Вырваться с войны. Сломанные судьбы

– Да потому что ты считаешь себя таким и хочешь, чтобы остальные также о тебе думали. Те же мародёры. Почему мы не пошли за охраной или не позвали кого-то на помощь из лагеря? Там достаточно много желающих. Но нет. Ты сам полез. Сам всех завалил и сам вызволил напарника.

– У нас не было времени, чтобы звать на помощь, – Чуть раздражённо ответил Влад, стараясь объяснить поступок.

– Или, может потому, что хотел произвести впечатление хладнокровного киллера-убийцы? Чтобы я подумала "О мой бог!" – Она прислонила кончики пальцев к груди и посмотрела в сторону. – "Он так крут! Как бы я хотела быть с ним!"

– Ах вот как ты меня, значит видишь? – С некой долей злости ответил Влад. – А знаешь, как что я о тебе думаю? – Он также посмотрел в сторону, но теперь обмахивал лицо ладонями. – "О нет! Там умирает "Патриот"! – Наёмник положил одну руку на сердце, а другую прислонил ко лбу тыльной стороной. – "Ах! Надо ему помочь! Жаль только, что я боюсь это сделать! Пускай за меня все решат мужчины!"

– Что!? – Возмущённо гаркнула проводница. – Мужчины!? За меня!?

– Да, за тебя! – Передразнил голосом наёмник. – Думаешь, я не увидел, как у тебя глазки забегали, когда ты это там сказала? Небось сама уже сбежать хотела, не так ли?

– Да как ты смеешь так обо мне говорить! Кто ты вообще такой, щегол? – Она вскочила и встала перед диваном.

Влад также резко и агрессивно подпрыгнул с места.

– А ты кто такая, чтобы обо мне так говорить, трусиха? Небось даже из автомата стрелять прицельно не умеешь, вон как тогда неуверенно держала! – Бросил Влад, глядя ей в лицо.

– Ах ты мелкий гад! Да у тебя небось даже девушки никогда не было, вот ты и понтуешься передо мной! Что, спермотоксикоз жить спокойно не даёт? Девочку хочется? – Она то наклонялась вперёд, то отходила чуть назад и как бушующий костёр выпаливала слово за словом, желая нанести сопернику как можно больший урон.

– Что!? – Влад потерял всякий контроль над собой от такого оскорбления.

Когда тебе говорят "Идиот", "Кретин" или "Скотина" это ладно, но услышать, что ты живёшь одним инстинктом размножения – совсем другое.

– Да ты сама небось никому никогда не нравилась, вот теперь и бесишься! Что? Хочется, чтобы тебя кто-то защищал? Неприятно само́й за себя отстреливаться? Нужен парень, который и на улице плохих дядек кокнет и в палаточке приголубит?!

В этот момент Катя выпрямилась и глаза её стали будто шары для бильярда.

– Ах ты… – Спокойно сказала проводница. – Мерзкий ублюдок! – Злобно прорычала она и набросилась на Влада.

Наёмник упал на диван, руки девушки вцепились в его горло, и он начал задыхаться.

– Катя…Успокойся…Мы профессионалы, а не обиженки!

В этот момент проводница приоткрыла рот и хватка ослабла.

– Я…Я… – Неуверенно начала она.

– Ха, попалась! Глупая девчонка! – Влад вырвался и резким поворотом опрокинул её на своё место и начал сам душить Катю. Она быстро вернулась в прежнее состояние, дала ему коленом между ног после чего оба повалились на пол. Каждые несколько секунд, то проводница душила наёмника, то наёмник проводницу. Так они катались по полу в течение нескольких минут, параллельно смахнув на кафель пару манекенов и уронив чью-то голову с прилавка.

– Думаешь это хорошая идея? – Спросил боец у разведчика, что делал предложение вместе с ним.

– Да, почему бы и нет? – Сергей сидел на месте, где были Влад и Катя десять минут назад.

Он не спеша курил сигарету и периодически вынимал её, чтобы выдохнуть дым.

– Девчонка вроде достаточно хорошо знает город, парень обладает боевыми навыками. Ещё одни люди в ОНТ нам точно не помешают, – Сказал разведчик.

– Ну не знаю, – Товарищ достал свою сигарету и выпустил дым в воздух. – Мне не нравится вербовать кого попало. Люблю людей, о которых я хоть что-то, да слышал.

– Не переживай, Коль. – Ответил Сергей. – К тому же, это хорошо, что мы их не знаем: если погибнут, то не так жалко будет. Вспомни только Женю "Лысого", – Сказал он, посмотрев в потолок. – Бывший разведчик, боец "Патриотов", хороший товарищ…

– Это которого головой в Энву на каменном берегу подвесили или тот, которому руки с ногами кувалдой размазали?

– Первое… – Негромко хрипя ответил разведчик и опустил взгляд на стол.

– Бедолага… – Тихо произнёс Николай. – До сих пор не понимаю, как его раскрыли…

– Вот поэтому, – с долей энергичности снова начала Сергей, – мы и должны нанимать для этого тех, кого не знаем. Вернее, не тех, кого не знаем, а тех кого не жалко. Чтобы больше не было таких, как "Лысый", "Живчик", "Балбес" и прочих. Если этих убьют – не жалко, других наймём. А если им повезёт – будут снабжать нас информацией пока не раскроют.

– Наверное, есть всё-таки доля правды в твоих словах…Только не очень нравится мне, что мы людей простых используем для этого. Как перед богом нам потом отвечать?

– Мы защищаем родину, а эти люди. – Сергей выдержал паузу. – Эти люди…Они сами сделали свой выбор. Они остались здесь, а не ушли, значит, им нравится это всё.

– Неправ ты, Серёга, ой неправ… – Грустно ответил товарищ.

– Может, и неправ, – легко парировал Сергей, – зато я стараюсь родину, семью и друзей защитить, как и ты, как и Славка с Кирюхой, что сейчас ушли и как другие наши парни, что сейчас воюют. Я, конечно, не яростный патриот, но если на нас напали, то действовать надо решительно и безжалостно.

Николай покачал головой и снова выпустил дым в воздух.

– Поскорей бы всё это закончилось. Устал я от всего этого…

– Все мы устали, Коля. Потом отдохнём. Сейчас выиграть надо.

Катя и Влад лежали рядом друг с другом тяжело дыша. Их детская борьба друг с другом ничем не закончилась кроме обоюдного поражения. Сейчас же дуэт выпустил пар и начинал восстанавливать силы для решения проблемы, над которой они даже ещё не начали думать.

– Я…Я честно сказать… – Прохрипела немного задыхаясь Катя. – Не знаю…Что на меня нашло…

– Я…Тоже… – Громко ухнув ответил Влад.

Ещё несколько минут они лежали и когда тяжёлые вздохи и выдохи сменились на слегка учащённое дыхание, то дуэт снова сел на диваны и продолжил переговоры.

– Я не знаю…Всё так накопилось, – Сказала Катя. – А тут будто с цепи сорвалась. Не понимаю, почему я это говорить начала.

– Я, если честно, тоже от себя не ожидал такого… – Наёмник провёл рукой по лбу, вытирая пот.

– Ладно, вроде полегче стало. Теперь надо думать, что делать дальше.

– Да, надо. Фу-у-ух…Каково твоё решение?

– Я, пожалуй, его приму.

– Почему? – Немного удивлённо спросил Влад.

Девушка замолчала. Катя сложила кулак в кулак и указательным пальцем стучала по костяшке другого, смотря на стол. Повисло тяжёлое молчание.

– Если ты примешь их предложение, то я скажу, – Произнесла проводница.

– Почему же я должен это сделать?

Катя вновь ненадолго замолчала.

– Ты прав, я не боец. Я всего лишь проводник, а автомат у меня так, больше для самообороны, чем для убийств. Найти лазейку для меня не проблема, но вот противостоять ОНТ…Для этого нужен человек, который обладает приличным боевым опытом.

– Например, "Понторез"? – Усмехнулся наёмник.

– Да, "Понторез", – Ответила она.

– Но это ненастоящая причина. Ты лукавишь, у тебя взгляд бегает, даже отсюда вижу.

Катя посмотрела в глаза Влада.

– Только если ты согласишься.

Наёмник выдохнул и начал обдумывать варианты.

– "В целом, в ОНТ неплохо: им стабильно платят, у них профессионалы, да и в принципе их боятся. Если удастся к ним пристроиться и хотя бы пару месяцев поработать…Да, на их зарплату можно купить нужные документы и отмазаться от войны: за деньги любую гадость напишут. А там…Я и Маша квартирку снимем, заживём как обычные люди и пусть хоть все погибнут в городе, а я буду там и Машу спасу…Хм…А что, звучит как план. Может, даже сестру смогу найти…Да, стоит попробовать".

– Я не обещаю, – сказал Влад, – но и отказываться у меня причин нет. Однако…Нет, всё же я приму предложение. Но с одним НО.

– С каким же? – Девушка посмотрела на него с искоркой в глазах.

– Мне нужно, чтобы ты вывела меня и одну мою подругу из Светлограда. Ты же наверняка знаешь контрабандные дороги под городом?

– Ну…Есть одна в запасе…Но завалят её или нет – ручаться не могу.

– Короче, либо ты меня выводишь при любом раскладе, либо я разворачиваюсь и желаю тебе хорошего пути.

Катя призадумалась и посмотрела в потолок.

– Ладно, я согласна.

– Отлично. А теперь твоя причина, почему тебе всё-таки надо в ОНТ?

– Пункт поиска пропавших без вести.

– Пункт поиска? Разве они сохранились? Да и зачем он тебе?

– Я кое-кого ищу. Кое-кого важного для меня. Южная земля из-за ОНТ очень закрытая территория и пробраться туда могут лишь единицы. Поэтому мне нужно попасть в ОНТ, чтобы осмотреть пункты и найти там какие-нибудь зацепки, хоть что-то. Все остальные в городе я уже осмотрела: ничего. Совсем ничего, – Чуть взгрустнув сказала проводница.

– Что ж…Раз мы договорились то…Пойдём?

– Ладно, – она тяжело выдохнула, – идём.

Они оба встали, и не спеша пошли из магаина. Перед самым выходом проводница одёрнула наёмника.

– Ты точно мне поможешь? Не сбежишь?

Влад слегка улыбнулся.

– Не беспокойся: кто помогает мне, тому помогаю и я.

– А нас посчитают боевиками? ОНТ же незаконная организация. – Спросил Влад у товарища Сергея, сидя напротив него.

– Если будете сотрудничать с разведкой, то нет: вы выполняете её поручения, а значит, не являетесь террористами.

– А «Патриоты»? Что с ними? Они же прямые противники ОНТ. Нам придётся их убивать.

– В этом нет проблем, ради благой цели можно пойти на те или иные жертвы, – Ответил Сергей без капли сожалений. – И да, если будешь сотрудничать, то потерю документов я тебе прощаю. Я тебе попозже объясню, – Сказал разведчик товарищу, который смотрел на него взглядом полного негодования.

– «Какая же ты крыса. Ещё час назад пёкся о раненных «горках», а теперь даёшь индульгенцию на их убийство? Какая же ты дрянь» – процедил в голове наёмник. Он сидел ещё несколько секунд, что-то обдумывая и, наконец, ответил:

– Хорошо, я согласен.

– Отлично, —сказал разведчик. – Как только вас примут, в ОНТ наши люди выйдут на вас, а пока – удачи.

Катя и Влад вышли. Наёмник скрестил руки, а проводница осмотрела автомат.

– А…Кто этот человек? Ну, тот, кого ты ищешь? – Спросил Влад.

– Это тебе знать пока необязательно, – Ответила проводница.

Наёмник тяжело выдохнул и потёр лоб.

– Ну и как нам присоединится к ОНТ?

– Есть одна идейка, – Леденящим, как мороз, голосом ответила Катя, передёрнув затвор. – За мной.

Она не спеша пошла в сторону эскалатора.

– «И во что мы только ввязались…» – Подумал Влад, взяв автомат в руки и сняв с предохранителя. Несколько кусочков стекла тихо хрустнули под берцем.

Глава 6 – Внедрение

УАЗ мчался по улицам в направлении берега. В кабине сидели два «Патриота». Водитель бодро выруливали, проносясь мимо препятствий и поворотов.

– Поме-дле-не-ее, – Сказал Влад по слогам из-за кочек на дороге, от которых УАЗ то и дело подпрыгивал.

Наёмник держался за листы металла, пока Катя непринуждённо сидела за аркой заднего колеса и, упёршись в неё ногами, смотрела куда-то позади машины.

– «Подумать только, – Сказал себе Влад, когда дорога стала поровнее. – Как ей удалось убедить того капитошку на блокпосте, что мы от разведчиков и нам немедленно нужна машина? Нет, я, конечно, понимаю, что мы с Сергеем были тогда вместе, но чтобы вот так вот врать без капли колебания, да, причём, так убедительно… Хотя… Врали ли мы вообще?».

Вновь размышления прервал резкий поворот.

– Пять минут и вы на месте! – Крикнул пассажир «Патриот» из кабины.

– Хорошо, – Спокойно ответила проводница.

Вот уже, как пятнадцать минут Влад наблюдал за ней. С того момента, как капитан строго-настрого приказал доставить дуэт, Катя не менялась ни в лице, ни в голосе. Наёмник пытался заговорить с ней в дороге , но проводница просто молчала. Снова кочка. Поток мыслей прервался болью в пятой точке. Наёмник недовольно шикнул, а проводница всё также невозмутимо сидела. Из кабины Влад услышал обрывки какой-то песни, которую напевал «Патриот» пассажир.

– Круго́м разруха, голод, ад/ Но гордо знамя несёт солдат /Мы завтра снова пойдём в бой/ И никогда не вернёмся домой…

Проводница сняла предохранитель АК и передёрнула затвор. Пока УАЗ ехал, Катя подтянула автомат к груди и озиралась по сторонам в поисках противника. Проносясь по нешироким улицам, машина выскочила на площадь, где в центре стоял габаритный бронзовый памятник и сгоревший вокзал.

– Приехали! Живо из машины пока нас не засекли! – Крикнул водитель, стуча кулаком в крышу кабины, чтобы привлечь внимание пассажиров.

Катя резко выпрыгнула и побежала к статуе, Влад выскочил следом и залёг на асфальте, оглядываясь. Как только пассажиры десантировались, УАЗ резко дал газа и через несколько секунд скрылся за поворотом на следующем перекрёстке. Влад быстро встал и в полуприседе добежал до проводницы, упав на ступеньки рядом с ней.

– Что дальше? – Спросил наёмник, перевернувшись на спину и прикрывая тыл девушки.

Катя поводила дулом АК из стороны в сторону, а затем повернулась к Владу.

– Здесь спуск в метро. Это единственный способ проникнуть на южный остров.

– А нас там не примут? В ОНТ же не дураки. Они наверняка следят за всеми выходами на поверхность.

– Хочешь пойти по мосту?

Влад вздрогнул от этой фразы.

– Ладно, только давай быстрей с площади убираться, мы тут как на ладони, – Сказал наёмник, глядя на вход сгоревшего вокзала.

– За мной, – Проводница резко вскочила, и Влад пошёл следом.

Пригибаясь, они спешно добежали до входа. Внутри всё было в чёрной копоти, пластиковые ограждения были наполовину расплавлены, а киоск около входа был полностью выжжен пожаром вместе с содержимым. Катя быстро заняла позицию за ларьком и Влад сёл рядом, целясь в сторону площади.

– Ты готов? Назад дороги не будет, – Спокойно сказал Катя, глядя на турникеты впереди.

– Мы же согласились, – ответил наёмник, проверяя гранаты на жилете, – остаётся, только надеется, что выживем.

– Тогда за мной, – Катя быстро встала и ловко перескочила через преграду.

Влад устремился следом, держа дистанцию в несколько метров. Проводница зашла на эскалатор вместе с наёмником, и уже через пару мгновений оба спускались в кромешную темноту.

Перед входом в метро стоял жилой пятиэтажный дом. Он ничем не выделялся из ряда точно таких же зданий, за исключением одной детали: на чердаке между плитками черепицы, было отверстие диаметром не меньше полуметра, а рядом с ним было небольшое окошко, из которого раньше жильцы наблюдали за суетой снаружи.

В отверстии незаметно для «гостей» с улицы лежал марксман. Положив снайперскую винтовку СВД-С на рюкзак, чтобы оружие не дёргалось и, накрыв себя специальной маскировочной накидкой, – Вайперхудом серого цвета – глаз стрелка сквозь прозрачные защитные очки выискивал любое движение, что промелькнёт на улице. У маленького окошка чуть левее с М249 на стуле сидел другой боец. Он также смотрел на вход, но в более расслабленной позе. ОНТ`шник то глядел в окно, то проверял свой пулемёт, то нащупывал небольшую торчащую из боковой части рюкзака ленту с патронами, которую в случае чего можно было подсоединить к оружию и начать безостановочную стрельбу.

– Видишь кого-нибудь? – Спросил молодой голос с нотками жёсткости и учтивости одновременно.

– Неа, – Холодно с долей язвительности ответил женский. Снайперша всё также продолжала смотреть в прицел.

Пулемётчик встал со стула, положил М249 на сошки и начал поправлять экипировку. Сначала он снял шлем c небольшими «ушками» по бокам, потом убрал наушники и положил их в каску. Балаклава с отверстием для рта и глаз осталась на месте. Боец тяжело выдохнул с долей облегчения.

– Как же хорошо… – Сказал он негромко вслух.

– Только не снимай броник, хорошо? – Произнесла снайперша, продолжая наблюдение.

– Это ты меня об этом просишь? – Ответил усмехнувишсь пулемётчик.

Несколько секунд он стоял, наслаждаясь лёгкостью, потом поправил защиту предплечий от плеча до локтя, защиту паха и боковые панели на бёдрах достающие чуть выше колена. На правой панели он поправил кобуру и потом достал пистолет.

– Мой «Грачонок», – сказал он шёпотом себе под нос, проверяя магазин, затем небольшой фонарик и то насколько плотно сидит глушитель.

Убрав «Грач» на место, пулемётчик поправил коробы для М249 на животе, гранаты по бокам, пистолетные магазины на груди и медицинский подсумок на левой набедренной панели. Снайперша ненадолго повернулась к напарнику, закатила глаза и снова продолжила смотреть в прицел в поисках жертвы.

– Аккуратист, хренов… – Сказала она так, чтобы это услышал только пулемётчик.

Тот продолжал проверять снаряжение. Боец поправил защитный ворот, потом баллистические очки на шее, похожие на те, что носят сноубордисты. Затем подкорректировал высоту наколенников под тканью штанов. Наколенники больше напоминали прямоугольные куски поролона на полноги, но как пулемётчик уверял снайпершу:

– «Это помогает занимать удобное положение и любую позицию невзирая на неудобства местности».

Наконец, он подтянул кверху серые штаны и чуть громче обычного застегнул липучки на рукавах однотоннойй куртки. Напарница не выдержала и повернула голову к пулемётчику.

– Слушай, Виктор, ты задрал, вот честное слово! Ты на своей тушке уже четвёртый раз за шесть часов все проверяешь! Не нервируй меня! Можешь хоть делать это не так часто или так, чтобы меня это не бесило?

Пулемётчик надел наушники, и застегнул фастекс на шлеме.

– Во-первых, – начал он спокойно, снова усаживаясь, – я хочу удостовериться, что всё снаряжение исправно и готово к бою. Во-вторых, сидя без движения всё очень быстро затекает: мои плиты сильно давят на тело, а противоосколочный кевлар хоть и немного, но добавляет веса.

– А я говорила, что не хрен на себя навешивать разной дряни. Накупил всякого и теперь жалуешься, что тяжело! – Зло ответила снайперша, вновь повернувшись к прицелу.

– Знаешь, Настя, – парировал пулемётчик, – твоя роль в нашей команде называется "марксман" – это человек, который сидит поодаль от опасности, – будто поддразнивая напарницу разъяснил он ей, итак знакомый термин, – Ты делаешь несколько точных выстрелов и не подвергаешь себя непосредственной угрозе. Я же – пулемётчик, огневая поддержка группы. Моя задача – подавить врага огнём так, чтобы он как минимум не смог отстреливаться. Поэтому для своего выживания, я вынужден обвешиваться тяжёлой экипировкой, которая спасёт не только меня, но и, косвенно, товарищей.

– Да, да, ты уже в сотый раз мне это рассказываешь, «Жиробас», – Съязвила она, чуть мотнув дулом влево, а затем вправо.

– Тебе бы тоже не помешало размяться, чтобы не терять концентрацию, – Ответил ни капли не обидевшись пулемётчик, высматривая, движение на улице.

– Хорошая мысль. Прикрой.

Снайперша медленно подтянула винтовку к себе и также неспеша отползла назад, чтобы не мелькать перед отверстием. Уйдя в тень, она сначала потянулась руками кверху, а затем попыталась достать кончиками пальцев до носочков, держа ноги ровно. После этого она поправила лёгкий бронежилет плитоносец чёрного цвета, проверила гранаты с прочими подсумками, расстегнула и застегнула черно-серые перчатки. В отличие от напарницы Виктор спокойно смотрел в окно и не обращал на это внимания.

– Что такое? Разве тебе неинтересно взглянуть, как прихорашивается привлекательная девушка? – Кокетливо сказала она, подтягивая кверху слегка упавшие штаны серого цвета.

Пулемётчик не обратил внимания. Расстроившись, что подкол не удался, она равнодушно поправила куртку, такого же цвета, как и остальное снаряжение, а затем проверила варбелт, где были магазины к винтовке, пистолету и кобура с Glock 19. Наконец, снайперша села, опершись о стенку спиной.

– Смотри, смотри, я пока отдохну. Лежать тоже не так уж и просто… – Продолжила поддразнивать напарника снайперша после чего облегчённо выдохнула и повесила наушники с флисовой шапочки на шею.

Ненадолго наступила тишина.

– Группа поддержки, это лидер команды, доложить обстановку, как поняли? – Произнёс слегка шипящий голос из наушников пулемётчика и снайперши.

Виктор нажал на кнопку на гарнитуре около уха и ответил.

– Лидер, это группа поддержки: продолжаем наблюдение, активности нет, ждём приказа, конец связи.

В наушниках Насти прозвучал небольшой звуковой сигнал, похожий на рингтон, обозначающий окончание передачи сообщения.

– Вас понял, заканчиваем ежечасный обход, скоро вернёмся к вам. Мы появимся у правого перекрёстка под вами через десять минут. Повторяю, через десять минут у правого перекрёстка прямо под вами, не откройте по нам огонь! Конец связи, – Вновь звуковой сигнал.

– У правого перекрёстка под нами, вас понял, лидер, конец связи, – Ответил Виктор, дублируя сообщение.

Снайперша посмотрела в потолок, сложила из пальцев пистолет и выстрелила себе в голову.

– Как же надоело здесь сиде-е-е-еть… – Протянула она.

– Потерпи, ещё каких-то шесть часов осталось, а там обратно пойдем в нашу комнату.

Настя раздражённо выдохнула.

– Ну не могу я сидеть по десять часов на одном месте. Не могу, не могу! – Чуть громче обычного сказала она.

– Так, – ответил пулемётчик, не отрывая взгляда от окна – хватит вести себя как ребёнок, а то нас заметят. Ты наёмник ОНТ или кто? Перестань капризничать, словно семилетка в магазине игрушек… Стоп, какого… Ну-ка быстро к винтовке! Сейчас же!

Снайперша мгновенно надела наушники, взяла рядом лежащую СВД-С и резким движением приникла к земле, вновь уложив оружие на рюкзак. Внизу у входа в метро пару раз что-то мелькнуло, но разобрать, что это было невозможно.

– Наблюдаю блики у входа, – Холодно сказал Настя, выслеживая движение у метро через прицел.

Виктор поставил сошки на подоконник, но положил приклад пулемёта между ног на стул, ожидая, что же будет дальше. Боец поднёс руку к наушнику, чтобы передать радиосообщение. На улице из дверей входа показалась какая-то фигура, которая мотала головой осматриваясь. Она вышла и стала размахивать автоматом из стороны в сторону, затем вторая села чуть правее неё. Первый силуэт махнул рукой другу и показал куда-то за угол, на перекрёсток находящийся дальше от входа в метро.

– Лидер, это поддержка, наблюдаю две фигуры, разрешите открыть огонь? Конец связи, – Сказал пулемётчик, глядя за движениями неизвестных.

– Поддержка, это лидер. Вы видите кто они? Это «Патриоты»? Если да, то огонь разрешаю, конец связи, – Без промедления ответил лидер команды.

– Никак нет, не «Патриоты». Один в чёрном, другой в чём-то серо-зелёном. Вооружены. Действуют сообща. Открыть огонь? Конец связи.

– Что они делают? Конец связи.

– Они… – Вмешалась снайперша со своих наушников. – Они что-то обсуждают. Похоже, хотят где-то скрыться. Как поняли меня? Конец связи.

– Лидер поддержке, вас понял. Наблюдайте, повторяю, наблюдайте. Мы попытаемся взять их живыми. В случае если вас заметят – огонь на поражение, как поняли? Приём.

– Вас поняли, конец связи, – ответила Настя и положила указательный палец на спусковой крючок, держа серо-зелёную фигуру на мушке.

В наушниках послышалось радиосообщение.

– Это команда-21, всем патрульным находящихся близ "Махровой" не дальше семи улиц: Замечены две фигуры непохожие на «Патриотов», повторяю, НЕпохожие на «Патриотов». Вооружены и действуют сообща. Есть кто поблизости? Попробуем взять их живыми. Конец связи.

– Это команда-19, мы находимся на задании по наблюдению, помочь не сможем, как приняли? – Ответил грубый низкий голос.

– Это команда-23, мы на блокпосте в полицейском участке, сможем к вам прибыть в течение пяти минут на машинах, как поняли? – Произнёс бодрым голосом один из лидеров команды.

– Это команда-22, осуществляем патруль по маршруту «Энвейский сквер – Медвежий сад». Находимся на побережье близ улицы Морисова, сможем прибыть к вам в течение пятнадцати минут, как поняли? – Ответил патрульный, слегка растягивая слова.

– Это Команда-21, команда-23, ждём вас у "Махровой". Команда-22, если сможете, то приходите, ждём вас. Место целей уточним на месте, как поняли?

– Команда-22, понял вас, выдвигаемся. Конец связи.

– Команда-23, вас понял, немедленно выдвигаемся. Конец связи.

Группа поддержки продолжала наблюдение, две фигуры запрыгнули в какой-то магазин в соседнем здании около входа в метро и скрылись из виду.

– Лидер, это поддержка. Наблюдение продолжать не могу: цели зашли в магазин рядом с "Махровой". Повторяю: цели в магазине у метро, как поняли?

– Лидер поддержке, вас понял. Продолжайте наблюдение и ждите дальнейших указаний. Как поняли?

– Вас поняла, отбой, – ответила Настя.

– Похоже, намечается кое-что интересное, – Сказал Виктор, целясь в место, где несколько секунд назад шли «нарушители».

– Да уж, когда я говорила, что здесь скучно я не имела в виду боевик со штурмом, – Раздосадовано произнесла снайперша.

– Иногда желания исполняют не так, как тебе этого хочется, – Усмехаясь ответил пулемётчик, прижимаясь щекой к прикладу и прикидывая расстояние до магазина.

– Фух, – Тяжело выдохнув сказал Влад.

В небольшой комнатушке стоял стол, стул и шкафчик с антресолью, где раньше держали посуду. Катя сидела за столом прямо перед Владом, слева от наёмника был небольшой дверной проём, за которым были разбитые прилавки и витрины, разбросаные по залу так, что без шума зайти в магазинчик было невозможно. Пользуясь случаем, оба решили сделать привал.

– Итак, – начала Катя, положив автомат на стол и откинувшись на спинку. – План такой: ищем ОНТ`шников, добровольно сдаёмся, а дальше по обстоятельствам.

– И всё? – С неподдельным удивлением сказал наёмник. – То есть просто сдаться? А если нас расстреляют? Убьют? Болезненно и мучительно казнят?

– Хорошо, тогда какой у тебя план?

– Ну… Надо бы им как-то сообщить о наших намерениях… – Задумавшись, отвечал Влад. – Что мы не шпионы и хотим вступить в их ряды.

– О, классно, – с сарказмом отвечала проводница, – тогда давай закажем дирижабль и напишем на нём «Мы хотим в ОНТ, примите нас, пожалуйста», – Катя театрально разводила руками, пока говорила это.

– Эй, я хотя бы пытаюсь что-то адекватное придумать! – Возразил наёмник.

– Так, ладно, успокойся, парниша. Мой план прост и реалистичен. Твой план… Нет. Надо было тогда захватить тех «Патриотов», как доказательство наших намерений, но… Работать нужно с тем, что имеем, не так ли?

Они спорили ещё около десяти минут, пока в их наушниках не раздался звук работы двигателя.

– Ты слышишь это? – Спросил Влад, приложив уху к гарнитуре.

– Да… – С опаской ответила проводница и вскочила, тут же схватив АК со стола.

– Прячься! – Шёпотом сказал наёмник и сел в дверном проёме, контролируя вход в магазин.

На улице показался хаммер с башней на крыше, отделанной пуленепробиваемыми листами. Стрелок повернул башенку в сторону магазина и пулемёт пятидесятого калибра дулом уставился на вход. Где-то через тридцать секунд послышался голос позади внедорожника.

– Это лидер патруля ОНТ: немедленно сдавайтесь! Выходите с поднятыми руками или будете уничтожены! Повторяю: выходите с поднятыми руками или мы вас уничтожим! У вас тридцать секунд – время пошло! – Командир замолчал.

– Вот чёрт, попались! – Шёпотом выругался Влад.

– Спокойно, всё идёт по плану, – Ответила Катя, подняв автомат над головой и, не спеша, выходя наружу. – Не стреляйте! – Громко крикнула она. – Я сдаюсь!

Проводница медленно пошла через магазин. Наёмнику ничего не осталось кроме как последовать её примеру. Он взял автомат, поднял над собой и вышел на улицу.

– На землю! Живо! – Крикнул стрелок из-за пулемёта.

Влад и Катя сели на колени, положили оружие на землю и легли лицом на асфальт. Наёмник лёг справа от проводницы и положил голову на левую сторону. Он увидел группу из пяти бойцов ОНТ, что стояли в нескольких метрах от магазина и в случае чего были готовы начать штурм.

– «Мда, блин… Влипли мы крупно» – Констатировал наёмник, пока его раздумья не прервал мешок, накинутый на голову и крепко накрепко связанные за спиной руки.

– Пошёл, быстро! – В бронежилет ударили прикладом и Влад чуть не упал, когда его толкнули.

Наёмник пошёл вперёд сам не зная, куда направляется. Затем его резко взяли за шею и кинули куда-то на металл. Рядом с ним кто-то рассаживался, отчего днище качалось вверх-вниз. Судя по всему, его закинули в какой-то транспорт. Наконец, машина завелась и автомобиль поехал в неизвестном направлении.

– Катя, это ты? – Спросил Влад, пытаясь понять с ним ли напарница.

– Молчать! – Грозно сказал боец ОНТ и дал ногой по грудной пластине бронежилета.

Было не больно, но неприятно.

– «Зашибись…» – Вновь подумал Влад, понимая, что сейчас его и расстрелять могут запросто. – "…Ох уж это "Южное гостеприимство"…"

Транспорт ехал так быстро, что наёмника катало по кузову словно мешок с картошкой. Он то и дело натыкался на ноги, которые грубо отталкивали Влада от себя. В какой-то момент, снова накатившись на чьи-то берцы, его пнули и положили ноги на спину. Такому примеру последовали остальные, и наёмник ощутил тяжесть на голове, пояснице и пятой точке. Кто-то рассмеялся, и другие пассажиры тоже заржали. Сейчас Влад понимал, что всё довольно быстро может стать ещё хуже, поэтому лучше не сопротивляться. Через какое-то время машина резко остановилась.

– «Чёрт, если бы не эти ноги, то я бы улетел башкой в водителя!» – Прокомментировал в голове остановку наёмник.

Подступающий поток мыслей остановили руки, что резко стащили его на землю. Прижав голову к груди, Влад неудачно ударился плечом об асфальт. Ноющая боль растеклась по руке до локтя.

– Пошёл! Живо! – Прогавкал боец ОНТ, взяв подмышку и подняв пленника.

– Куда? Я не вижу, – Осмелился на единственную фразу Влад.

Его как котёнка жёстко взяли за шею и куда-то потащили. Послышался скрип двери. Телом наёмник ощутил, что он в каком-то коридоре. Потом почувствовал, что пространства стало больше, послышались обрывки фраз и многочисленный топот ног. Влада мгновенно остановили, оттянув за шею назад. Кто-то на него смотрел.

– В комнату 101, – Произнёс холодный голос, и наёмника тут же куда-то поволокли.

– Лестница, – Твёрдо сказал конвоир и Влад упёрся берцами обо что-то каменное.

Быстро переставляя ноги, он думал только об одном:

– «Иди, пока не грохнули».

Снова стук берц о кафель, кто-то прошёл рядом, за ним ещё несколько человек. Наёмника снова резко остановили. В воздухе раздался грохот отпирания замка. Тяжёлый механизм нехотя поворачивался, отчеканивая каждый оборот. Дверь распахнулась и из комнаты повеяло холодом и темнотой. Влада толкнули внутрь, и он повалился на пол. Затем его снова подняли и на что-то усадили. Судя по холоду, который почувствовали руки, это был стул из металла. Руки привязали к спинке, ноги сковали несколькими хомутами, которые сразу впились в кожу несмотря на одежду. Убедившись, что пленник не пошевелиться, конвоиры начали его обыскивать. Похоже, снимали гранаты, магазины и всё, что могло помочь сбежать. Шансы на возможный побег таяли на глазах.

– «Хорошо, что берцы не проверят» – Сказал наёмник, чувствуя хомут, который прижимал выкидной нож к косточке чуть выше ступни.

Похитители несколько раз погремели металлом гранат, магазинов и оружия и, поговорив о своём, вышли из комнаты. Наступила полная тишина. Холод металла, невозможность пошевелиться и темнота. Если раньше в мешке было самую малость светлее, то теперь складывалось впечатление, что свет как явление исчез навсегда. Страх немного отступил от чувства, что никого нет рядом.

– «Таа-а-а-ак… Что они со мной сделают? Будут пытать? Возможно…» – Влад призадумался. – «Может, казнят публично в назидание «Патриотам»? Вероятно… Но не хотелось бы… А вдруг просто попытают ради собственного удовольствия?.. Кстати, да, такое они тоже практикуют…» – Влад посмотрел, как ему показалось, на пол. – «…Печально», – Сказал он сам себе.

Не меньше пяти минут наёмник сидел в ожидании того, что будет дальше. Сначала был страх неизведанного, теперь было тошнотворное выжидание чего-то, что сам не знаешь. Влад мотал головой, проверял на прочность хомуты и даже пару раз подпрыгнул на стуле, но в последний раз чуть не упал и оставил эти попытки. Сейчас он сидел и думал, что с ним сделают. Мысли прервали шаги. Открылась дверь и лучики света проникли внутрь. Кто-то вошёл, может даже не один. Петли заскрепели и через пару мгновений освещение пропало. Раздался топот, в дальнем углу комнаты что-то уронили, перед Владом прозвучал металлический скрежет, будто кто-то подтянул старый стул.

– Сними это с него, – Вежливо, но настойчиво сказали перед наёмником.

Приближающийся звук шагов и мешок слетел с головы. Небольшая комната, похожая на допросную, над Владом горит лампочка, что слабо освещает даже стол перед пленником. Стены, что почти невозможно разглядеть, находятся в беспросветном мраке. Перед наёмником кто-то сидит, видны только руки. Ладони в чёрных перчатках с костяшками и какой серый китель с манжетами на липучке. В дальнем углу, откуда был грохот, начали копошиться.

– Итак, – сказал мягкий мужской голос напротив, – вы понимаете, куда попали?

– Я… – Неуверенно ответил Влад. – Я…Полагаю, что в руки ОНТ?

– Верно, – По-учительски сказал голос. – Раз вы знаете, куда попали, то догадываетесь, почему были схвачены, не так ли?

– Если честно нет, я не знаю. Меня схватили и я не успел понять, что произошло, – Стараясь проявить робость, продолжил Влад.

Голос напротив ничуть не смутился.

– Вы нарушили границы ОНТ. Здесь запрещено находится кому-то, кто не является бойцом ОНТ. Понимаете, что с вами сейчас будет?

Влад ненадолго замолчал, обдумывая, как лучше всё рассказать.

– Полагаю что… Пытать? – Последнее слово он произнёс неуверенно.

Голос усмехнулся.

– Это в ваших руках. Если вы будете отвечать на вопрос, то, быть может, вам удастся этого избежать. Скажите: на кого вы работаете?

– Я вольный наёмник, живу тем, что выполняю заказы людей.

– Что же вас сюда привело?

Влад снова замолк. Несколько секунд он молчал.

– Что вас сюда привело? – С долей настойчивости повторил допрашивающий.

Наёмник продолжал молчать, но вдруг резко сказал:

– Я хочу вступить в ОНТ.

– Вот как? – Без удивления произнёс неизвестный, услышав ответ и вернув прежний мягкий голос. – И почему решили, что вы нам нужны?

– У меня есть боевые навыки, которые оттачивались при выполнении многочисленных заказов. Более того, я уже имел честь помогать наёмникам ОНТ.

– Занятно. И кому же вы помогли?

Влад сделал глубокий вдох и выдох.

– Недавно, на Прибрежном острове, ко мне обратился наёмник. Он сказал, что ему необходимо убрать человека, что мешает ему жить. Я взялся за заказ.

– И вы его выполнили?

– Да.

– Интересно, – Допрашивающий слегка отклонился назад, его руки ушли в тень. – Как он выглядел? Вы знаете его имя или прозвище? Может, позывной?

Влад задумался.

– «У меня есть только одна возможность их убедить. Господь, если ты существуешь, то самое время помочь», – Сказал Влад и выпрямился на стуле. Мысли в голове исчезли. Остались только не самая лучшая легенда.

– Нет, я не помню его имени или позывного. Он сказал, что цель пойдёт мимо гостиницы «Тирания» по мосту напротив. Однако он не уточнил, что мишеней будет три.

– Три цели? – Слегка заинтересованно спросил допрашивающий.

– Да, три цели. Когда я ожидал жертву, к мосту с моей стороны берега вдруг вышли два человека: один был в чёрном, другой в чём-то светлом. У первого было хорошее снаряжение, второй был одет более бедно. Судя по всему, они ждали третьего, ту самую цель. Когда она выбралась на мост, эти двое помогли ему перебраться. Когда же троица пошла прочь, я сделал несколько выстрелов и убил их всех.

– Из чего вы вели огонь?

– СВД не в самом лучшем состоянии.

– Это ваше оружие?

– Нет, его мне дал боец ОНТ.

– Продолжайте, – Допрашивающий подался чуть вперёд.

– Когда они перестали дёргаться, я пошёл забрать жетоны и документы, как сказал заказчик. Однако я забрал их снаряжение и оружие. У одного из них был АК-74 с хорошими обвесами: передняя рукоять, фонарик, голографический прицел…

– Вы разбираетесь в оружии и снаряжении? – Перебил его неизвестный.

– Да, приходилось и до сих пор приходится разбираться.

– У вас есть какое-нибудь доказательство того, что это действительно было.

– В моём подсумке на груди слева.

– Что там?

– Карточки наёмников, – Фигура замерла на несколько секунд на месте, потом встала, подошла к Владу, не выходя из тени и резко, но аккуратно расстегнула подсумок. Оттуда вынули две пластиковые карточки и допрашивающий вернулся на своё место, рассматривая находку.

– Это было у человека в чёрном. Точно не уверен, но, возможно, это выдаётся бойцам ОНТ.

Неизвестный продолжал перебирать и рассматривать карточки, медленно вращая их в руках. В комнате повисло тяжёлое молчание.

– Знаете, – вдруг начал допрашивающий, – обычно мы не берём людей со стороны в ОНТ. Случай должен быть экстраординарный. Если то, что вы говорите – правда, то мы рассмотрим вашу кандидатуру. А если лжёте, то… – Протянул он.

– То…? – Повторил Влад.

– Вы будете казнены жестоким образом, предварительно измучившись от пыток. Уверены, что хотите убедить меня в правдивости ваших слов? – Словно учитель, задающий вопрос ученику сказал допрашивающий.

– Да, – Стараясь быть уверенным, ответил наёмник.

– Это ваш выбор. Надеюсь, вы осознаёте, что говорите, – Фигура встала, скрипнув стулом, и исчезла в тени. – Коллега, последите пока за ним. Если вам надо будет выйти, то снаружи ждёт конвоир.

– Хорошо, – Ответил низкий прокуренный голос из угла комнаты, где до этого шумели.

Фигура напротив Влада обошла стол, скрипнула входная дверь, внутрь проникли лучики света и уже через пару мгновений они медленно исчезли под протяжный визг петель.

– «Господи, помоги мне выжить», – Сказал про себя Влад.

В небольшой комнатке за столом напротив двери в ряд сидел отряд из пяти наёмников. У них отобрали оружие и при входе снаружи и в самой комнате стояли такие же бойцы ОНТ, что не давали им выйти. Через небольшое окно, заделанное решёткой снаружи, просачивался свет и освещал выход из помещения.

– Если из-за тебя нас повесят, я лично тебе всё отрежу, – Злобно процедил сквозь зубы один из «заложников».

– Молчать! – Гаркнул охранник, и все умолкли.

Через пару минут в комнату ворвался тучный мужчина с варбелтом на серой куртке и синих джинсах, поправляя чёрную кепку. Следом за ним с небольшой папкой зашёл боец в плитоносце и тёмной флисовой куртке в штанах с наколенниками и маске с тремя отверстиями.

– Встать! – Резко сказал "бочонок", но наёмники и без команды уже вскочили. – Сесть! – "Заложники" живо плюхнулись на стулья.

Мужчина подошёл к столу и встал перед отрядом. Помощник уселся рядом с шефом, повернувшись к начальнику.

– Вот скажите мне, камрады, – начал он, оглядывая подчинённых в бело-серо-зелёных куртках и черно-серых масках, – вы что… Охренели всё, что ли, разом? – На последней фразе он повысил голос.

– Никак не…

– Я вам слова не давал пока, камрад командир! – Отрезал "бочонок". – Вот скажите мне, мать вашу, пожалуйста: какого хрена я должен уходить с оперативного совещания советников тактического штаба только чтобы разобраться с КУЧЕЙ КРЕТИНОВ?! – Он яростно бросил кепку и посмотрел на бойцов напротив, что вжали голову в тело. Лысина начальника ненадолго заблестела.

– Какого хрена, – слегка остыв продолжил он, – когда мы обсуждаем с представителями советников от бригад «Юнайт» и «Гадаб» и коллегой от батальона «Отзыв» ко мне врывается человек с допроса и говорит, что нашёл причину смерти наших парней в той сраной лаборатории! А? Можете объяснить?!

– Ни…

– Это фигура речи, а не вопрос! – Снова оскалился «бочонок».

Он ненадолго замолк, пока неспешно осматривал членов отряда одного за другим. Помассировав переносицу, начальник задал вопрос провинившимся бойцам. – Знаете, почему Я вынужден прямо сейчас этим заняться, вместо того, чтобы поручить вашему командиру батальона? Теперь это вопрос.

– Ни-никак нет, – Робко ответил какой-то провинившийся посередине.

– Да потому… – Негромко произнёс лысый "бочонок". – ЧТО НА СОВЕЩАНИИ ОДНА ИЗ ТЕМ ОБСУЖДЕНИЯ КАК РАЗ БЫЛА ПРИЧИНА ГИБЕЛИ НАЁМНИКОВ, А ТЕПЕРЬ КО МНЕ ВБЕГАЕТ ЭТОТ И ГОВОРИТ, ЧТО ПРИЧИНА В ТУПОСТИ НАШИХ ПОДЧИНЁННЫХ! – Не переставая смотреть на подчинённых, он махнул в сторону своего бойца, держащего тонкую папку в руках.

– Ладно, – сам себя успокоил советник, – ладно… Давайте так: вы знаете почему именно из-за вас проблема?

– Так точно, нам рассказали версию произошедшего.

– Версию? А как тогда было на самом деле?

– Товарищ советник тактического штаба, – начал с центра, судя по всему, командир отряда, – нам был дан приказ уничтожить или задержать войскового разведчика. Приняв во внимание место, где его видели в последний раз и его скорость передвижения нами было принято решение перейти при помощи имевшейся информации на Прибрежный остров для дальнейшего преслед…

– Молчать, – Вдруг чётко, но негромко сказал советник, вновь массируя переносицу. – Помощник, распечатка радиопереговоров.

Личный секретарь достал из папочки бумажку и протянул её советнику тактического штаба.

– Зачитай вслух, чтобы все слышали. – Помощник взял лист в две руки и прокашлялся.

– «Центр координации действий, далее «ЦКД», отряд патруля «Команда-42», далее «К-42».

«ЦКД – «К-42», как слышите? Это «ЦКД», приём?

К-42 – Это «К-42», слышу вас хорошо, приём?

ЦКД – Это «ЦКД», только что «Команда-31» и «Команда-28» проштурмовали месторасположение войсковых разведчиков. По предварительным данным, один из них ушёл в сторону Прибрежного острова от канала Тимуровцев около 142 улицы. Скорее всего, движется в направлении Института имени Баранкина. Вам ставится оперативная задача: задержать или уничтожить разведчика, пока он не сбежал на Прибрежный остров. Повторяю: задержать или уничтожить разведчика любой ценой, пока он не скрылся. Как поняли?

К-42 – «ЦКД», это «К-42», задачу поняли: уничтожить или задержать разведчика любой ценой. Конец связи», конец радиопереговоров.

– Вам ставилась задача пробраться на Прибрежный остров?

– Никак нет…

– А почему вы туда попёрлись?

– Выполнить задачу.

– ЕСЛИ ВЫ ПРОСРАЛИ СВОЮ ЦЕЛЬ, ВАМ БЫЛО НЕОБХОДИМО ДОЛОЖИТЬ ОБ ЭТОМ В ЦКД. ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО ЭТОТ РАЗВЕДЧИК ВЫЖИЛ ЕГО ЧЁРТОВЫ ТОВАРИЩИ ОБО ВСЁМ УЗНАЛИ, И ЗАМОЧИЛИ НАШИХ РЕБЯТ, – Он расстегнул фастекст на поясе и начал бить варбелтом с кобурой лидера отряда, как отец бьёт нерадивого ребёнка.

– НИ ХРЕНА. НЕ МОЖЕТЕ. СДЕЛАТЬ. НОРМАЛЬНО. ТВАРИ. ТУПЫЕ! – "Бочонок" ещё пару раз взмахнул и успокоился.

Начальник надел варбелт обратно, пока забитый командир отряда потихонькуо опускал руки и ждал очередного удара.

– Фу-у-ух… – Выдохнул советник штаба.

– Товарищ советник, – Вдруг обратился «подозреваемый» справа.

Вместо лисьей улыбки он пугливо приоткрыл рот, пялясь на начальника. – Разведчик точно был мёртв, я сдал командиру его документы и жетон! – Оправдывался он.

– Да? А труп разведчика ты тоже сдал?! Где тело? Где фотографии тела? Что за дерьмо ты там ему подсунул?! Какую-то пустую книжку и жетоны, на которых даже личного номера нет?! – Советник снова хотел начать мутузить тупорылого подчинённого варбелтом, но остановился, когда в груди что-то защемило. Он медленно сел на стул и повернулся к личному помощнику.

– Нет, ну ты слышал этого гадёныша? Значит, те два отряда мне принесли и фото тела, и военники в крови, да и сами тела были, а эти, – он показал рукой на отряд, глядя на своего бойца, – притащили кристально чистую бумажку, будто только что купили и какой-то жетончик непонятный, а я потом перед остальными советниками объясняй, что он на самом деле мёртв! Ох уроды тупорылые… – Сказал начальник, тяжело выдыхая. Наконец, "бочонок" встал и посмотрел на сидящих напротив.

– Короче так, выношу вам приговор ввиду отсутствия внятных разъяснений: лидера отряда отстранить от командования и назначить на должность патрульного. Патрульного забившего на обязанности разжаловать и с первым же прилётом «пополнения» отправить на хрен отсюда. Документы потом занесёшь – я подпишусь.

– Товарищ советник! – Вдруг сказал боец ОНТ, которого хотели отправить. – Не выгоняйте меня, пожалуйста! У меня кредит выплачен не полностью! Куда я пойду со сроком по малолетке?

– Вот как? – Сказал через плечо советник и развернулся. – Ну тогда иди на арену, отрабатывай косяк. Повесели товарищей по оружию.

Наёмник сглотнул и несколько секунд вглядывался в лицо советника.

– Х-х-х… Х-х-хорошо, я-я-я с-с-согласен, – Дрожащим голосом промямлил провинившийся боец.

– Ну ладно. Тогда только разжаловать командира. Пойдём, – Советник хлопнул по плечу помощника и они оба вышли.

Проходя по коридору, который огибал большой двор, переоборудованный под арену, личный секретарь обратился к своему начальнику:

– Товарищ советник тактического штаба.

– Ну? – Равнодушно сказал "бочонок".

– Что делать с пленниками?

– А кто они?

– Одна проводница и один вольный наёмник.

– Что по девке?

Помощник достал бумажку А4 и начал читать.

– «Из протокола допроса: представилась Екатериной Кудрявцевой, возраст – 18 лет. Коренная Светлоградка, не покидала город с начала конфликта. Живёт в лагере на "Футбольной". Желает вступить в ОНТ. Причина: деньги.

Примечание: заявила о том, что долгое время водила наёмников ОНТ по окрестностям. Среди семи команд, занимающихся вылазками, три командира подтвердили, что их водила, молодая девушка. Их вызвали для подтверждения личности пленницы», конец сводки.

– Проводница значит? Такие нам нужны. На винтовку плевать, научим. Если подтвердят, что она не заслана, то примите на испытательный срок. А кто второй?

Помощник достал второй листок из файла.

– «Из протокола допроса: представился Владовым Николаем. Вольный наёмник. Возраст – 16 лет. Коренной Светлоградец. В городе с начала конфликта. Утверждает, что выполнил заказ бойца ОНТ на ликвидацию военного. Желает вступить в ОНТ. Причина: деньги.

Примечание: в подсумке найдены карточки двух погибших наёмников. Утверждает, что убил тех, кто убил бойцов ОНТ. Предполагаемые убийцы – спящая ячейка разведчиков».

– Так это из-за него весь этот сыр-бор?

– Так точно, товарищ советник. Что с ним делать?

– Хм-м… По-хорошему надо бы этого щегла нахрен послать… Однако он помог нам вскрыть важный дисциплинарный проступок. Если об этом узнали другие отряды, то они начали бы также халтурить… В общем так: бросьте его на арену, пускай ребята посмотрят на зрелище. Если выживет: возьмите на испытательный срок, если нет – Повесьте его труп над берегом Энвы. Пусть эти недоноски «Патриоты» поднасрут себе в штаны.

– Будет сделано.

Советник и личный помощник подошли к входу в клуб. Как только дверь распахнулась, раздался гул громкой музыки, но стоило ей захлопнуться, как в коридоре снова наступила тишина.

Глава 7 – Испытание

Влад продолжал сидеть в тёмной комнате неизвестно где. Он не знал, сколько здесь находится, но, казалось, что прошло несколько суток. А может быть, всего лишь пару часов? Сначала наёмник пытался задавать вопросы таинственной фигуре в углу, но та лишь сказала, что если он продолжит болтать, то познакомится с паяльником. В ответ на это Влад решил не испытывать нервы неизвестного на прочность и замолк. Наёмник то смотрел в потолок, то пытался разглядеть получше стены, а иной раз щурился, всматриваясь в свет тусклой лампочки и видя расплывающиеся зелёные, синие и красные круги. Когда глаза заболели, Влад опустил взгляд на стол и стал думать над тем, что же с ним будет.

– «Итак… – Многозначительно начал он. – Если узнают, что я соврал, то… Думаю, познакомлюсь с паяльником. А если прокатит, то… Нет, просто так не возьмут, скажут что-то сделать. Что они могут мне устроить? Ну, либо парочку «Патриотов» замочить либо… Только бы не заставили Катю застрелить, а то уверен они и такое могут приказать. Интересно, как она? Надеюсь, её не пытали. Она-то точно ничего не знает. Лишь бы ничего лишнего не сболтнула…»

Мысли продолжали метаться в голове, перескакивая с одной темы на другую, начиная от правдивости слов Кати и заканчивая тем, что неплохо было бы поесть, а галеты в рюкзаке, который конфисковали вместе с оружием. Когда поток мыслей иссяк, неожиданно открылись двери.

– Выведите его в камеру временного хранения, – Холодно кто-то сказал сзади, но Влад не мог повернуться, чтобы увидеть. Из угла напротив встал неизвестный и пошёл к наёмнику. Обойдя его, чтобы остаться в тени, пытатель зашёл за спину и надел на Влада мешок, затем снял хомуты и отвязал от стула, оставив скованными только руки. Наёмника подняли под плечи и куда-то поволокли. Снова конвоиры вихляли по пропахшим бетоном и штукатуркой коридорам и комнатам. По крайней мере, по количеству поворотов Владу казалось, что его тащят по какому-то лабиринту, из которого сами бойцы ОНТ не знают, как выбраться. Его завели в какую-то комнату, где шум от разговоров эхом разносился по помещению. Пахло дымом сигарет, негромко щёлкали металлом пули, будто их доставали из ящика и поочерёдно вставляли в магазины. Послышался лёгкий скрежет замочной скважины и Влада бросили внутрь. Наёмник упал и ударился обо что-то шершавое, как асфальт. Вновь раздался звук замка и дверь похоже закрыли. Влад подтянул ноги к груди и повернулся в сторону шума.

– Эй, стойте, подождите! – Сказал наёмник, вставая на колени, а потом в полный рост. – Что со мной будет?

Через несколько секунд кто-то приблизился к Владу, остановившись перед ним на небольшом расстоянии.

– Вас бросят на арену. Если вам повезёт – вы выживите.

– А что будет потом? Что будет, если выживу? Меня примут? – Продолжал осыпать вопросами наёмник.

– Это будет решать совет. Сейчас лучше отдыхайте.

Шаги вновь начали удаляться, а мешок на голове не давал разглядеть пространство. Единственный способ узнать, что происходит, остался звук. Непонятные наречия то и дело доносились где-то в метрах десяти-пятнадцати от Влад. Наёмник аккуратными шажками попытался дойти до них, но наткнулся на какие-то прутья. Влад начал ходить по своей камере, притираясь к железным балкам, чтобы понять границы помещения. Увидев это, кто-то проорал что-то остальным и раздался звонкий смех: сначал один, потом второй, затем целая орава заржала во всё горло, словно дикий базар. Влад понял, что он в клетке и пространства в ней метра два на два, не больше. Можно лечь и не доставать до решётки, но лишь какие-то жалкие десять-пятнадцать сантиметров.

– «Что ж, по крайней мере, я теперь знаю, где нахожусь, – Наёмник сел на шершавый пол и начал думать. – Арена… Что там будет? Буду биться с собаками? Волками? А может, они медведя из зоопарка держат? Или людей заставят убивать? Хоть бы кто чего сказал, жаль, что опять пошлют…»

Прозвучали какие-то странные слова и дверь за решёткой закрылась.

– Обожаю этих парней, – сказал кто-то с заметным акцентом Дачекасского народа.

– А то, – ответил такой же, но чуть грубее и слегка картавя, – наши братья. Хоть Вестоксы, но наши братья.

– Верно говоришь, брат. С ними мы точно скоро закончим эту чёртову войну. Я уже домой хочу, мама, наверное, заждалась, а я всё по телефону, да по телефону. И отцу помочь надо, он как раз жаловался, что некому камни для дома привезти, а ему в город тяжело ездить.

– Сколько ему? – Спросил картавый.

– Восемьдесят, – С гордостью ответил первый.

– О-о-о, достойный возраст, возраст настоящего мудреца! Тебе надо к нему поехать да помочь. Нехорошо старика-отца оставлять на самого себя.

– Ещё пару месяцев и у меня контракт закончится. Приеду, денег привезу и отцу построю дворец в два… Нет, в три этажа! Слева отец и мать будет, а справа я! Будет нам счастье!

– Достойно, брат. Пусть боги помогут тебе в твоих начинаниях.

– Да будет воля бога на то! – Они сказали какое-то слово похожее на «Настоящий» и замолкли.

– «Кто это вообще такие? Никогда не слышал такого акцента… Хотя это не самая страшная загадка сейчас…» – Влад снова начал думать над тем, что будет дальше. Неизвестность его пугала, но не настолько, чтобы носиться по камере как бешеный. Она скорее вселяла опасения, чем ужас.

– Минуточку внимания! – Сказал боец ОНТ, встав из-за стола и оглядев сидящих пятерых товарищей, что держали рюмки в руках и смотрели на него. – Хочу сказать спасибо всем вам за службу: сегодня был наш последний патруль таким составом! – Всё сидящее загалдели, говоря слова радости и благодарности. Читающий тост снова всех успокоил. – Хочу сказать спасибо Толику, Коле и Никите за всё то, что мы прошли! Целый год мы с вами делили сухпаи, патроны и бинты. Целый год мы с вами были на волоске от смерти и пусть сюда нас привели деньги, но уезжаем мы не только приобретя богатство, но и верных товарищей, с которыми я надеюсь встретиться там, на спокойной земле. Так выпьем же за мирное небо и жизнь в достатке! – Он поднял стакан, и все с радостными возгласами потянулись к нему, чокаясь и переливая через края содержимое ёмкостей.

После этого все выпили до дна и, перевернув стаканы, поставили их на стол.

– Фу-у-ух… – Выдохнула Настя. – Забористая штука! Где ты её достал, Серго? – Обратилась она к читающему тост, что сидел один с малой стороны стола слева.

– Вестоксы во время рейда купили в лагере, а я купил у них. Клялись, что забористее некуда.

– Не соврали! – Довольно ответил Никита, сидящий напротив Насти и вдыхая запах рукава кителя.

– Да не дыши одеждой, огурец возьми, да закуси! – Ответил Толик, сидящий слева от Никиты и протягивая небольшой солёный огурчик.

Никита взял его и полностью закинул в рот, даже не жуя.

– А тебе как, Ви? – Спросил Коля, сидящий с противоположной стороны от Серго, посмотрев на парня в одной футболке.

– Неплохо, Серго. Очень даже достойно. – Ответил Виктор. – Но вы знаете, что я не люблю алкоголь, у меня желудок плохо воспринимает спирты.

– Да ладно тебе! – Коля слабо постучал Вика по плечу. – Завтра с первым же вертолётом убираемся отсюда, и вместо нас будут уже другие парни или девушки. Когда вы то улетаете?

– Ну… – Виктор взял галет и начал размазывать плавленый сыр по всей поверхности. – Я пока недостаточно заработал, чтобы уйти отсюда. Ещё какое-то время посижу и, может, тогда уеду.

– Если бы ты не тратил всю зарплату на снарягу у «Юнайтов», то давно бы уже накопил на квартиру мечты и машину, хе-хе-хе! – Усмехнулся в конце Толик.

– А ты Настя? – Спросил спокойно Серго, чутка подавшись к девушке. – Когда собираешься улетать? Как-никак год достаточно большой отрезок жизни, даже если жить сто лет.

– Знаешь… Я тоже не горю желанием отсюда улетать. Наверное, ещё посижу тут какое-то время, денег подзаработаю и, может, вместе с Виктором или одна домой уеду. Туда вернуться всегда успею, – Снайперша ткнула вилкой в подобие мяса с овощами из разогретой тары с сухого пайка и поднесла кусок ко рту.

– Что? Вы спелись, что ли, голубки? Так вот почему вас вечно Серго вдвоём оставлял, чтобы мы вам не мешали своим присутствием! – Коля засмеялся, как будто только что выдал самую смешную шутку в жизни.

Виктор ничуть не смутился, Настя недовольно посмотрела на него, раздув щёки. Её широкий короткий ирокез распушился, словно капюшон у кобры , а на выбритых боках черепа будто поднялись мурашки, как иголки у ежа, что готов был атаковать в любой момент.

– Коля, хватит бесить снайпера и пулемётчика, а то последнее воспоминание о тебе будет твой дурной тон, – Вежливо, но настойчиво сказал Серго, сверля взглядом нерадивого соратника.

– Ладно, ладно, – утирая слёзы смеха, ответил Коля, – не подумайте плохого, просто я так давно мечтал отсюда свалить. Засыпал и видел этот день. Каждый раз я смотрел его во сне и рвал подушку, чтобы он быстрее наступил. А теперь так и есть! Я еду домой! И не голодранцем, как раньше, а с деньгами! Наконец, я смогу начать жить нормальной, человеческой жизнью, а не будучи чёртовым нищим контрактником-миротворцем, где за белые надписи на жилете тебя сначала пропускают, а потом начинают лупить по тебе из машин и деревянных халуп с автоматов и подствольных гранатомётов!

– Да, совсем другое дело здесь. Настоящий курорт, отдыхай – не хочу, – Иронично сказал Никита, помешивая зубочисткой только что налитый в стакан алкоголь.

– Что случилось? Ты какой-то сегодня хмурый: В патруле молчал, на брифинге тоже каким-то отрешённым был, а теперь здесь холеришь. Что-то произошло? – Серго посмотрел на подчинённого и начал поглаживать трёхдневную щетину на подбородке. Никита тяжело выдохнул.

– Из дома нерадостные новости, только и всего…

– Что случилось? – Спросил Толик, повернувшись к соседу по столу и вглядываясь в лицо коллеги.

– Да… Вчера с отцом по телефону разговаривал… Сестре всё хуже и хуже, лекарства больше не помогают, химиотерапия перестала лечить, а теперь только замедляет распространение болезни… Врачи говорят, что если в ближайшие несколько месяцев не начать вкалывать те дорогостоящие лекарства… Как их…"Типолин»…"Тапилин»…

– «Теомаликсин» – Поправил его Толик. – Ты тогда говорил, что врачи просто хотят набить цену за лечение.

– Да, именно оно, – Сказал Никита, посмотрев на соседа и снова устремив взгляд в стакан. – Так вот, если не колоть «Теомаксилин» и не начать новый этап химиотерапии, то ей останется лишь полгода. Мать уже живёт на работе, отец продал последнюю машину и хочет взять кредит, чтобы заплатить за эту… За эту… ЧЁРТОВУ. СРАНУЮ. ТЕРАПИЮ! – Никита сопровождал стуком кулака каждую фразу начиная с «Чёртову». После этого он потёр лоб и посмотрел на присутствующих.

– Простите я… Мне не стоило портить вам праздник, я просто…

Серго показал рукой «Стоп» и начал говорить.

– Если тебя это беспокоило, то ты мог сказать об этом мне. Если у тебя затруднительная ситуация, то я мог бы отдать тебе безвозмездно часть денег или столько, сколько тебе нужно.

– Серго я… У меня есть деньги… Просто я не могу их все переслать. Вы же знаете, что большие начисления вызывают вопросы у правоохранительных органов и налоговой, а я не хочу, чтобы родители ещё и с этим мучались. Но это не то, о чём я беспокоюсь. Я боюсь, что не успею и когда я приеду, то место в очереди на лечение займёт кто-то другой, у кого есть деньги.

– У меня есть знакомые, которые могли бы перевести необходимую тебе сумму без лишних подозрений. У них своя фирма и они могут оформить все по закону. Они проверенные люди и знают, что любую задолженность я возвращаю до последней оговорённой валюты.

– Сэр я… Я не знал, что у вас есть такие знакомые. Я думал, что… Что…

– Что мы бывшие фанатики, защитники свободной Дрипростровской автономии? – Спросил Толя. – Было дело, защищали с Серёгой наших соседей и друзей от Младодовцев. А друзья у нас с той войны остались и они не последние по значимости и важности не только для нас, но и для всей области, где живут. Они нам могут помочь и за так просто потому, что тогда в одном доме отстреливались. Мы с ними – боевые братья.

– И ты наш боевой брат, – Сказал Серго, всматриваясь в глаза Никиты. – После всего того, что мы пережили ты для нас не просто сослуживец. Ты – наш боевой брат. Твоя проблема – наша проблема.

– Твоя беда – наша беда, – Продолжил Толя и налил в стакан из фляги алкоголь.

– Если тебя что-то тревожит, то скажи нам об этом, мы поможем.

– Да. Я могу отдать тебе часть своих денег, если надо. Просто так. А не хватит – могу отдать все, – Спокойно сказал Толик и выпил стакан до дна.

– Я тоже могу дать тебе столько, сколько нужно, – Серго посмотрел на часы. – Сейчас полвосьмого, значит, там пока что ещё семь. Можно позвонить им. Если ты дашь мне реквизиты твоих родителей, то наши друзья переведут тебе недостающую сумму.

– Сэр… Братцы… Да как же… Да у вас денег же не останется?! Разве вы за это тут сражались? – Опешил от предложений товарищей Никита, раскрыв глаза так широко, как только он мог.

– Бабки, бабки… Деньги – это бумажка, ей при желании и подтереться не зазорно. А вот оставить боевого товарища в беде – вот что жалко и стыдно на самом деле! Захотим – контракт продлим и ещё заработаем. А так, вообще не жалко, если знаю на что, и кому идёт. Товарищу в беде помочь – никаких денег не жалко, – Сказал Толя и потянулся к галетам.

Когда он достал заветную хрустяшку, боец посмотрел на Колю, что задумался и глядел в потолок.

– Что это с тобой? Я тебя таким сконцентрированным даже на туалете не видел, – Усмехнулся Толик.

– Полвосьмого… Полвосьмого… А какой сегодня день недели? – Вдруг спросил Коля.

– Пятница, – Ответил Виктор, поедая очередной галет с сыром.

Коля вскочил как бешеный, и приковал к себе всеобщее внимание.

– Как пятинца?! Так сегодня же арена! Быстрее пойдёмте, мы ещё можем успеть! Они до девяти ещё только народ собирают! Живее, живее! – Подгонял он, подбегая к своему ярусу двухэтажной кровати и быстро забрав М4 со шлемом и бронежилетом. – Ну что вы встали?! Шнеля, Шнеля! – Продолжал он, на ходу надевая жилет и застёгивая липучки под панелью на животе.

Все побросали еду на столе и подбежали к кроватям. Каждый забрал свой жилет, шлем и оружие, кто-то взял рюкзак, а другие застёгивали кобуру на бедре, как Настя и Серго. Через минуту все уже были готовы и выбежали из комнаты общежития, помчавшись на арену, которая, как всегда, обещала бессмысленное насилие ради увеселения головорезов ОНТ.

– Сэр? Разрешите войти? – В дверь кабинета постучался боец с наушниками на шее.

– Входите, – Равнодушно ответил советник тактического штаба от батальона «Отзыв» бригады «Славяне».

К обшарпанному столу из красного дерева подошёл связист, держа в руках какую-то папку. Ожидая разрешения говорить, боец ОНТ наблюдал за советником. Тот при освещении лампы с мраморной стойкой и зелёным стёклышком, закрывающим её сверху, разглядывал тактическую карту обстановки. На ней то и дело мелькали разноцветные стрелки разных размеров, линии со штрихами, кружки и различные цифры с буквами, означающими те или иные объекты. Наконец, советник сделал какие-то пометки на карте карандашом и посмотрел на связиста.

– Говори, – Сказал начальник, усаживаясь на потрёпанное чёрное кожаное кресло и доставая из кителя пиксельного цвета пачку сигарет с зажигалкой.

– Сегодня состоится новый бой на арене, – С долей робости, но стараясь сохранить уверенность, сказал связист.

– И что мне-то с того? – Поджигая сигарету равнодушно ответил советник. Он сделал затяжку и зачесал тёмные коротко стриженные волосы назад.

– Требуется утвердить список участников.

– Почему этим должен заниматься я? Моё дело – тактическая обстановка и личный контроль за батальоном «Отзыв».

– Советник от батальона «Крик» уехал в пункт постоянной дислокации батальона, а советники других бригад не имеют права без особых полномочий согласовывать списки на арену, если это касается другой бригады.

– Чёртова бюрократия, и здесь она… – Советник тяжело выдохнул, выпуская дым сигареты. – Ладно, зачитай вслух, кто должен участвовать.

Помощник достал листок А4 и прокашлялся.

– Кхм-кхм. «Список участников на арене от 16 сентября 2025 года. Пленённые: разведчики «Патриотов» – 3 человека. Диверсанты «Патриотов» – 2 человека. Всего «Патриотов» – 5 человек. Подпись, разрешающая использовать пленных: Начальник лагеря пленных помощник командира бригады «Крик»: Евгеньев Пётр Сергеевич. Мародёры – 2 человека. Всего Мародёров – 2 человека. Подпись, разрешающая использовать пленных: Начальник лагеря пленных помощник командира батальона «Крик»: Евгеньев Пётр Сергеевич.

Наёмники: от батальона «Крик» – 1 человек»…

– Что за человек? – Перебил его советник.

– Халатность при исполнении должностных обязанностей. Поручил выполнение своей задачи вольному наёмнику, из-за чего, предположительно, погибли два наших бойца.

– Доказано ли что именно из-за его действий они погибли?

– Нет, но это единственная версия произошедшего. Его хотели депортировать, но он сказал, что хочет остаться на службе.

– Ладно, чёрт с ним. Подпись есть? Отлично, продолжай.

– «…От батальона «Алмавт» – 4 человека. Причина: распространение наркотиков». Это те самые четверо, что продавали наркотические вещества из лабораторий через их работников. Содержатся на домашнем аресте до вынесения приговора под охраной в общежитии при клубе. Сегодня им дали выбор: депортация или арена. Они выбрали арену.

– Ответственный за них уже расписался?

– Да, «Подпись, разрешающая использовать провинившихся наёмников батальона: Заместитель командира батальона «Алмавт»: Абдэль Ибн Халиф».

– Хорошо, есть ещё кто или мне только за «Криковца» расписаться?

– Да, есть ещё одна. «Задержанные: 1 человек. Всего 1 человек».

– Что ещё за задержанный? – Советник подался вперёд и положил руки на стол, скрестив их подмышками.

– Сегодня поймали двух местных: проводница и вольный наёмник. Проводницу опознали несколько лидеров отрядов, что выходили на рейды. Они сказали, что она лично их сопровождала при исполнении боевых задач из лагеря «Футбольный» по острову и даже на северной земле. Зарекомендовала себя среди них как надёжный проводник, который качественно выполняет свою работу. В связях с «Патриотами» не заподозрена, лидеры отрядов также отмечали, что она аполитична в вопросе отношений «Патриотов» и ОНТ и больше симпатизирует организации. Просилась к нам. Приказали взять на испытательный срок в связи с чрезвычайно полезными навыками.

– Ну, это мы ещё посмотрим, кто она такая. А что за вольный наёмник?

– Молодой парень, лет шестнадцати. В протоколе сказано, что он работал сам по себе долгое время и в городе с самого начала войны, как и проводница. С его помощью вскрылся факт халатности со стороны наёмников ОНТ.

– Это он выполнял «халатность» того «Криковца»?

– Да, вольный наёмник продемонстрировал нам личные идентификационные карточки посланных бойцов ОНТ в лабораторию. Пленник утверждает, что нашёл их у трупов, что встречали разведчика, который не так давно сбежал при штурме убежища войсковой разведки на нашей территории.

– Хм… – Советник призадумался и посмотрел в потолок, сложив кулак в кулак, – А известно ли конкретное или хотя бы приблизительное время, когда была потеряна связь с рейдовой группой?

– К сожалению, нет, – Связист поправил пару листков в файле. – Связь с группой прекратилась сразу после того, как они перешли на остров. Похоже на работу глушилки или другого подобного устройства.

– Хм… Если всё действительно так… То получается, что разведчик передаёт своему прикрытию о раскрытии точки сбора… Тем временем рейдовая группа заходит на остров… И его начинают глушить до того момента, пока они не спасут своего… Вот откуда появились те двое с карточками…

– Простите? – Связист не совсем понял логику рассуждений.

– Ты хреново слышишь? Я говорю, что мы раскрыли точку разведчиков, один из них уцелел. Он бежит на остров, чтобы спастись, и сообщает об этом своим. Группа прикрытия или ближайший к нему отряд начинает глушить остров или конкретную его часть, и мы теряем связь с рейдовой группой. После этого часть отряда уничтожают и сами они отходят, чтобы встретить своего. Тут появляется вольный наёмник и всех валит. Теперь понятно?

– Да, советник тактического штаба.

– Одно только мне не ясно… Почему не убили всех? И как они смогли заполучить карточки?..Кстати, каков статус группы? Её удалось найти?

– Никак нет, советник. Группа до сих пор не вернулась и не выходит на связь. Завтра отправляем ещё один отряд на поиск. Полагаю, советник, их, возможно, всех убили. Перестрелка вполне могла произойти в каком-то закоулке, где разведчики навязали невыгодные условия и уничтожили отряд. Это видится мне самым логичным вариантом, почему группа не вернулась и откуда у тех разведчиков карточки.

–Мда-а-а-а… – Многозначительно протянул советник, запрокинув голову и выпустив дым сигареты. – Слишком много белых пятен в этой истории получилось… Ну да ладно, мы с тобой отвлеклись, давай быстрее с этим покончим. Кстати, про вольного наёмника: из-за него сегодня с совещания сбежал советник от «Крика»?

– Похоже на то. Подпись за него тоже нужна ввиду того, что он не пленный и желает присоединиться к организации. Его велели бросить на арену и если выживет взять.

– Почему за него не распишутся другие?

– Он славянин, поэтому в случае успеха его могут направить в батальон «Крик» или «Отзыв».

– Ладно, давай сюда, – Советник взял бумажку и поставил на ней роспись. – Теперь ещё и с улицы шпану набирают… Такими темпами женщинами с детьми воевать будем, чёрт бы их разодрал. Всё, свободен.

Связист взял документ, положил его в файлик и вышел из кабинета. Советник снова склонился над картой и начал оценивать обстановку, решая, какие участки южной земли наиболее уязвимы для диверсантов и где необходимо проложить ещё один маршрут патрулирования.

Машина ревела мотором. Влада то и дело подбрасывало вверх-вниз на кочках и катало по кузову из стороны в сторону на поворотах. Воздух стал ещё более холодным, а из-за мешка на голове всё, что можно было разглядеть – лишь кромешную темноту. С того момента, как наёмника вывели из камеры, и бросили в машину, прошло будто несколько дней.

– «Что с Катей?» – Думал про себя Влад, лёжа на металле – «Лишь бы с ней всё было хорошо. Будет не очень, если мы оба погибнем здесь, а так хоть один из нас выживет. Уже не так обидно».

Мысли об арене больше не беспокоили Влада. Он смирился с тем, что этого не избежать и лучше всего действовать по мере поступление проблем. Не было дрожи, не было прерывистого дыхания. Только обречённое спокойствие, будто это какое-то рутинное задание, хоть Влад и не любил машины. Почему-то его не впечатлили это несущиеся по улицам без страха железные кони, что в мгновение ока перемещают тебя из точки А в точку Б. Наоборот, Влад старался обходить их стороной и без необходимости не садится, так как они создают много шума. Слишком много шума. В такой войне, как эта, победит незаметный, приземистый. Тот, что прижмётся к земле и прицелиться в незадачливого противника, который идёт в полный рост или хотя бы не пригибается. Резкий поворот влево. Влада кидает в сторону, только теперь он не встречает ноги конвоиров, а знакомится с чем-то железным. Понять, во что именно наёмник влетел было трудно, зато сразу же заныл затылок и заболела шея. Из машины кто-то вышел, хлопнули двери, затем открылись у Влада.

– Вытаскивай его! – Скомандовал старший и наёмника схватили за ногу и выбросили на землю. Снова неприятный удар спиной об асфальт.

– Орки тупорылые, ему биться сейчас! Если с ним что-то случится или он кость какую себе сломает, то за него драться будете! Кретины! – Ругал конвоиров всё тот же старший. Влада подняли под локти, поставили и уже пошли вперёд, как вдруг конвоиры застыли на месте.

– Подожди! – Мешок резко стянули с головы.

Наёмник увидел перед собой укрепления из мешков с песком и колючей проволоки. С двух сторон был ряд жилых домов, справа, совсем рядом перекрёсток, а слева какая-то церковь с разноцветными куполами, похоже, местная достопримечательность. Влад посмотрел на небо.

– «Серое… Тёмно-серое», – Подумал он про себя.

– Всё, налюбовался и пошли! Это тебе вместо последнего желания.

Влада толкнули в спину, и он пошёл в узкий проход между колючей проволокой под два метра высотой. Пройдя её, наёмник увидел слева какое-то укрепления из песка, где было три бойца ОНТ: один из них стоял за стационарным крупнокалиберным пулемётом, двое дежурили неподалёку и курили. С правой стороны от Влада был небольшой столик, где во что-то играли четыре головореза, а пятый с автоматом медленно ходил из стороны в сторону.

Скрипнула железная дверь. Внутри была подвешенная лампочка, что давала белый свет и лестница куда-то в глубину. Влад снова почувствовал удар около лопатки и пошёл дальше. Бетонные стены, тусклое освещение и внизу в небольшой тени виднеется ещё проход. Один боец ОНТ оттолкнул наёмника и открыл дверь, все зашли внутрь. Большая комната, где обе стороны были в таких же укреплениях из мешков с песком. Слева из небольшого окошка фортификации торчал ручной пулемёт. Из-за укрепления вышел боец в чёрной балаклаве с вырезом для глаз, М4 на груди и оливковым бронежилетом, который закрывал пах, плечи и как шорты огибал бёдра.

– Кого притащили? – Слегка наглым голосом спросил охранник.

– На арену участника, – Сказал старший, выйдя перед Владом в серой куртке и чёрной разгрузке-жилете.

– Эх, жаль, что я здесь буду, пока его там разрывают, – С сожалением ответил защитник и опустил голову, но через несколько секунд снова поднял взгляд на старшего. – Народу в клубе пока немного, все собираются на зрительные места, так что нет необходимости тащиться по коридорам.

– Хорошо. Эй, гоблины-недомерки! – Сказал старший, посмотрев на конвоиров позади Влада. Лицо командира отряда было усеяно в ямках, а на лбу было какое-то красноватое пятно. – Следите за ним в оба: попытается сбежать в клубе – разрешаю стрелять по коленям. Его проблемы, если не сможет биться на ногах, пусть на руках бегает или ползает. Пошли!

Старший прошёл вперёд и вошёл внутрь, следом пихнули Влада. Внутри ещё один коридор, но короче предыдущего. Пол из тёмного ковролина, стены покрашены в чёрный, да и в целом тут было поярче: длинная лампа освещает всё пространство. И самое странное: музыка. За несколько шагов вперёд она усилилась и с приближением становилась всё громче и громче. Сначала было слышно просто мелодию, затем сла́бо можно было разобрать голос, а когда открылась дверь, весь звук резко вывалился как вода в дом при цунами. Что-то оглушительно играло внутри. Бойцы ОНТ перешли на жесты. Старший рукой показал «Заходим» и все очутились в клубе. Внутри была небольшая лестница, ведущая вниз, на танцпол. Где-то около десятка человек танцевали, их силуэты то пропадали в темноте, то освещались разноцветным свечением от каких-то установок для эффектов. По бокам танцпола где-то метра на два возвышалась зона отдыха со столиками и мягкими диванчиками. Огибая танцпол с трёх сторон, образовывался колодец. Кто-то из «танцоров» пошёл влево от Влада и наёмник увидел небольшой бар под зоной отдыха. Какой-то наглый девичий голос запел, и Влад смог разобрать обрывки фраз:

– «Это не сон, а жизнь… Хотел любви, а получил удар под дых… Жил мечтами, а задушили своими же кишками…», узнать , чём пелось дальше было трудно, из-за обилия мата и стонов.

– «Это… Это… Что?» – Влад буквально потерял дар речи.

Он давно такого не видел и не помнил, видел ли он такое вообще. Наёмник чувствовал, как глаза неосознанно начинают выкатываться из орбит, а рот приоткрываться. Снова толчок и Влада ведут по левой стороне зоны отдыха, огороженной невысокими перилами. Преодолев танцпол, группа зашла в ещё один коридор, но цвет в нём было красно-фиолетовым, а по бокам закреплены алые закрытые ширмы. Из каких-то раздавались непонятные наречия и возбуждённые голоса, а из других звучало томное ритмичное дыхание. Старший показал жестом «Ускориться» и группа пошла быстрее, преодолевая этот «коридор ласк». Снова дверь, но внутри оказалось ещё одно комнатное укрепление с теми же мешками и вооружённой охраной. Около семи бойцов ОНТ стояли по разные стороны от конвоиров. Музыка утихла после того, как закрыли дверь позади.

– На арену? – Спросил главарь охранников, щёлкнув переводчиком огня на штурмовой винтовке.

– Да, один участник. Этот, – Не поворачиваясь сказал старший и показал больши́м пальцем на Влада.

– Хорошо, по двери позади меня. Там лестница, наверху маленькая комнатка, бросьте его туда. Я его сам проинструктирую, – Старший охранников подозвал двух подчинённых, открыл дверь позади себя и впустил группу. Ещё одна лестница с тусклым освещением, но теперь наверх.

– «Что… Что здесь происходит?» – Раздумья о том, что он видел, не оставляли его в покое. Складывалось впечатление, будто здесь – совсем иной мир. Тут не думают, как выжить, что есть, где прятаться. Здесь все всё знают: распорядок, кто и зачем что должен делать. Влад неожиданно для себя пришёл к мысли, которая вертелась на языке, но он не мог её вспомнить до этого момента.

– «Здесь – всё под контролем».

Опять поток мыслей прервал удар в спину, похоже, тут любили лупить пленников, если таковые попадали в руки. Наёмник оказался в небольшой тусклой комнатке с деревянным стулом в центре.

– Оставьте его здесь, мы им займёмся, – Сказал главарь охранников.

– Это его, – Ответил старший, и что-то звякнуло металлом, конвоиры вышли и закрыли за собой дверь.

– Ладно, сосунок, – Сказал главнюк охраны ОНТ. – Слушай меня внимательно, если хочется пожить подольше: мы расстёгиваем тебе руки, а ты снимаешь с себя всю защиту – Броник, каска, "уши", всё, что не является одеждой. Вздумаешь бежать – яйца отстрелю. Будешь паинькой – поживёшь подольше и даже может, в тишине. Яр! – Резко обратился к подчинённому он. – Разрезать хомуты! Клим! Пленника на прицел – поражение по паху, – Боец ОНТ встал рядом с командиром и вскинул М4.

Серая балаклава, чёрная куртка, плитоносец на груди с несколькими магазинами. Взгляд. В меру холодный, но готовый выстрелить без команды хоть сейчас. Влад почувствовал трение в районе рук и кисти резко освободились. Наёмник потёр место, где секунду назад были хомуты, и увидел, что охранник наклонился над прицелом.

– «Хочет выстрелить», – Сделал вывод Влад. – «Что ж… Не в первый раз мне угрожают. Надо делать, как скажут».

Наёмник снял шлем с наушниками и положил их перед собой. Расстегнул жилет с набедренными подсумками и кобурой, потом поднял панель на животе и сорвал боковые липучки. Бронежилет стал свисать с груди, упираясь в шею, и Влад снял защиту, кладя её перед собой. Закончив раздеваться, он поднял руки вверх.

– Могу я оставить нож? – Без агрессии спросил Влад.

Старший подтянул к себе бронежилет, посмотрел на плечо и вынул финку, рассматривая её в руках.

– Оставлю его тебе, когда уйду. А сейчас – в угол, – Он показал на тёмный угол справа от себя.

Наёмник послушно выполнил, что ему было сказано и сел там с поднятыми руками.

– Яр! Забрать снаряжение! Клим! Держать на прицеле! – Бойцы ОНТ стали копошиться в обмундировании, хорошо было слышно трение жёсткой ткани о ткань и постукивание пластмассовых фастексов. Грохнула железная дверь, шаги начали удаляться.

– Это тебе на случай если струсишь, – Раздался скрежет, как при вынимании магазина и щелчок затвора с характе́рным лязгом. О пол что-то ударилось и громыхнули несколько металлических стуков.

– Когда услышишь, «Ворота номер один» выходи, это ты. Не выйдешь – будешь здесь сидеть пока не сдохнешь с голоду, – Двери закрылись и замочная скважина несколько раз повернулась.

Влад остался один. Он встал и обернулся. На полу лежал АПС, финка и единственный патрон. Наёмник взял пистолет и пулю.

– Я уже думал, что никогда больше тебя не увижу, – Влад аккуратно протёр "Стечкина", словно залечивал его ссадины, и вставил патрон в отверстие для вылета гильз, после чего оттянул верхнюю часть и затвор встал на место. Пуля зашла в ствол. АПС снова был готов к стрельбе. Поставив "Стечкин" на предохранитель и спрятав его под куртку за ремень, наёмник взял финку и положил её в карман. Сейчас оставалось только одно – ожидать. Это всё, что можно было сделать.

Из дрёмы Влада вырвал громкий как взрыв голос. Наёмник протёр глаза и начал вслушиваться.

– Дамы и господа! – После этого оратор несколько раз повторил это приветствие на других языках. – Сегодня мы собрались с вами, чтобы посмотреть на то, как отродье с северных земель, жалкие «Патриотишки» и солдаты ОНТ, которые решили, что они выше всяких законов, убивают друг друга за право выжить! – Снова дублирование на нескольких языках. – Так не будем долго разводить демагогию и сразу приступим к мясорубке! С «Четвёртых ворот» у нас мародёры! Эти тупицы решили перейти через мост и тут же были схвачены за задницу, как пьяные девятиклассницы на выпускном! – Дублирование, – С «Третьих ворот» у нас «Патриотишки», которые решили, что они могут победить целое ОНТ! Эти придурки попались во время своей вылазки и были так трусливы, что даже не дали боя, а сразу сдались! – Вновь дублирование. – Со «Вторых ворот» – Наёмник ОНТ из бригады «Крик». Во время ответственного задания переложил обязанности на другого человека, из-за чего погибли наши соратники. Помните – ваша миссия должна быть выполнена вами, иначе будете на месте этого идиота! – Снова дубляж. – И последний участник – «Первые ворота»! Вольный наёмник, который решил, что достаточно хорош для нас – ОНТ. Прав ли он или его череп будет размазан по траве? Узнаем сейчас! – Дубляж. – Итак, снайперы на месте, зрители готовы, начнём! Три, два, Один! – Дверь наружу пискнула и открылась. Влад проверил пистолет, достал финку и не спеша вышел.

– «Ладно, вспомни то, чему тебя учили, когда ты был с этими недомерками и замочи сначала их».

На улице был внутренний дворик, полностью покрытый травой. В нём было четыре металлические пирамиды с человеческий рост. Похоже, что это здесь как укрытие. Вокруг двора жилые здания, что нависли над "полем боя". Из окон то и дело доносились различные вопли, скорее всего, хотели смерти и крови. Из других таких же дверей начали выходи́ть остальные участники: слева «Патриоты», справа мародёры, напротив боец ОНТ. Сразу было видно, что «Патриоты» распределяют цели, мародёры переговариваются, а головорез неуверенно поднял биту с чем-то похожим на шипы.

– МОЧИТЕ ДРУГ ДРУГА! – С долей насмешки прокричал комментатор.

Все рванули с мест. Три «Патриота» побежали к мародёрам, один на ОНТ`шника, другой на Влада.

– «Ну, понеслась», – Наёмник перехватил финку для удара спереди и побежал на «Патриота». Боец в горке, балаклаве и берцах держал металлическую трубу.

Замах, Влад проскользнул под ним и воткнул финку в бедро. "Горка" выронил трубу, и наёмник тут же ударил ему по колену сзади, тот упал. Влад мгновенно обхватил его подбородок, наклонил голову в бок и вонзил нож в шею. «Патриот» беспомощно бил по руке наёмника, но через несколько секунд обмяк и Влад отпустил его, оставив истекать.

Быстрый взгляд: мародёров уже замочили, две «Горки» мутузили лежащих бандитов, размазывая их головы по траве. Вдруг третий, что стоял позади, держась за плечо, показал на Влада. Двое переключились и увидели мёртвого товарища и наёмника рядом. Озверев, они побежали на него. Один с дрыном, второй с металлической трубой. Сначала ударил боец с деревяхой, Влад ушёл в сторону, дрын влетел в землю. Быстрый удар ногой по колену и «Патриот» вскрикнул, упав на здоровое колено. Тут же в миллиметре от лица пролетела труба. Наёмник сделал шаг назад, боец со звериным оскалом и красными злобными глазками хотел сейчас же вцепиться в парня. Влад сделал выпад вперёд, и финка вошла прямо в глаз «Горке». Наёмник резко схватил дружинника за шею и притянул к себе, нож вошёл по самую рукоять. Нечеловеческий крик вырвался из «Патриота». Влад лезвием месил глаз, как консерву и через пару мгновений остатки вытекли на землю. Наёмник отбросил от себя «Горку», тот упал на спину, вереща и держась за место, где раньше был глаз.

Вдруг встал «Дрынщик». Хромая на одну ногу, он попытался с разбега ударить наёмника. Из-за раненого колена разбежаться не удалось, зато это мог Влад. Резким выпадом наёмник влетел с двух ног во второе колено, выбив его в другую сторону. "Дрынщик" заорал и повалился на Влада. Наёмник жёстко схватил «Патриота» за волосы, прижал к себе и начал колошматить его шею финкой.

– Сдохни. Тупая. Мразь! – Говорил Влад, закалывая бойца как свинью.

Через несколько секунд наёмник сбросил с себя «Горку». Тот лежал без движения, зато не переставал верещать одноглазый. Резкий удар в грудь и нож снова по рукоять в крови. Влад вытащил финку, «Патриот» начал прерывисто кашлять, а после и вовсе задыхаться.

– Пневмоторакс, тварь, – Утерев слюни бешенства изо рта, сказал наёмник.

Поодаль от него всё ещё стояла третья «Горка». Она не решалась напасть и потихоньку пятилась назад. Слева от Влада стоял головорез ОНТ. Перед ним лежал забитый до смерти «Патриот». Бойня перешла в выжидающую фазу. Из оставшихся трёх никто не решался напасть. Публика была в восторге, из окон то и дело вперемешку звучали какие-то возгласы с одобрительной интонацией. Все хотели ещё крови. Но никто не осмеливался продолжить.

– Что ж, – начал комментатор. – Похоже, у нас тут намечается дуэль. Уважаемый снайпер, уберите «Патриотопятствие»! – После этой фразы он рассмеялся со своей шутки и незамедлительно раздался выстрел.

Последняя «Горка» упала на землю без движения. Остался только вольный наёмник и наёмник ОНТ.

– Интересная схватка разоварчивается на наших глаза: наёмник против наёмника! Какая школа лучше? ОНТ или вольный стиль? – Не умолкал комментатор, дублируя каждую фразу.

Влад медленно пошёл к бойцу ОНТ, тот пошёл навстречу наёмнику. Они остановились в нескольких метрах друг от друга.

– Кто ты, мать твою такой? – Спросил ОНТшник.

– Это неважно, – Спокойно ответил Влад.

– Я тебя помню: ты взял мой заказ. Что тебе здесь нужно?

– Это тебя не касается. На твоём месте я бы лучше подумал, как выжить.

– Знаешь, а я считаю, что ты не выживешь. Ты всего лишь вольное чмо, а я – Хорошо подготовленный наёмник ОНТ. Таких, как ты мы давно уже с землёй сравняли.

– Правда? – Сказал Влад, не впечатлённый понтами. – Так может, покажешь? А то я не вижу где здесь наёмник ОНТ.

Не стерпев оскорбления, боец замахнулся битой с шипами и нанёс удар сбоку, Влад отскочил назад. Как только бита оказалась вместе с руками за плечом понтореза, наёмник резким выпадом приблизился к ОНТ`шнику и прижал его руки к шее, не давая выбраться. Влад начал колоть бойца финкой в живот удар за ударом. Сначала понторез вскрикнул, потом с каждым ударом крик становился всё тише и тише, пока не перешёл в измождённый хрип. Из-за потери крови ОНТ`шник пошатнулся назад и упал замертво, из живота растекалось огромное пятно, сползающее на штаны и дотекающее до колен.

– Выпендрёжник, – Влад вытер финку о сухую часть куртки бойца.

Убрав клинок в карман, наёмник встал и взглянул на окна вокруг. Толпа была вне себя от представления. Не столько от приёмов, сколько от количества крови и боли. Это то, что приводило их в восторг.

– Что ж, вольный показал как он умеет не только кусаться, но и вырывать кусок мяса! Но сможет ли он пройти финал? Специально для вас, мои дорогие, ОНТ организует дополнительный раунд! – Крик радости не смог перебить даже дубляж.

– Что? Какого хрена? – Влад был не в восторге от всего этого.

– Эй, придурок! – Послышалось из дверей, откуда вышел наёмник. – Лови! – Во Влада прилетела какая-то странная ручка.

Взяв её в руки, наёмник увидел, что это шприц. Без маркировок, только какие-то странные надписи, похожие на кодовое название. Ни показаний к применению, ни инструкций. Только две небрежные надписи чёрным на белом.

– "Вколи себе, если хочешь жить!"

Наёмник нажал на две кнопки по бокам шприца, и защитный колпачок слетел, обнажив короткую иголку.

– «Ладно… Если мне дали это… Значит, на то есть причины… Чёрт, лишь бы не наркотик», – От незнания что за противник будет дальше, Влад вколол себе в бедро содержимое шприца и выкинул его.

Голова закружилась, желудок начало выворачивать, но поскольку Влад ничего не ел, его вырвало то ли кислотой, то ли ещё чем-то естественным для желудка. Тело пронзил холод и озноб, поднялись мурашки. Наёмник упал на четвереньки и завалился набок. Вдруг в сознание начали просачиваться какие-то обрывки воспоминаний.

– «Запомните: не существует грязных приёмов – есть только желание выжить!» – Процитировал умудрённый опытом голос

– То-то… Товарищ и-и-и… Инстру… – Задыхаясь, говорил Влад с голосом в голове.

– «Кто убьёт больше всех этих засранцев, тот и получает дополнительный десерт в столовой!» – Раздался молодой голос.

– Ан… Ан… Анто… – Продолжал наёмник.

– «Наше дело – правое! Каждая смерть врага – это ещё один шаг на пути к победе! Чем больше врагов родины вы убьёте, тем быстрее будет наша победа и мирное небо над головой!» – Агитировал убеждённый голос.

– По… Полит… Политру… – Вдруг боль сковала тело.

Наёмник неестественно выгнулся, и зубы вцепились в нижнюю губу. Мысли улетучились, в голове возник какой-то черно-красный туман. Он что-то шептал и чем дольше это продолжалось, тем громче и отчетлевее он становился. В какой-то момент голос полностью захватил разум Влада и вся агония и болезненное состояние постепенно начало проходить.

– Чёрт, что это с ним? – Спросил у товарищей Никита, не видивший раньше ничего подобного.

Виктор наклонился к окну и попытался всмотреться в то, что было рядом с бойцом арены.

– Не знаю, но это странно, – Сказал Сергей. – Почему второй раунд? Он же всех победил. Разве такое раньше бывало? А, Настя? – Лидер отряда заинтересованно посмотрел на своего марксмана.

– Нет, я не помню, чтобы давали больше двух раундов, – Отвечала она. – Раньше бой мог идти на огнестрельном оружии в составе команд и так определяли победителей арены среди других претендентов, но чтобы два раунда подряд… Нет, такого точно не было.

– Да ладно, вам ребята! Больше крови – больше веселья! Пусть мочат друг друга! – Коля был воодушевлён зрелищем.

– На их месте мог быть ты, так-то, – Парировал Толик.

– Но я же не на их месте? Так, значит могу и буду требовать больше крови. Давай, паренёк! Покажи ещё пару красочных приёмов! – Веселился Коля, желая продолжение.

Виктор внимательно изучал то, как корчился «гладиатор».

– «Кто же ты такой?», – Думал он про себя, не отворачиваясь от кровавого зрелища.

Мысли Влада улетучились, не было страха, не было сомнений. Он знал, что кто бы сейчас ни вышел цель у него одна – убить. Наёмник достал АПС, посмотрел в затвор, патрон на месте. Пистолет оказался в правой руке, финка застыла в левой и держалась под рукоятью "Стечкина". Влад сел за пирамиду позади себя и начал ждать противника.

– Итак, уважаемые наёмники и наёмницы. Помните анекдот про Вестокского продавца специй, который торговал наркотиками, а полиции говорил, что просто даёт растениям настояться под солнцем, вот они такими забористыми и получаются и полиция начала высушивать бедные цветочки под солнцем днями и ночами? Ну так вот, вы поняли, о ком я говорю! Да-да, ребята из батальона «Алмавт» точно знают, о ком я говорю. Это те самые четыре наёмника, что заделались барыгами и решили разложить нашу организацию. За такую дерзость их хотели депортировать, но дали шанс остаться в ОНТ и сегодня они в полном составе бьются против нашего героя! Посмотрим, хватит ли их навыков для того, чтобы выжить? – Затем комментатор дублировал свою речь ещё несколько раз, а Влад спокойно вслушивался в металлический стук, чтобы определить направление противника. Наконец, речь закончилась.

– Итак, начнём! Три, два, один! Понеслась! – Из двери напротив Влада в арафатке и плитоносце выбежал боец ОНТ на ходу открыв огонь.

Выстрел. Пуля тут же попала в шею вестокцу, и тот начал захлёбываться в своей же крови, сев на колени. Позади него выскочили ещё трое в арафатках с плитоносцами и открыли огонь на подавление. Влад спрятался за пирамидой. Пистолет пустой и вольный убрал его в карман. Послышались крики на непонятном наречии. Прижавшись к земле, наёмник увидел, что захлёбывающегося оттаскивают за укрытие, один меняет магазин, второй держит на прицеле пирамиду. Автомат раненого остался лежать на том же месте. Резкий подъём и наёмник бежит до пирамиды спереди. Автомат затрещал. Пули пролетали рядом с Владом, но наёмник подпрыгнул и ловко перекатился за укрытие.

– «М4…Хоть бы Калаш взяли», – Сказал вольный, вытащив пустой пистолет и нож.

Снова мясо загалдело, спешно выплёвывая слова. Они были за пирамидой справа от Влада. Сделав быстрый вдох и выдох, наёмник встал и увидел вестокса, меняющего магазин. Пистолет тут же полетел в ОНТ`шника и угодил ему прямо в пах. Тот выронил обойму и схватился руками между ног. Как гепард в несколько прыжков Влад оказался рядом с автоматом. Из-за пирамиды высунулся второй боец, и в него полетела финка. Жертва спряталась, громко вскрикнув. Наёмник сделал кувырок и схватил винтовку. Завершив оборот, он тут же прицелился в уходящего за пирамиду вестокца, по которому прилетел пистолет. Короткая очередь и мясо упало замертво. Снова из-за укрытия высунулся гадёныш ОНТ. Наёмник пустил в него пару одиночных, и мясо спряталось.

– "Ну всё, вы меня достали!" – Процедил про себя наёмник.

Он вскочил и побежал в сторону жертв. ОНТ`шники выкинули гранату. Влад живо среагировал и мгновенно сократил дистанцию. Высунулось дуло автомата, и началась стрельба вслепую. Наёмник отскочил в бок и упал прямо перед пирамидой с другой стороны от мяса. Резким движением Влад разогнался и оказался на верхушке. Прыжок и он приземлился прямо перед жертвами. Взрыв, осколки разлетелись по всему двору, но никого не задели. Влад бросил взгляд и увидел два удивлённых лица в арафатках и одного с пробитым горлом. Наёмник вцепился в цеьве М4 и зажал спуск, пока магазин не опустел. Один гадёныш попытался выстрелить, но только он поднял автомат, как очередь прибила его к пирамиде. Когда патроны закончились все трое лежали, забрызгав металл и траву кровью.

У одного черепная коробка была пробита как от удара кувалдой. Влад выбросил автомат и подобрал другой, что лежал рядом с раненым в горло. Дёрнул затвор назад и снова выпустил очередь, пока магазин не опустел. Теперь гадёныши точно не встанут, даже если они притворялись мёртвыми. Влад покопался у жмура в подсумке и достал два магазина: один тут же поменял, а второй положил в куртку. Рядом с отстреливающимся валялась финка, которую наёмник тут же подобрал. Поняв, что все сдохли, Влад пошёл искать АПС. Он лежал на том же месте, где был минуту назад боец ОНТ. Аккуратно подобрав и положив пистолет в карман, он вышел в центр арены.

Влад стоял неподвижно, медленно и размеренно он постукивал по затворной раме М4, ожидая, что будет дальше. Хотелось ещё кого-то убить, но больше никого не было. Поэтому Влад ждал, когда ему дадут ещё «свежего корма». Он теперь был готов убить и восемь, и двенадцать человек. Поэтому он ждал, что будет дальше. Публика была в восхищении и тоже жаждала продолжения кровавой бани.

– Что ж… Это было неожиданно, но… – Комментатор ненадолго замолк. – Поприветствуем… Нового члена ОНТ! – Зрители продолжали неистово кричать от кровавого зрелища и всем было плевать, что с «гладиатором». Он устроил им представление, которого они хотели и головорезы его получили.

– Товарищ секретарь, – Спокойно обратился глава ОНТ, глядя на ожидающего подопытного. Командующий стоял, вытянувшись, как по стойке смирно, держа руки за спиной. Чёрный китель с вышитыми жёлтыми символами на рукаве выделялись из темноты. – Запишите в протоколе исследования: «Препарат «Х003» модификации «Н» испытание прошёл успешно. Выявленные особенности: повышенная кровожадность, вызванная отсутствием инстинкта самосохранения. Улучшена координация действий и тактическое мышление. Негативные эффекты: при применении проявляются судороги, рвота, оцепенение и боль, которая выражается в неестественных позах. Требуется доработка.

Общая оценка: положительная, но необходимо продолжать исследования». Вы все записали? – Он через плечо посмотрел на записывающего помощника в чёрном кителе с жёлтыми нашивками по бокам и чёрной маске с вырезом для глаз и наушниками с гарнитурой.

– Так точно, товарищ командующий. Разрешите вашу подпись, – Секретарь протянул бумажку с твёрдой подкладкой для удобства.

Глава ОНТ взял её и расписался внизу после чего отдал обратно.

– Передайте это завтрашней выгрузке. Пошлите несколько человек с другими результатами исследований, доктор Кристов должен получить их не позже, чем послезавтра. Вам ясна задача? – Он посмотрел на секретаря.

Глаза командующего всматривались в лицо подчинённого, словно готовы были испепелить его в любой момент, стоит помощнику только ошибиться на одну букву.

– Так точно, товарищ командующий! Завтра с первым же вертолётом я отправлю результаты исследований! – Секретарь выпрямился и положил руки по швам.

– Вот и хорошо. Выполняйте задачу, – Помощник ответил «Есть» и удалился из комнаты.

Глава ОНТ посмотрел ещё раз на ожидающего «гладиатора» и вышел. В коридоре начальника тут же окружили восемь чёрных кителей в шлемах с забралами и жилетах с обильной защитой тела. Взяв лидера в «коробку», отряд начал спускаться по лестнице, удаляясь с арены в штаб.

Глава 8 – «Я – Наёмник ОНТ»

Ночь была болезненной: сначала Влада усыпили транквилизатором на арене, потом затащили обратно в помещение для участника, где он пролежал чёрт знает сколько времени. Когда наёмник очнулся, была ещё непроглядная темень и тело дрожало от холода и выводившейся химии. Несколько раз Владу пришлось мочиться в тёмный угол комнаты, потому что других вариантов не было. Наконец, утром постучались в дверь. В проходе стоял боец, но из-за света позади можно было разобрать только силуэт. Наёмник, лёжа на спине, медленно повернул голову в сторону охранника.

– Какая мерзость… – Сказал ОНТ`шник. – Поднимай свой зад и иди за мной. У тебя десять секунд или я тебе «помогу», – С долей садизма сказал он последнее слово.

Влад встал, чуть пошатнувшись и подошёл к бойцу. Тот слегка вытянул руку, не желая, чтобы пленник приближался к нему. Наёмник остановился. Охранник развернулся и махнул за собой. Влад пошёл следом. Внизу в комнате с укреплениями были другие ОНТ`шники, у входной двери стоял их лидер в однотонной зелёной одежде и экипировке, лицо закрывала маска.

– Мда-а, вид у тебя побитый для победителя арены, – Сказал, уперев правую руку вбок, командир охраны, – Там туалет есть, иди, хоть умойся. А то не гоже наёмнику ОНТ так выглядеть, – Лидер показал справа от себя на укрепление, за ним, похоже, и была уборная. Влад осторожно, еле-еле переставляя ногу за ногу зашёл за угол и увидел белую дверь в нескольких метрах от себя. Сделав пару шагов, тело сковало. Кишки болели так, будто кто-то залез внутрь и завязал с десяток узлов. Влад упал и схватился за живот, наёмник забился в судорогах. Сознание начало мутнеть как от удара электричеством, что пронизывает тело от мозга до кончиков нейронов.

– Что… Что… Что… С тобой?.. Тобой? – Эхом звенело в ушах, усиливаясь и ослабевая с каждой буквой.

Сознание отключилось, и вокруг оказалась темнота.

На площади стояли несколько грузовых транспортов и два БТР`а больше похожих на те же грузовики, но отделанные со всех сторон бронелистами. С каждого БТР`а из крыши торчал один стрелок со стационарным пулемётом пятидесятого калибра и отделанный по бортам и сзади пуленепробиваемыми листами. Они постоянно смотрели сначала в одном направлении, потом в другом, затем в третьем и так по кругу. Здания по периметру площади то и дело были напичканы группами бойцов ОНТ разных батальонов и бригад. Кто-то перекрывал подход к площади, кто-то на пикапах стоял на перекрёстках и следил за обстановкой, другие были прямо на площади и патрулировали местность или наблюдали из окон зданий. Рядом с грузовиками стояла группа бойцов: не больше пятнадцати человек. Сегодня их последний день в городе, к вечеру они окажутся на земле, которая о войне узнает только из новостей или рассказов таких вот людей. Виктор и Настя стояли рядом с Серго, а Толя, Коля и Никита узнали своего товарища из группы бойцов и активно что-то с ним обсуждали.

– Думаешь, они скоро прилетят? – Спросила Настя, скрестив руки на груди и прижав СВД-С к себе.

Серго посмотрел на часы.

– Да, пять минут, не больше.

Виктор достал пачку сигарет и предложил бывшему лидеру их отряда. Тот взял, и они оба закурили. Настя выдала короткий смешок. Ви и Серго вопросительно посмотрели на неё.

– Ничего, просто… – Она взглянула на командира с немного расплывающейся от удовольствия улыбкой. – Я…Не думала, что увижу тебя вот таким вот, – Настя показала руками на Серго, он вынул сигарету изо рта.

– Не по боевому? – Усмехнулся Сергей и продолжил курить.

– Да, именно. Так, непривычно видеть тебя в одних серых брюках и куртке на улице… Без автомата, бронежилета, разгрузки. Без вечных «Лидер огневой группе», «Лидер ЦКД» или «Лидер ближайшим патрулям»…

– Да, наверное, я буду первое время скучать по этому, – Ответил Серго, не вынимая сигарету.

– Это хорошо, если будешь скучать. Надеюсь, что тебе никогда не придётся вернуться на войну, – Сказал Виктор, взяв сигарету в два пальца и пустив дым.

– Я тоже, надеюсь, что в скором времени вы покинете это про́клятое место. Кстати, сколько у вас в этом году срок работы в ОНТ будет? Два? Три?

– Ну ты загнул, Серго! – Засмеялась Настя. – Пока что два года. В следующем только три.

– Как быстро летит время… – Меланхолично сказал Ви, посмотрев в сторону.

– Я периодически задавал вам этот вопрос, но… – Серго сделал глубокий затяг сигареты и держал в себе дым. «Огневая группа» посмотрела на него с застывшим вопросом в глазах. Командир наконец выдохнул дым, как дракон, извергающий пламя из пасти. – Но вы никогда внятно не отвечали мне. Даже вчера во время прощания. Я до этого относился к этому спокойно, но раз мы видимся в крайний раз, то ответьте мне, – Ви и Настя быстро переглянулись.

Серго с леденящим взглядом посмотрел на них и также холодно спросил:

– Зачем вы здесь и почему не уезжаете? Настя, – он посмотрел на снайпершу, – где ты периодически пропадала, когда говорила «по личным делам»? А ты, Виктор? Почему ходил с ней?

– Намекаешь на то, – Вик наклонился к лидеру и заметно тише спросил, – что мы шпионы «Патриотов» или разведки?

– Нет, – Командир отряда снова сделал затяг. – Но мне интересно, что на это скажете вы.

– У меня личные дела, вот и всё, Серго. Я имею право на тайну, – Спокойно парировала Настя.

– Да, имеешь, – Лидер выбросил сигарету. – Но у меня здесь остаются хорошие товарищи и не хотелось бы, чтобы их убили из-за предателей. Раньше я мог за вами следить, но… – Он многозначительно посмотрел на свой кулак и потёр его о куртку. – Сейчас такой возможности у меня нет. И если не хотите, чтобы вами занялись, то лучше вам сознаться, что вы делали. Иначе мне придётся доложить об этом наверх.

Виктор понял, что хороший и заботливый лидер резко превратился в допрашивающего надзирателя, который хочет любым способом получить желаемый ответ. Он посмотрел на Настю, и снайперша взглянула на напарника.

– Похоже… У нас нету выбора, – Чуть расстроенно сказал Виктор.

– Похоже на то, – Настя неловко прижала левую руку к боку, а правой потёрла соседнее предплечье.

– Дело в том, что мы… – Начал Ви.

– Мы… – Продолжала Настя, глядя на Серго, что не изменился в лице. – Ах, да что тебе говорить, лучше сам посмотри.

Девушка резко взяла за шею напарника и страстно поцеловала его, несмотря на то, что у обоих были тканевые маски. Пулемётчик на секунду растерялся, но быстро сообразил и аккуратно обхватил её талию. Серго издал короткое «Оу» и слегка покраснел, отвернув голову. Поцелуй длился несколько секунд и когда прекратился, снайперша прижала Виктора к себе.

– Ты же никому не расскажешь о наших чувствах? Сам знаешь, что ОНТ думает об отношениях между наёмниками, даже если они гетеросексуальны.

– Хорошо, я не стану об этом докладывать, – Снова, посмотрев на бывших подчинённых, и переменившись в лице, на более лояльное выражение, ответил Серго. – Но вам стоило мне сразу сказать об этом, чтобы я не подумал чего.

– Мы боялись, что ты сразу доложишь и нас депортируют. А нам нужны деньги, чтобы начать совместную жизнь, – Она начала гладить Виктора по голове, а тот осторожно подтянул снайпершу к себе.

– Хорошо, теперь я понял причину… Вашей отлучки… Смотрите, только не родите прямо здесь. Не хочу, чтобы у вас был «Ребёнок войны».

– Не бойся, Вики предохраняется, – Она чмокнула пулемётчика, тот на секунду закрыл глаза. – Мы показываем тебе это только потому, что ты был добр к нам и надеемся, что это останется между нами, – Настя посмотрела на группу бойцов ОНТ, что стояла спереди. – А этим уже всё равно. Они мыслями далеко отсюда.

– Что верно, то верно, – Сказал Серго обернувшись.

В небе нарастало завывание. Что-то с огромной скоростью нёслось сюда. Вдруг над рекой промелькнуло несколько небольших юрких прямоугольников, а через пару секунд они оказались над площадью и резко закружились, чтобы сбросить скорость и приземлиться. Это были маленькие юркие «Хьюики», что доставляли людей и припасы. Их компактный размер помогал развить большую скорость на малых высотах и оставаться незаметными для радаров. Такие вертолёты были вёрткими и их тяжело поразить из систем ПВО или переносных зенитных гранатомётов. Однако "Хьюики" не были неуязвимыми, и они старались как можно скорее убраться. Манёвр занял у лётчиков пятнадцать секунд и вот вертолёты уже на земле. Пилоты в шлемах, сидящие в десантном отделе своих «птичек» подзывали к себе разгрузочные команды из грузовиков. Бойцы ОНТ быстро выпрыгнули из машин и подбежали к пилотам, доставая и скидывая ящики на землю. Из бронетранспортёра вышла группа из пяти наёмников в чёрных кителях с обильной защитой тела. Один из них держал дипломат в руке, остальные его сопровождали.

– Опять «Ирокезы» прислали… Ладно, пришло время прощаться. Берегите себя и под пули не лезьте. Надеюсь, увидеть вас как-нибудь на мирной земле. До встречи! – Серго махнул рукой и побежал к вертолётам в составе колонны, которую бойцы ОНТ только что создали для погрузки в вертушки.

Через минуту на площади оказалось куча ящиков, наёмники ОНТ разной принадлежности начали садиться в "Хьюики", и менее чем через тридцать секунд "Ирокезы" взмыли в воздух и начали набирать скорость, летя на предельно низкой высоте, чуть не задевая крыши зданий. Такой манёвр пилотам был не впервой.

– Ладно, пошли, – сказала Настя и Виктор вырвался из её объятий.

Его согнуло напополам и он, подняв маску на лоб, начал чесать язык, пытаясь что-то сбросить с него.

– Эй! Обидно вообще-то! – Сказал снайперша, скрестив руки на груди.

– Ты вообще зубы чистишь? Словно пороху нажралась перед этим! – Виктор попытался вызвать у себя рвотную реакцию.

– Да успокойся! Ты же натурал! Или ориентацию сменил, что мои поцелуи тебе не нравятся?

– Мне не нравится, когда мне приходится делать вид, будто у нас любовь. Ты сама знаешь, что я терпеть не могу прикосновения, меня от них словно током бьёт! – Чуть тише сказал Ви, не теряя напора отвращения.

– Да ладно, иначе бы он нас сдал и кончили бы мы с тобой в лагере пленных.

– Давай просто перестанем заниматься хренью, хорошо? Мы с тобой уже почти всю территорию ОНТ обошли в поисках зацепок, но нигде не нашли данные о нужном тебе человеке. Может, его и не было здесь никогда!

– Ладно, тебе надо угомониться. Пошли, в комнате отдохнёшь и расслабишься.

Настя взяла СВД-С в руки и пошла по дороге к своему общежитию. Виктор немного отошёл и, переборов отвращение от случившегося, выпрямился и догнал напарницу.

В глазах всё ещё была темень, и звук отдавался звонким эхом, которое было то тише, то громче. Вдруг Влад услышал женский голос.

– Эй… Эй… Эй, – Отдавалось эхом как от стен пещеры. – Проснись!.. Проснись!.. Проснись! – Дребезжало в ушах.

– Ти… Ше… – Смог выдавить из себя наёмник, не открывая глаз. – Уши… Больно… – Еле-еле бубнил Влад.

Вдруг рука почувствовала прикосновение чего-то мягкого, гладкого и приятного на ощупь. Оно поглаживало внешнюю часть ладони, а потом взяла кисть. Это была чья-то рука. На ней чувствовались грубые шершавые мозоли, натёртые от непрерывного контакта с чем-то, но кисть была почему-то необычайно мягкой и даже ласковой несмотря на грубые уплотнения. Это касание будто придало сил, внутри загорелся огонёк жизни. Влад открыл глаза. Перед ним сидела Катя. Наёмник лежал на койке в небольшой комнате белого цвета, руки и ноги были привязаны хомутами к боковым перилам, что не давали во сне скатиться на пол.

– Что?.. Что? – Задал вопрос Влад.

– Тише, тише, – Продолжала она. – Всё хорошо. У тебя был какой-то приступ и ты бросался на всех с кулаками, тебе вкололи успокоительного и привязали. Расслабься, здесь безопасно, – Убаюкивающе говорила проводница негромким голосом, не отпуская руки.

– А ты?.. Ты? – Произнёс Влад, словно пьяный.

– Как я здесь оказалась? Я сказала, что хочу увидеть напарника. Что он сражался на арене и теперьтоже член ОНТ, а я хочу работать именно с ним. Мне сказали, что ты оказался здесь и вот так я тебя нашла.

– О…Н…Т? – Влад потёр глаза и теперь мог видеть детали.

Бросив взгляд на Катю, он понял, что в ней что-то поменялось.

– Да, я теперь наёмница ОНТ, – Она вытянулась вверх и теперь Влад увидел, что проводница была не в том же в чём они сюда пришли.

На верхней части тела была куртка в серо-бело-черный пиксельном камуфляже, на шее был флисовый шарф-труба серого цвета для холодной погоды. Такой шарф можно было использовать и для утепления шеи и как полноценную маску на лицо. На теле был бронежилет с подсумками в такой же серо-бело-черной расцветке. Бронежилет защищал только грудь и живот, даже шея была голой, но были защищены бока. Армейский стандарт. С краёв к животу шли небольшие подсумки под автоматные магазины, на груди справа было несколько маленьких гранатных.

– Они сказали, что это у них выдаётся при принятии в ОНТ. Любому, будь то местный или приезжий. Неплохо, да? О, смотри, что они ещё дают! – Проводница убрала правую руку под кровать и вытащила пистолет. Берета М9, какую Влад когда-то достал в лаборатории с Сергеем.

– Это называется «Личное оружие». Применять для самообороны, если основного нет. Автоматы выдадут в арсенале, а это так, чтобы не быть совсем бесполезным. Оружейник так сказал. Тебе такой же выдадут.