Глава 8


Октябрь. Наши дни.


Говорят, не повезет, если черный кот дорогу перейдет…

Кот, правда, был не черный, а рыжий, но легче от этого не стало. Рыжая молния метнулась под колеса самоката и Надя, пытаясь избежать столкновения, грохнулась на мостовую. Порвала колготки и до крови рассадила коленку. О собеседовании можно было забыть – теперь точно не успеет.

Рыжий виновник происшествия преспокойно сидел на тротуаре и вылизывался.

– Вот зачем ты так? – с укором в мокрых от слез глазах спросила Надя. – Нормально же общались.

Рыжего кота Надя впервые увидела на выходе из вокзала. Когда только вернулась в свой родной город. Ну как вернулась. Ей было четыре года, когда родители переехали, так что малую Родину она часто видела во сне и плохо помнила наяву. Но всю жизнь хотела сюда приехать. Приехала. Сразу после колледжа. С одним чемоданом, запасом денег на пару месяцев и большими мечтами.

Кот сидел на мокром от дождя асфальте у выхода из вокзала, а над ним красовался рекламный плакат новостройки с надписью «Новый дом – новые возможности!». Надя решила, что это знак свыше. Что это Город приветствует ее обещанием новой жизни. И с этой мыслью отправилась на съемную квартиру, восторженно взирая на все вокруг. На черепичные крыши разноцветных домов в стиле северного модерна, на потертую брусчатку мостовых, на клены и каштаны вдоль набережных широкой медленной реки, на готический собор из красного кирпича и громадину средневекового замка на холме над городом, на огромные витрины кафе на центральной улице, уличных художников и музыкантов. И даже на кусочек моря, который виднелся на горизонте в просвете между домами.

Эйфория закончилась через неделю. Когда Надя стала искать квартиру в долгосрочную аренду взамен снятой по конской цене через сайт посуточного бронирования. Все найденные варианты были либо дорогие, либо совершенно непригодные для жизни. Да и с работой не клеилось. Кое-как получилось устроиться курьером в интернет-магазин. Между заказами Надя бегала по квартирам в поисках нового дома. Погода испортилась, красоты архитектуры не радовали и она уже начала подумывать о возвращении к родителям. Не город детства, а сплошное разочарование. Надя думала об этом, возвращаясь от заказчика мимо обшарпанного кирпичного забора. Будь она в лучшем настроении, назвала бы забор живописным. А так он был просто облезлым, грязным и покрытым граффити.

«Поверь в меня» гласила надпись на заборе. И Надя готова была поклясться, что десять минут назад, когда она шла к дому с заказом, ее тут не было. Хоть буквы кое-где уже успели облупиться. А на заборе сидел рыжий кот. Тот самый, вокзальный. Он спрыгнул на дорожку и пошел к соседнему дому, оглядываясь на Надю. Она пожала плечами и поплелась следом.

Кот остановился у подъезда, требовательно мяукнул, глядя на дверь. Вышел погулять, а теперь не может попасть домой? Надя дернула за ручку и дверь подъезда открылась. Надо же, не заперта. Она впустила кота. Тот уверенно помчался по лестнице и скоро его мяв раздался сверху. Надя поднялась за котом на четвертый этаж.

Рыжий стоял перед дверью квартиры номер тринадцать и громко орал. Надя позвонила в дверь.

– Здрасьте! Это ваш котик?

– Нет, – женщина средних лет, открывшая дверь, переводила взгляд с Нади на кота. – А вы не по поводу квартиры?

– Квартиры? – удивилась Надя.

– Ну да. Еще два часа назад должны были съемщики приехать квартиру смотреть, а теперь и трубку не берут. Видно, передумали. Вам, случайно, квартира не нужна? – улыбнулась женщина.

– Нужна, – вздохнула Надя. – Только в этом районе дорого. Сколько вы хотите в месяц?

Хозяйка назвала цену. И Надя застыла от удивления. Это было даже дешевле убитых «бабушкиных» квартир на окраинах. А тут новый дом почти на набережной. Из окон, поди, море видно.

– А можно посмотреть?

Квартирка оказалась однокомнатная, небольшая, но очень уютная. И в отличном состоянии. Из окон, и правда, было видно море.

– А что поделать? – вздохнула хозяйка. – Не хотят брать. Боятся. Квартира тринадцать в доме тринадцать. Да еще и на четвертом этаже. Вы знаете, что по-японски четыре звучит так же как «смерть»? У них даже в зданиях нет четвертых этажей. Суеверные все стали.

– Я не суеверная, – улыбнулась Надя. – Когда можно заселяться?

Заселилась на следующий день. В новой квартире все как-то сразу наладилось. И погода, и настроение. И даже подходящие вакансии стали появляться. Надю позвали на собеседование: работа по специальности, приличная зарплата, офис недалеко от дома. Хотя тут все недалеко.

А кот исчез. Канул в Лету, пока она болтала с хозяйкой квартиры. И не появлялся до этого злополучного дня. Того самого, когда она спешила на собеседование в строгой «офисной» юбке и ненавистных капроновых колготках.

Надя осторожно трогала разбитую коленку, соображая что делать дальше. Надо бы найти аптеку, купить зеленку и пластырь. И новые колготки. И попробовать перенести собес.

– Ты в порядке? – он возник перед ней, словно джинн из лампы. – Сильно расшиблась? Идем, пластырь выдам.

Надя подняла взгляд на сердобольного незнакомца. Мужчина лет тридцати на вид. Смуглый, зеленоглазый. Темные волнистые волосы ниже плеч собраны в небрежный хвост на затылке. На итальянца похож. Или на грека. Симпатичный, надо сказать. И улыбка такая добрая и немного хитрая. Он протянул ей руку и помог встать.

Мужчина оказался барменом. И это у дверей его бара Надя завершила свой стремительный полет. Бар, правда, был уже закрыт – он работал по ночам. Так что Надя и красивый бармен с красивым именем Ян оказались в зале одни. Он достал из-за стойки аптечку, ловко обработал ссадину водкой и заклеил разноцветным пластырем. Крест-накрест, как в мультиках.

Пока Ян возился с ее коленкой, Надя пыталась перенести собеседование, но получила отказ. Мол, соискателей полно и без нее обойдутся.

– А хочешь у нас поработать? – Ян налил ей кофе с ликером в качестве моральной компенсации. – Я давно мечтаю сделать заведение круглосуточным. Ночью – бар, днем – кофейня. Только баристу подходящего никак не мог найти. Кажется, нашел. Место здесь не очень проходное, так что аврала точно не будет. Правда, первое время придется работать одной. Пока сменщика себе не подберешь. Но это ничего, если кофейня будет закрыта пару дней в неделю. Мир от этого не рухнет. Согласна? Если да, можешь начать с первого числа.

Надя оглядела крошечный зал с причудливым интерьером в лучших традициях безумного чаепития. Разномастные столики, ни одного одинакового стула, даже высокие табуреты у стойки разные. На стенах зеркала в затейливых рамах от крошечного карманного до огромного, в человеческий рост. А между ними до жути реалистичные портреты мифических созданий и сказочные пейзажи в рамах, так похожих на оконные. С потолка свисает всякая всячина: сломанные стулья; облака из ваты; шар-абажур из желтых ниток, напоминающий солнце; гирлянда с лампочками-бутылками; бумажные звезды; игральные карты на тонких лесках – будто кто-то подбросил в воздух колоду да так и оставил; клетка со скелетом какой-то птицы, оплетенная засохшим плющом. Ни бар, а настоящая Страна Чудес. В таких местах должны быть спрятаны двери в другие миры, охранаяемые неусыпными стражами. Может птичка в клетке как раз и есть такой страж? А бармен на самом деле великий волшебник, похлеще Оза? Как минимум, здесь точно будет нескучно.

И Надя утвердительно кивнула. Даже про зарплату не спросила.


***


Рыжий кот вальяжно прошелся по тротуару и вспрыгнул на колени к сидящему на лавочке старику. Старик являл собой живописную смесь постаревшего хиппи и растамана. Был дредаст, бородат, обвешан разного рода побрякушками, как новогодняя елка, и взирал на мир сквозь круглые зеркальные очки.

– Молодец, приятель, – старик погладил кота и тот довольно загудел маленьким рыжим трактором. – Теперь наша Надежда от нас не убежит. Даже интересно, что из нее получится. В такой-то компании. Хоть и жаль отдавать ее двухголовому чудищу, пусть и на время. С этой проблемой разобрались, – старик встал с лавочки и медленно побрел в сторону моря, – осталось решить еще одну и можно на покой.

Загрузка...