Ты влипла, девочка (СИ)

Глава 38

Подходим к подъезду. Мама прислоняет ключ домофона к устройству, и Матвей галантно распахивает перед ней дверь.

- Валентина Федоровна.

- Спасибо большое, Матюш. Ой, ничего, что я так по-свойски?

- Ничего. Полина?

Прохожу тоже. Что еще мне остается?

Все восемь ступенек по лестнице чувствую на себе наглый, прожигающий спину, взгляд.

Мама открывает дверь квартиры и приглашает нас пройти внутрь.

- Мишеньки, наверное, еще дома нет. А вы раздевайтесь, мойте руки и проходите в кухню. Я пока все разогрею.

Не глядя на парня стягиваю ветровку, скидываю кроссовки, сую ноги в тапки. Ему предлагаю гостевые.

Мои движения резкие, неровные. Мне очень и очень не по себе. Жалею ли я о поцелуе? Не знаю. Я слишком переполнена эмоциями, чтобы анализировать.

- Проходи, кухня там, - говорю Матвею и указываю направление небрежным движением руки. Нервно сглатываю, когда он внимательно, изучающе смотрит.

- Я помню, я ведь уже был у вас.

Черт, конечно же он был.

- Да.

Почему он так пялится? Неужели из-за брошенных мамой по неосторожности слов? Если прямо сейчас начнет все выяснять, я сойду с ума.

Матвей разглядывает еще пару секунд, потом разворачивается и первым идет по коридору в сторону ванной комнаты. Я выдыхаю. Неторопливо следую за ним.

Мама уже вовсю суетиться и гремит посудой. Из кухни до нас доносится аппетитный аромат ее фирменного борща. Дай волю, и накормит Матвея до отвала. Так, что он с трудом сможет подняться со стула. Впрочем, сам напросился.

Облокачиваюсь о дверной косяк при входе в ванную, пялюсь на широкую спину парня. Он занят тем, что моет руки, поэтому я могу смело разглядывать.

Как так получилось, что я, что мы…целовались с ним? И не просто целовались, а так, что до сих пор прийти в себя не могу. Боже. Только от одного воспоминания ноги подкашиваются.

Он разворачивается, отрывает бумажное полотенце с держателя. Следую взглядом за его движениями.

Всего каких-то пять-десять минут назад эти руки были на мне, прижимали, гладили. И мне нравилось, так нравилось, что не передать словами.

А теперь он вообще у меня дома, и моя мама собирается кормить его обедом.

- Полина?

Он подходит, я тут же отстраняюсь и даю ему пройти.

- Матвей, все готово. Надеюсь, борщ ты любишь? - доносится с кухни громкий мамин голос.

- Люблю.

- Хорошо, тогда иди скорее.

- Спасибо, иду.

Но сам не двигается с места. Рассматривает. Снова. Что он хочет разглядеть на моем лице?

Меня же опять накрывает. Начинает вести от его близости, его взгляда. Это настоящая пытка. Мне кажется, он снова хочет целовать. Несмотря на то, что мы не одни и мама всего в нескольких метрах от нас.

Я точно решила, что нет, но когда он так смотрит…

Не знаю, чем бы все закончилось, но мама зовет повторно. Слава богу. Матвей отстраняется и идет на кухню. Я двигаю к раковине.

Мою руки под тонкой струйкой прохладной воды и слушаю, как мама суетится.

- Матвей, выбирай. Где тебе будет удобнее, там и садись. Не стесняйся. У нас тут все по-простому.

Не стесняйся? Это вот точно не про него. У меня сейчас лицо красное, как помидор, а ему все нипочем.

- Большое спасибо, Валентина Федоровна.

- На здоровье.

Может, мне как-то откосить от обеда? Сослаться на то, что на работу совсем скоро и я не хочу наедаться перед ней. Пусть они сидят там вдвоем.

Хотя нет, маму нужно контролировать, неизвестно, что еще наболтает.

Прохожу и плюхаюсь на табурет, расположенный напротив парня. Передо мной тут же оказывается большая тарелка борща. Точно такая, как перед ним.

Ест, а сам посматривает на меня.

- Матвей, ну как? – интересуется мама.

- Очень вкусно. Сто лет не ел домашнего борща.

- Да? А твоя мама не готовит разве?

- Нет. Ей бы такое и в голову не пришло.

- Как странно. Ну, а я вот обожаю готовить. Всю жизнь у плиты, я ведь поваром работаю, и это, знаешь, мне очень нравится. Полиночка правда не оценивает. Вечно не хочу, да не хочу. Спортивный режим.

- Мам.

- Что? Нормально поесть не заставишь. Между прочим, слишком тощие фигуры никому не нравятся. Так ведь, Матвей?

- Мне Полина нравится в любом виде.

И снова пристальный, прожигающий взгляд.

Мне тут же хочется нацепить сверху всей одежды какой-нибудь дополнительный безразмерный халат-размахайку и посильнее в него укутаться.

Мама стоит спиной, она разогревает второе и не видит ничего. Мои же щеки покрывает еще один слой румянца.

- А чем занимаются твои родители? – продолжает мама.

Я замираю. Мама, ну зачем? Кошусь на Матвея, пытаясь уловить его реакцию на вопрос.

Его лицо остается ровным, ни единой эмоции. Но я-то знаю, что в его семье не все в порядке. Сто процентов, ему неприятна тема.

- Мам, не отвлекай Матвея от еды, - прихожу на помощь.

- Я не отвлекаю, просто спрашиваю.

- Мать занимается ребенком, - говорит Матвей, - ему сейчас три месяца.

- Ого, так у тебя есть братик? Или это сестренка? – восклицает мама.

- Брат. Сводный. У матери новая семья в другой стране.

- Э…а…что ж, в таком случае, ты можешь бывать у нас почаще. Накормим и обедами, и ужинами. Да, Полиночка?

- Конечно.

Отвечаю на автомате, а сама перевариваю информацию. Матвей говорил, что отец начал особенно пить последние три месяца. Так вот в чем причина.

Слава богу про его отца мама не спрашивает и быстро переводит тему на вкусовые предпочтения Матвея. Они начинают обсуждать разные блюда и быстро увлекаются.

Мама накладывает второе. Сначала Матвею, потом норовит и мне. Я поспешно отказываюсь.

- Нет, мам, мне же на работу ехать, меньше, чем через час.

Поднимаюсь из-за стола.

- Мам, большое спасибо за обед. Пойду в свою комнату.

- Полин, а чай? С лимоном, как ты любишь, и с пирогом.

- Матвею предложи.

Подхватываю тарелку, мою по-быстрому и улепетываю с кухни.

Лишь оказавшись в своей комнате, я поняла, насколько была напряжена все это время. Сейчас же, когда я, наконец, оказалась наедине с собой, напряжение начало понемногу спадать.

Не полностью, ведь Матвей все еще здесь, совсем рядом.

Потянулась к задвижке и закрылась на нее. Но тут же передумала и снова открыла запор. Что я в самом деле, как маленькая.

Сходила в коридор за рюкзаком, улавливая по пути обрывки разговора. Матвей что-то сказал, а следом за этим раздался довольный мамин смех. Вот как у него получается?

Села за стол. Привычными движениями принялась выкладывать на него все конспекты. В запасе почти час, не стоит терять времени даром.

Но тут же вскочила и отошла к окну. Какая нафиг учеба, когда…

Но додумать мысль мне не дали, раздался осторожный стук в дверь.

Я, хоть и ожидала чего-то подобного, подскочила на месте.

- Минуту.

Кинулась к двери, на ходу чуть не опрокинув стул. Приоткрыла ее и уставилась на Матвея.

- Пообедал? Пойдем провожу до двери.

- Не пригласишь зайти? В твоей комнате я еще не был.

Отрицательно помотала головой.

- Я могу отвезти тебя на работу.

- Матвей, спасибо, но не стоит.

Его рука медленно потянулась к моему лицу, к волосам.

Я отстранилась, а он нахмурился.

- Полина.

- Матвей, не надо.

Несколько минут он разглядывал, потом отступил.

- Что ж, ладно. Поеду тогда домой.

- Удачной дороги.

Он поморщился.

- Лучше молчи совсем, Муромцева, чем говорить штампами.

- Извини, просто я…

- Что?

Он вдруг шагнул прямо на меня, так что я непроизвольно отступила. Оттеснил внутрь комнаты и закрыл за собой дверь.

Так быстро проделал. Я оглянуться не успела, как оказалась прижатой к стене.

- Что, Полина? Жалеешь?

- Нет, просто…

Как же сложно говорить, когда он удерживает вот так, в кольце своих рук. А его глаза буквально впиваются.

- Что просто?

- Матвей, я хочу побыть одна.

- Чтобы что? Накрутить себя и решить, что это было между нами первый и последний раз?

- Матвей!

Мне стало страшно от осознания, насколько хорошо он умеет читать мысли.

- Что Матвей? Тебе понравилось, Полина, признай это. Тебе хорошо со мной. Ты кайфовала от нашего поцелуя и нашей близости.

Отрицательно замотала головой.

Он ухватил за подбородок и развернул мое лицо к себе.

- Я думал, ты смелее.

- Ты ошибся. Сейчас самое время понять это и свалить.

- Похоже, твоя мама не соврала, когда сказала, что у тебя никогда не было парня. Это так?

Вот он. Тот вопрос, которого я подсознательно ждала от него все это время. Но это слишком личное, ему ни к чему знать.

- Отстань.

Он пододвинулся еще ближе.

- Так правда? Ты так эмоционально реагируешь на вопрос, значит и правда не было?

- Это ничего не значит, просто отстань!

Получилось грубо.

В глазах Матвея промелькнул опасный огонек, и я тут же решила сбавить обороты.

- Матвей, пожалуйста. Мне…понравилось. Понравилось все, очень понравилось. Но… такое не каждый день происходит, мне нужно время, чтобы осознать.

- А что насчет парня?

Увернулась от его взгляда, отрицательно мотнула головой.

- Не было серьезных отношений, если ты об этом, - произнесла тихо.

Он замер. Шумно выдохнул.

- Полин, это…, - произнес отрывисто, и тут же собрался еще что-то добавить.

Но я не хотела слушать, что он может сказать по этому поводу.

- Выяснил? Теперь вали.

Отпустил, отступил на шаг.

- Вали Багров, не хочу тебя больше видеть. Тем более в моей комнате.

- Снова сохраняем дистанцию? Ладно.

Но в голосе уже нет той злости, что проскальзывала, когда требовал ответа.

- До завтра, Муромцева, - произнес весело.

Я прямо всей кожей ощутила довольные нотки в его голосе.

И поняла, что сглупила. Сглупила, сознавшись в такой личной подробности. Теперь он мне проходу не даст своими подколами.