Я тебя достану!

Глава 14

Ванечка

*****

– Ванечка, проходи, детка. Ты, небось, замёрзла? Иди, иди сюда, на кухню. Сейчас чаю попьём с пирожками.

– Спасибо.

Аккуратно повесила курточку на старую советскую вешалку и сбросила ботильоны. Потопталась на самосвязанном коврике, вдыхая аромат свежеиспечённой выпечки.

Конечно, я чертовски устала и замёрзла после сегодняшнего насыщенного дня и больше всего на свете я бы хотела сейчас оказаться в своей постели, но отказывать тёте Шуре мне абсолютно не хочется.

Прошла на кухню, осторожно примостившись на стареньком табурете, покрытом вязаной салфеткой. Старушка быстро вытащила из сушилки пузатую красную чашку и наплескала в неё ароматный свежезаваренный чай.

– Пей, детка. Я тебе ромашку заварила. От стресса.

– Да у меня вроде нормально всё…

Сделала крохотный глоток, задержав на мгновение ароматный чай на языке. Втянула носом целебный запах, ввинтившийся в лёгкие жарким послевкусием.

– Да вижу я всё. Тебе сейчас силы больше всех нужны. Одна ты у матери добытчица осталась. Отец-то Алика – настоящий подонок оказался…

– Не надо о нём…

Прохрипела, делая второй глоток.

Тётю Шуру я знаю с детства. Она когда-то была лучшей подругой бабушки и, естественно, знает всю подноготную нашей семьи. Она и мне стала практически родной, не смотря на то, что виделись мы с ней не так часто – в основном с ней контактировала мама.

– Да, ты права. Не стоит даже произносить имя того мерзавца. Но ты, Ванечка, мужчину должна себе выбрать достойного. Не будь как мама, не выходи замуж за первого встречного проходимца.

– Я вообще замуж не собираюсь.

– А вот это ты зря. Конечно, пару лет можно и подождать, но тянуть не стоит – женский век короток.

Я поморщилась, понимая, что сейчас тётю Шуру унесёт в размышления, в которых я совершенно не собиралась участвовать. Ну, не объяснять же пожилой женщине, что сначала я хочу окончить учёбу и устроиться на работу, поднявшись вверх по служебной лестнице. А значит, что в ближайшие лет десять у меня и мыслей нет о замужестве.

Нет. Она не поймёт.

Насколько я знаю, сама тётя Шура вышла замуж около тридцати и сумела родить мужу лишь одного мальчика. Очень болезненного и хилого. Он, вроде бы, по рассказам мамы, не дожил до совершеннолетия, умерев практически на руках тёти Шуры.

Поэтому, когда моя бабуля отошла в мир иной, кроме мамы и меня у этой женщины больше никого не осталось. И она взялась опекать нашу семью, присутствуя в ней хотя бы незримо.

– Как пирожки?

Старческие глаза пристально заглянули мне в лицо, пробежавшись по нему с некоторой озабоченностью. Я быстро состроила на лице самое благодушное выражение, радостно закивав:

– Чудесные. Мамочка всегда говорила, что у вас – просто потрясающая выпечка!

– Да брось. Ничего в них хитрого нет. Просто тесто и картошка. А вот подруга у меня есть – она – самая настоящая мастерица! Вот если бы ты интересовалась готовкой, я бы тебя с ней познакомила.

– Нет-нет, спасибо.

Быстро замахала руками.

Ещё не хватало мне попасть в окружение приятных бабулек, которые будут учить меня готовить, стряпать ароматные пирожки и вязать вот эти огромные салфетки с половичками, коих в квартире тети Шуры великое множество.

– И зря. Она, кстати, врач. На пенсии сейчас, правда. Но раньше в кардиохирургии работала и, насколько я помню, в детском отделении.

Сделала стойку, внимательно поглядев на тётю Шуру. Женщина продолжала как ни в чём не бывало что-то жарить на сковороде, слегка пожимая полноватыми плечами.

– А она была хорошим врачом?

– Она-то? Да самым лучшим! К ней со всей страны детей привозили на осмотры. А руки у неё всегда были золотые! Никому не отказывала. Ведь только благодаря ей мой Лёшенька пожил. Другие врачи давно на него руками махнули – сердце-то слабое было с рождения. А она не отступила, спасала его неоднократно, оперировала.

Всё тело моментально прошило ледяными, сшибающими с ног, волнами. Если эта таинственная женщина-хирург и вправду так хороша, то я готова стоять у её плиты с пирожками хоть целый день, только бы она посмотрела моего братишку…

– Познакомьте меня с ней!

– Ты же сказала, что тебя не интересует готовка.

– Я передумала. Решила побаловать маму с Аликом первоклассной выпечкой, они это заслужили.

– Вот, это – правильно.

Старушка тотчас расплылась в счастливой улыбке.

Стало ясно, что она просто мечтала о таком ответе с самого начала. Ведь сейчас ей совершенно нечем заняться, а тут – такая возможность. И меня поучить, и со старой подругой повидаться.

– Я прямо сейчас ей позвоню и в гости приглашу. Тут и пирожки испечёте и потолкуете.

Тётя Шура удалилась из кухни, поспешно вытерев полноватые руки о белоснежный передник, и я осталась одна. Откинулась на табурете, оперевшись затылком в цветастую стену, и прикрыла глаза.

Хорошо было бы встретиться с этим чудо – хирургом пораньше, чтобы не прозевать развития у братишки какой-нибудь патологии. И пусть даже ради этого мне придётся целый день месить тесто под чутким руководством двух пожилых матрон – мне всё равно.

Главное, чтобы Алик поправился и мамочка, наконец, снова ожила.

А потом я всё-таки ухитрюсь взять интервью у этого зазвездившегося пловца Романовского, получу свой первый журналистский гонорар и потрачу все деньги на подарки своим близким. Потому что они – самое главное, что есть в моей жизни!

– Ванечка, ты завтра свободна? Суббота же.

– Да, конечно.

Быстро ответила, оторвавшись от своих мыслей.

Пожалуй, займусь преследованием Романовского с понедельника. А пока, на первом месте для меня – мой маленький брат.

– Давай, приезжай ко мне завтра, дорогая. Будем тебя ждать. До встречи.

Тётя Шура вдавила кнопку на телефоне, победоносно взглянув на меня. В её блеклых старческих глазах зажёгся какой-то азартный огонек, и она совсем по-детски мне улыбнулась.

– Ну, пляши, Ванюша. Ниночка согласилась завтра приехать, преподать тебе урок по готовке.

– Отлично. Я буду.

– Замечательно. Тогда в четыре часа дня я тебя жду. Ох, отлично проведём время! Я чувствую!