Вердикт

Картина первая

Там же. Четыре дня спустя. Около полудня. Когда поднимается занавес, сцена освещается. В комнате никого нет. Обстановка та же самая, только нет инвалидной коляски Ани. Все двери закрыты. Спустя мгновение из центральных дверей появляется Карл. Он идет по центру к краю сцены, на несколько секунд замирает, смотрит на то место, где обычно стояла инвалидная коляска Ани, и усаживается в кресло. Через центральные двери входит Лиза и проходит к письменному столу. Она в пальто. Затем появляется доктор. Он смотрит на них и направляется к дивану. Входит Лестер, в нерешительности останавливается в центре. У всех расстроенный вид, движения замедленные.

Доктор (явно чувствуя себя не в своей тарелке). Ну вот, все и закончилось.

Лиза (снимая перчатки и шляпку). Я незнакома с процедурой дознания в вашей стране. Они всегда так проводятся?

Доктор (все еще с некоторым усилием). Нет, они отличаются, знаете ли… отличаются. (Садится справа на диван.)

Лиза (после паузы). Такое официальное дознание, без всяких эмоций.

Доктор. Н-да, конечно, особых эмоций здесь нет. По существу, это самый обыкновенный допрос, вот и все.

Лестер (подходит к дивану с левой стороны и обращается к доктору). А вам вердикт не показался странным? Присяжные пришли к заключению, что миссис Хендрик умерла от повышенной дозы стропантина, но как она могла ее принять — об этом в вердикте ни слова. Я почему-то думал, что присяжные вынесут другое решение — самоубийство в результате помутнения рассудка.

Карл (приходя в себя). Поверить не могу, что Аня покончила с собой.

Лиза (задумчиво). Я тоже.

Лестер (идет к центру). Как бы то ни было, факты сомнений не вызывают. И на пузырьке, и на мензурке обнаружены отпечатки ее пальцев.

Карл. По всей видимости, все произошло случайно. У нее могла дрогнуть рука, вы же знаете. А может быть, налила больше, чем следует, не заметив этого. Странно, но я не помню, чтобы оставлял ей пузырек и мензурку, хотя, по всей видимости, так и произошло.

Лиза встает и подходит слева к Карлу. Лестер усаживается на левый подлокотник дивана.

Лиза. Это моя вина. Мне следовало дать ей капли прежде, чем отправиться в город.

Доктор. Никто ни в чем не виноват. Бесполезно сидеть и обвинять себя в том, что можно было бы сделать, да не сделали. Как ни печально, но такое случается, никуда не денешься. Давайте не будем больше об этом говорить, (едва слышно) если, конечно, сможем.

Карл. Значит, доктор, вы считаете, что Аня не могла намеренно принять повышенную дозу лекарства?

Доктор (медленно). Я бы не решился делать подобное заключение.

Лестер (встает и проходит к центру). Но она постоянно говорила об этом, вы же знаете. В особенности, когда впадала в депрессию.

Лиза подходит к письменному столу.

Доктор. Да, да, говорила, как и почти все хронические больные. Однако они крайне редко совершают самоубийство.

Лестер (после паузы, смущенно). Только не думайте, ради Бога, что я пришел сюда вмешиваться в чужие дела. (Идет к центральным дверям.) Вам, наверное, нужно остаться одним. Мне не следовало…

Карл. Нет, нет, дорогой мой мальчик. Все нормально. Очень хорошо, что вы пришли.

Лестер. Я подумал, что смогу чем-нибудь помочь вам. (В смущении поворачивается, натыкается на стул, который стоит слева от стола, и подходит к Карлу справа.) Я готов сделать все, что угодно… (Преданно смотрит на Карла.) Если только я могу чем-нибудь помочь.

Карл. Вы уже своим сочувствием помогаете. Аня вас очень любила, Лестер.

Через центральные двери входит миссис Ропер. Она в выцветшем черном костюме и шляпе. Несет поднос с кофе на четверых и тарелку с сандвичами.

Лестер проходит к письменному столу.

Миссис Ропер (приглушенным голосом). Я приготовила кофе и сандвичи. (Ставит поднос на стол в центре. Обращается к Карлу.) Сэр, вам следует подкрепить свои силы.

Лиза подходит к столу и наливает кофе.

Карл. Благодарю вас, миссис Ропер.

Миссис Ропер (с напускной скромностью). После дознания я поспешила сюда, сэр, (проходит к центру) чтобы все приготовить к вашему приходу.

Карл (который только сейчас обратил внимание на необычный черный костюм миссис Ропер и ее шляпу). Значит, вы тоже были на дознании?

Миссис Ропер. Конечно, была. Я решила, что должна пойти. Бедняжка. (Подается в сторону дивана, обращаясь к доктору.) Она, наверное, была в подавленном настроении. Я просто была обязана сходить на дознание из уважения к покойной, вот и все. Конечно, приятного мало, когда полиция задает вопросы.

В продолжение этой сцены все стараются не смотреть на миссис Ропер, надеясь, что она замолчит и уйдет, но она настойчиво пытается заговорить то с одним, то с другим.

Доктор (вставая). К сожалению, миссис Ропер, этого требует закон. (Берет чашку кофе и передает ее Карлу, затем, обойдя миссис Ропер, подходит к подносу.)

Миссис Ропер. Вы правы, сэр.

Доктор. Когда же случай неясный и вердикт нельзя вынести сразу, дознание проводит коронер.

Миссис Ропер. Да, сэр, все это правильно и нужно, но все-таки хорошего в этом мало. Вот что я скажу.

Доктор берет чашку кофе и садится на диван.

Я к такому не привыкла. Если бы мой муж узнал, что я замешана в подобном деле, ему бы это не понравилось.

Лиза. Не понимаю, а вы-то какое к этому имеете отношение, миссис Ропер?

Миссис Ропер (с готовностью поворачиваясь к Лизе). Ну, а как же? Они мне задавали вопросы, разве не так? Спрашивали, была ли миссис Хендрик в плохом настроении, что она говорила при этом. (Поворачивается к Карлу и говорит, подчеркивая каждое слово.) О, они мне задали массу вопросов.

Карл. Ну, как бы то ни было, все уже позади, миссис Ропер. Думаю, вам больше не о чем беспокоиться.

Миссис Ропер (несколько подавленно). Да, мы правы, сэр. Благодарю вас, сэр. (Выходит через центральные двери и закрывает их за собой.)

Доктор. Такие женщины — самые настоящие садистки. Просто упиваются чужим горем. Их хлебом не корми, только дай поговорить о болезнях, смертях и похоронах. А дознание, как я понимаю, дает дополнительное удовлетворение.

Лиза. Лестер, кофе будете?

Лестер. Огромное вам спасибо. Я сам. (Подходит к стулу, справа от центрального стола, садится, наливает кофе и погружается в чтение какой-то книги.)

Лиза подходит к письменному столу.

Карл. И все-таки мне кажется, это произошло случайно. Иного быть не может.

Доктор. Не знаю, не знаю. (Медленно пьет кофе.) Лиза, моя дорогая, с вашим кофе эту бурду не сравнишь.

Лиза (проходит мимо кресла, дивана и останавливается в правой части сцены). Наверное, его полчаса варили.

Карл. Зато от души.

Лиза (поворачивается к правой двери, бросает через плечо). Интересно…

Лиза выходит через правую дверь, оставляя ее открытой. Доктор встает, берет с подноса тарелку с сандвичами и подходит к Карлу.

Доктор. Может, сандвич?

Карл. Нет, благодарю вас.

Доктор (подходит к столу в центре комнаты и ставит тарелку с сандвичами перед Лестером). Прикончите их, мой мальчик. В вашем возрасте всегда хочется есть.

Лестер, читая, машинально берет сандвич.

Лестер. Спасибо. Пожалуй, возьму один.

Лиза (кричит издалека). Карл!

Карл (встает и ставит свою чашку на рабочий столик). Простите меня, я на минуту. (Кричит в ответ и направляется в сторону двери справа.) Да, я иду!

Карл выходит в правую дверь, закрывая ее за собой.

Лестер. Он ужасно расстроился. Кик вы считаете, доктор?

Доктор (вынимая изо рта трубку). Да.

Лестер. Это кажется несколько странным, точнее, непривычным, потому что… как бы это сказать… так трудно понять, что переживают другие люди.

Доктор (идет по центру, ближе к краю сцены, прикуривая трубку). Что вы пытаетесь сказать, мой мальчик?

Лестер. Как бы это выразиться… Миссис Хендрик была неизлечимо больной, ну и все такое… Вам не кажется, что он мог от нее устать, она могла ему смертельно надоесть…

Доктор кладет спичку в пепельницу на столе в центре комнаты, затем садится слева на диван.

И в глубине души он должен радоваться, что наконец-то обрел свободу. А этого нет. Выходит, он любил ее. По-настоящему любил.

Доктор. Любовь — это не просто очарование, желание, влечение к противоположному полу, как считаете вы, молодые люди. Это только природное начало любви. Это подснежник, если хотите. А любовь — это корни, глубина, то, что мы увидеть не можем, но именно это — основа всего, всей жизни.

Лестер. Пожалуй, вы правы. Но страсть рано или поздно угасает, сэр, разве не так?

Доктор (в отчаянии). Господи, дай мне силы! Вы, молодые люди, совершенно ничего не понимаете. Вы читаете в газетах о разводах, о любовных интригах, и все это рассматриваете только с точки зрения секса. Иногда вы читаете сообщения о смертях — так, для разнообразия. Сообщения о том, что в семьдесят четвертом году, к примеру, умерли такие-то Эмили и Джон, любимая жена такого-то или любимый муж такой-то. Скромные сообщения о совместно прожитой жизни, возможной благодаря той тайне, о которой я только что говорил. Именно она дает свои плоды и цветы. Именно цветы.

Лестер. Наверное, вы правы. Я никогда не задумывался над этим. (Встает, ходит по комнате, затем садится на диван, справа от доктора.) Я всегда почему-то считал, что женитьба — это своего рода… конечно, если повстречается девушка, которая…

Доктор. Вот, вот, об этом я и говорю. Если повстречается девушка, а вы наверняка уже с такой повстречались, которая совершенно не похожа на других.

Лестер (искренне). Но она действительно, сэр, не похожа на других.

Доктор (добродушно). Понимаю. Ну что ж, пожелаю вам удачи, мой юный друг.

Справа входит Карл. В руке у него изящный кулон. Доктор встает. Карл останавливается в центре комнаты, рассматривает кулон.

Карл. Доктор, передайте его своей дочери. Он принадлежал Ане. Я уверен, она захотела бы подарить его Маргарет. (Поворачивается и протягивает кулон доктору.)

Доктор (взволнованно). Благодарю вас, Карл. Я уверен, Маргарет очень понравится этот подарок. (Кладет кулон в свой бумажник и идет к центральным дверям.) К сожалению, я должен идти. Не могу заставлять своих больных ждать.

Лестер (встает и выходит в центр комнаты, обращаясь к Карлу). Я, пожалуй, тоже пойду, если больше ничем не могу помочь, сэр.

Карл. Как ни странно, можете.

Лестер явно рад.

Лиза упаковала кое-какую одежду для отправки в Восточно-Лондонскую миссию. Если бы вы могли отнести эти посылки на почту и…

Лестер. Конечно, я это сделаю.

Лестер выходит направо.

Доктор. Всего хорошего, Карл.

Доктор выходит через центральные двери. Лестер входит в гостиную с правой стороны. Он несет большую коробку в оберточной бумаге, ставит ее на письменный стол и заклеивает скотчем. Справа появляется Лиза. Она несет упакованную бандероль, большую шкатулку с письмами и документами и еще одну, маленькую, с украшениями и различными безделушками.

Лиза (проходя мимо дивана). Вы бы просмотрели эти документы, Карл. (Ставит большую шкатулку на диван.) Садитесь и спокойно, пока никого нет, просмотрите бумаги. И чем быстрее вы это сделаете, тем лучше будет для вас.

Карл. Вы умница, Лиза. Люди обычно откладывают такие дела до последнего. Они боятся воспоминаний, боятся причинить себе боль. Правильно вы говорите, с этим лучше побыстрее покончить.

Лиза. Я ненадолго выйду. Пойдемте, Лестер.

Лиза с Лестером выходят через центральные двери, закрыв их за собой. Карл берет из-под письменного стола корзину для бумаг, садится на диван, ставит шкатулку себе на колени и начинает просматривать письма.

Карл (читая письмо). Это было так давно, так давно.

Раздается звонок в парадную дверь.

О Боже, кто это еще может быть?

Миссис Ропер (голос в прихожей). Пожалуйста, входите.

Миссис Ропер входит через центральные двери и отступает в сторону.

К вам мисс Ролландер, сэр.

Хелен входит из холла в гостиную через центральные двери и проходит ближе к краю сцены. Карл встает и ставит шкатулку с бумагами на стол в центре комнаты. Миссис Ропер выходит через центральные двери и сворачивает налево, оставляя двери открытыми.

Хелен. Надеюсь, я не помешала вам. Дело в том, что я была на дознании, после чего решила, что мне следует прийти сюда и поговорить с вами. Но если вы считаете, что делать мне здесь нечего…

Карл. Нет, нет, что вы. Это очень мило с вашей стороны.

Миссис Ропер входит через центральные двери. Надевает пальто.

Миссис Ропер. Я выскочу на минутку и куплю еще кварту чая, пока бакалейщик не закрылся. У нас опять чай кончился.

Карл (перебирая письма в шкатулке, отрешенно). Да, да, конечно, миссис Ропер.

Миссис Ропер. О, я вижу, чем вы заняты, сэр. Да, печальное это дело. Моя сестра, она сейчас вдова, сохранила все письма покойного мужа, которые он посылал ей с Ближнего Востока. Бывало, вынет и ревет, как белуга.

Хелен, с трудом перенося болтовню миссис Ропер, идет к креслу.

Сердце никогда ничего не забывает, сэр. Я так считаю. Душа всегда все помнит.

Карл (проходит мимо дивана справа). Вы правы, миссис Ропер.

Миссис Ропер. Смерть вашей жены, сэр, видимо, сильно потрясла вас. Или вы этого ждали?

Карл. Конечно, не ждал.

Миссис Ропер. Ума не приложу, как она могла решиться на такое. (Как бы пораженная какой-то мыслью, стоит, глядя на то место, где раньше находилось кресло Ани.) Это не так, совсем не так…

Карл (мрачно, с некоторым раздражением). Кажется, вы собрались за чаем, миссис Ропер?

Миссис Ропер (с трудом отводя взгляд). Да, да, сэр, я должна бежать… (медленно пятится к выходу) потому что бакалейщик закрывается в половине первого.

Миссис Ропер выходит через центральные двери, закрывая их за собой.

Хелен (проходит к центру). С печалью я услышала о том…

Карл (проходит к центру). Благодарю вас.

Хелен. Конечно, она давно болела и, наверное, была в ужасной депрессии.

Карл. Она что-нибудь вам говорила в тот день? До того, как вы ушли?

Хелен (нервничает. Огибает кресло и подходит к нему слева). Н-нет… кажется, нет. Во всяком случае, ничего особенного.

Карл (проходит мимо дивана). Она была в депрессии? В плохом настроении?

Хелен (поспешно). Да. (Обходит кресло спереди.) Да, в очень плохом настроении.

Карл (с оттенком осуждения). И вы ушли, оставили ее одну до прихода Лизы.

Хелен (садится в кресло, говорит быстро). Мне очень жаль, но мне даже в голову не приходило, что такое может случиться.

Карл выходит к центру.

Когда она мне сказала, что все в порядке, и попросила меня уйти, я решила, что она хочет побыть одна, я и ушла. Конечно, сейчас…

Карл (идет вправо). Нет, нет, я понимаю. Я понимаю, что моя бедная Аня, приняв решение, заставила вас уйти.

Хелен. В конце концов, может, это и к лучшему, что все произошло именно так.

Карл (подходит к ней, говорит сердито). Что вы хотите этим сказать? Что значит к лучшему? (Идет по центру, от края сцены.)

Хелен (вставая). Для вас, я хочу сказать. Да и для нее тоже. Она хотела избавиться от своей болезни, вот и избавилась. Так что все в порядке, не правда ли? (Становится левее центра, между креслом и письменным столом.)

Карл (подходя к центру справа). Мне трудно поверить, что она действительно хотела этого.

Хелен. Но она много раз говорила об этом. В конце концов, счастливой она себя не чувствовала.

Карл (задумчиво). Иногда она была очень счастлива.

Хелен (обходит вокруг кресло). Она же не могла не чувствовать, что была вам в тягость.

Карл (проходит перед диваном, начинает терять терпение). Неправда. Никогда она не была мне в тягость.

Хелен. Ну зачем лукавить с самим собой? Я знаю, вы хорошо к ней относились, но давайте посмотрим правде в глаза: быть привязанным к вечно недовольному больному человеку — для мужчины хуже каторги. Все равно, что носить кандалы на ногах. Теперь же вы свободны, можете устроить себе нормальную жизнь и делать все, что захочется. Неужели у вас нет честолюбия?

Карл. Думаю, что нет.

Хелен. Но у вас оно обязательно должно быть. Я слышала, как о вас отзываются люди. Они утверждают, что ваша книга — лучшее из написанного в этом столетии.

Карл (садится на диван слева). Это просто красивые слова.

Хелен. Так говорят люди, которые вас знают. Вам также предлагали уехать в Соединенные Штаты, читать лекции в разных университетах, но вы отклонили все эти предложения из-за вашей жены, не желая оставлять ее одну. (Опускается перед ним на колени.) Вы так долго были связаны своим супружеским долгом, что теперь едва ли представляете себе, что значит быть свободным. Проснитесь, Карл, проснитесь! Будьте сами собой. Вы сделали для Ани все, что в ваших силах. Теперь это уже в прошлом. Отчего бы вам не начать наслаждаться жизнью. Жить так, как действительно стоит жить.

Карл. Вы читаете мне проповедь?

Хелен. Ценятся только настоящее и будущее.

Карл. Настоящее и будущее создаются из прошлого.

Хелен (поднимается с колен, переходит в левую половину комнаты). Вы свободны. Зачем делать вид, будто мы не любим друг друга?

Карл (встает и подходит к креслу, говорит твердо, почти грубо). Я не люблю вас, Хелен, поймите это в конце концов. Я не люблю вас. Вы живете в своем выдуманном мире.

Хелен. Ошибаетесь.

Карл. Нет, живете. Не люблю быть жестоким, но вынужден сказать, что я совершенно не испытываю к вам тех чувств, которые вы себе вообразили, (Садится в кресло.)

Хелен. Но вы должны полюбить меня… (идет по центру, к краю сцены.) после всего того, что я для вас сделала. У многих на это не хватило бы мужества, в я его в себе нашла — нашла в своей любви к вам. Я уже не могла больше видеть, как вы страдаете из-за этой больной, вечно всем недовольной женщины. Вы не понимаете, о чем я говорю? Так вот — я убила ее! Теперь, надеюсь, поняли? Убила!

Карл (совершенно ошеломленный). Убили… Что вы такое говорите?

Хелен (идет вправо от Карла). Я убила вашу жену и не стыжусь этого. Больные, измотанные жизнью и никому не нужные люди должны уступать место другим.

Карл (встает и отступает назад, в левую половину сцены). Вы убили Аню?

Хелен. Она попросила накапать ей в мензурку лекарство. Я дала. Только не четыре капли, а весь пузырек.

Карл (пятясь еще дальше, в ужасе). Вы… вы…

Хелен (выходит в центр сцены). Не беспокойтесь. Никто ничего не узнает. Я все предусмотрела. (Говорит уверенным и довольным тоном.) Сначала стерла все отпечатки пальцев… (движется в сторону Карла) потом прижала ее пальцы к мензурке и к пузырьку. Так что все нормально, как видите. (Подходит к нему с правой стороны.) Я не собиралась говорить вам об этом, но сейчас вдруг почувствовала, что не смогу жить, если между нами будут какие-то секреты. (Кладет руки на грудь Карла.)

Карл (отталкивая ее). Вы убили Аню.

Хелен. Если только привыкнуть к мысли…

Карл. Вы — убили — Аню. (Только сейчас понимает, что произошло, и его тон становится все более и более угрожающим. Неожиданно хватает Хелен за плечи и начинает ее яростно трясти, затем силон усаживает на диван.) В-вы, мерзкая девчонка… что вы сделали? С самодовольным видом болтаете о своем мужестве и изобретательности. Вы убили мою жену… мою Аню. Вы хоть понимаете, что вы сделали? Вы говорите о вещах, о которых не имеете ни малейшего понятия. Болтаете, совершенно ни о чем не думая, не имен никакой жалости. Да я готов удавить вас прямо сейчас! (Хватает ее за горло и начинает душить.)

Хелен прижата к спинке дивана. Наконец Карл отбрасывает ее от себя, и она падает лицом на левый подлокотник дивана, судорожно хватая воздух.

Убирайтесь отсюда. Убирайтесь, а то я с вами сделаю то же самое, что вы сделали с моей Аней.

Хелен рыдает, все еще судорожно хватая воздух. Карл, шатаясь, отходит к креслу у письменного стола и прислоняется к нему спиной, боясь упасть.

Хелен (совершенно разбита, в отчаянии). Карл!

Карл. Убирайтесь. (Кричит.) Убирайтесь, я сказал!

Рыдающая Хелен медленно подходит к креслу, берет сумочку и перчатки и выходит через центральные двери в холл, затем сворачивает направо. Карл опускается в кресло у письменного стола и закрывает лицо руками. Пауза. Затем слышно, как хлопнула парадная дверь. Справа в холле появляется Лиза.

Лиза (кричит). Карл, это я пришла!

Лиза заходит в свою спальню. Карл встает, медленно подходит к дивану и почти в изнеможении падает на него.

Карл. Моя бедная Аня.

Пауза. Лиза, выйдя из своей спальни, появляется в гостиной. На ходу надевает фартук, а затем направляется к окну и выглядывает из него.

Лиза (будничным голосом). Встретила на лестнице Хелен. Она выглядела как-то странно. Прошла мимо, как будто не заметила меня. (Завязывает фартук, оборачивается и замечает состояние Карла.) Карл, что случилось? (Подходит к нему.)

Карл (совершенно спокойно). Она убила Аню.

Лиза (потрясенная). Что?!

Карл. Она убила Аню. Аня попросила ее подать лекарство, и это несчастная девчонка намеренно дала ей больше, чем нужно.

Лиза. Как же так? Ведь на мензурке были только отпечатки пальцев Ани.

Карл. Хелен отравила ее и прижала к мензурке ее пальцы.

Лиза (спокойно, обдумывая ситуацию). Понимаю… Она хладнокровно продумала свои действия.

Карл. Я знал, я чувствовал, что Аня не могла покончить с собой.

Лиза. Эта девица безусловно в вас влюблена.

Карл. Да, но я-то не давал ей никаких оснований считать, будто и я к ней неравнодушен. Никогда, клянусь, Лиза.

Лиза. Не сомневаюсь. Просто она — из тех самоуверенных девиц, которые считают, что все должно быть так, как они решили. (Идет к креслу и усаживается.)

Карл. Моя бедная, мужественная Аня.

Долгая пауза.

Лиза. И что вы теперь собираетесь делать?

Карл (удивленно). Делать?

Лиза. Разве вы не собираетесь сообщить об этом в полицию?

Карл (вздрогнув). В полицию?

Лиза (уверенно). Вы же понимаете, что совершено убийство.

Карл. Да, это убийство.

Лиза. Вот поэтому вам и нужно обратиться в полицию.

Карл. Я не могу этого сделать.

Лиза. Почему? Вы оправдываете убийство?

Карл встает, ходит в центре сцены, затем медленно сворачивает налево, обходит кресло и становится слева от него.

Карл. Я не могу позволить, чтобы эту девочку…

Лиза (сдерживаясь, спокойно). Мы добровольно приехали в эту страну, где живем под охраной закона. Поэтому нам следует уважать закон этой страны, вне зависимости от нашего к нему отношения.

Карл. Ты серьезно считаешь, что я должен идти в полицию?

Лиза. Да, вполне.

Карл. Но почему?

Лиза. Из соображений здравого смысла.

Карл (садится за письменный стол). Здравый смысл! Здравый смысл! Может ли человек руководствоваться в жизни только здравым смыслом?

Лиза. Вы не можете, я знаю. И никогда не могли, потому что вы, Карл, слишком добрый, слишком жалостливый человек. Зато я могу.

Карл. А что плохого в жалости? Неужели так стыдно быть милосердным, снисходительным? Уметь прощать?

Лиза. Это может привести к еще большим несчастьям.

Карл. Человек должен быть готов к тому, что ему придется страдать за свои принципы.

Лиза. Возможно. Это ваше дело. (Направляется к столу в центре гостиной, останавливается слева от него.) Но другие не обязаны страдать за ваши принципы, как пришлось Ане.

Карл. Знаю, знаю, но ты ничего не понимаешь.

Лиза (поворачиваясь лицом к Карлу). Я прекрасно все понимаю.

Карл. И что же я, по-твоему, должен сделать?

Лиза. Я ведь ясно сказала: сообщить в полицию. Аню убили. Убила эта девушка и сама призналась в своем преступлении. Значит, полиция должна знать об этом.

Карл (встает и, обойдя кресло сзади, выходит к центру). Ты верно рассуждаешь, но и жестоко, Лиза. Подумай только, ведь она еще совсем девчонка. Ей всего двадцать три года.

Лиза. Ну и что? Ане было лишь тридцать восемь, тоже не так уж много.

Карл. Если ее осудят, что мне делать? Неужели ты не понимаешь, Лиза, что уже ничто не вернет нам Аню?

Лиза. Да, не вернет. Аня мертва.

Карл (подходит к дивану и садится). Как бы мне хотелось, чтобы ты взглянула на случившееся моими глазами.

Лиза (подходит к дивану слева). Я не могу этого сделать. Я любила Аню. Мы были не только родственницами, но и подругами. Мы с детства вместе. Я ухаживала за ней, когда она болела. Я знаю, как ей нелегко было оставаться мужественной и не жаловаться. Я видела, как тяжело ей жилось.

Карл (безвольно). Мой визит в полицию Аню не вернет.

Лиза ничего не отвечает, поворачивается и идет по центру к краю сцены.

Видишь ли, Лиза, в какой-то степени я чувствую себя виноватым в том, что произошло. Вольно или невольно, именно я толкнул эту девчонку на преступление.

Лиза. Вы здесь абсолютно ни при чем. (Подходит к дивану и опускается на колени перед Карлом.) Давайте говорить прямо. Она сделала все возможное, чтобы совратить вас, но потерпела крах.

Карл. Что бы ты ни говорила, я все равно чувствую себя виноватым. Ею двигала любовь ко мне.

Лиза. Да не любовь, а желание получить то, чего ей вдруг захотелось. Она же никогда не знала отказа ни в чем.

Карл. В этом ее беда. У нее до сих пор не было возможности по-настоящему полюбить кого-нибудь.

Лиза. Ничего страшного. Она молодая и красивая.

Карл (резко). Что ты хочешь этим сказать?

Лиза. Меня интересует, стали бы вы относиться к ней с такой доброжелательностью, если бы она была простой студенткой?

Карл (вставая). Уж не думаешь ли ты…

Лиза (вставая). Что?

Карл. Что я жаждал этой девушки?

Лиза (медленно двигаясь влево). А почему бы и нет? Разве она не привлекательна? Будьте честны сами с собой. Вы уверены, что не питаете к ней никаких чувств?

Карл (подходит к Лизе справа). И это говоришь мне ты? Ты?! Хотя ты знаешь… и всегда знала… что я люблю тебя. Тебя! Понимаешь? Я не сплю ночами, думая о тебе, желая тебя, Лиза, Лиза…

Карл берет Лизу за руки. Они страстно обнимаются. В дверях, на заднем плане, появляется чья-то фигура. После паузы дверь с грохотом закрывается. Карл и Лиза отскакивают друг от друга и смотрят на дверь. Они не успели заметить, кто это был. Этого не знают и зрители. Гаснет свет.

Занавес.

Картина вторая

Та же самая обстановка. Шесть часов спустя. Вечер. Когда поднимается занавес, гостиная едва освещена, большая часть комнаты — в тени. Лиза сидит на диване справа и курит. Ее почти не видно. Слышно, как хлопает парадная дверь. В холле раздаются голоса. Через центральные двери входит Карл. Из кармана его пальто торчит газета. За ним следует доктор.

Карл. Дома никого. Интересно…

Доктор подходит к выключателю слева от центральных дверей и включает свет. Оба замечают Лизу.

Доктор. Лиза! Что вы здесь делаете, в темноте?

Карл подходит к креслу у письменного стола и бросает на спинку пальто.

Лиза. Просто думаю.

Карл садится в кресло.

Доктор. Я встретил Карла на улице, и мы немного прошлись. (Кладет свое пальто на стул у стола в центре комнаты.) Знаете, что бы я вам посоветовал, Карл? Просто выпить. Чуть-чуть. Вы не возражаете, Лиза, если я налью бренди, а?

Лиза делает движение, пытаясь встать.

Нет, нет, сидите. Я знаю, где это. (Подходит к шкафчику с посудой под книжными полками справа, берет бутылку бренди, бокал и наливает довольно внушительную порцию.) Он пережил потрясение. Просто ужасное потрясение.

Карл. Я ему все рассказал о Хелен.

Доктор. Да, он мне рассказал.

Лиза. И вы, наверное, тоже были потрясены?

Доктор. Знаете, я с самого начала тревожился. Я всегда считал, что Аня не относится к суицидальным личностям. И поэтому всякую возможность подобного несчастного случая просто исключал. (Подходит к Карлу справа и дает ему бокал с бренди.) Первые подозрения у меня возникли еще во время дознания. Конечно, за вынесенным вердиктом стояла полиция. (Садится на диван, слева от Лизы.) Да, все это выглядело подозрительным. В полиции меня обстоятельно допросили, и я не мог не заметить, к чему они клонят. Хотя, конечно, ничего конкретного они мне не говорили.

Лиза. Значит, вы не удивились?

Доктор. В общем-то, нет. Эта девушка считала, что может позволить себе все что угодно. Даже пойти на убийство. Ну что ж, она оказалась неправа.

Карл (тихим голосом). Это я во всем виноват.

Доктор. Карл, послушайте меня. Вы ни в чем не виноваты. По сравнению с этой девушкой, вы сама невинность. (Встает и выходит в центр.) Как бы то ни было, вы должны перестать упрекать себя.

Лиза. Вы считаете, что он должен пойти в полицию?

Доктор. Да, конечно.

Карл. Нет.

Доктор. Только из-за того, что вы считаете себя отчасти виноватым? Вы слишком чувствительны.

Карл. Несчастное дитя.

Доктор (обходит кресло и останавливается слева, ближе к краю сцены). Безжалостная, мерзкая сучка! Вот это ближе к истине. На вашем месте я не стал бы за нее беспокоиться. Десять к одному, что ей ничего не грозит. (Проходит у края сцены и подходит к Карлу справа.) Безусловно, она будет все отрицать. Для того чтобы что-то доказать, необходимы факты, вам это известно. Полиция может быть абсолютно уверена в том, что знает, кто совершил убийство, и, тем не менее, будет не в состоянии возбудить дело против этого человека. Отец этой девицы — весьма важная персона. Один из богатейших людей Англии. Это тоже надо принять в расчет.

Карл. Вот в этом, я думаю, вы ошибаетесь.

Доктор. Да? Я ничего не имею против полиции. (Проходит дальше в глубь сцены, к центру.) Если у них будет на руках дело, они, конечно, сделают все, что в их силах, ни перед кем не лебезя. Только им придется очень тщательно проверить все улики. А их, как вы знаете, практически нет. Конечно, если она не сломается и сама не признается во всем. Но, насколько я понимаю, этого от нее ждать не приходится.

Карл. Она мне во всем призналась.

Доктор. Это совершенно иное. Хотя, между нами, не понимаю, зачем она это сделала. (Подходит к дивану и садится слева.) Похоже на глупость.

Лиза. Просто ей не терпелось похвастаться.

Доктор (с любопытством смотрит на нее). Вы так считаете?

Карл. Это точно, и это самое ужасное.

Раздается звонок в парадную дверь.

Кто это еще может быть?

Доктор. Скорее всего, кто-нибудь из ваших студентов (Встает.) Я избавлю вас от них.

Доктор выходит в холл и поворачивает направо. Карл встает и ставит свой бокал на письменный стол.

Огден (голос в прихожей). Могу ли я видеть профессора Хендрика?

Доктор (голос в прихожей). Да. Сюда, пожалуйста.

Доктор входит в гостиную из холла через центральные двери и останавливается сбоку от них.

Это инспектор Огден.

Из холла в гостиную через центральные двери входят детектив-инспектор Огден и сержант полиции Парс. Сержант закрывает двери, затем встает позади стола в центре комнаты.

Огден (приятным тоном). Надеюсь, я не помешал вам, профессор Хендрик.

Карл (переходит в левую часть сцены, ближе к ее краю). Нет, совсем нет.

Огден. Добрый вечер, мисс Колетски. Вы, наверное, не ожидали вновь увидеть меня. Но у нас возник ли кое-какие вопросы. Присяжные, как вы знаете, приняли открытый вердикт, которым установлен только сам факт несчастного случая или совершения преступления. Данных недостаточно. Мы, например, не знаем, как покойная могла принять смертельную дозу лекарства.

Лиза. Понимаю.

Огден. Может быть, у вас, сэр, после первого нашего разговора появились какие-нибудь новые сведения?

Карл бросает взгляд на Лизу. Огден и сержант замечают это и моментально обмениваются взглядами. Наступает пауза.

Карл (с трудом). Да нет, ничего нового мне не известно. Я по-прежнему считаю, что все это произошло случайно.

Лиза отворачивается. Доктор, едва не фыркнув, делает то же самое.

Огден. Но это явно не самоубийство.

Карл. Да.

Огден. Ну что ж, в этом смысле вы действительно правы, сэр. (С ударением.) Это не было самоубийство.

Карл и Лиза поворачиваются к Огдену.

Лиза (спокойно). Как вы узнали?

Огден. Уже после дознания нам стали известны кое-какие факты. Относительно отпечатков пальцев на пузырьке с лекарством и на мензурке.

Карл. Вы хотите сказать… Но это же были отпечатки пальцев моей жены, разве не так?

Огден. Это так, сэр, и в то же время не так, (тихо) потому что она не сама оставила эти отпечатки. (Подходит к стулу, который стоит слева от стола в центре, и переносит его к дивану.)

Доктор и Карл обмениваются взглядами.

Карл. Что вы хотите этим сказать?

Огден. Такие преступления совершают дилетанты. Берут руку своей жертвы и прикладывают к той или иной вещи, — к пистолету, бутылочке, к чему угодно. (Сидится на стул.) Но на самом деле не все так просто.

Карл опускается в кресло.

Расположение таких отпечатков не соответствует тем, которые могли бы возникнуть, если бы живая женщина схватили пузырек. Это означает, что кто-то другой приложил руку вашей жены к пузырьку, чтобы на нем остались отпечатки пальцев и у всех сложилось впечатление, будто ваша жена совершила самоубийство. Весьма наивный ход мыслей. Поступок, характерный для очень самоуверенного человека. Кроме того, поскольку этим пузырьком неоднократно пользовались, на нем должны были быть другие отпечатки, но их нет. Значит, их стерли, оставив на пузырьке только отпечатки вашей жены. Вы понимаете, что это означает?

Карл. Да, понимаю.

Огден. Если бы произошел несчастный случай, делать подобное просто не имело бы смысла. Остается только одно…

Карл. Понимаю.

Огден. Очень сомневаюсь в этом, сэр. Это означает только то, что называется мерзким словом — убийство.

Карл. Убийство.

Огден. Вам это не кажется невероятным, сэр?

Карл (скорее себе, нежели Огдену). Еще как кажется. Моя жена была нежной, доброй женщиной. Я никогда не смогу понять, зачем ее нужно было убивать.

Огден. А вы сами…

Карл (резко). Вы что, обвиняете меня?

Огден (вставая). Конечно, нет, сэр. Если бы у меня возникли хоть какие-нибудь подозрения в отношении вас, я бы прямо сказал вам об этом. Нет, профессор Хендрик, мы проверили все, что вы нам говорили, и все совпадает, минута в минуту. (Вновь садится.) Вы вышли из дома вместе с доктором Стонером, и он подтверждает, что в это время на столике вашей жены не было ни пузырька, ни мензурки. Затем вы читали лекцию группе студентов в университете. Нет, вы не могли совершить преступления.

Доктор проходит в левую часть сцены.

Я спрашиваю у вас о другом, сэр. Может, вы догадываетесь, кто мог пойти на это преступление?

Карл сидит, уставившись прямо перед собой. Долгая пауза.

Карл (приходя в себя). Я… (пауза) ничем не могу помочь вам.

Огден встает и, ставя стул на место у стола, обменивается взглядом с сержантом, который проходит к двери справа — в спальню миссис Хендрик.

Огден (выходит в центр сцены). Вы, конечно, понимаете, что это обстоятельство все меняет. Я хотел бы осмотреть вашу квартиру, в особенности спальню миссис Хендрик. Конечно, если необходимо, я могу получить ордер на обыск, но…

Карл. Можете осматривать все, что посчитаете нужным. (Встает.)

Лиза встает.

Спальня моей жены… (показывает на дверь справа) — вон там.

Огден. Благодарю вас.

Карл. Мисс Колетски занималась разбором ее вещей.

Лиза идет к двери направо и открывает ее. Огден и сержант входят в спальню миссис Хендрик. Лиза оборачивается и смотрит на Карла, затем выходит в правую дверь, прикрывая ее за собой.

Доктор (подходя к креслу слева). Карл, я уже настолько давно вас знаю, что имею полное право сказать — вы валяете дурака.

Карл (подходит к креслу справа). Я не могу взять на себя ответственность и направить их по ее следу. Они все равно скоро выйдут на нее, без всякой помощи с моей стороны.

Доктор. Я в этом не уверен. И вообще это высокопарная чепуха. (Садится в кресло.)

Карл. Она не понимала, что творит.

Доктор. Напротив, все прекрасно понимала.

Карл. Нет, она не понимала. Она слишком молода, чтобы научиться состраданию. (Встает позади кресла.)

Лиза входит справа, закрывает дверь за собой.

Лиза (подходит поближе к креслу, обращается к доктору). Ну, убедили вы его?

Доктор. Пока что нет.

Лиза дрожит.

Вам холодно.

Лиза. Нет, не холодно, просто я боюсь. (Идет в сторону центральных дверей.) Пойду приготовлю кофе.

Лиза выходит в холл. Доктор встает и проходит перед диваном.

Карл (движется от кресла к краю сцены). Как бы мне хотелось, чтобы вы с Лизой поняли, что месть все равно не вернет Аню к жизни.

Доктор (в левой половине, идет в глубь сцены). А представьте себе, что наша маленькая красотка начнет уничтожать всех жен, что окажутся у нее на пути?

Карл. Я в это не верю.

Из правой двери выходят Огден и сержант. Сержант останавливается за столом в центре гостиной, а Огден справа от него, ближе к краю сцены.

Огден. Как я понимаю, вы уже избавились от части одежды, которая принадлежала вашей жене?

Карл. Да. Мы отослали ее в Восточно-Лондонскую миссию, если не ошибаюсь.

Сержант делает запись.

Огден (подходит к дивану справа). А что с ее бумагами, письмами?

Карл (подходит к столу в центре). Сегодня утром разобрал их. (Показывает на шкатулку.) Хоти, если вы надеетесь что-то найти…

Огден (многозначительно). Никогда ничего не знаешь наперед. Какую-нибудь записку, памятный листок…

Карл. Очень сомневаюсь, что вы что-нибудь найдете, хотя, конечно, смотрите, если хотите. (Берет пачку писем, перевязанных ленточкой.) Это вам тоже нужно? Это письма, которые я писал своей жене.

Огден (спокойно). Боюсь, мне придется просмотреть их. (Берет письма.)

Следует довольно продолжительная пауза, затем Карл нетерпеливо поворачивается в сторону центральных дверей.

Карл. Я буду на кухне, если вам понадоблюсь, инспектор Огден.

Доктор открывает правую створку центральных дверей. Карл выходит. Доктор следует за ним, прикрывая за собою дверь. Огден подходит к столу в центре гостиной. Останавливается справа.

Сержант. Вы думаете, он знал об этом?

Огден. Нет, не думаю. (Начинает просматривать документы в шкатулке.) Раньше он точно ничего не знал. Не имел ни малейшего представления, я бы так сказал. (Решительно.) Но сейчас он точно знает, чьих это рук дело. И когда ему стало об этом известно, он пережил настоящее потрясение.

Сержант (тоже просматривает документы в шкатулке). Но он ничего не говорит.

Огден. Н-да, не говорит. Этого и следовало ожидать. И сейчас он вряд ли что скажет. По крайней мере, при сложившихся обстоятельствах.

Сержант. Если бы тут была наша миссис Моп[2], она сразу бы все узнала. Ужасно обожает совать нос в чужие дела. Моментально чует, где что-то не так. А какое она наслаждение получает, рассказывая об этом!

Огден (с отвращением). Неприятная женщина.

Сержант. Зато хорошо себя показала в качестве свидетельницы.

Огден. Если не считать того, что чуть-чуть переборщила. Ну что ж, ничего здесь нет. Пожалуй, надо заняться делом. (Подходит к центральным дверям, открывает одну створку и кричит.) Подойдите сюда, пожалуйста! (Идет к креслу, останавливается перед ним.)

Появляется Лиза, идет по центру, ближе к краю сцены. За ней следует доктор. Проходит к дивану. Останавливается справа. Входит Карл. Проходит к дивану. Останавливается слева от него. Сержант закрывает за вошедшими двери и остается стоять у дверей.

Мисс Колетски, у меня к вам несколько вопросов. Если не хотите, можете на них не отвечать.

Лиза. Я отказываюсь отвечать на какие-либо вопросы.

Огден. Возможно, вы поступаете разумно. Лиза Колетски, я вынужден арестовать вас по обвинению и отравлении Ани Хендрик пятого марта…

Карл становится справа от Лизы.

Обязан предупредить вас, что все, сказанное вами, может быть использовано против вас.

Карл (в ужасе). Что?! Что вы делаете?! Что вы говорите?

Огден. Пожалуйста, профессор, не надо сцен.

Карл (встает позади Лизы и обхватывает ее руками). Вы не можете арестовать Лизу, не можете. Она ничего плохого не сделала.

Лиза (нежно отстраняя Карла; ясным, громким, спокойным голосом). Я не убивала свою кузину.

Огден. У вас позже будет возможность говорить все, что вы считаете нужным.

Карл, потеряв терпение, надвигается на Огдена, но доктор удерживает его.

Карл (отталкивая доктора, почти кричит). Вы не можете этого сделать! Не можете!

Огден (Лизе). Если вам необходимы пальто и шляпка…

Лиза. Мне ничего не нужно.

Лиза поворачивается и какое-то мгновение смотрит на Карла. Затем идет к центральным дверям. Сержант распахивает их перед нею. Лиза выходит из комнаты. Огден и сержант следуют за ней. Карл неожиданно принимает решение и бросается вслед за ними.

Карл. Инспектор Огден! Вернитесь. Я должен поговорить с вами.

Возвращается в центр комнаты.

Огден (доносится голос). Подождите в холле, сержант.

Сержант (доносится голос). Хорошо, сэр.

Огден входит в гостиную через центр. Доктор переходит в левую половину комнаты.

Огден. Да, профессор Хендрик?

Карл (подходит к дивану слева). Я должен кое-что сказать вам. Я знаю, кто убил мою жену. Это сделала не мисс Колетски.

Огден (вежливо). Кто же тогда?

Карл. Девушка по имени Хелен Ролландер. Одна из моих студенток. (Подходит к креслу, садится.) К сожалению, она… она прониклась ко мне определенными чувствами.

Доктор встает слева от кресла.

В тот день она осталась наедине с моей женой и дала ей смертельную дозу лекарства.

Огден (идет по центру, к краю сцены). Как вы узнали об этом, профессор Хендрик?

Карл. Она сама мне рассказала, сегодня утром.

Огден. Вот как? И кто-нибудь слышал это?

Карл. Нет, но я говорю вам правду.

Огден (задумчиво). Хелен… Ролландер. Вы имеете в виду дочь сэра Уильяма Ролландера?

Карл. Да. Уильям Ролландер действительно ее отец. Он очень важный человек. Это имеет какое-нибудь значение?

Огден (проходит у левого конца дивана). Нет, не имеет, если вы действительно говорите правду.

Карл (вставая). Клянусь вам, это правда.

Огден. Вы очень привязаны к мисс Колетски, да?

Карл. Вы считаете, что я все это придумал, чтобы выгородить ее?

Огден (ходит по центру). Вполне возможно. Насколько я понимаю, вы находитесь в интимных отношениях с мисс Колетски, так ведь?

Карл (просто ошарашен). Что-о?

Огден. Должен сказать вам, профессор Хендрик, что ваша приходящая прислуга, миссис Ропер, сегодня днем пришла в полицию и сделала заявление.

Карл. Значит, это была миссис Ропер, которая…

Огден. Отчасти именно из-за этого заявления и была арестована мисс Колетски.

Карл (поворачиваясь к доктору в надежде на поддержку). И вы полагаете, что я и Лиза…

Огден. Ваша жена была инвалидом. Мисс Колетски — привлекательная молодая женщина. Судьба толкнула вас в объятия друг друга.

Карл. Значит, вы считаете, что мы вдвоем планировали убийство Ани?

Огден. Нет, не считаю, хотя, конечно, я могу и ошибаться.

Карл обходит кресло.

Думаю, все разработала одна мисс Колетски. Благодаря новому методу лечения ваша жена могла выздороветь, и мисс Колетски решила не допустить этого.

Карл. Говорю вам, это была Хелен Ролландер!

Огден. Да, вы так говорите. Но мне вся эта история кажется маловероятной. (Идет к центральным дверям.)

Карл переходит в правую половину сцены.

Трудно представить, чтобы такая девушка, как мисс Ролландер, у ног которой лежит весь мир и которая едва знакома с вами, могла совершить убийство. Обвинение подобного рода делает вам мало чести, профессор Хендрик. Эта идея возникла у вас сейчас, потому что вы думаете, что ее нельзя опровергнуть.

Карл (подходит к Огдену справа). Послушайте. Сходите к мисс Ролландер. Скажите, что за убийство, совершенное ею, арестовали другую женщину. Скажите ей, от моего имени, что я знаю… знаю, несмотря на все ее ошибки, что она — человек честный и порядочный. Клянусь, она подтвердит все, что я вам сказал.

Огден. Вы хорошо это придумали.

Карл. Что вы хотите этим сказать?

Огден. Только то, что я говорю. Никто не сможет подтвердить ваших слов.

Карл. Только Хелен.

Огден. Вот именно.

Карл. И доктор Стонер тоже это знает. Я ему все рассказал.

Доктор. Я уверен, что так и было, инспектор Огден. Если вы помните, я говорил вам, что, когда мы в тот день уходили, мы оставили миссис Хендрик в обществе мисс Ролландер.

Огден. Ну что ж, просто любезность с ее стороны. (Становится справа от доктора.) Мы тогда допрашивали мисс Ролландер. Никаких оснований сомневаться в ее рассказе я не нашел. Она действительно некоторое время оставалась с вашей женой, а потом вынуждена была уйти, потому что ее об этом попросила сама миссис Хендрик: она заявила, что устала и хочет отдохнуть. (Встает позади кресла.)

Карл. Сходите к Хелен прямо сейчас. Расскажите ей о том, что случилось. Передайте ей, что я прошу рассказать вам все как было.

Огден (доктору). А когда именно профессор Хендрик рассказал вам о том, что его жену убила мисс Ролландер? Как я понимаю, это произошло в течение последнего часа.

Доктор. Да, это так.

Карл. Когда мы встретились на улице. (Встает перед диваном.)

Огден. А вам не кажется, что, будь это действительно так, он должен был сразу, как только она рассказала ему об этом, прийти к нам?

Доктор. Он совершенно иного типа человек.

Огден (жестко). Мне кажется, вы понятия не имеете о том, что это за человек. (Подходит к креслу у письменного стола, на спинке которого лежит пальто Карла.) Он моментально улавливает суть дела и особой щепетильностью не отличается.

Карл направляется в сторону инспектора, но доктор быстро становится слева от Карла и останавливает его.

Вот ваше пальто и вечерняя газета, как я понимаю. (Вытаскивает из кармана пальто вечернюю газету.)

Карл становится перед диваном. Доктор подходит к дивану слева.

Карл. Да, я купил ее на углу, у самого дома, но еще не успел просмотреть.

Огден (выходит в центр). Вы в этом уверены?

Карл. Да… (Идет к центру.) Уверен.

Огден. А я думаю, что вы с нею уже ознакомились. (Читает.) “Хелен Ролландер, единственная дочь сэра Уильяма Ролландера, стала жертвой несчастного случая, который произошел сегодня утром. Водитель грузовика заявляет, что мисс Ролландер не дала ему возможности даже притормозить. Не взглянув по сторонам, она вышла на проезжую часть улицы и была мгновенно сбита грузовиком”.

Карл тяжело опускается на диван.

Я думаю, что, увидев эту заметку, профессор Хендрик сразу же сообразил, как спасти свою любовницу, — обвинить в преступлении девушку, которая никогда не смогла бы защититься от его обвинений, потому что уже мертва.

Гаснет свет.

Занавес.

Картина третья

Там же. Два месяца спустя. Ближе к вечеру. Когда поднимается занавес, сцена освещается. Обстановка та же. Карл сидит на диване. Доктор, прислонившись спиной к столу в центре гостиной, читает книгу “Вальтер, неукротимый дикарь”. Лестер ходит взад-вперед чуть левее центра комнаты. Раздается телефонный звонок. Все вздрагивают. Лестер, поскольку находится к телефонному аппарату ближе всех, снимает трубку.

Лестер (говорит в телефонную трубку). Хелло?.. (Кладет трубку.) От этих репортеров нет покоя (Идет к краю сцены.)

Доктор подходит к креслу, садится в него. Карл встает, огибает диван и останавливается в центре.

Карл. Лучше бы я остался в зале суда. Почему вы не позволили мне этого сделать?

Доктор. Лиза потребовала, чтобы вас там не было во время объявления вердикта. Мы должны считаться с ее желанием.

Карл. Но вы-то могли остаться?

Доктор. Она хотела, чтобы я был с вами. Адвокат сразу же сообщит нам о приговоре…

Карл. Они не могут признать ее виновной. Не могут. (Ходит по центру.)

Лестер (ходит по центру, ближе к краю сцены). Если хотите, я могу сходить туда и…

Доктор. Вы останетесь здесь, Лестер.

Лестер. Если бы от меня был хоть какой-то прок.

Доктор. Вы можете отвечать на звонки этого чертова телефона.

Карл (ходит перед диваном). Да, дорогой мой мальчик. Оставайтесь. Ваше присутствие придает мне силы.

Лестер. Это действительно так?

Карл. Ее должны, просто обязаны оправдать. Я не в силах поверить, что они могут осудить невиновного. (Садится на диван.)

Лестер ходит по центру, ближе к дверям.

Доктор. Не в силах поверить? А вот я могу. Такие случаи происходят сплошь и рядом. И вы, Карл, не раз с ними сталкивались. Но я надеюсь и даже готов поспорить с вами, что Лиза произвела хорошее впечатление на присяжных.

Лестер. Но факты против нее просто убийственные. Все эта ужасная Ропер. Чего она только не наговорила! (Садится слева от стола в центре.)

Доктор. Конечно, она абсолютно уверена в том, что говорит. Вот почему ее невозможно было сбить на перекрестном допросе. Хуже всего то, что она наверняка видела, как в день проведения дознания вы обнимались с Лизой. Я убежден, что она все видела.

Карл. Да, видела. Это точно. Я тогда впервые поцеловал Лизу.

Доктор. Лучшего времени выбрать вы, конечно, не могли. Чертовски жаль, что эта снующая повсюду особа видела, как вы целуетесь с Лизой. “С очень красивой молодой дамой”, — как заявила она в суде.

Карл. Странно, говоришь правду, а тебе никто не верит.

Доктор. Этим рассказом о девушке, которая уже мертва, вы только вызвали к себе недоверие.

Карл (встает и ходит по комнате). Если бы я сразу же пошел в полицию, как только она мне все рассказала…

Доктор. Вот именно, если бы. Хуже всего то, что вы рассказали об этом после покупки газеты, где напечатано сообщение о ее смерти. А причины, которыми вы объясняли нежелание сообщить о своем разговоре с нею в полицию, были просто смешны.

Карл идет к левому краю сцены.

Не для меня, конечно. Мне хорошо известно, как вам не везет. Все складывается чертовски неприятно. Эта Ропер входит в гостиную и видит, как Лиза стоит у тела миссис Хендрик и держит в руке пузырек с лекарством. В перчатке! Просто невероятное стечение обстоятельств.

Карл идет по сцене направо. Раздается телефонный звонок.

Карл. Что это?.. Может быть?..

Следует мучительная пауза. Затем доктор жестом просит Лестера снять трубку. Лестер встает, подходит к телефону и поднимает трубку.

Лестер (в трубку). Да?.. Хелло?.. Идите вы к черту! (Бросает трубку и остается у письменного стола.)

Доктор. Вампиры, вот как называют этих людей. Вампиры!

Карл (проходит в глубь сцены). Если они найдут ее виновной, если они…

Доктор. Вы же знаете, мы можем подать апелляцию.

Карл (идет к краю сцены, затем к дивану). Почему именно ей выпало пройти через все это? Почему именно она должна страдать? Лучше бы я был на ее месте.

Доктор. Это только так кажется.

Карл. В конце концов, именно я виноват в том, что произошло…

Доктор (прерывая его). Я уже говорил, что это все чепуха.

Карл. Но Лиза ведь ничего не сделала. Ничего. (Идет по центру к краю сцены, затем направо.)

Доктор (после долгого молчания обращается к Лестеру). Мой мальчик, сходите и приготовьте кофе, если умеете, конечно.

Лестер (обиженно). Конечно, умею. (Направляется к центральным дверям.)

Раздается телефонный звонок. Лестер разворачивается, чтобы взять трубку.

Карл (останавливает Лестера). Не надо отвечать.

Телефон продолжает звонить. Лестер после некоторого колебания выходит в холл и сворачивает налево. Телефон звонит не переставая. В конце концов Карл бросается к нему и снимает трубку.

Карл (в трубку). Вы что, не можете оставить моим в покое? Оставьте меня в покое! (Бросает трубку и опускается в кресло у письменного стола.) Я больше не вынесу это, не вынесу.

Доктор (встает и подходит к Карлу). Терпение, Карл. Наберитесь мужества.

Карл. Какой смысл говорить мне все это?

Доктор. Особого смысла в этом, конечно, нет, но что еще можно сказать? Вам сейчас ничто не поможет, только мужество.

Карл. Я думаю только о Лизе, о том, как она страдает.

Доктор. Знаю.

Карл. Она такая сильная. На удивление сильная.

Доктор (идет к центру). Лиза просто замечательная женщина. Мне всегда было это известно.

Карл. Я люблю ее. Вы знали об этом?

Доктор. Конечно знал. Вы давно ее любите.

Карл. Да. И никто из нас двоих не хотел показать этого. Это не значит, что я не любил Аню. Я действительно ее любил и всегда буду любить. И я не хотел, чтобы она умерла.

Доктор. Я это знаю. И никогда не сомневался.

Карл. Возможно, хотя это и странно, но, оказывается, можно любить двух женщин в одно и то же время.

Доктор. Ничего странного. Такое часто случается. (Встает позади Карла.) А знаете, что Аня обычно говорила мне? “Когда я умру, Карл должен жениться на Лизе”. Вот как она считала. “Обещайте, доктор, что он это сделает”, — не раз повторяла она мне. “Лиза будет за ним ухаживать и будет нежна с ним. Если он этого не понимает, вы обязательно должны объяснить ему это”. Понимаете, она постоянно мне это говорила. И я обещал ей сделать все, что в моих силах.

Карл (встает). Как вы считаете, доктор, они снимут с нее обвинение? А?

Доктор (спокойно). Я думаю… вы должны приготовиться…

Карл (ходит перед креслом). Даже ее адвокат не поверил мне, только сделал вид, что верит. (Садится в кресло.)

Доктор. Да, он, думаю, не поверил, но среди присяжных есть несколько разумных людей, которые, как мне кажется, будут на вашей стороне. (Проходит влево, к краю сцены.) Может быть, вы обратили внимание, там была толстая женщина в смешной шляпке. Она очень внимательно прислушивалась к каждому вашему слову, когда вы рассказывали о Хелен. И я заметил, как она кивает, соглашаясь с вами. Возможно, у нее когда-то был муж, которого увела молодая девушка. Никогда не знаешь, что может повлиять на тех или иных людей.

Раздается телефонный звонок.

Карл (встает). На сей раз это наверняка то, чего мы ждем.

Доктор подходит к телефону и берет трубку.

Доктор (в трубку). Слушаю?..

Из холла с подносом в руке входит Лестер. На подносе три чашки с кофе. Кофе проливается в блюдца.

Карл. Ну?

Лестер. Это?.. (Ставит поднос на стол в центре. Сливает кофе с блюдец в одну чашку.)

Доктор (в трубку). Нет… Нет, боюсь, он не сможет. (Швыряет трубку.) Один из этих вампиров. (Идет к дивану, садится.)

Карл. Чего они надеются таким путем добиться?

Доктор. Увеличения тиража, я полагаю.

Лестер (подает Карлу чашку кофе.) Надеюсь, я сделал все, как надо. Правда, не все сразу нашел.

Карл. Благодарю вас. (Идет к креслу у письменного стола, садится.)

Лестер подает доктору чашку кофе, затем берет свою чашку и становится прямо в центре. Все пьют кофе. Наступает довольно длинная пауза.

Доктор. Вы когда-нибудь видели цаплю?

Лестер. Нет. Кажется, нет. А что?

Доктор. Да нет, так просто.

Лестер. О чем вы подумали?

Доктор. Да ни о чем. Очень хочется, чтобы все это оказалось неправдой и меня тут не было.

Лестер. Понимаю. (Ходит по центру гостиной.) Ужасно, когда ничего не можешь сделать.

Доктор. А еще хуже — ждать.

Лестер (после паузы). Знаете, а ведь я, кажется, ни разу не видел ни одной цапли.

Доктор. Очень красивые птицы.

Карл. Доктор, я хотел бы, чтобы вы для меня кое-что сделали.

Доктор (встает). Да? Что именно?

Карл. Я хочу, чтобы вы вернулись в зал суда.

Доктор (подходит к Карлу, по дороге ставит свою чашку на рабочий столик). Нет, Карл.

Карл. Да, я знаю, что вы обещали, но я хочу, чтобы вы вернулись туда.

Доктор. Карл… Лиза…

Карл. Если произойдет самое страшное, я хотел бы, чтобы Лиза вас видела в зале суда и это могло бы поддержать ее. А если нет, то ей понадобится кто-то, кто мог бы приглядеть за нею, помочь оттуда выбраться и приехать сюда.

Доктор, не отрываясь, смотрит на Карла несколько мгновений.

Я знаю, что я прав.

Доктор (приняв решение). Хорошо.

Лестер (обращаясь к доктору). Я могу остаться и…

Карл смотрит на доктора и едва заметно качает головой. Доктор моментально все понимает.

Доктор. Нет, Лестер, вы поедете со мной. (Идет к центральным дверям.) Бывают случаи, когда человеку следует побыть одному. Я прав, Карл?

Карл. Вы не беспокойтесь обо мне. Я хочу остаться здесь наедине с Аней.

Доктор (резко оборачивается назад). Что вы сказали? С Аней?

Карл. Разве я так сказал? Наверное, я неправильно выразился. Оставьте меня здесь. Я не буду отвечать на телефонные звонки. Я подожду вашего прихода.

Лестер выходит через центральные двери. Доктор идет следом, прикрывая за собою двери. Карл откидывается на спинку кресла. Где-то в глубине квартиры часы бьют шесть раз.

Пауза. Затем раздается телефонный звонок. Карл встает. Не замечая трезвонящий телефон, подходит к столу, ставит на поднос свою чашку с кофе и идет к центральным дверям, по дороге забирая чашку доктора. Выходит в холл и сворачивает налево. Пока он отсутствует, телефон перестает звонить. Карл вновь входит в гостиную, оставляя двери открытыми, и направляется влево. По дороге на мгновение останавливается и смотрит на рабочий столик. Затем идет к шкафчику, достает пластинку с концертом Рахманинова. Подходит к письменному столу и кладет на него пластинку, прямо перед собой. Неожиданно в центральных дверях появляется Лиза. Она прикрывает за собою двери и прислоняется к ним Карл, обернувшись, вскакивает.

Карл. Лиза! Лиза! (Медленно идет к ней, словно не веря своим глазам.) Неужели это ты? Ты?!

Лиза. Они признали меня невиновной.

Карл (пытается обнять ее). О моя дорогая, я так благодарен судьбе. Никто больше не сделает тебе зла, Лиза.

Лиза (отталкивает его). Нет, не сделает.

Карл (не понимая причину ее отчужденности и холодности). Что ты хочешь этим сказать?

Лиза. Я пришла сюда, чтобы забрать свои вещи.

Карл (прислоняясь спиной к креслу). Я не понял… Что значит — свои вещи?

Лиза. Только самое необходимое, а потом и уйду.

Карл. Что значит — уйду?

Лиза. Я покидаю этот дом.

Карл. Ну право, это смешно! Тебя волнует, что скажут другие? Это тебя беспокоит?

Лиза. Вам меня не понять. Я ухожу навсегда.

Карл. Уходишь… Куда?

Лиза (медленно идет к краю сцены). А какое это имеет значение? Я могу найти себе работу. Это не составит проблемы. Могу уехать за границу. Могу остаться в Англии. Главное, начну новую жизнь.

Карл. Новую жизнь? Ты хочешь сказать… без меня?

Лиза. Да. Да, Карл. Именно это я и хочу сказать. Без вас.

Карл (отступая влево). Но почему? Почему?

Лиза (обходит кресло и становится справа от него). Потому что я сыта всем по горло.

Карл. Я не понимаю тебя.

Лиза (идет к дивану). Мы не сможем понять друг друга. Мы по-разному смотрим на вещи, и я боюсь вас.

Карл. Почему?

Лиза. Да потому что вы всегда приносите несчастье.

Карл. Это неправда.

Лиза. Правда.

Карл. Нет.

Лиза. Я вижу людей такими, какие они есть на самом деле. Без всяких приукрашиваний. Я знаю, чудес не бывает. Как не бывает идеальных людей. И жизнь полна всяких неожиданностей. Да и я сама не подарок. Если и есть амарантовые поля, то, насколько я понимаю, они должны быть по другую сторону могилы.

Карл. Амарантовые поля? О чем ты говоришь?

Лиза. Я говорю о вас, Карл. В первую очередь о ваших идеях, а не о людях. О ваших принципах — лояльности, дружбы, сочувствия. Принципах, из-за которых страдают близкие вам люди. (Идет от кресла вправо.) Вы ведь знали, что, проявив к Шульцам дружеское сочувствие, потеряете работу. И вы знали, как это отразится на судьбе Ани. Но вы совершенно о ней не думали. Вы беспокоились только о своих идеях, о своих принципах, которые считали правильными. Но люди все разные, Карл. Они отличаются друг от друга так же, как идеи. И мы с Аней тоже не такие, как вы. Из-за ваших идей, из-за сочувствия и жалости к девице, убившей вашу жену, вы пожертвовали мною. Именно мне пришлось платить за это ваше всепрощенчество. Но больше этого делать я не собираюсь. Я люблю вас, но одной любви недостаточно. У вас больше общего с этой девицей Хелен, нежели со мной. Вы, на самом деле, такой же безжалостный, как и она. Она готова была пойти на все ради того, к чему стремилась. И ее совершенно не волновало, что происходило с другими. Главное — добиться своего.

Карл (идет к креслу). Лиза, ты совершенно понимаешь, о чем говоришь. Совершенно.

Лиза. Нет, понимаю. Я много думала об этом. (Проходит к дивану слева.) Думала все эти дни, пока шло судебное разбирательство. Я не верила, что они оправдают меня. Не знаю, почему они это сделали. Судьи, похоже, совершенно не сомневался в том, что я виновата. Но, видимо, кто-то из присяжных поверил мне. Там был один маленький человечек, который все время, словно оценивая, смотрел на меня. То ли он решил, что я просто не в состоянии подобного сделать, то ли пожалел меня как мужчина, то ли еще по какой-то причине… но он явно был на моей стороне. Он, видимо, сумел убедить других присяжных. И вот я свободна. У меня появилась возможность начать жизнь заново. И я хочу этим воспользоваться, но… сама, понимаете, сама. Без вас.

Лиза выходит в дверь направо. Карл подходит к дивану, садится.

Карл (с мольбой в голосе). Лиза, ты сама не веришь своим словам. Ты не можешь быть так жестока. Ты должна меня выслушать, Лиза. Умоляю тебя.

Лиза вновь входит в гостиную. В руках у нее небольшая серебряная рамка для фотографии. Она остается в правой половине сцены, повернувшись к Карлу.

Лиза. Нет, Карл. Что случилось со всеми женщинами, которые любили вас? Аня любила вас — и вот она мертва. Хелен любила вас. Она тоже мертва. Я… была близка к смерти. С меня достаточно. Я хочу освободиться от вас… навсегда.

Карл. И куда ты поедешь?

Пауза. Лиза идет к центру мимо Карла.

Лиза. Вы сами советовали мне уехать, выйти замуж, родить детей. Возможно, я так и сделаю. Я найду себе кого-нибудь, такого же простого человека, как и я. (Неожиданно начинает рыдать.) С меня достаточно. Нее эти годы я любила вас, а вы сломали мне жизнь. Я уезжаю и никогда больше вас не увижу. Никогда!

Карл. Лиза!

Лиза (переходит на левую половину сцены). Никогда!

Из холла неожиданно доносится голос доктора.

Доктор (кричит). Карл! Карл! (Порывисто входит через центральные двери и направляется к Карлу, не замечая Лизы.) Все в порядке, мой мальчик. Ее оправдали. (Говорит, задыхаясь, как после бега.) Понимаете? Ее признали невиновной. (Неожиданно видит Лизу и бросается к ней с распростертыми объятиями.) Лиза, моя дорогая Лиза! Слава Богу, все в порядке. Это же чудесно! Просто чудесно!

Лиза (пытается ответить ему). Да, чудесно.

Доктор (оглядывает ее, удерживая в руках). Как ваше здоровье? Немного похудели, стали тоньше… что ж это вполне естественно, если учитывать, через что вам пришлось пройти. Ну, мы вас быстро поправим.

(Встает позади кресла.) Мы присмотрим за вами. А вы представляете себе, в каком состоянии был Карл? Слава Богу, все позади. (Поворачивается к Карлу.) Как вы смотрите на то, чтобы отметить это событие? Может, бутылочку шампанского? А? (Сияет, ожидая ответа.)

Лиза (выжимая из себя улыбку). Нет, доктор… только не сегодня.

Доктор. Господи, какой же я идиот. Ну, конечно же. Вам необходимо отдохнуть.

Лиза. Со мной все в порядке. (Идет к центральным дверям.) Мне просто нужно собрать свои вещи.

Доктор (подходит к Лизе). Вещи?

Лиза. Я не… я уезжаю.

Доктор. Но… (Вдруг его лицо светлеет.) A-а, понимаю… Ну что ж, это разумно… Конечно, когда рядом миссис Ропер, и все эти злые языки… Но куда вы собираетесь? В гостиницу? Лучше давайте к нам. Маргарет будет очень рада. У нас есть свободная комната. Правда, очень маленькая, но мы постараемся, чтобы вам было уютно.

Лиза. Очень любезно с вашей стороны, но я уже все решила. Скажите… скажите Маргарет, что я очень скоро навещу ее.

Лиза выходит в холл и проходит в свою спальню. Доктор поворачивается к Карлу, начиная подозревать что-то неладное.

Доктор (идет к центру). Карл… Что-нибудь не так?

Карл. А что может быть не так?

Доктор (с некоторым облегчением). Ей пришлось пройти через ужасные испытания. Но скоро, совсем скоро все вернется в свое русло. (Смотрит по сторонам.) Когда я подумаю, как мы здесь сидели… как все время звонил этот чертов телефон… а мы сидели в ожидании, надеялись, боялись… и вот сейчас… все позади.

Карл (бесцветным голосом). Да, все позади.

Доктор (уверенно). Ни один честный суд никогда бы не осудил ее. (Подходит к дивану и садится слева от Карла.) Я вам об этом говорил и прежде. Карл, видимо, вы до сих пор не можете прийти в себя. Неужели вы не верите в то, что произошло? (Дружески берет Карла за плечо.) Карл, выкиньте все из головы. Главное, Лиза вернулась.

Карл резко отворачивается.

Да, понимаю… я туго соображаю… необходимо время, чтобы привыкнуть к этому.

Лиза выходит из своей спальни и появляется в гостиной. В руке у нее чемоданчик. Войдя, она ставит его на пол. Остановившись в левой части сцены, говорит, стараясь не смотреть на Карла.

Лиза. Ну, я пошла.

Доктор (встает). Я найду вам такси.

Лиза (резко). Нет, пожалуйста… не надо… я сама… (Отворачивается в сторону.)

Доктор несколько сбит с толку. Лиза меняет тон, подходит к доктору, кладет руки ему на плечи.

Благодарю вас… за всю вашу доброту… за все, что вы сделали для Ани… вы были хорошим другом… я никогда этого не забуду. (Целует доктора, берет свой чемоданчик, не оглядываясь на Карла, выходит в холл и сворачивает к парадной двери.)

Доктор (идет к Карлу). Карл, что все это значит? Что-то не так.

Карл. Лиза уезжает.

Доктор. Да, да, я понимаю. Временно. Но… она же вернется назад.

Карл (поворачиваясь лицом к доктору). Нет, не вернется.

Доктор (ошеломленный). Что вы хотите этим сказать?

Карл (в полном убеждении и с силой). Она… не… вернется…

Доктор (все еще не веря). Вы хотите сказать… что вы расстались?

Карл. Вы же видели, как она ушла. Это и есть наше расставание.

Доктор. Но… почему?

Карл. Потому что она сыта всем этим по горло.

Доктор. Говорите нормально.

Карл. Все очень просто. Она страдала и больше не хочет страдать.

Доктор. А почему она должна теперь страдать?

Карл. Оказывается… я человек… который приносит несчастье всем… кто его любит.

Доктор. Чепуха какая!

Карл. Чепуха? Аня любила меня, и она мертва. Хелен любила меня и тоже умерла.

Доктор. Это Лиза вам так сказала?

Карл. Да. Неужели я такой человек? Я что — действительно приношу несчастье всем, кто меня любит? Что она хотела сказать, когда упомянула в разговоре со мной амарантовые поля?

Доктор. Амарантовые поля… (Задумывается на мгновение, вспоминает, идет к столу в центре гостиной, берет книгу “Вальтер, неукротимый дикарь” и подает ее Карлу.) Это отсюда. (Показывает.)

Карл. Пожалуйста, оставьте меня одного.

Доктор. Нет. Мне лучше остаться.

Карл. Я должен привыкать к одиночеству.

Доктор (идет к центру, затем останавливается в нерешительности и поворачивается к Карлу) А вам не кажется?..

Карл. Нет, она не вернется.

Доктор неохотно выходит в холл и сворачивает направо. Карл встает, подходит к письменному столу, включает настольную лампу, задергивает шторы, садится за стол и начинает читать.

“Нет амарантовых полей с этой стороны могилы. Нет никаких голосов, о, Родопа. Несмотря на свою мелодичность, они молчат. Нет никаких имен, хотя страстные объятия любви повторяются снова и снова. Даже эхо не звучит над ними…” (Кладет книгу на стол, встает, берет пластинку, идет к проигрывателю, включает, медленно проходит к креслу и опускается в него.) Лиза… Лиза… как я смогу жить без тебя… (Опускает голову и закрывает лицо руками.)

Дверь в центре тихо открывается. Входит Лиза. Она медленно подходит к Карлу справа и осторожно кладет руку ему на плечо. Он поднимает голову и видит Лизу.

Лиза? Ты вернулась. Но почему?

Лиза (опускаясь на колени перед Карлом). Потому что я — идиотка.

Лиза кладет голову ему на колени. Карл склоняется к ней. Музыка звучит все громче…

Занавес.