Что есть русская мечта

Русский народ – мечтатель. История русских тяжела, непосильна, порой ужасна, но и прекрасна, потому что вся история русского народа— это история его мечты. В ней среди непочатых трудов и тяжёлых нашествий, непосильного гнёта, среди бездорожья, сиротливых деревень, закопчённых заводов, среди полосатых шлагбаумов и запретных зон сияет мечта – мечта о грядущем царстве, где нет насилия, нет болезней и печалей. Где люди живут, как цветы цветут. Где человек человеку брат. И не только человеку, но и зверю лесному, и птице небесной, и цветку, и звезде. Где всё соткано из любви и блаженства, где нет смерти.

Самые великие народы и государства стремятся сформулировать свою мечту. Думаю, что род людской от животного мира отличается тем, что у людей – мечта. Мечта – это стимул для развития, для эволюции. А те народы, которые не мечтали, уже исчезли. Американская мечта – это град на холме. Крепость, вознесённая на вершину горы, откуда держит под обстрелом города и селения, лежащие в долинах. Если какой-то город или селение взбунтовалось, его накрывают ударами крылатых ракет.

Это град превосходства и гордыни, град непомерного владычества. Идея доминирования над миром заложена в американскую мечту. Есть китайская мечта. Она внесена в документы Коммунистической партии Китая наряду с термином «Великий шёлковый путь». Эта мечта – о восстановлении китайского достоинства, чести, которая была поругана на протяжении нескольких столетий наглыми и жестокими европейцами.

А что такое русская мечта? Что нас движет на протяжении тысячелетий? Конечно, мы пашем землю, добываем нефть. Но и другие люди пашут землю и добывают нефть. Что нас заставляет молчать и умирать под пытками, но не предавать родину? Что заставляет явиться на бесконечные гари, пепелища и опять создавать великолепные города? Что заставляет в часы страшных уныний, когда другие народы просто исчезали с лица земли, вновь возрождаться?

Русская мечта – это храм на холме. Мы насыпали холм и ставили на нём храм, чтобы тот своими крестами касался небес, черпал из небес волшебные энергии силы и красоты. Озарял этим светом небесным наши семьи, наши полки, наши пограничные заставы, наши заводы и университеты. Русская, российская мечта – она о благом государстве, благом обществе, блаженной праведной жизни, в которой нет насилия и зла, а одна красота и служение. Эта мечта складывается из мечтаний всех народов, населяющих нашу державу. В каждой русской губернии, в каждой земле мы найдём подтверждение этой русской мечте.

Оттуда, из этого храма на холме, мы соединяемся с самыми возвышенными силами, которые не дают погибнуть не только нам на земле, но и вселенной в целом. Потому что задача человечества, как говорили наши космисты, как говорил Вернадский, в том, чтобы оживлять погибшие участки вселенной, вновь возжигать погасшие звёзды. И в этом – наше русское мессианство, в этом – наши русские исторические корни. Русская мечта – это предчувствие чуда. Это построение справедливого, идеального, совершенного общества, огромного русского собора, в котором торжествуют любовь, милосердие, обожание, соединение человека и государства, государства и общества, человека и машины, машины и природы, звезды небесной и цветка.

Наша мечта – о счастье и праведности всех русских, всех татар и якутов, всего драгоценного Кавказа, о счастье всего измученного человечества.

Русская мечта – вселенская. Чтобы её обрести, русский человек шёл за горизонт, создал невиданное государство из двенадцати часовых поясов. За этой мечтой он шёл туда, где, казалось, нет жизни, – в сверкание полярных льдов, в горючий огонь пустынь. Соединил хлад и жар, восток и запад, великие реки с великими океанами. Там, где кончается Россия, начинается Царствие Небесное. Эта граница отмечена не пограничными столбами, а иконами. И среди них самая великая и цветущая – икона чудотворной Победы.

Среди всех неурядиц сегодняшнего дня, среди распрей, бурлящей злобы, бессмысленных пререканий сияет впереди бриллиантовая звезда русской мечты, звезда пленительного русского счастья. Да, в России худые дороги. Но они превратятся в автострады. Да, в России мало мостов. Но мост в Крым через Керченский пролив ведёт не просто в Крым – он ведёт в русское будущее, ведёт в Царствие Небесное, в пространство русской мечты. Да, у нас дурные чиновники, вороватые управленцы. Русская мечта пройдётся по ним с метлой. В 1991-м у нас хотели отнять мечту. Мы жили с отсечёнными крыльями, с выколотыми глазами, с топором в спине. Сегодня у нас открылись очи, выросли крылья, со стоном, поводя могучими плечами, мы выдавливаем топор из спины.

Русский народ – великий трудник. Он работает с утра до ночи. Он роет окопы, если идёт война. Роет карьеры, если нужно добыть золото или железо. Роет котлованы под высотные дома и храмы. Какой другой народ мог создать страну в двенадцать часовых поясов и освоить земли, на которых ничего не родится?

В своих великих трудах русский человек постоянно смотрит в землю. Для него земля – это мать сыра земля, земля-матушка. Он опекает землю, чтобы она под ним не прогнулась, чтобы её не залила вода, чтобы не погиб урожай. Он хочет делать жизнь лучше, прекраснее, богаче. Не дают! То и дело приходят супостаты и сжигают всё до основания. Нам опять приходится всё восстанавливать: строить, обихаживать землю.

И при этом нет, пожалуй, другого народа, который так страстно заглядывал бы за горизонт, смотрел в небеса, был бы таким мечтателем, фантазёром, верил в чудо. Мы мечтательны и очень доверчивы, простодушны, этим пользуются лукавцы и постоянно нас обманывают. Но это не делает нас другими: мы – народ-мечтатель.

И русская мечта сопутствует всему нашему историческому времени. Мы и живём-то на земле потому, что мечтаем. Мы попадаем в пропасти, в ямы, в глубинные чёрные дыры, но вырываемся оттуда, потому что мечтаем. Мечта – эта таинственная сила русской истории, русского времени – влечёт нас из одной погибели в другую, и из одного цветения в другое.

Мы – один из самых мечтательных, верящих, ожидающих чуда народов. Народ-сказочник, народ-сказитель, народ-проповедник, проповедующий в человечестве сострадание, любовь, стремление к возвышенному, стремление к общечеловеческому счастью, к бессмертию.

Люди чувствуют потребность сформулировать свою мечту, назвать, потому что она есть, она где-то рядом, она дышит, она ищет путь. Кто-то говорит, что смысл русской жизни, русской истории, русского существования – в футболе. Другие говорят, что русская идея – в патриотизме. Но неужели русская мечта отличается от мечты швейцарской тем, что русские любят Россию, а швейцарцы – Швейцарию?

Русская мечта изыскивается историками, философами, духовидцами, религиозными пророками, изыскивается из всего русского духовного пути, из изучения этапов всей русской исторической духовной мысли. Языческий этап русской истории – наши волшебные сказки. О скатерти-самобранке, ковре-самолёте, о молодильных яблоках, о победе над старостью, ветхостью, над тлением. О живой воде, которая воскрешает. О волшебном поцелуе, от которого лежащий во гробе может ожить, восстать. Об Иване-царевиче, который кидается в кипящие котлы – в кипяток водный, смоляной, млечный. И не погибает в этих котлах, а вылетает оттуда ещё краше, ещё сильнее, восхитительнее. Так и русская жизнь: попадает в страшный котёл, в страшную ямину, а вылетает из неё краше, чем прежде. Почитайте русские сказки, и вы почувствуете, что русский человек издревле мечтал о благодати, мечтал о правде, о справедливости, мечтал о бессмертии.

Русскую мечту можно уловить и в учении старца Филофея, который подвизался в Спасо-Елиазаровском монастыре на Псковщине и создал великую религиозную философию о Москве – Третьем Риме. Он писал послания возвышающимся тогда государям – к Ивану III, к Василию III, говорил: «Предназначение твоё, смысл твоего правления, государь, не в том, чтобы расширять пределы твоего великого государства. Не в том, чтобы снискать славу, не в том, чтобы собрать великую казну. А в том, чтобы сберечь православие, сберечь учение о Царствии небесном, сберечь представление, живущее в нашем народе, о божественном плане свершения того чуда, которое было даровано русскому народу, чуда о правде, о справедливом бытии, о вселенском братстве, негасимой любви, делающей человека бессмертным, а человечество – великой братской общиной».

Русскую мечту можно увидеть, если с любовью, с открытым сердцем читать русских писателей Толстого, Достоевского, Лескова, Бунина, Шолохова. Все они – от самых древних изданий, от «Слова о полку Игореве» до стихов Гумилёва и Есенина – все пели единый псалом, обращённый к небу, псалом, взывающий к небесам раскрыться, пролить силу, благодатную живительную воду, делающую русскую жизнь озарённой, справедливой и дивной. Эти наши великие вероучители говорили, куда стремится русское сознание, как оно падает в русскую бездну, в русское подполье, но избавляется от страшной гравитации тьмы преисподней и опять летит к небесам, летит в царствие небесное.

Об этом говорит и наш великий космист Николай Фёдоров, который учил, что воскрешение из мёртвых возможно, победа над смертью возможна даже здесь, в земной жизни. Для этого нужен огромный духовный подвиг и преодоление всего смертного, смердящего, гнусного, гнилого, живущего в земном человеке, чтобы он очеловечился и благодаря достижениям науки и техники достиг абсолютной прозрачности, чистоты, небесности и красоты.

Большевики в грохоте батарей, в лязге жестокой стали мечтали построить здесь, между трёх океанов, царство земного рая, где бы не было угнетения, не было высших и низших, не было обездоленных и несчастных, а была бы твердыня справедливости, красоты и творящей силы. По существу они мечтали создать святое человечество. Революция, конечно, затевалась ради земли, заводов и мира. Но она затевалась в большей степени ради абсолютно нового человека: любящего, верящего, милосердного, жертвующего.

Русскую мечту протащили на своих окровавленных спинах солдаты и генералы великой войны. Эта мечта полыхнула на куполе Рейхстага алым знаменем, а потом унеслась в космос, облачённая в плоть великого русского праведника Юрия Гагарина.

И если собрать русскую мечту по крупицам из всех этих великих периодов, великих чаяний, то можно увидеть, что она заключается в том, чтобы устроить жизнь в России божественно справедливо и восхитительно. Чтобы человек человеку был ангел, а не враг, не волк. Чтобы, спасая себя, свой народ, Россия спасала и весь остальной мир, всё человечество. Смысл России именно в этом. Россия не может быть страной эгоистов, она живёт для того, чтобы была сохранена биосфера, сохранён Байкал, чтобы были сохранены цветы, сохранено звёздное небо.

У русской мечты нет границ, нет жёстких форм. Русская мечта, словно сновидение: мы видим, но не можем описать. Да и вся русская литература и культура – это рассказ о русской мечте, о царствии небесном, которое так или иначе в разные периоды являлось русскому человеку.

Сегодня, после краха 1991 года, после страшной катастрофы, в которой мы потеряли Родину, потеряли государство, и великий народ-победитель превратился в бесхозный немощный народ-лилипут, мы снова начинаем восходить, снова начинаем создавать наше новое государство, наше русское царство. Россия – на сносях. Рождается русское будущее – дивный младенец. И в этом новом русском государстве возникает новый русский народ. Не те новые русские, которые грабили павшую Россию. А мы с вами – те новые русские, которые не сдались и не умерли в период той огромной государственной смерти. Мы выстояли и возводим наше новое царство.

И для идеологии сегодняшнего государства российского формулирование русской мечты является первоосновой. Конечно, надо знать, как обеспечить интенсивное экономическое развитие, как обустроить банковскую сферу, как учить и лечить.

Но главное – надо показать путеводную звезду, зарю на русском горизонте. Сегодня очень важно понимание русской мечты.

Русская мечта всего государства российского складывается из мечтаний отдельных русских земель, русских областей, губерний. Вообще категория «русская мечта», хотя и прослеживается во всей русской истории, в преданиях и работах наших мыслителей, – нова, потому что в нашей философии, идеологии, историософии она не формулировалась как таковая. О русском чуде говорили, о русской идее говорили, а о русской мечте – нет.

В селе Константиново у дома Есенина стоят дубы. Эти дубы выросли из желудей, которые привезли из пушкинских мест, привезли от Сороти, из Михайловского. Это пушкинские дубы, которые помнили, знали Пушкина, которые, возможно, сам Пушкин посадил, обнимал их. Эти дубы принесли в Константиново пушкинскую душу, пушкинскую стихию. Пушкин с Есениным говорят через эти деревья. И как вся мировая вода едина – деревенский пруд, океан, Ока, Миссисипи, Байкал, льды Антарктиды соединены тайной воды, так же едины все дерева, все леса. Они друг с другом говорят, общаются, начинают стонать, когда их губят, ликуют, когда начинается цветение. Эти пушкинские и есенинские дубы находятся в постоянной связи. Они читают друг другу стихи: есенинский дуб читает пушкинские стихи, а пушкинский дуб читает есенинские стихи. Ведь «ты жива ещё, моя старушка» и стихи об Арине Родионовне – очень похожи: это стихи, написанные одним дубом и другим дубом своей праматери-воспитательнице.

И если мы будем основывать движение под названием «Русская мечта», если у нас найдутся на это силы, то создание отделений Русской мечты может сопровождаться посевом есенинско-пушкинских желудей. Чтобы по всей России, по всей Руси разрасталась огромная общерусская дубрава, и чтобы в этой дубраве, в её лесах, кронах, среди птиц и белок, которые бы там скакали, звучала поэзия есенинская, пушкинская. Поэзия русской мечты.

Загрузка...