Я тебя ждала

Глава 5.1

Глава 5.1

Спуск по лестнице дался мне с трудом, давно же за порог комнаты не переступала, и шли мы быстро. Но отдышку я подавила привычным упражнением: глубокий вдох и медленный выдох, и так несколько раз. Дыхание я восстановила, испарину со лба быстро вытерла. Но даже оглянуться в холле времени не было, мои стражи неслись вперед, и меня несло с ними, как щепку в бурном потоке. Откуда только силы взялись не свалиться там от нехватки кислорода, а окружение мое даже не запыхалось. С одной стороны, конечно, это хорошо, значит, стражи у меня тренированные, в хорошей боевой форме. Но, с другой стороны, всё-таки, неприятно, не внимательные они у меня. Надо будет поработать над этим.

И вот мы пересекли огромный холл и оказались у массивных деревянных двустворчатых дверей. Откуда не возьмись, появился представительный дворецкий в ливрее насыщенного бордового цвета с посерёбренными пуговицами и с почтительным полупоклоном раскрыл перед нами двери.

Не успели мы выйти, как я, оглушенная нахлынувшим людским гамом, отступила назад, уткнувшись спиной в стоящего позади стража. Но пути назад мне давать никто и не думал. Эдвин уверенно ступил вперед, и, подняв руку, дождался тишины. И уже над притихшим двором разнесся его зычный голос.

- Светлая леди, герцогиня Котоварская, приветствует своих людей в замке Кот. Герцоги Котоварские всегда заботились о вас, никогда не ущемляли в справедливости. Всем вам дадут кров, пищу и иную помощь. Наберитесь терпения. Желающие могут вступить в дружины. Женщинам также найдется посильная работа. – И еще громче продолжил. – Мы освободим свои земли! Развеем пепел горцев!

Его речь настолько воодушевляющее подействовала на меня, что не смогла удержаться от крика:

- Враг не пройдет!

И люди, которые на слова Эдвина кивали и громко, но одиночно поддакивали, на мой лозунг отреагировали взрывом эмоций:

- Не пройдет!

- Врага в пепел!

И я еще раз крикнула, уже вскинув в небо сжатый кулак:

- Смерть врагам!

И этот клич многоголосым эхом прокатился по многолюдному двору.

Мы со стражами начали спускаться с высоких ступеней, а люди расходились, уступая нам дорогу.

Вокруг все ещё звучали воодушевляющие слова. Я же сказала, повернувшись к Эдвину:

- Отличная речь, очень духоподъёмная.

Немного смутившись, он ответил:

- Я-то что, это вы смогли до них докричаться.

Со спины послышался голос недоэльфа:

- Да уж, сейчас недостатка в добровольцах точно не будет.

И Адин поддакнул:

-Главное, чтоб их на патрули хватило.

Кто-то сзади вставил:

- Добровольцев сейчас на всё хватит. Видели, как их светлая леди завела? Да они готовы зубами рвать горцев! – Столько восхищения было в этом голосе, я даже напряглась, ожидая одобряющие хлопки по плечу. На кураже забыла, что я светлая леди, а стражи мои не забыли. Не позволили себе панибратских жестов. Но взгляды в мою сторону точно изменились, исчезла из них прежняя отчужденность.

Мы давно вышли из одной толпы, и снова нас окружили люди, даже на взгляд заметно отличающиеся от уже виденных нами. Более запыленные, потерянные, уставшие. Даже взгляды их давили, выраженным в них горем.

Пораженная этой болью и страхом, надеждой и мольбой, верой и призывом о помощи, я быстро шла в кольце своих стражей. И в данный момент больше всего боялась остаться с толпой одна, без надежной охраны.

Эдвин, наклонившись ко мне, сказал:

-Эти люди из дальних деревень, там были жертвы, и, кажется, в лесу пропали дети. Наверно, только сейчас добрались до замка.

А с разных сторон между тем неслись крики и вопросы:

- Светлая леди!

-… спасибо за приют.

- Дети пропали!

- Помогите, дети остались в лесу.

- Пошлите гвардию на поиск детей!

- Светлая леди…

- …нам не хватило палаток.

- Где лорды? Почему не выходят к нам?

Мои люди отвечали на вопросы, кому-то кивали, а кого-то отпихивали с дороги, но строй вокруг меня держали. В какой-то момент, к ним присоединилось еще с десяток вооруженных воинов, и меня уже окружило двойным кольцом непробиваемой надежности.

Как я сейчас понимала политиков и звезд спорта, кино и шоу-бизнеса, которые отгораживались от толпы широкими спинами секьюрити. Я понимала, что люди, требующие моего внимания, оказались в беде, и я для них гарант спасения, но, Боже, как же я их сейчас боялась.

Они были страшными в своём горе. Растрепанные, оборванные бабы с криками:

- Нас ограбили!

- Как нам найти детей?

- Где лорды?

- Почему гвардия не отбила набег горцев?

Лохматые бородатые мужики, ревущие во всю глотку:

- Дайте нам оружие!

- Мы соберем ополчение!

- Надо лес прочесать, там дети остались!

И тут же плакали дети, шумные, грязные, вездесущие, с сопливыми мордашками, и очень голосистые:

- Ма-а-а-ма!

- Домой хочу-у-у-у..

-Пи-и-и-ть да-а-ай!

Толкать здесь жизнеутверждающие речи бессмысленным показалось не только мне. Когда мы, наконец, прошли двор, и вошли в крытые пустые помещения, наверно, какие-то хранилища, я посмотрела на Эдвина. Что у него спросить не знала, но он и так начал объяснять:

- Сегодня на рассвете, как я уже говорил, горцы напали на деревни Кедровка и Сосновка, они у самой границы с Предгорьем. Пока наши пограничные разъезды сдерживали нападающих, беженцы направились к замку Кот. По дороге к ним присоединялись жители с деревень Камышовка, Голень и Тапки. – И весомо добавил. – Беженцев будет много.- И замолчал, может, подумал, что этой информации для меня, чтоб сделать выводы и предпринять необходимые действия, вполне достаточно. Для настоящей светлой леди, наверное, этого и было бы достаточно. Но я же место светлой леди занимаю неполные три недели.. И в голове у меня мелькали не возможные решения проблем, а десятки вопросов, не успевая облечься в звуковую форму. Я хотела бы узнать:

- Почему на границе с агрессивными горцами только разъезды? Разве на границе не должны быть как минимум регулярные посты. А, учитывая реалии данного мира, там не помешали бы настоящие крепости.

- Почему семьи полным составом бегут с насиженных мест? Даже бросив потерявшихся детей? Почему хотя бы мужики не помогают пограничникам отстоять своё имущество и родную землю?

- И где гвардия? И есть ли у герцогов Котоварских гвардия?

Еще мне интересно:

- Почему замок называется Кот?

- И кто давал названия деревням Голень и Тапки?

Но все эти вопросы я, конечно, озвучивать не стала. Задала более приличествующий данной обстановке:

- Места всем беженцам хватит?

- Конечно. – Его даже возмутило, что в этом я сомневаюсь. – В верхнем дворе уже раскинули палаточный городок. Там поместят людей с двух ближайших деревень. Сейчас сюда завезут сено, - он окинул взглядом огромное помещение, - и устроят временные казармы для добровольцев. Другие такие помещения тоже расконсервируют и подготовят для приема бессемейных людей. А в нижнем дворе уже ставят палатки для жителей дальних деревень. Сена запасли летом вдоволь, лорд еще не успел его распродать. Едой под стазисом забиты подвалы замка и еще два подземных хранилища.

Если я правильно поняла, собирать всех беженцев в замке – добрая традиция. И запас помещений, палаток и еды здесь сделан впрок, если можно так выразиться.

Не знаю, моё ли появление вне стен замка так повлияло, или управляющий и помощники лордов так хорошо взялись за дело, но уже к вечеру двор опустел, и наступила долгожданная тишина. Людей разместили, вновь прибывающих оперативно распределяли по свободным местам. С кипящих котлов поднимался ароматный парок и разносил кругом запах наваристой мясной похлебки.

Я же всё это время, с полудня и до вечера работала знаменем. Все решалось за меня, но мое присутствие было необходимо. И я очень устала, ноги уже гудели, мне хотелось тишины и покоя в моей комнате. Еще больше мне хотелось на родную Землю, в мой привычный размеренный мир, где самой ответственной работой был квартальный финансовый отчёт. Ну, и другие отчёты.

Уже смеркалось, когда возле лекарьских палаток поднялся крик. Я со стражами, или, правильнее сказать, охрана со мной поспешили в сторону криков. В первой палатке, возле одной из коек, закрытой с двух сторон щитами, собрались уже знакомые мне люди, в серых одеяниях. Я их помнила еще со дня своего пробуждения. Если бы мне снились кошмары, они занимали бы в них центральную роль.

В общем серые Хранители спорили с одним седым воином. Он криком им что-то доказывал, и безуспешно пытался оттеснить их от койки подальше.

- Что там происходит? – Тихо спросила я Эдвина. Он Кивком головы отослал Катина Кавану за информацией.

Через несколько минут мы получили следующую информацию обескураживающую информацию:

- Десять минут назад привезли девушку из Кедровки, затоптанную горцами. Хранители Разума уверены в её безумии, говорят от испытанного она не могла не сойти с ума. И требуют немедленного выпилинга. А седовласый, её отец, не может с этим смириться.

Лаконичность этих людей когда-нибудь и меня сведет с ума!

Я спросила:

- Она магиня?

- Нет, - снова короткий ответ.

Хотелось еще спросить, зачем тогда умерщвлять, если магический выброс ей не грозит, но воздержалась, не буду выдавать своей неосведомленности, серые-то недалеко стоят, могут и меня для кучи умертвить.

Но уходить я не стала, наоборот, двинулась ближе к койке, не смог меня остановить даже Кавана, сказавший:

- Не стоит туда идти, девчонке все равно не поможешь, а зрелище не для слабонервных.

А я и не слабонервная, на умерщвление нарываться не собираюсь. Но просто уйти не могу, светлая я леди или кто? Да и старика поддержать надо. Дочь же сейчас теряет.

То, что я увидела, действительно, шокировало, но я удержала в себе несколько нетипичных для светлой леди фраз.

А Адин сдержаться не смог:

-Суки. Твари! Давить таких…

На узкой койке лежала еще совсем девочка, наверно, ей не было и четырнадцати лет. Худенькая, хрупкая, на селянку совсем не похожая. И на ней не было живого места: неестественно изогнутые ноги, грубо перевязанные тряпьем руки, разбитое лицо, заплывшие глаза, порванная и запачканная кровью и грязью одежда. Девочка лежала с закрытыми глазами, дышала отрывисто и тихо скулила. На щеках застыли слёзы.

А эти, в серых одеждах, мешали бдящему Корну заняться пострадавшей, бросая жестокие фразы:

- Она безумна!

- Надо немедленно принять меры!

- Здесь много людей и иной живности, если будем тянуть, жертвы будут огромными.

- Жизнь одной девки не стоит жизни всех людей замка.

Седой воин, который с близи оказался намного моложе, чем казалось с большого расстояния, уже смирился, сильно сгорбился, на лице застыло выражение боли и скорби. Но оттеснить Хранителей уже не пытался.

А я по поведению бдящего Корна, на мой взгляд, очень благоразумного человека, сделала вывод, что не все так однозначно с выпилингом. Если уж лекарь пытается лечить девочку, значит, есть шанс ей помочь.

- Уважаемые,- обратилась я к серым, - вы и про меня говорили, что моя жизнь ничего не стоит?

На мой взгляд обернулись все в палатке.

- Светлая леди, - раздался нестройный приветственный хор, кто-то тихо чертыхнулся.

Я же не спускала глаз с самого представительного из Хранителей, который в свое время настаивал, что я не в своём уме и поведение у меня нетипичное, и провалы в памяти подозрительные.

- Что же вы творите?- Произнесла я осуждающе.- Вы же спасать людей должны, а сами готовы убивать всех подряд, начиная со светлой леди и заканчивая несчастными девочками.

Я не знала, всех реалий этого мира, но решила отстоять девочку чего бы мне это ни стоило, тем более безумие ее еще не доказано. Не всегда же стрессы, травмы, насилие ведут к помешательству.

- Светлая леди, - обратился ко мне серый, которого я определила главным, - эта несчастная много пережила, она заслужила покой. Жестоко заставлять ее мучиться от боли.

- Заслужила покой? – Я очень старалась не переходить на крик. – Вы хотите убить человека! Девочка нуждается в помощи лекаря, бдящий избавит ее от боли.

Договорить мне не дали:

- Вы не правы,- сказал спокойно, но злой блеск глаз даже не пытался скрыть, - и лезете в вопросы, лежащие вне вашей компетенции.

- Это ваша компетенция вызывает всё больше вопросов. – Я уже не видела смысла разводить здесь церемонии. – Не слишком ли вы категоричны со своей паствой?

И сразу обратилась к бдящему Корну:

- Сумасшествие девочки подтверждено?

Он ответил с легкой одобрительной улыбкой:

- Она не приходила в себя. Провести диагностику разума невозможно. Мы можем пока лечить тело, чтоб она пришла в себя в благоприятной обстановке.- Отец больной выдохнул с шумом и выпрямил спину. Теперь он ребенка легко не сдаст.

- Безумие невозможно предотвратить. – Заявил, молчавший до сих пор, молодой Хранитель. – Когда произойдет выброс, последствия будут необратимы.

- Если выброс произойдет. – Неожиданно вставил, незаметный до сих пор, юный бдящий. – Его же может вообще не быть, - тихо докончил он под презрительными взглядами Хранителей.

Не слушая пререканий, снова обратилась к бдящему Корну:

- Вы можете продержать девочку спящей восемь-десять часов? Провести все процедуры, обезболить. Чтоб проснулась она отдохнувшей, в спокойной обстановке. Чтоб рядом были только вы и её отец. И тогда провести диагностику.

Презрительные взгляды Хранителей перешли на меня, но они явно проигрывали перед уважительными взглядами лекарей и благодарным от отца девочки.

И бдящий Корн ответил:

- Мы так и собирались поступить, светлая леди. Такая тактика однажды показала себя действенной. – Кажется, он намекнул на мой случай. - Но уважаемые Хранители Разума настаивают на решительных мерах.

- Решительные меры подождут. – Бескомпромиссно отрезала я, даже не ожидала от себя таких герцогских ноток. – Не теряйте времени, лечите девочку.

На последовавшую фразу Хранителя: «Мы оставим у постели больной дежурного некромага»

Ответила:

- Дежурный пусть сидит за ширмой, нечего лекарям мешать.

Мы со стражей уже отошли от этой палатки, когда нас догнал отец девочки, он упал передо мной на колени и скороговоркой почти прошептал:

- Спасибо, спасибо, Светлая леди. Я всю жизнь буду молиться за вас Духу. Да минует вас людская зависть, немощь и проклятья. Вы подарили моей девочке шанс на жизнь. – Благодарность была приятна. Но видеть на коленях сильного воина - не приятно. Его подняли и увели. Но сюрпризы на этом не закончились.

- Благодарю, - неожиданно сказал Эдвин, - вы сегодня, может быть, девочке жизнь спасли. Хранители перестраховываются, в военное время подобная тактика оправдывает себя, но если есть шанс спасти человека, надо им пользоваться, не умерщвлять сразу.

- Спасибо, светлая леди, - добавил кто-то сзади, - Хранители уже не ценят каждую человеческую жизнь, их заботит благополучие масс. Слишком очерствели.

- Разленились они,- жестко вставил Кавана, - носятся со своим выпилингом при каждом сомнительном случае. Лишь бы не дежурить у больного, на контуре экономят. Хотя, как эта девочка жить дальше будет, она же тени своей бояться начнет?

- Дурак ты! - Это мой младшенький такой непосредственный. – Как-нибудь заживёт! Ты отца ее знаешь? Он точно без дочери не выживет, одна же осталась от всей семьи. Они здесь живут при замке. Он ее в Кедровку, скорее всего, к сестре в гости отправил. И тут такое.

-Да. – Многозначительно закончил Эдвин. – Чертовы горцы! Сорок лет же мирно жили, что они к нам сейчас-то полезли?