Детективная история Евы Рэй Томас. Книга 2. Вспомни, что ты сделала

Глава 3

Жители Коко-Бич по-прежнему ломают головы над странным исчезновением королевы бала Карины Мартин и ее подруг Тары Оуэнс и Авы Моралес. Что с ними произошло после того, как они вышли из школы? Может быть, найденные сегодня улики помогут следователям приблизиться к разгадке.

Я выключила телевизор и бросила пульт на диван. Когда после визита к Ронде я с папкой под мышкой вернулась домой, шел выпуск новостей, но их никто не смотрел. Перед тем как нажать кнопку, я помедлила: может, еще что-нибудь скажут о трех девушках, которые две недели назад исчезли после школьного бала? В городке все только об этом и говорили, и репортер «Ньюс 13» был прав: история действительно странная. Прошло две недели, и до сих пор никаких зацепок. Одни считали, что девчонок похитили, другие – что у них сдали нервы из-за выпускных экзаменов и они сами сбежали. Вторая версия была, на мой взгляд, неправдоподобной, но и первая меня тоже совсем не устраивала. Мэтт занимался этим делом с той самой ночи, когда в полицию начали звонить встревоженные родители не вернувшихся домой дочерей.

Я встречалась с Мэттом уже полгода, и все шло просто чудесно – мы любили быть вместе и ненавидели расставаться. В браке с Чадом было совсем не так. С Мэттом нас связывала более прочная нить, что вполне естественно, ведь мы знали друг друга с детского сада. В юности во время конфликтов с родителями именно его дом становился для меня убежищем. Тогда мы были просто друзьями, а теперь, спустя двадцать лет, наконец-то поняли, что хотим быть вместе.

С книгой, которую я должна была написать, тоже все ладилось. В промежутках между распаковкой вещей и обустройством дома я ее почти закончила – оставались буквально последние строчки. Я писала о своем отце (не биологическом), серийном убийце, которому удавалось вести двойную жизнь, обманывать близких и творить зверства прямо под носом у моей матери. Я расспрашивала маму о его детстве, их совместной жизни, и беседы на эту тему давались нам нелегко. Думаю, что все эти разговоры имели для нее терапевтический эффект, но в то же время эмоционально опустошали.

Сначала предполагалось, что я буду писать о нескольких самых жестоких убийцах страны с точки зрения профайлера ФБР, но, когда издатели узнали о моей семейной истории, они аннулировали предыдущий контракт и предложили мне новый. Понятное дело, ведь они получали свежайший криминальный сюжет из первых рук. Мне дали огромный аванс вдобавок к тому, что уже заплатили. «Очень-очень высокий коммерческий потенциал, стопроцентный бестселлер!» – восклицали издатели. «Что ж, пусть будет бестселлер», – подумала я тогда. Нам с детьми нужны были деньги. Чад в нашей жизни почти не появлялся; алименты от него пришли всего пару раз, и то их едва хватило на половину арендной платы за дом. Быть матерью-одиночкой с тремя детьми – недешевое удовольствие.

– Тук-тук, – услышала я голос Мэтта.

Он появился на пороге с бутылкой вина в руке. Я встретила его с улыбкой. Дети бесились наверху. Алекс что-то крикнул сестрам, Оливия наорала в ответ и хлопнула дверью. Ей было пятнадцать, и она с трудом выносила шестилетнего Алекса и двенадцатилетнюю Кристину, а порой, честно говоря, и меня.

От хлопка двери Мэтт дернулся, а я и бровью не повела, потому что давно привыкла к таким звукам. Забирая у него бутылку, я снова улыбнулась:

– По какому случаю?

Он пожал плечами, затем наклонился и поцеловал меня.

– Пятница! И мне в субботу-воскресенье не надо на работу.

Я поблагодарила его взглядом: бутылка предназначалась лично мне.

– Я сейчас пиццу закажу. Пиво в холодильнике, – сказала я.

Мэтт просиял:

– Знаешь, чем порадовать.