он не шутит… всё так и будет, если я окажусь рядом с ним. — Не питай иллюзий, ты подписала договор, в котором указаны чёткие сроки вашего брака и твои обязанности. Ты поняла меня?

— Да. — тихо проговариваю.

Отец сбрасывает звонок. Непонимающе смотрю на спокойного внешне Мишу.

— Какой договор? Я ничего не подписывала…

— Не подписывала. — вторит. — Брачный договор, который подготовили мои юристы. Твой отец с ним ознакомился. Но не имел права подписывать, это должна была сделать ты. Когда я в тебе узнал незнакомку с вечера, передумал.

— Почему?

— Потому что ты настоящая жена, а не фиктивная. — говорит так, будто я ребёнок непонимающий элементарных вещей.

Снова слёзы… Я стала плаксой, которая не может себя сдержать…

— Ты правда пойдёшь с ним завтра на встречу? — тихонько спрашиваю.

— Да. — кивает.

— Но ты обещал…

— Что не трону его и пальцем. — перебивает. — Я и не собираюсь нарушать своё обещание. Мы с ним просто поговорим.

Не знаю почему, но мне страшно, очень страшно… за Мишу. Внутри зарождается маленький огонёк паники, который утихнет, только тогда, когда муж вернётся после встречи с отцом…

Глава 22. Миша/Ася

Миша

Снова тот же пустой ресторан, что и при первой встрече, те же люди. Только в этот раз услуга нужна не мне, а Оденцову…

— Михаил Николаевич, я предлагаю вам выгодные условия. — распинается эта гнида.

Чувствую, как моё терпение заканчивается, а кулаки так и просятся нанести несколько ударов. Но сдерживаюсь, обещал же Асе. Ну ничего, он получит своё.

— Какие же? — интересуюсь, заранее зная его ответ.

— Я верну вам ваши деньги в двойном размере. — гордо заявляет.

— Вы думаете, я женился, чтобы сразу развестись? — чеканю. Подаюсь вперёд. — Мне нужна жена. А в деньгах я не нуждаюсь. Ваше предложение мне не интересно.

— Подождите. — поспешно говорит, думая, как провернуть сделку. — Ася должна выйти за Боталова в следующем месяце.

Вот сейчас меня просто накроет.

— Ася сама способна решить, чего она хочет. — твёрдо заявляю, видя, как он вжимается в стул. — Как там ваш бизнес?

Его глаза округляются. Понимает откуда все проверки, сорванные сделки с партнёрами.

Раз прибить я тебя не могу. Уничтожу то, что ты любишь больше всего, к чему привык. Оденцов не сможет без материальных благ. Сейчас потихоньку утонет его бизнес, затем и всё имущество. Пусть мучается.

— Ася, моя дочь. — утверждает, опуская вопрос о бизнесе. — И будет делать то, что я скажу. Её брак с Боталовым, состоится. Это уже решено.

Подскакивает. Наблюдаю за его бегающими глазами. Страшно. Деньги у всех взял, а разрулить ситуацию не может.

Гнида. Мерзко даже говорить с ним. Особенно когда вспоминаю свою хрупкую девочку…

Спокойно поднимаюсь. Смотрю на него сверху вниз.

— Ася, моя законная жена. — отчеканиваю каждое слово. — Разводится с ней я не собираюсь не через полгода, не через год.

— Она фиктивная…

— Она настоящая. — перебиваю. — Если узнаю, что пытаешься с ней связаться. — приближаюсь. — Уничтожу не только бизнес, но и тебя. Собственными руками. Скажи своей дочери лучше спасибо, что, до сих пор жив. Больше я ей такого не пообещаю. Увижу хоть один синяк или царапину. В порошок сотру. Поверь, даже искать никто не будет такую тварь как ты.

Тяжело сглатывает. Молчит.

Уходя, добавляю не поворачиваясь:

— Советую не пренебрегать моими словами.

Ася

Вечер, а Миши до сих пор нет. Уже почти час слоняюсь по гостиной.

Вдруг отец что-то сделает? А если он его убедит согласится? Если убедит… значит чувств у него ко мне нет. Вот и посмотрим…

Одна эта мысль заставляет сходить с ума. Рядом с ним всегда так спокойно, хорошо… но сейчас так страшно… Я боюсь, что лишусь его…

Обнимаю себя руками.

А может позвонить? Нет… вдруг они ещё разговаривают.

— Здравствуйте, Михаил Николаевич. — вздрагиваю, слыша, как распинается Лика. Хотя, может ему нужна именно такая девушка, которая точно сможет показать зубы, дать отпор… а не та, которая постоянно плачет и приносит проблемы… — Давайте я вам помогу…

Бесит. Как же она меня бесит. Вот почему я злюсь?

Стараюсь максимально быстро выйти из гостиной чтобы увидеть мужа.

Замираю, встречаясь с усталым взглядом мужчины. С ним всё хорошо. Улыбаюсь, шумно выдыхая. Будто гора с плеч.

— Привет. — говорю, делая шаг навстречу, но останавливаюсь, замечая белоснежный оскал Лики.

Моя улыбка медленно сходит с губ, когда вижу большой букет в её руках.

Сомнения снова заполняют мою голову…

— Асенька, — мягко произносит. Поднимаю голову, попадая в плен его цепких глаз. Мужчина забирает цветы у Анжелики. Почти вплотную подходит ко мне. — Это тебе.

Не забыл… Как вчера и обещал… Неужели правда, каждый день будет дарить? Принимаю букет.

Слёзы… Снова эти слёзы. Делаю последний шажочек к нему.

— Спасибо. — шепчу, упираясь носом в его грудь. — Как всё прошло?

— Нормально. — выдыхает в волосы, разнося мурашки по коже. Аккуратно обнимает, боясь причинить боль.

Оказывается, я успела по нему соскучится… Глубоко вдыхаю его запах, полностью успокаиваясь.

— Ты свободна. — вздрагиваю, слыша твёрдый мужской голос. Но муж не отпускает, продолжая обнимать.

— Вам точно больше ничего не нужно? — разочарованно интересуется Лика.

— Нет. — отвечает, поглаживая мою талию. За спиной слышатся удаляющиеся шаги. — Ты испугалась? — чувствую, как он напрягается, в ожидании моего ответа.

— Просто был непривычный контраст. — мямлю. — Отец вряд ли оставит всё как есть.

— Пусть только попробует к тебе приблизится. — в его голосе проскакивает сталь. Он поддевает пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть на него. — Если что-то произойдёт, ты мне сразу скажешь. — проговаривает каждое слово. — Даже если это будет обычный звонок. Договорились? — киваю. Но я действительно уверенна что отец будет пытаться всё переиграть. Он взял у Боталова деньги, а с ними он расставаться не любит. — Как ты себя чувствуешь? — интересуется, переводя тему.

— Лучше. — улыбка непроизвольно появляется на моих губах.

Сегодня утром я успела побывать в больнице, там сделали все необходимые манипуляции. Выписали новое обезболивающее, которое действительно помогает намного лучше. Но больше всего меня поразило то, что Миша постоянно был рядом… а когда он рядом… страх исчезает и приходит уверенность в том, что всё будет хорошо.

Внимательно рассматриваю его лицо, чувствуя, как заливаюсь краской. Мужчина медленно наклоняется, нежно целует мои губы.

В голове появляется навязчивая мысль, что это спокойствие ненадолго. Так не бывает, тем более со мной…

Глава 23. Ася

Ася

Боже… Не верю… сегодня мой первый рабочий день.

Пусть всё будет хорошо. Пожалуйста.

Август заканчивается, на улице уже чувствуется ощутимая прохлада.

— Может останешься дома? — слышу позади себя голос мужа.

— Миш, — поворачиваюсь к нему, отлипая от зеркала. — Ну мы же с тобой уже всё обсудили. Я чувствую себя нормально. Со мной всё будет хорошо. Но если вдруг что, я обязательно тебя наберу. — заверяю, зная, как он волнуется. Но тем не менее идёт на уступки. — Итак отложили выход на работу почти на неделю…

Обнимаю, утыкаясь носом в его грудь. Чувствую его напряжение. Поглаживаю руками его спину.

— Всё будет хорошо. — шепчу. Миша устало выдыхает, обнимая меня в ответ.

— Ладно. — говорит в волосы, разнося по телу табун мурашек.

Первый рабочий день проходит великолепно. Как я соскучилась по маленьким деткам. Это такое удовольствие, когда видишь их улыбки.

— Ну как? — спрашивает муж, ожидая у входа в садик.

— Хорошо. — улыбаюсь, чувствуя себя самой счастливой.

Всю дорогу домой, Миша терпеливо слушает мои впечатления от сегодняшнего дня.

В таком темпе, незаметно пролетает, ещё одна неделя. Миша почти всегда встречает меня с работы, если у него есть такая возможность. Боль от побоев отца беспокоит меня крайне редко. А вот сам отец не проявляет себя никак. После их встречи, он ни разу не позвонил, на написал. Мне бы радоваться, но я слишком хорошо его знаю и не верю, что он отступил… Возможно затаился, но точно не отказался от своей затеи…

Собираясь выходить из дома на работу, замерла услышав голос Лики:

— Михаил Николаевич, давайте я вам помогу?

— Не стоит. — спокойно отвечает.

Иду к гостиной. Неприятная дрожь охватывает всё тело, когда вижу, как девушка наклоняется к нему, демонстрируя чересчур откровенное декольте. Грудь действительно у неё намного лучше, чем у меня…

Дышу через раз, боясь увидеть самый страшный сон наяву…

— Ты свободна. — строго произносит, даже не смотря на неё. Но я, почему-то, всё равно начинаю злится…

Мне нужно успокоится, вот только не могу… Это не первый раз, когда Лика так настойчиво пытается соблазнить его. Я уверена, с её настырностью она добьётся успеха в этом деле…

Будем откровенны, Миша — мужчина. А каждому нормальному мужчине нужен секс. От меня он его не получает. Бывают моменты, когда я чувствую его эрекцию. Но он не настаивает и даже не говорит об этом. Мне казалось, что он боится… что я ещё не до конца поправилась… но может у него просто кто-то есть? Та, которая удовлетворяет его физиологические потребности?

К глазам подступают слёзы…

Не прощаюсь сегодня с Мишей, уходя на работу. Зачем ему видеть меня в таком состоянии, только испорчу настроение…

Занимаясь с детками получается немного отвлечься.

Возвращаюсь из сада в сопровождении охранника. И в этот момент, в голову лезут не самые положительные мысли.

Придя домой, понимаю, что муж ещё на работе. Иду в его кабинет. Усаживаюсь в мягкое кресло с книжкой. Здесь каждый уголок пропитан его запахом. Когда он работает дома, люблю украдкой наблюдать за ним…

Снова эти слёзы… Вот почему я такая плакса?

Пытаюсь успокоится, вникая в книгу… плохо получается. Я в который раз осознаю, что ревную своего мужа… очень сильно…

Где-то через час открывается дверь, и я вижу уставшего Мишу.

— Привет. — улыбаюсь, вставая с нагретого места.

Подхожу к нему почти вплотную и не решаюсь сделать следующее действие… А вдруг он хочет побыть один? И ему это совершенно сейчас не нужно?

Зато мне очень нужно. Обнимаю его, пряча лицо на его груди. Перестаю дрожать, когда чувствую его руки на своём теле.

— Утром, даже не заметил, когда ты ушла. — тёплое, мужское дыхание путается в моих волосах. — Что-то случилось?

— Тебе нравится Лика? — выпаливаю в его рубашку, боясь посмотреть в тёмные глаза. Чувствую, как он напрягается.

И как я могла такое ляпнуть? Дура! Он устал, а я со своей ревностью. Хочу отстраниться, но он не даёт, предугадывая мои действия.

Одна его рука крепко держит меня за талию, а пальцы второй мягко поднимают мой подбородок.

Вместо злости я вижу на его лице… улыбку…

И вот что это значит?

— Ася, ты ревнуешь? — довольно спрашивает. — Ты из-за этого утром не попрощалась?

— Ревную… — тихо признаюсь. — Ты не ответил на вопрос… — мямлю.

— Ты знаешь, у меня есть жена? — шепчет, наклоняясь к моему лицу. — Так вот, кроме неё, мне никто не нужен. — внимательно всматривается в мои блестящие, от подступающих слёз, глаза. — Ася, у меня есть только ты. — серьёзно произносит, пытаясь заставить меня запомнить каждое его слово. — Больше никого.

Повинуясь внезапному порыву, обнимаю мужскую шею, наклоняя его голову к себе. Становлюсь на носочки и сама целую Мишу. Первый раз инициатором поцелуя являюсь я. До этого всегда он целовал, даже если я просила…

Нежно целую. Неспешно, с осторожностью изучая его губы. Мужские руки поглаживают моё тело… Я даже не замечаю того момента, когда инициатива переходит к мужу. Его губы более напористы, подчиняют, заставляют забыться. Все мысли в голове растворяются… Остаётся только он. Мой мужчина…

— Мой… — не замечаю, как слово срывается с моих губ.

Понимаю, что сказала это вслух, только когда он довольно отвечает:

— Твой.

Он с жадностью впивается в мои губы, а у меня есть только одно желание… хочу впитать в себя все ощущения.

Отвечаю с таким же напором, покусывая его губы. Наслаждаюсь его прикосновениями. В этот момент словно нет никаких барьеров. Мне кажется, что я готова ко всему… именно рядом с ним… Мне хочется полностью доверится этому мужчине…

Наше учащённое дыхание, бешеный пульс, который колотится в венах… Всё это, заставляет меня гореть, в мужских, сильных руках.

И вдруг всё прекращается…

Проклятый стук в дверь…

Он прижимается своим лбом к моему, его тяжёлое дыхание касается моих щёк. Мужские пальцы поглаживают мою шею, словно извиняются за эту паузу.

Снова этот стук. Не знаю почему, но я взвыть готова.

— Михаил Николаевич, можно? — Инна Борисовна приоткрывает дверь, заглядывая внутрь. Замирает, видя мой слегка растрёпанный вид.

Отстраняюсь от мужа, возвращаясь на своё прежнее место.

— Можно. — кивает, садясь за рабочий стол.

Мужчина с явным желанием рассматривает меня, проходясь взглядом по каждому миллиметру моего тела, а у меня не получается скрыть счастливую улыбку, которая предательски появляется на моих губах.

— Лика кое-что нашла, — неуверенно начала женщина. — И я считаю, что вы должны об этом знать.

Она посмотрела в дверной проём и в кабинет вошла Лика. Снова она. Ну вот почему? Она будто чувствует, что у нас всё налаживается и в этот момент решает вмешаться и разрушить то, что нам удаётся построить.

Миша переводит взгляд на женщин.

— Понимаете, — начинает девушка, невинно хлопая глазками. — Я убиралась в вашей комнате и наткнулась на чемодан Аси Альбертовны. — косится на меня.

Удивлённо смотрю на девушку, озвучивая вслух свою догадку:

— Ты рылась в моих вещах?

Не знаю откуда берётся эта смелость и твёрдость в голосе, но я чувствую себя намного увереннее.

— Я просто хотела убрать ваш чемодан… — обиженно возражает.

— И случайно в него заглянула? — перебиваю, понимая, что злюсь на этих дамочек. Они же могут подложить что угодно. Обе не выносят меня. А одна из них, вдобавок ко всему, имеет виды на моего мужа.

— Извините. — покаянно обращается ко мне девушка. — Но мне кажется, Михаил Николаевич должен об этом знать.

Наигранная жажда справедливости и невинность Лики, вселяет страх. Я словно ожидаю нового приговора…

Глава 24. Ася

Ася

Я жду, когда она наконец скажет, что нашла в моём чемодане.

— Среди всех вещей Аси Альбертовны, была мужская вещь. — моё дыхание становится глубоким, когда я начинаю понимать о чём идёт речь. — Я думаю вам будет интересно на неё взглянуть.

К моим глазам подступают слёзы. Тело окутывает мелкая дрожь. С одной стороны, мне стыдно, а с другой… я всё равно собиралась отдать его Мише.

— С чего ты это взяла? — мужской тон, словно острое лезвие, полосует, хотя, адресованы его слова явно не мне. Боюсь поднять глаза и встретится с ним взглядом. Молча рассматриваю свои руки.

— Ну как же, — искренне удивляется Лика. — Ваша жена хранит вещи другого мужчины.

Вздрагиваю, от умозаключений этой девушки. Поднимаю растерянный взгляд на мужа, боясь, что он поверит в этот бред. Его тёмные глаза зло сверкают, и я понимаю, что девушка нанесла точный удар, который зацепил и его… и меня…

— Анжелика, — обращается к девушке, но при этом, смотрит на меня. — Ты уволена. — чеканит, строго всматриваясь в мои испуганные глаза.

— За что? — возмущённо восклицает.

— За то, что роешься в чужих вещах. — бескомпромиссно отвечает, продолжая рассматривать мой поникший вид.

— Но это ведь она… — обиженно начала девушка, но замолчала стоило Мише посмотреть на неё…

— Ну вот зачем вы обижаете девочку? — вступается за племянницу Инна Борисовна. — Она хотела вам помочь. Открыть глаза на эту вашу… — замялась, понимая, что должна контролировать свою речь. — Жену. — выплюнула слово, а мне так обидно стало.

Я же вроде дома… или нет? Ко мне такое пренебрежительное отношение со стороны персонала. Я совершенно не чувствую какого-то тепла и уюта, а наоборот хочу побыстрее сбежать отсюда…

— Хотя бы взгляните… — умоляюще просит Лика.

— На мужские вещи? — зло ухмыляется.

— Или ваша жена против? — ликующий взгляд девушки устремляется в меня. Ведь если я буду против, то Миша им поверит… В этот момент я себя чувствую такой беззащитной… и почему-то одинокой…

— Нет, не против. — спокойно отвечаю, чувствуя, как по щеке скатывается солёная слезинка. — Идёмте.

Встаю, стараясь ни на кого не смотреть, фокус начинает расплываться из-за подступающих слёз.

Вздрагиваю, чувствуя мужские руки на своём животе.

— Если не хочешь, просто скажи. — тёплый шёпот касается моего ушка.

Поворачиваюсь к нему лицом и обиженно произношу:

— Я не хочу, чтобы дома меня обвиняли не пойми в чём. — пожимаю плечами, полностью отстраняясь от Миши. — И рылись в моих вещах. Идёмте.

Первая выхожу из кабинета идя к лестнице. Я знаю, что Миша не увидит для себя ничего нового. Но вся эта ситуация меня обижает…

— Вот. — Лика гордо указывает на пиджак, который разложила на нашей кровати.

Миша удивлённо переводит глаза с пиджака на меня. Уголки его губ, трогает мимолётная улыбка. И от этого мне становится так тепло внутри.

— Эта вещь?

— Да. — удовлетворённо отвечает девушка, кивая как заведённая.

Он подходит к кровати, осматривает пиджак.

— Это мой. — резюмирует, смотря на меня с такой нежностью, что все плохие мысли сразу улетают из моей головы. — Ты…

— Да. — перебиваю его. Слова вырываются прежде, чем я успеваю их обдумать. — Храню память о первой встречи со своим любимым мужчиной.

Замечаю вытянутые лица прислуги и удивлённое, но довольное лицо Миши.

Чувствую, как внутри меня, всё равно засела маленькая и вредная долька обиды… Поворачиваюсь к окну, пытаясь подавить подступающие слёзы.

— Вы уволены. — раздаётся за спиной ледяной тон мужа. — Обе. Завтра утром чтобы вас здесь уже не было.

Слышу, как хлопает дверь. В следующее мгновение мужские руки обнимают меня, мягко притягивая к себе.

— Ася, прости. — искренность мужа согревает.

— Не за что просить прощение. — чувствую, как вместо меня начинает говорить обида, но ничего не могу с этим поделать. — Ты должен был отреагировать… приревновать… — слёзы самовольно бегут по щекам. — Чтобы они не подумали, что ты женился фиктивно… и я… не настоящая жена…

Он сильнее прижимает меня к себе.

— Ты настоящая. Нет никакой фикции. — строго рычит в волосы. — Ты. Моя. Жена. Законная. Поняла?

— Да. — судорожно выдыхаю, смотря на деревья.

— Ты сказала, что хранишь память о любимом мужчине…

— Да. — киваю, перебивая. Поворачиваюсь к нему лицом. — Когда я собирала вещи, я не знала, что моим мужем окажешься ты. — из глаз катятся слёзы, голос предательски дрожит. — Я была уверенна, что больше никогда тебя не увижу.

Закрываю глаза, пытаясь успокоить дыхание и чувствую, как Мишины губы сминают мои. Его поцелуй нежный, бережный… Все мысли из головы испаряются, когда он так близко…

— Я хочу тебя. — шепот прямо в губы, запустил мурашки по всему телу. А осознание его слов добавило уверенности.

— Я тоже… — еле слышно произношу.

— Ты уверенна? — серьёзно спрашивает, слегка отстраняясь.

— Да.

Это стало словно спусковым крючком. Я понимала, что этот момент станет новым этапом наших отношений. Настоящих…

Даже не заметила, как лишилась собственной одежды, оказавшись на кровати, обнажённой под горячим телом Миши.

Смотрю в тёмные глаза мужа, стараясь максимально расслабится. Внутренне я готова к неприятным ощущениям…

— Моя. — горячее дыхание, обжигающе коснулось моего лица.

Тихо вскрикнула, почувствовав, как он вошёл в меня. Упёрлась ладонями в его плечи, пытаясь остановить… На глазах выступили слёзы…

Это новое ощущение… было таким… непривычным…

— Подожди. — умоляюще прошептала, испугавшись.

Только Миша и не двигался. Давая время привыкнуть к его размеру. Вспышка боли стала постепенно угасать.

— Больно? — спросил хриплым шепотом. Но даже сейчас я знаю, что он в любой момент сможет остановится. Даже сейчас он думает обо мне… переживает… заботится…

Мне хочется полностью доверится ему…

— Немного…

Муж жадно впился в мои губы, заставляя забыться.

Он медленно двигался, словно прислушивался ко всем моим ощущениям. Постепенно Миша начал увеличивать темп. Боль практически сошла на нет, оставляя после себя наслаждение.

Сильные, мужские руки крепко держат меня. Всматриваюсь в его глаза, отдаваясь новым ощущениям. Черты его лица стали резче, выражая дикое желание. Внезапно меня пронзила волна наслаждения. Я не смогла сдержать стона, выгнулась дугой, ухватившись за его плечи. Думаю, на его спине останутся следы моих ноготков. Мне кажется, будто я летаю, балансируя между болью и удовольствием.

Он толкнулся в меня ещё несколько раз и вес мужского тела обрушился на меня. Наше дыхание было глубоким и частым. Весь мир кружился, когда я ощущала его пульсацию внутри себя…

Спустя пару минут он лёг рядом, крепко обняв меня. Сильнее прильнула к мужу, пряча лицо на его груди.

Глава 25. Ася

Ася

Всё утро я летала в облаках, думая о будущем. Миша уехал на работу, когда я ещё спала, но на его подушке я обнаружила огромный букет. Он, как и обещал, каждый день дарит цветы. Внутри, я чувствовала такой прилив счастья…

Стук в дверь вырывает меня из мыслей.

— Ася Альбертовна, — заглядывает в комнату Варя. — Можно?

— Да, — довольно киваю. — Проходи.

— Сегодня утром, Инна Борисовна и Лика, покинули дом. — на одном дыхании начала тараторить девушка. — Но всех интересует, кто будет вместо Инны Борисовны. Она обычно распределяла дела и затем проверяла их.

В моей голове, сразу мелькнула одна кандидатура. Но мне нужно было поговорить с Мишей.

— Чем заниматься в ближайшие несколько дней, вы знаете?

— Да. — кивнула.

— Я подумаю над этим. — заверила девушку. — Можешь идти.

Перед тем как звонить мужу, я позвонила Лидии Степановне. Она столько лет проработала в доме отца. А в последнее время, была там только из-за меня…

— Асенька, — услышав радостный голос няни, немного расслабилась. — Как у тебя дела?

Вкратце рассказала женщине, что со мной случилось после замужества, упустив встречи с отцом, но упомянула о наших не фиктивных отношениях с мужем. Ни к чему ей сейчас волноваться из-за отца. К тому же я быстро восстанавливаюсь. Слушая её голос, чувствовала, как она искренне радуется.

— А ты как? — после своего рассказа, решилась спросить.

— Уволилась. — облегченно выдохнула в трубку. — Через неделю после свадьбы. Мы сильно поругались с твоим отцом. Я переживала и думала идти просится обратно. Но ты меня успокоила.

— Чем?

— Тем, что больше не вернёшься в тот дом. Значит и мне не нужно. — чувствовала, как она улыбается в этот момент. — Как я по тебе соскучилась.

— И я. — глубоко вдохнула, набираясь смелости, зная, что мне ещё предстоит разговор с мужем. — А ты могла бы поработать у меня? Здесь как раз освободилось место. — начала тараторить. — Ты столько лет работала на этой должности. Да и мне тебя, если честно, не хватает.

— Хорошо. — ласково произнесла в трубку. — Но я сейчас с внуками, смогу приехать через пару дней.

— Спасибо. Буду тебя ждать. Адрес скину в смс.

Я чувствовала себя ребёнком. Но я очень сильно люблю Лидию Степановну. Если бы не она, я не знаю, чтобы со мной было.

С Мишей решила поговорить вечером. Понимаю, что оттягиваю неизбежное… Но мне страшно. Вдруг ему не понравится моя идея или он уже кого-то нашёл на эту должность?

Весь вечер наматываю круги по гостиной в ожидании мужа.

— Привет. — вздрогнула, услышав голос Миши. Почему я не слышала, как он подошёл?

— Привет. — нервно улыбаюсь, встречаясь с его тёмным взглядом.

— Что случилось? — спрашивает, приближаясь ко мне вплотную. — Отец?

— Нет. — мотаю головой. — Но нам нужно поговорить. — шёпотом добавляю. — Пошли в кабинет или в комнату?

В ответ Миша просто кивнул.

Как только дверь кабинета захлопнулась за нами, я начала тараторить, рассказывая всё о Лидии Степановне, как она работала в доме отца, как всегда помогала мне. Начала заверять мужа, что она будет прекрасной заменой Инны Борисовны.

В конце своего рассказа виновато посмотрела на него и опустила взгляд в пол:

— Я уже ей предложила эту должность. — шепчу. — Она сможет приступить к работе через пару дней. Прости, я хотела изначально поговорить с тобой, но… — начинаю неуверенно мямлить. — Когда услышала, что она уволилась… решила сразу предложить работу у нас.

— Ася. — чувствую, как его дыхание касается моих волос. — Посмотри на меня. — несмело поднимаю голову, боясь увидеть его реакцию, но вместо своих страхов встречаюсь с его улыбкой. — Не извиняйся. Домом занимаешься ты.

— Миш, — чувствую, как к глазам подступают слёзы. — Ты точно не против?

— Нет. — притягивает меня к себе за талию. — После твоего рассказа мне даже интересно с ней познакомится.

— Правда?

— Да.

Становлюсь на носочки, тянусь к мужу, чтобы поцеловать. Он наклоняется, ловя мои губы своими…

Спустя пару дней няня приезжает к нам в дом. Лидия Степановна быстро находит со всеми общий язык, особенно с Валей.

Больше всего я переживала о том, как пройдёт их знакомство с мужем. Но к моему удивлению, всё прошло хорошо. Мне кажется, они просто видели искреннее отношение ко мне со стороны друг друга.

Я чувствую себя безумно счастливой, все мои любимые люди рядом. И этот дом… я чувствую в нём тепло, поддержку… Мне никуда не хочется бежать…

Иногда встречаюсь с Алисой, познакомилась с её маленьким сыном. Друзья Миши, как мне кажется, тоже приняли меня, окончательно убедившись, что между нами нет никакой фальши.

В таком прекрасном темпе проносится пару месяцев…

— Миша, посмотри! — стою как зачарованная, глядя в окно. — Снег…

Белоснежные хлопья летят с неба уже несколько дней подряд, покрывая землю, плотным слоем снежного одеяла.

Чувствую тёплые руки мужа на своём животе.

— Вижу. — слышу сонный голос, который путается в моих волосах, запуская мурашки по телу.

— Красиво. — шепчу, откидываясь на мужскую грудь.

— В этом году зима как-то рано началась…

Согласна, только середина ноября, а уже снег… Для нашего города — это действительно странно.

— Пора собираться. — нехотя отстраняюсь от Миши.

— Куда? — удерживает, поворачивая к себе лицом.

— На работу. — рвано выдыхаю, чувствуя его губы на своей шее.

Через пару минут, мне всё же удаётся ускользнуть из рук мужа.

Бегу в гардероб. Одеваю джинсы, водолазку и кардиган. Из обуви выбираю ботильоны на изящном каблучке.

Вхожу в комнату и сразу попадаю в капкан крепких рук.

— Я тебя отвезу. — шепчет в губы.

— Тут идти пять минут. — улыбаюсь. — Но если ты настаиваешь…

— Настаиваю. — целует, заставляя забыть обо всём на свете.

— Хорошо. — отвечаю.

Уже на выходе из дома. Нас задерживает Лидия Степановна.

— Асенька, может останешься сегодня дома? — напряжённо спрашивает.

— У меня работа. — отвечаю с улыбкой, не понимая её беспокойства.

— У меня дурное предчувствие. — признаётся. — Да и сон плохой снился.

— Со мной всё будет хорошо. — заверяю.

— Не переживайте, я её отвезу. — говорит Миша. — А охрана встретит.

Спустя десять минут, няня всё же отпустила нас.

Рабочий день проходит в обычном режиме, правда приходится немного задержатся. Звоню охране, предупреждая, чтобы подошли позже.

Деток сегодня много. Отпустив последнего ребёнка, смотрю на время, почти пять часов вечера, а за окном уже начинает темнеть… Выхожу из здания, рассматривая снеговиков, которых лепила ребятня. Уголки моих губ, трогает улыбка, когда вижу снежных ангелов под ногами.

Покидая территорию детского сада, чувствую, как по спине пробегает неприятный холодок. Охраны ещё нет… Тянусь за телефоном в карман пальто, но в этот момент кто-то крепко обхватывает меня за плечи, прислоняя что-то влажное к лицу. Иголочки страха и паники пробегают по всему телу, когда я осознаю что ничего не могу сделать… Медленно начинаю оседать, теряя сознание…

С пугающей безысходностью погружаюсь в темноту…

Глава 26. Ася

Ася

Медленно открываю глаза, чувствуя жуткий холод. Понимаю, что без пальто, кутаюсь сильнее в кардиган.

Оглядываюсь…

Подвал…

Снова этот жуткий подвал. Слёзы подступают к глазам…

— Ну вот я и дома… — шепчу одними губами, надеясь, что это ночной кошмар.

Мне трудно называть это место домом… особенно сейчас…

Вздрагиваю, слыша знакомый скрип. Оборачиваюсь, задерживая дыхание…

Выдыхаю, видя одного из охранников отца.

— Альберт Станиславович вас ожидает у себя в кабинете. — серьёзно произносит. — Пойдёмте.

А я не могу… словно приросла к полу, сильнее вжимаю пальцы в собственные предплечья.

Отец ведь не простит меня. Я предала его… ослушалась… Лучше уж подвал, чем стопроцентная смерть.

Отрицательно качаю головой:

— Н-нет. — отвечаю дрожащим голосом.

Мужчина тяжело выдыхает:

— У меня приказ. — с жалостью оглядывает меня. — Вы должны явится к отцу. В противном случае, мне разрешили применить силу. Идёмте по-хорошему.

Понимаю, что он не шутит и действительно может заставить. Я прекрасно знаю отца, если ему придётся идти сюда самому, мне точно будет намного хуже…

Медленно следуя за охранником, считаю шаги, которые кажутся вечностью…

Но теперь меня даже защитить некому. Няня живёт у нас с мужем. Миша не знает где я, а пока узнает… может быть поздно…

В детстве я думала, что этот дом — огромный замок. Но сейчас это место пугает… Особенно когда внутри поселилось беспокойное чувство того, что тебя ведут на убой…

Пятьдесят три, пятьдесят четыре, пятьдесят пять…

Каждый шаг приближает меня к этой ужасной двери, но я как маленький ребёнок надеюсь на чудо… надеюсь, что мой принц меня спасёт…

Хорошо, что тело успело восстановится. Как бы сильно я не надеялась, прекрасно осознаю, что за мои действия меня ждёт наказание. Это ведь не обычный проступок или побег из дома…

Охранник останавливается возле кабинета.

— Заходите. — кивает, указывая на дверь.

Медленно опускаю ладонь на дверную ручку. Делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь найти в себе силы на это элементарное действие. Понимаю, что оттягиваю неизбежное, но чувство паники и страха, заглушают все мысли в моей голове. Внутри что-то щелкает, когда я понимаю, что никто не придёт и не спасёт. Именно это чувство заставляет пальцы надавить на ручку и открыть дверь.

Делаю несколько шагов, переступая порог комнаты, но никого не вижу перед собой. Несмело подхожу к креслу. Ступая ботильонами по светлому ковру…

— Ну здравствуй, дочка. — ледяной голос отца за спиной, парализует всё тело.

Слышу, его медленные шаги. Он подходит, становясь передо мной. Кидаю на него боязливый взгляд и вижу, как его глаза полыхают яростью.

Не успеваю ничего понять, чувствуя обжигающую пощёчину.

— Дрянь! — выплёвывает с отвращением. — Ты всё испортила.

Снова бьёт по лицу.

Слёзы текут по щекам. Воздуха становится катастрофически мало. Шепчу с болью в голосе:

— За что?

На лице отца появляется злобный оскал.

— За что? — риторически переспрашивает. — Твой муж, разорил меня. Обанкротил. — отчеканивает каждое слово. Теперь я поняла, что имел ввиду Миша, когда говорил, что не тронет его и пальцем. Он нашёл другой способ… — Из-за него стала невозможна твоя свадьба с Боталовым. Мне пришлось вернуть Тимуру всю сумму, да ещё и с процентами. А что же делала моя дорогая дочь в это время? Спала с человеком, который стал моим врагом?

— Ты сам меня заставил выйти за него. — вырывается. Прикусываю нижнюю губу, вытирая ладонями слёзы с лица. На самом деле… за это я ему благодарна. Если бы не его любовь к деньгам, то моя свадьба с Мишей не состоялась.

Отец резко хватает меня за волосы. Мысленно прощаюсь с любимым мужем, понимая, что отец будет наказывать меня, до тех пор, пока я не перестану дышать. В таком разгневанном состоянии он не оставит меня в живых.

— Да. Только я тебя выдал за него фиктивно. — шипит сквозь зубы. — И очень надеялся на твою порядочность. Но ты, как последняя мразь, залезла к нему в постель.

Отец как скотину, отшвырнул меня к креслу. Еле удержала равновесие оперившись о быльцо.

— Добро пожаловать домой, Ася! — развёл руки в стороны. — Или тебе что-то не нравится? — его жестокий взгляд готов уничтожить меня прямо сейчас. — Подойди. — мотаю головой, судорожно всхлипывая. — Это не просьба.

Осознавая, что за дверью стоит его охрана и я никак не могу сбежать отсюда, принимаю решение послушаться, понимая, что если он окончательно выйдет из себя, то всё закончится очень плохо, а так есть крохотная надежда…

Пульс словно сумасшедший хлестал по венам. Страх перекрывал все эмоции, когда я остановилась в нескольких шагах от него.

Я смотрела на него заплаканными глазами и пыталась разглядеть хоть что-то… Пыталась найти любимого папу из детства… Но с ужасом осознавала, что в нём нет ни жалости, ни сожаления… ни любви…

Мама просто рисовала иллюзию, а я, будучи маленьким ребёнком, в ней жила…

— Почему ты меня не любишь? — тихо сорвалось с моих губ.

Он поменялся в лице, но всего на секунду.

— Потому что ты такая же, как и твоя мать. — прошипел сквозь зубы. — Шлюха.

Отец ударил кулаком в челюсть, не удержав равновесия на каблуках, упала, упираясь руками об ковёр.

Слёзы сильнее начали катится с моего лица, когда он затронул память мамы. Я всегда думала, что если бы не я, может она была бы жива, вот только сейчас осознаю, что… нет… В моей голове проскакивает пугающая догадка, с ужасом смотрю на отца:

— Ты её убил тогда…

Он безжалостно бьёт меня ногой. Скулю от боли.

— Она сама виновата. — яростно выплюнул, садясь рядом на корточки. Его ответ заставил осознать ужасную вещь… я жила с убийцей… убийцей своей родной матери…

В голове сразу всплывает тот день…

Мне было тринадцать. Я задержалась после школы, мама разрешила немного погулять, потому что отец был в отъезде. Когда я вернулась домой застала жуткую картину. Мама лежит на полу, а отец бьёт её ногами. Она не кричала, терпела… но в её глазах была такая боль, что я прочувствовала её… Тихие слёзы катились по маминым щекам, когда я с криком оттолкнула от неё отца. Алые пятна покрывали большую часть её тела, она практически не дышала, когда я начала теребить её, просить, чтобы она сказала хотя бы одно слово… Это ведь несложно… Внезапно я почувствовала боль, отец оттягивал меня от неё за волосы. Я рыдала… Мама попыталась подняться, но обессиленно рухнула обратно на пол. Отец отшвырнул меня к стене, и я ударилась головой, потеряв сознание. А проснулась… проснулась уже в своей кровати. Рядом была только няня… Я не знала, что случилось дальше… Винила себя, если бы я пришла домой раньше, то отец не поступил бы так с мамой.

Мне сказали, что её отвезли в больницу. Но из-за врачебной ошибки, во время операции, спасти её не удалось… Это была сказка… для меня…

— Никакой больницы не было? — всхлипываю, обиженно смотря на отца.

— Вспоминаешь значит? — встаёт. — Нет, не было.

В моей голове всё переворачивается. Он добил её тогда…

— Убийца. — с отвращением посмотрела на него.

В следующую секунду он стал безжалостно избивать меня, крича оскорбления в мой адрес. Осознала, что мой вывод стал точкой невозврата. Я рыдала, чувствуя боль каждой клеточкой своего тела. Просила его остановится, но всё было бессмысленно…

Живой я из его кабинета не выйду…

Чувствую, как всё моё тело покрывается гематомами, превращаясь в безжизненную кровавую смесь…

Меня уже ничего не спасёт…

С разбитой губы стекала кровь на светлый ковёр отца. От малейшего удара или прикосновения я выла, захлёбываясь собственными слезами. В какой-то момент я поняла, что боль настолько сильная, что я её перестаю чувствовать.

Осознаю, что всё… разум отключается и я мучительно медленно погружаюсь в темноту…

Глава 27. Михаил

Михаил

— Как можно было оставить её одну? — спрашиваю охрану. Хотя их мне трудно сейчас называть охраной.

— Но она…

— Да мне плевать. — чеканю. — Значит вы должны были стоять и ждать её там, весь этот долбанный час! — срываюсь.

— Успокойся. — оттягивает меня от бедного охранника Игорь. — С чего ты взял что с ней что-то случилось?

— Я нашёл её телефон рядом с воротами детского сада.

Набираю Костю.

— Собери ребят. — беру себя в руки. — И направь их к дому Оденцова, я тоже сейчас туда подъеду.

— Думаешь она там? — спрашивает.

— Не знаю. Но проверить нужно.

Сбрасываю.

Злюсь на себя, что не уберёг своё хрупкое создание. Она не могла просто так испарится. Не могла.

Как только зашёл в дом. С порога на меня налетела Лидия Степановна, рассказав, что Аси до сих пор нет. Всех был готов порвать. И сейчас даже слушать не хочу оправдания этих двух идиотов.

— Уволены. Оба. Вон отсюда!

— Первый раз тебя таким вижу. — удивлённо выдыхает Игорь. — Твой самоконтроль дал сбой.

В кабинет торопливо заходит заплаканная Лидия Степановна.

— Она точно у него…

— У кого? — серьёзно спрашивает друг у рыдающей женщины.

— У Альберта. — судорожно выдыхает. — Я как чувствовала. Нельзя ей было идти на работу… — начинает причитать. — Когда она была ребёнком, он практически на её глазах убил мать. — чувствую, как желваки начинают играть на скулах. Внутри всё замирает. — И дочь… он не пожалеет… не оставит в покое мою девочку. Убить может. — от собственного вывода, она замолкает. — Нужно ехать.

Женщина начинает собираться. Выскочив в коридор, накинула куртку.

Взял её за плечи, надеясь, что она успокоится.

— Послушайте. — спокойно говорю, собирая остатки своего самоконтроля. — Давайте вы останетесь дома, а мы съездим и всё проверим. Если будут новости, я вам позвоню. — заверяю.

Она немного успокаивается:

— Там есть чёрный вход. — говорит срывающимся голосом. — Замок обычный, можно вскрыть. Нужно попасть в дом незаметно, иначе он сбежит или что-то сделает с моей девочкой.

Зову Валю, чтобы она присмотрела за Лидией Степановной.

Гоню по трассе как ненормальный. Все мысли только о моей Асе. В один момент внутри словно что-то обрывается. Становится тяжело дышать. Останавливаю машину. Хлопаю дверью. Вдыхаю морозный воздух. Снег начинает сыпаться с неба, и я вспоминаю как ещё утром Ася радовалась ему.

— Я поведу. — говорит Игорь, садясь на моё место. Запрыгиваю на пассажирское, понимая, что так будет лучше.

Через тридцать минут мы подъезжаем к посёлку где живёт Оденцов. На въезде оставляем машины, идём пару минут пешком.

Костя с ребятами уже на месте.

— Замок вскрыли. — отчитывается он. — Дом окружён. Сбежать или выехать не сможет.

Киваю, заходя внутрь. Ребята постепенно вырубают людей Оденцова. Один из них сдаёт его с потрохами:

— Он в кабинете. — тараторит. — По коридору и направо. Аси Альбертовны в доме не было больше нескольких месяцев. — и вот почему-то именно в этом моменте я ему не верю. Замечаю, как бегают его зрачки, выступает пот на лбу.

Иду в указанном направлении, нахожу нужную дверь.

— Здравствуй, зятёк. — скалясь, выплёвывает слова Оденцов.

Видя его, понимаю, что он знает где Ася.

— Где. Моя. Жена? — спрашиваю, приближаясь к нему.

— Миш. — окликает меня голос друга. Смотрю на его мрачное лицо. — Глянь. — кивает в сторону пола.

Весь ковёр в кровавых потёках. Внутри всё обрывается. В голове проясняется что без своей Аси я не смогу. В последнее время она стала для меня всем. Моим смыслом…

Перевожу взгляд обратно на Оденцова.

— Ты мне всё расскажешь. — чеканю. — И начнёшь с самого главного. — бью, нос у этой твари теперь сломан. — Где Ася?

— Здесь её нет. — злобно огрызается.

— Нужно было покончить с тобой ещё тогда. — рычу сквозь зубы, нанося новый удар в пах. Он сгибается пополам. Но мне его совсем не жаль.

— Михаил Николаевич. — зовёт один из моих охранников. Оборачиваюсь. — Мы нашли его в комнате, на втором этаже.

Замираю, видя пальто Аси. В голову лезут самые плохие мысли. Но теперь я уверен на сто процентов что она у него. Нужно постараться его не убить, потому что где она, знает только он. Чувствую, как страх за свою девочку заседает глубоко внутри. С каждой секундой моё терпение исчезает.

— Где моя жена? — хватаю его за ворот.

— На том свете. — выплёвывает.

Перед глазами словно пелена, в ушах шум.

«Она жива.» — убеждаю себя.

Не понимаю, что я делаю, начинаю приходить в себя, когда меня оттягивает от Оденцова Игорь.

— Ты так его убьёшь здесь. — встряхивает. — Выдохни. Так мы её не найдём.

Смотрю на Оденцова, он еле дышит, лёжа на том самом ковре.

— Я скажу где она. Только у меня есть условие. — сплёвывает, тяжело дыша. — Я продолжу жить дальше. — киваю. Продолжишь, вопрос в другом, где и как. — Может хоть похоронишь её. — хмыкает, пытаясь подняться. Снова хочу ударить его, но меня сдерживает Игорь. — Ищи в лесу.

— В каком? — рычу, подавляя в себе эмоции и желание прикончить его прямо здесь и сейчас. Все мысли заполнены моей хрупкой девочкой.

— А над этим думай сам. Рядом с городом он один. — скалится. — Большой правда, но один.

— Миш, тебе нужно это увидеть. — заходит в комнату Костя. — Здесь камеры по всему дому, мы нашли все записи, в том числе и сегодняшние. — сглатывает.

— Менты уже приехали. — спрашиваю. Он просто кивает.

— Ты будешь жить. — поворачиваюсь к Оденцову. — Но ты сгниёшь в камере нищим и одиноким. Испытаешь на себе всё то что ты практиковал с Асей. Молись, чтобы я нашёл её. Иначе спокойно сдохнуть тебе никто не даст. У тебя будет свой, персональный ад. Каждый день ты будешь на краю, но умереть тебе не дадут.

— Я всё сделаю. — говорит Костя. — Витя, — зовёт охранника. — Покажи все записи.

Заходим с Игорем в комнату охраны. Он запускает видео, и я замираю, смотря на свою девочку. На первом мониторе она в подвале. На втором, проходит по одному из коридоров. А на третьем — в кабинете Оденцова. Когда он начинает её бить, чувствую, как кулаки сжимаются, зубы скрипят, и я готов вернутся, но Игорь тормозит меня.

— Послушай, — выдыхает. — Мы её найдём. Живой. Давай побережём Асю. Если ты убьёшь его, вам обоим будет трудно, а тебя ещё и посадить могут. Как она будет без тебя? Подумай о ней.

Киваю. Слова друга заставляют взять себя в руки. Поворачиваюсь обратно к мониторам. Сдерживаю себя, убеждая что она жива. Вижу, как её тело выносят два мужика. Одного из них вспоминаю… мои ребята вырубили его на входе.

— Ищи момент где они уже отчитываются перед ним. — говорю Вите. Он молча кивает.

Выхожу из кабинета, нахожу того, кто нёс её. Привожу в чувства.

— Где Ася? — сразу спрашиваю. — Если сейчас не ответишь, сдохнешь.

Он видит, что я не шучу.

— Мы выбросили её тело на окраине леса, ближе к городу. От главной дороги идти вглубь где-то час…

— Поехали. — перебиваю, хватая его. — Покажешь, где именно.

— Уже темно. Я не вспомню точное место.

— Значит покажешь приблизительное. — рычу, чувствуя, что у моей хрупкой девочки время и силы могут быть на исходе…

Глава 28. Ася

Ася

Прихожу в себя чувствуя обжигающий холод. С огромным трудом открываю глаза, в них сразу попадают белоснежные пушинки.

Снег… Я лежу в батильонах, джинсах, водолазке и кардигане. Все вещи насквозь промокли. Пытаюсь пошевелится, но от малейшего движения тело сразу начинает выть, и я вместе с ним. Кусаю губы, горячие слёзы согревают мои щёки. Пытаюсь встать… и спустя минут десять мне это удаётся. Кое-как стою, чувствуя каждую клеточку своего тела.

Осматриваюсь, в глазах всё расплывается. Много деревьев, темно… нет никакого освещения, пару звёзд и луна виднеются сквозь ветки.

— Помогите… — пытаюсь хоть что-то сказать, крикнуть, но ничего не получается. Обессиленный, севший голос разносится эхом по округе.

Шатаясь, опираюсь на дерево. Стоять очень сложно… и больно. С каждой секундой становится только холоднее, мороз жжёт раны.

Нужно двигаться, идти. Иначе я превращусь в ледышку.

— Будь сильной, Ася! — твержу себе сиплым голосом, глотая слёзы.

Каблуки постоянно застревают в снегу. Ноги безумно болят и не хотят слушаться.

— Иди! — пытаюсь крикнуть сама на себя, дрожащим, еле слышным тоном. Горячие слёзы попадают на разбитую губу, больно обжигая рану. — Нельзя плакать, Ася. Слёзы делают только хуже. Нужно просто идти. — пытаюсь заставить взять себя в руки, но у меня это плохо получается.

Делаю шаги и не понимаю, куда я двигаюсь. Но в голове застряла только одна мысль: «нужно идти, нужно найти дорогу».

Всё тело ломает от жуткой боли. Пальцы на руках, безумно замёрзли и то что я прячу их в рукавах мокрых водолазки и кардигана никак не спасает ситуацию.

— Ааааа… — скулю. Не заметив какую-то палку, спотыкаюсь, падая лицом в жгучий снег.

Всё… Больше не могу…

Может, если я здесь останусь… так будет лучше для всех? Из моей жизни навсегда исчезнет отец, я перестану боятся… чувствовать боль… ни буду никому мешать… Миша найдёт себе нормальную девушку, у которой не будет кучи тараканов в голове и проблем… Всем будет только лучше, если я здесь останусь… и мне…

Медленно переворачиваюсь спиной на снег. Сквозь слёзы смотрю на расплывающуюся луну.

Прокручиваю в голове все последние события и внутри словно что-то ломается.

Отец… Уверенна он будет счастлив если я здесь сдохну. Он думает, что я умру в этом лесу. Не смогу ничего сделать. Ася слабая, ничего сама не может… Плакса, которая не способна бороться за себя, за свою жизнь… Ну уж нет, я не облегчу ему жизнь! Буду жить и буду счастлива. Но для этого мне нужно подняться и идти. Нужно найти дорогу.

Кое как упираюсь руками о ледяной снег. Холод обжигает кожу, словно оголённые нервы. Только с третьей попытки получается подняться. Шатаюсь, спиной облокачиваюсь о дерево.

— Я смогла. — шепчу сквозь слёзы. — Встала.

Теперь нужно идти. Иначе я осяду на снег, замерзну и усну как спящая красавица… Вот только поцелуй принца в нашей реальности, к сожалению, не сработает…

Я ведь была счастливой последние два месяца. Рядом с Мишей… я не могу его потерять… Как же я хочу, чтобы он сейчас был рядом… Обнял, согрел в своих сильных руках. Хочу вдохнуть его успокаивающий запах, без которого, кажется, я просто не смогу жить…

Иду очень медленно, но лучше так, чем вообще никак… В какой-то момент мне становится теплее. Вдыхаю морозный воздух, выдыхаю пар. Каждое, даже самое маленькое движение, даётся с огромным трудом. Ребро будто впивается в кожу изнутри, но я стараюсь привыкнуть к этой боли. Мне нужно выйти хоть куда-нибудь! Снег начинает лететь с неба сильнее, слабость с огромной скоростью разносится по всему телу, заполняя каждую клеточку. Ноги никак не хотят слушаться, заплетаясь между собой.

— Нужно идти. Быть сильной. — твержу себе дрожащим шепотом, при этом чувствую, что ещё немного и я просто сойду сума.

Сквозь ветки деревьев пробивался тусклый свет. Внутри будто открывается второе дыхание, и я усердно иду к своей цели, стараясь не обращать внимания на боль.

— Дорога. — шепчу в неверии, дрожащими губами. Слёзы снова обжигают лицо.

Нужно выйти на неё. Отстраняюсь от дерева и тут же падаю на колени, теряя опору. Чувствую, как их жжёт. Медленно сквозь слёзы поднимаюсь, понимая, что, найдя дорогу не могу так легко сдаться. Джинсы порваны, на снегу остаются алые разводы, но тут же исчезают, когда новый слой белоснежной крупы ложится поверх моего отпечатка.

Шаг за шагом выхожу на дорогу. Стараясь держать равновесие. Понимаю, что выбежать и остановить машину я не смогу, а так есть хотя бы маленький шанс что меня заметят. Обнимаю себя, кутаясь в ледяной кардиган. Сил практически не осталось мой шаг только замедляется. Останавливаюсь, начиная рыдать навзрыд. Запрокидываю голову к небу.

— П-пожалуйста. — захлёбываясь слезами зло шепчу. — Х-хоть кто-нибудь, д-должен же е-ехать!

Не знаю сколько иду вдоль этой дороги, но мне кажется, что вечность. Я снова готова упасть и в этот раз, боюсь подняться не смогу…

Вдалеке, расплывающимся фокусом, замечаю приближающийся свет.

Фары… Машина…

Вытягиваю руку в сторону, другой обхватываю себя за талию.

— Пожалуйста, остановитесь… — шепчу как ненормальная, повторяя одно и тоже.

Слёзы сильнее катятся. Мне страшно ловить машину в этом месте, но другого выхода у меня нет…

Фокус теряется от постоянных слёз, ветер слегка пошатывает моё тело. Закрываю глаза, моля лишь о том, чтобы эта машина не проехала мимо…

Слышу, как автомобиль тормозит рядом со мной. Дрожу, боясь открыть глаза. Хлопает сразу несколько дверей. Опускаю руку, обнимая себя. Трясусь только сильнее. Боль в теле начинает ярче ощущаться. Я не знаю, чего ожидать от этих людей, но они моя последняя надежда…

Глава 29. Миша/Ася

Миша

— Игорь, тормози. — говорю, замечая силуэт на дороге. Снег падает всё сильнее, почти ничего не видно. Фонари работают через один.

— Это женщина? — спрашивает друг, останавливаясь рядом с тоненькой фигурой. — В лесу?

Выходим из машины. Столбенею на несколько секунд. Не сразу узнаю свою Асю. Она стоит с закрытыми глазами. Трясётся. Кутаясь в насквозь промокшую одежду. По её щекам катятся слёзы.

Быстро снимаю свою куртку, приближаясь к ней. Накидываю на её дрожащие плечи. Она вздрагивает, всхлипывая. Боюсь взять её на руки и что-то повредить.

— М-миша? — удивлённо шепчет, севшим голосом.

Не сдерживаюсь и всё-таки обнимаю, прижимая к себе. Чувствую, как она плачет, цепляясь за края моего свитера.

— Асенька. — шепчу в волосы. Ощущая, как во мне растёт желание, вернутся и прибить ту мразь, которая сделала это с моей девочкой.

Она пошатывается, и я рефлекторно подхватываю её на руки. Но сразу же ругаю себя за это, слыша её надрывный всхлип.

— Потерпи, моя хорошая. Всё будет хорошо. Слышишь? — заторможено кивает. Смотрю на шокированного Игоря, который открывает заднюю дверь. Хочу посадить Асю, но упираюсь глазами в ублюдка, который вывез её сюда. — Игорь, убери его из машины. И позвони Косте.

Друг кивает, молча делая всё, о чем я прошу его. Аккуратно сажаю Асю на сидение. Понимаю, что она вся ледяная и нужно её переодеть. Вспоминаю о спортивной сумке с моей формой в багажнике.

Отстраняюсь, но она слабо хватает моё запястье своими ледяными пальчиками.

— Не уходи. — сипит, а слёзы сильнее катятся по её щекам.

— Не уйду. — наклоняюсь, целуя в висок. В салон заглядывает Игорь. — Дай сумку из багажника.

Кивает.

Ставит сумку с другой стороны, рядом с Асей.

— Погуляй пару минут. — прошу друга.

Помогаю переодеться своей девочке. При минимальном движении с её глаз скатываются слёзы. Чувствую, как желваки начинают играть на моих скулах, когда я вижу все старания этой мрази…

Укутываю её в свою куртку.

— Игорь. — зову. — Поехали в больницу.

— А с этим что делать?

— Оставляй здесь. — чеканю. — Пусть сам выбирается.

Ася всё время дрожит, прижимаю её сильнее к себе, стараясь не навредить ещё больше.

— Расскажи мне что-нибудь. — прошу, чтобы она не уснула.

— Это… это он… — всхлипывает, еле выговаривая слова. Сильнее сжимает мой свитер в своих руках. — Он убил… маму…

— Чшшш… — успокаиваю. — Это в прошлом. Я со всем разберусь.

Спустя пару минут она делает глубокий вдох и начинает сильно кашлять, теряя сознание.

В больнице, врачи забирают её из моих рук. Она никак не открывает глаза. Не знаю сколько проходит времени, пока ко мне выходит врач.

— Угрозы для жизни нет. — устало сообщает. — Михаил Николаевич, ей необходим постельный режим, никаких нервов. В ребре несколько трещин, удивительно что не перелом. Так как травма наслоилась на её предыдущие повреждения. Очень много гематом и ран, было повреждение внутренних органов, но всё обошлось. Никаких резких движений. У неё температура, нужно следить чтобы простуда не дала осложнений. Если есть возможность, пускай пару дней побудет у нас. — добавляет несмело. — Возможно, вашей жене, понадобится психолог.

Ася

Открываю глаза, чувствуя, как всё тело покалывают мелкие иголочки. Губы пересохли, безумно хочется пить. Взгляд упирается в белоснежный потолок. Пытаюсь вспомнить как я выбралась из леса. Чувствую, как внутри нарастает истерика, когда вспоминаю отца. В голове всплывают свет от фар… и… и Миша…

— Ты как? — спрашивает знакомый мужской голос, отвлекая от плохих мыслей.

Медленно поворачиваю голову. Мой муж сидит рядом, на стуле, и сжимает мою руку в своей ладони. Из глаз снова начинают катится слёзы.

— Пить… — пытаюсь сказать, но с губ срывается хриплый шепот.

— Сейчас.

Через пару секунд он помогает поднять мне голову, подносит стакан к моим губам. Я делаю жадные глотки, чувствуя, как дерёт моё горло.

— Сейчас позову врача. — говорит, собираясь отпустить мою руку.

Хватаюсь пальчиками за его запястье.

— Миш, — зову, охрипшим голосом. — Я хочу домой.

Наклоняется, нежно целуя в уголок губ.

— Я тоже хочу, чтобы ты поскорее вернулась домой. — шепчет. — Ну давай ты побудешь здесь хотя бы один день. Чтобы врачи немного понаблюдали за твоим состоянием.

— Мне здесь страшно. — признаюсь, чувствуя, как мой голос начинает дрожать, а к глазам снова подступают слёзы.

Пытаюсь сесть, отползая к изголовью. Но не получается. Муж помогает, бережно приподнимая.

— Я останусь здесь, с тобой. — упирается в изголовье, чувствую его дыхание на своём лице. Улыбка трогает уголки его губ. — Со мной тебе тоже будет страшно?

Смотрю в его глаза как заворожённая. Он готов быть рядом даже сейчас, отодвинув на второй план все свои дела. Его не отталкивают мои проблемы и нынешний внешний вид. Он всё равно рядом. Искал, переживал…

— Нет, — заторможено отвечаю, качая головой. — С тобой не будет… — поднимаю руку, пробегаясь пальчиками по его щеке.

Мужчина молча наблюдает за моими действиями. Ловит мою ладонь своей. Подносит к губам, целует.

— Я пойду позову врача. — улыбается, отпуская мою руку.

Когда он собирается отстранится с моих губ слетает хриплый шёпот:

— Я люблю тебя.

Замираю, понимая, что я далеко не романтик. Сказать мужчине такое в больничной палате, да ещё и с таким внешним видом… Но зато я сказала то, что чувствую… Люблю… и это чистая правда.

Внимательно всматривается в мои глаза. Бережно берёт моё лицо в свои ладони. Прислоняясь к моему лбу своим.

— Я тебя тоже люблю. — говорит шёпотом, поглаживая большими пальцами мои скулы. — Чуть с ума не сошёл пока тебя искал. — ощущаю боль в его голосе, ему будто с трудом даются все эти слова. — Ехал в этот чёртов лес и боялся самого худшего. Когда увидел тебя на дороге, боялся прикоснутся… Ты же у меня такая хрупкая.

Улыбаюсь, сквозь слёзы. Чувствуя, как внутри становится тепло. Невесомо касается моих губ своими, боясь причинить боль.

— Давай я всё-таки позову врача? — улыбается. Киваю в ответ. — Он должен тебя осмотреть.

Отстраняется, выходя из палаты.

Глава 30. Ася

Ася

Спустя сутки Миша забирал меня из больницы, как и обещал. Он постоянно рядом. Заботится… Мне с трудом даются какие-либо движения. Поэтому пока я передвигаюсь либо на руках у мужа, либо с чьей-то помощью. Простуда всё-таки не обошла меня стороной… поэтому севший голос до сих пор со мной. Но внутри словно что-то сломалось. Даже сейчас, когда прошла неделя после моего возвращения из больницы, меня постоянно атакуют воспоминания… воспоминания о маме и правда о её смерти постоянно крутятся в моей голове… Я не могу понять, почему отец так поступил с ней… Вспоминаю его злость, когда он бил меня… Его глаза… слова…

Стук в дверь вырывает из грустных мыслей.

— Асенька, можно? — в комнату заглядывает Лидия Степановна.

— Да. — шепчу, слегка приподнимаясь. Опираюсь спиной на изголовье кровати.

Женщина подходит, садясь рядом.

— Ты давно проснулась?

— Не знаю. — безразлично пожимаю плечами.

— Мишу позвать? — спрашивает. Мотаю головой. Он и так последнюю неделю работает из дома, отлучаясь только на какие-то важные встречи. Не хочу его нагружать ещё и своим эмоциональным состоянием. — Расскажи мне, что тебя тревожит. — ласково просит, беря мою ладонь в свои руки. К моим глазам подступают слёзы. Стараюсь сдержать себя. — По возвращению, в тебе что-то изменилось…

— Ты знала, как умерла мама? — спрашиваю, чувствуя дрожь в собственном шёпоте. — По-настоящему? — добавляю одними губами, будто боюсь, что кто-то может услышать.

— Знала. — женщина заторможено кивает, всматриваясь в мои глаза. Мне становится немного обидно что няня скрывала от меня такие вещи, хотя, с другой стороны я понимаю, что это была элементарная забота. Знай я что отец убил маму, смогла бы я с ним прожить столько времени под одной крышей? Терпеть и пытаться принять методы его воспитания? Вряд ли… — Что он тебе сказал?

Сипящим голосом, глотая слёзы, рассказала о том вечере няне. Всё до мельчайших подробностей. Мне нужно было кому-то выговорится…

— Он ведь правда подумал, что я умерла. — говорю, вытирая слёзы с лица дрожащими ладошками. — И просто… просто выбросил тело родной дочери в лес…

— Ну что ты… — бережно обнимает. — Уже всё хорошо… — слушаю успокаивающий голос женщины и понимаю, что хочу знать правду.

— Расскажи мне пожалуйста всё. — прошу, отстраняясь от неё.

Она внимательно всматривается в мои глаза.

— Хорошо. — выдыхает. — Твои родители любили друг друга… по началу… Твой отец был словно одержим Лилей. Но с течением времени, когда он добился её полного расположения и у них появилась ты, на третий год совместной жизни он стал… — она задумалась, подбирая слова. Затем с горечью во взгляде посмотрела на меня. — Он стал ей изменять. Лиле было обидно, ей не хватало его внимания и в один из вечеров, на мероприятии она позволила себе отдохнуть. Забыть о том, что её любимый муж способен на измену. Она просто отпустила ситуацию. Лиля разговаривала с мужчинами, улыбалась им. Твоего отца это очень сильно задело. Вначале они просто ссорились, кричали… но спустя пару месяцев твой отец поднял на неё руку. Она хотела от него уйти после этого, хотя и любила. — няня погладила моё запястье и посмотрела в окно. — Забрала тебя и сняла квартиру. Но спустя две недели он вернул её домой. В их жизни всё более-менее наладилось. Твоя мама снова забеременела…

— Я не знала об этом. — прошептала, сдерживая нарастающий ком в горле. В этот момент я поняла, что безумно мало знаю своих родителей…

— Альберт был рад этой новости. — она посмотрела на меня. — Ты же знаешь, что твоя мама была очень красивой? — кивнула. Я помню её, но к сожалению, у меня сохранилось всего несколько фотографий. — Твой отец стал очень сильно ревновать Лилю, даже к работникам по дому. Он контролировал каждый её шаг… В итоге, пришёл к выводу что она беременна не от него… — няня останавливалась, словно вновь возвращалась в то время. В её голосе слышались боль и сожаление. — В приступе гнева избил её… Она потеряла ребёнка на седьмом месяце… К сожалению, врачи поставили твоей маме диагноз, что она больше не сможет иметь детей. Лиля перестала верить твоему отцу. Она снова хотела уйти, изначально он уговаривал, а потом… потом стал угрожать тобой… — женщина вновь посмотрела на меня, в её глазах стояли слёзы, но она не давала им воли. — Он с лёгкостью мог тебя отсудить у неё. И твоя мама осталась жить с ним, чтобы не потерять свою маленькую дочь… Лиля боялась, что он начнёт срываться на тебе. По вечерам часто плакала, особенно когда твой отец не ночевал дома. Ей казалось, что она его до сих пор любит… По началу она устраивала ему скандалы, обвиняла в открытых изменах. За такие выступления Альберт её просто бил. В итоге она смирилась с его поведением, полностью разочаровавшись в нём… Улыбаться её заставляла только ты. В тебе она видела свой смысл, любовь… — няня с теплотой во взгляде смотрела на меня. — Ты была её персональным счастьем, которое она хотела уберечь от всего плохого. Лиля боялась создать в тебе ненависть к отцу, потому что в детстве он уделял тебе немного времени и относился хорошо…

— Зато срывался на маме… — обиженно выдохнула. По щекам катились бесшумные слёзы…

— Но не из-за тебя. — ободряюще погладила меня по плечам, заглядывая в глаза. — У твоего отца всегда могла найтись причина. В то время у него были проблемы. Его бизнес был на грани банкротства… Лиля надеялась, что ты не узнаешь какой он… настоящий… Но, когда ты стала подрастать, у тебя начал провялятся характер. Альберт становился холодным и по отношению к тебе. Он создал для вас с матерью много запретов, относился не самым лучшим образом. Он продолжал ревновать её… на этой почве и избивал… Хотя сам изменял ей постоянно. Она действительно свыклась со своим положением… Но в тайне от него пыталась найти выход и сбежать с тобой. Она нашла адвоката, который согласился ей помочь с документами. Через меня она связывалась с ним… В день, когда умерла твоя мама… Альберт приехал раньше, чем должен был. Он откуда-то узнал про план Лили. Они начали ссорится, она высказала ему всё, какой он тиран, как она от него устала… — няня замолкла на несколько секунд. — Он вышел из себя и начал её бить, я пыталась вмешаться, собиралась вызвать полицию, но охрана меня начала крепко держать… как и всегда… я не смогла вырваться… — мне казалось, она чувствует свою вину, за то, что не смогла помочь маме. — Потом домой пришла ты… Все замерли, боялись твоей реакции… Ты кинулась к матери, отец отшвырнул тебя к стене. Я видела, как в её глазах появились слёзы, когда ты потеряла сознание. Она попыталась несколько раз встать, но обессилено падала обратно на пол. Альберт растерялся. Но твоя мать посмотрела на него с такой злостью… он не сдержался и снова ударил её. После этого Лиля не смогла больше подняться. Встретившись с ним глазами она прошептала одними губами: «Любви и уважения собственной дочери… ты лишил себя сегодня сам…» … Он посмотрел на тебя с болью, осознавая, что натворил… Альберт обвинил в случившемся твою маму и снова начал её бить. Она понимала, что для неё это конец. Добавила еле слышно, когда он наклонился к ней, присев на корточки: «Она никогда не будет такой как ты.» После этого он нанёс несколько ударов… она больше не открыла глаза… — у няни покатились слёзы.

Я почувствовала себя той маленькой девочкой… мои слёзы катились не преставая, а внутри я чувствовала нарастающую истерику…

— По началу он не мог поверить, что она не дышит… — продолжила Лидия Степановна. — А когда до него дошло… он обнял тело Лили… Стал просить прощение… После всего, было принято решение сказать тебе что мама в больнице. — няня посмотрела на меня, вытирая свои слёзы. — Я помню, как ты ждала её возвращения, не разговаривала с отцом, но когда тебе сказали, что она умерла из-за ошибки врачей… ты замолчала… Мы боялись за тебя. Ты ни с кем не разговаривала почти две недели. Твой отец подсуетился и попытался на почве общего горя наладить с тобой контакт, извинился что толкнул. Ты холодно кивнула и ушла в свою комнату. Тебе нужно было принять тот факт, что мамы больше нет. Спустя месяц, после похорон Лили, Альберт принялся за старое. Ты сбежала и за это последовало твоё первое, серьёзное наказание… Мне удавалось иногда тебя защищать, просто потому что я знаю правду и на меня у него не было такого влияния как на Лилю… Мой сын вырос и стал не последним человеком в деловой сфере. Твой отец просто боялся последствий, которые могли бы возникнуть, если со мной что-то случится…

После откровенного рассказа Лидии Степановны, я заметила хмурого Мишу, который стоял рядом с дверным проёмом.

— Ты давно здесь? — спросила, вытирая слёзы.

— Достаточно. — коротко ответил, посмотрев на няню. — Вы можете нас оставить наедине?

— Да, конечно. — она встала, обняла меня, прошептав: — Если нужно, я всегда рядом.

— Спасибо.

Лидия Степановна ушла, оставив нас с мужем вдвоём. Он молча подошёл, сел рядом на кровать, аккуратно обнял меня. Прижалась к нему, положив голову на грудь.

— Они вначале любили друг друга… — прошептала, ощущая, как Миша молча гладил меня по спине. Чувствовала, как его дыхание путалось в моих волосах. К горлу подкатил жгучий ком. — С нами ведь такого не случится?

Мужская рука замерла. Я чувствовала, как напряжение окутало его тело…

— Нет. — уверенно ответил.

И вот почему-то я сразу поверила ему. Внутри всегда спокойно, когда он рядом…

Глава 31. Эпилог

Ася

Спустя пару месяцев я стала чувствовать себя намного лучше. Миша настоял на нескольких встречах с психологом. Это действительно помогло.

Отца посадили. Но я, если честно, особо не интересовалась его делами. Один раз спросила у мужа. И получила короткий, но понятный ответ:

— Он уже за решёткой. Ты его больше не увидишь. — сказал, нахмурив брови. Я поняла, что продолжать эту тему не стоит.

Миша заключил свой договор, из-за которого ему и потребовалась фиктивная жена. Я снова вернулась на работу. Жизнь постепенно восстанавливала свой спокойный темп.

После одного из визитов Алисы со своим сыном, Миша спросил, привлекая меня к себе:

— Как думаешь, — серьёзно заглянул мне в глаза. — Мы были бы хорошими родителями?

Ладонь мужа легла на мою шею. Большой палец очертил линию скулы.

Я чувствовала его напряжение, каждой клеточкой. Никто из нас не решался завести разговор о детях, после всего случившегося. Я боялась, что ему это не нужно… Он не знал, как я отреагирую…

— Думаю, да. — улыбнулась, становясь на носочки, обвила руками его шею. Муж шумно выдохнул, уткнувшись своим лбом в мой. — Мы постараемся.

— Ты не против? — моего лица коснулся его тёплый шёпот.

— Нет. — ответила, еле слышно. Я действительно этого очень сильно хотела, но боялась предложить.

Возможность иметь ребёнка для нас оказалась довольно сложной. У нас никак не получалось… После очередного обследования, врачи вынесли свой приговор… Старания отца всё-таки оставили внушительный след, особенно сильно это отразилось на моём организме.

Вероятность беременности была крайне мала. А даже если и получится… неизвестно, смогу ли я выносить малыша…

Мне было страшно… Я снова начинала заполнять свою голову тревожными мыслями.

Миша пытался поддержать, он продолжал каждый день дарить цветы… Заставлял меня улыбаться… Но я чувствовала, как постепенно опускаются мои руки… Особенно когда каждый новый тест был отрицательным…

Возможность забеременеть, выносить и родить здорового малыша, стала для меня настоящей мечтой. К сожалению, каждый день я приходила к выводу, что невыполнимой мечтой.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, я с головой уходила в работу, искала дополнительные увлечения и хобби. Но когда рядом никого не было, мне хотелось рыдать навзрыд.

Ну почему я такая проблемная? Почему со мной всё не так?

Успехи на работе переставали радовать. На детей я смотрела с осознанием того, что у меня, возможно, никогда не будет такого чудного малыша…

Я понимала, что в последнее время моё желание иметь ребёнка стало немного ненормальным. Во время секса я думала о беременности, надеясь, что в этот раз всё получится…

В один день меня так сильно накрыли эмоции, что я обидела самого близкого и дорогого для меня человека, Мишу. Сказав ужасно несправедливую фразу:

— Наверное тебе стоит поискать нормальную девушку. И создать с ней полноценную семью. — тут же замолчала, зажав рот ладонями. Словно обожглась…

Что я наделала? Захотела развестись с мужем? Бросить его? Я же знаю, как сильно он меня любит, как всегда поддерживает… а я… я же не смогу без него…

Он замер на несколько секунд, смотря на меня.

— Прости, — прошептала, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. — Я просто устала…

Он приблизился ко мне. Взял моё лицо в свои ладони.

— Я просто хочу жить с тобой. Но с тобой — счастливой. А в последнее время мне не нравится то, что с тобой происходит. — по моим щекам покатились слёзы. Он наклонился, нежно поцеловав меня в уголок губ. — Давай съездим за границу, к другому врачу? Найдём самого лучшего.

— Хорошо. — шумно выдохнула и уткнулась носом в его грудь. Муж крепко обнял меня.

Какая я всё-таки дура. Живя с отцом я и мечтать не могла о том, что у меня появится муж, который будет защищать, оберегать, а самое главное… очень сильно любить…

Я решила отпустить ситуацию. Пускай всё идёт своим чередом… Не думать о ребёнке…

Мы съездили за границу, но ничего нового не услышали…

Больше года я гналась за беременностью и это изрядно вымотало меня… мои нервы…

Я поняла, что нужно переключится… Просто не думать…

Моё «просто не думать» длилось уже почти полгода. Приближались новогодние праздники.

Утром, собираясь на работу, я поняла, что у меня задержка в две недели. Боясь обычного сбоя в оргаизме, я приняла решение пока никому не говорить. Сдала кровь. Тестом решила себя не обнадёживать.

На следующий день отпросилась с работы, поехав к доктору. Она предложила пройти УЗИ, перед тем как скажет результаты.

— Да, как я и предполагала. — улыбнулась, переведя свой взгляд с монитора на моё растерянное лицо. — Вы беременны. Срок — пять недель. Отклонений нет.

— В-вы уверенны? — переспросила дрожащим шёпотом, боясь, что это мираж или сон…

— Абсолютно. Можете обрадовать Михаила Николаевича. Я вам выпишу витамины.

Мои глаза защипали слёзы. Неужели такое возможно? Мы ведь столько пытались…

Встала с кушетки, поправив одежду. Моя рука невольно легла на плоский, как мне кажется, животик.

Приехав домой, я сразу проскочила в спальню, стараясь ни с кем не сталкиваться. Я просто не могла в это поверить… Держала в руках бумаги с результатами и не верила…

Я никак не могла дождаться мужа. Мне хотелось поскорее поделится с ним этой маленькой радостью.

Как только он вошёл в комнату, подбежала к нему. Не могла сдержать счастливой улыбки.

— Что случилось? — спросил, улыбаясь в ответ.

Внимательно посмотрела на мужа.

— Миш, я беременна… — прошептала.

— Ты уверенна?

Я показала результаты и рассказала про визит к врачу. Я видела искреннюю радость в глазах мужа. Но спустя пару секунд он молча вышел из комнаты…

Внутри меня поселился комочек страха. Неужели он передумал и не хочет ребёнка? Но спустя пару минут он зашёл в комнату с огромным букетом.

— Ещё не дарил сегодня. — улыбнулся. — Забыл в машине.

Взяла цветы и не смогла сдержать слёз.

— Ты чего? — нежно обнял. — Тебе теперь категорически запрещено волноваться.

— Я очень счастлива. — прошептала, сильнее прижимаясь к мужу.

Спустя пару недель все близкие для нас люди были в курсе моего положения. Не только в нашей маленькой семье произошло пополнение, хотя, мы к нему только готовимся. В отличие от некоторых…

— Что Игорь будет делать с ребёнком? — поинтересовалась про его друга, который похоже и не знал, что является папой маленькой принцессы.

— Для начала ему нужно решить, что делать с мамой. Она ведь не подпустит его к дочери. — устало выдохнул, привлекая меня к себе за талию. — Тогда так никто и не понял, из-за чего они разбежались.

— Игорь ничего не рассказывал? — спросила, разглаживая пальчиками невидимые складочки на свитере мужа.

— Особо нет. Пил как ненормальный, но потом оклемался. Мы с Дамиром и не пытались узнать. Он вёл себя так, словно её никогда не было в его жизни. Вычеркнул. После этого серьёзных отношений он ни с кем не строил.

— Он её любил?

— Думаю да…

Пока Игорь разбирался со своим новым положением, мы с мужем готовились к появлению малыша. И вот находясь сейчас рядом с Мишей, я почему-то уверенна что всё будет хорошо.

Больше книг на сайте - Knigoed.net