Возмездие Байкала

Глава вторая

Весь день Дронго читал материалы дела, собранные следователями, занимавшимися этим преступлением*. Они провели впечатляющую работу. Вызванные водолазы обследовали дно Байкала вокруг предполагаемого места преступления. Были опрошены десятки жителей поселка. Опрашивали даже детей. Несколько свидетелей видели незнакомца, которого отрабатывали две недели. Подозревали в нем японца или корейца, но он оказался местным якутом, приехавшим из Иркутска. Проверяли даже женщин, хотя криминалисты и патологоанатомы были уверены, что удар наносил мужчина. С такой силой и точностью был нанесен удар. Узнавали, где брал машину в Иркутске приехавший в город Ашфорд. Проверяли весь его маршрут. Не мог ли он случайно подобрать попутчика по дороге. Нашли пассажиров, которые летели с ним в самолете из Москвы в Иркутск. Провели допрос и некоторых из тех, кто сидел в салоне самолета рядом с американцем. Никаких случайных знакомств, никаких напарников Ашфорда в самолете с ним не было. Стюардесса вспомнила, что почти весь полет он проспал.

На фотографиях Ашфорд выглядел гораздо моложе своих лет. Подтянутый, высокий, с правильными чертами лица, голубыми глазами, волосы тронуты сединой. На вид ему было не больше шестидесяти.

Был сделан особый запрос на деятельность Ашфорда в ФСБ. Возможно, у контрразведки были причины, по которым бывшего агента ЦРУ нужно было устранить. Но ждать столько лет, чтобы убить пенсионера на Байкале, было достаточно неправдоподобно. Если необходимо было устранение Ашфорда, то его можно было легко убрать в Москве. Или вообще не пускать в страну. Тем более что он давно отошел от своей дипломатической и разведывательной деятельности. Местные жители видели группу рыбаков, несколько туристов, среди которых были две пожилые супружеские пары, двоих молодых людей, которым было не более шестнадцати лет. По общему мнению аналитиков и следователей, эти люди не могли оказаться преступниками, замешанными в убийстве американца, так как поверить в группу убийц было почти невозможно. Но следователи все равно тщательно проверяли каждого, кто мог даже случайно оказаться рядом. Через два месяца поисков остались только трое возможных подозреваемых, которых все еще тщательно проверяли.

Чем больше разбирал это следственное дело, тем более понимал, что преступление было действительно чрезвычайно запутанным и выглядело достаточно невероятно. Дронго внимательно изучал каждую страницу, каждое донесение. Максимов постоянно находился рядом. Один из его сотрудников, который проводил все проверки на месте, был подполковник Олег Слынцов. Ему было около сорока лет. Уже начавший лысеть, среднего роста, с щеточкой светлых усов и сломанным носом, что выдавало в нем бывшего боксера. Слынцов помогал гостю с материалами, давая необходимые пояснения. К исходу второго дня Дронго закончил ознакомление с материалами дела.

– Могу вас поздравить, – сказал он, обращаясь к Слынцову. – Вы провели масштабную и очень продуманную работу…

– Которая не дала никаких результатов, – ответил следователь.

– В этом как раз не ваша вина. И не вина ваших товарищей. Вы сделали все, что должны были сделать следователи. Я почти уверен, что существуют два варианта развития событий. Либо это было случайное убийство. Увидев иностранца, неизвестный грабитель решил поживиться, но, очевидно, Ашфорд возражал против подобного продолжения ситуации. И получил удар ножом в сердце. Однако убийцу кто-то спугнул, и он сбежал с места происшествия. Таков вариант вполне допустим. И тогда поиски преступника будут действительно достаточно сложными.

Дронго покачал головой.

– Но есть очень важные факты, которые не позволяют мне поверить в эту версию случайного грабежа. Во-первых, исчезнувший нож. Сбежавший в испуге грабитель не стал бы забирать с собой орудие преступления. Во-вторых, сам удар. Один точный удар в сердце. Профессиональный удар. Это мог сделать только достаточно опытный человек. В-третьих, отсутствие свидетелей, которые ничего не видели и не слышали. Момент был выбран почти идеальный. На рассвете. По своему личному опыту знаю, что очень редко грабят на рассвете. Я даже видел однажды статистику. Подобных случаев почти не бывает. Возможно, преступники спят по утрам. Или восходящее солнце разрушает преступные намерения. И наконец, четвертый момент. Я внимательно изучил фотографии. Тело убитого столкнули вниз, очевидно, сразу после убийства. И предположение ваших специалистов более чем убедительное. Убийца намеренно столкнул тело погибшего таким образом, чтобы его не сразу нашли. Искать нужно профессионала, который замыслил и исполнил это убийство. Я в этом убежден.

– Тогда куда он исчез? И откуда появился в этом небольшом поселке такой профессионал?

– Не понимаю. Пока не понимаю. Наверно, придется полететь в Иркутск. Посмотреть все на месте. Сколько туда лететь?

– Пять часов сорок минут. Около шести часов, – сообщил Максимов.

– Какой кошмар. Так далеко. Надеюсь, что следующее убийство не случится на Дальнем Востоке или на Камчатке.

– Не любите летать?

– Терпеть не могу. У меня ярко выраженная аэрофобия. Что только со мной в жизни не было. Горел в самолете, попадал в аварии, однажды наш авиалайнер врезался в бензовоз и потерял крыло. Бензовоз всмятку, но не было ни единой искры, такое невероятное событие. По жизни приходится часто летать. Хотя нашел некое средство.

– Какое? – поинтересовался Слынцов.

– Пью сто грамм и успокаиваюсь. Потом еще сто и становится спокойно. Если выпью триста, то уже лечу не в салоне самолета, а рядом с ним. Помогает. Хотя я человек не очень пьющий.

Все дружно рассмеялись.

– Нужно полететь, – повторил Дронго, – попытаться на месте понять, что могло случиться и главное, каким образом?

– Разница между Москвой и Иркутском пять часов, – напомнил Максимов.

– Большая страна, – согласился Дронго, – и вполне возможно, что был гость из-за рубежа.

– Думаете, кто-то из Латвии? Или из Украины? – уточнил Слынцов.

– Не думаю. В сегодняшних условиях ни тем ни другим абсолютно не нужен такой дикий скандал с убитым американцем. Пусть даже бывшим дипломатом и разведчиком. Чтобы окончательно испортить отношения с Вашингтоном?

– А если для того, чтобы подставить нас?

– Тогда на месте должны были остаться улики, указывающие на присутствие российского следа.

Но его тоже нет. Думаю, что американцы все верно просчитали. Ни Риге, ни Киеву этот убитый пенсионер не нужен. Тогда кто и почему? Судя по экспертизам ваших патологоанатомов и криминалистов, Ашфорд был убит на рассвете. Понятно, что в это время там не могло быть много людей. Но самое неприятное, что он приезжал туда уже в третий раз. Значит, убийца точно знал и, возможно, подготовился к его приезду. Может, даже американец кому-то сообщил, что приедет именно на рассвете. Или заказал машину на это время…

– Мы проверяли, – сообщил Слынцов. – Машина была взята на три дня. Мы беседовали с каждым сотрудником этой конторы. Ашфорд жил в Иркутске, в отеле «Европа», на Байкальской улице. Мы проверяем каждого гостя, кто там жил в момент его приезда, всех сотрудников отеля, даже поваров, горничных, курьеров.

– И еще проверили все отели, кемпинги, мотели в Листвянке, – добавил Максимов, – очень тщательно проверили. Всех, кто приезжал за день и два до появления американца. И не нашли никого. Хотя некоторых до сих пор проверяют.

– Документы Ашфорда лежали в его кармане, – продолжал Слынцов, – местные следователи полиции сразу уточнили, что он американец. Сначала делом занималось областное следственное управление. Затем было принято решение передать разбор дела в ФСБ. Мы начали проверять всех, с кем мог контактировать приехавший иностранец. Даже попытались проверить все автомобили, выехавшие в ту ночь из Иркутска по камерам. Возможно, за ним следили. Хотя расстояние достаточно большое. Почти семьдесят километров. Но ни одной подозрительной машины мы не нашли. Несколько человек мы проверяем очень тщательно. Один из них летел с Ашфордом из Москвы. Охотник. Сразу после приезда в Иркутск исчез. Вышел из тайги через две недели. У него была лицензия и разрешение на охоту. Второй, косметолог из Санкт-Петербурга, несколько раз приезжал в поселок и не может вразумительно объяснить – зачем. Уверяет, что ему нравилось летать на Байкал. Мы проверяем всех его знакомых. У него была своя подруга в Иркутске. Третий – турист из Казахстана. Сообщал на допросах, что ездил любоваться красотами Байкала. Он уже вернулся к себе в Астану, но мы продолжаем его проверять. Однако пока других подозреваемых у нас нет.

– Местные сотрудники полиции из областного управления даже пытались пустить собак, – вспомнил Максимов. – Собаки не взяли след.

– Тогда получается, что убийца просто растаял, – нахмурился Дронго, – пришел ниоткуда и исчез непонятно как. И все для того, чтобы зарезать несчастного пенсионера? Не верю. Должен быть очевидный мотив, причины, повод.

– Мы тоже так считали. Но прошло почти два месяца. И мы никуда не продвинулись, – мрачно произнес Максимов. – И невозможно убедить наше руководство, что у нас пока нет главного подозреваемого. Хотя трое находятся в разработке. Плюс невозможно убедить в этом и американцев.

– Поэтому они запросили приезд своего сотрудника, – напомнил Дронго. – Вам еще придется перевести часть документов на английский язык, и пусть они убедятся, что вы проделали огромную работу…

– Было задействовано более двухсот сотрудников ФСБ, МВД, Следственного комитета, пограничной службы, егерей, – перечислил Слынцов. – Но нам все равно никто не разрешит знакомить американского гостя со всеми материалами дела.

– Может, тогда просто его не принимать, – поморщился Дронго. – Вы и мне не дали некоторые материалы. Но и без них понятно, что пока у вас ничего нет.

– Мы работаем.

– Но пока нет конкретного результата, – жестко отреагировал Дронго. – Вы же сами согласились с этим неприятным выводом.

– Не совсем, – не согласился следователь. – Мы же сообщили вам, что у нас уже есть несколько человек, находящихся в разработке. Один из Казахстана, двое наших граждан.

– Покажите их американцам? – иронично осведомился Дронго.

– Пока рано, – ответил Слынцов, – но мы их тщательно проверяем.

– Она уже прилетела в Москву, – сообщил Максимов, – два часа назад. Сейчас едет в отель, потом мы с ней встретимся.

– Это уже без меня, – сказал Дронго. – Наверно, мне нужно будет полететь на место убийства.

Не будете возражать?

– Не буду, – мрачно ответил Максимов. – Делайте как вы хотите. У меня есть приказ руководства максимально помогать вам и этой приехавшей мадам из ФБР. В рамках дозволенного.

– Надеюсь, я буду доставлять вам меньше проблем, чем ваша зарубежная гостья, – пробормотал Дронго.

– Еще нужно найти хорошего переводчика для нее, – вспомнил Максимов.

– Вы не говорите по-английски? – удивился Дронго.

– Говорю. И знаю, что вы свободно владеете языком. Но при общении со свидетелями или нашими сотрудниками, возможно, ей потребуется переводчик. В нашей стране пока не все так уверенно владеют английским. Мне обещали прислать переводчика из нашего ведомства. Пока буду общаться с ней на ее языке. Хотя она, кажется, понимает русский язык. В сопроводительном письме есть сноска, что она понимает русский язык.

Но понимать одно, а услышать все нюансы совсем другое.

– Удачи, – пожелал Дронго. – Я думаю, что придется проверить всю его биографию, чтобы найти возможные мотивы. Будет достаточно сложно.

– Американцы не разрешат нам рыться в их архивах, – согласился Максимов.

– Нужно будет убедить приехавшую даму, что иначе ничего не получится, – но сия задача будет вашей обязанностью, а не моей. Разрешите откланяться. И не приглашайте меня на рандеву с этой особой. Не хочется. Завтра утром я вам позвоню. – Дронго поднялся и вышел из комнаты.

Слынцов взглянул на Максимова:

– Вы думаете, у него что-то получится?

– Он считается лучшим специалистом, – ответил полковник. – Но ты видишь, что он так внимательно все читал и тоже ничего не обнаружил. Мы действительно провели очень большую работу. Нужно ускорить разработку наших троих подозреваемых. Может, кто-то из них и был настоящим убийцей. Особенно этот охотник. Он летел с Ашфордом из Москвы. Я не верю в исчезнувшего преступника. Как не верит наш гость. Гениальный преступник не мог появиться на берегу Байкала из ниоткуда. Так не бывает.

– Тогда это случайное нападение?

– Ты же слышал доводы нашего гостя. Не могло такое убийство быть случайным нападением. Нужно искать конкретного убийцу. И мы его обязаны найти. Иначе нас просто не поймут.

– Мы делаем все, что можем…

– Я не смогу ничего объяснить нашему руководству. И тем более американцам. Поеду на встречу с этой мадам. Надеюсь, что она нас не очень сильно разочарует.

Дронго приехал домой и еще долго сидел в кабинете за компьютером. Убийство Эдвина Ашфорда выглядело не просто загадочным. Оно поражало своей нелогичностью. И вместе с тем абсолютным отсутствием следов возможного убийцы.

– Может, у него были какие-то «хвосты» перед другими спецслужбами, – думал Дронго. – Израильская или английская разведки? Просто бред. Они союзники американцев. Арабские спецслужбы? Спустя много лет? Они бы устроили показательную казнь. И обязательно оставили бы рядом с телом орудие убийства. Им было бы важно не просто покарать возможную жертву, но и показать, как примерно они его наказали. Им была бы важна демонстрация возмездия. И приехавшего араба сразу бы вычислили. Тогда получается, что этот вариант тоже не подходит. Или приехавший казах работал на арабские спецслужбы?

В пятом часу утра он отправился спать. В девять утра ему позвонил полковник Максимов.

– Доброе утро. Как спали?

– Почти не спал, – признался Дронго. – Пытался проанализировать ваши материалы.

– Я тоже не спал. Беседовал с нашей гостьей до полуночи. Достаточно толковая и проницательная женщина. Я откровенно сообщил ей, что у нас есть трое подозреваемых, но пока никого конкретного я назвать не могу.

– И как она отреагировала?

– Плохо. Я бы тоже не поверил. Но вы же поняли, какую гигантскую работу провели наши следователи.

– Она должна была не поверить. Решит, что вы скрываете какие-то факты. Все-таки убили ее соотечественника.

– Она и не верит. Сказала, что должна все увидеть на месте. Прежде всего отправиться на место происшествия. Увидеть все своими глазами. А уже потом читать наши материалы. Хотя мы сделали небольшую выжимку на английском. Для ознакомления. Сможет ознакомиться с ними во время полета. Но она хочет прежде всего полететь в Иркутск. Своеобразный подход…

– Американский, – кивнул Дронго, – все правильно. Ей нужно увидеть место события собственными глазами, чтобы ваши сообщения не налагались на ее мнение. Такой прагматичный подход. Если она не дура, а дуру бы сюда просто не послали, то должна понимать, что вы покажете ей не все материалы. Поэтому гораздо лучше посмотреть все на месте.

– Вылетаем сегодня в семнадцать десять из Шереметьево. Самолеты «Аэрофлота» летят в Иркутск из этого аэропорта. Уральские авиалинии из Домодедово. Кстати, погибший тоже летел из Шереметьево. Успеете приехать в аэропорт? Вам нужна машина?

– Нет, спасибо. Буду к трем тридцати.

– Хорошо. Мы будем ждать вас в ВИП-салоне.

Дронго взглянул на часы. У него еще есть время немного покопаться в интернете и попытаться найти хоть какие-нибудь сведения об Эдвине Ашфорде. К его удивлению, сведений почти не было. Очевидно, ушедший много лет назад на пенсию Ашфорд просто никому не был особо интересен. В четвертом часу дня он приехал в аэропорт. В ВИП-салоне он еще издали увидел Максимова, стоявшего рядом с двумя женщинами. Очевидно, сотрудницы салона или сопровождающие полковника помощницы, решил Дронго. Одна была в темном платье и светлом плаще. Ноябрьская погода в этом году была достаточно теплой. Светлые волосы были собраны в пучок. У второй темные волосы были коротко пострижены и уложены. Она была одета в короткую куртку, темные брюки и черный джемпер. Дронго подошел ближе.

– Вас сопровождает такой эскорт, – пошутил он, обращаясь к Максимову.

– Это сотрудник нашего управления капитан Дарья Тимохина. Она помогает нам в сборе необходимых документов и полетит с нами в Иркутск, – показал на молодую женщину полковник. – Хочу представить вам нашего эксперта, которого обычно называют Дронго, – сказал он на английском, обращаясь ко второй женщине, – а это госпожа Джоан Кросман. Из Вашингтона, – он почему-то улыбнулся.

Дронго несколько удивленно взглянул в глаза приехавшей американки. Подходя к ним, он полагал, что ей не более тридцати. Теперь, заглянув ей в глаза, он понял, что ошибался. Ей было около сорока. Интеллект в глазах и возраст невозможно подделать. Он сразу выдает почти любого человека. Темные, элегантно уложенные волосы, тонкие губы, узкие скулы, прямой ровный нос, на подбородке был небольшой шрам. Но почему полковник Максимов улыбнулся. И каково было его изумление, когда Джоан Кросман протянула ему руку и на чистом русском языке произнесла:

– Мне приятно познакомиться с вами.