Глава 3

Когда ведьма скопила необходимую сумму, она не стала спешить с покупкой. Вместо этого обратилась к старому другу с необычной просьбой – посмотреть статистику преступлений и выбрать самый тихий городок в предместьях столицы. Де Лэйн почесал блондинистую макушку и отправился трясти бывших сокурсников. За пару бутылок крепкого можжевелового самогона с берегов Северного моря он разжился не только данными о преступлениях, но и собрал информацию о королевских аптеках и ведьминских лавках во всех мелких городках на полдня пути от столицы.

Единственным городом из предместий, куда еще не дотянулись руки преподавателей и студентов столичной Школы, был Буковей. Обычная разросшаяся деревенька, окруженная буковой друидской рощей. Поэтому ведьмы там и не было – друиды сами отлично лечили хвори травами. С этой информацией и коробкой конфет Криспин явился к Агате в ее крохотную квартирку над королевской аптекой.

– Сама видишь, нет смысла открывать там лавку, – сказал маг, наблюдая за тем, как ведьма листает довольно толстую пачку листов с информацией по городку. – Друиды всех лечат в обмен на овощи и фрукты. Городок зеленый, у каждой избушки хоть яблоня, да есть.

– Аптеку смысла открывать нет, – неопределенно высказалась Агата, внимательно вчитываясь в строчки, потом что-то углядела и хмыкнула: – А вот ведьмовскую лавку – точно нужно!

Маг только плечами пожал. У него была приготовлена еще одна папка – с досье на городок Грэнжис, но, если Агата сделала выбор – с пути ее не свернуть.

Вообще, Криспин осознавал, что его карьера при Дворе двигалась во многом благодаря тому, что где-то поблизости всегда была ведьма, готовая заштопать, вывести яд, поделиться бодрящим зельем или просто сказать пару слов в духе «они козлы, а ты – молодец». Именно этого де Лэйн ждал от жены, но никак не мог отыскать для себя женщину, подобную Агате.

Когда родители в очередной раз попытались надавить на его долг продолжателя рода, он спросил их:

– Что должна делать хорошая жена, если муж явился домой раненым, магически истощенным или побитым?

Мать поджала губы и объявила:

– Вызвать лекаря и слуг! Предупредить всех о страшных карах за распространение сплетен! И молиться!

Отец промолчал. А Криспин сказал:

– В моем доме нет слуг. Лекаря при магических ранениях вызывать нельзя – сразу поступит сигнал в отделение магических преступлений. А уж молитвы при порванных мышцах и сосудах не помогают вообще! Мне не нужна жена, готовая закопать меня в паркет, лишь бы не испортить свою репутацию.

После этого разговора мать несколько месяцев не виделась с ним, а отец позже сказал:

– Ты прав, сын. Ищи себе жену по душе.

И младший де Лэйн искал. Ходил на свидания, ухаживал, влюблялся. Но каждой юной леди, каждой барышне рано или поздно устраивал испытание. О, нет, не специально. Просто боевой маг успел создать себе при Дворе определенную репутацию, а его начальство умело этой репутацией пользовалось. И как только прибывало очередное посольство или заморские гости, в задачу Криспина входила «первая проба» – провокация. Определение задиры, готового кинуть вызов боевому магу. Иногда – по отдельной просьбе начальства – де Лэйн ранил противника или подставлялся сам. Потому в сезон ему случалось каждую неделю бросать или получать вызов.

И вот после очередной схватки на дуэльном поле «раненый герой» являлся к потенциальной невесте со скромной просьбой – перевязать и сохранить тайну. На перевязку некоторых юных леди еще хватало, а вот тайну не сохранила ни одна!

Ни фрейлины, ни сотрудницы департамента, ни «хорошие девочки» из провинции не проходили его простой тест и оставались подружками на одну ночь, да и то лишь потому, что Агата никогда не соглашалась лечь с ним в постель. Упиралась, сверлила своим мрачным взглядом, и в ее ладонях загоралась темным огнем маленькая сфера точечного проклятия. И Криспин снова отступал. Оставался другом. Балагуром и ловеласом. Дарил смешные подарки, болтал о пустяках и помогал, как и где умел, старательно скрывая свое участие.

Агата и не догадывалась, почему все «тайные покупатели» были такими вежливыми, и никто ни разу не попытался отнять товар силой или обмануть с оплатой. Она просто не видела тех охранок, которых Криспин накрутил вокруг скромной аптеки. Хитрый маг, зная о щепетильности ведьмы просто добавил к своим плетениям индивидуальный отвод глаз и подарил старой подруге смешной амулет – глазик, который помогал ей заметить нехорошие помыслы у покупателя.

С отъездом ведьмы в Буковей магу стало сложнее. Он мучился неведением и так нервничал, что чуть не прирезал «задиру» из посольства Дарландии. Начальник остался очень недоволен и быстро вызвал сотрудника на «ковер». Де Лэйн лорда Сартисса уважал и потому слушал с искренним раскаянием. И тогда глава департамента сумел его удивить:

– Де Лэйн, что с вами происходит? Вы же профессионал! Прежде за вами таких проколов не водилось!

– У меня появились некоторые… личные проблемы, – вынужден был признаться Криспин.

Начальник помолчал, а потом спросил:

– Чем я или департамент можем вам помочь?

Маг застыл ледяной статуей, а потом выдавил:

– Два камня привязки стационарного портала.

Лорд Сартисс смерил сотрудника взглядом, словно оценивая – стоит ли он таких роскошных подарков? Потом подошел к шкафчику и… вынул небольшой футляр.

– Вот, де Лэйн, держите! И я надеюсь, больше вы промахов не повторите!

Криспин заверил начальника в своей результативности, подхватил футляр и вышел. В своей комнате он дрожащими руками открыл обтянутый кожей пенал и выдохнул – в шкатулке лежало четыре портальных камня!

В ту же ночь де Лэйн отправился в Буковей. Почти загнал коня, но добрался в городок к рассвету. Отыскал домик, купленный ведьмой, полюбовался новенькой вывеской с названием лавки «Ведьмин чай», оценил хитрую защиту, наложенную самой Агатой. Вот ведь умница – прикопала вокруг домика волосяную веревку с вплетенными прядями собственных волос. Под углами дома вкопала кувшины с кристаллами, отводящими гниль, порчу, огонь и подтопление. Под стреху припрятала куколок из конского волоса, мешочков с зерном и пучков обережных трав. На каждом бревне выжгла защитную руну, а ставни, прикрывающие на ночь окна, изукрасила с помощью стойкой краски.

Маг не стал пробовать на прочность ведьмовскую защиту. Просто вскинул руки и окутал женские чары мужскими. Потом заглянул на задний двор, оценил широкое низкое крыльцо, сарайчик для инструментов, колодец и огород, в котором Агата успела подготовить широкие грядки разной высоты для посадки пряных и лекарственных трав. Здесь все было буквально пропитано практичностью и аккуратностью ведьмы. Криспин глубоко вдохнул свежий утренний воздух, улыбнулся, а после решительно прикрепил портальный камень под крышей, нависающей над крыльцом. И выдохнул, пряча улыбку. Дело сделано! Теперь он сможет перенестись сюда в считаные минуты.

Второй портальный камень он закрепил в родовом браслете. Среди фамильных печатей, камней допуска и индикаторов ядов портальный камень спрятался, как лист в лесу. Третий камень маг, поразмыслив, спрятал в кабинете городского особняка. Таинственно поблескивающий крупный рубин стал «третьим глазом» в статуэтке какого-то заморского божка, придавившего стопку бумаг. А четвертый камень Криспин закрепил в изголовье кровати, стоящей в его дворцовой спальне. Было у него впечатление, что именно оттуда ему придется бежать к ведьме в самое ближайшее время.

Загрузка...