Встречи у Серебряной Реки. Поэты эпохи Тан

За сизой дымкою вдали

Горит закат,

Гляжу на горные хребты,

На водопад.

Летит он с облачных высот

Сквозь горный лес —

И кажется: то Млечный Путь

Упал с небес.

Смотрю на пик Пяти Стариков,

На Лушань, на юго-восток.

Он поднимается в небеса,

Как золотой цветок.

С него я видел бы все кругом

И всем любоваться мог.

Вот тут бы жить и окончить мне

Последнюю из дорог.

На горной вершине

Ночую в покинутом храме.

К мерцающим звездам

Могу прикоснуться рукой.

Боюсь разговаривать громко:

Земными словами

Я жителей неба

Не смею тревожить покой.

Так жарко мне —

Лень веером взмахнуть.

Но дотяну до ночи

Как-нибудь.

Давно я сбросил

Все свои одежды —

Сосновый ветер

Льется мне на грудь.

Собаки лают,

И шумит вода,

И персики

Дождем орошены.

В лесу

Оленей встретишь иногда,

А колокол

Не слышен с вышины.

За сизой дымкой

Высится бамбук,

И водопад

Повис среди вершин…

Кто скажет мне,

Куда ушел мой друг?

У старых сосен

Я стою один.

В восточных горах

Он выстроил дом

Крошечный —

Среди скал.

С весны он лежал

В лесу пустом

И даже днем

Не вставал.

И ручейка

Он слышал звон

И песенки

Ветерка.

Ни дрязг и ни ссор

Не ведал он —

И жить бы ему

Века.

С дивной лютней

Меня навещает мой друг,

Вот с вершины Эмэя

Спускается он.

И услышал я первый

Томительный звук —

Словно дальних деревьев

Таинственный стон.

И звенел,

По камням пробегая, ручей,

И покрытые инеем

Колокола

Мне звучали

В тумане осенних ночей…

Я, старик, не заметил,

Как ночь подошла.

Один, в горах,

Я напеваю песню,

Здесь наконец

Не встречу я людей.

Все круче склоны,

Скалы все отвесней,

Бреду в ущелье,

Где течет ручей.

И облака

Над кручами клубятся,

Цветы сияют

В дымке золотой.

Я долго мог бы

Ими любоваться —

Но скоро вечер,

И пора домой.

С глаз моих утомленных

Еще не смахнул я слезы,

Еще не смахнул я пыли

С чиновничьего убора.

Единственную тропинку

Давно опутали лозы,

В высоком и чистом небе

Сияют снежные горы.

Листья уже опали,

Земля звенит под ногою,

И облака застыли

Так же, как вся природа.

Густо бамбук разросся

Порослью молодою,

А старое дерево сгнило —

Свалилось в речную воду.

Откуда-то из деревни

Собака бежит и лает,

Мох покрывает стены,

Пыльный, пепельно-рыжий.

Из развалившейся кухни —

Гляжу – фазан вылетает,

И старая обезьяна

Плачет на ветхой крыше.

На оголенных ветках

Молча расселись птицы,

Легла звериная тропка

Возле знакомой ели.

Книги перебираю —

Моль на них шевелится,

Седая мышь выбегает

Из-под моей постели.

Надо правильно жить мне —

Может быть, мудрым буду?

Думаю о природе,

Жизни и человеке.

Если опять придется

Мне уходить отсюда —

Лучше уйду в могилу,

Сгину в земле навеки.

Плывут облака

Отдыхать после знойного дня,

Стремительных птиц

Улетела последняя стая.

Гляжу я на горы,

И горы глядят на меня,

И долго глядим мы,

Друг другу не надоедая.

Едва проснусь —

И вижу я уже:

Гора Айвы.

И так – весь день-деньской.

Немудрено,

Что «кисло» на душе:

Гора Айвы

Всегда передо мной.

Я покинул Боди́,

Что стоит средь цветных облаков,

Проплывем по реке мы

До вечера тысячу ли.

Не успел отзвучать еще

Крик обезьян с берегов —

А уж челн миновал

Сотни гор, что темнели вдали.

У скалы Нючжу я оставил челн,

Ночь блистает во всей красе.

И любуюсь я лунным сиянием волн,

Только нет генерала Се.

Ведь и я бы мог стихи прочитать, —

Да меня не услышит он…

И попусту ночь проходит опять,

И листья роняет клен.

Вижу белую цаплю

На тихой осенней реке;

Словно иней, слетела

И плавает там, вдалеке.

Загрустила душа моя,

Сердце – в глубокой тоске.

Одиноко стою

На песчаном пустом островке.

Очищается сердце мое

Здесь, на Чистой реке;

Цвет воды ее дивной —

Иной, чем у тысячи рек.

Разрешите спросить

Про Синьань, что течет вдалеке:

Так ли камешек каждый

Там видит на дне человек?

Отраженья людей,

Словно в зеркале светлом, видны,

Отражения птиц —

Как на ширме рисунок цветной.

И лишь крик обезьян

Вечерами, среди тишины,

Угнетает прохожих,

Бредущих под ясной луной.

Мне жаль, что солнце

В дымке золотой

Уже склонилось

Низко над водой.

И свет его

Течет за родником,

И путник

Снова вспоминает дом.

Напрасно

Песни распевал я тут —

Умолкнув, слышу:

Тополя поют.

В струящейся воде

Осенняя луна.

На южном озере

Покой и тишина.

И лотос хочет мне

Сказать о чем-то грустном,

Чтоб грустью и моя

Душа была полна.

Как на картине,

Громоздятся горы

И в небо лучезарное

Глядят.

И два потока

Окружают город,

И два моста,

Как радуги, висят.

Платан застыл,

От холода тоскуя,

Листва горит

Во всей своей красе.

Те, кто взойдут

На башню городскую, —

Се Тяо вспомнят

Неизбежно все.

Цветы лиловой дымкой обвивают

Ствол дерева, достигшего небес,

Они особо хороши весною —

И дерево украсило весь лес.

Листва скрывает птиц поющих стаю,

И ароматный легкий ветерок

Красавицу внезапно остановит,

Хотя б на миг – на самый краткий срок.

У южной веранды

Растет молодая сосна,

Крепки ее ветки

И хвоя густая пышна.

Вершина ее

Под летящим звенит ветерком,

Звенит непрерывно,

Как музыка, ночью и днем.

В тени, на корнях,

Зеленеет, курчавится мох,

И цвет ее игл —

Словно темно-лиловый дымок.

Расти ей, красавице,

Годы расти и века,

Покамест вершиной

Она не пронзит облака.

За кувшином вина

Я послал в деревенский кабак,

Но слуга почему-то

Пропал – задержался в пути.

На холмах на закате

Горит расцветающий мак,

И уж самое время,

Чтоб рюмку к губам поднести.

Потихоньку б я пил,

У восточного сидя окна,

И вечерняя иволга

Пела бы мне за окном.

Ветерок прилетел бы,

И с ним – захмелев от вина —

Утомленному путнику

Было б нескучно вдвоем.

Прекрасен крепкий аромат

Ланьлинского вина.

Им чаша яшмовая вновь,

Как янтарем, полна.

И если гостя напоит

Хозяин допьяна —

Не разберу: своя ли здесь,

Чужая ль сторона.

Среди цветов поставил я

Кувшин в тиши ночной

И одиноко пью вино,

И друга нет со мной.

Но в собутыльники луну

Позвал я в добрый час,

И тень свою я пригласил —

И трое стало нас.

Но разве, спрашиваю я,

Умеет пить луна?

И тень, хотя всегда за мной

Последует она?

А тень с луной не разделить,

И я в тиши ночной

Согласен с ними пировать

Хоть до весны самой.

Я начинаю петь – и в такт

Колышется луна,

Пляшу – и пляшет тень моя,

Бесшумна и длинна.

Нам было весело, пока

Хмелели мы втроем.

А захмелели – разошлись,

Кто как – своим путем.

И снова в жизни одному

Мне предстоит брести

До встречи – той, что между звезд,

У Млечного Пути.

О, если б небеса, мой друг,

Не возлюбили бы вино —

Скажи: Созвездье Винных Звезд

Могло ли быть вознесено?

О, если б древняя земля

Вино не стала бы любить —

Скажи: Источник Винный мог

По ней волну свою струить?

А раз и небо, и земля

Так любят честное вино —

То собутыльникам моим

Стыдиться было бы грешно.

Мне говорили, что вино

Святые пили без конца,

Что чарка крепкого вина

Была отрадой мудреца.

Но коль святые мудрецы

Всегда стремились пить вино —

Зачем стремиться в небеса?

Мы здесь напьемся – все равно.

Три кубка дайте мне сейчас —

И я пойду в далекий путь.

А дайте доу выпить мне —

Сольюсь с природой как-нибудь.

И если ты, мой друг, найдешь

Очарование в вине —

Перед ханжами помолчи —

Те не поймут, расскажешь мне.

Я за чашей вина

Не заметил совсем темноты,

Опадая во сне,

Мне осыпали платье цветы.

Захмелевший, бреду

По луне, отраженной в потоке.

Птицы в гнезда летят,

А людей не увидишь здесь ты…

Забыли мы

Про старые печали —

Сто чарок

Жажду утолят едва ли,

Ночь благосклонна

К дружеским беседам,

А при такой луне

И сон неведом,

Пока нам не покажутся,

Усталым,

Земля – постелью,

Небо – одеялом.

Мы выпиваем вместе —

Я и ты,

Нас окружают

Горные цветы.

Вторая чарка,

И восьмая чарка,

И так мы пьем

До самой темноты.

И, захмелев,

Уже хочу я спать,

А ты – иди.

Потом придешь опять:

Под утро

Лютню принесешь с собою,

А с лютнею —

Приятней выпивать.

С тех пор как явилась в небе луна —

Сколько прошло лет?

Отставив кубок, спрошу ее —

Может быть, даст ответ.

Никогда не взберешься ты на луну,

Что сияет во тьме ночной.

А луна – куда бы ты ни пошел —

Последует за тобой.

Как летящее зеркало, заблестит

У дворца Бессмертных она.

И сразу тогда исчезает мгла —

Туманная пелена.

Ты увидишь, как восходит луна

На закате, в вечерний час.

А придет рассвет – не заметишь ты,

Что уже ее свет погас.

Белый заяц на ней лекарство толчет,

И сменяет зиму весна.

И Чан Э в одиночестве там живет —

И вечно так жить должна.

Мы не можем теперь увидеть, друзья,

Луну древнейших времен.

Но предкам нашим светила она,

Выплыв на небосклон.

Умирают в мире люди всегда —

Бессмертных нет среди нас, —

Но все они любовались луной,

Как я любуюсь сейчас.

Я хочу, чтобы в эти часы, когда

Я слагаю стихи за вином, —

Отражался сияющий свет луны

В золоченом кубке моем.

Говорю я тебе:

От вина отказаться нельзя, —

Ветерок прилетел

И смеется над трезвым тобой.

Погляди, как деревья —

Давнишние наши друзья, —

Раскрывая цветы,

Наклонились над теплой травой.

А в кустарнике иволга

Песни лепечет свои,

В золотые бокалы

Глядит золотая луна.

Тем, кто только вчера

Малолетними были детьми,

Тем сегодня, мой друг,

Побелила виски седина.

И терновник растет

В знаменитых покоях дворца.

На Великой террасе

Олени резвятся весь день.

Где цари и вельможи? —

Лишь время не знает конца,

И на пыльные стены

Вечерняя падает тень.

Все мы смертны. Ужели

Тебя не прельщает вино?

Вспомни, друг мой, о предках —

Их нету на свете давно.

Подымаю меч

И рублю ручей —

Но течет он

Еще быстрей.

Подымаю кубок

И пью до дна —

А тоска

Все так же сильна.

Там, где синие горы

За северной стали стеной,

Воды белой реки

Огибают наш город с востока.

На речном берегу

Предстоит нам расстаться с тобой,

Одинокий твой парус

Умчится далеко-далеко.

Словно легкое облачко,

Ветер тебя понесет.

Для меня ты – как солнце,

Ужели же время заката?

Я рукою машу тебе —

Вот уже лодка плывет.

Конь мой жалобно ржет —

Помнит: ездил на нем ты когда-то.

У той дороги,

Что ведет в Гушу,

С тобою, друг,

В беседке я сижу.

Колодец

С незапамятных времен

Здесь каменной оградой

Обнесен.

Здесь женщины,

С базара возвратясь,

Смывают с ног своих

И пыль, и грязь.

Отсюда —

Коль на остров поглядишь —

Увидишь:

Белый там растет камыш…

…Я голову

Поспешно отверну,

Чтоб ты не видел

Слов моих волну.

Любуемся мы,

Как цветы озаряет рассвет.

И все же грустим:

Наступает разлука опять.

Здесь вместе с тобою

Немало мы прожили лет.

Но в разные стороны

Нам суждено уезжать.

Скитаясь в ущельях,

Услышишь ты крик обезьян,

Я стану в горах