Ульяна.
На работу как на праздник! Нет, не мой случай. На работу как на войну! Боевой настрой и не менее суровый раскрас. Несмотря на всё предпринятые попытки обрести душевное равновесие, во мне поселилось устойчивое желание сидеть в засаде и выглядывать из-за поворота появление потенциального противника. Чтобы успеть свернуть в другую сторону или спрятаться в уголок, едва завидев его издали.
«Смешно, Уля. Вам далеко не пятнадцать, чтобы вести себя как малолетние нашкодившие дети».
Выпрямив спину и решительно шагнув из класса тут же носом упёрлась в грудь Витали.
— Виталий Викторович, здравствуйте, — отшатнувшись поздоровалась я с ним. — Что-то произошло на уроке с моими учениками?
— Привет. Поговорим?
— Если это не касается рабочего процесса, то вынуждена вас огорчить, я спешу.
— Куда? — сложив на груди руки спросил он, приподняв бровь и загородив своей мощной фигурой проход.
— В столовую. Обед всё-таки, кушать знаете ли очень хочется.
— Пойдём, — резко разворачивается и кладёт мою руку к себе на сгиб локтя, лишая меня возможности отказаться или ретироваться. — Нам в любом случае следует всё обсудить, убегая от разговора, ты ничего не решишь.
— Мне нечего с вами обсуждать. Ничего особенного не произошло, а если бы и произошло, то больше никогда не повторилось.
Бойцов резко остановился, и я по инерции шагнувшая вперёд, чуть опять не впечаталась в его грудь.
— Решила спрятать голову в песок как страус и делать вид, что всё так и должно быть⁈ — едва не повышая голос, возмутился мужчина.
— Не кричи, — зашипела как кошка на мужчину я и улыбнулась проходящим мимо школьникам. — Ты привлекаешь к нам ненужное внимание. Да, я считаю, что всё на этом должно закончиться.
Сверкнув глазами и, не говоря больше ни слова, он аккуратно снял мою руку с локтевого сгиба и развернувшись в обратную сторону зашагал прочь. Моё глупое сердце обливалось кровью, билось в такт его шагов и умоляло прямо сейчас догнать мужчину.
Но врождённое упрямство заставило меня продолжить путь в столовую. На ватных ногах я добралась до пункта назначения и со стеклянными глазами остановилась у буфета.
— Миленькая моя, ты чего такая бледная? Плохо что ли? Давление или ученики довели? — тут же засыпала меня вопросами заботливая Людмила Захаровна.
— Всё хорошо. Устала немного.
— Я тебе по секрету новость расскажу. Взбодрю немного так сказать, — женщина подалась ко мне корпусом и заговорщически понизила голос. — В этом году корпоратив праздновать в школе будут.
— Да? Почему? Неужели денег на аренду кафе не нашлось?
— Прям-таки. Элла Фёдоровна просто сказала, что не хочет позора как в прошлом году и поэтому сор из избы выносить не будет.
— Неужели что-то серьёзное произошло? — теперь уже я подалась вперёд от любопытства.
— Историк напился, англичанка к физруку приставала прямо там, на танцполе, — щедро делилась информацией наша заведующая ложками да поварёшками.
— Какие страсти! Приставания-то увенчались успехом? — на душе тут же заскребли кошки и полоснула ревность. Я прекрасно понимала, что та самая англичанка приставала к одному из «моих» физруков. Пусть это было почти год назад, но ведь нет ни одной гарантии, что такое не повторится и в этом году. — Зато вам теперь весь праздник обломают. Будете в очередной раз у плиты стоять.
— Нет, что ты. Начальство сказало нам всё из ресторана доставят, — пропустила мимо ушей фразу о приставаниях и отмахнулась от слов про готовку Людмила Захаровна. — Но присутствовать мне всё же придётся. Разве я могу свою кухню без присмотра оставить. Натворят тут дел ещё без моего ведома.
— Так и без этого разве стоит упускать возможность хорошо отдохнуть? — игриво подмигнула этой словоохотливой женщине я.
— Ну вот, теперь и у тебя глазки загорелись. Ты давай самое красивое платье одевай. Глядишь физрук ещё сам к тебе приставать полезет. О, Валера, лёгок на помине.
У меня же по спине вновь прошёл электрический ток и затылок опалило его дыхание. Он не приближался вплотную, но я каждой клеточкой своего тела чувствовала его присутствие. Словно даже если я закрою глаза пойму, куда он смотрит или решит дотронуться.
— Ох, Ульяна Романовна, заболтала я тебя. Что кушать будешь моя ты тростиночка?
— Кофе и булочку, — едва выдавила из себя, пытаясь бороться с нахлынувшими чувствами.
— Поговорим? — как только буфетчица отвернулась, чтобы выполнить мой заказ спросил Валера.
— Нет.
— Ульяна, не строй из себя недотрогу. Я знаю, что тебе всё понравилось. Пострадала немного и хватит.
Всё это он говорил, находясь за моей спиной. Возвышаясь словно гора и морально подавляя не только своей мощью, но и запахом. Нос уже давно жадно втягивал аромат его тела смешанный с парфюмом. У Валеры он был более резкий, я бы сказала хищный, у Витали наоборот, терпкий, пряный и головокружительный.
— Приятного аппетита, — подала мне заказ Людмила Захаровна. — Валер, тебе как обычно?
— Да.
И вот надо же было Колесникову выбрать именно этот момент, чтобы шагнуть вперёд. По всем законам жанра, я не ожидающая такого поворота событий едва не врезалась в мужчину и дёрнула рукой, в которой была чашка кофе. Конечно же, я благополучно пролила его себе на блузку. Новую, первый раз надетую вещь!
— Заррраза! — вскрикнула я, понимая, что кофе был довольно горячим.
— Ульяна! Больно?
Валера вынул из кармана спортивных брюк платок и, потянув за пуговицу часть блузы, стал оттирать с неё кофе.
— Валерий Сергеевич, неужели вы не видели, что я иду в вашу сторону с чашкой кофе в руках! — шипела я от возмущения и лёгкого жжения в районе груди.
— Не думал, что так получится, — виновато взглянув мне в глаза, продолжал тереть ткань многострадальной блузы.
Тут к нам подоспела буфетчица, в руках которой было небольшое махровое полотенце. Сунув в ладони Валере она начала причитать про то, что у меня там, наверное, ожог и мне нужно срочно к медику.
— Да нет, не переживайте. Всё хорошо. Блузку только жаль, — пыталась я успокоить взволнованную происшествием женщину.
— Валера, ну-ка проводи девочку в медпункт. Живо!
— Слушаюсь и повинуюсь Людмила Захаровна!
Мужчина тут же подхватил меня под локоток и сунув в руки полотенце, что предоставила буфетчица повёл на выход из столовой. Хорошо, что в это время там уже почти никого не было.