Я люблю тебя, лиса

Мама просит, отец убеждает.

На три короба хватит их слов.

Только бедной Я-я не хватает

На пол-ложки – не нравится плов.

Рыбный суп и сушеное мясо

Ей не нравятся – грустно жует.

Пибимпап[4] ароматный и сладкий

Тоже радости не придает.

Я-я ест, будто пули глотает.

Точно плов ее может убить.

И как только терпенья хватает

У родителей дочку кормить?

Ложка в плове проводит раскопки,

Мама ждет, все на свете кляня:

«Что, трудны сычуаньские тропы[5]?

Где там! Вы покормите Я-я!»

У Чжэн-чжэна красивая обувь.

Ее много, она новая вся.

Пара к паре стоит в гардеробе,

Точно красные лапки гуся.

Здесь сандалеты из кожи, ботинки,

Здесь кроссовки известнейших фирм!

Все они как с рекламной картинки,

Но Чжэн-чжэн их не тронет. Что с ним?

У Чжэн-чжэна на жизнь свои взгляды,

У него очень много причуд.

Дети все новой обуви рады,

А ему все не нравится тут.

Почему? Он в поношенной ходит,

Чем страшнее, тем лучше ему.

Помнит древний он стих и мелодию,

Где Цзигун шагал чрез страну[6].

И, тогда встречая пророка,

Люди видели: изношен наряд.

И Чжэн-чжэн верит в то, что с порога

Ботинки наши за нас говорят.

Фэй-фэй очень любит купаться.

Начнет – пропадет на полдня.

Сперва ищет, чем вытираться,

Потом ищет таз для мытья.

Затем потеряется мыло,

И он новое тащит с собой.

Когда наконец все остыло,

Сядет он играть в морской бой.

Вот мыльница – судно морское.

Фэй-фэй – капитан корабля.

Поднимется шторм, громовое

Кричит Фэй-фэй: «Право руля!»

Вдруг кит-полотенце всплывает,

Корабль не удержит волна.

Фэй-фэй судно не покидает.

Ура капитану, ура!

Фэй-фэй очень любит купаться.

В нем дух приключений живет.

Чем дольше он будет плескаться,

Тем дальше игра заведет.

Лян-лян – девчушка светлая,

И все прекрасно в ней.

Лишь складка незаметная

Легла между бровей.

Звук пианино здорово

Игрой наполнит дом.

Под пальцами проворными

Звучит «дин-дон, дин-дон».

Лян-лян, сверяясь с нотами,

Мелодию ведет.

Лишь отвлеклась – и вот, она

Уж миг свободы ждет.

Летают в парке бабочки,

Цветут сады давно,

Присесть в тени на лавочке

Зовут через окно.

Лян-лян гуляет мысленно

Дорожками в лесах.

Мечты мелькают быстрые

О птицах и зверях.

О сказках, приключениях…

И тишина кругом.

Лишь только по коленям

Слезинок стук «дин-дон».

Одеяло слишком тонкое —

Мы расстелем сверху плед.

Что, матрас набит иголками?

Как же это все терпеть?

И подушка слишком мятая,

Голова вдруг ниже ног!

До чего же лампа яркая.

Нет, терпеть Фэн-фэн не смог!

Шумно он сопит, ворочаясь,

Когда вдруг пришел отец.

Нервы проверять на прочность

Утомился наконец.

Ведьму он привел, уродство всё:

Вот копна седых волос,

Круглый глаз зеленым отсветом

Засверкал. Горбатый нос,

Когти длинные и острые

По столу едва скребут.

Этот звук, хоть веки сомкнуты,

Говорит, что ведьма тут.

У Фэн-фэна сердце замерло:

Как же тут прикажешь спать?

Но глаза открыть боится он…

Ночь дрожал, а вместе с ним – кровать.