Глава восьмая

– Что за песню ты постоянно напеваешь? – спросила Стори у Ярена, пока они шли на рынок. Их старшая сестра, Саммер, отчаянно хотела пойти, вероятно надеясь увидеть своего плотника, но Головастик заболела, и кто-то должен был выполнять ее прихоти. Отец сделал бы это сам, но сегодня охотился на зайцев и дикую индейку. Головастик не стала бы слушаться Стори, а рассеянность Ярена делала его ужасной сиделкой.

Его взгляд метнулся к двойняшке. Он даже не осознавал, что поет. Прошло несколько недель с тех пор, как он ходил на озеро и видел девушку, и ему потребовалась невероятная сила воли, чтобы не возвращаться туда. Когда он вылавливал птенца из озера, то еще скептически относился к яду. Но после нескольких секунд в воде крошечный трупик превратился в скелет, развеяв любые сомнения. Но это не значит, что дело в магии. В природе было много ядовитого: ягоды, грибы, насекомые, растения… Так почему не озеро?

– Прости. Просто мелодия, которую никак не могу выбросить из головы.

Стори приложила руку ко лбу брата.

– Хм, лихорадки нет. Я подумала, что ты заболел, как сестра.

– Она даже не больна, – возразил Ярен, убирая ее руку. – Просто злится, что из-за возраста отец не пускает ее за покупками. Вот и решила наказать Саммер.

– Мне известны все ее приемы. А вот ты никогда не пел.

– Что я могу сказать, на меня действует свежий весенний воздух. – Он взглянул на Стори, проверяя, собирается ли она дальше его допрашивать.

Девушка пожала плечами:

– Ну в любом случае она красивая. Немного грустная, но красивая.

Они добрались до рынка. Он открывался в Бриклбери каждое воскресенье и служил местным жителям идеальным поводом собраться, поделиться историями и поторговать.

– Я его видел. Ростом с корову, это был он, – говорил седой старик, дико размахивая руками перед собирающейся толпой. – Должно быть, потомок гигантских волков, которые бродили по этим горам во времена наших дедов.

Пожилая женщина, продававшая вязаные пинетки, глубокомысленно кивнула:

– Я слышала эти истории. Между прочим, их не видели уже несколько десятилетий.

Стори бросила взгляд на Ярена, закатив глаза, и протиснулась сквозь толпу к небольшому стенду, где женщина продавала лекарства, некоторые действенные, а некоторые скорее убьют пациента, чем вылечат. Стори взяла маленькую зеленую бутылочку с надписью «Тоник от лихорадки» на этикетке.

– Какой состав? – спросила она продавщицу, наклоняя бутылек и изучая вязкость жидкости.

Пока женщина перечисляла ингредиенты, Ярен обвел взглядом рынок и тут же заметил Ларса. Молодой человек помахал рукой, его яркие волосы приветственно качнулись, прежде чем он вернулся к разговору с мясником. Тут была и Мегги, женщина с грозными бровями. Она посмотрела на Ярена, очевидно, все еще недовольная его словами о магии.

– Кого ищешь? – спросила Стори, протягивая продавщице монетку и засовывая в сумку коричневый бутылек без этикетки.

– А, никого конкретного, – ответил Ярен. Но тут же осознал, что искал девушку со светлыми волосами. Так глупо. Он знал, что эндланцы не покидают остров, волшебное озеро или нет.

Губы Стори изогнулись, словно она собиралась что-то сказать.

– Я надеялся купить мед, – добавил он. – Но не могу найти продавца.

Его маневр сработал. Мед продавала симпатичная молодая женщина, и на основании этого Стори сделала свои собственные выводы.

– Она приходит только раз в две недели, – сказала Стори, беря Ярена под руку.

– Как ты думаешь, почему местные жители так одержимы магией? – тихо спросил он, пока они шли по рынку. – Может, дело в разреженном горном воздухе? В лишнем свободном времени?

Она покачала головой.

– Не знаю. Но я чувствую нечто подобное, когда нахожусь в лесу. Он вовсе не похож на лес у нас дома.

Они переехали из города, расположенного более чем в двух неделях езды отсюда, когда Клаус, который знал маму Ярена еще девочкой, написал Степану, описывая изобильные леса, чистый воздух и приветливых жителей. До сих пор все это оказывалось правдой по большей части.

Они вернулись, а старик все еще рассказывал историю про волка, который теперь вырос до размеров дома. К этому моменту собралась целая толпа, и Стори подтащила Ярена поближе, чтобы послушать.

– Мой пес пошел за ним, – говорил старик. – Я продолжал его звать, но он не слушал.

– Ты уверен, что снова не напился, Том? – спросил мужчина помоложе. – Как правило, чем больше эля ты выпиваешь, тем более причудливыми становятся твои истории.

– В последний раз был тролль, – напомнил кто-то.

– А до этого феи!

Ярен обнаружил, что кивает в знак согласия. По крайней мере несколько человек в этой деревушке имели здравый смысл.

Но старик проигнорировал их насмешки и потянулся к карману. Он вытащил большой клык.

– Я вытащил это из тела моего бедного Альфи, когда волк оставил его. И не говорите, что вы видели нечто подобное, если только вы все сами не напились!

Ярен и Стори посмотрели друг на друга широко распахнутыми глазами и медленно попятились из толпы.

И когда уже шли по тропе домой, Стори повернулась к Ярену:

– Это было…

– Странно? Чудно? Пугающе?

Девушка многозначно кивнула.

– Именно. Начинаешь верить в магию, да? – спросила она, толкнув его в плечо.

Ярен усмехнулся:

– Едва ли. Но начинаю верить, что местные даже более чокнутые, чем я думал. – Он указал на сумку сестры. – Что ты купила для Головастика?

– О, обычный рыбий жир. Я собираюсь сказать ей, что это средство от лихорадки. Надеюсь, вкус у него настолько ужасный, что в ближайшее время у нее не возникнет соблазна снова притворяться больной.

Загрузка...