Глава 9. Стефа

Довольная как слон Аня выскочила из машины и убежала в сторону высоких колонн. Я же робко мялась на водительском сиденье, понимая, что выйти все же надо.

Веня сегодня расщедрился и отпустил почти всех пораньше. Сказал, бури магнитные. А то ещё понаработаем в таком состоянии… Офис спорить не стал. Все дружно закивала, заявляя, что да. Дескать, все ощутили эти ужасные волнения.

Я же тихо икала в своём кабинете, привязав себя к стулу. Да, именно так, благо брюки, что были на мне надеты, предусматривали ремень. Ибо левитация никуда не делась, порой умудряясь поднимать меня даже со стулом.

Хотелось выть и стенать от досады, а ещё малодушно позвонить Антону. Из надоедливого и назойливого он мгновенно превратился в нужного. Потому что никому больше доверить свою тайну я не могла.

Да и расширять круг посвящённых в целом глупо. Хватало дочери, за которой хотелось установить слежку, и странного участкового.

В любом случае я надеялась, что хуже не будет. Верить в это хотелось отчаянно. Поэтому, как истинная леди, ждала, пока улыбающееся лицо Антонова Антона Антоновича снова загорится на экране мобильного.

Офис погрузился в странную негу. Я редко задерживалась на работе, с тех пор как стала начальницей отдела. Поэтому давным-давно позабыла, какого это, слушать тишину.

Сейчас, сидя в автомобиле, вспоминать об этом было вообще очень странно. Особенно то, как я добиралась до закрытой стоянки короткими перебежками, прячась за каждой колонной и вцепляясь в неё во время иканий.

Хорошо, что у нас камеры через раз работают, да и в целом система безопасности вообще ни о чем. Надеюсь, меня, такую необычную, никто не заметил.

Вот и смех и грех. Как сказала бы моя бабушка, хорошо, внученька, несварения нет. Любая проблема с несварением вообще превращается в катастрофу.

Она у меня тифом переболела. Знает, о чем говорит.

Когда села в машину, я пристегнулась, опасливо косясь по сторонам. А ещё прислушалась к себе. Не удивлюсь, что во время ика смогу взлететь вместе с машиной.

Но ремни держали крепко, а я все крутила в руках телефон. Потому что, как назло, Антонов прекратил свои назойливые попытки до меня достучаться. Вот же ж…

Зато у Ани уроки пораньше кончились, о чем она, счастливая до невозможности, и сообщила мне, заодно спрашивая, не соизволила ли я ответить дяде Антону.

– Дочь, у меня тут проблемка… Ик…

Новое икание, казалось, все же приподняло авто со мной. Хотя нет, глюки же! Я просто немного того стала, походу.

– Какая? Давай ты меня заберёшь, а потом в парк?

Вот в парк мне хотелось меньше всего на свете. Тем более в голосе дочери послышалось лукавство. Я честно призналась:

– Я икаю и от этого немного взлетаю. Пока не могу в парк.

Секундное замешательство, а потом в трубке раздался заливистый детский смех. Дожила. Собственная дочь надо мной издевается! Зашипела в трубку:

– Не смешно!

– Вообще-то, очень даже смешно, мам! А я говорила, дяде Антону позвони. Он наверняка помог бы. Но ты ж у меня упрямая.

Закатила глаза. Говорит так же, как ее отец. Вот как можно так не любить проявление этих черт у неё и одновременно с этим видеть в собственном ребёнке смысл жизни?

– А то боюсь, вдруг ты теперь вообще при каждом чихе, кашле или пуке будешь взлетать. Ой! Я могу такой видосик запилить, ну точно лям просмотров обеспечен!

Пока она веселилась, я реально представила жуткую картину, как можно пукнуть и… Улететь на Луну. Боже, когда вообще в моей голове стали рождаться такие мысли?

Ну и как Антон сможет помочь мне с этим? Не знаю даже. Но тем не менее попробовать стоит. Все-таки не объявление же мне давать в рекламу: научите летать, ради Бога.

– Ладно, я ему позвоню, – буркнула я, понимая, что, кажется, моя одиннадцатилетняя дочь оказалась в состоянии обыграть меня.

– Вот и чудесно! А встречу в парке назначь. Ты давно мне обещала, а раз вас пораньше с работы отпустили…

Она звонко чмокнула меня и бросила трубку, не давая возможности спорить. Атомные дети пошли нынче. Общаясь с ними, просто невозможно не подумать, что я в их годы была до банального примитивна.

Духу позвонить Антонову не хватило. Да, я взрослая тридцатипятилетняя трусиха. Я написала сообщение, в котором спросила ли, может ли Антон Антонович встретиться с нами в парке.

К моему удивлению, он мог. И вот я оказалась на стоянке. Уже не икающая, но сомневающаяся в каждом последующем шаге. И куда делась моя уверенность и стойкость?

«Улетела, как ты во время икания», – услужливо подсказал мне внутренний голос. Ну ладно, думаю, что пять минут позора в обществе участкового я вполне смогу пережить.

А там, глядишь, и пойму, что игнорировать его было самым правильным решением. Главное, чтобы эта сладкая парочка не растрепала мой новый секрет.

И нервы заодно.

Загрузка...