Сергей Панченко Warm. Генезис

Глава 1

Захар, давний друг и коллега Валерия по бывшей работе, сморщив лицо в страдальческой мине и заглядывая в глаза, молил об одолжении.

— Валер, Валерка, я тебе обещаю, что ни одна душа не узнает об этом. Я сам загружу у себя в гараже, без водителя, даже жене не скажу куда поехал.

Смысл просьбы сводился к тому, чтобы перевезти наворованное на стройке Валерию в убежище. Валера и Захар познакомились друг с другом, ещё будучи прорабами. Дружба переросла в доверительные отношения и выяснилось, что оба потихоньку несут с работы. Время было такое, когда подобный способ обогащения казался вполне легальным, если не наглеть.

Затем все поменялось, и Валера, испугавшись правосудия, сменил работу. По его словам, ему и этого было достаточно. Чтобы не светить незаконно добытый материал, он выкупил дачный участок без домика и соседей, вырыл в нем котлован и построил за одно лето полноценный дом. Прикопал его землей, а над ним поставил небольшой дачный домик с гаражом, будто бы для сезонного пользования.

Захар знал о его тайне, и потому просил часть имущества припрятать в подземное убежище. Валерий отдавал себе отчет, чем могло грозить ему пособничество в сокрытии краденного, и потому старался любыми путями отказать другу.

— Захар, тебя посадят через полиграф, и ты сам того не ведая выдашь меня, — Валерий запустил пятерню в волосы и взъерошил их. — Не могу, прости.

— Откуда они твое имя возьмут, если ты уже тыщу лет не при делах? Они если и будут про кого спрашивать, так это про всех моих работников. С чего им интересоваться тобой?

— Вернуть не пробовал?

— Ты… сдурел? Это же сразу приговор. На меня повесят всё, что было украдено всеми прорабами за последние десять лет. Что угодно, но только не это. Мне мое чистое имя важнее. Ну, ты понял.

— Да понял я, Захар. Я это давно понял, потому и свалил вовремя, а ты не справился со своей жадностью.

— Да, не справился. Теперь мне это понятно. Хорошо, давай я отсчитаю в качестве оплаты от того, что ты сохранишь четверть, идет?

— Не идет, Захар. Это опасно. Я живу сейчас спокойно, хоть и не богато, и очень дорожу этим. Мне не нужен лишний геморрой.

— Я обещаю, что ни одна душа про тебя не узнает. Даже если меня закроют, и там я буду молчать. Но, надеюсь, до этого не дойдет. Тьфу, тьфу, тьфу.

— Нет.

Захар запыхтел, как паровоз. Лицо его налилось багровой краской. Он нервно заходил вперед-назад, делая по пять шагов в каждую сторону. Валерий заметил, как на его лице борются чувства. Захар подошел вплотную к нему и тихо произнес прямо в лицо:

— У меня есть однушка на пятьдесят квадратов, пятый этаж, большой балкон с видом на речку. Отдам в качестве оплаты.

— Это не разумно. Сделка сразу вскроет нашу аферу.

— Она записана на бабку одну. Она мне никто.

— За сколько? — Валерий понял, что квартиру ему предлагают не за одну услугу.

— За полцены. Миллион. Район престижный, дом что надо. Бедные в нем не селятся.

Валерий знал, какие дома строил в последнее время Захар, а потому сразу вычислил адрес дома. Это был шестиэтажный дом в исторической части города у спуска к набережной. Однушка с ремонтом в нем стоила больше трех миллионов рублей. Сделка могла принести ему хорошую прибыль, оставалось минимизировать риски.

— Совать голову в петлю? — Валерий изобразил сомнение, хотя решение уже принял. — Где это?

Спустя минуту они уже договаривались об условиях перевоза имущества. Валерий поставил условие, что это возможно только после продажи квартиры. Следствие тоже не сидело на месте, так что стоило поторопиться. Захар сделал все четко и быстро. Через неделю квартира в престижном доме принадлежала Валерию.

Жене он не стал рассказывать о своих делишках. О том, что им в «бункер» привезут строительный «хлам», она все равно скоро узнает. Лето они проводили на даче, предпочитая отдых на ней прочим развлечениям. Тут он собирался наплести что-нибудь правдоподобное. А насчет новой квартиры он решил молчать до последнего. Валерий хотел сделать ремонт в ней, чтобы в подходящий момент привезти свою Ольгу и сделать ей сюрприз. Наверняка, ее реакция на подобный подарок окажется бурной.

Операцию назначили в ближайшую ночь. Валерий соврал жене, что отправляется на рыбалку с друзьями. Его немного поколачивало от нервного озноба, пока он ждал машину с грузом ворованного добра. Сомнений был целый вагон. Еще и природа подсовывала сюрпризы. Внезапно после полуночи началось землетрясение, чего никогда не бывало раньше. Валерий сидел в верхнем домике и давился холодным кофе, когда посуда в шкафе начала звенеть. Застучали по полу стулья. Собаки на дачах подняли истошный лай.

Валерию стало не по себе. Он позвонил домой. Жена сразу же взяла трубку, будто ждала звонок.

— Валерка, у нас трясет. Мы с Агатой забрались в ванну и лежим.

— Папа, нам страшно, — крикнула в трубку дочь.

— У меня тоже трясло, потому и набрал. Сейчас-то успокоилось?

— Вроде. Валер, если можешь, приезжай, мы не уснем без тебя, — голос супруги был искренним, она не притворялась.

— Олечка, я не могу. Мы тут уже раздавили с друзьями поллитра. Некому за руль сесть, — соврал он, проклиная в душе Захара. — Успокойтесь, девчата, больше такого не повторится. Мы же не в горах живем. Это экзотика какая-то, которая раз в миллион лет случается.

— Нам уже можно выбираться из ванны? — спросила в трубку дочь.

— Нет, пока рано. Полежите еще, — посоветовал ей отец.

В начале улицы мелькнули огни большого автомобиля.

— Зай, если что, я приеду, но ты не волнуйся, такого больше не будет.

— Ладно, Валер, ты там тоже отдыхай, не переживай за нас. Бонька, вон, успокоился, можно выбираться. Спокойной ночи, Валер.

— Спокойной ночи, девчат, — Валерий на прощание чмокнул микрофон.

Грузовик замер напротив его дома. Валерий вышел на улицу и подошел к воротам. Захар стоял за ними и ждал.

— Все готово? — спросил он.

— Готово. Заезжай задом, аккуратно. Я там кирпичи поставил, чтобы ты мне в ворота гаража не въехал.

— Обижаешь, я специалист по ночным разгрузкам, — Захар запрыгнул за руль машины и принялся разворачиваться на узкой улице дачного поселка. Он проехал в ворота, оставив от каждой стороны одинаковое расстояние и остановился, едва колеса дотронулись до кирпичей. Машина явно была продолжением его тела, с нервными окончаниями и дополнительными глазами.

Посередине гаража, рассчитанного на одну машину, в полу был встроен лифт, ведущий в «бункер». Если лифт опустить на полтора метра, то получалась яма, из которой удобно было ремонтировать ходовую автомобиля. Версия с ямой была официальной и для всех. Захар знал про секрет и потому молча начал разгрузку, ставя свое «барахло» на стальную платформу.

Валерий участвовал с не меньшим энтузиазмом. Желание скорее покончить с неприятным делом подгоняло его. В машине Захара чего только не было. Ящики, коробки, рулоны, ведра, емкости, мешки. И все было тяжелым.

— Плюшкин! — не выдержал Валерий, поднимая два мешка с дорогой шпатлевкой.

— Скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто ты, — пропыхтел Захар. — Друг Плюшкина, сам Плюшкин. Зачем ты построил свой бункер?

— Чтобы спрятать от людей свое добро. Чтобы не задавали лишние вопросы, откуда взялось.

— Ну вот, ты прикопал свое добро, а мне еще предстоит придумать, что с ним делать.

— Бригаду джамшутов собирать.

— Да, буду собирать бригаду.

— Только прорабов не нанимай, не напасешься на них.

Захар заржал. Дела шли не совсем быстро. На платформу много не лезло, да и вес на нее можно было грузить ограниченный. Бедный электромотор жужжал, едва справляясь с нагрузкой.

— А у тебя ручной привод есть? — поинтересовался Захар, переживая за издаваемые мотором звуки.

— Есть, только крутить им задолбаешься.

Вскоре все помещение, которое Валерий использовал под склад, топочную и санузел, наполнилось стройматериалами. А машина Захара еще не опустела. Ее хозяин забрался в кузов и загремел металлом.

— А это чего у тебя? — удивился Валерий, не видя в темноте.

— Кислородные баллоны, — ответил Захар и загремел ими, перекатывая днищем по полу кузова.

— Зачем? Нахрена они мне тут нужны, Захар?

— А какая тебе разница, что мешки, что баллоны? Это последнее, потерпи немного.

— Сколько их?

— Шесть.

— Блин, жить с ними, как на пороховой бочке, — Валерий не мог объяснить даже самому себе, почему баллоны вызвали в нем такой негатив.

— И много у тебя их взорвалось за время работы? — Захар подкатил его к краю, спрыгнул, закинул его на спину и понес к платформе.

— У меня не было, но мужики рассказывали…

— И у меня не было, а только рассказывали, что один мужик, знает другого мужика, у которого семиюродный брат сестры мужа взорвался вместе с кислородным баллоном, — Захар осторожно снял со спины баллон и поставил его на платформу. — Возьми себе один для дела. Ворота срежь свои нищебродские.

— Это камуфляж от ненужного взгляда. Пусть висят эти, мне спокойнее.

— Как хочешь.

Валерий согласился и тоже принялся таскать тяжеленные баллоны. Разгрузка была вскоре окончена. Спины у обоих сделались мокрыми от пота. Захар тяжело оперся о борт.

— Спасибо тебе, Валер, выручил, — искренне поблагодарил он.

— Это сделка, Захар. И еще не ясно, чем все закончится.

— Тебя в любом случае не коснется никак, — пообещал Захар. — Не разбазарь только.

— Обижаешь, у меня, как в сейфе, сколько сдал, столько и заберешь.

— Ладно, бывай, поеду, — Захар протянул руку.

Валерий пожал ее.

— Удачи, — напутствовал он в спину товарища.

Захар отмахнулся. Сел в машину и, высунувшись в открытое окно, спросил.

— По радио сказали, что в нашем районе были толчки? Правда?

— А ты не почувствовал?

— Нет.

— Были, как раз перед твоим приездом. Жутковато.

— Херня какая-то, — Захар исчез в кабине.

Машина завелась, выпустила в гараж облако дыма и медленно выехала на улицу. Захар облегченно закрыл за ней ворота.

— У него и солярка ворованная что ли? — произнес Валера, вдыхая необычный запах, оставшийся, как он подумал, после машины Захара.

Чтобы не придумывать супруге долгого объяснения по поводу столь раннего приезда, Валера решил остаться на даче еще на несколько часов. Он вернулся в «бункер». Посмотрел на кислородные баллоны, стоявшие у стены, и решил уложить их на пол, а между ними проложить по мешку, чтобы не соприкасались. Он подумал, что если случится еще одно землетрясение, то они уже не упадут и не столкнутся. Хотя в повторение его он не верил.

В подземный дом можно было попасть иным путем, по ступенькам через распахивающийся люк, находящийся в кухонной части дачного домика. Ольга, если ей не приспичит лезть в помещение, где ей было мало чего интересного, могла вообще не узнать про аферу мужа.

Валера закрыл дверь и прошел в жилую часть подземного дома. Все отличие его от нормального, состояло в том, что в нем не было окон. Их заменяли репродукции картин, основным сюжетом которых был вид из окна. Агата, любила комментировать выдуманные на основе сюжета картины ситуации. У нее под окнами бегали собачки, а кошечки делились с ними кошачьим кормом. Крестьянка ходила по полю с полным ведром молока, чтобы напоить мужа, который косил хлеб.

Дом состоял из двух спален, гостиной, совмещенной с кухней и санузла с душевой. Чтобы воздух не застаивался, Сергей сделал вытяжки с вентиляторами в двух местах. Одна находилась в кухне над плитой. Она была встроена в вытяжку дачного домика, чтобы нельзя было выдать себя запахом готовящейся еды в неположенном месте. Вторая труба находилась в противоположной стороне подземного дома. Снаружи она была замаскирована под трубу, внутри которой находился электрический кабель для погружного насоса. Для него она была слишком широка, но кто станет заморачиваться этим для дачи. Для обывателя или бомжа все выглядело обыкновенно, как у всех.

На стене в гостиной висел большой телевизор. За сотовую связь отвечал усилитель сигнала. Его сферическая антенна под потолком позволяла не чувствовать себя отрезанным от мира. Валера свободно звонил и пользовался интернетом через модем. Тайная жизнь под землей создавала не только у Валеры, но и Ольги ощущение некоторой дополнительной защищенности от разных обстоятельств. Сомнений в том, что материалы были закопаны напрасно, не возникло ни разу.

В доме летом наблюдался эффект погреба. После дневного зноя приятно было окунуться в его прохладу, но задержавшись надолго, становилось зябко. Валера вынул плед, лег на диван в гостиной и укрылся им. Он решил компенсировать недосып. Будильник на телефоне он поставил на час дня. Вернувшись домой с помятым после сна лицом, можно было запросто сойти за человека с похмелья. Валера сладко потянулся, после чего свернулся в позу «зародыша».

Сон не пришлось долго ждать. Он мгновенно затуманил разум сладкой истомой. Мешал ему только странный запах, который никак не хотел выветриться. Валера про себя пожелал машине Захара скорее встать на капремонт, прежде, чем уснул.

Как правило, сон не в свое время, отягощенный тяжелой физической усталостью, бывает слишком крепок. Валера никак не мог проснуться, хотя подсознание тормошило его чувством крайней опасности. И только когда его стряхнуло с дивана на пол, он вскочил.

В доме было абсолютно темно. Спросонья никак не получалось придти в себя, чтобы предпринять хоть что-нибудь. Валера сел на диван на ощупь. Растер лицо и уши ладонями, чтобы немного придти в себя.

— Тряхнуло что ли опять? — спросил он сам себя.

Отсутствие электричества напугало Валерия. Он зашарил впотьмах в поисках телефона. На столике рядом с диваном его не было. Телефон лежал на полу. Экран его осветился от прикосновения. Иконка связи показывала пустые столбики. Валера включил фонарь и направился к выходу. Ему хотелось скорее позвонить Ольге, узнать, не застало ли их землетрясение врасплох.

Он выбрался в дачный домик, закрыл за собой люк и накрыл его ковриком. Посуда выпала из шкафов. Один шкафчик, в котором хранились припасы, сорвало с петель. Они остались висеть на стене вместе с шурупами. Окна в рамах потрескались, но не выпали. Повреждения говорили о серьезном землетрясении. Страх за семью усилился еще больше. Валера выскочил на улицу, к машине.

Солнце уже было высоко. По улице пронеслись две машины со скоростью, явно не рассчитанной для узких улочек. Иконки связи продолжали показывать ее отсутствие. Валера чертыхнулся и открыл ворота. Мимо их открытых створок, чуть не соприкоснувшись, пролетела черная иномарка. На дачах царила паника.

Выезжать пришлось с крайней осторожностью, чтобы не получить удар от паникующего водителя. Ворота закрывать не стал, понимая, что мародеры и прочие проблемы нельзя сравнить с желанием скорее узнать судьбу жены и дочки. Валера и сам притопил на газ, разогнавшись быстрее обычного.

Дачники, как правило, пенсионерского возраста, выстроились вдоль улиц в колонны, направляясь к автобусной остановке. На что они надеялись, Валера не мог понять. Вряд ли, кто из водителей автобусов поехал бы на маршрут, променяв его на свою семью. Он остановился рядом со старушкой, несущей два ведра.

— Бабка, садись скорее! Я в город! — предложил он ей, через открытое окно.

— А меня возьмете?

— А мне тоже в город надо!

— Я с вами!

Тут же набралась толпа желающих, которая чуть не оттолкнула беспомощную старушку в сторону. Валера пожалел о своем поступке. Ему пришлось выскочить из машины и грубо оттолкнув людей, усадить бабку на переднее сиденье. Ведра он поставил ей под ноги. Бабка пребывала в легком шоке от бесцеремонного обращения.

— Ты, ты и ты, — Валера указал пальцем на двух пожилых женщин и одного дедка, — на заднее сиденье. Живее, через пять секунд отправляюсь, иначе на крышу полезут.

Он снова тронулся на изрядно потяжелевшей машине.

— А что было-то? — спросил он у своих попутчиков.

Бабка посмотрела на него, как на сумасшедшего.

— Спал я после тяжелой ночи. Проснулся на полу, — пояснил он.

— Землетрясение было. Страшное, — произнесла женщина с заднего дивана.

— А в городе было? — спросил Валера. — У моего оператора нет связи.

— Скорее всего, — дребезжащим голосом произнес дедок. — Тут же рядом.

— Ну, да, — вздохнув, согласился Валера.

— Связи нет ни у кого, — сообщила женщина сзади.

Валера решил, что состояние высоток на окраине скажет ему о том, какие последствия нанесло городу землетрясение. Дом, в котором он жил, был одной из типовых монолитных построек. Будучи прорабом, он возводил такие объекты. Совесть его немного кольнула за мысли о том, что прочности в них могло бы быть и больше, если бы не такие прорабы, как он или Захар.

На выезде из дачного поселка собралась пробка. Кажется, впереди дорогу заткнули лихачи, устроившие аварию. Над колонной машин стоял нескончаемый вой из клаксонов.

— Что они там устроили? — Валера в сердцах стукнул ладонями в руль. — Какие сейчас могут быть разборки.

Он открыл окно и посмотрел из него вперед. Видно было ровно столько же, сколько и через лобовое стекло. Воздух по-прежнему источал запах каленого железа. Теперь его никак не получалось связать с неисправной машиной Захара. Запах явно имел связь с землетрясением.

За забором, возле которого застряла их машина, на цепи сходила с ума дворняга. Она металась и скулила пронзительно высоким лаем, словно предчувствуя что-то нехорошее. Валере стало жалко и собаку. Он уже собирался выскочить, чтобы отцепить ее, но тут пробка сдвинулась с места. Кажется, люди, устроившие аварию, набрались здравомыслия и двинулись дальше.

Колонна машин приближалась к дороге на город тягуче медленно. Валера через каждую минуту проверял состояние связи. Он знал, что Ольга сейчас делает тоже самое, и потому ему хотелось скорее добраться до нее, чтобы успокоить. Женщины за спиной причитали, добавляя нервозности.

— Дамы! — не выдержал Валера. — Не могли вы помолчать! И так тошно, вы еще бубните.

Женщины испуганно замолкли.

— Извините, — Валере стало неудобно за свой порыв.

— Мы Вас понимаем, — приняла извинения одна из них.

— И пешком идти не хотим, — добавила вторая.

Бабка на переднем сидении чего-то начала волноваться, задвигала ногами, будто не могла их пристроить.

— Что с вами?

— Я таблетки на даче от давления забыла, — призналась она виновато.

— Я не поеду назад. Это даже физически невозможно. Все дороги заняты машинами едущими в город. Против потока никак не получится.

— Возьмите мои, — сзади протянула руку женщина блистер с двумя оставшимися таблетками.

— Ой, а я не такие пью, — разволновалась старушка.

— Эти самые лучшие, берите.

Бабка взяла блистер в руки. Ее взгляд красноречиво говорил о желании выпить одну из них. Валера сунул руку за спину и вынул из кармашка бутылку теплой воды.

— Запейте.

— Ой, спасибо, — обрадовалась бабка. — Какие вы хорошие люди.

— А дед есть у тебя? — внезапно спросил подобранный старичок.

— Помер, три года назад, — сообщила бабка тоном, предполагающим дальнейший интерес.

Она положила таблетку в рот и запила из горлышка. Неожиданно машину закачало. Валера рефлекторно надавил на тормоз. Колонна машин заплясала на превратившейся в зыбь земле. Рядом вишневые деревья хлестали по забору ветками, срывая листья и плоды. Ворота ближайшей дачи с грохотом соприкасались друг с другом створками.

— Опять, — произнес дед. — Так и до города не доберемся.

— Ничего, до трассы осталось совсем немного, метров двести, там разгонимся, — Валера успокаивал больше сам себя, чем пассажиров.

Ему хотелось верить, что супруге хватило ума покинуть дом после повторного толчка. В их краях землетрясений не было никогда, даже в обозримом прошлом, поэтому навыков, свойственных жителям сейсмически опасных районов, у них не было. Ольга сообразила ночью спрятаться в ванную, так что можно было надеяться, что теперь она выбежала с Агатой на улицу.

Толчки прекратились. Машины двинулись дальше. Валера случайно бросил взгляд в небо. Вокруг солнечного диска образовалось радужное гало, и вид его не казался прекрасным природным явлением, напротив, вызывал тревогу. Машины, выезжающие на широкую дорогу, ускорялись. От души немного отлегло, когда колеса машины выехали на ровный асфальт.

Машины, едущие в город, заняли даже встречную полосу. Редкие машины, направляющиеся из города, жались к обочинам. Валерий вглядывался в лица тех, кто находился в них, чтобы понять по ним, что они видели. Люди выглядели напуганными, в свою очередь тоже проявляя любопытство к тем, кто ехал им навстречу. Это немного успокоило Валерия.

После того, как вдали показался город, он выдохнул облегченно. Многоэтажки стояли на своем месте. С расстояния в несколько километров они выглядели целыми. Время для Валерия потекло иначе. Он немного успокоился, поверив наконец, что с семьей должно быть все хорошо.

— Я это лето проведу на даче, — сообщил Валера своим пассажирам веселым голосом. — К черту эти муравейники. До морозов буду жить.

— А я тоже, — проскрипел дедок. — Я каждый год на ней живу, до первого снега.

— А потом куда? К детям? — поинтересовалась бабка.

— Да, к старшей дочери. У нее четырехкомнатная квартира еще с советских времен. Зимую в ней с ее семьей.

— А я одна в двушке, — сообщила бабка, мастерица пикапа.

— А где?

— Возле Локомотива, ведомственное жилье строили для работников железной дороги. Я диспетчером всю жизнь проработала, приватизировала.

— Знаю такое место. Шумно там у вас.

— Я привыкла, не замечаю.

— Да и я уже глуховат, чтобы переживать из-за такой мелочи, — дед быстро исправил мнение о себе, как о капризнике, и кажется, принял решение о переселении. — Поликлиника рядом есть?

— Железнодорожная, — сообщила бабка деловым тоном.

Поток машин снова замедлился. Самые нетерпеливые сразу же съезжали на обочину и двигались по ней, надеясь обмануть «судьбу». Валера хотел последовать их примеру, но не успел. Непонятно откуда грозной тенью нависла справа от него здоровенная фура и поехала с одной скоростью, мешая совершить маневр.

Валера беззвучно ругнулся и решил, что дергаться не стоит. Поток вскоре замер совсем. Причину остановки видно не было. Возможно снова случилась авария. Валера выскочил из машины, обежал ее, чтобы спросить у водителя фуры насчет обстановки.

— Друг, что там, тебе виднее?

— Виадук, кажется, обвалился. Мне видно только как машины в кювет пытаются съезжать. Походу, вперед пути по дороге нет. А я на своей кляче с дороги не съеду, перевернусь или уткнусь.

— Точно?

— Забирайся, посмотри сам.

Валера забрался на ступеньку и посмотрел поверх пестрой ленты машин. Дорога впереди поднималась вверх. На самом пике находился виадук, под которым проходили железнодорожные пути. Объехать их по земле можно было только на серьезно подготовленной для этого машине. Ближайший переезд находился в десятке километров и наверняка был забит серьезной пробкой.

Валера вернулся в свою машину и рассказал попутчикам о ситуации.

— Давайте объезжать, — предложила женщина сзади.

— Это еще несколько часов у нас отнимет, — Валера был готов бросить их и машину и идти пешком.

— А пути можно переехать по старому переезду, — предложил дед.

— Там же блоки на дороге стоят, — Валера пытался года три назад там проехать.

— Их сдвинули, чтобы можно было проехать. Вилюшками, но можно, если аккуратно.

— Точно?

— Неделю назад с сыном проезжал. Он поддатый был, решил сократить путь, чтобы на гаишников не нарваться.

— Ладно, поверю вам на слово. Все готовы рискнуть? — Валера обернулся назад.

— Ну, вы осторожнее, смотрите, чтобы поезд не ехал.

Валера засмеялся. Женщина была далека от понимания настоящей угрозы. Валера посигналил водителю фуры, а когда тот выглянул в окно, показал, что хочет его объехать спереди. Дальнобой посигналил на всю мощь пневматической «дудки», заставив машины впереди поджать корму. Валера протиснулся в пространство между ними и съехал вниз по крутой обочине.

— Держите ведра! — Предупредил он дачников.

Женщины сзади заголосили от испуга. Передний бампер хрустнул, зацепив землю перед собой, а потом и задний зачерпнул землю. Валера посмотрел в зеркало, чтобы узнать, не потерял ли он его. Сзади было чисто.

— Итак, очередной этап гонки преодолен. Все живы? — спросил Валера.

— Да, — ответили обе дамы в один голос.

— А что им будет? — донесся голом деда. — Сидят, как у Христа за пазухой. Оглушили только.

— Так страшно.

— Страшно тем, кто сейчас в городе, в многоэтажном доме трясется. А вы дальше земли уже не упадете, — проскрипел дед.

— Вы правы, — поддержала его бабуля.

Валера проехал немного по тряскому кювету, затем выехал на проселок, разбитый тракторами. Вокруг машины поднялось облако пыли. Ехать было приятнее, чем ждать неизвестно чего в пробке. В зеркале заднего вида показались и другие пыльные хвосты. Народ последовал их примеру.

Миновав несколько размытых весенним половодьем мест, машина подъехала к заросшему лебедой и крапивой переезду. Траву окашивали только в непосредственной близости от путей. В нескошенной траве остались колеи от других машин, не гнушающихся старой дорогой.

Валера осторожно двинулся по ней. Расстояние между блоками оказалось почти вровень с шириной его машины. Он ювелирно миновал их. Дед громко выдохнул.

— Если бы чиркнул, я бы тебе оплатил ремонт, — произнес он облегченно.

Валера улыбнулся, понимая, что свою «угрозу» дед вряд ли бы исполнил. У него сейчас была задача выставить себя перед дамой с двумя ведрами настоящим джентльменом.

Перед путями Валера тормознул на всякий случай. Справа был крутой поворот, откуда мог показаться поезд. Однако, вместо поезда он увидел порванный контактный провод, лежащий на рельсах. Линия, скорее всего, уже была обесточена.

— Спасибо Вам, — Валера обернулся и посмотрел на деда. — Как вас зовут?

— Михаил, — дед протянул руку.

Валера неловко пожал ее из неудобного положения.

— Валера. Там на дороге не скоро рассосется. До утра можно простоять. А тут мы почти приехали.

— Обращайтесь, я все тропы в городе знаю. Сына прав лишили, вот и катаемся, где точно никого не будет.

— Непременно обращусь, — пообещал Валера.

— Обед только, а так сумрачно, как вечером, — произнесла взволнованно женщина сзади.

Дневной свет отливал красноватым оттенком как на закате или во время солнечного затмения. Валера подметил это еще на выезде из дачного поселка. Скребущий по нервам запах каленого железа ощущался не так сильно, как по выходу из подземного дома, но все равно присутствовал, пробираясь через угольные фильтры вентиляции автомобиля. В природе творился бардак, пугающий своей непредсказуемостью.

Машина протряслась по путям, еще раз миновала бетонные блоки и выехала на приличную дорогу вдоль лесополосы. Машины здесь ездили регулярно, в особенности деревенские грузовики и трактора. По другую сторону от дороги раскинулось обширное ячменное поле, однообразие которого нарушали поднявшиеся над ним редкие желтые шапки сорного подсолнечника.

В просветах лесополосы мелькнули вагоны стоящего на месте грузового состава. Обесточенный участок дороги парализовал движение поездов. Валерий хотел что-то сказать по этому поводу, но отвлекся на странную пугающую картину горизонта. Ему показалось, что он видит мираж, оптическую иллюзию позволяющую наблюдать дальше линии горизонта.

Отвлекшись, Валера проглядел ямку на дороге. Левое колесо ухнуло в нее. Машину сильно тряхнуло. Огурцы и перец разлетелись из ведер бабульки по полу. Женщины вскрикнули. Валера остановил машину. Надо было осмотреть последствия удара и помочь собрать урожай назад в ведра.

Валера выбрался из машины и сразу ощутил дрожь под ногами. В воздухе стояла пронзительная тишина и абсолютный штиль. Огромное поле, обычно волнующееся под ветром, как морская гладь, сохраняло спокойствие. Не слышалось ни крика птиц, ни жужжания насекомых.

— Что замер, Валера? — Михаил выбрался из машины.

— Чувствуете, земля дрожит? — спросил Валера.

— Не знаю, — дед потоптался на месте. — Вроде дрожит. Давайте я вам помогу, — его больше волновали рассыпавшиеся огурцы новой подруги.

Остывающий мотор машины щелкал громче обычного. Валера нагнулся и заглянул под днище. Не увидел ничего, кроме свисающей травы. Ладонями вибрация земли ощущалась отчетливее. Под землей происходили какие-то пугающие процессы. Валера снова бросил взгляд на горизонт и чуть не потерял дар речи. Ему показалось, что он вздымается волной и катится, подобно ей, прямо на них, озаряемая вспышками.

— Кто-нибудь видит тоже, что и я? — спросил он, указывая в сторону горизонта.

Валера еще готов был свалить происходящее на оптическую иллюзию, связанную с землетрясением и происходящими в атмосфере по этому поводу явлениями. Но происходящее выглядело слишком натуральным.

Одна из пожилых дам выбралась из машины, нацепила очки и всмотрелась вдаль. Она долго не комментировала происходящее.

— Валера, мне кажется, этого не может быть, — произнесла она. — Это чепуха какая-то.

Чепуха, тем временем, становилась пугающе правдоподобной. Надвигалась она вдоль железной дороги в сторону города. Походила она и на приближающийся фронт пылевой и дождевой бури из-за частых вспышек молний, но не стыковалась буря с усиливающейся земной дрожью. Валера бросился за руль.

— Михаил, дама, живо в машину! — скомандовал он.

Дед захлопнул дверь за собой уже на ходу. Валера тронулся с места с пробуксовкой, подняв пыль. Ему стало страшно представить причину возникновения природного явления, выгибающего землю и в особенности его последствия. Он несся по ухабам, как в последний раз, бросая взгляд назад через зеркало.

Пыль мешала обзору. Валера бросил взгляд через левое плечо в окно. За короткое мгновение он успел увидеть поднявшиеся на гребне пестрые крыши дачных домиков. С впивающимися в них вертикальными столбами электрических разрядов. Вдруг машина начала терять управление, будто выехала на лед. Валера принялся ловить ее, боясь слететь в рытвины, оставленные тракторами по обочинам дороги. Ячменное поле трясло мелкой дрожью. Со стороны железной дороги донесся громкий выстрел, природу которого никто не понял.

Вдруг слева от машины, метрах в ста огромной трещиной разошлась земля. Женщины, увидев ее, истошно закричали. Валера посмотрел назад. Пыль уже не способна была заслонить надвигающуюся волну. Грохот происходящего снаружи заглушал шум мотора и лязг подвески. Мгновение и накатывающая волна подхватила машину. Всё погрузилось во мрак поднятой пыли. Машину закувыркало, раздался шум разбитых стекол. В лицо Валере из руля выстрелила подушка безопасности. От удара он потерял сознание.

Загрузка...