Глава 19


— «Скверхова оргия, а я побитый и связанный…» — Дрожащим пальцем я начал свайпать по экрану смартфона, чувствуя, как на всём теле непроизвольно зашевелились волосы. — «Нужно было молиться атминтису, как Тонг… Может, правда, карма? Да, ну… Бред…».

С силой сжав веки, я замотал головой, после чего резко открыл глаза, чтобы вновь взглянуть на экран. Не показалось. Картинка не изменилась. Всё осталось так же. Сейчас, я смотрел на свой «портрет» в ранговой таблице первого курса. Искать долго не пришлось, потому, что мой фасад в увеличенном масштабе украшал начало списка. Больше всего бесила мигающая анимация надписи «Топ 1», которая раз в пять секунд фонтанировала искрами фейерверка. Терпеть не могу фейерверки.

На форумах учащихся, пока искал информацию по Романовскому магическому лицею, не раз встречались упоминания про «рейтинг», только не думал, что для этого есть целое приложение, скачиваемое по QR-коду.

— Полный Бляхер… — Тихо произнеся это, мой взгляд уцепился за тег «Аутист», после которого шёл «Тугодум», сразу под портретом.

Были ещё теги. Их мог писать каждый зарегистрированный в приложении пользователь. Первых пять, самых популярных, выводилось в строке, но можно было просмотреть все остальные. По содержанию, присвоенные мне Авдеем, куратором кружка статистов, и админом этой приложухи в одном лице, «Аутист» и «Тугодум» были одними из самых менее обидных, после «Мыша» и «Миньона». Мне то до далёкой звезды, как там называют, лишь бы чаще облизывали. Хуже всего было первое место, и мой фасад на весь экран, в самом начале страницы первокурсников. Радует, что сейчас не времена рыцарей. Представляю кучу идиотов, которые выстраиваются на меня в очередь, как на дракона. Хорошо, что чешуйчатые все вымерли, потому, что их затр*хали в женских любовных романах, вместе с оборотнями и вампирами….

Определить, с какого скверхова уха, я стал «топ 1» первого курса, не составило труда.

— Ректор, ска, думал, что ты нормальный мужик, хоть и жуткий, а ты!

От собственной дури, брыжжущей форсунки, сказал я это достаточно громко, чем вызвал внимание сидящих от меня в нескольких метрах задних рядов. Причиной тому, стала «щедрость» Морозова. Только от него мне в карму прилетело целых 35 голосов.

Сделав вид, что ничего не случилось, мой взгляд снова устремился на экран. Слушать лекции общеобразовательного стека, мне не было никакого смысла.

— «Как же меня тут любят… Хорошо, что в этом мире есть хоть какие-то правовые нормы, в отличие от Фагриса, а то точно бы на органы вспороли».

В «факе» приложения было доступно описано, из чего складывается рейтинг. «Боевой послужной список» — по другому это никак нельзя назвать. Здесь выставлялись голоса за «славные» деяния. Делали это не только инструктора, но и сами лицеисты. «Плащам» давалось по десять голосов в месяц, которые они могли присвоить любому учащемуся. У первой сотни перваков в рейтинге было всего по одному голосу, который они могли отдать. У первой десятки в рейтинге -3, у второго и третьего места — 5, и у первого — 10, как у инструктора. Были разделы и остальных курсов, но первак не мог отдать свой голос за второгодку, как и наоборот. Каждый такой «презент» в виде голоса, должен был сопровождаться комментарием.



------



Ректор удружил, со своими 35 очками, да и Довман хорош. Все свои десять очков дающихся на месяц отдал. С Веллански всё понятно. Не знаю из-за чего у него ко мне возник интерес, но его 10 голосов были отданы мне с целью засадить поглубже. Интересоваться он мною стал после случая со Скобой младшим. Может он разглядел на виде нечто такое, чего не увидели другие. Спрашивать бесполезно, он мне всё равно не признается.

— «Обложили душку Айзека со всех сторон, скверхи полосатые».

И ведь не уйти вниз списка никак с тем количеством голосов, что у меня сейчас. У парняги с «Б» класса, что на втором месте всего 15 голосов. Разрыв со мной просто огромен.

Было бы не так плачевно, если бы эта приложуха с рейтингом, являлась лишь баловством в рамках Романовского магического лицея. Только, это далеко не так. Этот рейтинг находится на контроле у ректора. Он четыре года назад внёс это предложение, которое охотно поддержал наш монарх. Списки с «особо» отличившимися, попадают на стол к самому императору. По крайней мере, так сказано в описании. Там же говорилось про ректорские и императорские плюшки первой десятке рейтинга каждый месяц. Разумеется, что плюшки первой тройки, и особенно топа, были самыми жирными. Ничего удивительно, ведь когда дело касалось поощрений, наград или наказаний, императора никто не мог упрекнуть в скупости.

За раздумьями на тему «Как быть и что делать?» пролетело четыре часовых лекции общеобразовательного стека. Все я их прослушал за ненадобностью. Осталась последняя лекция по физике, и начнётся специальный стек, который представляет для меня больший интерес. Пусть я не маг, а прядильщик с веретеном жизни, но знать возможности потенциального врага, это уже частичная победа. Такие знания зачастую спасают жизнь. Уверен, что на теории магии, прикладных магических средствах, магическом моделирование и причудоведение, мне удастся узнать много нового и интересного. На практический стек тоже сходить не помешает. Кое-какие знания мне удалось унести из своей прошлой жизни, только местные кудесники более продвинуты, чем виденные мной ранее. Нужно знать, откуда скверх кастует, иначе гайки.

По окончанию стека, немного поколебавшись, всё же сходил в столовую. Были опасения, что там меня могут ждать приключения, но этого не произошло. Через несколько минут, я даже привык к косым взглядам бросаемым в мою сторону, а когда дело дошло до еды, то и вовсе забыл. Кормили здесь как на убой, что не удивительно. Одарённые особенно после тренировок ели с аппетитом и очень много. По первокам этого не было заметно, а вот столы старшекурсников ломились от количества тарелок. Манипуляции с эфиром расходовали ресурсы организма не хуже тяжёлых физических упражнений, а зверский аппетит с последующим усвоением, обеспечивался изменёнными эфирным телом и метаболическими процессами.

Закупившись в буфете батончиками для перекусов, я вернулся в аудиторию и оценивая положения дел, пройдясь между рядами, уселся на выбранное ранее место, что располагалось на предпоследнем ряду. В лагере Орлова сегодня было на редкость спокойно. Лишь изредка оттуда на меня постреливали взглядами братья Шаповаловы. Один раз, взглядом удостоила беловолосая киса Елисеева. Судя по её реакции, сердечко, что я изобразил для неё пальцами в воздухе не вызвало восторга у девушки. Братья Гирсы, что-то напористо обсуждали, судя по жестикуляции, тыча в мою сторону пальцами. Странно, что Жанна, которая обычно ни на шаг не отходит от Орлова, сейчас сидит поодаль от него, через Драгунова. Их с Александром веслом друг от друга не разгонишь, а тут….

Мосинский класс, занимающий другую сторону «ринга», хоть вяло, но интересовался мной, поглядывая на мою «галёрку». Нужно будет при оказии, навестить Лёху Мосина, который почему-то попал в группу «Б». Конкретно с княжичем Мосиным отношения у Стаса были в твёрдом нейтралитете, хоть и находились они по разную сторону баррикад. Может по старой памяти приструнит своих бывших шестёрок.


Когда я ем, я глух и нем, коварен, зол и дьявольски умён, ещё и по сторонам секу, на всякий случай. Никогда не знаешь откуда прилетит выстрел из фазавинтореза. После физики, лекция которой была мною благополучно прослушана, поедая батончик из буфета, седалищным нервом почувствовал приближение «зла». Подняв глаза о смартфона, дожёвывая кусок батончика, мой острейший взор без труда нашёл «порождение тьмы», идущее по мою светлую душу. Тем более, что оно не скрывалось, а рыжая грива длинных вьющихся волос, сильно маячила в боковом зрении. Следом, в том же боковом зрении появилась пара стройных ножек в чёрных туфлях на высоком каблуке, добавляющих элегантности «порождению тьмы», чтобы было легче сломить волю верного адепта чистоты. Благодаря укороченной форменной юбке, уступающей лишь на семь сантиметров графине Кристи, коварный план «воплощения зла» сработал, заставив насторожиться «Дружка». Полное поражение «всухую», наступило тогда, когда «исчадие зла», встав перед моим столом, облокотившись, сдвигая плечи, продемонстрировало две симпатичных, аккуратных округлости, прелесть которых не смогла скрыть белая блуза.

— К-хм… Чем обязан такой чести, Жанна? — Прокашлявшись, с небольшой задержкой, я всё же поднял взгляд с груди, чтобы посмотреть визитёрше в лицо. — «Как ты могла снизойти до недостойного и…». Прости, дальше сама придумай, мне лениво. В конце, по сценарию, я тебя оскорбить должен, а ты должна фыркнуть и убежать, но виляя бёдрами, иначе это не доставит мне радости.

— Да мне твоё исподнее жалко, слюну ты уже пустил. Может что-нибудь ещё вырвется невзначай. — Хихикнуло «рыжее чудовище», источая флюиды стервозности, коей у неё было больше, чем эфира.

— Почему нет? — Пожал я плечами, подобострастно усмехнувшись. — Полгода не прошли для тебя зря. Из плоской селёдки, ты превратилась в шикарную девушку. Скоро всерьёз задумаюсь о том, чтобы приударить за тобой, и увести у Орлова.

— А мне казалось, что у тебя есть возлюбленная. — Увидев смущение на моём лице, Лисицына с придыханием продолжила. — Та девчёнка, у которой ты заколки взял.

— Мне это как-то должно помешать? — Решил уклониться я от ответа, понимая, что сейчас меня хотят разговорить. — Меня и на тебя хватит.

— Чужие объедки не вызывают у меня интереса. — Фыркнула рыжая бестия, морща брезгливо лицо.

— Аналогичная ситуация, Жанна. — Многозначительно улыбнувшись, мой взгляд указал на Орлова, который сейчас вытаращив глаза смотрел в нашу сторону, не скрывая гнева. — Если ты хотела заставить его ревновать, то у тебя получилось. Умница, выполнила свою задачу, теперь оставь меня. Ты Лисицына, а я Мышкин. Этим всё сказано.…

— Боишься съем? — Усмехнулась Жанна, кокетливо захлопав ресницами. — Лисы едят мышей. Я могу….

— Нет, Жанет, — Весь мой вид выражал горесть и сожаление. — Боюсь подавишься, или получишь несварение и подохнешь. Если будешь аккуратно глотать, то возможно тебя минует такая судьба….

— Как-то двусмысленно прозвучало. — Ни чуть не смутившись пропела Жанна, разворачиваясь.

Я уже хотел возрадоваться, но поспешил. Обойдя ряд, «порождение тьмы», демонстративно виляя бёдрами, прошло между столов, усевшись рядом со мной. Хорошо, что Орлов не умел сжигать взглядом, иначе гореть мне сейчас синим пламенем.

— Лисицына, мне до далёкой звезды, что у вас там с Орловым произошло, но ты уже выполнила свою задачу. — Видя, заинтересованный взгляд, я продолжил обличение намерений. — Вы с ним немного разругались, и сейчас ты используешь меня, чтобы отыграться на нём. Ты не раз так делала, только не со мной. Сейчас, смотрю осмелела.

— А с каких пор ты начал бояться Орлова? — Усмехнулась, Жанна, вот только со стороны это выглядело так, будто я с ней заигрываю.

Сейчас рыжее «исчадие мрака» всеми своими жестами, выражением лица, положением тела и эмоциями, пыталось показать, будто у нас здесь во всю происходит флирт.

— Я за тебя переживаю, Жаннет. — С моего лица сошла вся напускная дружелюбность. — Был бы на моём месте любой другой, проблем бы не было, а так… Не боишься, что твоя попытка заставить ревновать Орлова, обернётся для тебя «точкой невозврата»? Он тебя после этой «шалости», за прокажённую начнёт считать. Ты сейчас топчешь своими каблуками не только его чувства, но и авторитет. Сделать милое личико, как у тебя сейчас, и излишнее кокетство, могут не помочь, он тебя не простит.

— А ты, смотрю, научился играть на чувствах, за время учёбы во Франции и пока лежал в коме, — плохо срывая раздражение, понизив голос процедила сквозь зубы Жанна. — Но я уже взрослая девочка, сама как-нибудь разберусь, к тому же ты всё равно мне ничего не сделаешь.

Как бы невзначай, Лисицына чуть больше показала плечо выше локтя из под накинутого на плечи кителя, со следами синяков повторяющих форму чужих рук.

— Даже так… — Сказанное мною носило окрас равнодушия, Стаса может это проняло, но не меня.

— Вот только, не надо жалости… Сама виновата.

— Не сомневаюсь, Жан. Ты хоть и красивая, но бесячая.

— Вроде и комплемент, и оскорбил в то же время… — Лисицына вновь вошла в свой привычный образ. — Даже не знаю, как реагировать.

— Молча реагируй. — Видя, что Орлов не спускает с нас глаз, я лишь развёл руками в стороны, закатив глаза, указав на Жанну, типа «Сам её и забирай». — Тебе пора Жаннет, сейчас лекция начнётся по теории магии.

— А может, я хочу с тобой посидеть? — Без намёка на флирт, как то уставши сказала Жанна, взяв меня не смело под руку.

— «Как же хорошо играет эта рыжая стерва…»

Восхитившись девушкой, мне даже захотелось поддержать её игру, понимая, что меня сейчас используют, как орудие мести. Болезненной мести, нужно заметить! Так что, пусть продолжает. Пусть глубже суёт голову в пасть льву, так её легче отгрызть. Если бы я, верил в подобные представления, то при первой швартовке в порте, и походе в бордель или трип-клуб, меня бы уже потрошили жнецы, в глухом закоулке, между секциями нодов.

Аплодисменты подарить Жанне я не успел. Прозвенел звонок, знаменующий о начале лекции, которую мне искренне хотелось послушать. Только этого теперь вряд ли получится. Жанна, безусловно темпераментная, хитрая, расчётливая, коварная, умная, стервозная, опасная бестия, но в то же время красивая. Не отнять этого у неё. Стасу конечно было бы на княжну Лисицыну плевать, а вот мне — в самый раз. Люблю таких женщин, заставляют думать, а укрощение таких — возбуждает. Посмотрим, как можно развить эту ситуацию в свою пользу.

— Может отпустишь? — Добродушно усмехнувшись, я указал взглядом на свою руку, за которую меня сейчас держала Жанна.

— И не подумаю… — Как и рассчитывал, из желания сделать на зло Лисицына, прижалась ещё ближе, прикоснувшись грудью к моей руке, сократив «пионерское» расстояние до минимума.

— «Вот так…» — Мысленно похвалив Жанну, я добавил ещё две связки перчатки облачения в обруч, ощущая, как начинает заводиться веретено. — Смотрю, сильно тебя Орлов обидел, что ты сейчас ластишься ко мне.

— Имею право. — Категорично заявила фыркая Жанна. — Я ему не девка подзаборная, чтобы таскать меня, как вздумается….

— «Низко ты себя ценишь, змея. Ты зубами вытащишь гвозди из любого забора, и сплавишь доски на переработку» — Отключив зрение окулуса, на моём лице появилась подобострастная улыбка. — Зря он так с тобой. Таких как ты, нужно беречь, Жаннет. Под этой непробиваемой бронёй, скрывается хрупкий цветок, на который немного надави, и он сломается….

— Твоя чувственность и любезность, уже начинают пугать. — Понизила голос Жанна, потому, что пришедшая на лекцию инструктор, чьё имя мы прослушали, начала говорить.

— Людям, свойственно меняться, Жанна. — Многозначительно произнеся это, я повернул голову находясь лицом к лицу с рыжей стервой, хмурясь. — А теперь помолчи, я послушать хочу.

— Да, слушай. Кто тебе мешает? Только, — Сделав паузу, Лисицына поудобнее перехватила мою левую рук, забрасывая ногу на ногу, и с хитрым выражением мордашки, продолжила мурлыкать. — Всё равно не отпущу. И не говори, что тебе не нравится. Я чувствую, как колотится твоё сердце.

— «Умничка, Жанна. Мне это от тебя только и нужно. Хорошо, что ты кипящий во мне оргон не чувствуешь».

Прищурив глаза, будто смотрю в лекторскую зону на кафедру, где молоденькая инструктор говорила в микрофон, я деактивировал обруч, переходя на «ручное управление» веретеном, начиная строить меридиан к печени. Можно было оставить перчатку, но мне показалось целесообразным начать прокладывать меридиан. При такой скорости веретена, как сейчас, до конца лекции мне не составит труда его соткать, а перчатку потом на обруч скину. Главное, чтобы Жанна не отвлекала своими речами.

Как не странно, но Лисицына меня не отвлекала. Напротив. Девушка сидела застыв статуей, слушая, или делая вид, что слушает, глядя перед собой. Случившееся далее, может иметь только одно объяснение. Вероятно, её величество судьба, спохватившись и осознав, что было со мной слишком строга, скинув на мою голову банду второкурсников, решила немного загладить свою вину.

Молоденькая инструкторша, сказав, что сейчас будет учебный фильм до конца лекции, взяла пульт, выключила свет, и включила проектор.

— Не возражаешь? — Как-то даже кротко, вопреки своей натуре, спросила Жанна, придвинувшись поближе ко мне, положив голову на моё плечо. — Я вот так посижу….

— Сиди, как будто тебе когда-то волновало чьё-то согласие.

— И то верно…. — Кивнула Лисицына, не отрывая головы от моего плеча замолчав, а веретено ещё сильней ускорило свой бег.

Чуть больше двадцати минут, и я уже распределял ветки к долям печени и жёлчному пузырю. Скорость пряжи начала падать, возникла необходимость надавить на «акселератор».

— Это лишнее, Стас. Убери, руку. — В голосе Жанны, готовой скинуть мою руку, не было намёка на игривость.

— Ты же меня сейчас используешь, чтобы бесить Орлова, почему я не могу этим воспользоваться? — Хоть я и не видел лица Жанны, но уверен, что сейчас она злится. — Давай будем обоюдными до конца.

— Делай что хочешь… — Безынициативно сказала Жанна, видимо рассчитывая, что у меня пропадёт интерес.

— Что хочу, значит…

Изогнув кисть, моя ладонь плавно соскользнула с колена, медленно двигаясь по внешней части бедра Жанны, к линии обтянувшей его юбки.

— … Я тебя сейчас ударю локтем в нос.

— И провалишь этим затеянной тобой перед Орловым представление. Расценивай мою маленькую шалость с иной стороны. Тебе разве не льстит мысль, что даже убеждённый одиночка Стас Мышкин, не смог устоять перед твоей красотой, чтобы к ней не прикоснуться?

— Льстит, но ударить тебя всё равно хочется. — Беззлобно, и даже как-то вяло сказала Жанна, немного повернув голову, посмотрев на горящее в полумраке табло настенных часов.

Видя, что моя персональная «батарейка» Лисицына не желает продолжать разговор, я в течение десяти минут закончил ветки меридиана к печени. Как только он был закончен, зубы невольно стиснулись. Ощущение было похоже, будто вся моя кровь моментально вскипела, и тут же охладилась до состояния льда. На лбу выступила испарина холодного пота.


Порадовавшись результатам, прибывая в бодром расположении духа, я перекинул управление на обруч, добавив туда ещё одну связку перчатки. Глядя на белую штору, слушая голос диктора и поглаживая рукой бедро «батарейки» Жанны, гордо изображавшей равнодушие, мне становилось всё больше интересно. Нет, не то, когда я получу обещанный удар локтем в нос. Чем ближе был конец лекции, тем чаще Лисицына смотрела на табло часов, будто чего-то ждала.

Вскоре это начало меня нервировать, а радар «приключений» расположенный в копчиковой зоне, начал посылать тревожные сигналы.

— «Что же ты задумала, стерва…» — Навязчивая мыль о готовящейся в отношении меня какой-то подставы, побудила воспользоваться окулусом. — «А ты линкоры не попутала, девчёнка?»

Вместо того, чтобы мерно циркулировать, эфир в теле Лисицыной закручивался вихрем, набирая обороты. Жанна готовилась применить какую-то магическую технику, требующую долгого приготовления, и судя по перекосу в её эфирном теле, в сторону головы, я догадывался, что это может быть.

Долго гадать не пришлось, после следующего взгляда на часы, Жана подняла голову, уставившись на меня глазами полными фиолета эфира, а по моей коже начало расходиться лёгкое тепло. Влажные губы девушки слегка приоткрылись, а по ним заклубилась эфирная дымка.

— Скажи, Стас, я тебе нравлюсь? — Спросила Жанна, проведя по моей щеке рукой, глядя мне прямо в глаза, а в моих ушах раздалось лёгкое потрескивание от её прикосновения.

Не дождавшись ответа, княжна повлекла меня к себе, страстно поцеловав. Чувствуя, как из её рта в моё тело проникает магия я не стал сопротивляться ситуации, поддавая порыву.

— Ты ведь сделаешь для меня всё, что я попрошу? — Промурлыкала Жанна, прервав затянувшийся наш с ней поцелуй, мягко убирая мои руки с её тела, которые почувствовав волю и начали гулять по нему.

— Да, Жанна. — Согласился я, замечая как из моего рта идут едва заметные клубы магической дымки.

— Хорошо, тогда, когда закончится лекция, ты должен избить Орлова, за то, что он сделал мне больно. Я хочу, чтобы он тоже страдал. — Жанна вновь, проведя рукой по моему лицо, продолжая смотреть в мои глаза, хищно улыбнулась. — Хочу, чтобы ему тоже было больно. Ты ведь сделаешь всё, для своей любимой, Стас?

— Да, любимая. — Медленно одними губами промямлил я, вновь потянувшись руками к девичьему телу, но Жанна мягко отодвинула мои руки, немного отстранившись.

— Потом, когда исполнишь мою просьбу, Стас. — После сказанного Жанной, через несколько секунд, раздался звон звонка. — Действуй, мой миньон…



Загрузка...