Глава 3

– С этого момента Высшей Школы Темных не существует.

В зале для собраний воцарилась гнетущая тишина. Я непроизвольно сжала руку Бастиана. И хоть что-то подобное мы и предполагали, когда с утра вместо завтрака всех собрали в актовом зале, слышать это оказалось непросто.

Я не знала ничего в этом мире, кроме школы и смутных расплывчатых воспоминаний прошлой жизни. Едва ступив на землю Штормхолда, я оказалась в этом старом замке, среди других адептов, магистров. Здесь я нашла друзей, любовь, здесь впервые поняла, что такое интересная работа. Здесь раскрылась моя магия, здесь стоит мемориал памяти двадцати погибшим из-за меня адептам.

Здесь дом.

– Многие из вас уже знают последние новости. У Штормхолда отныне новый король. Сегодня ночью его величество…

Кросту явно с трудом дались эти слова.

– Его величество Даркхолд издал указ о роспуске Совета Магов. Об упразднении Домов Стихий. О переходе магических разработок в ведение короны. И о ликвидации магических школ.

Похоже, в курсе последних изменений были немногие. Народ зашумел и зашептался, большинство пребывало в шоке. В зале не было доброй трети адептов, включая Габриэла, Ренсена и Лорелей. И мне это очень не нравилось.

– Он все это спланировал, – воспользовавшись паузой, сказала я. – От и до. Он еще на Земле знал, что использует мою силу, чтобы прорваться в Штормхолд. Что его сила восстановится не сразу, что он получит сначала трон.

– С чего ты решила? – нахмурился Бастиан.

Я горько усмехнулась.

– На первом курсе магистр Симон рассказывал, что каждый король меняет имя, когда получает трон. Так Сайлер официально звался Сайхолдом. Акорион еще на Земле выбрал фамилию «Даркхолд». Можно было догадаться, куда он метит.

– Сложно угадать, что происходит в голове у психа.

С этим можно было бы согласиться, но только не мне. Он же частичка меня! Почему я не могла сесть и проанализировать возможные ходы? Ответ прост: была занята личной жизнью и моральными терзаниями.

– Также с сегодняшнего дня для покупки, владения и использования крупиц нужно получить особое королевское дозволение. Подданные вне зависимости от статуса и профессии должны сдать все имеющиеся крупицы магии в ближайший корпус стражи. Использование магии запрещено и жестоко карается.

– А указа, чтобы я в течение суток явилась на контрольно-пропускной пункт с крышей, вещами и безграничной любовью, он не издал? – пробормотала я.

– К сожалению, отныне школа – небезопасное место. Я не стану скрывать, что новый король очень опасен. В нем течет кровь безумного темного бога, и однажды настанет тот момент, когда Штормхолд, а следом и остальные королевства, превратятся в темные земли. Кишащие тварями, безжизненные, опасные.

Все силы уходили на то, чтобы сдерживать ярость, эмоциональное возбуждение и страх. Я сидела как на иголках, только рука Бастиана не давала сорваться с места и устроить шторм, который разнесет столицу вместе с проклятым королевским замком, где полноправным хозяином стал Акорион.

Он запретил людям использовать магию! Забрал власть у королей стихий! Распустил совет, закрыл школы… если нельзя выпустить хаос из подземного мира, что ж, не беда, он ввергнет в него мир смертных!

– Не на это рассчитывали Эрстенни и фон Эйры, принимая его сторону, – хмыкнул Бастиан. – Ну что, я теперь обычный человек. Все еще хочешь быть моей девушкой?

– Это не смешно, Бастиан.

– Не смешно, – согласился он. – Но знаешь, я чертовски рад, что идиоты, которые повелись на вранье Акориона, теперь в полной мере осознали, что выстрелили себе в ногу. Хоть благодаря им он и осуществил задуманное. И еще я не хочу, чтобы ты боялась. Мы справимся.

– Как?! С королем?! Которому на верность присягнет вся стража? Который контролирует темных тварей? Как ты собираешься справиться с ним при помощи одного баона и одного дракона?

– А еще двух богов, водного короля, законной принцессы. И людей, у которых забрали магию и которым скоро будет нечего жрать. Перед толпой бессильны армия и твари. А перед подготовленной и подогреваемой толпой – тем более. Рано или поздно Акорион сделал бы свой ход. Уж лучше так, чем всю жизнь прожить, ожидая, когда грянет гром. Живя в Штормхолде, очень быстро это понимаешь.

Кейман меж тем продолжил:

– Я прекрасно осознаю, что многие из вас могут погибнуть без школы. И что она была единственным шансом обуздать силу внутри вас. И я не могу обещать, что вас не накажут за непроизвольные всплески магии, которые случаются и без крупиц. Мы не знаем, что будет с королевством дальше и какую форму примет это…

– Рабство, – закончил кто-то из зала.

– Формулировки сейчас не так важны. Впервые за долгие годы управления школой я не могу подсказать вам, что делать. Момент, когда начинается взрослая жизнь каждого из вас наступает именно сейчас, утром, когда у Штормхолда появился новый король.

Под потолком сверкнула молния. Я закрыла глаза, глубоко дыша, пытаясь успокоиться.

– Но я обещал вам защиту и не собираюсь отказываться от своих слов. Сегодня до ужина вы должны принять решение о своей дальнейшей судьбе. Если вы желаете подчиниться требованиям короля, покинуть школу и сдать крупицы – мы найдем способ быстро и безопасно доставить вас к близким.

Безопасно? Что-то мне не видится безопасным мир, в котором правит братик. Я мельком взглянула на пришибленную и хмурую Катарину. По ней сильно ударило известие о смерти отца. Она давно избавилась от иллюзий относительно Сайлера, но очень сложно не оплакивать отца, который долгое время был важной частью ее жизни.

Аннабет сидела рядом. Бледная, но хотя бы выспавшаяся. В отличие от нас с Бастианом она, как и вся школа, счастливо спала в неведении до самого утра.

– Некоторым из вас, к сожалению, уже некуда возвращаться. Для некоторых возвращение означает смерть. Вы не должны бояться, что пойти будет некуда. Мы продолжим работать с вашей магией в безопасном и закрытом от людей короля месте. Однако…

Крост обвел всех взглядом, и от него исходила такая сила, что никому и в голову не пришло усомниться в серьезности предупреждения.

– Это должно быть окончательное и бесповоротное решение, потому что я никому не позволю рисковать чужими жизнями. Если вам некуда идти, если вы не можете справиться с силой или же вам просто не по пути с королем Даркхолдом – я помогу. Но на закате в этом замке не должно остаться ни одной живой души. Решение за вами, и стоит принять его как можно скорее.

Я оглядела зал, пытаясь понять, кто и что обо всем этом думал, но на всех без исключения лицах было одинаковое выражение смеси недоверия и ужаса. Непросто поверить, что привычный мир рухнул за одну ночь. Особенно если верить не хочется.

– Ступайте на завтрак и хорошенько все обдумайте. Либо вы возвращаетесь к родным и вместе с ними учитесь жить в новом мире. Либо остаетесь со мной. Отнеситесь к этому серьезно. На кону ваши жизни.

В конце обращения не последовало ни аплодисментов, ни обсуждений. Адепты выходили из зала, будто ударенные пыльными мешками по голове.

– Что будем делать? – спросила Аннабет.

Я пожала плечами.

– Мне некуда возвращаться. Я не хочу играть в игры Акориона. Что бы ни придумал Крост, я с ним.

– Мама и сестры пока что во Фригхейме. Туда он полезет в последнюю очередь, – кивнул Бастиан. – Я рассчитываю остановить Акориона раньше, чем он доберется до моей семьи. А корона мне никогда не нравилась. Вот пусть сам и ковыряется в расщелинах, выколупывая магию огня. Посмотрю, как он завоет, когда в замке отключат отопление из-за нехватки крупиц.

– Надо поговорить с Катариной, – вздохнула Аннабет. – Ей пришлось нелегко. Делл, ты не против, если я…

– Конечно. Мне к ней лучше пока не подходить.

Больше всего на свете хотелось закрыть глаза, а открыть их в спальне Бастиана. Обнаружить, что мне все приснилось, и Алайя наслаждается заслуженной славой, Сайлер одумался и вместе с Кростом готовится отражать атаку Акориона, впереди каникулы, можно расслабиться и помечтать. Но я быстро подавила эти мысли, испугавшись, что новая сила снова себя проявит.

– Что ты придумал? – спросила я, подойдя к Кросту. – О каком безопасном месте речь? Ты думаешь, мы сможем спрятать хотя бы десяток адептов и продолжить их учить?

– Я не могу бросить детей, которым обещал защиту. Многим из них будет непросто, и многим – смертельно опасно в королевстве Акориона. Пора принимать взрослые решения. А вот у тебя выбора, да и времени, нет. Ди Файр!

Бастиан махнул Ленарду, с которым говорил, и остановился возле меня.

– Уводи ее. Ждите нас, ничего не предпринимайте.

– Куда уводить?! Я уйду вместе с вами!

– Деллин, ты уйдешь сейчас, – отрезал Крост. – Я должен сдать всех, кто пожелает, на руки родителям. Потом вместе с магистрами и теми адептами, что решат остаться, мы к вам присоединимся. Вы с Бастианом сию секунду отправитесь в мой старый замок.

– Старый… погоди, тот самый?!

– Да, тот самый, где ты выросла и откуда сбежала. Туда Акориону нет больше хода. Там безопасно, это единственное место, где можно продолжать работать с детьми.

– Но почему я не могу уйти вместе со всеми?!

Крост тяжело вздохнул.

– Ты правда не понимаешь? Утром Акорион убил Сайлера и захватил дворец. Распустил Совет Магов и упразднил крупицы, школы. А теперь он будет укреплять свои позиции. Он будет убивать. Много. Всех, кто хоть как-то может ему навредить, он будет убивать и, скорее всего, уже начал. Ты захлебнешься в смерти, если останешься здесь. А там души не появятся. Если будешь сидеть в замке и не отходить далеко.

В актовом зале вдруг стало холодно, как будто метель ворвалась в замок и принялась отвоевывать его тепло. Я поежилась, представив сотни, тысячи напуганных душ убитых Акорионом магов. Я не справлюсь с ними, не смогу выслушать и проводить, не смогу смотреть в глаза…

Наверное, страх слишком явно отразился на моем лице, потому что Кейман посмотрел с сочувствием.

– Уходите сейчас же.

– Но если это моя сила… я ведь не могу их бросить!

– Деллин, – терпеливо, как маленькому ребенку, начал объяснять Бастиан, – все прекрасно работало без тебя сотни лет. Проработает и сейчас.

– Он прав. Никому не будет лучше, если ты свихнешься от такой нагрузки. Твоя жизнь в данной ситуации важнее, чем спокойствие душ. Идите.

– А вещи? – Я лихорадочно пыталась хоть за что-то зацепиться. – Аннабет? Катарина?

– Вещи соберет Аннабет, я ей скажу. Мы присоединимся к вам ночью.

– Но…

– Идите! – рявкнул Крост так, что я даже подскочила.

Порой очень легко забыть, что он еще и бог грозы, среди способностей которого не только грозовой жезл, но и божественное орало.

Убедившись, что в актовом зале больше никого нет, он взмахнул рукой, открывая прямо возле сцены портал. Вихрь из магии огня, земли, воздуха и воды со страшной силой тянул к себе, я едва могла устоять.

– Деллин, хватит упрямиться, – сказал Бастиан. – Идем.

Я посмотрела на Кеймана.

– Вы придете? Ты обещаешь? Это же не способ спасти меня любой ценой?

Он улыбнулся. Мне показалось, что искренне, но… если бы я хотела кого-то спасти, зная, что едва портал закроется, брошусь в бой, я бы задействовала все свои актерские способности. Ценой души сделала бы так, чтобы мне поверили.

– Я обещаю. Мы придем. Ди Файр!

Бастиан крепко схватил меня за руку и потащил за собой в портал.

На мгновение меня ослепила яркая вспышка, а вихрь из магии стихий настолько быстро завертелся, что к горлу подкатила тошнота. Я почувствовала резкий рывок, уходящий из-под ног пол и крепче вцепилась в руку Бастиана. Несколько секунд свободного полета показались самыми жуткими секундами в жизни: как будто я залезла на высоченную американскую горку и без страховки полетела вниз!

А потом случилось то, что называют дежа вю: как мешок с картошкой я грохнулась на землю. Точно так же, как когда-то с Земли попала в Штормхолд, в неприветливый лес в окрестностях Флеймгорда. Со странным темноволосым мужчиной, который, казалось, меня ужасно ненавидел.

– Когда я научусь приземляться, как супергерои в кино? – хныкнула и потерла мягкое место.

Бастиан, даже вывалившись из портала, выглядел круто и улыбался, невольно вызывая улыбку и у меня. Хотя поводов для веселья и не было. Мне было безумно грустно вот так убегать и сдаваться.

Поднявшись, я посмотрела на кромку густого леса. Над ней висела плотная дымка, скрывая мир смертных от места, где бог грозы и стихий вырастил на свою голову двух подкидышей.

Сердце забилось в мучительном приступе знакомых ощущений, одновременно и моих, и Таариных. Медленно, отчасти мечтая, чтобы и за моей спиной оказался лишь лес, я повернулась.

Замок выглядел безжизненно и обветшало. В него не заглядывали уже очень много лет. Но он был таким же, как в воспоминаниях и снах. Он как будто сошел со страниц книги. Раньше казавшееся нереальным, жилище богов предстало передо мной во всем своем величии и великолепии.

Добро пожаловать домой, Деллин. Подпись: Таара.

* * *

Шаги гулким эхом разносились по коридору.

– Вы действительно жили здесь? – спросил Бастиан.

– Да. Я выросла в этом замке. Мы с Акорионом.

– Недурно. Но грязно и пусто. Слабо представляю, как здесь можно организовать школу.

– Да, надо прибраться к приходу Кеймана и остальных.

– Издеваешься? Я маг огня, а не воды, веника и тряпки. Даже если все здесь прокалить, то чище не станет. Да и мебель жалко.

– Здесь время течет иначе. В мире смертных может пройти несколько минут, а здесь – десяток лет. Или наоборот, за секунду здесь в Штормхолде минует пара веков. Если я потренируюсь, то смогу этим управлять, и нам хватит времени, чтобы привести замок в порядок.

– Отлично, – буркнул Бастиан, – всегда мечтал посвятить пару лет уборке. Надо будет рассказать маме, она придет в восторг.

– Идем на балкон. Я хочу посмотреть.

Я, оказывается, скучала. Хоть и ни за что не призналась бы в этом Бастиану или Кросту. Но здесь было так спокойно, тихо и безопасно, что я, как кошка на солнышке, чувствовала абсолютное умиротворение.

С балкона открывался знакомый вид. Я много раз стояла здесь во сне.

– Вон там, – махнула рукой в сторону гор, – раньше было очень много драконов. Тебе понравится там летать. А в той стороне есть шикарная небольшая речка. И пещеры, в одной из них в потолке сотни крошечных отверстий, с которых течет родниковая вода, и, когда светит солнце, в пещере появляется радуга.

– Похоже, меня ждет экскурсия по этому месту.

– Пожалуй, мы бы могли погулять.

Я подпрыгнула и села на перила. Бастиан тут же придвинулся, делая вид, что хочет меня обнять, но на самом деле просто держал, чтобы я не свалилась вниз. Против воли я расплылась в довольной улыбке. Приятно, когда тебя готовы держать, даже если ты не собираешься падать.

– Раз ты можешь управлять временем здесь, то мы сможем не только погулять, но и поиграть, да?

– Поиграть? Во что?

– Ну, допустим, я – дракон, а ты – принцесса. И я похитил тебя и сейчас буду пользоваться твоей беспомощностью и страхом.

– Вот как. Страхом в смысле ужасом или это слово пишется раздельно?

– Это слово многозначное.

– Тогда, раз я напуганная принцесса, а ты – беспринципный дракон, я буду отчаянно сопротивляться.

– Э, не-не, не надо сопротивляться, я же не выживу.

Я захихикала, обняла его за шею и носом уткнулась в плечо, грустно засопев. И какая сила наградила нас такой нервной системой, что переключение от веселья до тоски занимает пару секунд?

– Все будет хорошо, Делли. Может, так оно и лучше. Чем меньше Крост играет в директора школы, а ты – в прилежную адептку, тем больше у нас времени, чтобы подготовиться к ответному удару. И у нас есть план, помнишь?

– Мне совестно, что мы просто бросили Баона и ушли.

– Он большой монстр. Разберется. Мы же не можем притащить его сюда. По-моему, ему здесь нечего есть.

– Ты просто не знаешь всей истории.

– Расскажешь?

– Он был человеком. Моим другом. Акорион превратил его в тварь, а мне сказал, что Баон бросил меня. Вот и вся история. Когда мы были на практике, Яспера специально пригнала его к школе, чтобы мы совместными усилиями его одолели. А он узнал меня и ушел. Потом несколько раз я чувствовала чье-то присутствие возле школы. И поняла, что он пришел ко мне. Бастиан, мне так ужасно стыдно! Я должна – освободить его, потому что… я заглядывала в его душу, такое существование невыносимо! Но он нужен нам, он может помочь, и я медлю…

– Я думаю, он с удовольствием подождет пару месяцев, раз ждал много веков. И мы, так и быть, позволим ему откусить Акориону голову.

– Он постоянно напоминает мне, что есть вещи хуже смерти. И что Акорион может сделать с тобой.

– Я дракон. Самое большее, что сделает Акорион, – это раздавит мне яйца. Тогда у меня не будет маленьких дракончиков, конечно, но зато я смогу забить его насмерть скорлупой.

– Ты хоть к чему-то можешь относиться серьезно?

– Да, пожалуй, я готов совершенно серьезно обыскать замок и найти нам спальню. Давай останемся здесь? Будем жить, нарожаем кучу детей и забьем на этот дурацкий неблагодарный мир, в котором постоянно что-то случается.

Я посмотрела в небо, и поняла, что не вижу звезд богов. Так непривычно было без них, но в то же время даже хорошо.

– Мы не можем. Здесь помимо нас есть хозяин, и рано или поздно мы начнем его раздражать.

– Да уж, – буркнул Бастиан, – готов поспорить, что скорее рано. Кстати, а что с едой?

– Ты голоден?

– Нет. Но когда найдем спальню и все там проверим, буду.

Не удержавшись, я ущипнула его за бок. И хотя я бы с удовольствием посидела на балконе, обняв теплого дракона, надо было попытаться хотя бы привести в порядок пару гостиных, столовую, кухню.

Пока Бастиан выбирал себе кабинет и комнату, я отправилась в кухню. Из воспоминаний выпал интересный факт: а кто готовил, когда здесь жили все три бога? Я смутно помнила и совместные ужины, и пикники, и завтраки под веселое чириканье птиц, но не помнила, чтобы стояла у плиты или покупала продукты. Что вообще это за место и какие у него свойства, кроме способности изменять течение времени по воле хозяев?

А еще назревает вопрос, почему сюда не может попасть Акорион и сколько это будет длиться.

За годы одиночества замок словно потерял часть красок, я помнила его совсем другим. Мебель и стены слились в один грязно-серый цвет, не то от пыли, не то от сырости и времени. Кухня представляла собой плачевное зрелище: покосившиеся шкафы, валяющиеся то тут, то там банки и столовые приборы.

Бывший дом вдруг приоткрыл мне ту часть истории, которую я не могла вспомнить, потому что не знала. Как Таара навсегда покинула место, где выросла, присоединившись к брату. Как Крост потерял к нему интерес и равнодушно наблюдал за обветшанием замка. Как однажды ушел – и больше никогда в него не вернулся.

Я испытала странное чувство стыда. Будто бросила старого друга, а теперь вернулась и просила о помощи. Замок не был нужен никому сотни лет и вот снова стал единственным местом, где можно укрыться.

За столами, где-то возле духовых шкафов, что-то грохнуло и покатилось. Я мгновенно насторожилась, в руке появилась молния и, едва глаз различил какое-то движение в углу, тут же полетела в ту сторону.

Кухню осветила вспышка, а потом раздался такой жалобный плач, что у меня сердце зашлось в жалостливой судороге. Так не могло плакать что-то злое, но в кого я тогда попала?!

Осторожно выглянула из-за стола и увидела небольшого, размером с кошку, призрачного зверька, без сил лежащего на полу. Он напоминал лисицу с увенчанной милыми витыми рожками головой. Длинный хвост слабо подрагивал, а грудь тяжело вздымалась.

– Маленькая. Прости. Я не хотела, я испугалась. Ты кто?

Я осторожно протянула руку, хотя и знала, что прикосновение к призраку бессмысленно. Но зверушка вдруг встрепенулась и ласково подалась к моей руке, потерлась мордочкой, смачно чихнула – и вскочила, кажется совсем не злясь на неожиданный удар током.

– Ты здесь живешь?

Вместо ответа зверь призрачным ураганом пробежался по кухне, облетел несколько раз меня и замер на столешнице, потянувшись ко мне острой мордочкой. То ли принюхивался, то ли всматривался.

– Делл? С кем ты здесь разговариваешь? – крикнул Бастиан.

Вскоре и сам вошел в кухню.

– Ого. Это что за недоразумение?

Зверушка обернулась и зашипела.

– Кхм… я ей не нравлюсь. Она что… она на меня чихает?! Эй, я вообще-то король огня! Хватит фыркать!

Я захихикала. Зверушка со всем негодованием фыркала на Бастиана, будто надеялась изгнать его из кухни. А потом укоризненно на меня посмотрела, и клянусь, я прямо прочитала в призрачных глазах: «Ну и зачем ты, хозяйка, привела этого неотесанного хама в наш дом?»

– Я вспомнила! – вдруг меня осенило. – Это духи замка! Они следят за ним, создают пищу, дают тепло. Он остался совсем один и очень ослаб. А я в него молнией… прости, малыш.

Зверек не сменил гнев на милость, все еще настороженно и возмущенно топорща хвост, но позволил себя погладить и будто стал плотнее. Когда я его касалась, то чувствовала странную прохладу. Будто трогала очень нежный шелк.

– Не нравится Бастиан? А мне нравится. Скоро здесь будет много гостей. Надо привести дом в порядок.

Дух с надеждой заглянул мне в глаза.

– Да, малыш, он тоже вернется. Совсем скоро. Мы бросили тебя, да? Ушли и оставили одного? Я не была хорошей хозяйкой, по-моему.

Не любила ни замок, ни его духов.

Там, где на пыльной столешнице лежала рука, что-то происходило. Как будто дерево нагревалось, приобретало краски, из грязно-серого становилось коричневым, с характерным древесным узором. Зверек, внимательно склонив голову, наблюдал за этим, а потом снова забегал по кухне, не забывая пофырчать на Бастиана. Тот, похоже, смирился с царящим вокруг дурдомом и просто смотрел на нас, как на интересный сериал.

– Расскажешь, что происходит?

– Замок живет, когда у него есть хозяева. Нам не придется драить полы. Он сам станет пригоден для жизни, потому что теперь у него есть из кого черпать силу.

– Ты плачешь?

– Нет, – слегка солгала я, потому что в носу характерно щипало. – Просто после всего, что случилось, это как вернуться домой. И еще… идем, надо пройтись и посмотреть, что тут как.

Мы методично, одну за другой, осматривали комнаты. Призрачный зверек семенил следом, все обнюхивая и изучая. Подозреваю, он не мог полноценно заняться домом, потому что еще не набрался силы да и ждал Кроста, но даже так можно было заметить, как медленно, но верно преображается замок. Наливается лоском, яркими цветами, ухоженностью.

– Мне не нравился замок, жизнь в нем. Он ведь стоит в некоем подпространстве, закрытом от смертных. Нужно уметь выбираться отсюда, а я не умела, Крост не пускал, и злость на него перекинулась и на дом.

– Погоди. То есть мы не сможем выйти отсюда, если не придет Кейман и не выпустит нас?

– А ты думал, я сопротивлялась идти сюда, потому что мне были очень интересны последние новости?

Чуть подумав, я добавила:

– Нет, ну через какое-то время я, возможно, смогу понять, как открывать порталы. Но лучше бы Кейману прийти.

– Прекрасно. Папочка закрыл деток в игровой.

– Я даже не представляла, что буду так рада сюда вернуться. И что мне будет так стыдно.

– Перед домом?

– Это сложно объяснить. Я хотела уйти, я мечтала отсюда вырваться. А когда вырвалась, оказалось, что все это существовало только для меня.

– Скучаешь по тому времени?

Бастиан задал вопрос между делом, рассматривая большую гостиную, но я уже хорошо научилась различать оттенки его настроения. За вопросом о прошлом явственно прозвучал другой.

– Жалею, что обидела тех, кто меня любил. Но это не то же самое, что мечтать все вернуть.

Мы поднялись на второй этаж. Я остановилась перед первой же дверью, не решаясь войти. Такое чувство, как будто я брожу здесь во сне.

– Твоя комната? – догадался Бастиан.

Рука легла на ручку и замерла. Я не знала, что увижу внутри, но помнила дотла выгоревший дом, в котором Бастиан чуть не потерял и меня, и сестру. Вряд ли за дверью царил первозданный порядок, и мне до дрожи не хотелось увидеть обгоревшие стены или разрушенную мебель. Воображение всегда хорошо работало, а теперь как будто кино в голове крутилось. Я могла в деталях представить, как Крост бродит по опустевшему дому, понимая, что я больше не вернусь.

Что никто их тех, кого он вырастил, больше не вернется. Как в приступе ярости и боли крушит мой стол, шкаф, находящуюся в вечном беспорядке постель.

– Ты в норме? – спросил Бастиан, когда я, пошатнувшись, отступила на несколько шагов.

– Да. Это замок. Он злится и показывает, к чему привел мой уход. Справедливо.

– Не очень. Ты ведь не она.

– Замок тоже не разумен. Его питает магия, а магия базируется на эмоциях. После моего ухода эмоций было не так уж много. Пожалуй, я не готова увидеть то, что за дверью. Давай выберем другую комнату и немного поспим. Я сейчас отрублюсь прямо тут.

Еще только предстоит разобраться со свойствами этого места, понять его магию и научиться ею управлять. Обследовать все башенки, лестницы и комнаты, обустроить все для тех, кому некуда больше идти. Договориться с духами замка, переступить через себя и разделить, наконец, прошлое и настоящее. Привыкнуть к тому, что жизнь безвозвратно изменилась.

Акорион теперь король.

Магия под запретом.

Нас ждет настоящая война.

Школы Темных больше не существует.

Мы выбрали одну из комнат с видом на лес и небольшим балкончиком, что меня несказанно порадовало. Кроме кровати и платяного шкафа здесь были туалетный столик, два кресла у камина и несколько книжных полок. Правда, книги я побоялась трогать: казалось, они готовы развалиться от малейшего касания. Атмосфера запустения не способствовала отдыху, и я опустилась перед духом на колени.

– Малыш, я очень устала и хочу немного поспать. Ты можешь сделать комнату уютнее?

– Я могу, – ответил Бастиан.

Бросил в камин несколько крупиц с браслета – и языки пламени весело заплясали, освещая комнату. И мне в голову пришла отличная идея.

– Дай крупицу!

Получив крошечную красную бусину, я скормила ее зверьку.

– Эй, это сейчас редкость и контрабанда вообще-то, – хмыкнул Бастиан.

– Тише! – синхронно с духом зашипела я. – Иначе он нам не поможет! Ну что? Давай вдохнем в комнату капельку жизни. А когда я посплю, добуду тебе мно-о-ого магии!

Кажется, дух воодушевился. С дикой скоростью заметался по комнате, оставляя почти мгновенно исчезающие светящиеся следы. И те места, с которых он срывался, оживали. Спустя несколько минут комната превратилась в уютную небольшую спаленку с весело трещащими в камине дровами. И откуда они только взялись?

– Дай еще крупицу!

Бастиан закатил глаза. Зверушка внимательно на него посмотрела и… повторила жест. Тогда этот дурак скорчил рожу, да еще и специально выбрав ту, которую дух не смог повторить. Но крупицу снял и протянул мне.

– Нет, угости его сам. Тебе надо подружиться с замком.

– А иначе что? Откусит мне стратегически торчащие места, когда ночью решу отлучиться в уборную?

– Я тебе сама их сейчас откушу! Покорми зверушку, животное!

С явной опаской Бастиан протянул крупицу духу. Тот даже дрожал от нетерпения – я видела, как ему хочется схватить крупицу. Но страх перед чужаком пока что пересиливал голод. Бедный зверек метался туда-сюда, жалобно глядя на меня, мол, хозяйка, ну помоги!

– Бастиан хороший. Он иногда бывает ужасной сволочью, но в душе он добрый. Он защищает меня. Дай ему шанс. Я же дала.

– Сегодня не дала. Прости. Прости, не удержался! Делл! Ай, не бей меня! Делли, шутки о сексе – это выше моих сил, ай, чего по шраму-то!

Сердце пропустило удар, я потеряла опору – и рухнула на пытающегося уклониться от удара Бастиана. Мы повалились на ковер, крупица укатилась куда-то под кресло, и дух стремительно туда метнулся. В тишине раздалось довольное чавканье.

– Больно? – испуганно спросила я.

Расстегнула рубашку, чтобы удостовериться, что с его шрамом и сердцем все в порядке, не удержалась и коснулась губами белого следа.

– Эй, Делли, я же пошутил. Он давно зажил.

– Не шути так больше. Я испугалась.

– Прости. А я ревную тебя к этому месту. К прошлому. К Кросту. Очень ревную. Сначала думал, съел что-то не то, изжога. Ан нет, я сегодня и не ел ничего. Так что ревность.

– Я люблю тебя. Я не выживу без тебя.

Тогда он меня поцеловал. И поцелуй затянулся, а позже перерос в медленное раздевание с вялыми попытками переместиться в постель. Но, в сущности, чем плох ковер? Мягкий, чистый, идеально большой, чтобы насладиться друг другом и вымотаться до отключки. У нас всего пара дней местного времени, прежде чем придут Крост и остальные.

Бастиан вдруг отстранился.

– Нет, что-то мне это не нравится.

– Что? – нахмурилась я. – Хочешь, попробуем организовать ванну?

– Попробуй организовать отсутствие зрителей.

Мы посмотрели вбок, где из-под кресла нежно-голубым цветом светились два больших любопытных глаза.

– Он меня нервирует, я не готов раздеваться перед ним.

Я захихикала.

– Боишься? Стесняешься?

– Смешно тебе? Была бы ты мужиком – не смеялась бы. Он как-то слишком кровожадно смотрит.

– Ему любопытно. Он очень давно не видел людей.

Я протянула руку.

– Малыш. Иди ко мне, иди сюда, я почешу тебя за ушком.

– Давай еще возьми его в кровать.

– Говоришь, как мама… – Я осеклась.

Вот ее вспоминать точно ни к чему.

– Еще одну крупицу!

Бастиан укоризненно покачал головой.

– Всего одну!

– Его разнесет от такой кормежки, станет жирный и неповоротливый.

– Тогда спи в одежде и железных трусах!

– Ладно, вымогатели. Витаминку на ночь – и по койкам!

Пока дух лакомился магией, я попросила:

– Скоро вернется Крост. Он приведет с собой много людей, которым нужно безопасное место, чтобы спрятаться. Он будет очень рад, если к его приходу ты оживишь дом. Завтра мы найдем тебе много магии, чтобы ты смог полакомиться. Отдохни, малыш.

Зверек сладко зевнул и свернулся клубочком возле камина. Невозможно было не улыбаться, глядя на него. Он радовался, что замок вновь кому-то нужен, и, кажется, уже не злился ни на молнию, ни на то, что однажды я бросила их и надолго ушла.

– То есть оно будет спать здесь? – поинтересовался Бастиан.

– Ты же не выгонишь малыша? Ему грустно и одиноко, он так долго был один. Он хочет поспать в тепле, рядом с хозяевами, которые накормили его вкусной магией и приласкали.

– Сейчас морду порвет от умиления, – пробурчал Бастиан. – А я? Мне тоже грустно и одиноко, я так долго был без тебя, я хочу поспать рядом с тобой, не опасаясь, что мне откусят нос. И я тоже в какой-то мере зверушка.

– Тогда идем, превратишься в дракона, и я тебя почешу.

– Мм-м… нет. Пожалуй, тебе стоит поспать. Потом принять горячую ванну, поесть и подготовить это место к шумной неадекватной и постоянно мешающей толпе.

Я была совсем не против. Ночью удалось поспать всего несколько часов, которые закончились для организма диким стрессом. И теперь я так сильно хотела спать, что никак не могла отключиться. Забавное, хотя и несколько болезненное состояние.

В полной тишине слышалось только сладкое сопение духа. Я, так же как он, свернулась клубочком, чтобы полностью спрятаться под одеялом, почувствовала на волосах руку Бастиана и только тогда, медленно и с трудом, начала проваливаться в сон.

Кажется, я проспала всего несколько часов, потому что открыла глаза и поняла, что больше всего на свете хочу снова их закрыть. За окном все еще было темно, хотя здесь смены дня и ночи зависели не от законов природы, так что с одинаковым успехом могли быть хоть полдень, хоть глубокая ночь. Но самое интересное происходило за столом.

За ним сидел Бастиан. Напротив, на столе, будто готовый к нападению, пригнув голову к столешнице, стоял дух. Они неотрывно друг на друга смотрели. Затем Бастиан медленно снял с браслета крупицу и пододвинул к зверьку. Тот, почти не шелохнувшись, одной лапой подтянул ее к себе и спрятал под пушистый хвост.

Бастиан стиснул зубы. Снял еще одну крупицу и снова протянул со словами:

– Жри, сказал!

Я не выдержала и засмеялась.

– Что ты делаешь?

– Упражняюсь в дипломатии. Ешь!

И вот очередная крупица снова спряталась под пушистым призрачным хвостом.

– Видишь?! – Бастиан возмущенно повернулся ко мне. – Я ему не нравлюсь!

– Он тебе не доверяет. И я его понимаю. Хозяева бросили, спустя столько лет вернулись – и в первую же встречу ударили током, а еще привели чужака. Страшно подумать, что с ним будет, когда Кейман вернется с толпой.

– Ну и стрилга с тобой, – буркнул Бастиан.

С одной стороны, его растерянность в совершенно незнакомом месте с непонятными законами была забавна. С другой – я прекрасно помнила себя в новом мире и слегка нервничала. Ощущение беспомощности и ненужности может сослужить плохую службу. Мне не привыкать к новым местам и ролям, а Бастиан остался без короны и привычной власти.

Я протянула из-под одеяла руку.

– Хочу ванну с пеной. Пойдешь со мной?

Он сделал вид, что задумался.

– А ты будешь там голая?

– Разумеется, нет. Я собираюсь надеть пижаму.

Смешно, с учетом того, что у меня совсем нет одежды. Надеюсь, Кейман решит этот вопрос… снова.

– Тогда я, пожалуй, не против…

Зверек с интересом заглянул на постель, где мы целовались, опершись передними лапками.

– Вообще я хотела, чтобы ты погрел воду.

– Ты ужасный жестокий человек.

– А ты все утро скармливал призраку магию. Дефицитную и контрабандную.

– Я налаживал межмировые связи! – отозвался он, уже будучи на пути в ванную.

Я на пару секунд опустила голову на подушку и почесала зверька за ухом.

– Он хороший. Просто иногда это незаметно. Ладно, не иногда. Почти всегда. Но ты ведь жил с нами. Ты знаешь, во что превращаются добрые и наивные девочки.

Кажется, этот дух обладал способностью усыплять, потому что я и глаза-то закрыла всего на секунду, устав от неожиданно яркого света. И не смогла бороться с сонливостью, сладко зевнула и задремала. В конце концов, Бастиан ведь разбудит, когда закончит с водой? Хотя он наверняка закончит быстро, что для огненного короля какая-то ванна?

Но он не разбудил. Сквозь сон я почувствовала, как меня сначала поднимают с постели, а потом…

– Ай, тварь рогатая, прекрати кусаться, я несу ее в ванную!

Раздалось недовольное фырчание. Пришлось приоткрыть один глаз.

– Бастиан, что ты…

– Тихо, малыш, полежи, пожалуйста, во-о-от в этой ванне.

Меня опустили в горячую воду с душистой (откуда она здесь взялась?) пеной. Потом я услышала какое-то приглушенное верещание, и уж тут не выдержала, окончательно проснулась и обернулась к двери.

Бастиан, держа за рога зверька, выпихивал его за дверь. Тот отчаянно сопротивлялся и плевался призрачными сгустками, которые со слабыми вспышками растворялись в воздухе.

– Бастиан, что ты делаешь?

– Я. Хочу. Принять. Ванну. Без. Зрителей! – отчеканил он.

Наконец выпихнул духа за дверь и подпер ее этажеркой.

– Он дразнится. Неужели ты не видишь?

– Ну и я, знаешь ли, несерьезно обещал отодрать ему рога. Но на его месте я бы не связывался со мной, потому что кое-какие навыки со времен призрачного существования у меня остались.

Да ну его. Я с наслаждением растянулась в ванне. Божественно! Этого очень не хватало в школе с ее рядами душевых кабин. Лежать в горячей воде, в окружении пены, с ее едва слышным шорохом лопающихся пузырьков.

– Эй, ты что делаешь?!

– Я тоже хочу в воду. Подвинься. Делл, ты фыркаешь, как та зверушка. В длинном списке твоих способностей нет оборотничества? Если однажды ты проснешься в образе животного, я могу и не понять, что это ты.

– И отодрать рога? – Я приподняла бровь.

Но подвинулась, чтобы Бастиан мог лечь в ванну, и удобно оперлась на его плечо, а чуть подумав, и вовсе улеглась, на всякий случай вцепившись и рукой и ногой – ванна большая, вдруг утону? Я не Аннабет, я не сирена.

– Так хорошо, – вздохнула я.

Вода совсем не остывала, Бастиан не забывал ее подогревать, и вылезать совсем не хотелось. Даже если придется вылить на себя тонну масла, чтобы кожа не превратилась в наждачку, я все равно не могу заставить себя даже пошевелиться. Тело срочно нуждалось в расслаблении.

Мое.

Бастиана, кажется, нуждалось в чем-то другом.

– Мне немножко стыдно, – призналась я. – Там Штормхолд в огне, а я радуюсь тебе и ванне.

– Ты заслужила отдых. Небольшой. Там сейчас есть кому заниматься спасением мира.

– А если они не придут?

– Придут, Делл. Ты напрасно боишься, что тебя отправили сюда спасаться. Думаешь, если бы он сделал это, то не привел бы Ясперу? Или Аннабет? Катарину? И при этом отправил сюда меня?

– Это же Крост. – Я пожала плечами. – Кто знает, что там в его голове творится?

– Расслабься. Он не дурак. Придет и приведет остальных.

– А если… – Я на секунду забыла, как дышать. – Не успеет? Если Акорион первым делом пойдет в школу?

– Вряд ли. Если пойдет в школу, потеряет трон. Через пару дней, когда сколотит вокруг себя костяк верных магов – безусловно, он сровняет ее с землей, но не первым делом. Не бойся. Отдохни немного, потом будет не до ванн и споров со зверушками.

– Я так и не спросила тебя, как дела.

– По мне не видно, как у меня дела? – усмехнулся Бастиан.

– Я имею в виду душевное состояние. Мир изменился. Мне страшно, но я девочка, я имею право. А ты редко показываешь, что напуган или устал. И мне не нравится, что даже со мной не хочешь расслабиться.

– Я понятия не имею, устал я или напуган. С одной стороны, мне никогда не нужна была эта дурацкая корона. Чужого королевства, чужого отца. С другой – без нее я понятия не имею, чем буду заниматься. И это несколько… напрягает. Хотя, возможно, все дело в том, что моя девушка лежит рядом голая. Я еще не разобрался.

– А по-моему, очень даже разобрался, – хмыкнула я, почувствовав, как рука на моей талии пришла в движение.

В медленное такое, соблазнительное движение, из-за которого или вода стала горячее, или кожа – чувствительнее.

– Может, меня и не так уж мучает совесть… интересно, когда удача отвернется и все это счастье закончится?

– Сейчас! – В распахнувшиеся двери влетел сначала бодрый голос Ясперы, а следом и она сама. – Кажется, я вас нашла.

А мне кажется, мы с Бастианом синхронно открыли рты.

– Ди Файр, ты не сдал план занятий.

– Отлично, теперь-то Крост меня уволит?

– Нет, он притащил толпу огневиков из Школы Огня, поэтому он тебя еще и повысит. Уорд нас предал и пытался слить инфу Акориону.

– Мир его праху, – вырвалось у меня.

– Это вряд ли, – улыбнулась Яспера так довольно, что в том, кто именно устроил магистру-огневику встречу с хаосом, сомневаться не приходилось. – Шторм, твои вещи в одной из комнат, номер узнаешь у подружки.

– Яспера… а тебя ничего не смущает? – Я окинула нас взглядом. – У нас тут вообще-то…

– Секс, – добавил Бастиан. – Был бы. Если бы ты не приперлась.

– Думаешь, меня можно этим удивить? Знала бы ты, сколько раз я вытаскивала его из разных мест с разными девицами разной степени обнаженности. И со всеми БЫЛ БЫ секс, если бы я не приперлась. Не ты первая, не ты последняя.

– Яспера, – угрожающе протянул он, – в жизни бывают моменты, когда стоит заткнуться. И сейчас именно такой. Имей уважение, она тебе жизнь спасла!

– Да, и я считаю, что спасти ее от тебя – лучшая из возможных благодарностей.

Она схватила с этажерки полотенца и бросила в нас, не заботясь о том, упадут они в воду или попадут Бастиану в голову.

– Одевайтесь. Вас ждет Крост. Немедленно.

Обожаю Школу Темных!

Загрузка...