Глава Пятьдесят Девятая

* * *

Короткий поцелуй в губы… — и нехотя отстранился от меня.

(довольно улыбнулся)

Проворные движения — спешно стал заправлять свои брюки.


— Фух…

(устало мотнул головой, сбрасывая тяжесть эмоций)

Жестко вышло…

(спешно выровнялся, перевел взгляд на меня: вальяжно рассевшуюся, все еще раскинувшись на своем кустарном "ложе")


Ухмыльнулась,

иронически, самодовольно ухмыльнулась я,

промолчала…


— Что? Что скалишься? Думаешь…. уже отстрелялась?


(удивленно вздернула бровью,

не ответила)


Шаг ближе — и тут же подхватил себе на руки, прижал к груди.

— Что там твой братик про каюту… говорил?


* * *

— Бееееерн,

(устало потянулась я, лежа на кровати)

… если ты в такой способ решил меня убить, то тогда всё ясно…


(захохотал)

— Да уж… Оливия Дюан, не думал, что Вы такая слабенькая…


— Вообще-то, Граф,

денечек у меня, малеха, "непростым" вышел…

— Помню,

помню…

И поэтому в этот раз прощаю…


(возмущенно ахнула;

уткнулась носом ему в шею)


— Какие же мы, оказывается…. добродушные!


(поцелуй в макушку)

— Только никому не говори об этом, деточка.


(рассмеялась)

— Хорошо.

(прижалась щекой к груди — внимаю тихому, родному… сердцебиению)

Берн…


— Да?


— … а теперь. Теперь,

когда ты добился, чего желал.

Получил меня… сполна.

О чем теперь мечтаешь?

Не ну, кроме того, что уже и так поняла, кроме желания испробовать всю Камасутру на мне.

Чего хочешь?


(коротко, пристыжено рассмеялся)


— Ну же… скажи…


(вмиг дернулся, перевернулся на бок — уставились друг другу в глаза)

— Хочу, чтобы ты призналась, что любишь меня.


— ЧТО??

(возмущенно вскрикнула,

невольно закатила зеницы под лоб;

разворот — и плюхнулась на спину;

уткнулась взглядом в потолок)


— Ну…. неужели так трудно?

Я же… свои чувства не скрываю от тебя. Открыто говорю…

И сейчас… хочешь, тысячу раз повторю…

Оливия Дюан, я тебя безумно люблю.


— А вот я — не признаюсь.

И вообще, давай спать.


— Зараза…

(шумно вздохнул,

перевернулся на спину)

Но ты не думай, я не сдамся…


— Я тоже…

(ехидно улыбнулась, ухмыльнулась я)



— Берн…


— А?


(нервно сглотнула)

— А Мартин… Про него… это же всё — вранье. Да?


(ухмыльнулся;

уставился; уставился взглядом в потолок)


— Честно?

(шумный вздох;

взволнованно провел, потер ладонями лицо, замер)

Если честно…. то да.

… я не мог позволить кому-то тебя у меня отобрать.

Просить? Сделала бы непременно наоборот. Убить жениха? — никогда бы не простила…

И так… уж дров наломал.

А потому остался только один шанс: дать тебе основание… отказаться самой от этой затеи. Причем… понимал, что сработает это всё лишь в одном случае: если, на самом деле, ты по-настоящему не любила его, если бы сама всей этой свадьбы не хотела.

Если бы сама… ждала, искала… причину, причину, по которой бы смогла убежать от всего этого, отказаться, уйти не с виной на плечах, а с обидой… или, как максимум, — равнодушием.


— За что я и ухватилась.


(несмело улыбнулся)

— Да. Ведь… документы, как бы они четко не были подделанными, все равно остаются лишь глупым бумажками, а легкое усердие, усилие — и гипнозом бы вытянула из него всё. Всю правду… Я шел ва-банк. И выиграл…


— Чертов картежник…

(живо перекатился на бок; взгляд в глаза)

— Зато теперь в моих руках — Джек-пот.


(рассмеялась)

— … который обещает если не летальный исход, то полное умопомешательство.


(ухмыльнулся)

— Я не боюсь…

* * *

(робкий стук в дверь)


— Народ, подплываем уже…

Ау. Есть кто живой?


— Да, да. Слышали, — раздраженно пробурчал Берн и еще сильнее меня сжал в своих объятиях.


— Так вставайте.


— Угу…

* * *

— Ты купил то, что я просил?

— Да.

— Давай сюда.

Лииив, солнышко, а пойди-ка ты сюда, родная…



Удар, резвый мой удар, живо, испуганно отбивая его руку от себя.


— Черт. Лив, не будь маленькой!

— Не смей!

— Держи ее, Марат. Иначе дела не будет…


(заломили, усадили в кресло;

… мои, шикарные, пышные волосы… недотепа-парикмахер де Геер вмиг принялся безжалостно укорачивать вдвое)


— Сукин сын, я же тебя… за это потом порву!


— Порвешь. Порвешь, сладкая. Хоть сверху, хоть сбоку…

будешь рвать, сколько сил хватит.

Ну, а пока…


— Ублюдооооок!!


Ээээ… а это еще зачем???

Ты же кричал, что тебе не нравится, когда я блондинка??

Ау!

Ракушка, прием!


— Лив, харе ныть. Мне пофиг какого ты цвета. Любую буду любить: хоть зеленую, хоть фиолетовую, хоть лысую.

А кричал я, потому что ты тогда чуть не разрушила весь мой план.


— Идиота кусок.

* * *

И вновь проститься с братом. И вновь разойтись с прошлым на срок, длинною в неизвестность.

* * *

(забраться в лодку со своим паршивцем — и уплыть, затеряться в этом мире от былого)



(несмело покрутила в руках паспорт)

— "Ирэн Марсо". Ты прикалываешься? Какая еще нахрен "Ирэн Марсо"???

Ты идиотичней имя придумать не мог?


— Вообще-то, родная моя. Она — единственная, которая подошла на эту роль. Недавно обращенная, без близких. И невероятно похожая на тебя.


— Стоп.

(замерла, побледнела я;

резкий разворот — взгляд в глаза)

Так… так она — настоящая?


— Естественно. По приезду получишь все документы, всю ее историю.


— Она — … мертва?


— Лив. Ну, хватит уже. А?

Может, ты еще мне мораль начнешь читать?


(нервно сглотнула, промолчала)


— А то, что имя не нравится…

Могу только предложить сменить Марсо на Геер.


— Не смешно.


— А я и не шучу, — нервно дернул руль в сторону. Украдкой, пытливый взгляд на меня.


(долгая, тяжелая пауза сомнений)

— Это…

типа…

ты так только что мне сделал предложение… руки и сердца?


— Нет, мля, — нервно сплюнул бок. — В кафе пригласил…


(молчу,

ошарашенная, молчу,

да так прибита шоком, что даже язвительную ухмылку не могу вытащить наружу)


— Ну… так?


— Я подумаю…


— Охренеть. Началось. Сцена три. Дубль триста двадцатый…


— Вообще-то… и Марсо… не такая уж плохая фамилия…


— Нет. Я тебя точно когда-нибудь убью за эти твои издевательства!


(невольно рассмеялась, прижалась, прижалась к его спине)

— Не ври. Без них бы ты… меня так сильно не любил.


(сомнения — и вдруг улыбнулся,

улыбнулся добродушно,

короткий взгляд на меня через плечо)

— И то… правда.

… да есть одно "но".

Раз ты любишь всё по-грубому…

… то здесь заставлю…

(едкая коварная ухмылка расплылась на его губах, а в глазах заплясали бесенята)


(улыбнулась и я,

пристыжено закусив губу)

— Идиот.

— Стерва…

Загрузка...