Глава 13

Хэлмираш отлёживался ещё пару дней, прочно засев в башне и снова свалив все занятия на Дармина. Но лысый тренер не возражал, прекрасно понимая, что тренировать магистров четвёртой и пятой ступеней вполсилы нельзя, а потому, не восстановившись полностью, стражу там делать нечего.

Дни шли, а дело культистов с места так и не двигалось, что Хэлмираша несколько беспокоило. Учитывая, на какие жертвы шли эти опалённые на голову похитители, было очень странно, что они решили затаиться и свернуть деятельность. Но стража напрягало не это, а тот факт, что, по имеющимся у него сведеньям, в городе и пригороде банально не осталось оракулов любимой культистами шестой ступени. Наррат сидел под надёжной защитой и не вылезал из-под камней-паразитов, а весь остальной запас оракулов требуемой силы находился в Академии. Стараниями Хэлмираша – безвылазно. И что-то внутри подсказывало стражу, что культисты затихли только потому, что ещё не нашли способ подкопаться под воздвигнутую мужчиной вокруг Академии защиту.

Но пока внутри самой Академии время протекало мирно, стражи успевали задавить в зародыше любой конфликт с применением магии. На банальные мордобои Хэлмираш поглядывал сквозь пальцы – всё-таки магическая Академия – это не пансион благородных девиц, здесь обучают довольно злых боевых магов, и им необходимо как-то сбрасывать напряжение и боевой азарт. Хотя сам страж на пару с остальными тренерами делал всё, чтобы сил на это у учеников оставалось как можно меньше.

Даже демоническая собака – и та не приносила много беспокойства. Но больше всего убедил стража в том, что собака не зря ест свой хлеб, увиденный им момент на экзамене Орма. Полуорк показал высокий уровень боевых умений, сомневающиеся в решении Хэлмираша оставить парня в Академии, очередной раз утёрлись и не посмели раскрыть ртов. Однако по-настоящему порадовало стража не это, в Орме он давно уже не сомневался – парень к тренировкам относился очень серьёзно, и результат был для Хэлмираша закономерным и предсказуемым. А вот тот факт, что полуорк наконец перестал быть столь нелюдимым и нашёл свой хоть и очень маленький, но действительно дружный круг общения, стража радовал. И именно на экзамене Хэлмираш увидел подтверждение тому, что Орм стал меняться в лучшую сторону и вылезать из своей колючей брони. Потому что перед тем, как идти на итоговый поединок, полуорк как будто невзначай провёл ладонью по голове демонической собаки, что пришла с ним и осталась сидеть вместе с наблюдающими экзаменаторами. А ведь раньше Орм не позволял к себе прикасаться и сам не проявлял желания кого-то тронуть, кроме как в бою. Потому что ещё с детства любое прикосновение несло с собой либо боль, либо принуждение. Из-за этого маленького жеста Хэлмираш и не дал выгнать собаку с полигона. И потом понял, что не зря – псина как будто входила в боевую двойку Орма, переживала за него, вздрагивала от каждого пропущенного удара, подбадривала тихим лаем, когда полуорк шёл в наступление, била лапами землю в моменты защиты. И Орм видел её во время экзамена. Сам факт нахождения собаки рядом как будто придавал сил парню, он бросал мимолётный взгляд на животное, повторял её оскал и атаковал. После экзамена измученный полуорк, выслушав вердикт экзаменаторов, первым делом подошёл к танцующей собаке. Та чуть не повалила парня на землю от радости, вылизывала, тыкалась носом в тёмное от пыли лицо. И дичившийся до этого любых прикосновений Орм вдруг облапил её, прижался лицом к густой серой шерсти. Хэлмираш не удержался от одобрительного смешка, внутренне прощая собаке все те проблемы, которые она принесла с собой в его жизнь. Счастливое и умиротворённое в тот момент лицо Орма того стоило.

В один из поздних вечеров, когда Хэлмираш уже планировал отход ко сну, в его кабинет зашёл Эскель Гарахи. Маг молча взял стоящий у стены стул, подставил его к рабочему столу стража и устроился на нём с максимально возможным комфортом. Хэлмираш, уже стоявший у двери в спальню, со вздохом вернулся обратно за стол, сложил руки на столешнице и вопросительно посмотрел на явившегося гостя.

– Ты всё ещё занимаешь делом с похищением оракулов, так? – сощурил стальные глаза Эскель, беря ручку со стола хозяина кабинета и начиная задумчиво вертеть её в длинных пальцах.

Хэлмираш кивнул в ответ, всё ещё ожидая чего-то более конструктивного, чем общие вопросы.

– Как ты и просил, я по своим каналам проверил финансовые траты моего окружения. И то, что я нашёл, легче нашу с тобой жизнь не сделает, – Гарахи вздохнул. – Ты знаешь, кто такие Летящие?

Страж сощурился, пытаясь вспомнить, но в итоге память ничего не подкинула, так что покачал головой.

– Есть такая очень короткая ветвь рода, которая берёт свое начало от самих Золотых. Последние несколько месяцев одна из представительниц этого рода снимает крупные суммы. Очень крупные, даже по моим меркам. А точки их реализации нет, они просто исчезают. Её окружение списывает всё это на обычные женские траты, – подумаешь, – но я не представляю, куда можно потратить столько золота так, чтобы этого нельзя было ощутить или доказать.

– А мотив? – уточнил Хэлмираш.

– Ходят слухи, что её дети обладают очень малым потенциалом к магии оракулов. Это довольно сильный удар по репутации и символизация вырождения, чего Летящие никак не могут допустить. Знал бы ты, как они гордятся своим положением рядом с Золотыми. Но Золотые – сплошь сильные оракулы.

– Думаешь, она нашла способ передачи дара? – голос стража приобрёл рычащие нотки.

– Либо пытается его найти, экспериментируя, – нехотя кивнул Эскель. – В связи с этим у меня к тебе будет просьба: если это всё-таки действительно так, то не руби с плеча – позови меня до того, как отдашь её в руки правосудия.

Хэлмираш в упор посмотрел на Гарахи, его взгляд ничего хорошего не сулил.

– Хэлмираш, – Эскель поморщился. – Я знаю, что ты максимально далёк от политики и будешь так же далёк до самой могилы, но, поверь мне, людям не выгодно, чтобы трон под Золотыми начал шататься. А оппозиция ждёт любого промаха. Поэтому просто позволь мне хоть что-то сделать. Если за всеми похищениями стоит Летящая, то это зацепит не только алларов и магов. Ходят слухи, что в конфликт готовы вступить демоны, а похищения – это только вершина айсберга. Летящая в любом случае не уйдёт от ответственности, но пусть Золотые решат это внутри правящего клана.

Страж на мгновение опустил голову, затем поднялся, кивнул Гарахи:

– Я тебя услышал.

Эскелю, знающему Хэлмираша довольно давно, этого было достаточно, он вернул ручку на стол и удалился.

***

Рассказ Гарахи, конечно, подействовал стражу на нервы, но мужчина понимал, что если в дело вмешается политика, то ему без Эскеля не справиться – не хватит сноровки, тогда как Гарахи варился в этом котле с детства. Страж старался сделать всё от него зависящее в том, в чём разбирался – система безопасности Академии отрабатывала без изъянов, однако Хэлмираш не давал себе расслабиться, держал в напряжении, учитывая постоянную угрозу со стороны культистов. А потому на внезапный удар по нервам от системы слежения за оракулами высоких ступеней его не удивил.

Отбросив изучаемый свиток, Хэлмираш мгновенно совершил скачок на место возмущения, оказываясь в библиотеке в зале портальных рамок. Рывком переместился вперёд, но лишь поймал пальцами воздух – Вэйджер уже исчез в искрящемся портале, который схлопнулся за его спиной.

– Своими руками придушу засранца! – рыкнул Хэлмираш, оглядываясь. – Смотрителя порталов сюда!

– Рейн за Тирой пошёл, – вдруг раздался сиплый голос из-за спины стража.

Мужчина обернулся и увидел Хакета, сидящего на полу и в изнеможении опирающегося спиной на стену. С мага градом тёк пот, бледные губы еле шевелились. Несложно было догадаться, что Хакет на кой-то зорг занимался непривычным для него делом формирования порталов – ничто другое настолько быстро не выпило бы его магический резерв до дна.

– Куда был направлен этот портал?! – сдерживая так и рвущиеся из груди ругательства, рявкнул Хэлмираш. Страж готов был хоть самого верховного смотрителя порталов вызвать, лишь бы воссоздать канал, по которому ушёл Вэйджер. Нельзя было выпускать из зоны видимости оракулов! Не сейчас, когда враг затаился в ожидании любой его, стража, ошибки! Кончики пальцев ощутимо похолодели, стило только подумать, что сейчас зоргового Вэйджера могли засечь и подобрать культисты. Говорил же про запрет на выход из Академии, предупреждал!!

– Далеко, – устало выдохнул Хакет, закашливаясь. Перевёл дыхание и добавил: – Тира к своему хозяину стремилась, говорила, с ним что-то случилось. А этот демон вряд ли слишком отдалился от Южной равнины.

Сказанное стража с одной стороны немного успокоило – так далеко культисты могли и не дотянуться. Тем более что ранее случаи похищения были только в городе и окрестностях. С другой стороны – на таком расстоянии наводиться на амулет-следилку на груди у Вэйджера было бесполезно – луч не дотянется.

Тут подоспел смотритель, выслушал рычание Хэлмираша и принялся старательно осматривать кристаллы, пытаясь собрать информацию для воспроизведения портала-дублёра.

– Айнар, – вдруг раздался в голове стража голос главы Дориарха. – Портал действительно ведёт на территорию демонов. Южная равнина – тебе туда запрещено являться без приглашения.

– Там Вэйджер, чтоб его зорги драли! – выругался Хэлмираш, напряжённо наблюдая за тем, как смотритель прикасается к кристаллам на портальных стойках и закрывает глаза. – А, значит, я должен быть там.

– Пошли кого-нибудь другого, у тебя есть группа быстрого реагирования.

– На территорию демонов?!

– Айнар…

– Своё недовольство выскажете Вэйджеру, когда я притащу его обратно, – резко ответил страж, без лишних слов шагая в засветившийся портал.

Чем плохи порталы-дублеры – они неточны. Особенно, если это была наводка на нестационарный портал. А то, что в данном случае портал был дублёром на дублёра, Хэлмираш сообразил уже после того, как очутился посреди степи. Трава, редкие деревья и на всю округу, насколько хватало зрения, ни единой сущности. Хоть не оказался в строю войска демонов Южной равнины – уже неплохо, мрачно подумал страж, сосредотачиваясь на магии оракулов и пытаясь определиться с направлением, в котором стоило бы искать Вэйджера. Посланный поисковой импульс тут же принёс информацию о большом скоплении живых существ где-то слева. Рассчитав примерное расстояние, страж перенёсся, скрывая своё присутствие заклинанием отведения глаз. Слева по равнине во весь опор неслось небольшое войско. Может, пара сотен демонов на азарах. Под знаменем Предводителя Южной равнины, но самого Предводителя Хэлмираш не чувствовал – такие сильные демоны для оракулов и их магии всегда обладали особой реакцией и буквально «светились». Страж прикинул направление и скорость движения отряда, рассчитал, перенёсся существенно дальше в ту же сторону. И на этот раз угадал, сразу же засекая амулет-следилку Вэйджера. Мужчина натурально зарычал, видя, как больной на голову маг врубился в ряды диких демонов, осаждающих отбивающийся, прижатый к болоту отряд демонов. Одно было хорошо – запрета на убийство диких у стража не было. Поэтому он, прикрывшись максимальным маскировочным заклинанием, с расстояния разметал диких вокруг Вэйджера и хотел уже дёрнуть мага на себя, но Рейнгар не позволил. Как обученный боевой оракул, он мог противостоять Хэлмирашу в данной стезе с большим превосходством.

– Хэлмираш, откуда бы ты тут ни взялся, не мешай! – прогремел в голове стража голос Вэйджера. – Она без меня погибнет!

Хэлмирашу понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить о ком идёт речь. Вэйджер сунулся в пекло, полное диких, ради зорговой псины! Сплюнув с досады, страж нашёл в колыхающемся море тел диких демонов знакомый сигнал животины. Он не мог явить себя перед воинами Южной равнины, но сейчас ситуация того и не требовала – Хэлмираш был способен на расстоянии следить за двумя точками и разбрасывать воздушными волнами чрезмерно активных диких рядом с ними. И даже сам не заметил, как его действия приобрели чрезмерную жестокость – страж не просто убивал диких, он буквально давил их, разрывал, воспроизводя техники Илая, которые невольно подсмотрел, пока работал с Гончими в схроне. Губы сами собой раздвинулись, показывая зубы в оскале. Руки теплели, как будто вживую ощущая льющуюся по ним горячую чёрную кровь врагов, пальцы подрагивали, желая сжаться на горле демона. Переместиться на поле боя и пустить в ход ножи хотелось практически нестерпимо, но Хэлмираш контролировал себя в достаточной мере, чтобы не поддаться соблазну. Но лишь до тех пор, пока Вэйджер не пропустил удар и не отлетел в гущу врагов. Страж моментально оказался в шаге от мага, одним движением вскидывая ножи. Чтобы не светиться, пришлось продолжать использовать ту же магию пары земли-воздуха, но и её было достаточно, чтобы сдержать диких и дать Рейнгару время прийти в себя. Порадовало то, что Вэйджер тоже не за красивые глаза получил свою ступень боевого мага. Пусть мужчины никогда не работали в общей боевой двойке, но сейчас быстро распределили роли, максимально эффективно применяя свои способности. Хэлмираш вышел на передний план, работая в ближнем бою, Вэйджер же атаковал под его прикрытием, обеспечивая контроль слепых зон и защиту собаки одновременно. Рубя диких, Хэлмираш не мог не заметить одного странного момента – дикие атаковали их как будто с неохотой. А вот к болоту и зажатому отряду стремились очень даже целенаправленно. И от такого характерного дежавю, как драка с управляемыми дикими, у стража кровь стремительно закипала в жилах. Приходилось максимально сдерживать себя, чтобы не взорваться одной мощной магической атакой с полным уничтожением всего живого рядом. Той части сознания, которая ещё оставалась вменяемой, хотелось просканировать диких на предмет влияния магии оракулов, но не было свободного времени – все силы уходили на то, чтобы остаться в живых и защитить больного на голову мага в гуще врагов.

С помощью стража Рейнгар быстро добрался до псины, спасая её от потери пары конечностей под топором особо расторопного дикого. Находиться в центре ожесточённого сражения было очень тяжело, приходилось постоянно держать купол щита на себе и Вэйджере, подпитывать маскирующее заклинание. Хэлмираш продолжал применять технику воздушных лезвий, используя ножи как направляющие элементы. Мышцы начали забиваться, страж подстёгивал тело, мотаясь по небольшой расчищенной от диких точке, личный магический резерв сгорел, и в ход пошли накопители в ножах. Поэтому работавший на износ Хэлмираш с мрачным удовлетворением воспринял ощущение подошвами пошедшей по земле мелкой вибрации, сообщающей о приближении войска. Вылетевшие с холмов на полном скаку демоны разметали диких почище любого воздушного заклинания, тысячник во второй ипостаси взревел, отвечая животному крику собаки Вэйджера. Хэлмирашу всё сложнее было сдерживать себя, особенно когда татуированные демоны стали появляться в непосредственной близости, пришлось очень чётко дифференцировать атаки, чтобы не задеть их и не проявить себя. Что Хэлмираша на мгновение удивило, так это волна страха, которая прилетела от Вэйджера, как только на поле боя появился тысячник. Нет, страж мозгом понимал, что нормальные маги боятся демонов старших цветов, но сам уже отвык от этого чувства. Свой бой с тысячником, который сделал его своего рода знаменитостью, Хэлмираш на самом деле помнил плохо и желанием вспоминать в подробностях никогда не страдал. Однако с тех пор страж перестал бояться демонов. Любых, любого цвета. Он воспринимал их как противников. Сильных, ловких, быстрых, несмотря на внушительные габариты, обладающих ещё и несколькими лишними конечностями и увеличенным углом обзора. Очень опасных, но не непобедимых. Демоны старших цветов были монстрами, но не безмозглыми убийцами. Если бы не слепая ненависть ко всей расе, то Хэлмираш считал бы таких противников… достойными.

Загрузка...