В трущобах Самары

XI. Суд и расправа.

В подземном тайнике Худицкого заседали старосты всех воровских отделов Лица всех были мрачны, озлоблены. В качестве председателя Худицкий делал доклад.

— Не дешевой ценой получили мы с Настей свободу. По предательству каких-то сук попали мы; те же собаки предали Истомина. Арестован он преглупым образом: сидел в чайной, что то записывал в свою книжку и был узнан околотком Дунайским. Никогда бы этому обалтусу не пришло на ум искать атамана в таком открытом помещении, тут несомненно измена. Истомин принял нашу работу с Подосеком на себя и только но этому нас выпустили. Теперь наша обязанность найти виновных и расправиться с ними.

— Смерть предателям!— крикнули хором старосты.

Председатель продолжал:

— Разведчики установили, что Афонька Малышев и выкрест Плотников не раз встречались с Удочкой и говорили с ним. Этого достаточно, чтоб знать врагов.

Довольно! Смерть лягашам!! — Заревели «судьи».

— Еще одного подозреваю, — продолжал Худицкий, — «Солдат» с «борзятниками» нюхается. Не без его участия открылось дело на «Песочном».

Смерть и этой суке! — злобно кричали слушатели.

— Он здесь сейчас, — добавил докладчик,— можете расправиться с ним сегодня же. А пока предлагаю выбрать временного атамана. Полагал бы удостоить этой чести отважного товарища Лопатина.

Заседание закончилось, полилось рекой вино, загремели дикие циничные тосты.

Перед рассветом кто-то копошился в темноте двора, что-то поливали водой.

— Готов, застыл, — докладывал полушепотом один.

— Берите под руки и к Волге, — приказывал также тихо другой.

Вскоре через одну из задних калиток вышли две тени и тащили что-то похожее на человека.

— Иди, иди, не брыкайся! Видишь до чего нализался! — ворчал один из путников при встрече с случайным прохожим.

Тени исчезли на льду Волги и кинули свою ношу в прорубь.

То был обледенелый труп осужденного на казнь доносчика «Солдата».

XII. Лягаши-агенты.

С сумрачным видом ходил из угла в угол своего кабинета один из помощников начальника сыскного отделения. Перед глазами проносились одна безобразнее другой картины совершаемых в городе зверских преступлений. Разбои учащались, грабежи усиливались, преступники же были неуловимы. Начальник бездействовал, околоточные не понимали дела и больше пьянствовали, чем помогали в работе. Низшие агенты набирались из тех же воров и были элементом далеко ненадежным. Один из деятельных и способных «Пятница», как бывший громило-вор, не оставлял своего старого ремесла и воровал по-прежнему, будучи агентом. Правда, он приносил и долю пользы, донес, например, когда-то о готовящемся в Солдатской слободе убийстве старухи, но все таки убийство предотвращено не было и совершилось, следовательно, видимая польза тушевалась в массе творимых лично преступлений. «Нос» тоже один из деятельных, но такой же вор и недавно попал с поличным. Пришлось обоих выгнать. Оставалась одна надежда на Удочку, но что можно было сделать с такими ничтожными силами при существовании образцово-сорганизованной шайки головорезов? Положение становилось невозможным.

— Какой-то галах к вам, ваше благородие, — прервал невеселые думы городовой.

В кабинет, озираясь по сторонам, вошел Афонька Малышев.

— Желаю доложить вам важные сведения, — тихо заговорил вошедший, усаживаясь на указанном стуле — На одной из улиц скрывается главная сила из шайки Истомина и тут же находится склад награбленного барахла. Я сам принадлежал к той же «благородной» профессии, но теперь хочу искупить вину и послужить вам.

При последних словах Афоньки вошел второй галах Плотников, не мало смутивший первого «стукальщика».

— И ты стучишь? — кинул презрительно вошедший, протягивая руку «товарищу». — Ну что-ж будем работать вместе и здесь. Небойся не выдам.

Товарищи пожали друг другу руки.

— С какими вестями? — обратился к Плотникову помощник начальника.

— На Соборной проломали стену и украли из кладовой резиновых калош и другого барахла на 3 косых (3 т. р.). Воровали Курносый, Ефимка, Муштук, Комар, Зюрка и еще кой-кто. Сейчас все пьянствуют в своей квартире. Барахло «затылено».

Лягаши получили вознаграждение и исчезли.

На следующее утро в местной хронике сообщалось:

— «По полученным агентурным сведениям, в доме Золотова, на Уральской, скрывалась шайка грабителей. Вследствие такого сообщения дом был оцеплен большим отрядом конной и пешей полиции. Преступники долго не сдавались, в виду чего дом обстрелян и только после итого удалось задержать осажденных».

Дальше следовала вторая сенсационная заметка:

— «Известный разбойник Истомин, приговоренный за ряд убийств к вечной каторге, бежал от конвоя, пропилив пол вагона, в котором следовал в Сибирь».