Глава 3

Ещё несколько минут назад ярко светило солнышко и дул ласковый попутный ветерок, и мы с Пьером сидели у кормовой настройки и смотрели на небольшие волны Средиземного моря. настроение было умиротворенное и мы обсуждали свои будущие действия. Пьер вбил себе в голову, что он должен жениться и никаких возражений не слушал и даже не вникал в эти самые возражения. Он напишет рапорт, и командующий легионом подпишет и разрешит ему жениться. Лютый бред. Мало того его прекрасная дама вообще отказалась выходить за него замуж. Для другого человека этого хватило бы с лихвой, но нет Пьер решил повторно переговорить и добиться руки и сердца своей прекрасно дамы. И мы ещё очень долго бы так препирались. Только резко упала тьма и упал ветер нет не так упал Ураганный ветер. Капитан и вахта проспали этот удар урагана и обе мачты уже сломались. Мачты ломались как спички вот они стоят и вот уже их нет и корабль накренился на один борт и практически сразу оверкиль и мы, отплевываясь на гребне огромной волны и мы в одной стороне тонущий корабль ы в другой стороне. Удар шквала и не прошло и пары минут как мы в воде и до корабля уже метров сто. Еще несколько взмахов руками и мимо нас несет какой-то деревянный брус, и я успеваю схватить брус одной рукой и Пьера за шиворот другой рукой и вот таким способом у нас появился шанс на спасение. Мы недолго болтались в море и нас выбрасывает на берег какого-то небольшого острова скорее это какая-то постройка типа форт прямо в море. Волной нас раз за разом бьет о причал и наконец нам кидают спасательный круг, привязанный у причала и через несколько минут вытягивают на причал. Внутрь нас не пускают и бросив нам какие-то старые, но сухие и чистые тряпки, раньше эти тряпки были мундиром и мы, не стесняясь, всё равно никого нет меняем свои мокрые мундиры на сменку. И я начинаю делать приседания и отжимания надо согреться наши спасители не торопятся впустить нас в тепло, и мы ищем хоть какой-то закуток, чтобы спрятаться от пронизывающего ураганного ветра. Ветер так и норовит скинуть нас с причала, но мы привязались веревкой к стене форта и греемся приседаниями. Ветер кончился так же внезапно, как и начался. Вышло солнце и ушли тучи и сразу стало тепло по сравнению с тем временем, когда ветер сдувал нас как пушинки с причала.

Загремели ключи в замке и открылась дверь ведущая внутрь форта и к нам вышли четыре солдата и офицер. Я доложился старшему по званию — сержант 2-го пехотного иностранного полка Легиона Франсуа Виньон. Солдаты и офицер оказались людьми интеллигентными и смеялись недолго. На мой вопрос куда мы попали — ответ был очень коротким. Это замок Иф. Мы уже доложили в портовое управление Марселя и скоро за вами придет лодка.

Замок Иф надо же и не сказать, что похож на тот образ, который у меня сложился после прочтения бессмертного творения Дюма. Покрутив головой и осмотрев тот кусок замка Иф который мне был доступен сделал вывод — Дюма просто замечательный писатель. Дальше было всё просто и без затей пришла лодка и нас доставили на берег. Судьба нашего корабля бла неизвестна пока нашли нас двоих — наши личности были подтверждены очень легко у меня была с собой небольшая кожаная сумка её сделали по моему специальному заказу, и сумка была водонепроницаемой. Все важные документы и часы я хранил в ней. В этой же сумке я хранил три десятка золотых монет. так на всякий случай и вот этот случай настал. Северный пушистый зверек пришел внезапно мы с Пьером были в Марселе и где был наш командир мы не знали и даже не могли предполагать живы ли наши спутники.

Так мы были военные то и разбираться с нами должен был комендант крепости, но он решил все вопросы просто — маршрут Марсель — Обань и вперед шагом марш. Там в Обани и разберутся с Вами. Идти недалеко каких-то тридцать километров в Обани найдете казармы своего Легиона. Но хоть бумагу нам дал, что мы выплыли такого-то числа и направлены к месту службы такого-то. Подпись печать и всё. Марш — марш вперед.

Обань значит Обань. В любом случае предписание прибыть в Париж было у командира. Оружия у нас не было никакого и несмотря на то, что во Франции давно уже мир, но в окрестностях Марселя довольно сильно шалили мигранты с Корсики и передвигаться без оружия было не совсем правильно. Могли прирезать и забрать даже те крохи, что у нас были. Резали за пару франков, и никто нас не защитит. Как всегда, спасение утопающих дело рук самих утопающих. Где в любом городе можно купить что угодно. Правильно в ломбарде. Туда мы и отправились и там же отоварились с замечательными скидками нам продали и мундиры, и оружие и снаряжение. Ломбард — это всегда место криминальное и потому после того, как мы там скупились и засветили золото — нас немедленно сдали местным работникам ножа и топора которые трудятся на большой дороге.

Но как говориться волков бояться в лес не ходить. Пришлось посетить ещё лавку портного и подогнать мундиры нельзя являться в новую часть клоунами — ведь встречают по одежке. Потому мы и тратили время у портного подгоняя мундиры по росту и фигуре заодно и подобрали обувь по размеру. Пока нам подгоняли мундиры мы чистили и проверяли мушкеты, проданные нам в ломбарде. С мушкетами не всё было в порядке и патрон были испорченные. пришлось и мушкеты приводить в порядок и новых патронов прикупить. Здесь же у портного и прикупил я пару капсюльных пистолетов. Марсель — это место, где в любой лавке тебе могут продать и товары, и оружие. Пока мы всё это проверяли, подгоняли и покупали уже смеркалось.

До Обани сейчас тридцать два километра, Марсель ещё не разросся и потому так далеко нам идти. Но идти нам не пришлось нашелся попутчик. Знакомому нашего портного надо в Обань и мы теперь следуем к месту назначения не пешком мы следуем на повозке с комфортом и даже прикрыты тентом. Спать нельзя только — мы уже засекли внимание нескольких мужчин с такими разбойничьими мордами и у нас не осталось сомнений в их профессиональной принадлежности. Так что по любому нас попытаются ограбить и заодно убить или сначала убить и потом ограбить. От перемены мест слагаемых сумма не меняется. Своей сентенцией я хотел повеселить Пьера, но мне это не удалось. Он переживал разлуку со своей дамой сердца и волновался за её жизнь. Кто смог пережить этот шторм так и было неизвестно. Но так как обломков корабля не обнаружили то и выводы делать рано. Искать наш корабль могут долго и не факт, что найдут. В это время поисковые средства на зачаточном уровне. Но стараюсь приободрить Пьера. Нет тела значит, может быть, и жива. Он хочет верить в лучшее и приободряется и наконец выполняет то, о чем я ему толкую уже четверть часа он наконец заряжает мушкет и готовит свою полусаблю. Я тоже готовлю и проверяю оружие и внимательно прислушиваюсь к звукам, доносящимся с дороги.

И не зря мы готовились и бдительно слушали окружающий мир. Как я и думал, напали, как только мы выехали за городскую черту. Налетчиков было пятеро и если бы мы не были готовы к нападению, то не отбились. Вот как всё было. Двое налетчиков повисли на поводьях и остановили повозку еще двое полезли в повозку убивать нас. И один верхом на каком-то муле остался сторожить. Тех, кто полез в повозку ждал горячий прием. Промахнуться из мушкета с расстояния один метр можно, но трудно. Потому мы положили этих двух разбойников выстрелами из мушкета в упор. И выскочили назад из повозки. Там был на муле бандит, который караулил и здесь были идеальные условия и капсюльный пистолет не подвел и у нас появился первый трофей мул.

оставшиеся в живых налетчики могли и спастись, но они решили проверить свою удачу и рванули к нам, каждый вдоль своего борта повозки и тот который бежал на меня — вбежал на выстрел в упор и сразу лег навзничь. Оставшийся бандит не нашел ничего лучшего чем с ножом кинуться на саблю. Может этот налетчик и был мастером ножевого боя, но сабля есть сабля и Пьер разрубил этому смельчаку голову и тот уже больше никогда и никому не продемонстрирует свое мастерство обращения с ножом. У возчика нашлись факелы и в свете пламени факела мы осмотрели тела нападавших. Снесли всех пятерых на обочину и положили в ряд. Затем вывернули карманы и вытряхнули содержимое сумок на кусок холста у повозки. Сняли пояса и рубашки и проверили нет ли чего в сапогах. В карманах нашлось на всех пятерых двести франков, в поясах по три-четыре золотых монет и еще мешочках на груди оказалось на всех пятьдесят семь золотых монет. В сапогах оказалось только ножи. Ножи нам не нужны качество отвратное. зарезать то можно, но качество ерундовое. Оружия у них кроме ножей не оказалось.

Здесь в разговор влез возчик и захотел свою долю. Откуда он взял, что у него здесь есть какие-то доли не знаю. Пришлось достать пистолет и переспросить какаю именно часть он хочет получить. Вид пистолета хоть и разряженного вернул разум жадного товарища в нормальное положение, и возчик сообщил, это он пошутил и никакой доли ему не нужно. Трупы мы оставили там же у дороги и отправились дальше по маршруту Марсель-Обань.

Будут ли нас искать что бы отомстить. Наверное будут — корсиканцы они ребята горячие. Что же найдут и сними поговорим. Количество найденных золотых монет весьма приободрило нас, и мы опять с оптимизмом смотрели вперед. Только одно отравляло наше настроение — неизвестность судьбы пассажиров, оставшихся на тонущем корабле. Мучили мысли о том, что если бы мы остались, то хоть как-то могли помочь погибающим. Но остаться или нет на тонущем корабле от нашей воли не зависело и потому я загнал эти мысли поглубже и теперь думал о том, как нас встретит новое место службы. Вместо Парижа мы попали в казарму в Обани.

Мы с Пьером вербовались через Париж и учебки как таковой у нас не было. Нас сразу отправили в полк и уже там мы учились маршировать и стрелять из мушкета. Первые легионеры были ветеранами наполеоновских войн и большинство из одного полка попали в другой. Таких новичков как мы с Пьером в строю Легиона было совсем немного. Потому и не заморачивались с учебным лагерем. сейчас, когда прошло уже два года с момента организации Легиона то уже был создан учебный лагерь, где и учили армейской жизни рекрутов Легиона. Отличить таких новичков было совсем просто они носили красные повязки, и любой легионер понимал это ещё зеленые парни.

Дохали мы до самой караулки. Возчик сейчас всерьез опасался нас и с радостью довез нас до караульного помещения, через которое и можно было попасть на территорию лагеря Обань. Начальник караула очень удивился, когда мы предстали перед ним. Но бумага была в порядке, мы были в чистой форме с оружием вычищенным и признаков алкогольного опьянения не было. Придраться было не к чему и потому нас отправили в казарму отдыхать. Утром прибудет полковник и он будет принимать решения о нашей дальнейшей судьбе.

Казарма есть казарма — дежурный нашел нам, где лечь, но ни матраса, ни одеял у него не было. Легли на шинель ранец под голову и укрылись другой шинелью и на удивление легко уснули и спали крепко без снов и кошмаров. Утром по сигналу горна казарма поднялась, и старожилы окружили нас с вопросами откуда мы и как там в Африке. Долго мы не успели поговорить прибежал посыльный из штаба, и мы пошли представляться полковнику. Опять доложили о том, как погиб корабль и предъявили бумаги от коменданта Марселя. Оказалось, полковник знает. чем занимался в штабе экспедиционного корпуса в Алжире наш командир. Они оказались близко знакомы и как оказалось нас отправят в Париж все равно с командиром или без него. наше следующее место службы уже определено в Париже. Там есть какая-то работа для нас по нашей специальности. Но сейчас мы задержимся здесь в Обане подождем результатов поиска пассажиров и команды с нашего корабля который потерпел крушение. И до конца поисков мы будем в распоряжении вот этого офицера.

Распоряжение нашего нового временного командира было простое и одновременно сложное. Среди легионеров в Обани появился вампир и наша задача разыскать и задержать этого самого вампира или того, кто под него косит и если не получиться живым, то тогда ликвидировать этого негодяя. И этот наш новый командир развернулся и ушел и больше мы его никогда и не увидели в живом состоянии.

Подробности нам доводил уже сам полковник. В казармах были убиты трое легионеров и есть жертвы в самом городе. Жители города в ужасе и панике и дошло до того, что отслужили специальную службу. Но не очень помогло тот священник, который служил ту службу против нечистой силы был найден с разорванным горлом. Дьявол слишком силен и ему помогают ведьмы. У меня появился первый вопрос — что за ведьмы. Известны ли персонально или так образно говорят. Да, известны это мать и дочь Перье они слишком красивы и независимы. Вдова должна быть скромнее и дочь её слишком независима с её доходами нужно быть скромнее и тише и принимать сразу предложения достойных людей. Они же из себя корчат аристократов. Все же знают они бедны как церковные крысы. Да, аргументы, конечно, железные. Слишком гордые и независимые.

Ещё есть ведьмы на подозрении — нет больше никого не подозревают. Как убили легионеров — убили на плацу ночью и неизвестно, что они там делали. По ночам у нас не принято находиться на плацу. Когда убили легионеров — до убийств в городе или после. И до убийств в городе тогда был убит один легионер и после тогда убили поочередно — то в городе то легионера. Значит всего у нас пять трупов. Нет семь трупов. Три здесь в расположении и четыре городских, а самом городе.

О ранах нам ничего рассказать не смогли. Осмотра не было и это странно было. Врач имелся в городе и не один. Могли бы и осмотреть, что делают гражданские власти по факту этих смертей тоже ничего неизвестно. Чиновника, который должен был заниматься этими вопросами убили таким же способом и больше никто не хочет заниматься расследованиями и розысками убийцы или убийц. Все считают это сверхъестественное дьявольское порождение убивает людей. С дьяволом же должна воевать церковь, но и её служитель убит. Теперь некому спасти жителей города Обань.

Я тогда сказал полковнику — есть ещё Легион, и мы легионеры справимся с любым чертом и накажем виновных в этом ужасе. Полковник весьма скептически посмотрел на меня и предложил приступить к этому делу — борьбе с дьяволом. Он же полковник посмотрит со стороны на мои успехи. Есть ли вампиры или нет. Этот вопрос и в 21 веке никто не ответил однозначно. Но никаких достоверных фактов в поддержку версии о том, что вампиры существуют не нашли. Есть болезненные состояния, есть психические отклонения. Есть мистификации с различного рода приспособлениями для создания впечатления, что раны нанесены вампирами, но нет ни одного тела вампира с клыками и другими анатомическими признаками доказывающими — вот это тело это останки вампира. И ещё ведьмы — да все женщины ведьмы и что теперь не жениться и детей не заводить. Основное доказательство что эти женщины ведьмы — они слишком гордые и нам не дают. Замечательное доказательство — возвращаемся в средневековье. Она ведьма. Но она очень красивая. Хорошо, но потом всё равно сжечь. Вот на таком уровне пока всё здесь и происходит. Значит и начнем с посещения ведьмы старшей и младшей. надеюсь мы уйдем оттуда живые.

Загрузка...