Танюха вбежала во двор монастыря, словно за ней кто-то гнался. Скорее, именно так и подумал шедший навстречу мужчина в монашеской рясе и шапочке.
– Там! – просипела она, схватила его за рукав и показала в сторону того места, где за забором «глючил» бывший летчик малой авиации Сергей Маковецкий. Однако воздуха катастрофически не хватало, и дальше Танюха лишь открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба.
Монах настороженно заглянул ей в глаза, взял в ладони ее руку:
– Успокойся, сестра…
– Я… Там…
– Хулиганы приставали? – попытался угадать монах.
– «Скорую»! – наконец выкрикнула она. – Плохо ему.
– Ах, вон оно что! – Монах оглядел двор, словно надеясь кого-то увидеть.
Танюха достала из кармана трубку сотового телефона и, тыкая в погасший дисплей пальцем, прохрипела:
– Разрядился!
– Сейчас! – отчего-то обрадовался монах и позвал: – Никанор!
Из-за угла небольшого строения появился сухощавый мужчина в рясе и с топором в руке:
– Чего случилось, Ананий?
– Вызови «Скорую помощь», – попросил Ананий. – Здесь недалеко человеку плохо стало.
Без лишних слов Никанор вынул трубку и стал набирать номер. Уверенная, что теперь врачи точно приедут, Танюха вдруг вспомнила, что у Маклера в кармане пакет со спайсом. Нужно было обязательно его забрать. Если первыми зелье обнаружат врачи, это может плохо кончиться. Дернул же его черт столько выкурить! Хватило бы половины. А он от жажды новых ощущений в животное превратился.
– Его напоить надо! – вспомнила она первое, что необходимо при передозировке зелья. – У вас вода есть?
Вода нашлась. Вскоре Танюха бежала обратно, прижимая к животу пластиковую бутылку. Маклера уже было не узнать. Лицо и одежда были в грязи и в зеленоватом соке травы. Стоя на коленях, он руками рыл яму, разбрасывая по сторонам грунт с корнями и травой.