Глава 3

Уэйд сунул руку в седельный вьюк и вытащил бутылку виски. Отхлебнув из нее, он вернул ее на место. Собираясь с духом, он прошел к увитой виноградной лозой веранде. Дом в испанском стиле из высушенного солнцем кирпича за время отсутствия Блейка не обветшал. «Наверняка у Шианны кто-то есть», – подумал Уэйд с ухмылкой.

Постучав в резную дверь, Уэйд пристальным взглядом окинул фасад двухэтажного строения. Да, ничего не изменилось, вот только армия Союза сожгла дотла дом на плантации. Огромные арочные окна некогда украшали расположенное в долине ранчо, утопающее в море диких цветов. Асиенду окружали широкие террасы, позволявшие ее обитателям наслаждаться красотой природы под навесом, защищающим от жаркого летнего солнца. В лесу, за пределами внутреннего дворика, тек ручей, откуда брали воду жившие в главном доме и пристройках, где помещались слуги. В задней части асиенды была расположена ночлежка.

«Чего ж еще недоставало Блейку? – размышлял Уэйд, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. – Разве что очаровательной дочери, которая могла бы ввести в семью зятя, устроившего ее главу – Блейка».

За распахнувшейся дверью стояла пухлая девица. Уэйд улыбнулся. Наверняка это служанка Шианны Кимбалл. Зеркал на стенах в прихожей не было. Уродливой дочке Блейка, вероятно, не хотелось лишний раз смотреться в зеркало.

– Я прибыл, чтобы увидеть Шианну Кимбалл, – на одном дыхании выпалил Уэйд, сожалея, что не выпил всю бутылку. Это бы ему помогло пережить такую встречу!

– Минуточку… – ответила Рамона.

Критическим взглядом она окинула мускулистую фигуру незнакомца и улыбнулась. «Теперь здесь появится мужчина, который растормошит Шианну, – подумала она. – Caramba! Да будь она на двадцать лет моложе, то обалдела бы от такого красавца».

Рамона пошла сообщить хозяйке о визитере, а Уэйд медленно опустился на корточки, прижимаясь спиной к двери. О Боже, как же ему сейчас хотелось бросить все дела и галопом ускакать к пещере, где располагался его лагерь!

– Сеньорита? – Рамона вертела головой, пытаясь найти Шианну, которая в это время сидела с бухгалтерскими книгами. – Вас хотят видеть.

– Кто? – спросила Шианна, не поднимая взгляда.

– Я забыла спросить. Залюбовалась… – виновато признала Рамона. – Проводить его к вам?

Шианна рассеянно кивнула, ее мысли еще были заняты балансом за месяц. Закончив считать, она откинулась на спинку стула, обхватив голову руками. Расходы росли слишком быстро, а ей еще предстояло собрать стадо для отправки на север. Проклятие, где Блейк? Она нуждалась в нем и совершенно не представляла, где его искать. Но на поиски отца у Шианны времени не было. Чтобы собрать разбежавшееся стадо, отобрать телят для рынка, заклеймить их, потребуется остаток лета, – в первые дни осени их погонят на север.

Стук каблуков и звон шпор в холле оторвал ее от беспокойных мыслей. Шианна подняла голову – и потеряла дар речи. Мужчина, которого она вот уже два дня пыталась забыть, стоял перед ней! Шианна смотрела на него во все глаза. В одежде он был столь же привлекателен, как и в тот первый раз, когда она его увидела. Святые небеса! Она не хотела вспоминать, как перекатывались его мускулы, когда он двигался, не хотела ощутить заново прикосновений к его обожженной коже, хотела забыть его плутоватую улыбку.

Не менее поражен был и Уэйд. В первое мгновение он застыл с открытым от удивления ртом. Этим таинственным ангелом была Шианна Кимбалл, женщина, которую он считал ведьмой. Теперь он хотел отречься от каждой злой мысли о ней!

Уэйд не только бы разделил с ней общее хозяйство, но и постель. Эта мысль растянула его губы в игривую усмешку. Но фантазии Уэйда мгновенно рухнули, когда ошеломленное выражение лица Шианны сменилось холодной маской – казалось, этого холода хватило бы, чтобы превратить жаркую пустыню в ледовую Арктику.

– Что вы здесь делаете? – спросила Шианна.

Ее голос тоже был замороженным. Но эта стужа не могла охладить тот пожар, который она разожгла в нем. Из-под полей шляпы Уэйд пристальным взглядом исследовал ее высокую грудь и изящную шею.

Все было при ней – тонкая изящная фигура и безупречная кожа с легким загаром. Уэйду оставалось только гадать об остальных подробностях, но не было сомнения в том, что они его не разочаруют.

Когда взгляд Уэйда поднялся к лицу девушки, его губы сложились в уверенную улыбку. Шианна продолжала хранить недружелюбное молчание. Но ведь просто рассматривая Шианну, Уэйд никаких правил приличия не нарушал.

Заметив, что темные глаза Шианны начали осторожно ощупывать его, Уэйд тихо хмыкнул.

– На мне слишком много надето? О, я понимаю, вы не привыкли видеть меня в одежде. – Уэйд широко улыбнулся, показав ряд белых зубов. – Что ж, я могу снять кое-какие из вещичек.

Его острая шутка попала в цель. Этот пройдоха знает, где блуждали ее мысли. «Нельзя настолько обнаруживать свои чувства», – отругала себя Шианна.

Она вздернула подбородок, пытаясь оставаться холодной.

– Вы приехали сюда, чтобы снова продемонстрировать свое странное чувство юмора или по делу? – поинтересовалась Шианна. Будь Уэйд меньше уверен в себе, он бы ретировался. – Сейчас я очень занята. Если вы приехали, чтобы поболтать, то тратите впустую свое и мое время. Мне нечего было сказать вам тогда, нечего и сейчас.

Уэйд понял, что она остра на язык. Сохраняя снисходительность во взгляде, он успел осмотреть ее сверху донизу.

– Вы всегда столь неприветливы и резки со своими гостями? – насмешливо спросил Уэйд. – Так вы никогда не завоюете себе друзей.

Уэйд бросил шляпу на ближайший столик и шагнул в комнату. Его уверенного спокойствия, казалось, ничто не могло поколебать. Шианна решила, что с нее довольно, она сейчас укажет мужчине, которого встретила при таких смущающих обстоятельствах, его место. Поскольку слова оказались бессильными, она обратится к крайним мерам. Ее тонкие пальцы легли на револьвер, который она всегда носила на бедре. Незнакомец приближался к ней подобно передовому отряду вражеской пехоты. Шианна подняла револьвер, заставив замереть усмехающегося ковбоя на месте.

– Некоторые мужчины либо слишком тупы, чтобы понимать предупреждения, либо слишком грубы, чтобы прислушаться к женщине. К какому типу вы относитесь? – сверкнув глазами, выпалила Шианна. Она не ждала его ответа и продолжала: – Согласна, глупость преодолеть трудно. Мужчина, тупее килограмма фанеры, достоин сожаления. Но и тут есть средство. – С этими словами Шианна положила палец на курок револьвера. – И это средство столь же быстро, сколь и эффективно. – Ее губы сложились сердечком, они выражали слабый намек на улыбку.

Ее точеная бровь была приподнята, пристальный взгляд блуждал по его торсу.

– В тот раз я стреляла в никуда. На сей раз моей целью станете вы. Куда хотите получить пулю?

Уэйд отступил на шаг, в его глазах блестело возбуждение. Ах, как ему нравилась эта злючка. Она явно пошла в Блейка. Неудивительно, что эта темноглазая колдунья не была замужем. Она никак не походила на тех скромниц, которые заискивают перед мужчинами, чтобы потешить их мужскую спесь. У Шианны было лицо и тело ангела, а в душе бушевали адский огонь и сера.

Уэйд перевел дыхание и пожал плечами и с беспечным видом пошел к двери.

– Что ж, мисс Кимбалл, если вы настолько негостеприимны, то я оставлю информацию о вашем отце при себе. Мне непонятен ваш ледяной тон, если я привожу вам весточку от отца.

– Мой отец?! – защебетала Шианна, отбросила пистолет и метнулась к незнакомцу. – Мой отец жив? Вы говорили с ним?

Открытый сияющий взгляд Шианны наткнулся на хитрую улыбочку Уэйда. Радуясь такому исходу, Уэйд прикрыл дверь, скинул с ее плеча блестящий шнурок.

Шианну странно волновала близость незнакомца. Все пять ее чувств, казалось, насторожились, строя заслон мужской силе, которая давила на нее. Пытаясь преодолеть напряжение, Шианна теребила длинный шнурок, свисающий с его руки.

– Ну? Так что просил передать мой отец? – нетерпеливо спросила она.

– Жаль, но он не предупредил меня, что я рискую жизнью, пытаясь передать письмо его прекрасной дочери.

Его острый взгляд утопал в соблазнительных холмиках и впадинах ее прекрасного тела.

– Мне нечего вам сказать, пока вы не принесли извинений за оскорбительный тон, которым вы со мной разговаривали. Уж не говорю об угрозах. Я прибыл, чтобы развеять у вас опасения за вашего отца, а вы, мисс Кимбалл, вели себя так дурно.

– Я сожалею, – сказала Шианна поспешно. Она слишком торопилась узнать, что же стало с Блейком, чтобы тратить время на многословные извинения.

Извинения, которых хотел Уэйд, не требовали слов. Сейчас хозяином положения был он.

– Но этого недостаточно, принцесса. Я думаю, поцелуй излечил бы мою оскорбленную гордость.

Шианна уставилась на него так, словно у него выросли рога. Ее взгляд сказал все!

На ее губках четко нарисовался отказ, и Уэйд развернулся, коснувшись ее, что было небольшой компенсацией за отказ.

– Тогда прощайте. Встретить вас было приятно, но я обещал мамочке, что особо не задержусь.

Шианна заскрежетала зубами. Да он просто дразнит ее! С другой стороны, какой может быть вред от поцелуя? Пустячная плата за возвращение домой отца.

Прежде чем Уэйд дотянулся рукой до двери, Шианна, встав на цыпочки, торопливо чмокнула его в бронзовую от загара щеку.

– Теперь рассказывайте мне о моем отце. Я о нем очень беспокоюсь, – взмолилась она.

– Я сказал – поцелуй! Мой мул и то демонстрирует большую нежность. Ваша манера вести себя с мужчинами заставляет думать, что вы ничего не знаете о поцелуях. Недостаток практики, не так ли, мисс Кимбалл?

Пытаясь сдержаться, Шианна сжала кулаки. Ей так хотелось смазать эту высокомерную улыбку с его красивого лица. Закипая от бешенства, Шианна пододвинулась поближе к незнакомцу. Проклятие, она преподаст дерзкому ковбою урок – он его не скоро забудет! Но она вовсе не собиралась запечатать его губы поцелуем, она его «заведет», и оставит с носом. Мошенник это заслужил!

Ее податливое тело прильнуло к незнакомцу. Ее руки смело ласкали мускулистую грудь, кончики пальцев заплетались в волосах на его затылке, губы растянулись в соблазнительной улыбке.

– А так тебе нравится больше, – прошептала она, притягивая его голову к себе. Ее влажное дыхание охватило его рот задолго до того, как она коснулась его губами, пробуждая в нем желание проглотить ее.

То, что началось как возмездие наглецу, чтобы превратить массу мускулов в дрожащее месиво, имело неприятные для Шианны последствия. Ее дыхание участилось, по коже пошли мурашки. Терпкий аромат мужчины, который ее обнимал, заставил ее сердце биться, как молот о наковальню.

В ответ он не просто поцеловал Шианну, а пошел намного дальше! И она поняла, что этот нахал знает, что такое поцелуи, куда больше, чем она в свои двадцать один год. Ее держали опытные руки – не слишком сильно, но и не слишком слабо. Именно держали! Иначе бы она осела на вдруг ставших ватными ногах. Ничего не скажешь, он довел искусство поцелуя до уровня, достойного зависти любого Казановы – от Миссисипи до Песо!

О ангелы милосердные! Как же ошиблась Шианна со своим коварным замыслом. Ее заполонили незнакомые чувства, которые затрагивали, кажется, каждый нерв, каждую клеточку ее неопытного тела. Его прикосновения жгли ее. Его чуть напряженные губы, кажется, переворачивали все внутри ее. Они были крепкими, жаркими и немного хмельными. Блуждающий язык незнакомца раздвигал ее губы, маня в неизвестность.

Это самый интимный поцелуй, который только может быть, вдруг подумала Шианна. Но тут же поняла всю наивность этой мысли. Смелый незнакомец знал, как нежно напасть на женщину и сокрушить ее оборону. Подобно молниям, через нее током проходили яростные чувства. Справится ли она с этим огненным смерчем? Все ее тело наполнилось электричеством, которое парализовало и заставляло таять. Этот мужчина сокрушал все барьеры, которые она так старательно выстраивала между ним и собой, – она уже не могла не отвечать на его ласки.

И как удар молнии – он разжал свои объятия. Темные глаза Шианны светились от необычных ощущений. Наверное, этот человек был волшебником. Разве простой смертный смог бы внести такое смятение в ее душу? Ей даже показалось, что она полюбила его.

Шианна была погружена в свои смутные чувства, Уэйд же пытался перевести дыхание. При всем его опыте общения с женщинами он не мог не признать, что эта красотка первым же поцелуем вышибла из-под него опору. Стоит ей набраться опыта, и она станет просто роковой женщиной – соблазнительницей, доводящей мужчину до безумия, подумал Уэйд, и мысль эта была ему неприятна.

Рывком он освободил ворот рубашки, чтобы охладиться. Когда его сердце наконец перестало бешено стучать, Уэйд сказал:

– Если так выглядит ваше обычное извинение, то я не против еще поругаться.

Шианна покраснела до корней волос. Она не была уверена, что сможет достойно отшутиться, так что предпочла промолчать. Схватившись за стол, чтобы не упасть, она оперлась на него. Не сон ли это? Шианна не была уверена, что захочет вновь испытать что-то подобное.

Уэйд довел ее до стула, усадил, с опаской наблюдая за ошеломленным выражением лица Шианны.

– Ваш отец жив и здоров, живет в Спрингфилде, штат Иллинойс, – сказал он главное, что должно было успокоить девушку.

Шианна пыталась сосредоточиться на словах незнакомца.

– Штат Иллинойс? – с сомнением повторила она. – Почему же он не появлялся дома?

– В двух словах не расскажешь, – начал Уэйд, устраиваясь поудобнее, чтобы изложить события нескольких лет. – В Луизиане перегонщиков скота ждали большие неприятности. Мы с Блейком попали в засаду. Янки угнали наше стадо, чтобы кормить солдат Союза. Мы были ранены и искали безопасное место, чтобы отлежаться. – Уэйд колебался, не зная, подходящий ли это момент, чтобы рассказать о драматических переменах в жизни Блейка.

«Нет, не стоит, – решил он. – На сегодня с Шианны достаточно. Почему Блейк не приехал сам, он объяснит позже».

– После капитуляции генерала Ли Юг был оккупирован. Ну, это к слову. – Блейк сокрушенно вздохнул. – Мы ничего не могли поделать, пришлось отступать от тлеющих руин Юга. Когда все относительно устоялось, мы стали думать, что делать дальше, чтобы вернуться к нормальной жизни.

Уэйд чувствовал себя неловко под пристальным взглядом Шианны.

– До нас дошли слухи, что некто по имени Джозеф Маккой готов вести переговоры о торговле со штатом Техас. Этот штат буквально наводнен стадами крупного рогатого скота. Во время войны в Техасе насчитывалось свыше шести миллионов голов. А поскольку цена на рогатый скот, продаваемый на рынках Юга, не позволяла выгодно торговать, Маккой подсказал жителям Техаса, что стоит гнать скот в северные штаты. В Луизиане крупный рогатый скот идет всего по пять долларов за голову. А на рынках Севера – уже за двадцать пять и выше. И в это самое время Блейк и Джозеф Маккой принимают решение строить вблизи железнодорожных станций загоны для скота. Они пробовали еще наладить торговлю между Севером и Югом. В качестве конечного пункта для перегона скота было выбрано местечко Абилин в штате Канзас. Там собирались закупщики из Чикаго, чтобы приобрести техасскую говядину.

– Абилин, Канзас? – скептически переспросила Шианна. – Никогда не слышала об этом городке. Я всегда думала, что единственный рынок, где можно выгодно продать скот, это городок Седалия в штате Миссури. Именно там многие владельцы ранчо намерены брать рогатый скот этой осенью.

– Да, единственный рынок сбыта на юге, – согласился он. – Но Маккой хочет гнать стада прямо на север, минуя агрессивно настроенных фермеров штата Миссури, которые боятся распространения лихорадки, переносимой клещами вместе со скотом из штата Техас. Перегонщиков скота даже пытались линчевать вооруженные фермеры, не говоря уже о бродячих бандах, которые уводили целые стада. Не обходилось и без жертв среди перегонщиков.

Слова Уэйда не убедили Шианну.

– Вы, кажется, забываете, что между Техасом и Канзасом лежит индейская территория… – Тут Шианна осознала, что все еще не знает имени незнакомца.

– Уэйд Бердетт, – сказал он с легкой улыбкой.

– Бердетт?! – Шианна не могла поверить своим ушам. Она столько лет ненавидела этого человека, поскольку из-за него отец ушел на войну. А теперь он сидит перед ней – да еще так ловко выманил у нее поцелуй, который свел ее с ума. «Неудивительно, что отец оказался не способен противостоять этому ловкому мошеннику, – с горечью подумала она. – Этот Бердетт просто фокусник, который манипулирует людьми».

Заметив странную реакцию Шианны на свое имя, Уэйд подумал, что у роя шершней было бы больше доброжелательности к его персоне. Впрочем, он знал причину. Блейк не мог не выступить на стороне Юга. Однако Шианна не захотела поддержать Блейка, который перегонял стада голодающим конфедератам. И Уэйд решил, что сейчас не стоит рассказывать Шианне обо всем. Это может вызвать у нее новый всплеск гнева.

Уэйд нахмурился, наблюдая злой блеск в темных глазах Шианны.

– Да, я тот самый ублюдок, который напомнил Блейку о его обязательствах. Но позвольте мне уверить вас, что мне его долго уговаривать не пришлось. – Бровь Уэйда саркастически выгнулась. – Ну, теперь вы начнете кидаться в меня тяжелыми предметами, или я продолжу объяснения?

Как Уэйд Бердетт смог так точно прочитать ее мысли? Конечно, они не были написаны на ее лице. Неужели она была настолько прозрачна, или Уэйд действительно мог читать чужие мысли? Этот человек – просто ходячий сюрприз! Он бросил вызов всем принципам, которые она выработала в общении с мужчинами.

Немного успокоившись, Шианна откинулась на спинку стула и ждала продолжения рассказа.

– Почему же нет, продолжайте, – саркастически ухмыльнулась она. – Уверена, что, когда вы закончите свои хроники прошлых лет, от моей нынешней симпатии к вам не останется и следа.

«Ну и характер», – подумал Уэйд. Острый и невероятно упорный. Тяготы войны стесали бы ее острые грани. Но Уэйду нравилась ее юношеская дерзость. Это выдавало в ней страсть к жизни и, возможно, еще большую страсть в интимных отношениях. Последнее его заинтриговало больше всего. Когда они поговорили о прошлом и приступили к текущим делам, Уэйд поклялся себе соблазнить Шианну. Она подобна дикому мустангу, но ее можно приручить, если проявить терпение и настойчивость, и тогда она ответит лаской.

– Твой отец и Маккой прекрасно осознавали все опасности, подстерегающие путника при проходе индейской территории и столкновении с шайками бандитов, которые охотятся за стадами. Мы знали, что необходимо платить индейцам пошлину за право пересечь их земли, – пояснил Уэйд. – Но на севере меньше больших рек и больше открытого пространства, так что мы намеревались гнать скот в Абилин.

– О какой численности стада идет речь? – настойчиво спросила Шианна. Она становилась все более подозрительной. Не Уэйд ли уговорил ее отца вложить средства в дела, которые подорвут хозяйство его ранчо? Чего же он хотел на самом деле? Н? входит ли в его планы поправить за их счет свое благосостояние, которое, вероятно, пошатнулось во время войны?

– О трех тысячах голов, которые мы погоним в Абилин, – непринужденно ответил он.

– Три тысячи! – недоверчиво воскликнула Шианна. Она мысленно прикинула расходы на корм, оборудование и выплаты наемным погонщикам, которые три месяца будут гнать скот. Это стоило бы почти всего, что она сумела сэкономить за трудные годы войны. Уэйд, должно быть, думал, что ее отец – мультимиллионер. Либо Блейк пребывал в радужном заблуждении! Наверное, ее отец вообразил, что за эти годы их прибыли ничуть не уменьшились. Наверное, он потерял голову!

– Я не знаю, доверяет ли мой отец вам финансовую сторону вопроса, но я только что свела баланс, господин Бердетт…

– Уэйд, – вставил Бердетт с улыбкой. Эту реплику Шианна демонстративно проигнорировала.

– Уэйд, – спустя мгновение поправилась она, а затем обрушилась на Бердетта: – Мы не можем позволить себе перегонять такие большие стада, даже если в конце пути нас ждет горшок с золотом. Одни лишь начальные вложения вынудили бы меня продать несколько сотен акров ранчо!

Уэйд не мог найти себе места. Шианна оспаривала все, что бы он ни сказал. То, что он скажет сейчас, несомненно, вызовет у нее еще больший гнев.

– Ваш отец и об этом подумал и продал мне пятьсот акров. Эти деньги будут использованы, чтобы отсрочить часть расходов.

Онемев от изумления, Шианна уставилась на него. Блейк продал часть ранчо этому!.. Шианна искала точное слово, чтобы определить этого спокойного, самоуверенного человека, боявшегося вкладывать деньги в рискованное предприятие, которое могло принести ему прибыль. К сожалению, такого определения ему она не смогла подобрать.

Воспользовавшись наступившей тишиной, Уэйд поспешил все объяснить:

– Отошедшая мне земля находится к северо-востоку от асиенды, где берет начало ручей. Я уже разбил там лагерь.

В голове Шианны пронесся рой мыслей. Уэйд купил землю там, где Маманти намеревался держать совет. Проклятие, он не мог выбрать худшего! Об этом месте долгое время ходили смутные слухи. Ковбои клялись, что там в пещере кто-то часто бывает. Тем духом, который жил в пещере на склоне холма, был Маманти. Очень подозрительное место. Не хватало еще, чтобы там поселился Уэйд.

– Полагаю, вы предпочли бы этому месту другой участок земли, мистер… Уэйд, – на ходу поправилась Шианна. – Ранчо большое. Если мой отец действительно продал вам землю, то для вас будет нетрудно обменять ее на другой участок.

Зеленые глаза Уэйда изучали лицо Шианны. Неужели этот участок земли настолько для нее важен? Бывала ли там Шианна? А если не бывала, то почему настаивает на другом?

– Вы имеете что-то против того участка, который я выбрал? – прямо спросил Уэйд.

Еще бы! Ведь Уэйд Бердетт мог оказаться в самом центре воинственных танцев команчей, запросто мог быть поджарен на их ритуальном походном костре. Но всего этого Шианна не могла сказать ему. Если до других владельцев ранчо дойдет слух, что Пророк Совы и его военный совет собираются на землях ранчо Кимбалла, то уже на ее заднем дворе будут бушевать индейские войны. Черт возьми, сначала была Гражданская война, а теперь это. Что может быть хуже? Мало у нее других проблем?

Но почему леди так изменилась в лице? Уэйд был весьма искушен в чтении мимики людей. По линии бровей Шианны он увидел ее смятение.

– Так почему вы не хотите, чтобы мне принадлежал именно этот участок земли? – снова задал он вопрос, добиваясь вразумительного ответа.

– Только потому, что это места игр моего детства, – подстраховалась она. – Рассказывают еще, что в пещере обитают призраки, я никогда бы не подумала, что папа отдаст этот участок земли… особенно незнакомцу.

Уэйд не поверил в эту отговорку. Наверняка есть другая причина, почему Шианна опасается отдавать ту часть земли. Неужели она знает?.. Проклятие, если она знает, то тайна пещеры может раскрыться. Допуская, что Шианна случайно может наткнуться на его пещеру, Уэйд решил не обсуждать этого вопроса, пока точно не узнает, что известно Шианне. Он сменил тему разговора, перейдя к причинам, почему его послали на ранчо Кимбалла. В конце концов, он может продолжить этот разговор потом, когда ее истерика поутихнет.

– Поскольку Блейк решил поехать в Спрингфилд, а затем в Абилин, чтобы наблюдать за строительством железной дороги, он прислал сюда меня. Рекомендательное письмо было украдено вместе с одеждой и всем остальным, но согласно желанию Блейка я становлюсь вашим опекуном. В мои обязанности также будет входить сбор и клеймение лонгхорнов для перегонки на Север.

Как и ожидал Уэйд, Шианна вскипала. По мере того как он говорил, еще щеки наливались краской.

– Что?! – Шианну буквально подбросило на месте. Уэйд знал, какой будет реакция, и он не ошибся. Когда Шианна опустилась на стул, ее глаза метали молнии. – Вы думаете, что я вот так сразу поверю совершенно незнакомому человеку на слово, что ему предоставили доверенность? Вы думаете, что я позволю вам принимать решения за себя и своего отца? Вам следует крепко подумать об этом, Уэйд Бердетт! – метала молнии Шианна. – Именно я не позволила развалиться хозяйству за эти несколько лет. Я принимала все решения во время кризиса… и, поверьте мне, это стоит награды! – Шианна показала себе на грудь, подчеркивая свою мысль. – Я управляю ранчо. Мой отец все еще думает, что я – маленькая девочка, которую он оставлял дома, чтобы поддерживать огонь в камине, пока вы там боретесь непонятно за что и жертвуете скот побежденной армии. – Шианна махала пальцем перед лицом Уэйда, едва не задевая его нос. – Я не дурочка, чтобы за здорово живешь отдать свои обязанности человеку, который украл у меня отца! – Казалось, что Шианна вот-вот взорвется и утопит в своем гневе человека, который доставил ей такие страдания. – Вы не отдадите моим ковбоям ни одного распоряжения. У вас нет ни одного доказательства, что вы приобрели землю, как и нет подлинного документа, согласно которому я должна сдать вам дела по управлению ранчо…

Уэйд, не торопясь, вытащил из кармана купчую и положил перед Шианной.

– Смотрите, принцесса, подписанный, за всеми печатями, вот он. – По его губам зазмеилась ухмылка, глаза блеснули зеленым огнем. – Я не потребую от вас, чтобы вы называли меня ваше величество. Достаточно лишь имени, твоего и моего. Давай обойдемся без формальностей.

Шианна впилась взглядом в купчую, затем в широкую белозубую ухмылку Уэйда.

– Во всем этом меня расстраивает лишь одно, ваше величество, – ответила она с ядовитой улыбкой.

– Только одно? И что же? – с сарказмом прожурчал Уэйд.

– А вы спросите меня, и я отвечу.

Во взгляде Шианны появилась твердость стали.

– Вы, случайно, пришли сюда не по воде, сэр? – Последнее слово она почти выплюнула изо рта, как колючку.

Ничуть не смутившись от ее попытки унизить его, Уэйд широко улыбнулся.

– Зачем же, я приехал верхом. Положение опекуна и защитника – это не моя прихоть, а настойчивая просьба Блейка. Ваш единственный шанс стать королевой – выйти замуж за короля. Эту возможность, думаю, Блейк предусматривал, отправляя меня в Техас, когда сам направился в Абилин.

Лицо Шианны побелело. Выйти замуж за эту гремучую змею? Должно быть, ее отец на войне тронулся рассудком.

– Да я скорее покончу с собой! – вскипела Шианна. – Вы увели от меня отца, когда я в нем так нуждалась. Я тогда была на вас в обиде, а теперь тем более!

Уэйд сорвался со стула. Страсть к этой женщине будоражила его.

– Я не самый плохой вариант, – надменно сказал он. – Вы даже полюбили бы меня, если бы узнали поближе. Почему я так думаю? Я могу назвать нескольких женщин, которые, ни минуты не размышляя, приняли бы мое предложение руки и сердца… Но они только ваши. Я не могу сказать, что дьявольски красив, но моя внешность, как мне сказали, вполне терпима.

«Знаетже, черт, насколько привлекателен», – кипятилась Шианна. У него было выразительное лицо, мужественная фигура. В Сан-Антонио мимо такого не пройдешь. Но чем красивее мужчина, тем хуже он для брака, напомнила себе Шианна. Уэйд слишком уверен в себе, даже высокомерен. Шианна уже решила для себя: если уж и должна выйти замуж, только за петуха прерий, но никак не за павлина! По убеждению Шианны, внешность мужчины – не главное, на первое место она ставила душевные качества. Ей нужен был человек, которым она могла бы восхищаться – надежный, прямой, честный, а не писаный красавец.

– Если есть масса женщин, которым не терпится примерить ваше обручальное кольцо, то берите их в свой гарем и уезжайте в штат Юта, где вы сможете жениться на всех разом, – язвительно заметила Шианна. – А меня ни в малейшей степени не интересует, какие планы строил мой отец, не посоветовавшись со мной. Я самостоятельная женщина, и никто не может указывать мне, что делать – ни мой отец, ни, уж конечно, вы! – Ее голос переходил на фальцет, она буквально визжала.

«Бог мой, как она великолепна в ярости», – подумал Уэйд. Все было, как он и думал. Эта тигрица жила со страстью, ненавидела со страстью, а уж любила, наверное, как… Его размышления прервал неожиданный удар, это Шианна столкнула его со стула.

Шианна встала над ним, демонстрируя полное бесстрашие.

– Возьмите свое предложение, свои планы и засуньте их в седельный вьюк, Уэйд Бердетт! Поищите других владельцев, которые предложат вам землю. И убирайтесь с моего ранчо. У вас не будет здесь участка земли, который вам предложил отец в припадке безумия. У вас не будет ни одного акра на ранчо Кимбаллов! Я буду возражать против законности купчей до возвращения моего отца. Только он может меня уверить, что был в ясном уме и трезвой памяти, когда подписывал эти бумаги.

Уэйд понял – нет, и его терпению подходит конец. Эта злюка может вывести из себя святого.

С изяществом ягуара Уэйд вскочил со стула, пытаясь прижать Шианну к столу. Хотя он все еще улыбался – это было его манерой, – в глазах гостя появился опасный блеск. Шианна чувствовала его горячее дыхание, твердость мышц. Уэйд наклонил к ней голову, требуя внимания.

– У нас небогатый выбор. Либо вы, принцесса, спуститесь со своего пьедестала сами, либо я вас стащу оттуда. Но в любом случае ведение хозяйства ранчо я беру на себя.

В приступе ярости не чувствуя страха, Шианна испепеляла его взглядами.

– А благодаря кому вы здесь сейчас находитесь, и на вас – одежда? – не без сарказма заметила она. – Извините уж, что к вашему приезду я здесь не сделала уборку. Если бы вы сообщили о своем визите заранее, я устроила бы банкет с шампанским и девочками.

Уэйд удерживал Шианну за плечи. О, как ему хотелось потрепать ее, как котенка, за ушко. Ему довелось встречаться с грозными противниками, но он понятия не имел, как противостоять женщине, которая испытывает его терпение.

– Если вам так нравится, можете острить сколько угодно, коварная вы моя. Но управление хозяйством ранчо я беру на себя. И вы будете делать то, что я вам скажу и когда я вам скажу! – прогрохотал Уэйд низким и внушительным голосом.

Волею судьбы в жилах Шианны текла кровь гордых шайенских воинов, которые не щадили жизни, чтобы защитить свое достоинство. Уэйд бросал вызов ее чувству собственного достоинства, ее независимому характеру. Шианна была слишком оскорблена, чтобы не бросить ему ответный вызов. Это было делом принципа. Если она не даст немедленный отпор, то этот наглец запросто перешагнет через нее.

– Слушай, презренный сын… – Но Уэйд с проворством змеи захватил и сжал в объятиях свою жертву. Его губы прижались к ее губам, прежде чем она успела что-либо сказать. Шианна боролась с руками, которые прижимали ее к жилистому телу, боролась против собственных изменников – чувств, которые вспыхивали в ней вслед за его властным поцелуем. Она проклинала себя за то, что, кроме отвращения, испытывала и другие чувства. Но, будучи женщиной решительной, преодолевала их. Шианна отказалась отвечать на поцелуй, целью которого было доказать его мужское превосходство.

Когда Шианна под его руками осталась непоколебимо твердой, Уэйду показалось, что он целует каменную статую. Потерпев поражение, он рычал от бессилия перед этой упрямицей. Все его попытки лишь усиливали ее недоверие и ненависть. Шианна гордилась своими достижениями и отстаивала право на них. Действительно, то, что увидел Уэйд на ранчо, свидетельствовало о его хорошем состоянии, хотя большинство мужчин, работавших здесь, уехали воевать. Другие ранчо, судя по их состоянию, управлялись хуже. Хотя эта вспыльчивая гордячка и недотягивала до своего отца росточком, она с лихвой компенсировала это волевым характером и неумолимой решительностью. И хотя у Уэйда оставался неприятный осадок от их общения, он все же понимал ее обиду от того, что ею попытался кто-то командовать.

Но черт возьми, это же ничего не меняло! В обязанности Уэйда все же входило свести концы с концами так, чтобы к осени можно было собрать стадо для отправки на рынки. Он заключил с Блейком сделку и не хотел ее нарушать только из-за этой малышки росточком в пять дюймов и один фут.

И Шианна, и Уэйд были тверды всвоих убеждениях и решимости их отстаивать. Бесконечно долгое мгновение они пожирали взглядом друг друга, как бы пытаясь пробить брешь в невидимой стене. Бердетт не знал, как ее преодолеть, чтобы растопить лед. А Шианна, возмущенная принуждением, хотела добраться до обидчика и выцарапать ему глаза. Оба зашли в тупик. Никто не хотел уступать, впрочем, как и не хотел ввязываться в драку.

Уэйд поймал себя на мысли, что ошибся, надо было заморить эту ведьму голодом мужского внимания. Тогда она смотрела бы более благосклонно на их сотрудничество, куда благосклоннее. Теперь же ее заклинило на ее детском упрямстве игордыни.

Несмотря на то что Уэйд не собирался отступать, его действительно заботили чувства Шианны. Хотя его терпение и подходило к концу, он не хотел сдавать позиции, поскольку уже вторгся в личную жизнь Шианны, по той же причине он решил не сообщать последнюю часть информации от Блейка. В такой момент не следовало подливать масла в огонь. Шианна считала его самым презренным существом на свете. Черт возьми! Он хотел добиться ее уважения, доверия, но когда натыкался на ее взгляд, видел выражение ее лица, то понимал, что шансов у него практически нет. Выражение ее лица было столь красноречиво, но в ее безмолвном монологе не было ни одного приветливого слова. Уэйд явно подъехал к ней не с той стороны, и Шианна явно не увидела его хороших черт.

Бердетт перебрал в голове множество вариантов, но не нашел ни одного, который бы помог ему изящно выйти из драки победителем. Шианна ждала от него каких-то слов, но что бы он ни говорил, итог был бы один. Если бы даже он сказал, что безумно любит ее, и тогда она не спрятала бы когти. Леди без борьбы не сдавалась, но и Бердетт не собирался удирать от нее в Луизиану. Если бы он отступил теперь, то перестал бы себя уважать!

Загрузка...