В плену Зверя

Глава 16

Прихожу в себя мучительно – вновь и вновь сознание проваливается, будто в яму, а я никак не могу из нее выбраться. Меня бросает то в жар, то знобит от холода, и кажется, что это состояние длится вечно. Я старательно цепляюсь за отдаленные голоса, стараясь вынырнуть и очнуться, но не выходит. А потом все тело резко расслабляется и я отключаюсь. Именно отключаюсь, потому что снов мне не снится, только приходит странное спокойствие и облегчение.

Не знаю, сколько прошло времени, когда мне удается открыть глаза. Сквозь плотно задернутые шторы пробивается слабый свет и я, еще мало что понимая, оглядываю комнату. Вроде бы обстановка та же самая. Я не умерла?

Дверь распахивается и в комнату заходит кто-то в белом халате. Зрение фокусируется не сразу: врач успевает раздвинуть шторы и отходит к дальнему столику. Щурюсь от яркого света, в нос пробивается неприятный запах лекарств, как будто я оказалась в процедурном кабинете. Реальность наваливается разом и на несколько секунд даже сбивает с толку.

– Здравствуйте, Марина Константиновна, – неторопливо поприветствовал меня доктор. Пожилой мужчина направился ко мне, на ходу выпуская из шприца воздух. Я попыталась подняться, но он тут же замахал руками, – нет, лежите, не вздумайте вставать! У вас еще сильная слабость в теле.

– Что вы… мне собираетесь колоть? – хриплым и как будто не своим голосом спросила я.

– Лекарство. И ничего из того, что ты собиралась выпить, – слышится откуда-то сбоку полный стали голос.

Дамир. Он здесь?! Вздрогнула всем телом, когда поняла, что все это время он стоял в дальнем углу комнаты, сложив руки на груди, и наблюдал за мной. Так и не решилась перевести на него взгляд – пялилась на врача, боясь даже шевельнуться. Мужчина деловито смазывал кожу на сгибе локтя, собираясь, видимо, сделать укол в вену, и ни на что не обращал внимания. А я даже забыла о том, что хотела возражать.

– Вот так, – довольно кивнул врач, когда сделал укол, – А через полчаса я поставлю капельницу. Знаете, Дамир Муратович, я все же настаиваю на том, что Марину Константиновну стоит госпитализировать, – сказал он, повернувшись к Зверю, – И очень рекомендую подыскать хорошего психолога. Но лучше психиатра.

Психолога или психиатра? Только хотела возмутиться, как сразу же прикусила язык. То есть врачу сказали, что я хотела покончить с собой? И так же думает Дамир??

– Вячеслав Геннадьевич, у вас есть все, чтобы обеспечить Марине уход не хуже, чем в больнице, – отрезал жестко Дамир, – Скажите, что еще нужно для ее лечения – и все это вам доставят сюда, – а после взглянул на меня и закончил, – Марина останется дома. Психолога я приглашу сюда.

Я сглотнула, поймав его прямой взгляд. До этого старалась как-то избегать присутствия Зверя, но не заметить его огромную пышущую силой фигуру невозможно – он так и притягивал к себе. Дамир выглядел уставшим и даже слегка бледным, в измятой рубашке, небритый. Его глаза лихорадочно блестели и мне показалось, что он не спал как минимум сутки. Меня даже совесть кольнула за это на секунду.

– Ну… хорошо… – сдался врач.

– А теперь оставьте нас, мне нужно поговорить с Мариной Константиновной, – предельно вежливо попросил Дамир.

– Но подождите! Она еще слаба, яд не до конца нейтрализован…

– Вон, – бросил Зверь короткий приказ и от его ледяного тона по спине побежали мурашки. Дамир вроде бы общался с врачом, но глаз не сводил с меня. И если бы способен был замораживать, я давно покрылась бы инеем, как и комната вокруг.

Врач заворчал почти неслышно, но вслух не решился перечить и быстро покинул комнату, плотно прикрывая за собой дверь и оставляя нас наедине. Дамир делает шаг ко мне, еще один и я почти перестаю дышать. Совсем недавно он говорил “Не бойся меня”, но тело само цепенеет, когда он такой. Злой безудержный зверь, который рвет последние цепи, чтобы вырваться наружу и растерзать всех. Меня.

Внешне Дамир просто ледяное спокойствие, но почему тогда от него расходится такая энергетика, будто под кожей в его венах бугрится и течет раскаленная лава? Вулкан, который вот-вот взорвется. Я все жду момента, когда это произойдет и его огонь поглотит меня, но Дамир, вопреки ожиданиям, садится на край постели и берет мою руку. Хмурится, обводя место укола на сгибе руки.

– Зачем ты это сделала? Я ведь не насилую тебя, не издеваюсь, не бью, не унижаю. Все, что от тебя нужно – быть покорной и страстной в постели. И все.

Когда его пальцы бегут выше по руке, невольно вздрагиваю.

– Я… На самом деле я хотела отравить тебя.

Дамир замирает. Сжимает до боли мое запястье и медленно поднимает пылающие огнем глаза.

– Что?

Правда вырвалась сама собой и я испуганно смотрю на него. Без звука, только слезы текут по щекам.

– Я… на самом деле я не хотела тебя травить, Дамир, – шепчу торопливо, а у самой горло сковывает от страха, – точнее я… хотела, но никогда бы не решилась. Я не убийца. Не смогла бы никогда…

– Яд был в кофе. Значит, смогла.

– Я испугалась, когда ты вошел. Баночка просто выскользнула из рук, когда я повернулась к тебе.

– То есть отрава, которую ты выпила, предназначалась мне? – от его проницательного взгляда по спине бегут мурашки и тело дрожит, как от озноба. Не могу даже шевельнуться и выдавить из себя последнее признание.

Зачем он переспрашивает? Я ведь уже сказала правду! Боже мой, он просто убьет меня за то, что я чуть не сделала... Но, наверное и правильно сделает.

Зажмуриваюсь изо всех сил, сглатываю, собираясь с силами, и киваю. «Да, Дамир, эта отрава предназначалась тебе», – хочу сказать, но не могу. И не смогу никогда. Зверь смотрит на меня. Безотрывно, не моргая, как будто заглядывает в душу своими черными демоническими глазами.

– Я знаю, как это звучит… – выдохнула я, – но я бы никогда не смогла, Дамир…

– Конечно, Марина. Никогда.

Он с силой сжимает затылок, фиксируя меня на месте, и склоняется ниже. В глазах клубится тьма.

– Ты особенная, Марина, – произносит он медленно, не сводя с меня страшного пустого взгляда, – А может, просто глупая? – прищурившись, интересуется Зверь, – Ни одной женщине я не повторял столько раз правила. А ты обещаешь, что будешь их выполнять и тут же забываешь, что говорила это. Зато я отлично помню, сколько раз ты их нарушила.

Дамир резко, до боли сжимает волосы на затылке и рывком поднимает меня выше, приближая мое лицо к своему.

– Не лги мне больше, Марина. Если ты выкинешь еще что-то подобное, я поговорю с тобой уже по-другому. Ты поняла?

Я закивала испуганно.

– Я повторяю это. В последний. Раз. Лучше подумай, прежде чем ответить, сладкая, – притворно ласково говорит он и произносит раздельно, – Ты. Поняла?

Сейчас он выглядит как одержимый. Нет, как сам дьявол. Я трясусь в его руках, словно пойманная птичка и не могу отвести взгляда от его гипнотических темных глаз.

– Да, Дамир.

Зверь смотрит еще несколько долгих секунд. Проводит свободной ладонью по шее, ровно в том месте, где лихорадочно бьется жилка. А после наклоняется и накрывает мои губы своими. Легкий, поверхностный поцелуй – а у меня разом почву вышибает из-под ног. Дамир отстраняется через несколько секунд, а я так и остаюсь лежать, закрыв глаза – в голове шумит, как от шампанского и сознание стремительно ускользает.

Чтобы не провалиться снова в обморок, изо всех сил сжимаю в руке простынь. Тяжелые шаги Зверя удаляются, вот хлопает дверь комнаты и его гнетущая аура будто рассеивается. Пронесло… в который раз пронесло… Наверное, если бы он узнал, что я видела Жанну, что именно она дала мне этот яд, то не был бы так добр. А может… может Дамир переживал сейчас за меня и не хотел быть слишком жестким? Он выглядел испуганным, когда я теряла сознание у него на руках. Да и сейчас был непривычно бледным.

Я тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Нет. Понятно, что ему нужно – послушная игрушка в постель, и одновременно заложник, чтобы попробовать выманить Жанну. Да только бесполезно – она уже ясно дала понять, что ей абсолютно плевать на меня. С другой стороны, Дамир был будто бы и моей защитой от тех других, кто тоже мою двоюродную сестру искал. Но только по его словам. А пугать он умел. Кто знает, может пугал и тогда, когда говорил это?