Венок из железных одуванчиков

Глава пятая

– Подсыпать, подлить лекарство может только близкий человек, – предположил я, – но это необязательно родственник. Просто кто-то, с кем покойный постоянно общался: шофер, домработница, друг семьи. К некоторым ходит на дом массажист.

– Это не наш вариант, – быстро отмел мои предположения Юрий. – За рулем сидим сами, домработница была, но ее уволили. После смерти Екатерины Семеновны мы вернулись в Москву, обычно за городом жили. Разъехались все по своим норам. Папа был совсем плохой, Марфа все время плакала. Ладно, скажу! Уверен, что маму, тещу и тестя убил Лавров, сожитель Евдокии. Не хочется и ее подозревать, но…

Юрий почесал ухо.

– По мне в последнее время будто муравьи бегают.

Боря уставился в экран своего компьютера, Юрий продолжил:

– Евдокия ведь сестра моей жены, я стараюсь к ней хорошо относиться. Но… неудобно вам все выкладывать.

Я решил успокоить Миронова:

– Из этого кабинета информация никуда не уходит. Что здесь сказано, тут и останется.

– Дуся полностью попала под влияние мужика, – сообщил посетитель, – она в него по уши влюблена. Марфа пыталась с сестрой поговорить, но та ничего не слышит. Думаю… ну… возможно…

– Говорите прямо, – попросил я.

– У этого Егудила Двенадцатого ничего нет, – с негодованием сказал Юрий. – Я спросил его о родителях и услышал, что они давно умерли. Поинтересовался его образованием, колдун отмахнулся: «Высшее». Проявил любопытство по поводу жилья, он заявил: «Нет проблем». Вроде ответил, но никакой точной информации не сообщил. Я насел на Дусю: «Где ты познакомилась с Егудилом?» Свояченица туда же: «В гостях!» Я решил не сдаваться: «У кого?» Разговор дальше вышел прекрасный. Евдокия хихикнула: «У друзей». Я: «У каких?» Она: «У хороших». Быстро Лавров дурочку к рукам прибрал, нужным ответам обучил.