Укротитель для Рыжей

В пути. Волгоградский проспект. 31 декабря 20:40

— Я?! — недоуменно воскликнул он

и собирался сказать что-то еще, но тут его мобильный снова зазвонил- Я?! — недоуменно воскликнул он и собирался сказать что-то еще, но тут его мобильный снова зазвонил.

Номер не определился, но Лера и так прекрасно его знала — звонил Вик! Затаив дыхание, она вслушивалась в разговор, пытаясь уловить знакомый голос, но слышала лишь одного собеседника.

— И тебя с наступающим! В общем, считаю, они решились. Да. Подарка не вышло, я вовремя ее забрал. Да, присматривал, ты же знаешь. Да. Она со мной. При деле, баранку крутит. Некогда думать. Нет, не боюсь. Постараюсь. Угу. Своим распоряжения дал, подключай знакомых в полиции. Нет, пацан ни при чем. Процентов на девяносто, уверен, он не знал. Мои все проверят. И тебе хорошего отдыха.

Александр сбросил звонок и, наконец, отложил трубку.

— Это был Вик? — спросила Редди не сумев скрыть эмоции в голосе.

Он как-то странно глянул на нее и помрачнел, но ответил

— Да.

— Меня… Меня хотели убить? — Лера не стала ходить вокруг да около.

— Если не пацана того, то точно тебя. Подарочек на Новый год братику.

Лера сосредоточилась на дороге, не в силах все это переварить. Похоже, только счастливое стечение обстоятельств позволило ей остаться живой. Александр тем временем повернулся и поманил щенка и взял его на руки. Утихомирил строгим словом, когда тот вздумал лизаться, и принялся чесать за ушком.

— И что теперь делать? — Лера стиснула руль до побелевших костяшек.

— Расслабься, это больше не твоя проблема. Теперь ей займутся специально обученные люди.

— Кто ты? — шепнула она едва слышно, не отрывая взгляда от дороги.

— Смирнов Александр. Официально, генеральный директор одного частного охранного агентства.

Этим объяснением он и ограничился.

— ЧОП или, может, ЧВК? — не унималась она.

Ответом была усмешка, говорящая, что выпытывать бесполезно.

— Ясно. Тебя нанял мой брат?

— Не совсем.

— Поясни?

— Когда ты летом психанула и сбежала из дома, он попросил выделить человека, чтобы присмотреть за тобой, но я решил сделать это лично.

Он коротко глянул на нее своими внимательными глазами, и Леру внезапно обдало жаром. Она сглотнула и выругалась, выражая отношение к ситуации. Как ни странно, обошлось без штрафных баллов.

— То есть, ты таскался за мной и все видел?

— Угу.

— Слушал мой телефон?

— Угу.

— Читал мою переписку в соцсети?

— Иногда.

— Наблюдал, как я танцевала стриптиз на барной стойке? — прошептала она с ужасом, вспомнив один из самых позорных моментов своей жизни.

— О, дааа! — он улыбнулся, смущая ее еще больше. — А как забавно тебя потом тошнило! — вкрадчиво протянул он. — На тебе тогда были только белые трусики, и ты терялась, что лучше придержать. Грудь или волосы.

— Мудак!

— Еще балл.

Лера снова ощутила себя факелом и предпочла промолчать.

— А помнишь, как ты оказалась в гостиничном номере?

Редди снова ничего не ответила. До сих пор она считала, что в тот раз ей помог кто-то из компании друзей, потому что все дальнейшие события напрочь стерлись из памяти. Но после этих слов, вдруг осознала, что смутные образы обретают ясность.

— Ты утверждала, что любишь меня. Правда, называла именем брата, и это было странно. Кстати, даже целоваться пыталась.

«Что?!» — возопила она мысленно, а вслух сыронизировала:

— И как! Понравилось?

— Конечно… нет! От тебя слишком пахло спиртным и… Хм. исторгнутым содержимым желудка.

— Заткнись, пожалуйста! — прозвучало почти вежливо, но не возымело эффекта.

— Но эта идея меня преследует до сих пор, — задумчиво протянул он и вдруг стал серьезным: — Вот скажи, зачем тебе понадобилось тащиться в тот бар? Ты же не пьешь и начинать было нечего.

— А что делаешь ты, когда тебе плохо?

— Убиваю маленьких рыжих девочек.

Лера, выпучив глаза, уставилась, на него.

— Шучу! За дорогой следи.

— Долбанный дебил!

— Аккуратнее с выражениями, а то дам по заднице. Иногда ты так разговариваешь, что хочется тебе рот с мылом вымыть.

Он говорил это так флегматично, что Лере все сильнее хотелось его треснуть.

Скрипнув зубами, она едко заметила:

— Попробуй!

— Интересная мысль, я рассмотрю твое предложение.

Она стиснула зубы, но злость, что кипела в ней не давала ехать молча.

— То есть с тех пор ты за мной и таскаешься?

— Нет, был перерыв, но я об этом жалею.

— Ага! — победно воскликнула Редди. — Караулишь в подъезде, как малолетний дрочер. Целуешься. Наверное, еще и подсматриваешь? У меня есть камера в спальне? В туалете? Видел, чем я там утром занималась.

— Только в коридоре. Я должен знать, кто к тебе приходит, особенно сейчас, — Александр, казалось, был невозмутим.

— И что изменилось? С чего ты решил возобновить слежку? Одолел синдром вуайеризма, или никого подходящего не нашел, за кем еще «присматривать».

— Если бы я тогда был рядом, твой брат остался бы невредим. Жалею, что снял наблюдение и позволил тебе натворить глупостей.

Лера покраснела до кончиков ушей. ОН ВСЕ О НЕЙ ЗНАЛ!

— Удар ниже пояса…

Вдруг Смирнов протянул руку и погладил ее по бедру. Жест не был пошлым, скорее сочувствующим, но Лера среагировала на него как на удар электрошокера. Вздрогнула, едва не вдавив педаль газа. Задышал немного чаще. Ей вдруг захотелось, чтобы он вернул ладонь на прежнее место. Она и дальше желала чувствовать, как горячие волны расходятся от нее прочь. Это было что-то совершенно новое и непознанное. Но она не унизилась бы, чтобы о таком просить. Не его!

Редди все больше сердилась, прокручивая в голове воспоминания и ситуации. Камера в коридоре! То-то вечно кажется, что на нее кто-то смотрит! И это в пустой квартире, где она совершенно одна. Инстинкты не обмануть!

— Вик знает? — спросила она сухо. — Ну, о том, что ты продолжаешь задание? Платит?

Лера всерьез обиделась на брата за такое. Хотя и не могла не признать, что таким образом он проявил заботу.

— Знает, но не платит. Я не нуждаюсь. Ты сестра моего хорошего друга, так что моя помощь безвозмездна. И к тому же, порой, довольно приятно, — он снова перешел на шутливый тон.

— Зачем ты меня целовал там в подъезде? — не сдержала она любопытства. Этот вопрос продолжал занимать ее.

— В тот момент от тебя хорошо пахло. Намного лучше, чем когда ты сама пыталась. Вот я и решил удовлетворить твое любопытство, — поддел ее он.

Редди все-таки его ударила. Со всей силы двинула кулаком в плечо, жалея, что не может оторваться от дороги. Он расхохотался, шутливо забившись в угол и прикрываясь щенком. Когда она немного успокоилась и перестала так громко гневно сопеть, спросил:

— Скажи, тебе понравилось? Что ты почувствовала?

— Думала вытошнит! — поспешно выпалила она, но румянец выдал ее с головой.

— Врешь. Тебе понравилось. Иначе бы ты мне тогда не ответила. Но ты ответила. Целовалась как в последний раз, даже не зная кто я.

Своими шутками он точно забрался в самую глубину ее души. Вытащил наружу страшную тайну и размахивал ею у нее перед носом точно мальчишка-хулиган.

— Иди на хрен! Из-за тебя у меня паранойя! — обиженно выкрикнула она, не в силах достойно держать удар.

Слезы затуманили ее взгляд, вынуждая снизить скорость.

— Притормози-ка, — попросил Александр.

Она и сама была не против остановиться, не стоило вести машину в таком состоянии. Лера уставилась перед собой, стараясь дышать ровно и не расплакаться, но все же одна слезинка выкатилась, проделав влажную дорожку на щеке. Слишком много сегодня навалилось на ее хрупкие плечи. Тихо щелкнул отстегнутый ремень. Щенок был отправлен восвояси. Смирнов потянулся и стер влагу большим пальцем, осторожно повернув к себе ее лицо, едва ощутимо коснулся губами того места.

Как завороженная Лера наблюдала за его действиями и не шевелилась. Лишь когда его пальцы зарылись в ее волосы на виске и принялись тихонько поглаживали, она прикрыла веки и неосознанно прижалась к его ладони. Застыла чуть приоткрыв рот и переживая целую бурю незнакомых доселе ощущений, от которых подгибались пальцы на ногах, а мурашки устраивали форменную эвакуацию, бесконечно сбегая по спине.

Он не стал ее разочаровывать и поцеловал. Его губы оказались необыкновенно нежными и упругими одновременно. Лера сначала не ответила, но только потому, что испытываемые ощущения были так сильны, что ошеломили ее. Она вдруг поняла, что никогда не целовалась по-настоящему, все, что было раньше, можно считать баловством. Сейчас у нее кружилась голова и не хватало воздуха. Наконец, выпустив руль, она повернулась, насколько позволял ремень, и обняла мужчину.

Его язык настойчиво проник в ее рот, принялся ласкать, подначивая на борьбу. Толкая, гладя, посасывая. Исследуя каждый уголок. Поцелуй становился глубже, опаснее. Лера словно забыла себя, растворяясь в нем. Грудь до боли передавил пристегнутый ремень безопасности, но она не замечала его. Бабочки в животе устроили такую вакханалию, что она стиснула плотнее бедра, чувствуя приятные жар, разливающийся внизу живота. Александра, поглаживал ее горло, другой рукой обнял ее, но и от этой нехитрой ласки в небе вспыхивали новые звезды. Лера впилась в его куртку пальцами, точно стремилась проткнуть плотную ткань, чтобы ощутить теплую кожу. Не в силах выносить пытку удовольствием она испустила тихий стон.

Он отстранился первым, оставив легкое чувство разочарования. Выпрямился на сидении и ошалело усмехнулся.

— Надо бы притормозить, а то мы так никуда не доедем.