Юности глупой порывы

- Ты знаешь про книгу? Но откуда? - удивилась девушка.

- Мисс Пирс, Гарри знает много секретов, неизвестных другим, - встрял Дамблдор, выходя из тени.

- Ой, директор. Я натворила что-то ужасное? - испугалась она.

- Есть немного, - печально подтвердил директор. - Так что насчет книги? Где она?

- Ой. Мне ужасно стыдно. - В уголках глаз девушки мелькнули слезы.

- Успокойся, - попросил я, погладив ее по бледной руке.

- Ты очень добр, Гарри, - вздохнула Шелли, вытерла слезы и, не глядя на меня, начала рассказывать: - Мне было очень одиноко. Я влюбилась в Гарри, а он меня и не замечал. Летом в своем особняке я наткнулась на тайник, в котором была всего-навсего книга со сказкой. В предисловии говорилось, что она может стать явью. Я прочитала и попыталась распределить роли. Рыцарем, естественно, был Гарри, а я - принцессой. Начался учебный год, я привезла в школу книгу. Наша встреча на мосту была вовсе не так романтична, как рисовалась. Но я, тем не менее, посчитала ее за мое спасение. Гарри продолжал меня игнорировать даже во время походов в Хогсмид. Он был где-то очень далеко, не со мной. Я плакала, злилась. Потом взорвалось то зеркало. И вновь я не почувствовала ничего. Да и злого короля я в упор не видела.

- Том мне нравился. Он красивый… - озвучил я свои мысли вслух, вспоминая Ньюмана. - Я все время думал, кого же он мне напоминает.

- Что?! Что ты сказал, Гарри? - уставился на меня директор.

- Понимаете, учитель ЗОТИ… Он показался мне привлекательным и знакомым, словно я знал его раньше, - смущенно пробормотал я, понимая, что сболтнул лишнее.

- Учитель ЗОТИ? - встряла Шелли. - Он-то тут причем?

- Том Ньюман и был злым королем, - хором пояснили мы с директором.

Девушка ахнула, прикрывая рот ладошкой. Но мы даже не посмотрели на нее, а продолжали беседовать друг с другом.

- Теперь-то я понимаю, что так и должен был бы выглядеть Риддл к сорока годам, если бы не разбил душу на части. И почему я ничего не понял? - сокрушенно произнес Дамблдор.

- Это все книга, - убежденно произнес я, вздыхая.

- Я ничего не понимаю, - призналась Шелли, снова вклиниваясь в наш диалог. - А кто такой Риддл?

- Это мысли вслух, не более, - отмахнулся директор. - Продолжай, пожалуйста.

- Ладно, - немного обиженно произнесла она, но возобновила рассказ: - После зеркала в моем отношении к Гарри ничего не изменилось. А он по-прежнему меня игнорировал. Но когда я увидела его перед матчем в слизеринском шарфе, то подумала, что осколок попал не мне, а ему. Раз так, то мне досталась роль борца с драконом.

- Откуда взялся этот монстр? - заинтересовался я. - На станции нет и в помине таких уродов. Да и вообще я не слышал о такой породе.

- На какой станции? - спросила Шелли, но ее вопрос проигнорировали.

- Его создала книга. Такие драконы давно вымерли, - ответил директор мне.

- Он сбил меня одним ударом хвоста. Я даже не успела испугаться, - смущенно призналась Шелли. - Получается, что я неправильно распределила роли. Директор, вы не объясните, что случилось дальше? Кто же был принцессой, а кто рыцарем?

- Это и мне бы хотелось знать, но, кажется, кое-что я начинаю понимать, - словно сам с собой пробормотал Дамблдор, и я испугался, что он озвучит свою версию вслух и начнет требовать у меня пояснений. Однако он спохватился и мягко сказал Шелли: - Впрочем, мисс Пирс, вас это не касается. Лучше скажите, где сейчас книга.

- У меня в комнате, в тумбочке, - тихо ответила она, не поднимая на него глаз.

- Посмотрите на меня, - мягко, но требовательно попросил директор и, когда она выполнила его просьбу, быстро навел на нее палочку и произнес: - ОБЛИВИЭЙТ! Ты забудешь историю с книгой. Теперь тебя зовут Клео Долл. Ты - сирота.

Видя мое шокированное лицо, он пояснил:

- Я думаю, что так будет правильней, Гарри. Кроме отца, у Шелли никого нет. Теперь ее никто не сможет защитить. Лучше будет, если она забудет все. Отправим девочку в Шамбатон. Волдеморт до нее там не доберется. Пошли, уничтожим артефакт.

Я все еще не мог отойти от шока. Так запросто переписать судьбу человека и даже не заколебаться ни на миг! Мне почему-то были неприятны такие действия директора. Он же хмурился, кидал на меня косые взгляды и о чем-то усиленно думал. И я был уверен, что не о дальнейшей судьбе Шелли. Его явно интересовала моя персона и что-то связанное с ней.

* * * * * * *

За пределами больничного крыла меня поджидали Рон и Гермиона.

- Гарри, что вообще ты делал на поле? Я видел только, как ты упал с метлы, - кинулся ко мне Рон.

- Мистер Уизли, Гарри пока не в состоянии отвечать на вопросы, - сухо оборвал его директор. - Вы с мисс Грейнджер должны идти в гриффиндорскую башню.

- Это Сами-знаете-кто? - с ужасом предположила Гермиона.

- Вы проницательны, мисс Грейнджер. Но я надеюсь, это останется между нами, - так же неприветливо подтвердил Дамблдор. - Теперь позвольте пройти, мы спешим. Гарри надо вернуться в больничное крыло. Он должен окрепнуть перед дорогой.

- Перед какой дорогой? - удивился я.

Дамблдор лишь смерил меня странным взглядом и продолжил свое шествие. Я понял, что он сердится на меня, а значит, спрашивать бесполезно. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Впрочем, оказавшись в комнате Шелли, я снова задал этот вопрос.

- Мы с твоим наставником Сингхом решили, что тебе стоит пройти особое обучение в Тибете, - на этот раз соизволил ответить директор. - Завтра утром ты уезжаешь.

По крайней мере, я успею проститься с Драко сегодня ночью, - подумал я, а вслух сказал совсем не это.

- Мне показалось, что другие участники событий почти ничего не видели.

- Да, это так, - подтвердил Дамлдор. - Почти для всех Шелли и Драко просто упали на поле, а ты каким-то образом оказался в небе и кинулся к мистеру Малфою. Истинную картину могли видеть лишь избранные: твой покорный слуга, Сириус Блэк, как твой крестный, и Северус Снейп, как крестный Драко.

- Ясно... - протянул я.

Директор опять смерил меня каким-то странным взглядом, но ничего не спросил и не пояснил, а принялся искать книгу. Она, как и говорила девушка, лежала в тумбочке. Почему-то он заставил именно меня вынуть ее и неопределенно хмыкнул, когда переплет вспыхнул зеленоватым светом, едва я коснулся книги.

- Сожги ее, - предложил старый интриган, и я подчинился.

Когда артефакт занялся сине-красным пламенем, мою голову расколола боль в шраме, и я потерял сознание. Очнулся я снова в больничном крыле. Первым, кого я увидел, оказался Дамблдор, который явно просидел рядом с моей кроватью все то время, что я был в отключке.

- Что ж, Гарри, отдыхай здесь до утра. Лама Сингх будет ждать тебя у дверей школы в восемь. Мадам Помфри разбудит, - мягко сказал он и удалился.

Целительница тоже вскоре покинула палату, и мы с Драко остались вдвоем.

* * * * * * *

Некоторое время я лежал на своей кровати как примерный мальчик. Но желание убедиться, что с Малфоем все в порядке, заставило меня встать.

Драко спокойно дышал, и это успокаивало. Но мне необходимо было хотя бы коснуться его. Поэтому, поколебавшись, я сел на краешек его кровати, отодвинул с его лица прядь волос и нежно коснулся виска губами.

- Гарри, - моментально распахнул он свои глаза.

- Как ты? - поинтересовался я, лаская его скулы кончиками пальцев.

- Нормально, - улыбнулся Драко. - Скажи, а что случилось?

- О, это очень долгая история, - ухмыльнулся я и рассказал про книгу Тома.

- Я так и знал, что Шелли клеится к тебе, - немного нахмурился Драко.

- Она все придумала, - успокоил я его ревность, склоняясь к его губам и целуя.

Он обхватил меня за шею и углубил наш поцелуй. Когда нам не стало хватать воздуха, Драко вздохнул и невесело усмехнулся:

- Я обманул тебя. Обещал придти и, видишь, не смог. Но, думаю, что через пару дней меня выпишут, и я исправлюсь.

У меня сжалось сердца от того, что мне придется отказать ему.

- Ничего не выйдет, Драко. Завтра утром я уезжаю в Тибет.

- Надолго? - мрачнея, поинтересовался он.

- Не знаю, - признался я и, видя, что Драко еще сильней хмурится, снова поцеловал его.

- Скажи, а почему сказка повернулась так странно? - спросил он спустя некоторое время.

- Ты мог бы меня и не спрашивать, - чуть смутившись, ответил я. - Это же очевидно. Я спас твою жизнь, целовал тебя, ревновал... Но ты не девушка.

- Мерлин, эти месяцы были ужасно глупыми. Я тебя ревновал к Ньюману. А ты меня к Кристи. Хотя, последнее совершенная глупость. Днем я на тебя так злился, а вечером хотел не только поцеловать, но и оказаться в твоей спальне, и не решался.

- Да уж… - вздохнул я. - Никогда бы не подумал, что Ньюман и Риддл - одно и то же лицо. Волдеморт такой страшный, а Том почти красавец.

- Не желаю слушать про Тома! Ты мой! - сузил глаза блондин и впился в мои губы собственническим поцелуем. - Знаешь, у меня дурные предчувствия. Ты будешь мне писать?

- Вряд ли. Тибет черти где, а сову я оставляю в совятне. Но я буду о тебе думать. - Я опять поцеловал его и признался: - Как же я не хочу уезжать!

Драко только сжал меня крепче в ответ, и мы снова начали целоваться. Мерлин, если бы не его состояние и не место, я бы сделал что-то более откровенное, чем робкие поглаживания и поцелуи. Но сюда в любой момент могла войти мадам Помфри. Поэтому мы еще немного побыли вместе, а затем я лег на свою кровать и пожелал ему спокойной ночи. Скажу честно, я думал, что не сомкну глаз до утра, но сон быстро справился со мной.

Глава 17. Тибет

Мадам Помфри разбудила меня в половине восьмого. Так как Драко спал, то я не смог попрощаться с ним даже на словах, хотя хотелось бы поцеловать. Впрочем, при целительнице это вряд ли можно было осуществить в любом случае.

Опечалившись этим фактом, я поднялся в свою спальню, покидал в сумку некоторые вещи и спустился к главному входу. Сингх уже был там и, увидев меня, поприветствовал:

- Я рад, что ты не опоздал, несмотря на вчерашнее происшествие.

- Если честно, я предпочел бы отложить отъезд, хотя бы на пару дней, - сознался я.

- Прости, Гарри. Но тебя ждет там слишком много дел, а у тебя седьмой курс. Ты и так покидаешь школу на два месяца. Поэтому я вынужден настаивать.

- Как на два месяца? Так долго. - Я смотрел на тибетца почти с ужасом. - Я думал, что уезжаю только на каникулы.

- Видимо, директор Дамблдор решил сделать тебе сюрприз, - как всегда без эмоций прокомментировал Сингх.

Я был в полной растерянности. Во мне кипела масса эмоций: злость на директора, который в очередной раз все решал за меня, нежелание надолго покидать Драко, какая-то неясная тоска или предчувствие опасности. Но все это перевешивала жажда новых неизведанных приключений.

Наверняка вся эта гамма отражалась на моем лице, но мой наставник умел быть тактичным, поэтому не задал ни единого вопроса, а просто вынул портал - помятую миску, и мы переместились в Тибет.

Здесь было гораздо холодней, чем в Англии. Нас окружали горы, покрытые снегом, впрочем, как и весь остальной пейзаж. Красота была неописуемой, а каменная арка, перед которой мы стояли, поражала воображение, особенно глаза, вырезанные в камне и, казалось, смотрящие мне в душу. Я даже шумно выдохнул от охвативших меня эмоций.

- Это буддистский монастырь, - пояснил лама, указывая на красные строения за странной аркой. Затем махнул в ее сторону. - А это вход в нашу школу - дарчен. Иди через него первый. Я хочу посмотреть, пустит ли тебя охранная магия.

Хотя я уже привык к магии за свою школьную жизнь, но напряженный голос Сингха, который сомневался в моей способности пройти через раскрытую арку, вызвал у меня улыбку. Он шутит? - мелькнуло в моей голове, но наставник был как никогда серьезен. Я спокойно прошел и победно оглянулся: сзади меня были массивные железные ворота и глухая, высокая стена ограды. Да… Веду себя, как магл.

Я посмотрел в сторону монастыря. Но и он сам, и окружающее пространство тоже изменились. Снега больше не было, а здания стали просто другими. Особенно меня потрясло одно в виде ступенчатой пирамиды, каждый ярус которой представлял собой ряд отдельных помещений с выходом наружу. Наверху его венчала башенка с куполом, под которым были нарисованы такие же глаза, как и на дарчене.

Рядом с пирамидой была двухъярусная пагода с традиционной для таких строений крышей. По двору протекала река, по берегам которой разгуливали ученики в оранжевых тогах - бритоголовые мальчики разного возраста.

- Прекрасно. Школа признала тебя, - заставил вздрогнуть меня голос неслышно подошедшего ко мне Сингха. - Первым делом пойдем к озерам. Хочу рассказать тебе легенду. Это поможет тебе понять, как ты можешь справиться с темным магом.

Если бы на его месте был кто-то другой (не Снейп, конечно), то я возмутился бы и напомнил, что со мной вещи, да и одежда - зимняя мантия - несколько жарковата для царившего на территории монастыря климата. А так я просто поплелся следом. Впрочем, вскоре мои претензии исчезли, так как багаж улетел, а одежда сменилась на более легкий вариант оранжевого цвета.

* * * * * * *

Сингх привел меня на берег большого озера, которое, несмотря на ветерок, даже не колыхалось. Казалось, что вся его вода пронизана солнцем.

- Это озеро Манасарав, - пояснил лама. - Тибетцы считают его священным. Мы же называем его аккумулятором светлой магии. Оно носит имя великого мага, обладавшего такой магической силой, какой нет сейчас и, пожалуй, долго не будет на земле. Он, как и ты, вел борьбу с силами зла. Как и у тебя, у него был сильный противник, маг Ракшас. Здесь недалеко есть еще одно озеро - средоточие темных сил. Эти два озера уравновешивают силы добра и зла. Маги стояли друг против друга как раз на их месте и никак не могли победить, хотя и знали, что не смогут жить спокойно, пока живы оба. Ничего не напоминает?

- Да, - сглотнув, выдавил я. - Пророчество обо мне и Волдеморте звучит весьма похоже.

- Правильно. Мы решили с учителями из высшей школы магии Шамбалы, что вы невольно повторяете их путь. Правда, силы ваши не столь впечатляющи. Хотя, как сказать. Те два мага жили так давно, что их деяния покрыты налетом мистики. Просто я не думаю, что тебе под силу создать такое озеро, как Манасарав. Волдеморт, пожалуй, тоже не сможет воспроизвести озеро Ракшас.

- Кто же из них победил? Или они оба превратились в озера? - с некоторым трепетом спросил я.

- Ни во что они не превращались. Озера были созданы ими ранее, как две грани мироздания: добро и зло, - несколько раздраженно пояснил Сингх, а затем чуть мягче добавил: - Полюбуемся еще на эту тишь и гладь и пойдем на озеро Ракшас. Увидишь сам воочию буйство стихии.

Я отстраненно подумал, что он так и не ответил на вопрос о том, кто победил. Но спрашивать повторно было бесполезно - все равно не ответит.

Да… еще издали была заметна разница. Над иссиня-черной водой висела свинцовая туча. И хотя ветер тут дул не больше, чем у озера Манасарав, но было холодней, а по поверхности ходили огромные буруны.

- Вот оно, озеро Ракшас, аккумулятор темной магии, - торжественно объявил Сингх. - Здесь всегда волны. Даже в мире маглов эти озера выглядят точно так же. Их ученые пытаются это объяснить, примешивая инопланетян и бога. Но дело в магии.

- Вы не ответили, кто победил, - упрямо напомнил я.

- А ты как думаешь? - задал наставник встречный вопрос, и на его бесстрастном лице промелькнула тень улыбки. Я почувствовал себя круглым дураком, но ждал ответа, и он смилостивился: - Не может победить абсолютное зло. На каждом этапе развития нужна победа добра, хотя бы временная. Иначе не будет процесса дальнейшего развития.

- То есть, победил Манасарав.

- Естественно! Гарри, тебе обязательно надо было это услышать от меня? Можно же пораскинуть мозгами.

- Знаете, мне не хочется ни чем раскидывать. Меня зачем-то обязали убить монстра. Я хочу конкретности от сведущих магов, так как чувствую себя зеленым юнцом, который забрался на не причитающееся ему место, - рассердился я.

- Мы, тибетцы, верим в судьбу, в предназначение. Я думаю, что вы являетесь новым воплощением Манасарав и Ракшас, - спокойно парировал лама, не обратив внимания на мою агрессивную вспышку.

- О, только этого не хватало, - простонал я. - Кстати, я так и не понял, зачем мы смотрим на озера? Это, конечно, изумительное явление. Я ничего подобного не видел, но не понимаю, как могут эти сведения или созерцание озер мне помочь в борьбе с Волдемортом.

- Во-первых, я так и не рассказал тебе о битве. Во-вторых, у нас есть обряд посвящения, который рассчитан на избранных. Ты - избранный, поэтому пройдешь его, - как-то не совсем логично, на мой взгляд, ответил Сингх.

- Что за обряд?

- Ты искупаешься в обоих озерах. Напитаешься темной и светлой магией. Но это будет не сейчас, а в самом конце. Перед этим тебя ждут другие испытания: надо пройти очищение и научиться видеть ауру. А пока просто полюбуйся на озера.

- И вы не расскажете мне о битве?

- Нет. Ты не готов к этому.

Я вновь почувствовал раздражение, так как не выношу, когда меня держат за идиота.

Чем дольше я стоял на берегу бушующего озера, тем сильнее была моя злость. Я прямо сочился ею. Если бы я был змеей, с меня бы капал яд.

- Ты почувствовал мощь темной магии, - удовлетворенно сказал наставник. - Пойдем опять к силам добра. - Он развернулся и пошел к озеру Манасарав.

Я готов был на него кинуться, как дикая собака, но сумел сдержаться. По мере удаления от озера Ракшас, злость поутихла. Мы остановилсь на берегу Манасарав, и мое сердце постепенно начало наполняться спокойствием. Я почувствовал себя почти счастливым и любящим всех. Мне даже стало стыдно за недавний приступ агрессии.

- Ты хорошо реагируешь, и эта магия тебе ближе, чем та. Теперь я уверен, что ты победишь своего врага, - признался Сингх.

Потрясенный до глубины души его верой в мое могущество, я задал вопрос, на который уже знал ответ:

- Мои перепады эмоций - это магия озер?

- Да. Ее чувствуют все. Но так бурно могут реагировать единицы. Ты провел на озерах минут по пять и даже не подходил к их водам, но ощутил всю силу их воздействия. Повторюсь, это потому, что ты - избранный, - подтвердил лама. Затем не так пафосно добавил: - Ладно, Гарри, на сегодня с тебя достаточно. Пошли, тебе надо отдохнуть. Завтра будет тяжелый день, как и все следующие.

Поднимался я до будущей спальни по внешней анфиладе, опоясывающей здание-пирамиду. Между ярусами были винтовые лесенки. Моя комната оказалась кельей, по крайней мере, я так всегда и представлял их: каменный прямоугольник, правда, вместо окна здесь была дверь, часть которой оказалась открытой.

Внутри находился узкий топчан, прикрытый тонким шерстяным одеялом, на котором лежала жесткая подушка, явно набитая соломой. Небольшая тумбочка, стул с высокой спинкой и кожаным сидением. В углу таз для умывания и кувшин. Да… условия прямо спартанские.

В комнате моих вещей не было. Поэтому я просто скинул оранжевую тогу и улегся на ложе. Даже у Дурслей в чулане я спал с большим комфортом. Как ни странно, но уснул я быстро - просто провалился в сон без сновидений.

* * * * * * *

Мне показалось, что едва я коснулся неудобной подушки, как раздался звук, напоминающий рев взбесившегося слона. Я скатился с кровати от неожиданности. В то же мгновение раздался стук в дверь. Я накинул тогу и открыл. На пороге стоял парнишка лет двенадцати, как и все ученики этой странной школы, бритый налысо.

- Час магического единения, - напыщенно сообщил он. - Пойдем.

Я наспех плеснул ледяной водой на лицо из кувшина и потащился за провожатым. Мы вышли из дверей не наружу строения, а внутрь и пошли вниз. Коридоры были узкие, мрачные, без всяких украшений, лишь с многочисленными дверями, из которых выходили мальчики, казавшиеся мне на одно лицо. Они старательно делали вид, что не замечают меня. Но у них это не слишком получалось.

Вместе со всеми мы вышли из здания на улицу, и многие из учеников, как и мой провожатый, зажгли на своих ладонях маленькие огоньки. Увидев кидаемые на меня испытующие взгляды, я вспомнил летнюю практику по интуитивной магии и сделал на кончике указательного пальца Люмос.

- Который час? - поинтересовался я у спутника на английском и только потом подумал, что он может и не говорить на нем. Однако его явно выбрали не за красивые глаза, так как он ответил:

- Четыре.

- Чего такая рань? Вы всегда поднимаетесь ни свет ни заря.

- Эта побудка не ежедневная. Сегодня она посвящена тебе. Обычно подъем в шесть.

- Ну, вот свалился вам на голову и не дал выспаться. Хотя и шесть довольно рано. У нас подъем в восемь.

- Ничего. Мы привыкли.

Провожатый говорил с огромным акцентом и старательно подбирал слова. Поэтому я прекратил разговор. К тому же мы уже миновали небольшой дворик и вошли в другое здание, напоминавшее мне пагоду, где, как пояснил мой спутник, находились учебные классы. Впрочем, мы пошли не в один из них, а в огромный зал, чем-то похожий на Большой зал Хогвартса, по крайней мере, зачарованным потолком, отражающим небо, настенными факелами и флагами, верней, красными полотнищами.

Столов тут не было. По периметру зала стояли мальчики одинакового роста и возраста с длинными трубами и извлекали из них тот ужасный рев, который разбудил меня. Остальные располагались на циновках в позе лотоса прямо на полу довольно стройными рядами, а не хаотично.

У противоположной от двери стены был подиум, за которым был рассвет, причем не нарисованная картина, а, казалось, настоящее явление, как и небо над головой вместо потолка. Перед ним тоже в позах лотоса сидели более взрослые маги - явно, преподаватели.

- Тебе туда, - указал мне на подиум провожатый, прежде чем присоединиться к своим.

Подойдя ближе, я увидел Сингха и рядом с ним свободную циновку. Пока я раздумывал, сумею ли сесть в позу лотоса, наставник пришел мне на выручку:

- Ты можешь просто сеть на колени или скрести ноги, как можешь.

- Что сейчас будет? - отважился я задать вопрос.

- Твое посвящение в ламы. Это звание дается только выпускнику нашей школы. Но ты, Гарри, особый случай. Та программа, которая предстоит тебе за эти два месяца, - это уровень выпускника, а не рядового ученика. Посвящение - проформа, но в каждой проформе свой смысл. Думаю, ты в курсе, - подробно ответил он.

Все преподаватели школы встали и поприветствовали меня на манер индийцев или арабов, которые складывают руки на уровне груди. Я испытывал смущение, будто мне отдают почести, не предназначенные мне, но повторил жест, и они снова опустились на пол. Я кое-как скрестил ноги и сел в позу, приблизительно напоминающую позу лотоса.

Начался обряд. С помощью медитации, тысяча мальчиков и два десятка учителей объединили свои сознания. Я почувствовал себя частью единого целого. По мне прошли знания этих мальчиков, которые сидели передо мной. Это было удивительно и ни на что не похоже.

Я почувствовал, что мы взмываем ввысь, зависая над полом. Все кружилось и мелькало, как в калейдоскопе. Наконец, действо кончилось, и мы все очнулись. Мальчики потянулись из зала, низко кланяясь учителям и мне, так как я тоже сидел на подиуме. Я вновь почувствовал себя неловко за незаконные почести.

Глава 18. Испытания

Мы с Сингхом ушли из зала, когда его покинул последний наставник. Лама повел меня в отдельно стоящее маленькое здание. Внутри было что-то вроде склепа, но на месте гроба было высокое ложе, покрытое циновкой.

- Тебе предстоит провести здесь некоторое время. Не могу сказать, что это приятно, скорее уж противно. Но без этого не будет следующего этапа, - вздохнул наставник.

- Надеюсь, я выдержу, - сказал я тоже со вздохом.

- О да. Ты выдержишь. Раздевайся.

- Что вы имеете в виду под словом «раздевайся»?

- Полностью. Снимай все, даже свое кольцо. Кстати, пока ты тут находишься, я сделаю тебе из него магическую игрушку наподобие вашей палочки. Я, признаюсь, не вижу смысла во всех этих приспособлениях, но ты привык к ним. У тебя не такой большой опыт интуитивной магии. Так что, козырь в рукаве, а верней, на пальце, может спасти тебя.

Я выполнил его распоряжение и прикрыл свою наготу холщовым рубищем. Затем залез на странное ложе. Лама положил к моим ногам и рукам какие-то сосуды, а на лоб пучок мокрых, горячих и пахучих трав.

- Все эти ухищрения направлены на очищение твоего разума и тела. Травы помогут раскрыть твой третий глаз. Ты не хочешь трудиться сам. Мне было восемь, когда мне сделали дырку. Тебе почти семнадцать. Мы не можем просверлить твой лоб. Уже поздно. К тому же при магическом шраме, это весьма опасно.

Сингх говорил такие ужасные вещи будничным тоном, что я почувствовал, как моя челюсть отвисает. Мне бы очень хотелось, чтобы тибетец улыбнулся и выкрикнул: «Ага! Попался. Это же шутка». Но нет, это было серьезно.

Он произнес несколько заклинаний на неизвестном мне языке, низко поклонился мне и ушел. Я остался и почти сразу почувствовал жжение во всем теле. Меня крутило, сжимало и мяло. Ощущения были такими, как от Круцио. Наверное, так чувствует себя кусок мяса в мясорубке.

Но это не шло, ни в какое сравнение с ощущениями во лбу. Мне будто резали шрам ножом, сдирали с него кожу и прикладывали к нему раскаленное железо. Мне казалось, что еще миг, и я умру. Но я был жив и продолжал ощущать все. Кроме боли, из моего тела выделялась какая-то дрянь. Я лежал на своем ложе пыток, и меня перестраивала тибетской магия.

Я потерял ощущение реальности и не знал, сколько лежу так: час, месяц или год. Честно, меня это мало волновало. В данный момент я хотел лишь одного: чтобы это закончилось. Но пытка продолжалась, усугубляясь с каждым мигом. Ощущения были ужасными. «Какого черта меня так мучают?» - раздраженно думал я.

В воздухе был одуряющий запах сандала и пихты. Я, в принципе, любил их, но, проведя здесь так долго, почти возненавидел. Меня словно стало вертеть и крутить, как будто положили на вертящуюся тарелку. Наконец, я провалился в какую-то черноту и потерялся в ней.

Сколько прошло времени в этом безвременье, я не знаю. Но постепенно я стал ощущать вновь запах сандал, и он показался мне прекрасным. Тело было как будто новым. В голове не было никаких мыслей. Мне пришло в голову, что я сейчас такой чистый внутри и снаружи, как в первый свой день на этой планете. Я чувствовал себя обновленным, просто совершенно другим человеком.

Как только я так подумал, дверь отворилась, вошел Сингх и сообщил:

- Ты хорошо перенес этот этап. Жаль, не могу тебе обещать приятного в дальнейшем. Тебя ждет жестокое испытание.

- Вы меня пугаете, учитель, - содрогнулся я. - Сколько я провел здесь?

- Этот вопрос, Гарри, не должен тебя занимать. Я отпущу тебя не раньше и не позже, чем надо. Так что, извини. Ты провел здесь положенный срок.

* * * * * * *

Тибетская школа жила своей жизнью. Был разгар дня. Многие мальчики были на улице вместе с наставниками. Я даже не мог понять, что за уроки у них. У нас в Хогвартсе на улице были только полеты и уход за магическими существами. Интересно, а они чем занимаются?

- Скажите, учитель, у вас учат полетам на метле? - задал я первый вопрос на эту тему Сингху.

- В раннем возрасте они учатся левитации. Когда же они ее освоят, то мы знакомим их с магическими стредствами передвижения, такими как метла, ступа и ковер, но это скорее дань моде, - ответил он.

- У меня все было наоборот, но я добился неплохих результатов.

- Ты - уникум, Гарри. Я не устану это повторять. Сказать тебе честно, я сомневался, что ты вообще научишься левитировать, разве что взлетать над полом. Ты же не только прекрасно овладел этой наукой, но и спас жизнь человеку.

От похвалы я как всегда по-дурацки покраснел. Наставник погладил меня по голове и одобряюще улыбнулся.

- У тебя такая слава, а ты скромен и прост. Редкий дар.

- Вы меня захвалите, - окончательно смутился я.

- Надо же тебя подбодрить перед следующим этапом, - ухмыльнулся Сингх, заставив меня содрогнуться, представляя нечто не менее гадкое, что я недавно пережил.

Мне так не хотелось никаких испытаний! Я готов был написать десяток эссе по любому предмету, даже по трансфигурации и по зельям, или даже сдать по ним дополнительные экзамены. Прежняя школьная жизнь казалась мне простой и понятной. Здесь же, в Тибете, все было иное, сложное и пока неприятное.

Я настолько углубился в эти рассуждения, что забыл о том, что хотел спросить, что еще изучают ученики этой школы. Мы с Сингхом продолжали бродить по территории и молчать. Честно, я не совсем понимал смысла такого пустого времяпрепровождения. Но лама не торопился просвещать меня, зачем так поступает.

- Попробуй, как оно работает, - останавливась вдали ото всех и протягивая мне кольцо, предложил Сингх.

- Что мне делать? - спросил я, рассматривая кольцо.

Оно почти не изменилось. Только в зеленом камне, иммитирующем глаз змеи, появилась какая-то насыщенность. Раньше его цвет напоминал весеннюю траву, теперь же листву в тени. Да и размер камешка, пожалуй, был чуть больше.

- Надень его на палец, наставь на предмет и произнеси простое заклинание, например, призави вон ту ветку, - пояснил наставник.

- АКЦИО! - послушно выполнил я.

Из палочки, при заклинании, обычно вырывался при этом заклинании небольшой сноп золотых искр. Из кольца же вылетел скрученный жгут, состящий из красного и зеленого луча. Ветка, как и ожидалось, оказалось в свободной руке.

- Ты - необычный маг. Из кольца чаще всего вырываются либо красные лучи (при заклятиях темной магии), либо зеленые (при светлой магии и простых заклятиях). У тебя же сдвоенная искра при средних чарах, - удивился Сингх. - Попробуй какое-то сложное, причем темное заклятие, например, убей птицу.

Честно, меня несколько покоробила эта просьба. Но так как в дальнейшем мне предстояло убить Волдеморта, который все еще оставался человеком, то я решил попробовать сейчас, смогу ли это в принципе.

- АВАДА КЕДАВРА, - произнес я, чуть морщась.

Из кольца вырвался жгут, скрученный из двух зеленых и трех красных лучей. Бедная пичуга упала замертво, а мой невозмутимый наставник вскрикнул и, взяв себя в руки, констатировал:

- Ты убил бы даже очень сильного мага.

Я невольно почувствовал себя монстром, нервно сглотнул и выдавил:

- Я не хотел.

- Странный ты человек, Гарри. Тебе предстоит битва с Волдемортом, а ты жалеешь пичугу, - покачал головой Сингх.

Я пожал плечами и вздохнул. Он еще раз покачал головой, затем отобрал кольцо и молча двинулся в сторону ворот, через которые мы попали в школу в первый день. Мне не оставалось ничего другого, чем пойти следом.

* * * * * * *

Теперь железные ворота, которые оказались на месте каменной арки, выглядели просто столбиками с затейливой резьбой, а между ними клубился непроницаемый белый туман. Я понял, что это магическая завеса. Сингх сказал заклинание на своем языке, и мы преодолели ее бок о бок.

Почти прямо за туманом находилась сдвоенная ступенчатая пирамида или две, одна маленькая перед второй, огромной, на верхушке которой лежала снежная шапка.

- Маглы знают это как гору Кайлас. Мы около нее появились из портала, - сказал Сингх, указывая на это сооружение. - В самом деле, это наш магический университет Шамбала. Большая пирамида - учебные классы и общежитие для студентов. Маленькая пристройка - научные лаборатории просветленных магов. Именно там нас ждут.

Нас встретил бритоголовый маг, цвет одеяния которого удивил меня. В тибетской школе магии все - и учителя, и ученики - были одеты абсолютно одинаково: в оранжевых тогах. Стоящий же передо мной тибетец был в белой.

Вокруг него было какое-то золотое сияние, повторяющее его контур. Я уставился на это так, как обычно смотрят маглы на взмахи палочкой. Маг увидел мое изумление и проговорил величественным тоном:

- Твой подопечный, Сингх, только что увидел ауру у меня. Ты разве не говорил, как она выглядит?

- Прости, учитель, я думал, Гарри знает, - потупился мой наставник.

- Меня зовут Минтьянг. Я настоятель этой школы. По вашему, Гарри, я - директор, - представился мне наш собеседник. - Ты действительно знаешь, как выглядит аура?

- Да, - пробормотал я.

Все мои внутренности тряслись под его внимательными глазами, которые просвечивал меня насквозь. Каждая клеточка, каждая моя мыль, по-моему, не укрылась от его взгляда. Минтьянг улыбнулся мне и спросил:

- Почему же ты изумлен?

- Я думал, аура бывает красной, - ответил я. - Вокруг вас пылает расплавленное золото.

- Это потому, что Минтьянг - наимудрейший. Он продвинулся по пирамиде жизни столь высоко, что его аура стала золотой, - пояснил мне это явление Сингх. Потом добавил, обращаясь к директору: - Учитель, я не говорил Гарри о том, что аура имеет разные цвета. Я хотел показать это на практике.

- Ты по-своему прав, - задумчиво согласился Минтьянг.

Мы раскланялись, как йоги, и пошли с ламой вглубь пирамиды. Внутри она была похожа на обычное помещение. Только стены были из крупных, плотно пригнанных блоков из бордово-красного материала. Я подумал, что это известняк или красная глина. Правда, я был не уверен, а спрашивать Сингха, который глубоко ушел в себя, не решился, понимая, что мне вряд ли ответят на такой пустяшный вопрос.

Внезапно мой учитель остановился и коснулся рукой стены, и в ней появилась дверь. Я даже не понял, каким чудом, Сингх не ошибся, где она находится, так как стена была абсолютно одинаковой по всему протяжению коридора. «Черт подери, я устал удивляться чудесам», - подумал я немного с раздражением. В самом деле, сколько можно! Я же почти выпускник Хогвартса, а удивляюсь совершенно непонятной мне магии тибетцев.

Помещение, куда мы вошли, было абсолютно бесформенным и темным.

- Зажги свет, - попросил меня Сингх.

Палочки и кольца у меня не было, поэтому применил интуитивную магию, которой обучался у него и Торлея. Волшебный свет озарил помещение. Это был просто каменный мешок. Посреди него лежала грубая циновка.

- Сними одежду. Ты должен сесть на коврик в позу лотоса или нечто похожее, - приказал он, и я выполнил. - Когда я закрою дверь, то свет погаснет. Ты должен сконцентрироваться и медитировать.

- А дальше? - решился я на довольно глупый вопрос.

- Дальше? - усмехнулся Сингх. - Увидишь.

Мне показалось, что у ламы от общения со мной развились садистские наклонности. Он все более напоминал мне почему-то Снейпа. От такого сравнения я развеселился. Между тем Сингх покинул помещения, и я оказался в кромешной темноте.

* * * * * * *

Я сконцентрировался на медитации. В холодном и абсолютно темном помещении это было довольно легко. Никогда еще я не достигал такого высокого уровня. В какой-то миг я ощутил рывок вверх. Внутри меня была невероятная легкость, и я стал видеть в темноте. Правда, картина меня несколько озадачила: мое бренное тело по-прежнему сидело в неудобной позе с разведенными коленками и ладонями, покоящимися на них.

Я почувствовал, что что-то тянет меня прочь из этой комнаты, от неподвижного и совершенно ненужного тела. Лишь тоненькая серебряная нить связывала меня с этой обузой. Она утоньшалась, удлинялась, как поводок с рулеткой у ленивого хозяина собаки. Вскоре я висел где-то около вершины пирамиды. Рядом оказался Сингх, такой же прозрачный.

- Вы похожи на призрака, - хихикнул, не выдержав, я.

- Ты почти прав, Гарри. Призраки сейчас похожи на нас. Но мы все еще живы, а их тела покинуты навсегда, - подтвердил наставник, улыбаясь.

- Пожалуй, я теперь не буду бояться смерти.

- Это правильно. Для пытливой души, смерть - просто очередное приключение.

- Когда-то нечто похожее я слышал от своего директора, - сказал я. - Только тогда я его не понял. Теперь, мне кажется, я уже разобрался, почему Никаласу Фламелю было не страшно умирать. Он засиделся на земле. Его дух был неуемный. Поэтому теперь, наверное, он путешествует.

- Молодец, - похвалил меня Сингх. - Ты правильно мыслишь. Готов исследовать ауры?

- Да, - весело откликнулся я, и мы с ним поплыли. Другое слово к нашему передвижению не подходило.

* * * * * * *

Мы, невидимые, достигли тибетской школы. Переместились в здание, где было много классов, весьма странных, на мой взгляд: нигде не было привычных парт и скамеек. Ученики сидели на полу в позе лотоса и писали перьями на деревянных дощечках, поверх которых лежал пергамент.

Вокруг каждого ученика и учителя, я видел ауру. Они были то почти белесые (неразвитые, как сказал Сингх), то красно-золотистые с серебристыми, с серыми и даже черными пятнами.

- Черные пятна - это болезнь, порча. Серые - это отражение лжи и фальши. Серебряные - мечты и надежды, - спокойно рассказывал лама. - Смотри, у каждого в районе солнечного сплетения имеется небольшой золотистый шарик. Это душа. Если человек остается добрым и становится мудрей, она приобретает насышенность. Если же его мысли и поступки коварны и злы, то она темнеет. У Волдеморта, я уверен, душа абсолютно черная.

- Никогда не задумывался, откуда идет выражение «темная душа», - почти легкомысленно признался я.

- Ты прав. Это пошло именно отсюда, - подтвердил Сингх.

В этот момент я почувствовал снова рывок и буквально был притянут собственным телом. Я перевел дыхание и стал снова концентрироваться.

Теперь мой дух оказался на берегу озера Ракшас, которое, как всегда, бушевало. Мой наставик был тут же и продолжал разговор так, будто он не прекращался:

- Помнишь, я обещал тебе рассказать о битве магов? Так вот, Манасарав тоже видел ауру и был целителем. Ракшас не давал ему спокойно работать своими злодеяниями. Их порог ненависти превысил предел. Каждый искренне пожелал другому смерти. Это очень значимо, Гарри. - Он на миг замолк, а затем задал мне вопрос: - Скажи, ты искренне желаешь смерти Волдеморту?

Я задумался и затем ответил:

- Не знаю. Волдеморт - монстр и все такое, но мне кажется, что я по-настоящему не хочу его убивать. Боюсь, что не получится, не желаю становиться, как он, убийцей. Понимаю, что это слабость, но...

Я боялся осуждения, но Сингх только сказал:

- Просто ты пока не готов к битве. Да и он тоже. Иначе уже начал бы ее.

- Это меня мало утешает. Волдеморт намного опытней и старше меня.

- Это не имеет значения. Неужели ты еще не понял, что на магической дуэли вам друг друга не убить?

- Да. Наши палочки уравновешивают друг друга. Но у меня теперь есть кольцо. Хотя...

- Кольцо - ерунда. Да и палочки ваши тоже, - перебил меня Сингх. - Волдеморта так не убить. Именно поэтому ты здесь. Теперь я скажу, как Манасарав убил врага: он растер душу Ракшаса, как ком сажи. Такое можно сделать, только поистине пожелав смерти.

- Как это растер душу? - удивился я.

- Я могу тебе показать, как можно прикоснуться к душе другого человека, видя его ауру. Но как уничтожить душу, нет. Это же будет убийство, причем такое, что душа исчезнет из оборота перевоплощений на многие тысячелетия. У меня нет таких врагов, особенно здесь. Да и нигде нет, - вздохнул лама.

После этих слов я вновь оказался в своем теле. Сказанные слова не давали мне покоя. Готов ли я настолько, чтобы проделать то, в чем совершенно не разбирался? Нет, пожалуй. Может, пройдя испытания в Тибете до конца, моя решимость увеличится. Я этого пока не знал.

* * * * * * *

На сей раз, пребывание в темноте затянулось. Я никак не мог вновь отделиться от тела. Наконец я ощутил непреодолимый зов. Моя душа рванула ввысь и понеслась с невероятной скоростью. Мелькали облака, будто я мчался на метле с безумной скоростью. Наконец, я оказался в каком-то помещении. Рядом по-прежнему был Сингх.

- Где мы? - спросил я.

- Не догадываешься? - вопросом на вопрос ответил он.

- Нет, - пожал плечами я и внимательно огляделся.

Комнтата была мне совершенно не знакома. Но вот спящий на кровати человек... Это был Драко. Его фигуру окружала золотисто-красная аура. На уровне солнечного сплетения сияла капелька души. Я невольно залюбовался на блондина, забыв, что не один. Но Сингх напомнил о себе, сказав:

- Вы с ним близки. Протяни свою руку, и ты в этом убедишься. Только поднеси ее близко к его душе.

Я так и сделал, хотя меня немного смутили его слова о близости с Драко. Золотистая капелька души блондина с доверчивостью опустилась на мою ладонь, полежала и вернулась на место. Это было непередаваемое ощущение. Я будто поцеловал Драко прямо в его сердце. На миг я ощутил с ним полное единение, и меня переполнило счастье.

- Вот ты и коснулся души другого человека, - вернул меня с небес на землю бесстраный голос ламы.

От неожиданности я потерял концентрацию. На этот раз рывок был настолько силен, что когда я очнулся в теле, то просто упал на циновку. Теперь я сожалел лишь о том, что пребывание рядом с Драко было так кратковременно.

Мне очень захотелось вновь оказаться в той спальне. Желание было так сильно, что я почувствовал знакомое уже ощущение, сопутствующее астральному образу. Шагнув к кровати, я коснулся щеки Драко своей прозрачной рукой, и он тут же распахнул свои серые глаза и удивился:

- Гарри? Ты мне снишься?

- И да, и нет, - ответил я, надеясь, что он услышит.

- Что это значит?

- Я тебе не снюсь, но я не совсем здесь.

- Я не понимаю, но рад, - вздохнул Драко.

- Я тоже, - улыбнулся я, снова дотрагиваясь до него, и пояснил: - Рядом с тобой моя астральная проекция. Ты что-то почувствовал сейчас?

- Не знаю. Поцелуй меня.

Дважды просить меня не надо было. Я склонился, поцеловал его в губы и снова спросил:

- Ну как? Что-нибудь почувствовал?

- Да. Будто бабочка крылом задела меня, - ответил он.

- Это хорошо, - сказал я, снова целуя его. - Теперь спи.

Драко закрыл глаза, а я оказался в своей странной камере. Я был счастлив. Теперь я знал точно, как управлять своей астральной проекцией. Это отняло много магических сил. Я повалился на пол и долго лежал в забытьи. Потом очнулся и принялся вновь за медитацию.

* * * * * * *

Почувствовав знакомый рывок из тела, я не удивился. Вскоре я был рядом с Сингхом, который находился в доме Реддлов, который я сразу узнал по своим кошмарам. Волдеморт сидел один в кресле. Его аура была тоненькой, дырявой, как старая тряпка, и серой. А душа представляла собой странный трилистник, где отсутствовали два лепестка. О том, что они все-таки когда-то были, говорил слабый контур. Единственный лепесток был черен, как уголек.

- Смотри, Гарри, - сказал лама. - Такое явление редко увидишь. Я только читал об этом. Душа, разбитая на три части, две из которых уже мертвы. Тебе осталось уничтожить только одну треть.

- Почему у Волдеморта аура такая рваная? - шепотом спросил я, боясь быть услышанным хозяином особняка.

- Можешь не шептать. Он не слышит нас. Это привилегия светлых магов - слышать астральную проекцию друга или любовника, - пояснил Сингх, немного смущая меня последним словом, так как я вспомнил о недавнем свидании с Драко. Однако наставник продолжал говорить, привлекая мое внимание к своим словам: - Что же касается ауры Темного Лорда... Она рваная потому, что он болен - боится жить и умирать. К тому же на его совести не один десяток смертей. Отсюда и дыры.

Глава 19. Возвращение

Я смутно помню, как вчера вернулся в тело после астрального путешествия. Одно могу сказать, что мое сознание почти сразу же провалилось в обыкновенный сон без всяких сновидений. Разбудил меня скрип открываемой двери.

- Твое заточение подошло к концу, ученик. Ты справился со всем, - с пафосом произнес Сингх вместо приветствия.

Я с достоинством кивнул, полагая, что говорить «спасибо» после таких слов неуместно. Натянув на себя оранжевую тогу, я последовал за учителем.

За пределами моей темницы было раннее утро. То ли от восхода солнца, то ли просто от ощущения свободы, я почувствовал счастье и легкость. Мне казалось, что окружающий мир наполнился новыми красками, а я сам очистился и преобразился.

- Не удивлюсь, если ты испытываешь нечто схожее с эйфорией, - предположил Сингх, угадывая мое состояние. - Так всегда бывает после проведенных здесь дней.

- Вы правы, - подтвердил я. - Мне кажется, что я сейчас способен свернуть горы. Хотя это было бы лишним, так как нарушило бы царящую тут гармонию.

Лама улыбнулся, услышав в последних моих словах юмор. Я засмотрелся на одухотворенное лицо наставника и только тут понял, что вижу все его черты очень четко, хотя на мне нет очков.

- Невероятно! - воскликнул я. - Кажется, мое зрение улучшилось.

- Вполне возможно, - сказал Сингх и дал краткое пояснение: - Твой организм проделал немалую работу по очищению и частичной перестройке. Улучшение зрения - один из аспектов его успешной работы.

- Слава Мерлину, что это случилось! - обрадовался я. - Я ненавидел очки всеми фибрами своей души.

Некоторое время мы шли молча, причем, судя по направлению, к двум странным озерам, которые мы посещали в первый день моего пребывания в Тибете. Затем Сингх снизошел до объяснений:

- Сейчас тебе предстоит своеобразный ритуал, после которого ты сможешь вернуться в Хогвартс. Не пугайся, ничего сверх неприятного, страшного или болезненного тебя не ожидает. Тебе всего-навсего предстоит искупаться в двух озерах. Но так как они не совсем обычны, то ты испытаешь определенные ощущения, которые родятся от природы создавшей их магии. Так как считается, что темное начало в человеке преобладает, то начнешь ты с озера Манасарав, им и закончишь. Таким образом, тебе предстоят три омовения: два в нем и одно в озере Ракшас.

К концу его речи мы как раз подошли к берегу Манасарав. Его воды как всегда были спокойны, поэтому я без колебаний разделся и нырнул. Погружение можно было сравнить с состоянием нирваны. Я отключился от всего земного и чувствовал только блаженство. Если бы не специальный оберег Сингха, который он надел на меня перед процедурой, то я бы пробыл в озере столько времени, пока бы мои легкие не потребовали воздуха, и то, сомневаюсь, вспомнил бы я о нем.

Едва я выбрался, мы аппарировали на берег Ракшаса. Его темные воды так неистово бурлили, что я с трудом заставил себя погрузиться в них. Это были совершенно иные ощущения. Меня наполнила злоба, жажда мести, короче, озеро всколыхнуло во мне самые низменные мои желания и чувства. Теперь мне самому хотелось вырваться из воды как можно скорее, но оно не отпускало. И если бы не оберег Сингха, то я вряд ли бы справился.

Последнее погружение в светлое озеро несколько отличалось от предыдущего. Я словно смывал с себя негатив Ракшаса, приводил в равновесие свое темное и светлое начало. Выбрался я на этот раз абсолютно самостоятельно с осознанием своей двойственной природы и с умением содержать ее в гармонии.

- Я доволен тобой, Гарри, - донесся голос Сингха, о котором, надо сказать, я забыл. - Ты показал себя сильным магом, в котором светлые начала доминируют. Это дает уверенность, что ты выиграешь битву с Волдемортом, которая, боюсь, не за горами.

Я молча кивнул в ответ. Сейчас, на берегу Манасарав, я тоже был уверен в собственной силе и ничуть не боялся предстоящего противостояния с темным магом.

Пробыв еще пару минут на берегу, мы двинулись прочь. Сингх довел меня до ворот, которые представляли собой деревянную дверь, закрытую на несколько мощных засовов, и отдал мне волшебную палочку и кольцо.

- Пришло время прощаться. На этом наши пути расходятся, - вздохнул он. - Я дал тебе все, что было необходимо тебе. Дальнейшее твое пребывание в Тибете нецелесообразно. Во-первых, ты пока не готов к следующему этапу обучения. Во-вторых, он тебе не нужен: у тебя совершенно другая миссия.

- Спасибо, - поблагодарил я ламу, и он меня обнял. - Я никогда не забуду ни вас, ни этой поездки.

Сингх по-отечески погладил меня по волосам и протянул портал. Прежде чем дотронуться до него, я обернулся на тибетскую школу. Ее причудливые корпуса дремали под горным небом, и, казалось, что тут время замерло навечно. Это выглядело прекрасно и пугающе. В любом случае, мне тут было не место. Я махнул рукой ламе и исчез.

* * * * * * *

Хогвартс встретил меня бурлящим народом на квиддичном поле. По развевающимся флагам я понял, что играет мой факультет и Слизерин. «Он возвратился и попал, как говориться, с корабля на бал», - переиначил я строчки какого-то магловского поэта и, не раздумывая, свернул к стадиону.

- Гарри, тебя послало само небо! - воскликнула Кетти Белл, с которой я вскоре столкнулся. - Живо в раздевалку. Будешь играть за ловца.

- С ума сошла? - засмеялся я, радуясь, что вернулся в Хогвартс. - Я не тренировался черт знает сколько времени.

- На кой тебе тренироваться? Ты родился на метле и сможешь поймать снитч даже вслепую!

- Спасибо за столь лестный отзыв, но…

- Прекрати спорить! - оборвала она меня. - Счет идет на минуты. Мадам Трюк сделала тайм-аут в игре, но он не вечный. Я разыскивала Колина Криви, но ты - это в сотни раз лучше.

- А что с Джинни? - позволяя ей тянуть себя в раздевалку, поинтересовался я.

- Столкнулась с Малфоем в погоне за снитчем. Они боролись так яростно, что никто не удивился, когда оба врезались в трибуну и теперь вне игры, - пояснила Кетти, заставляя меня волноваться за блондина.

- Надеюсь, они не сильно пострадали? - еле сдерживая желание метнуться в больничное крыло, задал я еще один вопрос.

- Джинни серьезно. Ей предстоит провести у мадам Помфри пару-тройку дней. А Малфой не очень, но на поле не выйдет.

Я вздохнул с облегчением сразу по двум причинам. Во-первых, что Драко вне опасности. Во-вторых, потому что не хотел обыгрывать его. Я так соскучился и надеялся на теплую встречу, что готов был даже сдать блондину крылатый мячик, лишь бы он не сердился. Теперь же я мог этого не делать.

- Итак, игра продолжается! - закричал Ли Джордан после того как мадам Трюк свистнула, и все взлетели в небо. - Обе команды за короткий срок нашли замену. Со стороны слизеринцев выступает Дафна Гринграсс, которая с начала учебного года была запасным ловцом. Гриффиндорцы выпустили на поле… ТАДАМ… непревзойденного Гарри Поттера.

Свист, шквал аплодисментов, стонов разочарования и облегчения… Я вернулся!

Через десять минут игры, когда команды обменялись голами, над полем появился снитч. Гринграсс не успела даже его заметить, как он уже был в моих руках. После приземления я оказался в кольце рук, дружеских похлопываний и восторженных возгласов. Наконец, ко мне пробился Рон и по-дружески стиснул в объятьях.

- Привет, чертяка! Я уже решил, что ты навечно поселился в своем Тибете.

- Там, конечно, классно, но дома лучше, - признался я ему.

- Гарри, о чем думали твой наставник и Дамблдор, позволив отсутствовать в школе так долго? - накинулась на меня Гермиона. - Как ты сдашь экзамены? Уже март месяц!

- Как март? - изумился я.

- Так!.. Тебе придется очень постараться, чтобы догнать нас.

- Отстань от него! - возмутился Рон. - Гарри все успеет, но не сегодня же об этом говорить! Он принес нам победу в квиддиче, и мы будем праздновать получение кубка.

Скажу честно, я предпочел бы посетить больничное крыло, но не знал, как отказать команде, которая жаждала этого праздника, причем непременно с моим участием. В любом случае, сбежать я не мог: меня схватили несколько пар рук и потащили в гриффиндорскую гостиную. Там уже были трансфигурированы столы, на которых стояло угощение: сласти, фрукты, сливочное пиво, неизвестно как попавшее в школу.

* * * * * * *

В больничное крыло я вырвался только поздно ночью, завернувшись в мантию-невидимку. Драко спал, и его белокурые волосы разметались по подушке. Мерлин, как же я соскучился по нему! А он? Не сердится ли за выигрыш? Впрочем, на все вопросы мой ангел мог ответить сам.

Больше не сдерживая себя, я прикоснулся к его губам. Что ни говори, но поцелуй в виде астральной проекции - это как мираж из сна, а реальность - и есть реальность, она прекрасна.

- Гарри… - прошептал Драко, притягивая к себе.

Он не сердится, рад, - промелькнуло в моей голове, прежде чем я углубил поцелуй.

- Почему ты так долго? - спросил он с укором, когда в наших легких закончился воздух.

- Я понятия не имел, сколько провел времени в Тибете. Там время течет иначе - его словно вообще нет, - ответил я, перебирая его шелковые волосы. - Как ты тут без меня?

- Живу, - пожал плечами Драко, затем сам поцеловал меня и добавил: - Верней, существую.

Это звучало как признание в любви, и я сжал его в объятьях.

- Полегче! - остудил он мой пыл.

- Прости, - смутился я, вспомнив, что блондин пострадал во время матча. - Тебе больно?

- Не очень, - улыбнулся Драко и обвил меня руками.

Мерлин, это было чудесно!

К сожалению, продолжались наши объятья недолго. Послышался шум шагов мадам Помфри, и мне пришлось спрятаться под мантией-невидимкой. Целительница провела диагностику пациента и сказала:

- Если все пойдет так же гладко, Драко, то утром ты сможешь покинуть больничное крыло.

- Было бы здорово, - обрадовался он.

Она протянула ему какие-то зелья, среди которых наверняка были снотворные, так как, выпив, Драко зевнул. К счастью, мадам Помфри не стала дожидаться, когда он уснет. Едва она удалилась, я снова кинулся к его кровати и спросил:

- Надеюсь, ты помнишь, что обещал мне до Тибета?

- Я хотел придти к тебе после отбоя и все еще полон решимости это осуществить, - краснея, ответил Драко.

- Буду ждать, - пообещал я, целуя его сладкие губы.

Едва я оторвался, как зелье подействовало, и мой прекрасный ангел уснул. Я погладил его по щеке, немного полюбовался и ретировался в свою комнату. Мерлин, пока все шло слишком здорово. Я даже не мечтал о таком возвращении.

Глава 20. Проклятье

К сожалению, ни на следующий день, ни через неделю Драко так и не решился придти ко мне в комнату. Я прекрасно понимал его. Все-таки мы собирались заняться не домашним заданием и даже не просто поцелуями, а кое-чем более интересным. Скажу честно, я и сам не был до конца готов к его визиту. Все-таки теоретическая база (а я прочел несколько книг на эту тему) - совсем не то, что практика.

Я терпеливо ждал и ни намеком, ни взглядом не напоминал ему про обещание. Впрочем, мы не так много общались. Так как я был вынужден догонять курс и сдавать хвосты, то по вечерам у меня были дополнительные уроки с учителями, а во время перемен я часто проводил время в библиотеке, делая задания. Так что с Драко мы встречались только на совместных занятиях, когда не очень-то поговоришь на личную тему.

Когда же я решился спросить его в лоб, когда он решится, случилось непредвиденное. Во время обеда Малфою пришло послание из дома, после которого он покинул Хогвартс. Вечером его филин принес мне послание с разъяснениями:

«Прости мою нерешительность, Гарри. Мне очень хотелось придти к тебе, но… Впрочем, ты и сам, наверняка, мучился сомнениями.

А теперь так вышло, что я вынужден уехать. Моя бабушка со стороны матери заболела и позвала нас всех к себе, во Францию. Мы не могли отказать ей, так как, боюсь, она скоро покинет нас. Экзамены я сдам экстерном в Шамбатоне, а в Хогвартс вернусь к началу нового учебного года. И тогда, если я тебе все еще буду нужен… Нет, не так… Ты меня непременно дождешься, я уверен. И если ты ничего не умеешь, как и я, будем учиться вместе.

Целую, твой Драко».

Я был растроган его откровенностью и расстроен предстоящей разлукой. Что ж, он меня ждал, теперь пришла моя очередь, - философски подумал я, пряча послание Драко поближе к сердцу. Нет худа без добра: с его отъездом я смогу все свое время посвятить учебе.

* * * * * * *

В последний выходной перед экзаменами я позволил себе расслабиться и поддаться на уговоры Рона, который приглашал меня и Гермиону в Хогсмид.

- Давайте сходим вместе, как в старые добрые времена.

И хотя я, как и Герм, считал, что из этой идеи ничего не выйдет - мы слишком изменились за прошедшее время, но уговорил ее на это мероприятие.

На удивление, Рон оказался прав. Мы беззаботно болтали о прошедшем матче, об уроках и о грядущих экзаменах, много шутили и смеялись, как когда-то в детстве. Гермиона ни разу не вспомнила о своем Викторе, Рон забыл, что не так давно приставал ко мне, я не думал о Драко. Короче, мы снова были знаменитым Золотым трио, которое беспричинно счастливо рядом друг с другом. Но, как часто бывает в моей гребаной жизни, все хорошее быстро заканчивается.

Мы уже собирались в Хогвартс, когда в деревню волшебников аппарировали несколько десятков Пожирателей смерти в черных мантиях и белых масках. Нам, разумеется, пришлось вступить в бой. Уже вскоре я понял, что я являюсь целью нападающих, причем убивать меня не собирались, а вот захватить в плен…

По-хорошему, я должен был спрятаться под мантией-невидимкой и поспешно ретироваться в школу. Но разве я мог оставить своих друзей? Нет, особенно если знать, что, не поймав меня, Пожиратели будут срывать на них злость.

Нам троим приходилось весьма туго, так как нас окружили сразу десять противников. Особенно старался коротышка, чьи глазки-буравчики одаривали меня ненавистью даже в прорези маски. Он крутился вокруг меня, применяя довольно разнообразные неизвестные мне заклинания, причем произносил их невербально.

В конце концов, я утомился и допустил ошибку. Пожирателю удалось связать меня и усесться сверху. Он собирался уже аппарировать к своему хозяину со своей добычей, как в него попал зеленый луч Авады. Оказывается, к нам на выручку поспешили члены Ордена Феникса, среди которых был Снейп, решивший, видимо, показать всем, на чьей он стороне, или просто, в очередной раз спасти свою головную боль, то есть меня.

Я сдернул с мертвого Пожирателя маску: передо мной лежал Питер Петтигрю. Увидев его, я вскочил на ноги и кинулся Снейпу на шею.

- Профессор, вы представляете, что это значит? Теперь Сириуса можно оправдать, и ему не придется скрываться.

- Все я представляю. Только отцепитесь от меня, Мерлина ради, - стараясь вырваться из моих объятий, сердито ответил Снейп.

- Не отпущу! - возразил я, прижимая его к себе сильней. - Я должен вас отблагодарить хоть один раз, но зато за все.

После этой фразы я расцеловал угрюмого зельевара в обе щеки.

- Знайте, профессор, теперь вы самый любимый мой человек, и я готов сделать для вас все, что угодно, - заявил я, повторяя свои поцелуи.

- Все что угодно? - оживился Снейп. - Так вот мое первое желание: отцепитесь от меня, импульсивный подросток!

Я нехотя выпустил его из кольца своих рук.

- Что вы творите? - продолжал возмущаться зельевар. - Совсем спятили в Тибете? Что подумаю окружающие, увидев наши объятья?

- Что они могут подумать? - нахмурился я. - Я просто выразил благодарность за свое спасение и за шанс для крестного. Я так хочу, чтобы он мог жить легально, не вздрагивая при виде авроров. Хочу, чтобы все знали, что он невиновен.

- Так и будет, - заверил меня Снейп, улыбнулся уголками губ, а затем неожиданно сам прижал меня ненадолго к своей груди. - Главное, береги себя хотя бы для него.

В его фразе явно прозвучала недосказанность: «И для меня».

- Спасибо, - растрогался я, и он потрепал меня по волосам.

- Предатель! - раздался визгливый женский голос.

Мы оба повернулись - это была Беллатриса Лестрейндж, которая с ненавистью глядела на Снейпа. Следующим ее действием был луч какого-то проклятья, которое она запустила в него. Оценив, что зельевар вряд ли успеет поставить щит или уклониться, я отбросил его за себя и подставил свою грудь под удар.

- Проклятье! Что я наделала?! - вскликнула Лестрейндж и аппарировала.

- Какого черта ты лезешь? - накинулся на меня Снейп.

- Я должен был защитить вас, - пожал плечами я и начал падать.

- Мерлин, Сириус убьет меня! Гарри… - услышал я, прежде чем потерять сознание.

* * * * * * *

Перед моим взором расстилалась зеленая долина, на краю которой стоял небольшой беленький домик. Не давая себе отчета в том, как я тут оказался, и где я вообще нахожусь, я устремился к нему по тропинке, проложенной через высокую траву.

Небо был удивительно синим и бездонным. Солнце ласково пригревало мое тело. В траве прятались разные цветы, над которыми роились трудолюбивые пчелы. Вокруг было так благодушно и покойно, как в Тибете, а может, и еще лучше. И время тут, казалось, тоже зависло на каком-то моменте.

Не знаю, как долго продолжалось мое путешествие по полю, но, наконец, передо мной предстал домик, который привлек мой взгляд в первую же минуту. Я с удивлением отметил, что именно так рисовало мое воображение дом моего детства. Когда же на его пороге появились мои родители, то сходство стало полным.

- Ты рано, - нахмурился папа, нарушая идиллию.

- Очень рано, - поддакнула мама. - Мы не ждали тебя.

- Вы не рады мне? - расстроился я.

- Нет, разумеется! - еще сердитей подтвердили они хором.

- Но почему? - растерялся я.

- Потому что там у тебя полно дел, - прозвучал ответ.

Я уже хотел спросить, где это там, но тут земля под моими ногами превратилась в облака, сквозь которые я увидел свое безвольное тело на кровати и сидящего около него понурого Снейпа.

- Я умер? - задал я вопрос, когда облака снова превратились в гравиевую дорожку перед беленьким домом.

- Нет, но ты на пути к этому, - грустно сказала мама.

- Мне надо вернуться, но как?

- Мы не знаем, - признался папа. - Возможно, тебе просто надо захотеть.

В первую секунду я подумал: что за глупости? Я вовсе не хочу умирать сейчас. Но уже спустя мгновение начал сомневаться: зачем возвращаться? Здесь было так умиротворенно, и здесь меня ждали. А там?.. Мне придется сражаться с Волдемортом, и еще неизвестно, кто победит. С другой стороны, там были мои друзья и Драко, при воспоминании о котором сжалось сердце. Мерлин, мы так и не были вместе, а ведь можем быть еще счастливы, - мелькнуло в моей голове.

- Прощайте! - сказал я родителям. - Я вернусь сюда позже.

- Мы подождем, - заверили они. - Только сделай это вовремя.

Теперь они улыбались, открыто и весело.

- Я обещаю, - выдохнул я и очнулся.

* * * * * * *

У моей кровати сидел Дамблдор.

- Гарри, мой мальчик, как ты нас напугал! - воскликнул он, увидев, что я открыл глаза.

- Давно я здесь? - хрипло поинтересовался я.

- Давно. Уже лето, - ответил директор.

Я был в шоке. Первая моя мысль почему-то было об экзаменах. Судя по всему, они закончились. А как же я?

- Меня оставят на второй год? - спросил я.

Дамблдор, если и удивился вопросу, то не подал вида.

- Нет, конечно, - заверил он меня. - Ты сдашь экзамены через неделю, когда мадам Помфри отпустит тебя, и ты подготовишься к ним. А потом ты поедешь к Дурслям.

- Опять?! - воскликнул я.

- Что поделаешь, - развел руками старый маг. - Так надо. Там тебя защищает магия крови. Не знаю, говорил ли я, но твоя мама, Лили, обеспечила тебя защитой, умерев за тебя, и только в доме Петуньи ты в полной безопасности.

Но не от них, - грустно подумал я и сделал последнюю попытку избежать возвращения в дом родственников:

- А как насчет крестного? Я мог бы пожить у него. Его не сегодня-завтра оправдают.

- Во-первых, этот процесс не такой быстрый, как хотелось бы. Во-вторых, ему самому негде жить. Сириус сбежал из дома в шестнадцать лет, и его мать вряд ли примет сына вновь, тем более тебя, Гарри, - вздохнул директор.

Я тоже вздохнул, понимая, что больше нет причин спорить. Что ж, Дурсли, так Дурсли. Может, теперь они не будут меня слишком эксплуатировать? Я все-таки вырос, и они должны меня опасаться.

Глава 21. Неожиданный поворот

Когда я сдал все экзамены, была уже середина июля. Мое появление у Дурслей не было встречено радушно, но, по сравнению с другими годами, родственники не наорали на меня в первый же вечер. Да и в последующие за ним дни они вели себя намного терпимей, чем обычно: меня не запирали в комнате, не морили голодом, и работал я намного меньше.

После выздоровления от проклятья я находился в каком-то благостном настроении. Мне казалось, что солнце светит намного ярче, птицы поют громче, а трава стала зеленей. Единственное, что мне не хватало - это писем от друзей, крестного и Драко.

Только накануне моего дня рождения я получил сразу два пакета: письмо крестного и номер «Ежедневного пророка». Отложив в сторону газету, я углубился в послание Сириуса:

«Мой дорогой крестник, здравствуй!

Пару дней назад меня оправдали, и я сразу решил предложить тебе уехать от Дурслей. Правда, я не уверен, как ты отнесешься к человеку, приютившему меня. Скажу без лишних предисловий, это Снейп.

Да-да, я знаю, что ты его несколько недолюбливаешь, но... Во-первых, он клялся не терроризировать тебя. Во-вторых, Северус рассказал мне прелюбопытнейшую историю. Ты, оказывается, кинулся целовать его за поимку Хвоста, а потом прикрыл от проклятья.

За последнее действие я не знаю, ругать тебя или хвалить. С одной стороны, ты более молод и здоров, чем он. Значит, и проклятье ты перенес легче. Но с другой... Когда я услышал, что ты чуть не умер, то мое сердце замерло от страха.

Впрочем, нравоучения, что тебе надо быть более рассудительным и осторожным, я смогу прочитать, когда ты приедешь сюда. Кстати, Дамблдор дал добро на этот шаг. Поэтому посылаю порт-ключ.

Жду тебя, люблю и скучаю. Сириус».

Я серьезно задумался: стоит ли мне туда ехать? Я, конечно, давно отношусь к Снейпу не так, как в детстве: ненависть осталась в прошлом, но... жить в его доме! С другой стороны, если Сириус и зельевар сумели преодолеть неприязнь, длившуюся годами, то что мешает мне быть терпимей к профессору? Я справлюсь, - подумал я и написал короткий ответ: «Ждите». Затем развернул газету, и мое сердце ухнуло в пятки от нехорошего предчувствия.

«Пожиратели смерти снова на свободе!

На днях из Азкабана, который покинули дементоры, был совершен массовый побег - на свободе оказались самые ярые последователи Сами-знаете-кого: Нотт, Эйвери и Лестрейнджи, проведшие в тюрьме многие годы. Причем, оказывается, это уже второй случай за короткое время. Ранее из Азкабана вырвались Макнейер, Тревис и Малфой.

Зададим два вопроса: куда смотрели Авроры и что ждет магическую Англию?»

Драко в опасности, - мелькнула в моей голове мысль, и я заметался по комнате. Запоздало я понял, что никакая бабушка не болела. Его просто выманили в поместье, и теперь он в беде. Надо срочно его спасать, но как?.. Я не имею представления, где находится Малфой-менор. Да и справлюсь ли я один? Там наверняка Пожиратели, хотя бы Лестрейнджи. А если их нет, то одного Люциуса будет достаточно - он намного опытней меня.

Надо немедленно попасть к Снейпу, - пришло озарение. - Он не только сильный маг, но и крестный Драко, значит, знает, где замок Малфоев. С этой мыслью я схватил порт-ключ и выбежал на улицу.

* * * * * * *

День клонился к вечеру, поэтому она была пустой. Но исчезать из сада Петуньи.. Я уже собирался бежать до парка, когда увидел в небе огромную черную точку, которая приближалась. Вскоре она выросла в размерах настолько, что я сумел рассмотреть подробности.

Это было крылатое существо чем-то похожее на лошадь, которую никогда не кормили. Сквозь серо-бурую кожу можно было пересчитать все ребра, ноги тонки до неприличия, а морда как голый череп, ничем не напоминающий конский - скорее, череп рептилии. Что это за уродина? - удивился я,разглядывая летуна и тут увидел его седока, верней, ношу: окровавленный Драко.

- Мерлин всемогущий! - воскликнул я, осторожно стаскивая его на землю.

От моего возгласа он открыл глаза и слабо улыбнулся.

- Гарри, я добрался, - прошептал Драко, протягивая ко мне руку, и снова потерял сознание.

- Что здесь происходит? - раздался визгливый голос тети. - Что это за тварь?

Она с ужасом глядела на крылатое создание, которое слизывало с ран Драко капли крови. Я с отвращением оттолкнул морду странной лошади и, не рассчитывая, что она подчинится, приказал:

- Лети домой.

Существо, однако, кивнуло своей страшной головой и единым взмахом крыльев поднялось в небо.

- Господи, твой дружок сейчас умрет у меня на клумбе! Что подумают обо мне соседи? - заорала тетя. - Немедленно убирайся с ним куда-нибудь!

Я уже собирался ответить ей, как раздался звук аппарации. В саду Дурслей появился Люциус Малфой и, наставив на меня палочку, начал произносить смертельное проклятье. Тетя завизжала, и это спасло мне жизнь: Пожиратель метнул зеленый луч в нее. Я не стал дожидаться, когда он повернется, и убил его в спину.

- Спасибо, - прошептал Драко. - Как жаль, что я умираю.

- Глупости, - возразил я. - Снейп тебя вылечит.

С этими словами я активировал порт-ключ.

Мы появились в темной прихожей старинного особняка. Пол был мраморным, как и лестница, ведущая на верхние этажи, на стенах висели картины.

- Вы не вовремя, - раздался голос одного из портретов. - Северус занят.

При последних словах нарисованный мужчина, чем-то напоминающий зельевара, скривился. Я не слишком рассматривал его и слушал, так как торопился отыскать хозяина дома.

- Он в синем кабинете на втором этаже, - сообщили мне в спину, когда я начал подниматься по лесенке, но я даже не поблагодарил, о чем и сообщил портрет: - Невоспитанный щенок, такой же, как дружок внука. Куда катится магический мир?

Я молчал, так как все мои силы уходили на то, чтобы нести не слишком легкого Драко, который продолжал истекать кровью. Впрочем, я в любом бы случае не стал бы пререкаться с портретом.

* * * * * * *

На втором этаже были закрыты почти все двери, кроме одной. Даже из другого конца коридора я слышал, что оттуда раздаются голоса, и прибавил шагу. Кабинет не зря назывался синим: вся обивка, шторы, ковер - все имело такой цвет.

Я успел еще увидеть горящие свечи на камине, бокалы с вином на низком столике и две тлеющие сигареты, как с дивана раздался вскрик. Я обернулся и в шоке уставился на открывшуюся картину: мой голый крестный судорожно запахивал халат, а Снейп, тоже неодетый, натягивал брюки. Они любовники, - мелькнуло в моей голове, и мне вспомнились все странные встречи с зельеваром, перемена его отношения ко мне и разные недоговоренности крестного.

Если бы это все произошло при других обстоятельствах, я бы высказался, причем довольно ехидно и колко. Но на моих руках был окровавленный Драко, который нуждался в помощи. Поэтому я только выдавил: Спасите! Теперь парочка вскрикнула хором и кинулась к нам. Не сдержавшись, я все-таки фыркнул.

Они покраснели, особенно, Снейп. Он даже испепеляюще глянул на меня, но в сочетании с голым торсом это не смотрелось, и я нахально подмигнул ему. Зельевар задохнулся от моей наглости, но стон Драко отвлек его.

- Что с ним, Поттер? - по-деловому осведомился он.

Я пожал плечами, но тут очнулся блондин и прошептал:

- Сектусемпра.

- Давно? - спросил зельевар.

- Почти сутки.

- Мерлин, надо торопиться!

Снейп позвал домовика и приказал ему доставить необходимые зелья. Сам же начал колдовать над Драко. Мы с Сириусом с волнением следили за его манипуляциями. К моменту, когда мой любимый очнулся, появился эльф, и Снейп напоил крестника разными зельями.

- Теперь оботри его этим, и Драко можно будет левитировать в спальню, - сказал мужчина, протягивая губку, смоченную в одном из зелий.

В первый миг я удивился, почему он заставил меня обрабатывать раны Драко, но затем понял, что это маленькая месть за то, что я застал их с Сириусом в пикантной ситуации и посмел усмехнуться. Поэтому я демонстративно передернул плечами, как бы говоря: да, запросто, и приступил к заданию.

Вскоре мое сердце стало истекать кровью от жалости при виде израненного тела Драко. Он был покрыт с ног до головы порезами, которые уже не кровоточили, но выглядели ужасно.

- Как думаешь, Сев, кто это сделал? - хриплым голосом спросил мой крестный.

- Всего скорей его отец, - выплюнул Снейп. - Убью ублюдка!

- Уже, - сквозь зубы процедил я и добавил: - Жаль, эта скотина не мучилась.

- Гарри! - в ужасе воскликнул крестный. - Ты применил Аваду?

- И что? - с вызовом спросил я.

- Ничего, - потупился он, пряча осуждающий взгляд.

- Все правильно, Сис. У Поттера должны быть зубы. Ему еще Лорда убивать, - неожиданно поддержал меня Снейп.

Сириус тяжело вздохнул. Интересно, а что он ожидал от меня? Ступефая или Экспеллиармуса?

- Между прочим, эта сволочь первой кинула непростительное. К счастью, он обернулся на завопившую тетку, и луч угодил не в меня, - сердито сообщил я и еще злее осведомился: - Мне стоило дождаться, когда Малфой повторит попытку?

- Не язви, Поттер. Тебе не идет, - укорил меня Снейп, видя, как побледнел и расстроился Сириус от моих слов. - Твой крестный просто волнуется за тебя.

Мне стало стыдно, но я не хотел показывать этого, поэтому буркнул:

- После всего, что между нами случилось за последнее время, вы можете уже называть меня Гарри.

Только когда слова вылетели из моего рта, я понял, насколько двусмысленно они прозвучали.

- Ну, разумеется... Сначала вы меня обслюнявили, затем увидели голым. Это ли не повод называть вас по имени? - ехидно парировал Снейп, но я увидел за этой бравадой попытку оправдаться перед любовником.

- И только-то? - притворно разочарованным тоном протянул Сириус. - А я-то уже расфантазировался.

- Этого тоже немало, даже перебор, - сообщил я, краснея, и вернулся к своему занятию.

Под моей губкой раны стали затягиваться и исчезать, но Драко больше не открыл глаза. Поэтому я вопросительно и взволнованно посмотрел на Снейпа.

- Он просто спит, Гарри, - мягко пояснил зельевар. - Сейчас перенесем его в спальню и тоже ляжем. Завтра, надеюсь, Драко будет как новенький.

- Спасибо, - поблагодарил я. - Если бы вы не прислали мне сегодня порт-ключ...

- Ненавижу сослагательных наклонений, - перебил он. - Все обошлось, и точка.

я кивнул. Снейп наставил палочку на Драко и отлевитировал его в спальню.

- Спите рядом, мало ли... - сказал он мне.

Это было сказано таким тоном, что я понял, это не только забота о пострадавшем, но и еще одна месть за мое наглое поведение. Поэтому я гордо вздернул нос и нахально заявил:

- Я и сам бы не оставил его одного, не надейтесь.

- Мерлин упаси, - фыркнул зельевар, а Сириус негромко засмеялся над нашей перепалкой.

- Ну, крестничек, и зубастый же ты, - весело заявил он, но я только пожал плечами и захлопнул дверь, прекращая нашу беседу.

Да... боюсь, завтра, когда Драко станет легче (я не сомневался, что так и будет), эта парочка выдаст нам много ехидных слов.

Глава 22. Лето в замке Снейпа

Проснулся я от пьянящих поцелуев и моментально начал возбуждаться. Рука Драко, которая занималась исследование моего тела, первой заметила перемену и сжалась на моем напрягшемся члене. Я застонал от наслаждения.

- Попался, - усмехнулся блондин, стянул мои трусы и начал ласкать по оголенной коже.

- Мерлин, я так долго мечтал об этом, - снова простонал я.

- Это только начало, - пообещал Драко и поцеловал мне в самом сокровенном месте. Затем вобрал напряженную плоть в рот.

Я потерялся в ощущениях и начал толкаться навстречу. Возбуждение все нарастало, и вдруг я невпопад вспомнил, что предшествовало этому утру. Стараясь не обидеть блондина, я отклонил его голову и выдавил:

- Мы не может. Ты чуть не умер вчера.

- Не дури, - надулся Драко. - Мне лучше знать, как я себя чувствую. Снейп - кудесник, я в полном порядке. Или ты передумал?

- Нет, разумеется, - моментально испугался я и поцеловал его в губы.

- Тогда продолжим, - улыбнулся он и вернулся к прерванному занятию.

Некоторое время я осторожничал, но Драко заставил меня отбросить сомнения. Вскоре я опять умирал от наслаждения, толкаясь в его искусный рот. Чуть позже мне захотелось большего, и я развел ноги, предлагая себя.

- Ты уверен? - хрипло спросил Драко, надавливая на мой вход пальцем.

- Более чем, - подтвердил я и, смутившись, добавил: - Только будь осторожным. Я впервые в такой роли и очень волнуюсь.

Он посмотрел на меня удивленно и накинулся с поцелуями. Затем выдохнул мне в ухо:

- Спасибо. Я буду нежным.

Драко начал вытворять такое, что я почувствовал себя на седьмом небе. Мне ни на мгновение не стало больно, даже когда он входил в меня. А внутренняя стимуляция заставила меня кричать в голос. Разрядки мы достигли одновременно.

- Я люблю тебя, - признался я в порыве откровенности.

- Я тоже тебя люблю и больше никогда не позволю изображать только друга, - к моей радости, откликнулся он.

* * * * * * *

Мы еще долго ласкали друг друга, пока не раздался стук в двери. Я быстро покинул кровать и натянул мантию, боясь, что Снейп меня заавадит, если поймет, чем мы занимались. Зельевар появился с крестным, и, судя по физиономиям, они оба догадались обо всем, но, вопреки моим ожиданиям, никак не прокомментировали, лишь одинаково ухмыльнулись. Я некстати вспомнил, в какой момент появился вчера, и покраснел.

- Драко, как ты? - поинтересовался Снейп, прерывая неловкое молчание.

- Абсолютно в норме, - отрапортовал блондин.

- Вижу, - все-таки не удержался зельевар и хмыкнул, выразительно глянув на меня.

Я поймал его взгляд своей шеей, провел по ней рукой и тихо зашипел от боли. Мерлин, Драко явно поставил мне приличный засос, - пришло понимание, и я снова залился румянцем.

- Сев, не смущай наших деток, - засмеялся мой крестный, подмигивая мне.

- Нашел деток, - фыркнул Снейп и моментально превел разговор на другую тему, явно испытывая неловкость от направленности разговора: - Мне бы хотелось услышать, как тебя угораздило, Драко, попасть под Сектусемпру в собственном замке? Ты же там был?

- Вы не в курсе, что Люциус вырвался на свободу? - спросил я зельевара. - Когда я вчера сказал, что убил его, мне показалось, вы об этом знали.

- Честно, меня больше занимала тогда реакция твоего крестного на эту информацию. Не хотелось, чтобы вы поссорились из-за такой ерунды, - пояснил он.

- Ерунды?.. Ты называешь факт, что Гарри направо и налево разбрасывается Авадой, ерундой? - вскинулся Сириус.

- Не будь таким лицемером! - выкрикнул я, сердясь. - Я не могу быть одновременно воином света и невинным ангелом, не умеющим убивать!

- Но ты всего лишь мальчик, - жалостливо произнес крестный, которому явно не хотелось мириться с фактом, что я вырос, причем без его участия в процессе.

- Он давно не мальчик, Сис. К сожалению, он не был ребенком даже тогда, когда появился в Хогвартсе, а теперь... Гарри - настоящий мужчина, сложившийся, причем сильный маг, - к всеобщему изумлению грустно сказал Снейп.

* * * * * * *

Мы помолчали, и Драко решил замять нашу перепалку, напомнив:

- Так вы будете слушать, как я дошел до жизни такой?

Мужчины кивнули, а я подложил ему за спину обе подушки и помог усесться, решив, что ему рано вставать с кровати. Он благодарно улыбнулся мне и заговорил:

- Не знаю, когда появилось сообщение о побегах моего отца и тетки в «Пророке, но они был в замке еще весной, когда меня вызвали туда, якобы, из-за болезни бабушки. Вместо этого мои родственники, даже мать, которая была под Империо, начали готовить меня к принятию метки. Сначала это были уговоры и убеждения. Но, когда я твердо сказал «нет», мое положение изменилось: я стал пленником в собственном замке. Меня приковали цепями в камере подземелья и держали на хлебе и воде. Белла и отец по очереди посещали меня и продолжали увещевать. Я упорствовал, и они начали пытать меня разными заклинаниями. Вскоре мне стало казаться, что я сломаюсь: либо соглашусь служить монстру, либо наложу на себя руки. Но, когда мое отчаяние достигло апогея, пришла моя мать, сбросившая заклятие Подвластия, вывела из темницы и посадила на фестрала. Боюсь, что после моего побега ее убили.

- Каким образом Люциус выследил тебя? - спросил Снейп.

- Из-за моей дурости, - признался Драко. - Я забыл о поисковом кулоне, который с детства висел у меня на шее. Но сейчас его нет - я выбросил его в саду дома родственников Гарри.

- Значит, Беллатриса тоже могла проследить твой путь до Литтл-Уингинга. Если это так, то, боюсь, Поттер лишился и дяди с кузеном, - сделал вывод зельевар.

- Что же мы сидим? Их надо спасать! - воскликнул Сириус и вскочил с дивана.

- Ты умеешь оживлять мертвых? - ехидно поинтересовался Снейп. - хотя посмотреть, что там твориться, возможно, стоит.

- Зачем? - задал я вопрос. - За мной каждое лето присматривала миссис Фигг, которая наверняка уже все донесла Дамблдору.

- Эта старая кошелка почти не в состоянии колдовать. И ее директор назначил охраной для Гарри? - возмутился Сириус, адресуя вопрос зельевару.

- Дамблдор считал, что дом Дурслей не может найти ни один маг без его ведома, - пожал плечами Снейп. - Как это удалось Драко, я понятия не имею.

- Подозреваю, это из-за наших взаимных подарков - сережки у Драко и кольца у меня. В них есть слабая поисковая магия, - предположил я.

Зельевар кивнул, поддерживая меня, а Сириус вновь спросил:

- Так мы собираемся в город, где жил Гарри. Может, надо оказать помощь его дяде и кузену?

- Добить их? - вырвалось у меня. Увидев его шокированное лицо я без раскаяния в голосе сообщил: - Прости, пошутил неудачно.

- Гарри, почему ты такой жестокий? - покачал головой он.

- Скажи спасибо Дурслям, - парировал я.

Крестный явно собирался читать мне нотации или воспитывать, но, на счастье, появился Дамблдор, который помешал этому мероприятию.

- Слава Мерлину, Гарри, ты здесь! - воскликнул он. - О... и Драко тоже!

Следующий час нам с блондином пришлось рассказывать все по-новой, причем с подробностями. Директор, как и Снейп, не стал ругать меня за Аваду, наоборот, был рад, что я не растерялся. А еще он пообещал узнать, что творится в Малфой-меноре.

* * * * * * *

Жить в замке Снейпа оказалось не так сложно, как рисовалось мне. Хозяин относился ко мне, как к сыну, хотя не упускал возможности съязвить. Но я и сам теперь умел отвечать не хуже. Присутствие крестного и Драко делало пребывание еще лучше. Взрослые поначалу стеснялись демонстрировать при нас свои отношения. Но так как мы по этому поводу не комплексовали и могли начать целоваться, где угодно, то и они расслабились, по крайней мере, Сириус.

Впрочем, занимались мы не только любовью, но и полезными вещами. Оба мужчины учили нас ЗОТИ и чарам, Снейп устраивал занятия по зельям, а я показывал некоторые навыки, которыми овладел в лагере и у Сингха. Но ни левитация, ни астральная проекция не давалась никому. О том, что могу еще видеть ауру, я скромно умолчал.

Незадолго до возвращения в школу нас снова посетил Дамблдор, от которого мы узнали, что дядя Вернон и Дадли, в самом деле, погибли от руки Лестрейндж. Она сама была убита аврорами в Малфой-меноре. Хозяйка же замка, Нарцисса Малфой, сумела избежать подобной участи, так как Люциус, не рискуя терять слишком много время, запустил в нее лишь Круцио, с которым она быстро справилась и, во избежании дальнейших проблем, сбежала. К моменту разговора женщина жила у своей сестры, Андромеды Тонкс, и передавала сыну привет.

Другой причиной появления директора был факт, чтобы принять у Драко экзамены за шестой курс. Причем ЗОТИ ему защитали автоматом. Оценку по зельям и гербологии поставили со слов Снейпа. А трансфигурацию, руны, чары и астрономию он сдавал Дамблдору.

В Хогвартс мы поехали вчетвером - крестный собирался преподавать магловедение. Похоже, он боялся даже на миг оставить своего любовника в одиночестве. Впрочем, я хорошо понимал его. Мне тоже не хотелось оставлять Драко без присмотра. Пользуясь тем, что директор оставил мою личную комнату за мной, я предложил блондину жить вместе, и, к моей радости, он согласился. Не знаю уж, дошло ли это событие до Дамблдора (у меня иногда возникали подозрения, что он знает обо всем), но нам не был высказано ни слова.

Мои друзья вполне адекватно отреагировали на факт наших новых отношений. Гермиона, правда, поворчала, что у такой пары никогда не будет своих детей, а это один из важных моментов в жизни человека. Рон высказал, что я мог выбрать кого-нибудь и лучше, чем Малфой. Хотя он давно подозревал, что к этому все и идет. Так что, такого спокойного и радостного начала учебного года я давно не знал.

Глава 23. Час Икс

Хэллоуин я не любил с того момента, когда узнал от Хагрида, что именно в эту ночь погибли мои родители. Происшествие на первом курсе только усилило это чувство. В этом же году я ждал его с каким-то особым трепетом, словно предчувствуя беду.

Поводов к такому моему состоянию, видит Мерлин, не было. Авроры проснулись от многолетней спячки и выловили почти всех Пожирателей смерти. Волдеморт с небольшой группой последователей скрылся в доме Реддлов и не рисковал высунуться оттуда.

День накануне праздника был абсолютно обычным. От остальных он отличался лишь тем, что после обеда должен был состояться первый матч сезона по квиддичу, в котором участвовали Хаффлпафф и Рейвенкло.

Команды у факультетов были приблизительно равными по силе, но игра проходила вяло и неинтересно. Поэтому, не дожидаясь поимки снитча, мы с Драко, Роном и Гермионой отправились к озеру. Неожиданно нас окружили не менее двенадцати человек со Слизерина, на лицах которых были надеты белые маски Пожирателей.

Завязался магический бой, и хотя силы противника превосходили наши, мы вышли победителями. К моменту появления Снейпа и Сириуса нападавшие были связаны. Но бой не прошел бесследно. Рон сильно ударился головой, а Драко опять поймал режущее заклинание, к счастью, не такое сильное, как Сектусемпра, но все-таки.

Разозленный и испуганный видом окровавленного блондина, я чуть не убил его обидчика, Теодора Нотта. Меня остановил мой крестный, уговорив допросить его под веритасерумом. Скрепя сердце я согласился.

Как и предполагалось, это была не инициатива слизеринцев, а задание Волдеморта. В их задачу входило нас разоружить, обездвижить, а затем доставить в его резиденцию. У Пьюси был даже порт-ключ для этой цели. Но, поняв, что они проигрывают, он его уничтожил.

- Наш господин все равно добьется своей цели. Это лишь один из вариантов плана, - выкрикнул Нотт напоследок, и, сколько Снейп не старался, больше не вымолвил ни слова.

Удрученные этим известием, мы еще долго обсуждали, чего еще можно ожидать. В конце концов, Дамблдор, который присоединился к этому разговору, грустно выдавил:

- Возможно, нам придется все пустить на самотек и позволить Пожирателям захватить Гарри.

- Что вы несете? - тут же взвился Сириус. - Я не позволю сделать из моего крестника козла на заклание!

- Пойми, это его судьба, и, мне кажется, Гарри готов к этой битве.

Они еще яростней заспорили, а я прислушивался к себе и понимал, что директор абсолютно прав: я готов. Пребывание в Тибете не прошло для меня даром. Мои силы и умения возросли многократно. А Волдеморт, судя по нашей связи через шрам, сейчас, как никогда ослаблен. Если я не воспользуюсь моментом, то другого может и не представится.

* * * * * * *

Не знаю, сколько бы длился спор Сириуса и Дамблдора, но в палату, где проходила беседа, ворвалась взволнованная и бледная мадам Помфри и выпалила:

- Там… там такое… Слава Мерлину, никто не увидел, кроме меня!

Снейп подскочил к ней и влил в рот успокоительное. Затем сказал:

- Объясните нормально.

Она дернулась так, словно он ее ударил, и парировала6

- Это не предать словами. Пойдемте, увидите сами.

Мы последовали за ней. Мое сердце снова сжалось от нехорошего предчувствия. Как оказалось, не напрасно. В дальней палате, где была довольно низкая температура, три кровати были преобразованы в высокие кушетки. На каждый из них кто-то неподвижно лежал, полностью закрытый простынею.

- Я нашла их на пороге школы, - прошептала мадам Помфри. - Не знаю, что заставило меня туда выйти, но , судя по всему, это случилось очень вовремя.

Она откинула простыни, под ними оказались Парвати Патил, Чжоу Чанг и Хлоя Андерсон - три девушки, которые имели со мной какие-то отношения. С парвати я ходил на бал на четвертом курсе, Чжоу приглашал на него, и она мне даже нравилась, а с Хлоей я целовался однажды после похода в Хогсмид. Я нервно сглотнул и выдавил:

- Это…

- К ним были приколоты три одинаковые записки, - перебила меня мадам Помфри и, вынув листки из кармана, протянула Снейпу, Дамблдору и мне.

«Она любила Гарри Поттера. Это он виноват в ее смерти.

Так будет с каждым, кто дорог Золотому мальчику.

Лорд Волдеморт».

Мне стало плохо, ноги подкосились, и я начал оседать на пол. Но в этот момент записка, которую я держал, засветилась. Я почувствовал рывок в районе живота, и меня куда-то понесло через пространство. Порт-ключ! - успело пронестись у меня в голове, прежде чем я отключился.

* * * * * * *

Очнулся я от сильного удара и моментально вскочил на ноги. Передо мной стоял Волдеморт и ухмылялся. Меня охватила такая сильная ярость, что, не раздумывая, я выпустил в него зеленый луч смертельного проклятья.

- Впечатляет, - холодно произнес этот монстр, умудрившись избежать его. - Но надо было сначала поздороваться.

- Я не желаю тебе здравствовать, - парировал я, снова кидая в него Авадой.

Он снова переместился и тут же ответил. Наши проклятья встретились, и между палочками образовалась связь, как на четвертом курсе. Правда, теперь ни я ни он не собирались просто удерживать ее. Волдеморт, усмехнувшись, достал еще одну палочку, я же выставил вперед руку с кольцом. Дуэль продолжалась.

Мы долго обменивались разными заклинаниями. Но у Волдеморта был несравнимый с моим опыт в дуэлях. Ничего удивительного, что в один из моментов я подставился под Аваду. Боль была адской - словно в тело ворвались тысячи игл. Моя душа этого не выдержала и вышла в астрал.

- Вот и все, Гарри Поттер, - засмеялся Волдеморт, пнув мое, как он думал, мертвое тело.

Впрочем, у меня на этот счет было свое собственное мнение - умирать я не собирался. На земле меня ждали крестный со Снейпом и мой любимый Драко. Я не мог причинить им страдания. Поэтому я парировал:

- Это ты так думаешь.

Волдеморт, естественно, меня не услышал. Я же в своем состоянии пригляделся к месту, где была я его душа - она была черной, еще более рваной. Было непонятно, как он умудряется продолжать жить с такой ущербной душой. Неудивительно, что это не человек, а монстр.

- Это будет не убийство, а акт милосердия - услышал я голос своего наставника, Сингха, хотя самого его и не увидел.

Эти простые слова придали мне решительности. Я протянул свою бестелесную руку, взял в ладонь растерзанную душу Волдеморта и растер ее между пальцев. Он вскрикнул и упал замертво. Я же вернулся в свое распростертое тело и вырубился.

* * * * * * *

Пришел я в сознание уже в больничной палате Хогвартса. Мою грудь обильно смачивал слезами осунувшийся Драко.

- Не плачь. Малфою такое поведение не идет, - хрипло выдавил я.

- Ты очнулся! - воскликнул он, сжимая меня в сокрушительном объятье.

- Да. Но если ты не ослабишь хватку, то это будет ненадолго, - ответил я, чувствуя, как трещат мои ребра.

- Ненавижу! - заявил он, снова начиная плакать.

- Эй, все же в порядке! - погладил я его по шелковым волосам. - Волдеморт повержен, а я жив и почти здоров.

После этих слов я притянул его, заставил себя поцеловать и пообещал:

- Теперь все будет замечательно!

- Надеюсь, - наконец, улыбнулся он мне и снова впился мне в губы.

Драко не прервался даже тогда, когда в палату вошли Сириус и Снейп. Они тоже кинулись ко мне и принялись обнимать, причем оба. Это безобразие остановила только появившаяся мадам Помфри.

- Вы спятили? - закричала целительница на моих самых дорогих людей. - Мальчик только вернулся с того света, а вы пытаетесь всеми силами вернуть его обратно!

- Не сердитесь, - попросил я ее. - Они просто перенервничали.

Снейп демонстративно фыркнул, но на его лице ясно читалась тревога за мою скромную персону, и я ему подмигнул.

- От меня не так то просто избавиться, - заявил я всем, улыбаясь.

- Несносный мальчишка, - пробормотал зельевар. - И за что мы любим тебя?

- Вот уж не знаю, - прикинулся я дурачком и снова улыбнулся.

- Потому что ты - это ты. Единственный в своем роде, - сказал Драко и снова поцеловал.

И тогда я твердо понял, что, во-первых, наконец-то приобрел долгожданную семью, в которой Сириус со Снейпом вполне могли сойти за родителей, а Драко - за мою половинку. А во-вторых, что моя юность кончилась и вместе с ней ушли в прошлое все невзгоды и неприятности.

- Я люблю вас, - признался я и в который раз улыбнулся.

- Мы тоже! - хрипло выдавил крестный за всех.

Это был самый лучший Хэллоуин в моей жизни. А впереди нас ждали еще сотни таких же радостных дней. Должна же моя судьба проявить ко мне милосердие…

КОНЕЦ.