2

Я упала на каменную плитку, больно ударившись локтями. Повернув голову, я увидела ошарашенную Шарлин, которая во все глаза на меня смотрела.

Я кое-как поднялась с земли, отряхивая свои черные джинсы. Протянув руку, я помогла Шарлин подняться и заметила, что ее легкое шифоновое платье все испачкалось.

– К-как… Как ты это сделала?! – заикаясь, спросила подруга, глаза которой распахнулись от удивления. На ее лице читалось замешательство и растерянность.

Я была удивлена не меньше ее, меня слегка трясло от пережитого. Все казалось каким-то наваждением. Словно мне все померещилось. И лучше бы это на самом деле было так. Но при этом все казалось таким реальным… Я чувствовала сладкий аромат роз и сочной травы. Ощущала на своей коже освежающий ветерок и тепло лучей солнца.

– А что произошло?

– Ты сидела на скамейке, а потом пшик – и исчезла! На твоем месте остался только странный золотой туман, который развеялся через пару секунд. А через пару минут ты снова оказалась тут и сбила меня с ног! Я так испугалась! Что это все значит, Анаис, что это было? – тараторила Шарлин срывающимся голосом.

От услышанного в сердце неприятно закололо. Исчезла? Золотой туман?

– Ты телепортировалась? – кричала Шарли. В ее голосе уже звучала истерика.

– Нет… Не знаю… Я была тут, а потом упала со скамейки. Там не оказалось скамейки, ни тебя. Вокруг было лето и много роз. А еще девочки. Две маленькие девочки в странных платьях. Они смеялись и гоняли голубей. Это точно был наш лицей, только какой-то более старый, – говорила я.

– Где это «там»? О чем ты говоришь?

– Я не знаю, может, в параллельном мире.

– В параллельном мире?

– Я не знаю! Это был наш лицей, наш двор. Только все утопало в розах и лучах солнца. И девочки были какими-то другими.

– Я ничего не понимаю, Анаис! – выкрикнула Шарлин.

– Я тоже ничего не понимаю!

Стук каблуков по каменной плитке прервал наш разговор. Мы быстро спрятались за колонну. Обычно с утра двор пустует, потому что ученики и учителя на уроках, а всякие садовники и уборщики выходят на работу во второй половине дня.

Я взглянула на часы и поняла, что мы уже опоздали на английский.

Шаги приближались, отчего я нервничала все сильнее. С посещаемостью у нас дела обстоят серьезно, мы учимся в престижном лицее, в который не так-то просто попасть. Директор и завучи постоянно напоминают нам, в каком престижном заведении мы учимся, и требуют от нас не только высоких оценок, но и идеального поведения. Учителя относятся к этому проще и никогда не доносят директору об опозданиях, и возможно, это единственная причина, почему я до сих пор не вылетела.

Странно, но мадам Дюпре никогда не жаловалась на меня директору, хотя совсем меня не выносит. У нее всегда была возможность избавиться от меня, но она этим не воспользовалась.

Обладатель звонких каблучков остановился прямо рядом с нами. Он стоял так тихо, что мне показалось, будто там никого нет. Спустя пару мгновений раздался грозный женский голос. Директриса. И что она забыла здесь с утра пораньше?!

– Шарлин Де Верли и Анаис Арно, у вас большие неприятности!

Я раздосадованно вздохнула. Нам ничего не оставалось, кроме как выйти из-за колонны и предстать перед презрительным взглядом мадам Ла Монтанье.

Мадам Ла Монтанье – женщина довольно строгая, но справедливая. Говорят, она потомок какого-то знаменитого на весь свет дворянина, который жил в семнадцатом или восемнадцатом веке. Она гордо носит свою фамилию. Даже все ее дети имеют фамилию Ла Монтанье, а не фамилию мужа – Брюлло.

– На каком основании вы пропускаете занятия?

Я смотрела, как стразы на моих балетках переливаются всеми цветами радуги на свету. Еще чуть-чуть, и я бы сгорела от стыда. Поднять взгляд на лицо директрисы у меня не хватало смелости.

– Мадам Ла Монтанье, извините нас, пожалуйста. Анаис стало плохо, у нее начался приступ астмы, и я помогла ей выйти на улицу. Она чуть в обморок не упала, – говорила Шарлин.

Ее слова придали мне уверенности. Я взглянула на директрису, которая взирала на нас уже не так строго.

– Анаис, как ты себя сейчас чувствуешь? Может, тебе пойти домой? – сказала мадам Ла Монтанье непривычно заботливым голосом.

– Я… да. Наверное, вы правы, – тихо отозвалась я.

Точно, домой. У меня не хватит сил досидеть учебный день до конца после того, что со мной произошло.

– Я провожу ее, – заверила Шарлин, на что мадам Ла Монтанье отрицательно покачала головой.

– Шарлин, тебе лучше отправиться на занятия. Анаис, я позвоню твоей маме, она приедет и заберет тебя.

Только не маму! Она сейчас на работе, и ей обязательно вычтут из зарплаты, если она уйдет раньше. Она и так старается, чтобы у нас было достаточно средств на оплату обучения. Мне не хочется доставлять ей еще больше проблем.

– Хорошо. Удачи тебе, – произнесла Шарлин, обнимая меня, и направилась обратно в класс.

Я присела на скамейку, чтобы прийти в себя. Я еще чувствовала запах роз, в ушах звенел жизнерадостный смех девочек. Казалось, я все еще там. Я пыталась успокоиться, но мои коленки продолжали трястись, а мысли возвращались к произошедшему.

Директриса достала мобильный и попросила меня продиктовать номер мамы. Я откинулась на спинку скамейки и закрыла глаза, делая глубокие вдохи и выдохи.

Мадам Ла Монтанье отошла чуть в сторону. Отдельные фразы долетали до моих ушей, и я поняла, что разговор идет про мою болезнь.

Договорив, директриса вернулась и сообщила мне, что мама подъедет через двадцать минут, а пока я могу посидеть тут или зайти внутрь. Я решила остаться, потому что свежий воздух меня всегда успокаивает.

Мадам Ла Монтанье села рядом со мной. Видимо, боялась, что приступ повторится. Однако физически я чувствовала себя хорошо.

Вскоре двери во двор распахнулись, и из них выскочила моя мама. Ее рыжеватые длинные волосы, уложенные упругими кудрями, подпрыгивали в такт шагам. Под кремовым пальто виднелась униформа официантки. Похоже, мама так торопилась, что не успела переодеться. Я опять почувствовала укол вины. Она работает в одном из самых дорогих ресторанов Парижа. Ресторатор может легко ее уволить и найти кого-то другого. Если мама потеряет работу, это сильно ударит по нашей семье, ведь зарплата там хорошая.

Мама испуганно осмотрела меня с ног до головы. Они с мадам Ла Монтанье обмолвились парой слов, после чего директриса удалилась, а мама обняла меня за плечи.

– Анаис, все в порядке? Я должна была сразу догадаться, в чем причина твоей астмы. Я подозревала, но до последнего надеялась, что это не так, – проговорила мама.

– Ты о чем?

– Я объясню все позже, а сейчас нам нужно скорее попасть домой. – Мама повела меня на выход.

Загрузка...