В начале жизни школу помню я… Размышления об учителях и учительстве

© Ямбург Е. А., 2025

Вступление

А. С. Пушкину (чья строка из стихотворения, посвященного лицейским годам, стала названием этой книги) повезло со школой и ее педагогами. Правда, не со всеми, но об этом позднее. Поэт с теплотой вспоминает школу, потому что был успешен в учебе? Не будем торопиться с ответом.

Увы, большинство людей сохранили о школе неприятные воспоминания, даже в том случае, когда неплохо ее окончили. Вот пример: девушки-подружки десять лет просидели за одной партой, обе за успешную учебу получили золотые медали. Став взрослыми дамами, они в интервью ответили на вопрос, какими эмоциями у них окрашены воспоминания о школе. Первая описала школьные годы в радужных тонах, а вторая вспоминает школу как кошмарный сон. Отчего так?

В памяти немедленно всплывает картина Ф. П. Решетникова «Опять двойка», у которой, будучи детьми, мы подолгу задерживались в Третьяковской галерее, ибо глубоко сочувствовали главному персонажу. Печаль пришла в семью. Расстроены все: мама двоечника, горестно скрестившая руки на коленях, старшая сестра, младший брат. И только собака продолжает бескорыстно любить своего хозяина, вопреки его школьной неуспешности.

Как правило, радостными и веселыми приходят первоклассники 1 сентября в школу, но с течением времени их мотивация к учению падает. А в итоге – мрачные воспоминания о годах, проведенных за партой.

Книга американской писательницы и педагога Бел Кауфман (кстати, внучки классика еврейской литературы Шолом-Алейхема) о ее работе в школе называется «Вверх по лестнице, ведущей вниз». Парадоксальное противоречие?..

Да, по мере обучения школьные годы окрашиваются в мрачные багровые тона. Так вот, сверхзадача этой книги – постижение секретов педагогической профессии. Восхождение к высотам педагогического мастерства, позволяющим растить детей в радости, создавая условия для их как можно более полной самореализации.

Откровенно говоря, всю жизнь я пишу одну книгу. Догадываюсь, что многие писатели заняты тем же самым. По сути дела, я пишу сагу под названием «Педагогическая трагикомедия».

Размышление первое. Ученик между Сциллами и Харибдами

Выражение «между Сциллой и Харибдой» употребляется, когда говорят о сложном положении, в котором, даже если избежишь одной неприятности, с высокой вероятностью попадешь в другую. Одиссею было проще, с ним такое произошло всего раз, а ученики пребывают в этой ситуации постоянно. Разница еще и в том, что Сцилла и Харибда выступают под иными именами. Какими? Вот они:

безрезультатность – успешность;

утилитарность – бесполезность;

запреты – вседозволенность.

В этих тисках ребенок находится постоянно. В итоге он начинает испытывать чувство глубокого унижения, которое сопровождает его на протяжении всей школьной жизни.

Раскрыть эти кричащие противоречия необходимо на конкретных примерах.

Результативность обучения, казалось бы, надежный критерий его качества. Однако нам известны многие великие двоечники. Так, например, будущего нобелевского лауреата Ивана Бунина исключили из гимназии «за неспособность». На второй год оставался философ Василий Розанов. Махровым второгодником был Антон Чехов, которому с трудом давались иностранные языки. Будущий великий режиссер Всеволод Мейерхольд сидел три года в одном классе. Он попросту обманывал отца и вместо школы ходил в цирк. Да и Пушкину не давалась математика, он не в состоянии был поделить число 33 пополам, за что заслужил насмешки от педагога и лицейских товарищей. Поэт припомнил эти обиды в ироническом ключе – в сказке 33 богатыря выходят у него парами. Дядька Черномор не в счет. Он идет сзади, замыкая колонну.

Испокон века школа нацелена на то, чтобы давать детям утилитарные знания, те, которые могут и должны пригодиться в жизни. Но практическая полезность – вещь относительная.

Шерлок Холмс, как известно, совершенно ничего не знал из области астрономии, чем поверг в изумление доктора Ватсона. Знаменитый сыщик был убежден, что Солнце вращается вокруг Земли. Холмс нисколько не смущался своей астрономической безграмотности, утверждая, что эти знания являются для него лишними. Зато прекрасно разбирался в химии и почвоведении, что помогало сыщику раскрывать самые запутанные преступления.

Молодость самонадеянна и прагматична. Подростки часто не могут взять в толк, зачем им так называемые лишние знания, которые нисколько не помогают в практической жизни.

В романе Алексея Варламова «Мысленный волк», удостоенном премии «Большая книга», есть эпизод: образованная городская девочка Уля убеждает друга Алешу в необходимости ходить в школу. А тот недоумевает: зачем, когда он максимально приспособлен к жизни в дикой природе?

Между тем о том, что человеку недостаточно обходиться только нужным, писал Уильям Шекспир. Он несколько раз обращался к этой мысли:

Упомянутого Шерлока Холмса несколько оправдывает то, что химия и почвоведение были ему «любы». И уж совсем не вписывается в прагматические установки сыщика его ежедневная игра на скрипке.

О презренной пользе читаем и у Пушкина в «Моцарте и Сальери»:

Но, может быть, такая позиция относится только к людям искусства? А вот и нет. Отец Александр Мень говорил и писал о том, что каждый человек может быть творцом – творцом собственной души. Он верил, что каждый человек отвечает за свои поступки и решения, которые формируют его судьбу. Эта идея тесно связана с его богословскими взглядами, где особое внимание уделяется свободной воле и ответственности человека перед Богом.